Вуаль. Крыло второе [Сергей Соколов] (fb2) читать онлайн

- Вуаль. Крыло второе (а.с. antiboyarЪ -2) 935 Кб, 276с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Сергей Соколов

Настройки текста:



Глава 1

Индия. Штат Пенджаб. Амритсар «Золотой храм»

— Рад приветствовать вас, верховный гуру. — Молодой мужчина, с острыми чертами лица и смуглой кожей почтенно поклонился старцу в синем тюрбане, поверх которой проходил обруч короны. — Вы вызывали меня.

— Да, Сингх. Это произошло, предсказания мистиков исполнились. Меньше десяти минут назад они зафиксировали возмущение потока жизни. — Верховный гуру скорбно вздохнул, погладив длинную седую бороду, свисающую до колен. — Это значит, что мятежная душа из другого плана бытия уже вошла в этот мир. Настало время исполнить то, для чего тебя готовили с самого детства. Ты должен вернуть душу мятежника в поток жизни, пока он не наполнил реки этого мира кровью. Как и было предсказано за долго до твоего рождения, местом его появления стала Российская империя. Мистики смогли выяснить его приблизительное местоположение. Завтра же ты должен вылететь в Петроград. Я распорядился чтобы тебе выдали божественное оружие из сокровищницы храма.

— Это огромная честь, великий гуру. — Сингх низко поклонился старцу.

— Береги его, как свою жизнь. — Едва заметно кивнул старец сикхов. — Оно не должно попасть в руки мятежника. И ещё… Я даю тебе разрешение на использование Брахмастры*. Так же в твоём распоряжение все ресурсы Золотого храма. Да направит тебя течении жизни, Сингх….

Окрестности владений Мышкиных.

— Ска… — Вырвалось у меня, когда нога застряла в штанине и я грохнулся на бок, поминая скверхово племя, сношая его разными противоестественными способами.

Ничего не предвещало беды, когда я лежал звёздочкой среди поваленных деревьев, направив свой «телескоп» в пасмурное небо. Именно благодаря тому, что голова лежала на земле, мне удалось услышать топот копыт. Пришлось спешно заканчивать свой эксгибиционистский лёж, и поспешить к месту, где я скинул всё своё добро, вместе с одеждой. Вряд ли лошадь будет скакать сама по себе без наездника.

— «…Или наездницы» — отметил я, успев натянуть штаны перед тем, как у края полесья, меньше чем в десятке метров от меня, издав ржание, остановился конь.

— Ой! — Пискнула девушка, верхом на жеребце Донской породы, прикрывая глаза рукой. — Княжич Станислав, я не смотрю. Честно!

— А я ничего и не показываю. — Усмехнулся я, взяв весящую на ветке рубаху, стоя в одних штанах. — Ты пропустила всё интересное, Татьян. Давно тебя не видел, кстати.

— И я тебя, княжич Станислав. Почти пол года прошло. — Улыбнулась девушка, несмело убрав руку быстро посмотрев на меня, и отведя глаза немного в сторону.

— Так, амазонка! Что это за «Княжич Станислав»?

— Да, растерялась просто немного, Стас. — Пожала плечами девушка, с неприкрытым интересом наблюдая, как я застёгиваю рубашку. — А почему ты раздетый ходишь?

— Люблю, знаешь ли, голым по лесу побегать. — Подмигнул я девушке, усмехаясь.

— Стас, ну правда… Интересно же! И что тут трещало? — В полной мере решила продемонстрировать своё любопытство Таня.

— Магическую технику тренировал. — Соврал я, танцуя на одной ноге, одевая носок. — Нужно было раздеться, иначе одежда разорвалась бы, пришлось голяком идти до поместья.

— Эм… А зачем такая техника, от которой одежда рвётся? — Потупила взгляд Татьяна, которая имела слабые представления о магии, в силу того, что не являлась одарённой.

— Как зачем? — Деланно удивился я, справившись со вторым носком и туфлями. — Чтобы девушек удивлять. Был в одежде, а потом, хлоп — и я уже голый.

— А уходить потом от девушки как будешь? — Хихикнула Татьяна, слегка натянув поводья.

— Это я пока не продумал. — Честно признался я, накинув лямки чехла с тонфой, решая сменить тему. — А тебе такой цвет волос очень идёт, и причёску смотрю сменила.

— Ой, ты заметил? — Немного смутилась Татьяна, поправляя выкрашенные в пепельный цвет волосы.

— «Ещё бы я не заметил» — Подумав об этом, я вспомнил длинные светло-русые волосы до поясницы, которые развивались во время скачек, что переодически устраивали Татьяна со Стасом.

Сейчас же волосы были острижены по плечи лесенкой, и выкрашены в пепельный цвет. Большинство девушек, подобный окрас старит, но только не в случае Татьяны, лицо которой всегда излучало какое-то непонятное детское озорство.

— Конечно, Татьян. Красоткам, как ты, вообще всё идёт. — Решил я сделать комплемент, наблюдая, как слегка покраснели щёки девушки, а в серых глазах появилось стеснение с довольством.

— Да, ладно тебе… Засмущал.

— А ты не смущайся. — Улыбнулся я, включая всю свою харизму, решая использовать подвернувшийся момент. — До поместья подбросишь, амазонка?

— Конечно. — Кивнула Татьяна, вздёрнув озорной носик к верху, но через секунду отвела взгляд с появившимся в нём хитрыми огоньками. — А кто поведёт Ластика?

— Давай я, навыки как раз освежу.

— Хорошо. — Чуть понизив голос произнесла Татьяна, подвигаясь ближе к холке, привставая в одном стремени, тем самым продемонстрировав свою точёную попку обтянутую стрейчевыми джинсами.

— «Вот хитрюшка сероглазая… Сегодня, просто праздник, какой-то» — Мысленно подивился я, глядя на аппетитные Танины булочки. — «Ещё от Жанны не отошёл, а тут такое»

Из-за заниженной талии штанов, из-под пояса джинс призывно торчал треугольник красных кружевных стринг. Мне стоило огромных усилий отвести взгляд, но я стоически справился. Сунув ногу в стремя, подтягиваясь и перекидывая вторую ногу, мне удалось оказаться в седле. Если бы не память Стаса, то сейчас я бы выглядел глупо. Скверх тут разберёшь, с какой стороны правильно подходить, но всё прошло, как по нотам.

Стоило мне умостится, как Татьяна опустила свою шикарную заднюю часть вниз. Из-за того, что седло рассчитано на одного, получалось, что сидит она у меня практически на коленях, упираясь своей попкой мне в пах. От такого внимания к своей персоне «Дружок» начал приходить в сознание.

Взяв поводья правой рукой, левой, я приобнял Татьяну за талию, от чего девушка слегка дёрнулась.

— Ай…Щекотно, Стас. — Пискнула Татьяна, а я усмехнулся, видя, как краснеют кончики её ушей, а плоский живот с ложбинками по бокам от пресса, покрывается мурашками.

Совсем не удивительно, ведь сейчас, Татьяна была одета в вязанный топ и укороченную джинсовую куртку, чуть длиннее топа, которая демонстрировала во всей красе тонкую талию и плоский живот девушки.

Цокнув, слегка прикрикнув и тряхнув поводьями я направил Ластика шагом. В отличие от Водолаза, эта коняка была спокойной, и сразу подчинилась. Начало немного покачивать. Не линкор конечно на форсированном ходу перед выходом на гипер, но дух тоже захватило. Одно дело, когда у тебя есть воспоминания о каком-то действии, и совсем другое, когда ты сам принимаешь в нём участие. Как не странно, чужая память сделала своё дело, и через пару минут я освоился, перестав быть мешком в седле. Даже появился азарт перейти на рысь, но вспомнив о Татьяне, предусмотрительно решил повременить с этим, чтобы не оконфузиться.

— Не очень у меня получается управлять? Смотрю, ты напряжена…. — Спросил я у Татьяны, чтобы нарушить затянувшееся молчание. — Отвык видимо за полгода….

— Нет, что ты Стас. Просто… ничего. — Загадочно сказала Таня, через пар секунд, как бы невзначай подавшись назад, прислоняясь ко мне всем телом.

— Ну, рассказывай, амазонка. Как дела? Почему ещё не замужем? — Решил завести я разговор, чтобы сделать нашу верховую прогулку более приятной.

— Дела, хорошо… А замуж, я не пойду, нечего там делать. — Хихикнула Татьяна, повернув немного голову, и немного поёрзав в седле, принимая более удобное положение.

— Вот, как? Чего так категорично? — Деланно удивился я, слегка погладив пальцами по гладкой коже девушку. — Не поверю, что за тобой парни стаями не увиваются.

— Увиваются, Стас, даже не смотря на то, что я плоская. — Татьяна наморщив свой приподнятый носик взглянула недовольно на упомянутый ею предмет. — Да и парни пошли… Я себя большим мужиком чувствую, нежели они сами таковыми являются.

Тут Таня не лукавила. Со Стасом они были знакомы с малолетства, как Матвеич привёл внучку на конюшню, посмотреть на лошадок. С княжичем они быстро поладили и частенько по молодости устраивали различные неприятности всем окружающим. Обычно виной каждой шалости был Стас, но Татьяна тоже принимала непосредственное участие в каждой шкоде, а иногда, тоже была зачинщицей. Как-то они с младшим Мышкиным подожгли заросли сухого камыша на старом колодце, и чуть не спалили посадку вдоль берега. Даже пожарных вызывать пришлось. Влетело «Бони и Клайду» по первое число, Тане от Матвеича, а княжичу от отца. В общем, говоря простым языком — девушка была типичной пацанкой. Княжич воспринимал её как своего друга, только с косой. Первый поцелуй Стаса был кстати тоже с ней по малолетству, правда это было на уровне баловства. Девушка сама предложила поцеловаться, с целью проверить «Как это?». После чего оба сошлись на том, что это «Фу, мерзко», и пошли ловить лягушек на болото. На Татьяне никогда нельзя было увидеть юбку, только штаны. Да и работа на конюшне, которую нельзя назвать лёгкой, и «ежовые рукавицы» Матвеича, наложили свой отпечаток.

По поводу второго заявления об отсутствии груди, тоже было близко к правде, но как по мне, то это предрассудки самой Татьяны. Первый размер с лихвой компенсировался точёной стройной фигуркой, которой позавидовало бы большинство девушек с утра до вечера пропадающих в фитнес залах, и молящихся на кусок сельдерея в своей тарелке. Ни грамма лишнего жира, ни единой складки на изгибах талии. Милое озорное личико и серые большие глаза, с горящими в них хитрыми огоньками довершали картину. Девушка вписывалась по всем параметрам в рамки не только моих предпочтений, но и большинства мужчин. К тому же, в первом размере тоже есть своё некое очарование.

— Тань, — вкрадчиво обратился я, понизив голос, к девушке, наклонив голову к самому её уху. — Ты шикарна, а тот, кто считает тебя плоской — редкостный дебил. Ты такая, как есть, и этого нельзя не ценить.

Мой мозг с молниеносной скоростью обработал возникшую в голове мысль. В правиле, вбиваемом с детва в голову отцом, что никаких отношений с персоналом поместья, тут же было найдено исключение. Про персонал конюшни никто ничего не говорил, ведь?

Чуть крепче обняв Татьяну, которая повернувшись всем телом не веря своим покрасневшим ушам, смотрела на меня, будто видит впервые за всю жизнь, я медленно наклонил голову, и не замечая никаких возражений с её стороны, поцеловал нежно в губы.

— Давай, только сейчас лягушек ловить не пойдём как тогда, хорошо? — Спросил я у девушки, оторвавшись от её нежных губ, через тройку секунд.

— Каких лягушек? — Тихо прошептала Татьяна, не моргая глядя на меня серыми глазами, в которых сейчас задорно плясали озорные огоньки, как скверхи на своей мессе.

Через секунду, Татьяна отвернулась от меня, закрыв лицо руками и наклонив голову вниз, а я почувствовал рукой, как дёргаются под кожей мышцы на её животе, от чего её спина начала подрагивать.

Через пару секунд, Татьяна вновь повернулась. Её лицо было краснее зрелого помидора, губы сжаты, а по глазам текли слёзы.

— Эм… Тань, я тебя чем-то….

Договорить мне не удалось. Окончание моего вопроса заглушил заливистый смех, разносящийся наверное до показавший невдалеке конюшни, где сейчас от неожиданности Матвеич выронил из рук всё, что у него там было. Даже спокойный, как дрейф в ближнем космосе, Ластик, дёрнулся, беспокойно замотав головой.

— А знаешь, — отсмеявшись Татьяна вновь повернулась ко мне, с хитрющим видом. — В этот раз было «не мерзко», а очень даже приятно… Тренировался?

Предложить сероглазой малышке, как-нибудь устроить приватные курсы повышения квалификации я не успел, из-за раздавшегося с конюшни громкого свиста, услышав который, Ластик прибавил шаг.

Предусмотрительно, но нехотя, я убрал руку с талии Татьяны, но кажется, от зорких глаз Матвеича эта безобидная шалость не скрылась.

— Тань, давай в ближайшее время порысачим по округе, как раньше?

— С удовольствием, Стас. — Улыбнулась Татьяна, разочарованно взглянув в сторону конюшни, где нас поджидал её дедуля, в сторону которого Ластик резво шагал, будто заворожённый.

Нужно сказать, что я по началу начал переживать, что хмурый вид старика связан с поползновением моих шаловливых ручек по телу его внучки, но ошибся. Взгляд Жилина был направлен непосредственно на Татьяну.

— Вот же шельма мелкая! А я то думаю, куда она пропала? А она вместо того, чтобы работать, к князю ластится! Вот я тебе вожжей подкину!

— Матвеич, не ругайся ты так. Таня из полесья меня забрала, и мы немного прогулялись верхом, ну и заболтались. — Вступился я за девушку, которая ловко перекинув ногу, спрыгнула с Ластика, и на ходу, хихикая, с грацией кошки увернулась от удара уздечкой, что Матвеич держал в руке. — Давно не виделись, почти полгода, вот и заболтались.

— Вечно ты эту егозу прикрываешь, княжич. — Махнул рукой бывший объездчик. — Ей, чуть волю дай, и она….

— Матвеич, а ты сам таким не был в её возрасте? — Самым безобидным тоном поинтересовался я у старика. — Видимо, есть в кого.

— … Нет. — После некоторой заминки, как-то неуверенно ответил конюх, едва заметно улыбаясь себе в усы, погрозив кулаком своей внучке, что с довольной ухмылкой устроилась от него в паре метрах, и украдкой поглядывала на меня, сверкая озорными огоньками в серых глазах. — Ладно, она, значит, сегодня ещё Эклера вычёсывать будет. Ты дальше кататься княжич, али как?

— Не, Матвеич. — Покачал я головой, спрыгивая с Ластика. — С радостью, но дел полно. Как-нибудь в другой раз.

— Хозяин — барин, — пожал плечами конюх, окинув нас с Татьяной прищуренным взглядом, после чего звонко цокнул. — Ластик, за мной. Расседлаю тебя.

После этих слов, Матвеич, что-то хмыкнув себе в усы, отправился в конюшню, вместе с конём, тактично давая возможность нам с Татьяной перемолвиться наедине.

— Суровый у тебя старик, впрочем, как и всегда.

— Ага, но всё равно он хороший, хоть и брюзжит постоянно.

— Танюш, мне и правда пора. Сегодня ещё в Петроград ехать. — Видя скользнувшую по лицу девушки тень разочарования, я достал из кармана смартфон. — У тебя телефон не изменился?

— Изменился… Записывай скорее….

Сдержанно попрощавшись под зорким взором Матвеича, я направился в сторону поместья, довольный собой, что жнец здоровой печени и имплантам последней серии, снятым с жертвы. Веретено работало будто заведённое, разгоняя крылом оргон по духовному телу. Если скверха не валять, то ещё до поездки с отцом на совет князей, у меня будет новый резервуар, только уже более плотной вязи, для получения оргона качеством выше. Когда вновь восстановлю сопряжения меридиан и моста с ним, то продуктивность их работы будет отлично от той, что была раньше. Работа абсолютно всех вязанок, атакующих и защитных каонов — зависит от качества оргона, который их питает. В этом есть своя проблема. Нужно осторожно использовать контур вуали, пока не обзаведусь мостами по всем конечностям. Сейчас дело должно пойти не в пример быстрей, чем раньше, но прежде нужно соткать новый резервуар….

Петроград. «Лаванда-Бар»

— А что, Алекса не будет? — Поинтересовался Савелий Елисеев у Жанны, сидевшей на углу стола, рядом с братьями Шаповаловыми.

— Пф… А мне по чём знать? — Фыркнула недовольно Жанна, залпом опрокидывай шот текилы. — Он передо мной не отчитывается.

— Подруга, — Виктория Елисеева, одетая в темно синее длинное вечернее платье села на пустующее место, рядом с Лисицыной. — Вы ведь поссорились с Александром?

— Я с ним не ссорилась, Тори. — Отстранённо ответила Жанна, дав знак официантке повторить. — Пусть вести себя научится, истеричка, и психи свои, пусть перед папочкой демонстрирует. Наверное этим сейчас и занят.

— Всем доброго вечера, господа и дамы. — Продемонстрировал свой ещё один талант, появляться незаметно Михаил Драгунов, тут же обратившись к Жанне. — Ты не угадала, Жаннет. Занят Александр совершенно не этим. Он сейчас тренируется с нанятыми отцом магами и скорее всего не придёт сегодня, так что расслабься. Впрочем, это очень хорошо для него. У меня есть то, что может его расстроить. Не ревнуй, Жанна, это не только твоя привилегия расстраивать Алекса.

— Мих, вот ненавижу твою эту привычку. — Подключился к разговору Константин из рода Гирс. — Теперь, все от любопытства сгорают, а я вместо того, чтобы клеить девчонок, буду пол вечера угадывать, какие на этот раз у тебя интересные новости.

— Солидарен с Константином. — Подал голос Виталий Шаповалов, бросивший мимолётный взгляд на Тори, при упоминании о девушках. — Может расскажешь?

— Слух до меня дошёл, — Прервавшись, Михаил посмотрел на шот, который официантка только что поставила перед Лисицыной. — Жанна, не возражаешь, а то ждать неохота.

— Конечно, только не отвлекайся от рассказа. — Уже менее апатичным голосом произнесла Жаннет, демонстрируя заинтересованность.

— Хорошо, — Одним движением избавившись от крепкого алкоголя, даже не поморщившись, Михаил уселся на диван рядом с братьями Гирс. — Странная вещь произошла, помните о вендетте «студней» объявленной Мышкину? — Дождавшись, когда утвердительный гомон стихнет, Драгунов продолжил. — Александр им некую поддержку оказал ещё… Мне стало известно, что Леон со своими ребятами пошли на попятную, в силу каких-то неизвестных причин. Алекс пока не знает об этом, но уверен, что не обрадуется.

— Вот как… — Протянула Жанна, усмехнувшись, что тут же было замечено Михаилом.

— Смотрю, ты даже рада, Жаннет, что Мышкин вышел сухим из воды.

— Я рада тому, что Александр не обрадуется этому. — Ответила в своей стервозной манере Лисицына, давай знак дежурной официантке.

— Этому разумеется он не обрадуется, но у меня есть так же то, чем его можно обрадовать. — Усмехнулся Драгунов, поправляя очки. — Рейтинг… Некоторые тоже хотят быть «Топ 1»…

*Брахмастра — «Оружие Брахмы» — оружие, что иногда сравнивают с современным ядерным оружием. В сикхизме описывается, что это самое мощное и смертельное из всех существующих видов оружия. Брахмастру невозможно отразить или защититься от её разрушительной силы. Это очень точное оружие, никогда не проходящее мимо своей цели и полностью уничтожающее её.

https://author.today/post/199011#first_unread <- информация

Глава 2

В этот раз, Ставр Мышкин настоял, чтобы я пошёл с ним в зал заседаний княжеского совета. Упираться я не стал. Нужно было заранее посмотреть на всё это действо, ведь моего наказания никто не отменял. Во вторник следующей недели мне придётся идти сюда одному, и главы рода рядом для поддержки штанов не будет.

Прибыли мы пораньше, за двадцать минут до начала. Ждать в холле не пришлось, зал заседаний был уже открыт. Войдя внутрь, я невольно усмехнулся.

— «Так вот ты какая смерть космопирата» — Невольно промелькнула в голове мысль, когда обстановка была бегло осмотрена.

По сути, зал заседаний был ни чем иным, как подобием моей учебной аудитории в Романовском магическом лицее, но была и небольшая разница. Ряды с местами для заседателей располагались не по прямой, а полукольцами к зоне докладчика, где стояло две трибуны. Одна по центру для докладчика, а другая чуть поодаль, для распорядителя, исполняющего роль диктора. Ниже, на круглом пятачке диаметром чуть больше десяти метров, располагались ещё две трибуны, повёрнутые напротив друг к другу, для решения межродовых споров. В очень редком случае эти трибуны сдвигали, чтобы решить спор магической дуэлью, прямо здесь на месте.

— Идём, Стас. Покажу наши места. — Удивил меня Ставр, за которым я направился хвостиком.

Предположения о том, что такой «титулованный» род как Мышкины, запихнут на самую галёрку, а вместо стула дадут ведро, не подтвердились. Места располагались почти по центру зала в третьем ряду. Удивило то, что рядом с местом отца, на котором стояла табличка с его именем находилось и моё. Только на табличке под моим именем была подпись «и. о главы рода Мышкиных». Так же как у Ставра, у меня был микрофон, пульт для голосования и два пузырька по 0.25 с напитками, одним из которых была обычная вода. Дёшево и сердито.

Пользуясь свободными минутами я ещё раз взглянул на образ своего духовного тела, в центре которого красовался новый резервуар. Было кое-что ещё. Я немного недооценил своих способностей, неправильно рассчитав время плетения. Новый резервуар мне удалось закончить почти за полтора часа до поездки. На наладку новых сопряжений моста правой руки и меридиан ушло меньше получаса. Оставшееся время было потрачено на плетение однорядного моста к левой руке, такого же, как был проведён к моей правой, на который опиралась перчатка. Если скорость веретена не начнёт падать, то сегодня мост левой руки будет закончен, а в обруч направятся три связки каона «определение жизни» для окулуса. Нужно наладить поглощение оргона из внешнего мира, но для этого необходимо научиться видеть узловые точки, которые являются местами его скопления.

На Фагрисе, от каона «Жажды жизни», что вплетался в само духовное тело, выхлоп был слабым. Причиной тому фундаментальные законы атминтиса. Я никогда не ступал на землю ни единой планеты, кроме нодов опоясывающих их, но Тонг рассказал кое-что интересное. То же расположение городов и селений — оно не случайно. Даже со спящим веретеном, люди инстинктивно тянутся в места наибольшего сопряжения потоков жизни с материальным миром. Города закладываются в местах, где велико такое взаимодействие. Не удивительно, ведь поток жизни влияет на условия этих мест, ресурсы, природные богатства, а человек тянется туда, где лучше — это факт. Стоит к примеру блуждающему течению атминтиса или узловой точке возникнуть на поле засаженном овощами — фермера будет ждать хороший урожай.

Шуткой атминтиса является так же сходство миров. Это отчётливо видно из научных открытий. Будучи на Фагрисе, я скептически относился к рассказам Тонга «о схожести миров», но оказавшись здесь, космологический бред начал обретать смысл. Та же таблица химических элементов двух миров. Наша с Фагриса больше на сорок три, но обозначения и названия тех элементов, которые известны в этом мире абсолютно идентичны. Это объясняется тем, что каждый человек в той или иной степени взаимодействует с атминитсом, хочет он того или нет. Иногда, когда в силу каких-нибудь глобальных факторов поток жизни несущий знания и жизненный опыт всех тех, чей жизненный цикл подошёл к концу, начинает искажаться, взаимодействие некоторых людей с ним усиливается на столько, что возникает связь, как делаю это я, через контур вуали. Явными «жертвами» такого неосознанного сеанса стали Эмиль Шанкуртуа и Дмитрий Менделеев. «Теллуров винт» был известен на Фагрисе почти восемь столетий назад, только учёным предложившим такую концепцию был какой-то огн, с мозгодробительным именем.

Ноды имеют искусственное происхождение, идущее в разрез с законами атминтиса. У меня есть предположение, что в реалиях этого мира, который стремительно развивается, изобилует природными богатствами, растительностью и животными, выхлоп от каона «Жажды жизни» будет не в пример тому, что был у меня на Фагрисе. Это пока только теория, но если она окажется верной, то моё духовное тело никогда не опустеет, из-за скудного естественного восстановления оргона. Как только я смогу видеть течения силы жизни, сразу станет понятно, верны мои предположения или же Айзек губошлёпый наивный огн.

— Внимание, — Раздался механический голос по всему залу, вытянув меня из своих мыслей. — Заседание княжеского совета начнётся через три минуты.

Секунда после объявления, и в зал, как по заказу организованной колонной повалили главы княжеских семей, в большинстве своём статного вида мужчины за тридцать. Не удержавшись, я активировал окулус, и оторопел. Главы княжеских родов — это нечто! Матёрые колдуны скверхов по сравнению с этими монстрами даже на малом ходу мимо не пролетали, даже если порежут весь Фагрис на своих жертвенниках. Архитектура развития эфирного тел некоторых представителей семей была мне совершенно незнакома. Некоторые, имели даже эфирный ореол вокруг своей тушки, происхождение которого мне было неизвестно. Глядя на всё это светопредстваление, в голове неприятно зажужжала, раскручивающимся барабаном рельсотрона, мысль «А я вообще когда-нибудь сражался с магами?». Если принимать во внимание реалии этого мира, которые сейчас буквально хлещут меня по глазам, то ответ напрашивался сам собой. И он был неутвердительным… Опыт отвешивания подзатыльников кудесникам скверхов, в этом мире не особо ценен, как мне поначалу казалось. Совершенно иной уровень.…

— «Отложи мне жнец на тортик «розочку»!» — В зал вошёл Орлов старший, и был он не один.

По правую руку от него шёл Александр. Сдаётся мне, что либо не я один накосячил, либо мэру Петрограда понравилась идея Ставра Мышкина. Кстати мой папаня тоже заметил эту парочку, на что лишь еле слышно хмыкнул через нос.

— Тоже заметил, сын… — Опередил меня с вопросом глава рода Мышкиных, продолжая смотреть вперёд, на огромную плазменную панель во всю стену, сразу за трибуной докладчика.

— Разумеется… — Подтвердив, мне захотелось поделиться своими мыслями. — Кажется, кого-то хотят начать потихоньку натаскивать вести дела рода. Замену себе готовит, Орлов старший. Ещё кто-то позёр, с устройством как у «Хомяка-повторюхи», что был у меня в детстве. Хе-х…

— Не вижу тут ничего смешного, Стас. — Замечание Ставра носило рассудительный характер. — Я ни раз и ни два использовал опыт преуспевающих коневодов.

— А знаешь что, отец… — Разговор после предыдущего заседания во вторник со старшим Орловым, натолкнул меня на одну мысль. — Я знаю о чём мы договаривались, но разреши мне выйти вместо тебя. У меня есть вся информация по предмету беседы.

— … Стас, — через пару секунд, обратился ко мне Ставр, слегка придурившись и глядя в мои «наичестнейшие» глаза. — Когда ты успел стать таким хитрым?

— Не, знаю, отец. — Невинно пожал я плечами, разглядывая купол потолка с лепниной, про себя думая. — «Неужели все благородные на столько проницательны и расчётливы, как Ставр?»

— Плохо, что у тебя есть личные мотивы, но я согласен… Только, — Ставр сделав паузу, потряс папкой в руках. — Помни в первую очередь о деле, сын. Я доверяю тебе, не подведи. Не забывай, что сейчас ты будешь говорить от имени нашего рода, а не твоих амбиций.

— Обещаю, отец. — Полностью осознавая всю ответственность, кивнул я Ставру, находясь под впечатлением от того, как быстро он раскрыл мой план.

Не сложно понять, что у Орлова старшего слишком завышенные ожидания в отношении своего сына. Более того, к инфомагу не ходи, он шпыняет его по поводу и без повода. Вряд ли он обрадовался тогда, когда я поправил фасад его отпрыску у аудитории, судя по тому, что аж лично подошёл оценивать мой фейс. Он хочет, чтобы Александр был во всём лучше, чем все остальные. Если сейчас мне удастся себя проявить, что мне это даст? По прошлому собранию, уже всем известно, что в моих полномочиях принимать все решения по этому проекту, да и вообще говорить от имени главы рода. Это уже примой показатель того, что в свои девятнадцать, мне оказывается огромное доверие со стороны Ставра Мышкина. К отцу, другие князья могут относиться как угодно, но глупым его здесь вряд ли кто-то сможет назвать. То, что в «и. о главы рода» меня произвели в качестве наказания, кому-то знать не обязательно. Удачное выступление придаст вес моему назначению, в том числе и в глазах Орлова старшего. Когда это произойдёт, то для Александра, у которого от одной фамилии «Мышкин» случаются корчи, настанут тяжёлые времена. Мы с ним сверстники, а это значит, что при каждой его неудаче, когда он оплошает, то кем его будет «тыкать» папуля? Не сложно догадаться… А мне только за радость, ведь я ни единой возможности «засадить поглубже» врага не упущу.

Настрой мой резко стал падать, после вынесения первого вопроса на обсуждение. Вроде крутой замес намечался, сразу с межродового спора, а по факту душные разговоры. Причиной стал брак «по договорённости», только судя по тому, что все губки княжны оказались не такими бархатными, как планировалось, а договорённости не соблюдены, то возник спор. Два папика, чьих фамилий я не запомнил, делили два завода. Если зреть в корень, то сынулька одного не «отработал» на два завода сверху княжны, и пошёл на подработки по другим «не княжнам». Хотелось поинтересоваться, за что там два завода давали, а то может быть я помог, но стоически вытерпел, чтобы не включить микрофон и не выяснить всех деталей.

Далее было чуть веселей. Князь Ипатов, привлёк «к барьеру» Орлова, правда не как главу рода, а как мэра. Нужно отдать должное этому зализанному гелем хлыщу. Шары выпали из петли, как им и положено. Орлов просто сослался на незапланированные траты бюджета Петрограда. Дело было в ливневой канализации и затапливаемой центральной улице. Ипатову, изначально было на это плевать, но большая часть его магазинов находилось именно там. Якобы из-за отсутствия нормального подхода он теряет выручку. Странно, что он вообще нашёл шары в своих карманах наехать на мэра. «Решилось» всё и сразу. Орлов объявил голосование, чтобы хапнуть денежек из фонда княжеского собрания. Разница в голосах была небольшая, что говорило о большом количестве сторонников Орлова, но ему не обломилось из фонда собрания, в пользу городского. Он и не сильно расстроился.

— Заключительный вопрос собрания. — Объявил распорядитель, поглядывая в свой список. — Решение спора с десятиной рода Мышкиных. Прошу докладчика занять своё место.

— Удачи, сын. — Коротко сказал Ставр, легонько шлёпнув меня по плечу.

Ничего не ответив, лишь кивнув, я встал и взяв папку, направившись к трибуне, проходя вдоль рядов, через центр зала. Судя по тихому шуршанию шепотков в зале, то что сейчас вместо главы рода докладчиком выпало быть мне, интерес у князьков не шуточный, к тому, как всё пройдёт и на сколько сильно мне предстоит облажаться. Уверен, что некоторые уже потирают лапки, желая попробовать меня «на зуб». Что ж, сами себе злобные скверхи, пусть их изжога потом мучает.

— Добрый вечер, господа князья, и дамы, — Начал я сразу свою речь, только встав за трибуну. — Давайте сбережём ваше и моё время. Суть прошения рода Мышкиных вы помните, не так много времени прошло. Для начала, прежде чем вы сделаете свой выбор, взгляните на это.

Выйдя из-за трибуны я подошёл к распорядителю и вручил ему подшивку описи драгоценностей с их рыночной стоимостью и последнюю страницу той описи, что составил казначей.

Не успел я пройти на своё место, как включилась плазменная панель, где было изображение столешницы распорядителя с предоставленными мной документами.

— Очевидная разница в цифрах, как вы можете наблюдать. Напомню о предмете разговора. Для того, чтобы цифры на бумаге приняли денежное выражение, род Мышкиных просит княжеское собрание выделить из фонда недвижимости здание под ювелирный магазин для реализации драгоценностей. Напомню, что доля совета составит не 10, а 6 % от продажи нераспроданного на аукционе остатка.

После этих слов, перед десятком посадочными мест вспыхнули жёлтые световые полосы, означающие, что у князей за этими местами есть ко мне вопросы.

— Слово предоставляется князю Владимиру, главе рода Саровских.

После этих слов, я приподнял взгляд, на прикреплённую под потолком угловую плазменную панель, в которую докладчик мог видеть в увеличенном виде того, кто сейчас начнёт кидать картриджи от биотуалета в лопасти двигателя.

— Думаю, я выражу общее мнение, напомнив, что «десятина» это десять процентов, но никак не шесть. — Нарочито важным тоном начал одутловатый мужчина лет срока пяти, с маленькими бегающими глазами, похожими на угольки. — Прошение рода Мышкиных неприемлемо.

После этих слов в зале зажглось ещё с десяток жёлтых полос.

— Пусть так, — Согласился я, ни чуть не теряя самообладания. — Но тогда возникает вопрос, " Почему род Мышиных должен взять на себя расходы на оформление, закупку мебели, торгового оборудования и найм персонала на себя?». Получается, что мы оказываем безвозмездную услугу совету за собственные деньги. Это так не работает, князь Владимир Саровский.

— Вы забываете, что совет уже пошёл вам навстречу, разрешив проведение аукциона.

— За что и получит десять процентов от продаж c него! Это почти в одиннадцать раз превышает заявленную сумму с лома драгоценного металла. Это пример равноценного сотрудничества, а не проявление милости со стороны совета. — Видя небольшое смущение на лице благородного подсвинка, я решил надавить. — Повторю ещё раз свой вопрос: «Почему оказывая услугу совету, род Мышкин должен за это ещё приплачивать из своего кармана?»

После моего встречного вопроса половина жёлтых сигнальных полос в зале погасла.

— Потому, что род Мышкиных с этого получает так же как и совет, в одиннадцать раз больше, только с девяноста процентов аннексированных средств. — Припечатал меня Саровский, начав оборачиваться по сторонам ища поддержки.

— Ваше замечание, князь Владимир неуместно. — На моём лице появилась кривая ухмылка, а терпение начало постепенно таять. — Вы сейчас занимаетесь тем, что считаете чужие деньги. Согласитесь, недостойный поступок для титулованного лица. А знаете, князь, давайте вы мне отдадите десять процентов месячной прибыли от вашего бизнеса?

— Я не вижу для этого не одной причины, княжич Станислав.

— Ровно, как и я не вижу никакой причины вкладываться из своей заработанной прибыли. Сколько бы она не составила, это всё до рубля принадлежит роду Мышкиных. Не вижу смысла дальше продолжать этот разговор, условия прошения не изменятся.

Лицо Саровского начало багроветь, когда он озираясь по сторонам заметил, что большинство членов княжеского совета начали утвердительно кивать головами, а в зале количество жёлтых огоньков сократилось вдвое.

— Это…Это возмутительно, господа! — Повысив голос, почти до визга, подсвинок решил обратиться к залу. — Да, почему мы вообще должны идти на поводу у этого юнца, из рода, лишённого императорской милости!?

— Для начала, научитесь следите за языком, князь Саровский. — Добавив металла в голос, с нажимом сказал я, решая, что пора размазать тонким слоем этого скверха. — Напомню, что номинально, вы сейчас разговариваете с главой рода, чьи обязанности я исполняю. — пользуясь моментом, пока Саровский ловит ртом воздух, чтобы разразиться новой тирадой, мои следующие слова были направлены к залу. — Господа, как сказал, князь Владимир, вы действительно можете не одобрить моего предложения. В этом случае, мы, просто переработаем все украшения на драгоценный лом, казна совета пополнится десятью процентами и мы всё забудем. Уверяю, что меня и весь наш род, вполне устроит и такой вариант. Казна совета пополнится сумой от продажи лома, которая могла бы быть в десять с лишним раз больше.

— А вот это, уже будет умышленное причинение материального вреда совету, если вы переработаете украшения на драгоценный лом. — Решил козырнуть статьёй из уложения княжеского совета Саровский.

— Тогда, — аргумент князька не вызвал у меня никакой растерянности. — Найдите статью, которая запрещает роду Мышкиных использовать и распоряжаться полученными в результате аннексии средствами и активами на своё усмотрение. Если мне не изменяет память, то такой статьи нет, но есть совершенно обратная ей. Мы просто возьмём, и «неграмотно» распорядимся золотыми украшениями, пустив их под пресс.

Было видно, что у этого приставучего асбестового клеща, почти пропала хватка, но останавливаться на этом я был не намерен. Мне на ум пришла очень интересная идея, а маленький Айзек в моей голове достал табурет и начал вязать вторую петлю.

— Князь Владимир, вы упомянули об опальном статусе моего рода, но чем наши деньги отличаются от ваших? Они другого цвета или цветами пахнут? — В зале послышались смешки, некоторые главы семей прикрыли лица рукой, а я понял, что время пристрелки прошло, пора добивать. — Поймите, что ваша личностная неприязнь к Мышкиным, причиняет неудобства не только мне, но и совершенно посторонним людям. Почему, тот же достопочтенный князь Ипатов или наш мэр, Александ Сергеевич должны испытывать неудобства, от того, что вы считаете, что деньги Мышкиных не подходят для того, чтобы пополнить казну совета?

— Чушь! При чём….

— А при том! — Я так же повысил голос, чтобы инициатива в ведение разговора оставалась за мной. — Каким образом деньги рода Мышкиных не подойдут для строительства ливневой канализации о которой ранее говорил, князь Ипатов, который терпит неудобства и убытки, из-за того, что людям приходится обходить по другой стороне улицы его магазины? Или Александр Сергеевич, которому наверняка приходится выслушивать жалобы обычных людей, что сильно сказывается на его имидже, как мэра. Господа, князья! Я считаю, что трое довольных княжеских семей и множество обычных граждан — это лучше, чем принять решение, ублажающее эго одного князя. У меня всё. Взгляните на договор, и давайте примем правильное решение….

Выходя со Ставром из зала заседаний, я всё ещё был под впечатлением, придавливаемый моральной усталостью. Не удивительно, ведь стоя за трибуной, мне пришлось использовать свою голову на полную, чтобы не ударить лицом в грязь. Мне удалось справиться. Перевес в голосах составил всего два десятка, но это уже не важно. Ювелирному магазину Мышкиных — быть, а первая, самая важная часть моего плана выполнена. Почти халявное помещение в центре Петрограда получено, и по договору, будет оставаться за Мышкиными, до того момента, пока остатки от выставки не будут распроданы хотя бы на 80 %. А они будут продаваться о-очень медленно, ведь я всячески буду оттягивать этот момент, чтобы сохранять за родом дармовое двухэтажное здание. В продажу попадут те украшения, что будут закуплены с выставочных денег, а остаток, с которого совет хочет получить свои деньги — будет пылиться в подсобке.

Совет конечно же получит своих шесть процентов, но к тому времени здание уже будет принадлежать роду Мышкиных. В договоре не сказано, что род может осуществлять только торговую деятельность, а значит ничего не мешает мне помимо продажи наладить там и скупку золота, которого мне нужно будет очень много. По сути, весь мой замысел сводиться к тому, чтобы получать золото за маленькие деньги, а потом — обратить его в очень большие деньги.

Меня изначально не интересовало золото в виде каких-то блестящих цацок. Да, они стоят дорого, но «презренный» металл нужен мне для поставки его Азиатскому конгломерату, где золото дефицитный ресурс. Причиной тому просто драконовские пошлины установленные императором. Заниматься экспортом жёлтого металла за границу частному лицу глупо и убыточно. Император позаботился о том, чтобы он с его «императорскими поставками» был монополистом на этом рынке. Он же устанавливает цены для Азиатских товарищей, у которых нет альтернативы кроме Африки. Никудышной альтернативы, нужно заметить. Постоянные перебои с поставками, из-за частых войн и смены власти — это Африка. Вот Азиаты и вынуждены подстраиваться под императора, ради драгоценного металла, который используется во многих отраслях, начиная от медицины и заканчивая космической промышленностью. Разумеется, они огорчены таким положением дел, но они пока не знают, что к их великой радости в этом мире есть душка Айзек — пират и контрабандист, которому до далёкой звезды, на все эти пошлины и запреты….

Глава 3

— «Здесь петелька, тут затяжка… Айзек ткёт себе рубашку» — Урчал я себе под нос всё, что приходило мне в голову, не особо заботясь о рифме, сидя на заднем сидение автомобиля.

Ткал я, правда, не рубашку. До этого мне ещё далеко, если доживу. Из хорошего, после семейного ужина, за которым мне перепал бокал какого-то жутко дорогого коллекционного вина и похвальбы от домочадцев, я по обыкновению окопался у себя в комнате. Веретено молотило, как сумасшедшее, благодаря чему, каон «определение жизни» и мост левой руки удалось соткать за два с половиной часа. Видя, что скорость не падает я заложил начало центральному мосту, состоящему из двух частей. Как и на Фагрисе, начал я с верхней части, которая проходит от резервуара до головы. Фасад очень часто страдает с того момента, как мне посчастливилось попасть в этот мир. С битой моськой ходить уныло, да и девчонкам не нравится. Не знаю, что здесь за стереотип о том, что «шрамы украшают мужчину», но в моём мире было так: «Если у тебя на лице живого места нет, то ты не красавчик — тебе просто расхреначили фасад. Всё!». Именно по этому, мой выбор, как и в прошлый раз, пал на верхнюю часть центрального моста, которая ускорит заживление повреждений головы, шеи и груди.

На этом всё хорошее закончилось, и настала очередь сомнительных сюрпризов. Если начать по порядку, то первый сюрприз преподнёс мне папаня, когда рассказывал маме Эве о том, как я задвинул Соровского. В середине рассказа о моём докладе, дойдя до самого интересного места, когда мне в голову пришла идея притянуть в разборки Ипатова и Орлова, чтобы мои шары выглядели тяжелее, Ставр сказал: «Эва, да зачем я тебе рассказываю, на вот, посмотри лучше…». Достав смартфон, отец быстро натапаф на экран, передал моей маман смартфон, а мне довелось вновь услышать и увидеть свою речь. Натянув улыбку, прилагая стоические усилия, чтобы не заорать матом на всю столовую, я ещё раз посмотрел своё выступление. Имитируя сообразительность секционной пластины активной защиты дроида первого поколения, мне хватило задать несколько невинных вопросов, чтобы дать оценку тому, на сколько глубоко шары сидят в петле. Как оказалось, абсолютно каждое собрание княжеского совета фиксируется на видео, которое выкладывается на городском административном портале Петрограда, ска, в свободный доступ, где его может посмотреть каждый желающий! Даже тот факт, что мою симпатичную княжескую мордашку увидит множество барышень, меня не обрадовал. Хотелось забиться в угол, и выть скверхом с простреленным пузом. И ведь, ска! В зале не было ни единого оператора, а качество видео и звука «на барском» уровне. Даже частичный монтаж присутствовал. Одно дело, было опрокинуть Соровского пред тремя сотнями благородных, и совсем другое дело перед всем городом. Такое не прощают, я бы точно не простил и князь Владимир тоже не простит, судя по тому, что одной из черт всех без исключения благородных является мстительность. Прошло чуть больше часа, а у этого видео уже 400 тысяч просмотров, если счётчик административного портала не барахлит. Хорошо, что тут ещё комментарии нельзя оставлять. Ох, чую прилетит мне что-нибудь в капитанский мостик. Моих опасений по этому поводу, прозорливый Ставр Мышкин, который варится во всём этом побольше меня, не разделил. Его главным аргументом стало то, что на совете случаются, куда более масштабные «потасовки», нежели та, в которой я сегодня поучаствовал. Это меня немного утешило, но осадок остался.

Следующим сюрпризом стал каон «обнаружение жизни». Вернее не он, а то, что я в нём увидел. На Фагрисе, естественный фон оргона был почти нулевым, но было много течений и узловых точек, где его можно было поглощать. Здесь же, шары оказались в другой руке. Естественный фон был высок, даже воздух подсвечивался лёгкой зеленцой, вот только ни единого блуждающего потока или узловой точки я не смог увидеть, простояв у окна почти пятнадцать минут. В моём родном мире уже на причальной платформе можно было найти парочку течений, но здесь всё глухо. Убив ещё пятнадцать минут, я окончательно убедился, что в этом мире отсутствуют блуждающие течения и узловые точки. Теперь же, передо мной стоит дилемма стоит ли вообще плести «жажду жизни»? Что если затраты оргона на использование этого каона, будут превышать поглощаемый им же? Убью почти три дня на плетение и получу бесполезную фигню — это пол беды, а вот избавляться потом, придётся чуть меньше месяца.

За недостаточностью данных о механике мира, плетение каона «жажда жизни» было отложено. Поставив себе целью, по делу и без дела, использовать каон поиска, по голове прилетела следующая проблема, когда в три часа ночи собрался спать. Ничего не предвещало беды, пока не увидел свою тушку в зеркальной створке гардероба. Качество оргона повысилось… Вместо того, чтобы быть похожим на «леопарда» от синяков, у меня осталось одно маленькое пятнышко на рёбрах, когда кто-то из этих скотов просадил мне носком туфли несколько раз в одно место. От осмотра в больничке, назначенного Глюком, я соскочу, только остальные люди рядом со мной не идиоты. Все знают, что маг из меня, как из огна балерина. Хоть иди на кухню, пока феи Анжелы нет, бери скалку, и избивай себя, как свинью, чтобы светить синяками. Представляю, чтобы было с местными обывателями, когда бы они увидели разработанный мной каон, который я назвал «упырь», совершающий конвертацию органики с нулевым показателем оргона в материал для восстановления. Жуткая штука, но действенная, когда нужно регенерировать потерянные конечности. А мне тут, за быстро сошедшие синяки приходится переживать….

Пятидневные «каникулы», щедро упавшие с барского плеча Велланского, подошли к концу. Большого расстройства по этому поводу у меня не было. В поместье хорошо, но делать вид, что я учусь никто не отменял. К тому же в бурсе шанс попасть в какую-нибудь передрягу, которая заставит моё веретено крутится быстрей, значительно выше, нежели сидеть в своей комнате.

Набрав несколько слов сообщения для Жанны, и подтвердив отправку, я вновь принялся за плетение центрального моста, параллельно обдумывая план сегодняшних действий. В идеале у меня на сегодня только два дела — учиться и зарегистрировать своё оружие. На мой взгляд это глупая ерунда, но необходимая. Тогда, когда я устроил на цоколе «зоопарк», из-за этой формальности я сильно рисковал. Моя тонфа не магическая приблуда, но для получения одобрения на её использования в стенах лицея, нужно соблюсти эту процедуру. Для этого необходимо найти инструктора Довмана, чтобы он повесил на неё ярлык. Сегодня как раз в специальном стеке есть две его дисциплины, так что бегать по коридорам в его поисках мне не придётся.

Благополучно миновав вход, поднявшись по лестнице я оказался в небольшом холле, где меня ждала Жанна. По её лицу было видно, что она нервничает. Ещё бы, ведь в сообщение я написал про следующее задание для неё, добавив, что оно будет лёгкое. Едва меня завидев, всё нервозность Лисицыной бесследно исчезла. Режим стервы был тут же был активирован.

— Утречко, Жанна. Как всегда прекрасно выглядишь. — Непринуждённо улыбнувшись, я слегка кивнул в знак приветствия. — Скучала?

— Пф…Размечтался, Мышкин. — Не тратя времени на приветствия решила выказать своё недовольство рыжая красотка. — Что на этот раз?

— Оу! Сразу с места в карьер… Мне нравится твой энтузиазм, милая. — Посмотрев по сторонам, я кивнул в сторону окна. — Идём туда, там поспокойней.

Показывая своё нежелание, девушка всё же проследовала за мной. Как только мы оказались у подоконника, я подошёл вплотную к княжне, и отгородившись рукой, делая вид, что мы сплетничаем о чём-то секретном, начал шептать Жанне на ухо, заготовленное для неё задание. С каждым моим словом, лицо девушки плавно начало менять выражение с настороженного на возмущённое. Закончить я не успел. Рыжая красотка поняв, что от неё хотят, отстранилась от меня, а её брови взлетели вверх.

— Что?! Мышкин, ты сдурел? — Жанна покрутила пальцем у виска, тем самым показывая мой уровень интеллектуального развития. — Я не буду этого делать, извращенец….

— Жанна, может ты забыла, — мой голос стал подобострастным и ласковым. — Но мне всё равно, чего ты хочешь или не хочешь. Сейчас для тебя самым главным должно быть то, чего хочу я. — Делая паузу, любуюсь широко открытыми глазами девушки, в которых сейчас плескалась всё гамма чувств, начиная от стыда и заканчивая ненавистью, моя рука указала в коридор, где были уборные. — Жанна, я ведь могу что-нибудь посложней придумать, так что, исполняй.

— … Извращенец. — Бросила напоследок Жанна, резко развернувшись на месте, расплескав огненный водопад волос, кончики которых хлестнули меня по лицу, а в нос тронул приятный аромат шампуня с запахом вишни.

Выбивая каблуками барабанную дробь, Жанна скрылась в проёме коридора, а я довольно ухмыляясь, будто жнец паре здоровых почек, облокотившись поясницей на подоконник, принялся ждать. Прошло не больше минуты, когда Жанна вернулась, сверкая злым взглядом и лёгким румянцем на щеках. Подойдя почти в плотную, осмотревшись она протянула ко мне руку, сжимая предмет моего задания в кулаке.

— Извращенец… — Прыснула она сквозь зубы, отводя глаза, после того, как передала мне часть своего нижнего белья, которая тут же отправилась в карман.

— Ммм…мягкие. — Я довольно постучал по содержимому кителя.

— Аккуратнее… Они из лимитированной Венгерской коллекции, извращенец.

— Не волнуйся, буду хранить, как зеницу ока. — Уверил я слегка покрасневшую Жанну, мило улыбаясь. — Верну в целости и сохранности, после общеобразовательного стека.

— После того, как будешь делать всякие гадости с моим бельём сидя на заднем ряду? — Понизив голос ядовито поинтересовалась рыжая красотка. — Нет уж! Спасибо.

— Это какие например? — Поинтересовался изображая неподдельное удивление и заинтересованность.

— Например, ты можешь взять их и… — Жанна оборвалась на полуслове, видя, как улыбка на моём лице становится ещё шире.

— Спалилась, извращеночка. — Игриво констатировал я, наблюдая за тем, как меняется оттенок, теперь уже ушей, княгини.

— Да пошёл ты, Мышкин.

— Не злись, Жаннет. Просто решил пошутить. — Успокоил я девушку, переставая скалиться, становясь серьёзным. — Извращения тут не при чём.

— Неужели? — Саркастично удивилась Жаннет, качая головой. — Тогда зачем тебе понадобились мои трусики?

— Честно?

— Да, Стас. Честно…

— Просто, — Медленно начал я, одним шагом плавно приблизившись к девушки, наклоняя голову к её уху. — Мне приятна сама мысль, что кроме этой юбки, твою сладкую попку ничего не скрывает.

Для наглядности, зная, что на нас сейчас никто не смотрит, камера не в счёт, я легонько шлёпнул Жанну по вышеупомянутой части тела, игриво подмигнув и зашагав в сторону аудитории, демонстративно поглаживая карман кителя с «боевым» трофеем.

— Скотина… — Спустя пару секунд донеслось мне в след, но как то вяло, и даже беззлобно, поднимая мне настроение.

Общеобразовательный стек начался с физики. Так как это была первая лекция, то преподаватель, который представился Степан Александрович Столетов, начал с выборочной проверки знаний, вызывая для решения задач к доске. Вот тут-то и нашлись помощники, когда физик, водя ручкой по журналу, выбирал следующую жертву.

— Степан Александрович, — Раздался доброжелательный слегка восторженный мальчишечий голос с левой стороны аудитории из угла Орлова. — А спросите Стаса Мышкина! Он у нас лучшим по физике в средней школе был.

— «Ах ты ж скверхов белобрысый выкормыш» — Подумал я, размышляя о том, кто пустил сюда ребёнка, глядя на Савелия Елисеева, сидящего рядом с красоткой сестрой, которую в своей компании Орловцы называли Тори.

— Лучший? Интересно-интересно…. — Физик, поднял взгляд от журнала и видимо не в силах отказать ребёнку, решил принять предложение. — Станислав Мышкин, выходите к доске. Сейчас, знакомиться будем.

Мне ничего не оставалось, как покорно кивнуть и следовать указаниям. Можно было отказаться, но это сыграло бы не в мою пользу. Первое впечатление — очень важная вещь, от которой зависит дальнейшее развитие отношений, и то, какими они будут. Мне здесь ещё долго учиться, так что не стоит вступать с преподавателями в контры. Вполне хватает местных князьков хватает на свою голову, чтобы с инструкторами ещё воевать.

Проходя мимо лагеря Орлова уверенной походкой, я благодарно кивнул ехидно улыбающемуся карапузу Саве, и подмигнул ледяной, но от этого не менее сексуальной, его беловолосой сестрёнке.

Нужно отдать должно этому пупсику, который по сути просто подставил меня под шквальный огонь плазмомёта. Рассчитал всё хорошо. Не смотря на хулиганистый характер, Стас учился в целом неплохо. Вот только это «неплохо» не связано вообще с точными науками, особенно с алгеброй и физикой. Для княжича Мышкина, эти два предмета были тёмным лесом со скверхами-партизанами, но это для Стаса… Посмотрим, чей корабль с тортиками столкнётся с пиратским линкором.

— Приступим, Станислав. — Довольно потирая руки, не понимая что его сейчас пользуют в слепую, сказал доброжелательный усатый мужик, взяв в руки задачник со средней школы, открывая его в само начале на случайной странице. — Продемонстрируйте нам ваши знания.

— Всенепременно, Степан Александрович. Физика один из самых моих любимых предметов.

После сказанного мной, в разных концах аудитории послышались задавленные смешки, принадлежавшие знакомцам Стаса со средней школы, до которых дошло, что сейчас твориться и теперь они показывали поднятые большие пальцы, развалившемуся на стуле, с видом победителя, Савелию.

— «Ох и любят меня здесь. Дай волю, прямо и в хвост и в гриву отлюбят» — В очередной раз довелось мне убедиться, пока физик искал для меня задачу.

— Так! Задача! — Продекламировал препод, а в аудитории восстановилась гробовая тишина, с витающим в воздухе напряжением от ожидания шоу, которое сейчас действительно состоится.

— Внимательно… — Сказав это, я уже стоял у доски с маркером, крутя его в руках.

— Удapoм клюшки xoккeйнoй шaйбe cooбщили cкopocть 20 м/c. — чётко проговаривая каждое слово, ожидая что я начну записывать условие, начал диктовать физик. — Чepeз вpeмя 2 cекунды cкopocть шaйбы, движущeйcя пpямoлинeйнo, cтaлa paвнa 16 м/c. Oпpeдeлитe уcкopeниe шaйбы, cчитaя eгo пocтoянным.

— Минус два метра в секунду. — Сообщил я сразу ответ, продублировав сказанное на доске, решая дать пояснение. — Минус означает, что вектор ускорения направлен в противоположную сторону, по направлению оси ОХ. Модуль ускорения, если мы запишем уравнение движения будет равен двум метрам в секунду.

— Очень хорошо! — Физик даже всплеснул руками от восхищения.

— «Ещё бы было плохо! Знал бы ты сколько было пролито мной слёз, когда вместо того, чтобы тратить кредиты на всякие вкусняшки, дед на пару с Тонгом настаивали на том, чтобы я закачивал через нейронет себе в голову гипнопедические курсы различных наук»

— Так-с! Теперь давайте пройдёмся по теме «Кинематика твёрдого тела». — Радостно заявил Степан Александрович, видимо найдя для меня интересную задачку. — Двa шкивa coeдинeны peмeннoй пepeдaчeй, пepeдaющeй вpaщeниe oт oднoгo шкивa к дpугoму. Beдущий шкив вpaщaeтcя c чacтoтoй З000 oборотов в минуту, вeдoмый шкив — c чacтoтoй 600 oборотов в минуту. Beдoмый шкив имeeт диaмeтp 500 мм. Kaкoй диaмeтp….

— … У ведущего шкива, — закончил я задачу, вместо физика. — Сто миллиметров.

— Браво, Станислав! — Препод, даже встал со своего места, похлопав в ладоши. — Вы не перестаёте меня радовать, княжич!

— Да что вы, Степан Александрович, — Картинно смутился я, демонстрируя само воплощение скромности. — Это заслуга преподавателей которые меня учили.

Судя по большинству вытянутых в аудитории лиц моих одногруппников, моим успехам радовался только физик.

— Ещё одну задачку?

— Да сколько угодно, — Степенно кивнул я, слегка улыбаясь. — Могу зачёт за полугодие прямо здесь сдать.

— Смело, — Уважительно покивал Столетов, после чего прищурился, с интересом разглядывая меня. — А знаете, Станислав… Давайте!

— Что, «давайте»? — Сначала не понял я.

— Решаете мне прямо сейчас пять задач из билета, и я освобождаю вас от своего предмета и зачёта по нему. — Ошарашил меня своим предложением физик поймавший кураж, призывно с лёгким вызовом добавляя. — Что скажете, княжич?

— Скажу, что согласен.…

Спустя 7 минут….

— Спасибо, Станислав. Давно я не получал такого удовольствия. — Пожал мне руку Степан Александрович.

— «Жаль, что на твоём месте не молоденькая учительнице физики» — Подумал я про себя, но вместо этого сказал совершенно другое, продолжая изображать скромность. — Да что, вы право.

— А ваш друг не обманул, когда сказал, что вы были лучшим в классе.

— Обманул, — Заявив, это и видя, как удивился физик, я посмотрел на растерявшего свой ехидный настрой княжича Елисеева. — Сава просто скромный, по этому не стал хвастаться, что самые сложные и заковыристые задания, он щёлкает как орехи. Уверен, что он не хуже меня справился бы с этим билетом.

— Вот, как… Интересно будет проверить, но уже на следующей лекции. — Многообещающим голосом, сказал физик, поглядывая на побледневшего Елисеева. — Станислав, присаживайтесь и ещё раз спасибо. Так! Группа не следующую лекцию…..

Я уже не слушал, неспешно направляясь к проходу между рядами, не сводя взгляда с побледневшего Савелия, довольно скалясь, как последняя шакалина. Смущало то, что сегодня Орлова не было на занятиях, а его место занимал Драгунов, который в отличии ото всех был в приподнятом настроение, и скалился мне в ответ, какой-то загадочной и немного гадостной ухмылкой. Этот персонаж, хитрее сотни жнецов, в отличии от «папкиного сынка» меня реально настораживал.

Поравнявшись с ложей Орловцев, которые ещё находились под впечатлением, мне не удалось удержаться, от того, чтобы ещё раз за сегодня не построить глазки Тори. Её реакция не стала для меня неожиданностью. Снежная королева Орловцев демонстрируя своё «фи», просто отвернулась.

Стоило мне сесть на своё место, как прозвенел звонок. Вещей я с собой никаких не брал, так что оказалось, что зря шёл. Решив задержаться, чтобы не выходить вместе с одногруппниками, мне сразу бросилось в глаза, что так поступить решил не только я. Жанна тоже осталась сидеть на своём месте, более того, она повернулась в мою сторону, и как то загадочно смотрела на меня долгим задумчивым взглядом. По окончанию этого визуального контакта, девушка тряхнула головой, будто ей на голову приземлился сухой листок с дерева и поспешно удалилась из аудитории, а у меня в голове прозвенел второй тревожный звоночек.

С ним прозвенел и мой смартфон, четыре раза подряд. По характерному звуку было понятно, что это не СМС, а уведомление от установленных приложений.

— Степан Александрович, а ведь всё так хорошо начиналось, я тебя уже нормальным считать стал… — Тихо протянув это в слух измученным голосом, мой взгляд пробежал по уведомлению рейтингового приложения «+5 голосов С.Столетов. Комментарий: за отличное знание физики».

Следующие три уведомления были от того же рейтингового приложения, которое вероятно глюкнуло, судя по тому, что текст был даже не задвоен, а повторялся целых три раза.

— «Внимание! Поступил официальный запрос на перевод очков рейтинга. Исполнение по результатам вызова. За подробной информацией обращаться в кружок рейтинговой статистики». — Прочитав это, я невольно почесал затылок, приподняв правую бровь, пытаясь переварить информацию. — «Какой, к скверховой бабушке, вызов?».

Пялясь в экран около минуты, повторно перечитывая текст, поймав себя на мысли, что понятнее мне не станет, решил поступить как и полагается в подобных случах — забить.

Дойдя до дверей аудитории, я замер от неожиданности сбившись с шага. Дверь была на половину приоткрыта, и мне не составило труда определить, что в коридоре на порядок более шумно, чем должно быть. Не мудрствуя лукаво, приготовившись к худшему, глубоко вдохнув, я толкнул дверь выходя из аудитории.

Слух меня не подвёл, в коридоре действительно была уйма народа. На первый взгляд удалось сразу выделить три группки. Первые две сейчас стояли рядом с двумя парнями, которые спорили «кто будет первым?». Наверное княжну какую-нибудь делили, хотя могу и ошибаться. Третья группка стояло чуть в стороне, просто наблюдая за развитием событий.

Я уже хотел пройти мимо, когда один из принимающих в споре парней увидел меня, и с криком «Вот он!» подлетел ко мне, хватая за рукав кителя.

— Я первый тебя вызвал! — Возбужденно выпалил высокий шатен с карими глазами, волосы которого были зачёсаны образуя идеально ровный пробор, и наткнувшись на мой недовольный взгляд быстро одёрнул руку.

Я хотел у него спросить, совершал ли он кровавые жертвоприношения для этого, но ко мне подскочил второй парень, с моноклем в глазу, хватая за другой рукав.

— Нет! Первое состязание будет со мной. — Ультимативно заявил он, направив свой окуляр на меня, когда я с размаху вырвал свой рукав из его рук.

— Я понятия не имею, что сейчас происходит, но идите вы оба нах… — Вкрадчиво начал я, но замолчал, когда от третей группки отделилась бандитского вида девчёнка с небольшим шрамом под правым глазом, гвоздиком в правом крыле носа, переносицу которого украшала полоска пластыря. Отличало эту особу то, что на её руках были кожаные перчатки с обрезанными пальцами с металлическими вставками на ударной части, свободные бриджи, а вместо туфелек на каблуке, которые предпочитают местные лицеисты — боксёрки. Их мне удалось хорошо рассмотреть, особенно подошву бравой чешки, которая застыла в сантиметре перед моим носом.

— Бух… — Прочитал я оттиск во всю подошву, рядом с котрой стоял смайлик, с высунутым языком и глазами «крестиками».

Поняв, что демонстрация растяжки прошла успешно, девушка медленно опустила ногу, заложив руки в карманы бриджей, после чего обратилась к двум парням.

— Мальчики, а вас не учили, что девушек нужно вперёд пропускать? — Елейным голосом поинтересовалась первокурсница, окинув взглядом этих двоих, и обращаясь уже ко мне. — Со мной будет поединок. Я на пять голосов больше этих двоих поставила.

— Нет, я первый был!

— Нет, я!

— Значит, так! — Мой неожиданный рык разнёсся эхом по коридору, заставив отшатнуться от меня всю троицу и замолчать большую часть гомонящего здесь народу. — Вы двое, давайте отойдём, а ты лапуль, иди к себе в аудиторию и читай справочники по домоводству. Можешь видюшки в глобалнете посмотреть с котиками и поумиляться.

После сказанного мной, по толпе побежали удивлённые шепотки: «Да, он отчаянный!», «Совсем попутал, княжич», «Барон его в решето превратит», «Хана ему…», «Ермакова из него отбивную сделает», «Сейчас Клод его магией приласкает». Судя по комментариям эти ребятки и девчонка здесь довольно знамениты.

— Знаешь, что благородный, — Начала закипать девчонка с пластырем на носу. — Я таких как ты избивала до полусмерти, даже за меньшее.

— Послушай сюда, сударыня, — Понизив голос, начал говорить уже я, демонстрируя, что моё терпение тоже не безгранично. — Не знаю как тебе величать, но я понятия не имею о чём вы трое талдычите. Какой поединок? Какое состязание?

— Со мной у тебя магическая дуэль заявлена. Ставка 15 голосов — Заявил парень с пробором, почесав затылок, и немного смутившись, видимо понимая что мне действительно ничего неизвестно.

— Со мной состязание по стрельбе. Ставка так же 15. — Подал голос парень с моноклем.

— А с тобой, валькирия, у нас мордобой, за 20? — Решил проявить я свою сообразительность.

— Угадал, благородный. — Закивала головой девушка, хрустя костяшками кулаков.

— Судя по тому, что ты уже несколько раз назвала меня «благородным», титула у тебя нет. — Предположил я, первое что пришло на ум.

— Верно, Мышкин.

— За титул значит топишь.

— В точку.

— Тогда советую отказаться, сохранишь голоса. — С полной уверенностью констатировал я, чем удивил валькирию. — Желания драться с тобой у меня нет, от слова вообще.

— Это потому, что я девушка? — Возмущенно спросила девчонка в бриджах, начиная снова заводиться. — А знаешь, что? Мне уже действительно становится плевать на эти голоса. Я тебя сейчас просто так, прямо здесь отметелю….

— Нет, просто хотел, чтобы ты свои голоса сохранила, тебе они нужней, а мне — без надобности.

— Да я в своей жизни, ни от одного боя не отказывалась. Ты что? Телевизор не смотришь? — Только сейчас начало доходить до валькирии, которая хихикнула, когда я кивнул в знак её правоты. — Ну, ты дремучий, князь. Я Анастасия Ермакова, чемпион по боевому самбо Петрограда среди юниоров.

— А вы ребята кто будете? — Тяжело вздохнул я, обращаясь к двум спорщикам.

— Я Клод Шеннон, дарование рода Шеннон. — Огорошил меня парень с пробором, открыто заявив о своей квалификации.

— Юрий Строев, из рода Строевых, или «Оружейный барон». — Представился парень с моноклем, которого я уже про себя окрестил «Окунь».

— А я Стас, просто Стас, — Представился я, продолжая свою мысль. — Всё это очень замечательно, но я отказываюсь с вами со всеми состязаться, особенно с тобой, Валькирия.

— Ты не можешь отказаться. — Как по команде одновременно произнесли все трое.

— Мне что-то должно помешать? — Нахмурился я, обведя всю эту пёструю троицу подозрительным взглядом, подозревая в сговоре.

— Вообще, ты можешь отказаться, княжич Станислав, — Степенным голосом начало дарование Шеннонов. — Только тебя исключат. Мы все трое подали официальные запросы на перевод голосов по результатам поединков рейтинговым статистам. Всё в рамках внутреннего положения лицея, княжич Мышкин. Уверяю тебя.

— Складно говоришь, — Не стал спорить я, но информацию всё же не мешало проверить, может эта троица действительно делает из меня дурака. — Хорошо, но давайте сначала прогуляемся до куратора кружка рейтинговой статистики. Не возражаете?

— Конечно нет, потому что нам туда и надо. — Вступил в разговор барон Окунь.

— Валькирия, советую тебе отказаться. — Обратился я к боевой девчушке. — Только голоса свои потеряешь, тебе они нужнее всех здесь.

— И не подумаю. — Фыркнула Настя, гордо задрав заклеенный пластырем нос верху.

— Хорошо, тогда у меня есть к тебе встречное предложение, раз не могу тебя переубедить. — Подошёл к девушке, и повернул её в строну, начав говорить ей шёпотом на ухо, чтобы не слышали остальные.

— Что?! — Воскликнула Настя на весь коридор, приоткрыв рот от изумления. — Благородный ты сдурел?

— А почему нет? — Пожал я плечами, махнув парням рукой, чтобы не заостряли внимания.

— Хотя бы потому, что ты благородный. — Пожала плечами девушка, приходя в себя.

— Это всё предрассудки, Настя. — Мило улыбнулся я девушке, которая ни чуть этому не смутилась.

— Хорошо, будь по твоему, всё равно тебе не светит победить. — Самоуверенно заявила боевая девчушка.

— Тогда идёмте, навестим Бляхера, только я за вами, а то понятия не имею, где этот кружок счетоводов находится….

Поставил лайк? Добавил книгу в библиотеку? Подписался на автора, не дай скверх? => 10 скверхов-партизан из 10!

Глава 4

Кабинет клуба рейтинговых статистов

— Дорогой, Авдей, — Елейным голосом начал я, но перед моим лицом тут же оказалась ладонь.

— Секунду… — Пальцы Бляхера ещё быстрее забарабанили по клавиатуре ноутбука.

Так продолжалось чуть меньше десяти секунд, пока куратор клуба счетоводов, довольно крякнув, закончив свою писанину, с размаха захлопнул крышку-экран.

— Всё! Чем могу быть полезен? — Сложил руки в замок Авдей, положив их на стол перед собой и только сейчас подняв на нас глаза, после чего подпрыгнул. — Ба-а-а! Какие люди! Ну, что? Выбрал?

— И я тоже рад вас видеть, куратор. — Елейно пропев это, я на рефлексах из прошлой жизни потянулся к поясу, пытаясь нащупать там потёртую рукоять лёгкого болтера, чтобы стрельнуть этому персонажу в брюхо. Только моей любимой пушки там не оказалось. — А не могли бы вы подробнее рассказать о происходящем? Ну, про этот вызов. Сгораю от любопытства узнать подробности этого аттракциона.

— Ну, точно «тугодум», — скорбно покачав головой, Авдей пригладил три волосины на своей блестящей лысине, тяжело вздыхая. — Всё ведь в справке приложения написано.

— На заборе тоже написано, но это не значит что он… А ладно, — Махнув рукой, понимая, что тут разговаривать бесполезно, мне захотелось узнать самое важно. — Отказаться можно?

— Можно, но только ты подпишешь отказ, то получишь предписание об исключении из лицея. — Спокойно повторил куратор слова, ранее сказанные Окунем.

— Авдей, эти ваши вызовы полный идиотизм, — всё же решил я выговориться. — Хорошо, сегодня эти трое, которые не могут решить в каком порядке им лишаться своих голосов… А если завтра таких «вызывателей» десяток придёт? Когда мне учиться? Я из больнички не вылезу вообще, а Петру Петровичу, придётся ко мне дежурную бригаду медиков приставить. Или будут кидать эти вызовы, со ставкой один голос… И что? Мне сломя голову мчаться на каждую такую нелепицу? А может меня пианист вызовет… Мне что, на пианино учиться теперь играть?

— Кто ещё лишится…. — Промурлыкала многозначительно Настя Ермакова, постучав себя по локтю, а потом показав указательным пальцем на мой нос.

— Княжич Станислав, никто вас не вызовет десять раз подряд, даже три раза не получится, — Авдей вновь тяжело вздохнул, понимая, что от него так просто не отстанут. — Сейчас, секунду….

— «Вами получен новый тег: «Репей»» — Сообщило мне уведомление, после того, как Авдей спрятал коммуникатор в карман.

— Спасибо, куратор. — Устало произнеся это, рука сама собой потянулась к поясу, снова ища там любимый импульсный пистолет.

— Не за что. — Довольно улыбнулся Бляхер, но тут же его лицо вновь встало серьёзным. — Один вызов в месяц. Это касается и того, если ты захочешь кого-то вызвать, хоть это будет поединок, дуэль или состязание. Сразу предупреждаю, что вызовы не накапливаются. Максимальная ставка перевода ограничена тридцатью голосами, чтобы не вызвать дисбаланса или нечестной игры. Впрочем, последнее исключено. За состязанием будут следить минимум три инструктора.

— То есть, мне не придётся в один день валить всех этих гавриков?

— Я… тебя… сейчас… сам здесь завалю. — Так же дружелюбно, добродушным голосом, слегка стеснительно, проговорил Клод, чем вызвал у меня лёгкий ступор.

Впечатление нерешительного, где-то даже застенчивого мямли, которое он произвёл на меня с самого начала, явно диссонировало со сказанным им сейчас. Сдаётся мне, что этот на вид кроткий рассудительный парень, когда приходит домой, любит похрустеть мороженными котятами под кружечку пивка. Наталкивает на мысль, что вся эта троица со своими «сюрпризами», вряд ли приятными.

— П-ххх… А ты думаешь зачем мы к тебе пришли? — Хмыкнула Настя, складывая руки на груди, принимая вальяжную позу. — Не на твою же смазливую мордашку полюбоваться? Ты должен решить с кем из нас будешь состязаться в этом месяце, а кому придётся ждать следующего. Меня угораздило в один день с этими двумя прийти, понимаешь?

— Теперь, понимаю. — Закивал головой я, погрузившись в свои мысли.

— Так, кого выбираешь? — Призывно, поинтересовался Барон Окунь, глядя мне не в глаза, а промеж бровей, куда обычно пускают пулю в этом мире.

— Выбор места за кем? — Проигнорировал я Окуня, решив выяснить один из главных нюансов у Авдея, демонстративно обращаясь именно к нему.

— За тобой, Станислав. — Немного смутился куратор, почесав висок. — Только не понимаю, чем тебе не подходит, к примеру дуэльный зал, если ты выберешь Клода, или лицейский тир для занятий стрелков, или наш спортзал для рукопашной подготовки, если выберешь Ласточку. Там два ринга, выбирай любой. Есть ещё борцовский зал, но он не очень подойдёт для дуэли, и он во втором корпусе…

— Вот даже как! — Искренне удивился я тому, какими активами обладает лицей. — Очень хорошо, тогда ещё один вопрос… Могу ли я провести все три состязания в один день, а потом, чтобы меня не трогали?

— Нет. — тут же выдал Бляхер автоматически, но потом приподнял бровь, от удивления. — Не понял?

— Три состязания в один день, а потом, я остаток сентября, октябрь и ноябрь просто учусь, и не ожидаю, что в любой момент, мне прилетит вот такой нежданчик, — мой голос постепенно начал повышаться. — Не хочу постоянного дёрганья, хочу решить всё и сразу, Авдей.

— Я не знаю. — Огорошил меня своим ответом куратор счетоводов, наглаживая свою блестящую макушку, закатив глаза, будто пытается установить соединение с нейронетом. — Этого не прописано, и такого решения я принять не могу.

— Кто может?

— А ты не высокого ли мнения о себе, благородный? — начала вновь заводиться Валькирия, на что я ей только подмигнул, перед этим томным взглядом пройдя от боксёрок, до кончиков волос.

— Настя, мне платья нравятся, если что. — Картинно поправив волосы, я цокнул языком, пробежавшись ещё раз оценивающим взглядом по фигурке девушки. — Только, боксёрки не надевай под него, и перчатки свои сними.

— Пижон… — Сквозь зубы процедила девчушка, после чего повернула голову, надувая щёки, чтобы сплюнуть на пол, но вовремя остановилась.

— Авдей, я ведь могу устанавливать свои условия по поводу места проведения состязаний?

— Да, нет, не знаю. — Выдал куратор, выдав одно из самых «гениальных» сочетаний языка этого мира, но видя мой раздраженный взгляд, решил всё же дать пояснения. — Я про три состязания в один день… Не было такого случая, а в правилах не прописано.

— Авдей, знаменатель — не меняется. — Отбросив нормы приличия, решил нажать я на куратора. — Конечный результат всё равно один. Что я в один день проведу все поединки, а потом буду ходить два месяца улыбаться, что мы все будем считать числа.

— Да, правильно! — В один голос загомонили парни, переглянувшись, имея свой шкурный интерес.

— … Если будет чем улыбаться, благородный, если выберешь меня первой. — Не унималась Валькирия хрустнув кулаками, задрав голову и сузив глаза, до горизонтальных целей.

— Вот ты и будешь первой, но у тебя есть возможность отказаться.

— А, ты решил сразу выбыть из борьбы? — Съязвила девушка, видимо пытаясь меня задеть. — Сомневаюсь, что ты сможешь продолжить состязаться с этими двумя. Вернее… обещаю тебе это, благородный.

— Я кружевное люблю, Насть. Расцветку, сама выберешь. И зови меня Стас.

— Ты с дуриной?! — Повысила голос Валькирия, игнорируя то, что на неё смотрел уже весь кружок статистов, которые побросали свои ноутбуки и увлечённо наблюдали за развитием событий. — Княгинь в шелковых трусишках тебе что ли не хватило, что ты в меня вцепился? Я то тебе накой чёрт сдалась? Не благородная, нет манер, при виде крови в обморок не падаю, не….

— Мне хватит того, что ты просто красивая и интересная, этого достаточно. — Пожал я плечами, наблюдая, как вытягиваются лица окружающих, которые себе напредставляли в голове невесть что.

Самая интересная реакция была у Насти, которая с открытым ртом, застыв статуей, хлопала ресницами, пытаясь переварить сказанное мной. Не понятная реакция, учитывая то, что я ни чуть не соврал. Если приглядеться, то девушка была вполне красивой, даже с этим пластырем на носу и едва различимым шрамом от рассечения под глазом. Специфичность её заключалась лишь во взрывном колючем характере, который вывезет не каждый благородный, но я ведь «не каждый»….

— Простите, — потупил взгляд Бляхер, первым пришедшим в себя. — А вы сейчас о чём?

— Да, Авдей, тут такое дело, — Решил я уйти от объяснений, проигнорировав вопрос. — Мне не нужны голоса от Насти в случае моей победы. Мы с ней договорились, что она выполнит одну мою просьбу. Так можно сделать?

— Хм… Я даже не знаю. Ты меня сегодня только и делаешь, что ставишь в тупик, Станислав. — Честно признался Авдей, задумчиво поглаживая свою плешивую макушку. — Всё же придётся к ректору идти… Хотя….

Авдей подняв указательный палец вверх вновь прыгнул на своё кресло и открыв ноутбук, пощёлкав мышкой с десяток секунд начал быстро набирать сообщение, вероятнее всего Морозову.

— Он у себя. — Облегчённо констатировал Бляхер. — Печатает ответ… Да. Морозов дал добро на три поединка в один день. Сейчас-сейчас, так! От голосов ты можешь отказаться, но только лицей не несёт ответственности за исполнение твой просьбы Ласточкой… Это уже на твой страх и риск.

— Даю слово, что исполню то, о чём мы с тобой договорились. — Чётко произнесла Настя, пришедшая в себя, не моргая глядя мне в глаза, добавляя. — Я никогда не отказывалась от боя и всегда держу данное мной слово. Можешь не переживать, кн… Стас….

— Не сомневался, Настя. — Кивнув, я сдержано улыбнулся, отметив кое-какие изменения в поведение девушки, после сказанного мной ранее, обращаясь теперь к парням. — Барон, ты будешь после Валькирии, встретимся в тире лицея. А с тобой, Клод, мы встретимся не в дуэльном зале, а в коридоре, рядом с моей аудиторией.

— Не понял, в зале ведь удобнее. — Пожал плечами дарование рода Шеннон.

— Это тебе там удобнее. Место состязания за мной, не забывай.

— Да, в принципе, разницы уже нет. — На лице Клода читалось явное расстройство. — Сомневаюсь, что ты сможешь продолжать состязание после поединка с Настей.

— Кто знает… — Загадочно произнёс я, в очередной раз убеждаясь, что обо мне здесь невысокого мнения. — Встречаемся сегодня, сразу после лекций в зале подготовки рукопашной подготовки.

— Я не проиграю. — Ни с того ни с сего констатировала Настя, и развернувшись, направилась к выходу из кабинета статистов.

— Считай, что твои пятнадцать голосов теперь мои, если Ласточка не сломает тебе руки, конечно. — Заявил Окунь, и поправив монокль направился прочь, вслед за девушкой.

— Буду болеть за тебя. — Удивил меня Клод, всё так же демонстрируя доброжелательность в которой не обнаруживалась фальшь, так же направившись за остальными двумя «вызывателями».

— Куратор Авдей, — Весь мой вид и голос на столько стали приторными, что наверняка у всех присутствующих счетоводов в кабинете появился сладкий привкус во рту и начало тошнить. — Только не отпирайтесь, пожалуйста, что у вас есть множество информации на эту троицу. Я же не поверю в это… Как бы мне на неё взглянуть, по-дружески, так сказать?

— Легко, но «по-дружески», тут неуместно. — удивил меня Авдей, которого маленький Айзек в моей голове привязывал к стулу и уже был готов начать дознание «с пристрастием». — Один голос за профайл каждого, итого — три голоса.

— Э-ммм. Я не против, мне эти голоса вообще не нужны как-то, только зачем они вам? Вы же куратор. — Тут уже мне пришлось чесать репу.

— Как это вам не нужны голоса?! — От сказанного мной, Авдей встрепенулся, и приоткрыл рот.

— Да вот так, Авдей. — Развёл я руками. — Бороться за какой-то эфемерный приз идя по головам это интересно, но не в моих правилах. Мне нужно знать, что получу, иначе желания участвовать не возникает.

Это была чистая правда. Мне действительно были до далёкой звезды эти голоса. Более того, я бы с радостью воспринял тот факт, что мой фасад «топ 1», потерялся бы где-нибудь в середине списка. Даже подумывал о том, пока сюда шёл, вариант со сливом поединков. Убеждал себя это сделать, но моя натура взяла верх. Мне не сдались эти голоса, за которые я получу в конце полугодия «скверха в мешке», но отдавать то, что уже моё — это противоестественно для меня. Пусть мне это не нужно, но ведь оно уже моё! Почему я должен с этим расставаться? Может это глупо, и я подхожу под здешнее выражение «собака на сене», но причины и желания менять что-то в себе, у меня нет. При таком мировоззрение, жадным меня сложно назвать. Если у меня возникало желание с кем-то поделиться, то я это делал. Мне эти лицеисты не товарищи, так что, не вижу смысла заниматься благотворительностью, сливая им свои голоса.

— Так всё известно уже, Станислав. — Будто дубиной по голове огрел меня Бляхер новыми фактами. — Первая сотня лицеистов освобождается от уплаты за обучение, благородные вошедшие в первую десятку получают на один год получают снижение императорского налога до десяти процентов. Род того, кто займёт первое место будет освобождён от уплаты императорского налога, сроком на два года. Разумеется это только то, о чём известно и заявлено официально, но император любит дополнительные поощрения. Ещё ректор от себя что-нибудь придумает… Станислав, что с тобой?

— Правильно ли я понял, Авдей, — приходя в себя после услышанного мой голос ещё немного подрагивал. — Если на момент подведения итогов, я окажусь первым в рейтинге среди первокурсников, то мой род будет освобождён от двадцатипроцентного налога императора со своей деятельности?

— Всё верно. — Кивнул Бляхер, приглаживая отклеившийся от лысины, ставший колом волосок. — Сюда же входит и земельный налог. Согласись, Мышкин, есть за что побороться, а ты голосами разбрасываешься. Так вы богато жить не будете, попомни мои слова.

— Двадцать процентов… — Шёпотом произнеся это, в моей голове уже бушевал ураган мыслей от открывающихся перспектив, а «Калькулятор Айзека» начал просчитывать все варианты. — Целых! Двадцать! Процентов!

— Да, именно так я и сказал. — Кивнул Бляхер, после чего решил вернуться к изначальной теме. — Так что? Ещё хочешь потратить три голоса?

— Теперь я просто обязан это сделать. — Не раздумывая дал я своё согласия, тряхнув головой, чтобы успокоить мысли.

— Дело твоё. — Пожал плечами Бляхер, садясь вновь за свой ноутбук. — У нас есть профайлы на каждого лицеиста, которые мы предоставляем по обращению за голоса. Так что процедура вполне стандартная. Твой, к примеру, за эту неделю запрашивался уже больше сотни раз. Это обычно делается в самом приложение, но ты, Станислав, не потрудился ознакомиться с этой функцией.

— Не потрудился. — Сложно было отрицать очевидное, но в голове я себе сделал пометку детально изучить функции рейтингового приложения.

— Готово, можешь забирать. — Бляхер указал на принтер стоящий в углу, который только что прекратил свою работу. — Уведомление о списании трёх голосов придёт тебе позже.

— Угу… — Буркнул я себе под нос уже достав десяток листов из принтера, бегло проверяя качество печати. — Спасибо, куратор за объяснения и за информацию.

— Не за что, только в следующий раз читай справку в приложении.

— Обязательно. — Уверил я, уже приплясывая от нетерпения детально ознакомиться с профайлами «вызывателей». — Не буду вас отвлекать.

После этих слов, мои ноги сами понесли меня на выход из кабинета статистов, а в голове возникло чёткое представление того, чем я буду заниматься сейчас на лекции….

Глава 5

— «Так вот откуда скверх кастует» — Пришло ко мне узнавание, благодаря воспоминаниям Стаса.

Княжичу была смутно знакома фамилия «Ермаков», а значит и мне. Стас не интересовался боями, не смотря на то, что был любителем подраться, но эту фамилию он иногда слышал, и не удивительно. Настя оказалась, не кто иная, как дочка Фёдора Ермаков по прозвищу «Раскат», заслуженного мастера спорта международного класса, абсолютного чемпиона Российской империи по боям без правил! Всех титулов, которыми обладает её папаша, даже не запомнить, а для его наград у них дома даже была выделена специальная комната. Об этом я узнал из видео с имптуба, когда Раскат давал интервью у себя дома. В том же видео была и Настя, которую папаня лично тренировал с детства. Прочитав краткую биографию этого мужика, я его зауважал. Будучи ещё студентом Петроградского магического ПТУ, парень живший с бабушкой во Фрунзенском уезде, район Купчино, своими кулаками пробил путь наверх, поднявшись самостоятельно из самых низов. Сейчас Ермаков звезда боёв без правил мирового уровня, которому принадлежит около десятка спортивных залов, три крупных фитнес-центра премиум класса, целых две боевых школы названо его именем.

Настя, не смотря на такого отца, не грелась в лучах славы предка, видимо унаследовав его характер. Свою карьеру девушка начала ещё с ранних лет, и продолжает по сей день. На данный момент, она имеет самую угрожающую статистику в зачётных соревнованиях. Целых сто девять побед и два поражения, которые у неё были ещё в начале карьеры.

Найти ролики с соревнований, с её участием, не составило труда. Более того, у девушки был свой канал, где она выкладывала видео с тренировок и соревнований. Сейчас она готовилась перейти во взрослую лигу, и разумеется пойти по стопам отца. Нескольких роликов мне хватило, чтобы побороть лень, зарегистрироваться и поставить «Ласточке» большой палец. Такое прозвище Настя получила за скорость и свою манёвренность на ринге. Сразу становилось понятно, что эта девчушка, так же, как и Ермаков в своё время, за счёт врождённого таланта, пробивает кулаками дорогу в жизнь. Хорошо, что у нас с ней не зачётный бой будет. Не хотелось бы портить ей статистику. В том, что победа останется за мной, я даже не сомневаюсь, а продолжительность боя не превысит двух секунд. Всё кончится одни ударом.

Победа над девушкой, это только внешняя часть вопроса. У меня к этому бою есть скрытый интерес, и не только у меня. Кое-кто точно заинтересуется поединком. Вернее его участницей, которую скорее всего сразу возьмёт в оборот. Нужно подумать, как это лучше всего использовать.

Юрий Строев, так же не проблема, как и Настя, но с ним придётся действительно посоревноваться. Честный поединок неизбежен, но почему-то у меня нет сомнений, что я вывезу. Плохо, что у огнестрела низкий класс точности, в отличии от энергетического и лучевого оружия из моего мира. Всё зависит от условий состязания, о которых, как я понял, мы договоримся в тире лицея.

Самый угрожающий противник для меня Шеннон. Оказалось, что имптуб тоже его знает, как самого молодого участника-мага шоу глобалнета «Раз на раз». Смысл предельно прост, обмен баллистическими магическими техниками на скорость. Кто устоит на ногах, тот победил. Это шоу аналог того, как ещё в мохнатые времена, стрелялись на дуэлях из кремниевых пистолетов. Клода, как и Настю, можно по праву называть талантливым. На первом курсе, владеть несколькими дистанционными магическими техниками, которые второкурсники осваивают под конец года, это впечатляет. Если в первых двух состязаниях у меня есть реальные шансы выиграть, то с Шеннаном пятьдесят на пятьдесят. Хуже всего то, что именно он может попортить мне тушку, а в больничку я не хочу. Это сильно затормозит мой прогресс в пряже, чего мне очень не хотелось бы. Моя победа сейчас зависит от того на сколько высок боевой опыт этого парня. Так же, как и для Насти, для него у меня припасён один сюрприз. Не зря я выбрал местом проведения состязания обычный коридор, а не специализированную арену.

В изучении своих противников я провёл весь общеобразовательный стек. Чтобы не отвлекаться, пришлось отложить пряжу центрального меридиана, и перекинуть всю работу на обруч, забив в него связки левой перчатки.

Увлечённый поиском информации я даже не заметил, как ко мне подошла Жанна, которая чтобы меня отвлечь от смартфона, демонстративно покашляла, после чего, чуть ли не в лицо ткнула мне руку, тем самым намекая, что в неё нужно что-то положить.

— Умница, Жаннет. — Скупо похвалив рыжую милашку за исполнительность, я вернул девушке её нижнее бельё, вновь углубившись в смартфон, желая продолжить просмотр шоу с участием Клода, но Жанна не спешила уходить.

— Что, и всё? — Недоумённо спросила княжна, пряча свои трусишки в карман кителя, видимо ожидая какой-нибудь колкости от меня.

— Да, Жаннет. Ты отлично постаралась. — Вновь поднял я глаза, без особого энтузиазма, наблюдая на лице милашки смешанное выражение удивления, разочарования и раздражения. — Хотя нет, не всё. Подойди немного ближе.

— Зачем? — Спросила Жанна, но видя, как я качаю головой, выражая недовольство, сделала пол шага вперёд.

— Всё, можешь идти.

— Пф! Ну и зачем это было нужно… — Раздражённо фыркнула Жанна, и не дожидаясь ответа, развернулась, чтобы меня покинуть.

— За этим. — Я легонько шлёпнул Жанну по попе. — Не смог удержаться.

— Скотина… — Не оборачиваясь бросила княжна, и виляя, чуть более амплитудней обычного, обтянутыми юбкой манящими бёдрами, дразня тем самым меня, удалилась прочь, демонстративно задрав вверх голову.

— Ты просто нечто… — Провожая Жанну мечтательным взглядом, мне даже не нужно было смотреть на образ своего духовного тела, чтобы убедиться в том, что веретено ускорило свой бег от моей маленькой шалости. Со временем они незаметно начнут расти….

Посещение лицейской столовой прошло без происшествий. По началу напрягали косые взгляды, но стоило заработать челюстью, как это абсолютно перестало меня волновать. Единственное, пришлось немного напрячься, когда мимо моего стола прошла уже знакомая мне группка фехтовальщиков, во главе с Леоном. Следом за ними, на значительном отдаление дефилировала знакомая мне эпатажная графиня Кристи, которая встретившись со мной взглядом мило улыбнулась, и сложив губки изобразила поцелуй, игриво подмигнув. Поддержав игру девушки, я поднял руку, поймав поцелуй и положив его во внутренний карман, поближе к сердцу, подмигнул в ответ.

Набив карманы протеиновыми батончиками, купленными в лицейском буфете, сверившись с расписанием, я потратил несколько минут на переход во второй корпус лицея. Именно там должно было проходить занятие у инструктора Довмона по начальной боевой подготовке. Нужно было узаконить использование своей тонфы в стенах лицея. Тем более, что мне скорее всего предстоит ею воспользоваться сегодня.

Инструктор Довмон, не смотря на то, что сейчас была часовая перемена между стеками, оказался на месте. Источая флюиды угрюмости, Шрам занимался тем, что перекладывал шпаги в оружейной стойке.

— Денёчек, инструктор Довмон. — Поздоровался я, сразу со входа, подходя к своему руководителю группы.

— А, княжич Мышкин… Вижу ты уже пришёл в норму. — Не изменяя своей манере сказал инструктор, поправив последнюю шпагу, поворачиваясь ко мне полностью.

— Да, как новенький. Я к вам по делу. — Отбросив все прелюдии, моя рука скользнула к шее, извлекая из чехла тонфу. — Вот. Осмотрите и зарегистрируйте.

— Это что? — Буркнул Шрам, принимая мою игрушку, повертев её в руке.

— Это тонфа. — Сказанное мной было очевидно.

— Вижу, что не меч. — После этих слов, инструктор перехватил тонфу за боковую рукоять, покрутив ей мельницу. — Вес хороший. Где вторая?

— Она не нужна. Решил остановиться на одиночном варианте.

— Зря. Это парное оружие. — Флегматично заметил инструктор, возвращая мою игрушку обратно. — Не вижу надобности в регистрации.

— А так? — После нажатия на одну из двух кнопок-полумесяцев, на короткой части возникла электрическая дуга, издавая треск.

— Тем более. Шоковое оружие входит в группу «средства самообороны». Они не подлежат регистрации. Ты можешь носить с собой шокер в стенах лицея.

— Хорошо. — Согласился я, крутанув тонфу в руке, направляя её длинную часть в сторону и нажимая на второй полумесяц кнопки, после чего раздался щелчок, выдвинувшегося тридцати сантиметрового жала, с крестовидным сечением, каждая грань которого была остро заточена. Это позволяло наносить помимо колющих ещё режущие и рубящие удары.

— А вот это уже серьёзно. — Безучастным голосом констатировал Шрам, глядя на меня своими рыбьими глазами. — Скрытый клинок… Неплохо. Тип выброса пружинный?

— Пневматический. Вот в этом сегменте, — я указал пальцами на участок тонфы возле рукояти. — Стоит баллончик высокого давления в 80 атмосфер с диоксидом углерода, но служит он не только для выброса лезвия.

— Интересно. Продолжай… — слова Шрама были совершенно противоположны его безучастному и флегматичному голосу, но я всё равно продолжил.

— Видите вот эти отверстия в ложбинках лезвия… Если нажать сразу на две кнопки на торце боковой рукояти, то это приведёт к резкому выбросу углекислоты по специальным каналам в тело жертвы. При резком выходе газа происходит его быстрое охлаждение, что повышает шоковое и летальное действие такого укола, который способен остановить даже крупного зверя.

— Ммм… Оружейники использовали технологию как в WASP Injector Knife. Умно….

— Верно. — Кивнул я, решая не распространяться про ещё одну тонкость своей игрушки.

— Что ж. Давай мне свою тонфу сюда вместе с чехлом. У меня для пломбировки всё необходимое с собой.

Сняв китель, я стянул лямки чехла, после чего нажал на маленькую кнопку величиной со спичечную головку, которая выдвинулась сбоку рукояти после выдвижения лезвия. Раздалось шипение стравливаемого газа, и лезвие ушло внутрь со щелчком. Отправив свою игрушку в чехол, я протянул его Довману, который немного подумав, достал катушку с лентой и принялся мотать. Оторвав ленту, соединив два её конца, наложив поверх них тёмно-красную таблетку, инструктор извлёк из кармана печать, придавив шайбу сургуча. По глазам ударило фиолетовой вспышкой эфира, от которого материал чёрной ленты изменил на секунду цвет.

— Готово. Все бумажки потом оформлю. — Довмон протянул мне оружие обратно. — Теперь, когда ты вытянешь из чехла тонфу больше чем на пять сантиметров печать будет сломана. Когда это произойдёт подойди к любому из инструкторов, который зафиксирует использование тобой оружия, и опечатает тебе его заново.

— Понял, благодарю. — Кивнув, вновь накидывая лямки чехла на плечи, я решил сообщить кое-что Довмону. — Инструктор, ваше занятие следующее… Можно на него не приходить? У меня сразу три состязания сегодня, хотел бы подготовиться.

— Я в курсе, Мышкин. — Едва заметно кивнул инструктор. — Но это бесполезно. Слышал, что первым и последним твоим противником будет Ласточка. Лучше не утруждайся, а просто погуляй по коридорам, перед тем как тебя вынесут из лицея на носилках.

— А я смотрю, вы в меня прям «верите», инструктор….

— Это не вопрос веры, Станислав, а факты. — Безэмоционально заявил Шрам. — Я видел в бою эту девочку, когда она спарринговалась с инструктором по рукопашной подготовке Сколовым наравне….

— Жаль, что вы израсходовали все свои голоса за этот месяц, — Невинно промурлыкал я, а в голове созрел коварный план. — Хотя… Давайте заключим устное соглашение, инструктор. Если мне удастся победить Настю, то первого октября вы мне переводите все десять голосов выданных вам на месяц.

— Я тебе и за ноябрь голоса переведу, если одолеешь Ласточку. — Видимо сейчас был сарказм, несмотря на отсутствие эмоций в голосе.

— Договорились, инструктор. — Я довольно сощурился, представляя, что в перспективе мне упадёт двадцать халявных голосов, взамен той двадцатки от которой отказался. — Ладно, пойду разомнусь в спортзале и постреляю в тире.

— Ага. Удачи желать не буду, она тебе вся равно не поможет, Мышкин….

После лекций. Зал рукопашной подготовки.

— Спасибо за информацию, дядь Фёдор. — Поблагодарил я Токарева, вешая трубку, стоя рядом с приоткрытой дверью зала подготовки.

— «Как скверхов на мессе!» — других мыслей даже в голову не приходило.

Посмотреть, как девчонка будет закатывать меня в пол, собралось не меньше двух сотен лицеистов, если не больше. Плащей здесь было больше трёх, как было заявлено. Но звездой этого мероприятия безусловно был ректор, который соизволил почтить всех своим присутствием.

Завидев меня в проходе, Довмон поднял руку, махнув несколько раз, намекая, чтобы я шёл к нему. Рядом с руководителем моей группы уже стояла Настя. Девушка так же была одета в свободные бриджи, но вместо кителя и блузки, на ней сейчас был топ, поверх которого была одета майка.

Пока шёл, оценивая настроение собравшихся, которые замечая меня расходились в стороны, подтвердил свои догадки, что большинство присутствующих пришли ради того, чтобы посмотреть на звёздочку боевого самбо, и на то, как она будет методично превращать меня в фарш. Представляю их расстройство, когда бой завершиться только начавшись.

— Готов? — Видимо для порядка поинтересовался у меня Довмон, и дождавшись кивка продолжи вещать дальше. — Хорошо. Я, инструктор Сколов и инструктор Медведева будем следить за ходом проведения поединка. — Шрам указал на молодого коротко подстриженного мужчину атлетического телосложения рядом с собой, и на молоденькую инструкторшу с которой я уже встречался.

— Казанова, в этот раз я прикрывать тебя не буду, как тогда. — Сказала симпатичная магичка, которая закрыла меня щитом, когда шестёрки Орлова приняли меня за футбольный мяч.

— Не беспокойтесь, прекрасная дама. — Усмехнувшись, я учтиво поклонился, снимая невидимую шляпу.

— Вижу вы уже знакомы. — Ухмыльнулся Сколов, после чего его лицо вновь стало серьёзным. — Объясню на всякий случай правила, — обращение было адресована нам с Настей, которая сейчас была предельно собрана. — Поединок начинается по команде судьи, роль которого исполнит Довмон. Раунды по две минуты, перерыв между которыми одна минута. Допускается использование ударных магических техник, если вы таковыми обладаете. Условия победы озвучивать надо?

* * *
— Хорошо… Тогда прошу на ринг, и Настя, — Сколов сделал паузу, с жалостью посмотрев на меня. — Не увлекайся с ним. Он нам ещё живой нужен.

— Поняла, инструктор. — Кивнула девушка, которая сейчас была совсем непохожа на ту Валькирию, которую я встретил возле кабинета аудитории, после первой лекции.

— Стоп… Княжич Мышкин, ты так пойдёшь на ринг? — Поинтересовался инструктор по рукопашке.

— Да. — Коротко ответил я, посмотрев в сторону ринга.

— Хотя бы китель сними. — Посоветовал мне Довман.

— Нет необходимости.

Махнув рукой я направился к рингу, выбрав для себя красный угол, в цвет своего красного капитанского плаща, который был у меня на Фагрисе.

Зря переживал только, что запутаюсь в канатах. Пролез я вполне нормально. Заняв своё место, ещё раз пробежавшись глазами по залу, нашёл Орловскую команду, которая в полном составе, включая Жанну, сейчас ожидала начала расправы надо мной. Представляю их разочарование, но пусть пока пофантазируют и поскалятся.

— На отметки. — Флегматично произнёс Довмон, указывая на лини начерченные на полу.

Мы с Настей одновременно заняли указанные нам позиции, а девушка даже встала в стойку. Не смотря на серьёзный настрой Насти, она удивилась, когда я вместо того, чтобы хотя бы как-то поднять руки перед собой, сложил их за спиной, будто сейчас был не на ринге, а рассматривал в музее картину.

Разумеется, девушка не могла знать, что мой расслабленный вид, целиком и полностью обман. Оргон уже тёк в перчатку, а контур вуали был готов активироваться в любую секунду.

— Три, два, — дал отсчёт Довман, взгляд которого стал, как тогда, когда я сказал ему про нож в рукаве. — Один, Начали!

Настя приподняв руки занесла ногу, чтобы сделать первый шаг для сближения, но этого было не нужно. Глаза девушки широко открылись от неожиданности. Сближаться со мной не было необходимости, ведь я уже был перед ней. Сдвинуть руки, чтобы заблокировать мой прямой удар правой, она не успела. Да и куда тут успеть, когда контур вуали работает на оргоне, качество которого значительно выше того, что был раньше. Кулак остановился в нескольких миллиметрах перед солнечным сплетением Насти, после чего последовала активация накопленного заряда перчатки, чтобы он выполнил то единственное, для чего он пригоден.

По залу разнёсся мощный глухой хлопок, по звуку похожий на лобовой удар двух грузовиков, а стоящих у ринга лицеистов обдало потоком разогнавшегося воздуха. Большинство лицеисток с визгом схватились за поднятые юбки, спешно поправляя их.

Настя по привычке разорвала дистанцию, но сбилась с шага, понимая, что что-то не так, из-за появившейся лёгкости в груди, которая ранее была стянута намоткой из эластичных бинтов, поверх которых были одеты топик и майка. Ещё туго затянутый шнурок бриджей перестал давить на талию, потому, что его не было. Превращённая в лохмотья одежда девушки разлетелась по залу, а пара лоскутов от майки, висели на покачивающихся канатах.

— А у тебя классная грудь, Насть. — Подметил я, любуясь пришедшими в боевое положение аккуратными кремовыми сосочками, которые так и манили поиграть с ними.

Девушка ничего не ответила, быстро перекрывая одной рукой грудь, а второй прижимая к себе лоскут, героически выживший каким-то чудом, оставшийся от трусиков, частично прикрывающий зону бикини. Ещё секунда, и глаза девушки полные теперь уже стыда, а не боевой решимости, стали мокрыми, а по щекам пролегли две мокрых дорожки.

— Инструктор Довман, не спи. — Бросил я на ходу, приближаясь к Насте, которая вот-вот готова была разреветься. — У меня слабая к девичьим слезам психика.

— Но….

— Противник не может продолжить бой. Техническое поражение.

Настя уже начала всхлипывать, но вздрогнув, остановилась, когда мой китель лёг на её плечи, закрывая наготу. Приподняв голову, девушка встретилась со мной взглядом, когда я застёгивал пуговицы, от чего количество выделяемой глазами влаги удвоилось.

— Ну, не реви, дурёха. — Ласково сказал я, погладив Настю по плечу, смахнув большим пальцем повисшую на подбородке слезинку. — Просил же, чтобы ты отказалась, но ты ведь упёртая воинственная валькирия, а валькирии не плачут. Там в карманах кителя батончики есть. Лучше не реви, а сладенького погрызи, от этого настроение поднимается. Ладно, я пойду Насть, не буду тебя смущать. Китель потом отдашь.

Закончив разговор, как раз тогда, когда Довман объявил окончание поединка, я уже хотел уйти с ринга, но ко мне спешно подошёл «судья».

— Постой, Мышкин. Что это только что было? — Решил поинтересоваться Довман, вставая со мной рядом.

— Родовая магическая техника. Безвредная по сути, только одежду рвёт. Это единственное для чего она годится. — Не задумываясь ответил я, тем самым пресекая все вопросы.

— Понял. Можешь идти. — По всем догматам и канонам ответил инструктор, услышав слово «родовая».

— А…

— Про твои двадцать очков я не забыл. — Сразу понял Шрам, о чём я сейчас хочу спросить. — Иди уже отдыхать. У тебя тридцать минут до стрелкового поединка с Юрием.

— Да-да, я в курсе. — На лице невольно появилась улыбка. — «Вот и скверх из засады выполз. Не сомневался, что он появится.»

Инструктор Медведева и Сколов где-то нашли штору и теперь работали импровизированной ширмой для Насти, которой вручили спортивный костюм для переодевания. Как раз сейчас, вокруг этой «ширмы», маячил Веллански. Пританцовывая от нетерпения, он бросал сейчас косые взгляды на меня, а я старательно делал вид, что этого не замечаю.

— «Молодец, ты как раз вовремя. Я ведь заряженный удар перчаткой использовал не только потому, что хотел на девичью грудь полюбоваться…»

Поняв, что нужно спешить, пользуясь всеобщей неразберихой, я поспешил удалиться из зала на выбранную заранее позицию, поигрывая смартфоном.

Глава 6

— «Это мой шанс, доказать этим бюрократам из «Врил» свою правоту» — Думал Велланский, добродушно поглядывая на Настю, идущую рядом с ним, используя магическую технику эфирного взора, доведённую до абсолютного мастерства. — «Пусть эфирные связи девчонки не пострадали от техники Мышкина, но в её теле нет ни единого следа остаточного проявления эфира. Этого должно хватить, чтобы общество «Врил» окончательно убедилось, что Станислав является дарованием, от которого следует избавиться, пока он не стал ещё одним кирпичиком магической мощи проклятой Российской империи. Того, что я только что видел уже хватает для ликвидации паренька, но нужно опросить девчонку, и побольше разузнать о том, что это была за техника. Он ей что-то сказала, когда дал свой китель. Нужно узнать, что именно. Может удастся понять принцип работы его техник…»

— Пётр Петрович, я правда в порядке, — Начала Настя, подходя вместе с Велланским к его кабинету. — Не хочу вас утруждать, и всё такое….

— В этом мы не можем быть уверенны наверняка. — Со знанием дела заявил куратор дежурных медиков лицея. — Остаточные проявления магии очень опасны и могут нанести вред здоровью.

— Хорошо, доктор. — Согласилась Настя, сбиваясь с шага, качнувшись в сторону.

Велланский, продумывая вопросы, что нужно было задать девушке, успел подхватить лицеистку за предплечье, восстанавливая её равновесие.

— Кружит, немного… — Виновато сказала Настя, делая глубокий вдох, часто заморгав. — И в глазах рябит… Всё, опять прошло.

— «Ещё бы тебя не кружило после аэрозольного средства для общего наркоза, добавленного в нашатырный спирт, которым я тебя из истерики выводил» — Подумал Веллански, по отечески тепло улыбаясь. — Это то, о чём я только что говорил, Настя. Проходи в кабинет. Сейчас тебе поможем.

Торопливо открыв дверь, изображая беспокойство, куратор провёл девушку через тамбур внутрь. Усадив Настю на кушетку, Пётр Петрович щёлкнул несколько раз пальцами перед её лицом, проверяя рефлексы.

— Перед тем, как начнём процедуры, может воды? — Услужливо предложил доктор, демонстрируя заботу.

— Да, пожалуй, Пётр Петрович, — кивнула Настя потирая саднящее горло. — Какая-то сухость во рту….

— Сейчас-сейчас, — Засуетился доктор, направившись к своему шкафчику с лекарствами, и немного там повозившись, достав стакан, направился к кулеру.

— Спасибо, — Поблагодарила Настя, принимая стакан, но в дополнение к нему, Пётр Петрович протянул ещё три таблетки.

— Выпей. Это успокоительное с лекарством. Оно снимет головокружение.

Не чувствуя какого-либо подвоха, Настя приняла таблетки, одним движением кинув их в рот запив водой.

— «Отлично, через несколько минут должно….»

От мощного удара, сотрясшего даже стены, дверь кабинета слетела с петель, рухнув на пол тамбура. Буквально оцепенев от неожиданности, Велланский даже не понял, как оказался в лежачем положении, воткнутый лицом в пол. Ещё несколько секунд, член «Врил» — внутреннего круга общества Туле, не мог понять происходящего, до того момента, пока на заломанные за спину руки не лёг противомагический чехол. Чьи-то руки одним движением оторвали его от пола, ставя на ноги. В то же мгновение, в спину упёрлось несколько стволов магострелов. Теми, кто посмел потревожить Петра Петровича в его обители, были имперские штурмовики отряда особого назначения.

— Почему вы…

— Пётр Петрович Велланский, — Подняв забрало тактического шлема, заговорил командир штурмовой группы. — Вы обвиняетесь, — сделав паузу, вояка указал медикам следственной группы на прибывающую в невменяемом состоянии Настю, после чего, его суровое выражение лица, стало ещё более ожесточённым. — Сучара… У меня дочурка чуть младше этой девчушки растёт, а ты, гнида, такое творишь….

После этих слов, одним движение переключатель камеры на шлеме был выключен, последовал мощный удар в район солнечного сплетения, от которого Велланского резко согнуло. Пётр Петрович начал кашлять и задыхаться, сползая на пол. Упасть ему не дали бойцы, стоящие по обе стороны от него. Они тут же вернули доктору прежнее положение, а камера на шлеме командира группы, вновь была включена.

— Пётр Петрович Велланский, вы обвиняетесь в незаконном хранение, применение и использование запрещённых наркотических препаратов, склонение к употреблению запрещённых наркотических средств, склонение к употреблению с целью совершения сексуального насилия в отношение лица противоположного пола.

— К-к-какого насилия? Вы о чём? Я ничего такого….

— Пакуйте его, ребята….

Княжич Мышкин

Не «отсвечивая», стоя за углом в противоположном конце коридора, рядом с раздевалкой, которая скоро должна заработать, связи с наступлением холодов, я наблюдал за кабинетом Велланского, напевая только что придуманную мной песенку: «Добрый доктор Айболит, на параше посидит. Не придёт к нему гаситься ни корова ни лисица…».

— «Нехорошо вышло…» — тут уж пришлось признать, когда я увидел, как бригада медиков придерживая со всех сторон, уводят Настю из кабинета. — «Натерпелась Валькирия сегодня благодаря мне, но за неимением других вариантов…».

На самом деле, за неимением возможности ухватить Велланского за шары и хорошенько добросить или избавиться, этот план у меня появился ещё после второго визита к нему. Я лично планировал его исполнить, но возникло несколько проблем, главная из которых так или иначе касается меридиан. Наверняка бы у меня взяли кровь, чтобы выяснить, какими «конфетами» кормил меня доктор. В результате, в крови ничего бы не нашли, кроме завышенных в потолок гормонов, с уровнем которых даже годовалый жеребец рядом не скакал самым быстрым аллюром. К моей радости, подвернулся поединок с Настей, а первоначальный план был доработан. Единственное что мне не понравилось в этой задумке, это демонстрация заряженного удара перчаткой. Боязни, что я как-то себя раскрою у меня не было. В глобалнете, пока смотрел поединки старшего Ермакова, видел похожие на заряженный удар магические техники. Опять же, эффект неожиданности и скорость, большинство не поняли, что вообще случилось. Ещё железный аргумент, про «родовое колдунство» не стоит забывать. В этом мире, расспрашивать о родовых техниках, это как подойти на улице к незнакомой даме и попросить, чтобы она подняла юбку, для демонстрации своего нижнего белья. Смысл практически одинаковый. Всё же, мне не хотелось выставлять на показ обладание какой-либо силой, кроме своих кулаков. Лучше пусть все бы узнали о том, что Стас Мышкин может магичить поздно, чем рано. Понятно, что с ростом моего прогресса плетения облачения чистоты, скрывать способности будет становится всё сложнее и сложней. Главное не продемонстрировать ничего такого, что выходит за рамки местных реалий. Тут уже не отвертишься, особенно если попадёшь в поле зрение какой-нибудь имперской структуры. Мигом шары выкручивать начнут и покажут, по чём жнецу фунт печени.

На моём лице сама собой появилась гадостная ухмылка, когда из кабинета, без особой нежности, вывели Айболита, которому «анонимный ананим» припаял в своём доносе все мыслимые и немыслимые грехи: торговля, употребление и распространение наркотических веществ в стенах лицея, склонение к употреблению, и всякие насильственного характера непотребства с упоротыми химозой лицеистками до кучи, чтобы наверняка не соскочил.

Хоть цели доктора мне неясны, но чуйка Айзека просто вопит, что Велланский действовал не один. Думаю, вскоре это удастся выяснить. Токарев сказал, что ему не составит труда следить за ходом расследования. Это ведь дядя Фёдор посоветовал мне сделать звонок своему бывшему воспитаннику, служащему в имперской полиции.

Выступление с участием Велланского было окончено, а времени до следующего испытания осталось не так много, поэтому я поспешил в лицейский тир.

Уже со входа стало понятно, что народа здесь собралось не меньше, чем на бой с Ласточкой. Боясь опоздать, спеша на форсированном ходу в тир, оказалось, что пришёл я даже раньше своего оппонента. Чтобы не отсвечивать, хотел начать искать укромное местечко, но пробежавшись взглядом по присутствующим, у меня возникла идея получше, тем более, что меня уже заметили. Сейчас подруга, которая выполняла роль защитницы голубоглазой милашки, суетливо толкала стоящую рядом Милу, чтобы сообщить о моём появлении. Я невольно улыбнулся, замечая в волосах девчушки свой подарок. Не выкинула, это уже хороший знак, ведь мне, чего скверха за шары тянуть, нравилась эта недотрога, своей застенчивостью, короткостью и полной противоположностью женщинам Фагриса, где более свободные нравы.

— Денёчек, девчата. — Поздоровался я в излюбленной манере Стаса, подмигнув смущённой моим присутствием Миле. — Тебе они очень идут. Пришла за меня поболеть?

— Нет, — немного замявшись пискнула милашка, теребя пальцем одну из заколок, отводя взгляд, но её подруга была другого мнения.

— Да! — Настойчиво припечатала высокая девушка со светло-русым окрасом волос, стриженных под каре. — Извини, я тогда не представилась. Я княжна Катерина из рода Стрелковых, давай без формальностей, просто Катя. Спасибо, что тогда вступился за Милу. Она хотела тебя увидеть, вот мы и пришли посмотреть….

— Не хотела я его видеть. — Недовольно буркнула себе под нос голубоглазая милашка, начиная покрываться румянцем. — Я просто пришла.

— Да-да, а кто в меня вцепился, когда инструктор Довман объявил начало боя? — Смешливо поинтересовалась Катерина, но видя хмурое лицо своей подруги, замотала руками. — Ой, всё… Молчу-молчу. И вообще… Мне вон туда надо, — указала княжна в сторону группки девушек в другом конце тира. — По последней лекции, кое-что спросить.

Подмигнув мне, Стрелкова моментально ускакала в указанном направление, оставляя нас наедине с Милой, которая от неожиданности даже приоткрыла рот, не зная куда деться от меня, и хотела по инерции рвануть за подругой.

— Мила, не убегай. — Опережая события попросил я, включая хорошего парня. Хотя почему «включая»? Я и так хороший парень… иногда, не со всеми, не всегда. — У тебя всё хорошо? Те овцы не доставали больше? Я бы раньше поинтересовался, но меня не было в лицее из-за медотвода.

— Я всё знаю, княжич Ст… — Неуверенно начала Мила, но тут же замолчав, понимая что сейчас сказала, начала становится пунцовой. — То есть, я не это хотела сказать.

— Мил, всё нормально. — Не стал я смеяться над осведомлённостью девушки, понимая, что это сейчас лишнее. — Давай без церемоний, и зови меня просто Стас. Хорошо?

— Хорошо… Стас. — Тихо пискнула девушка, поправив очки. — Я просто….

В ожидании ответа, мне пришлось простоять молча больше десяти секунд. Для меня это было не проблемой, но всё же я уже начал задумываться, как можно исправить возникшую ситуацию. Это сложно делать, не располагая хотя бы минимальным набором фактов о происходящем. К счастью, решительно выдохнув, голубоглазая милашка собралась с мыслями.

— Я не знаю, как мне себя вести… с тобой. — Заявила Мила, теребя пальцы рук, стараясь на меня не смотреть.

— У меня похожее положение. — Мой ответ был абсолютно честным.

Странная штука. Почему-то, мне не хотелось сейчас «распеваться соловьём» перед этой девушкой, как говорят в этом мире. Не потому, что Мила была мне неинтересна или некрасива, а за ненадобностью! Я действительно не знал, как к ней подступиться, так же, как и она не знала, как себя вести со мной.

— Наверное, ты ведёшь себя так со мной, потому что я тебе доставил неприятностей. — Неожиданно для себя, мысль возникшая в моей голове была озвучена вслух. Всем, ведь, нравиться невозможно.

Видя, что Мила поборов стеснение, подняла глаза, отреагировав на слово «неприятности», стало понятно, что я топчусь где-то рядом.

— Наверное, тебе нравился какой-то другой парень, а своим поцелуем тогда, я взял и всё испортил? — Подобное предположение имело место быть.

Меня сложно обмануть. Под большими очками, с толстоватой оправой, серой вязаной жилеткой поверх рубашки, собранными наспех длинными чёрными волосами в заколотый на затылке пучок, под не подвергавшейся перекройке стандартной форменной юбкой, была спрятана красотка, которую выдавали лишь глаза.

— Первый… — Едва слышно произнесла девушка, выводя меня из потока собственных мыслей.

— Что, «первый»? — Слова опередили мысли.

— Поцелуй, тогда… первый. — Ещё тише сказала Мила, а до меня начало понемногу доходить. — Я до этого….

Мила замолчала, когда раздались хлопки, а в толпе поднялся гомон. Посмотрев на источник звука, невольно, где-то внизу живота похолодело. Источник звука сейчас смотрел на меня. За разговором с Милой я даже не заметил, что Окунь уже явился, и нетерпеливо стоял притопывая от ожидания, пока закончится наш разговор с девушкой. Только это не он привлёк общее внимание хлопая в ладоши, а ректор, который был здесь и сейчас смотрел прямо на меня.

— Мила, мне пора, давай… — Начал я, но девушка, к моему удивления опередила меня.

— Я поняла, иди, Стас.

Сказав это, девушка быстро развернувшись, ускользнула в толпу, до того, как я успел что-то сказать. Видимо пошла в ход врождённая способность ректора, пресечь любой диалог, разогнать любую сходку или собрание, потушить любой протест, испортить настроение, это всё — одним только взглядом.

— Участники на месте… Давайте начнём. — Громким голосом заявил вождь Романовского лицея, в совершенстве освоивший обламывающую магию, которая очень понравилась Жанне, с чьим смешливым взглядом я случайно столкнулся.

— «Да-да, давай… И какого скверха ты здесь околачиваешься? У тебя куратора медиков за химозу повязали, а ты развлекаешься? " Тяжело вздохнув от ощущения безысходности, я направился к Довману и красотке Лили, рядом с которыми уже тёрся Барон Окунь.

— Казанова, знаешь за какой конец спортивного пистолета держаться? — Поинтересовалась Медведева усмехаясь, обнажив кончики белых зубов. — Или ты только кулаками махать умеешь?

— Конечно, милая дама. У меня много талантов. Надеюсь, нам представится случай, чтобы вы по достоинству смогли их оценить.

— Надейся. — Безразлично заявила Лиля, всем своим видом давая понять, что мне ничего не светит. — Сосредоточься лучше на состязании, Казанова. Хотя толку то… Озвучивай условия.

— Юрий, как насчёт «Блиц-стрельбы» по движущимся мишеням? — Будничным тоном поинтересовался я, демонстрируя напускное безразличие.

— Легко! — Заявил Окунь, с напускной уверенностью махнув небрежно рукой, показывая, что ему всё равно в каком виде стрельбы ему меня уделывать.

На самом деле это было не так. Имптуб знал и Окуня. Этот паренёк уже с двенадцати лет начал принимать участие в соревнованиях между губерниями, а в тринадцать получил свою первую «Золотую пулю». Далее пошли различные виды соревнований, так или иначе связанные со стрельбой. В будущем, Окунь собирался, когда разовьётся его магический дар, переключиться на безпулевые магострелы, те что используют эфир стрелка не только для спуска, но и для выстрела. Об этом он говорил в своём интервью для местного ТВ. Там же приводилась его статистика по разным видам стрелковых состязаний. Везде был идеальный результат, кроме «блица». Там проскакивали моменты, когда парень не входил в призовую тройку.

Суть данной дисциплины была проста. Три линии: пять, десять и пятнадцать метров. Мишени поднимаются в случайных местах, начиная двигаться. Кладёшь все, через секунд появляются следующие три уже в других местах. Чтобы свалить мишень, нужно попасть в чёрный круг, диаметром пять сантиметров. Одна мишень — одно очко. Кто первый наберёт сотню, тот и побеждает. Состязание скорее на скорость поражения, нежели на меткость. Скверху понятно, что у меня не наработан навык обращения с огнестрелом, но пистолет в моих руках оказался чуть ли не с младенчества. Это существенный плюс, только любое оружие требует привыкания к нему, а у меня этой привычки нет. В руке не так сидит, спуск не тот, отдача не такая, как от импульсных. В общем — я плохой танцор, что тут говорить? За те два часа проведённых мной в тире, после встречи с Довманом, мне удалось немного привыкнуть к отдаче, разобраться с перезарядкой, после каждых двенадцати выстрелов, спуск почувствовать и свыкнуться с низкими классом точности. Пока тренировался, пытался придумать способ сжульничать. Единственное, что пришло на ум, это сломать Окуню палец, чтобы он не мог жать на курок. Только в этом случае ему автоматом засчитают победу. Остаётся надеяться на контур вуали, который не могу держать активированным постоянно, и на навыки из прошлой жизни.

Стоя на огневом рубеже, пришлось выслушать правила состязания озвученные Довманом для присутствующих. Учитывая его голос, к окончанию его речи половина лицеистов начала зевать и тереть глаза.

Меня тоже потянуло бы в сон, если бы не обратный отсчёт таймера и раздавшийся гудок, слышный даже через наушники, означающий начало состязания.

Далее, происходящее слилось в один миг. Я активировал контур, в голове начиная двадцатисекундный отсчёт, стрелял, по истечению времени делал перерыв, чтобы захватить лёгкими воздуха, снова стрелял, менял обойму, стрелял и так по кругу. Ощущение времени вернулось, когда поменяв обойму, страдая от отдышки, я вскинул руки, чтобы произвести следующий выстрел, но раздался звуковой сигнал, означающий окончание испытания.

Только сейчас, жадно глотая воздух я взглянул на электронное табло.

— «И на старуху бывает порнуха… 98/100… Я проиграл, ска».

Окунь подтвердил свою квалификацию, а мне захотелось научиться играть на волынке. А что? Буду вызывать всех на музыкальные поединки! И пофиг, что они эту волынку впервые в глаза видят. Пусть в раструб дуют.

Покидая огневой рубеж, наши взгляды с Окунем встретились. Что-то странное, но я ожидал увидеть его злорадную, торжествующую физиономию, а не растерянность, будто его дубиной огрели.

— И так… — Призывая к порядку загомонивших болельщиков, Довман похлопал в ладоши, готовясь объявить окончание состязания и победителя, но скверх кастанул откуда не ждали.

— Инструктор, Довман, разрешите…

Вкрадчивый спокойный голос ректора, моментально заставил всех присутствующих закрыть рты, и навострить уши, а мне начало казаться, что со стороны ректора в мою сторону идёт какой-то негатив. Как ещё объяснить, что он сейчас смотрел именно на меня, и соизволил лично объявить о моём поражении.

— Княжич Юрий, — Прямо дышать стало легче, когда внимание Морозова, пало на Окуня, который гордо приосанился, после обращения к нему ректора. — С последних соревнований по «Блицу», вам удалось улучшить свой результат на двенадцать секунд.

— Я упорно тренировался. — Барон Окунь, нарочито медленно кивнул.

— Хотел бы на это надеяться. — От голоса ректора повеяло таким холодом, что у меня по спине пошли мурашки, а его спокойный взгляд вновь был направлен на меня. — Станислав Мышкин, хочу поздравить вас с честной победой в стрелковом состязании.

Сказать, что после этого заявления у всех присутствующих упала челюсть, это ничего не сказать. После слов ректора все, включая Довмана, которого, как мне кажется ни чем не проймёшь, все словили групповой тупняк. Все, кроме Морозова, который подошёл к Строеву и сняв его монокль, на секунду приложил к своему глазу, после чего усмехнувшись, вложил стекляшку в оправе ему в нагрудный карман кителя.

— Тактическая мультисистема целенаведения и автозахвата «Дрозд — 23П», разработанная в НИИ Сколково. В браслет на вашей правой руке встроен считывающий блок, определяющий направление ствола для построения траектории к цели, которая отображается в монокле. Когда ствол направлен в цель, то целеуказатель загорается зелёным цветом. Не хочу вдаваться в тонкости работы, думаю, что смысл понятен всем присутствующим. Вы дисквалифицированы, Юрий.

— «Что б меня огны дрючили! Пора звать маму…. Так лажануться! Надо было слить, стиснув зубы. Лучше бы ректор остановил состязание после нескольких выстрелов»

Хотелось орать в голос, но перед этим нужно было придумать, с какого скверхова уха, мой результат отличается всего на два очка от профессионального стрелка, использующего электронную приспособу. Нужно делать это быстрей, потому, что Морозов идёт уже ко мне.

— Поздравляю. Впечатлил, Станислав. — Протянул мне руку ректор, которую я тут же пожал. — Состязание окончено. Давай отойдём.

После этих слов вождя лицея, к горлу подступил ком, увеличившийся в размерах, когда я обнаружил, что вокруг нас образовалась незримая зона отчуждения от других присутствующих, диаметром около пяти метров, границы которой расходящиеся зрители старались обогнуть всеми возможными способами.

— «А мне здесь нравилось… " — невольно появилась нерадостная мысль, а в голове сплелась легенда о том, как дядя Фëдор с детства натаскивал меня в стрельбе.

— Не нервничай так, княжич, — Спокойно сказал Морозов, когда мы отошли на достаточное отдаление от лишних ушей, а мне стало ещë ссыкатней, от этих слов. — Станислав, ответь, ты когда-нибудь бывал в одном из Индийских раджанатов?

— Т… — Вовремя проглотил я готовящуюся сорваться с моего языка заготовку про Токарева. — Нет, ректор. Кроме Российских дипломатов туда ведь никого не пускают, после «Кофейной войны». Вам ведь известно положение моего рода. Вряд ли какой-нибудь раджа пригласил бы Мышкиных к себе во дворец.

— Спасибо за ответ, княжич Мышкин. — Едва заметно кивнул ректор, посмотрев в сторону выхода. — Это всё, что мне хотелось узнать. Мне нужно идти. Возникла одна проблема…

— С Петром Петровичем? — поинтересовался я, подозревая, что меня сейчас проверяют на осведомлённость.

Достаточно посмотреть запись камер, возле раздевалки, где я стоял и наблюдал за тем, как маг штурмовой группы сносит дверь в кабинет колдунством, похожим на каон «Таран`а», из прошлой моей жизни. Не было смысла скрывать своего нахождения поблизости. «Почему я там находился? " — это уже другой вопрос, на который у меня пока не просят ответа, а вот соврав, можно вызвать к себе не желаемый интерес.

— Да, княжич. — Не стал скрывать Морозов причины, как и того, что явно разочарован случившимся, после чего быстрым шагом направился к выходу из опустевшего тира.

Шумно выдохнув, я сделал несколько шагов, и прислонившись спиной к стене, сполз по ней вниз, садясь на корточки.

Вопрос Морозова оказался абсолютно не тем, которого я от него ожидал. Размышлял я сейчас о меридиане к сердцу, подозревая наступление скорого инфаркта, и о Индийском раджанате. Какого жнеца он вообще понадобился Морозову???

Глава 7

— Мышкин, ты в своём уме? К чему такая срочность? — Недовольно заявила Жанна, едва открыв дверь лаборантской, увидев сидящего на столе меня.

Я мысленно усмехнулся, когда переступив порог, девушка без напоминания повернула защёлку двери, после чего цокая каблуками, сложив руки на груди проследовала ко мне, гневно сверкая глазами и сопя.

— Возле аудитории уже сейчас полно народа! И вообще! Ты конечно можешь меня шантажировать, но всему есть предел, Мышкин! — Напор Жанны начал ослабевать, когда спрыгнув со стола, мои ноги сделали к ней шаг, потом ещё один. — Почему ты на меня так смотришь?

— Как? — Поинтересовался я, стоят перед княжной почтить в упорно.

— Не важно… — Небрежно бросила Жанна, тряхнув гривой рыжих волос, продолжая заводиться. — Я тебе не шалава по вызову, чтобы ты дёргал меня, когда тебе вз….

Не говоря ни слова, я притянул к себе Жанну, затыкая ей рот своими губами. Инстинктивно она хотела меня оттолкнуть, но мои руки держали её крепко. Через секунду, сопротивление девушки ослабло. Я даже почувствовал некую взаимность, судя по тому, что Жанна начала поглаживать мои руки, видимо забыв, кто сейчас перед ней. Правда, счастье длилось не долго. Через пару секунд дёрнувшись от осознания происходящего, Жанна обеими ладонями взялась за моё лицо, прикрытые глаза девушки широко распахнулись, объятые свечением магии, которое в этот раз было сильнее, чем в предыдущие разы. Если раньше нужно было напрячь слух, чтобы услышать треск эфира от техники Жаннет, то теперь это стало напоминать жужжание мухи. Видимо Лисицына, решила вложить весь свой накопленный эфир в это одно использование техники. Не смотря на это, её потуги были тщетными. В окулус мне было хорошо видно, эфирную дымку, выходящую сейчас изо рта Жанны, будто она выдыхала дым после затяжки сигаретой. Он просто отталкивался от моего лица рассеиваясь, благодаря сильному возмущению оргона внутри.

Пользуясь моментом, пока Жанна была занята мозголомным колдунством, я дал волю своим рукам, одной наглаживая её упругий зад, обтянутый юбкой, а другую запустив в её рыжие волосы, пахнущие вишней.

— Жанна, милая, — На секунду прервался я, когда девушка закончила свою волшбу, выпустив весь накопленный эфир без остатка. — Я же тебе говорил, что это бесполезно.

— Почему на тебя не действует? — Озадаченно захлопала ресницами Жанна, забыв о том, что сейчас она находится в моих объятьях. — Ты уже должен быть без ума от меня.

— Я и так без ума от тебя, Жаннет. — Спокойно заявив об этом, мне хотелось продолжить с того места, где мы остановились, но девушка начала упираться, пытаясь отстраниться.

— Мышкин, заколебал! Давай без этого, а? — Выказала своё недовольство Жаннет, начиная опять демонстрировать свой строптивый характер. — Ты мне противен….

— Какая ты неблагодарная… — Изображая укор, я покачал головой. — Позволяю тебе отрабатывать запрещённые магические техники на себе, вместо того, чтобы отдыхать перед следующим состязанием, до которого осталось около десяти минут.

— Это уже не техника, Мышкин. Мы просто целуемся, а я не хочу! — Более настойчиво начала Жанна, видимо посчитав, что поводок был ослаблен. — Послушай, Стас. Кроме ненависти и омерзения, у меня к тебе ничего нет и быть не может. Мне неприятно, когда ты целуешь меня в губы!

— Хорошо. — Тут же согласился я сразу же, удивив Жанну, только через мгновение, по моему лицу она поняла, что это не сулит ничего хорошего для неё. — Расстёгивай блузку. — Видя, что Лисицына хочет начать возражать, мой палец лёг ей ну губы, а в голосе появились повелительные нотки. — Не заставляй меня напоминать тебе, кто здесь главный. Хорошо?

— Мразь….

— Я, пока ещё, — «пока ещё» было недвусмысленно выделено интонацией. — Жду ответа.

— Хорошо… Ты главный. — Прыснула сквозь зубы порозовевшая Жанна, небрежно расстёгивая пуговку за пуговкой, после чего призывно распахнув блузку, прошипела змеёй. — Тебе ведь этого будет мало, Мышкин?

— Верно, Жанна. — Ухмылка на лице засвидетельствовала довольство догадливостью девушки. — Ты уже начинаешь разбираться в моих предпочтениях. Это приятно….

— Замолчи….

— Не разбираешься значит… Грубишь… Это начинает меня расстраивать, Жаннет.

Сверкнув глазами, которые в тот же момент сузились от гнева, уже другой лиф, но так же с передней застёжкой между чашечками, одним щелчком ноготков Жанны был побеждён и капитулировал, обнажая девичью высокую грудь, уверенного третьего размера.

Я хотел озвучить своё восхищение правильностью формы, но этого никто бы не оценил. Жанна отвернула голову в сторону, стараясь не смотреть на меня.

— Мы ведь это уже проходили. — Сказанное мной сейчас, было очевидным. — Откуда такое стеснение, Жаннет? Я уже видел тебя такой….

— Ты не понимаешь! — Шмыгнула носом Жанна, не поднимая головы. — Мне плевать на тебя! У меня есть любимый молодой человек, а я стою тут перед тобой, как шлюха!

— Есть ли он у тебя? — Выставив многозначительный акцент на этом вопросе, моя рука пригладила волосы Жанны.

— А ты ослеп, как я погляжу, Мышкин? Мы с Орловым со средней школы….

— Жанна, вы помирились с ним?

— Нет, но…

— Он сделал хотя бы одну попытку, к примирению? — Следующий вопрос был озвучен, а мои глаза не отрывались от девушки, ловя каждую её эмоцию. — Позвонил? Написал?

— Нет, но он просто сейчас занят занятиями с тренерами…

— На столько занят, что не нашёл на тебя десятка минут? — Я усмехнулся, проведя рукой по обнажённому телу Жанны, заходя девушке за спину, и заключая в объятия, припадая губами к её уху. — Жанна, ты ведь умная девочка, неужели ты не начала делать соответствующие выводы? Признай уже наконец, что…

— Потом подойдёт… — Перебила Лисицына вздрогнув, когда кончики моих пальцев, пройдя от низа живот, через узкую ложбинку между грудей, сделав круг, начали перемещаться к ореолу соска правой груди.

— Жанна, если мужчина хочет — он делает, не хочет — не делает. Остальное — оправдания…. — Понизив голос проговорил я в самое ухо девушки, которая выгнулась от того, что мои руки начали массировать её грудь играя с упругими сосками кремового цвета.

— Прекрати это, Мышкин. Мне неприятно… — В знак протеста Жанна несколько раз ударила меня не сильно ладонью по бедру, на котором потом осталась её рука, после ещё нескольких ударов.

— Почему ты вообще должна ждать его благосклонности к себе, Жан? Ты достойна большего….

— Потому, что я люблю его, Стас, а ты мне противен.

— На столько любишь, что хотела натравить меня на него, при помощи магии?

— Я хотела его проучить, и заставить ревновать… Чтобы он понял… М-м-м-м-х… Что со мной нельзя себя так вести….

— Нет, Жанна, — Мой нежный поцелуй обжог шею девушки, которая с трудом подавила рвущийся из груди стон. — Ты не проучить его хотела, а почувствовать, что не безразлична ему. Ты ведь ждала, что только сев рядом со мной, он сорвётся со своего места, скажет, что ты ему нужна, извинится, поцелует, возьмёт за руку, и уведёт тебя от меня, хоть ты и будешь против.

— Он бы так никогда не сделал… — Шумно выдохнув, Жанна зажмурившись запрокинула голову, прикусывая нижнюю губу, чтобы не застонать. — Остановись, Стас… Я… Ты, скотина… Я всё равно люблю только Алесандра….

— Когда ты последний раз получала от него миленькую СМС-ку перед сном? Когда последний раз он звонил тебе просто так, без особой на это причины, чтобы услышать твой голос? Интересовался, как у тебя дела, беспокоился за тебя, утешал, когда тебе плохо, дарил цветы, демонстрировал своё нежное отношение к тебе? Я не о сексе сейчас говорю… Из этих мелочей и складывается любовь, о который ты говоришь. — Чувствуя, что мои слова начинают сбивать весь настрой уже разгорячённой княжны, я решил закончить свой рассказ. — Не любит он тебя Жанна, а ты его просто терпишь. Когда выйдешь отсюда, задай себе вопрос, что вас объединяет с Александром, кроме ненависти ко мне. Если приведёшь мне три довода, которые я сочту вразумительными, то запись с тобой будет удалена, обещаю.

— Замолчи, Мышкин… — Жанна дёрнулась, когда мои пальцы сжались на её сосках. — М-мне омерзительно тебя слушать. Заткнись….

— Опять грубишь, — после замечания, последовал поцелуй в шею, и лёгкий шлепок по упругой попе, от которого Жанна вновь выгнулась всем телом, упираясь своими ягодицами мне в бугрящуюся область паха.

— А ты большего не заслуживаешь… — Почти шёпотом сказала Жанна, ахнув, когда моя рука сползла вниз под юбку.

— Промокла вся…

— За-а-амолчи… Я тебя ненавижу, Мышкин.

— А я обожаю тебя, Жаннет. — Шепнул я на ухо девушки, игриво прикусив кончик мочки уха, от чего княжна протяжно застонала, начиная подрагивать всем телом, потираясь своими ягодицами о моего «Дружка», который уже хотел совершить побег из штанов и «погулять».

В следующую секунду издав громкий стон, Жанна резко сдвинула ноги, опёршись руками на стол, заходясь мелкой дрожью, а по моим пальцам, что были в её трусиках, потекло.

— Как тебе это удаётся…

Не отвечая на вопрос, я аккуратно повернул к себе девушку, освобождая руку из под её юбки, и усмехнувшись поднёс влажную от Жанны пятерню к лицу, шмыгнув носом.

— Пахнет развратом. — Констатировав это, мой смешливый взгляд был направлен на Жанну. — Вижу, тебе понравилось.

— Не говори ерунды, Мышкин. Ты извращенец….

— Как и ты, Жаннет, — Сказав это я приблизился к Лисицыной, обнимая за талию, придвигая своё лицо к ней, якобы для поцелуя.

Остановившись в нескольких сантиметрах от губ Жанны, я поймал момент, когда девушка немного потянулась ко мне, чтобы ускорить соприкосновение.

— Приятная часть нашей встречи окончена, — Сообщив об этом, я отстранился от Лисицыной, достав из кармана брюк смартфон, взглянув на время. — Три минуты… мне хватит.

— Для чего? — Удивлённо приподняла правую бровь Жанна, скрыв лёгкую досаду.

— Наказывать тебя буду. — Сказав это, я открыл ящик стола, доставая оттуда пластиковую мухобойку весёлого, ярко-зелёного цвета, которую нашёл пошарившись по шкафам лаборантской, ещё до прихода Жанны. — Классная… Правда?

— За что, наказывать? Ты сдурел? — Теперь, уже обе брови девушки взлетели вверх.

— За то, что не предупредила заранее о состязаниях, о которых был в курсе Драгунов, злорадствовала, потирая лапки, ожидая скорой расправы надомной. Осадочек, знаешь ли, остался….

— Что, ты… — Жанна не договорила из за того, что одним движением я нагнул её, решительно, но не грубо прижимая к столу, после чего раздался звонкий шлепок. — Ай! Мышкин, скотина! Ты охренел?

— Пф! Только не прикидывайся, что было больно… — Вернул я недовольство, гладя то место ягодицы рукой, куда прилетела ударная часть мухобойки.

— Не больно, но… Ай! Прекрати!

— Не жужжи…

— Ай! Мышкин, ты дебил?!

— Не жужжи…

— Ублюдок! Ай! Козлина! Ай! Извращенец! М-ф-ф! Отстань!..

— Тебе же нравится, Жаннет. — Погладив княжну, я поднял юбку.

— Вовсе нет! Прекрати… М-мф.

— Маленькая рыжая врушка….

Пять минут спустя

— Пожелай мне удачи, лапуль… — Сказав это я притянул к себе закончившую поправлять свой внешний вид Жанну, после чего страстно поцеловал.

— Пошёл к чёрту, Мышкин. — Недовольно прыснула Лисицына, когда я её отпустил, тряхнув гривой рыжих волос. — Чтоб тебе Клод башку снёс!

— Я тоже тебя обожаю, Жаннет. — Подмигнув девушке, стоя в дверях лаборантской, решил задержаться на секунду, и так опаздывал. — Ты потрясающая, Жан. Если жив останусь, сходим куда-нибудь….

— Вот ещё! Придурок…

— Это был не вопрос, Жанна. — Решил я напомнить рыжей стерве о том, что она уже начинала понимать.

— Скройся с глаз моих, Мышкин…. — Очевидное замечание было услышано через дверь лаборантской, когда я её уже закрыл.

Зная, что Жанна не выйдет ближайшие несколько минут, канцелярский нож, найденный в лаборантской уже был в моей руке. Вообще, это расточительство оставлять в свободном доступе учебные помещения. Порчи и кражи инвентаря лицея в Романовке нет и в помини. Всё потому, что 75 % учащихся здесь благородные, которые побрезгуют взять даже «лицейскую» скрепку, если она им необходима, а предпочтут направить своих охранников с водителем, которые весь день стоят на стоянке, в канцелярский магазин. Идиотство, учитывая цены на бензин, скрепка получается «золотой». Сдохли бы они на Фагрисе во второй день своего пребывания там, даю «Дружка» на облизание.

Аккуратно срезав все пуговицы с рубашки, я достал из кармана штанов двусторонний скотч, который «приватизировал» в лаборантской вместе с ножом, когда ждал Жанну. Заменив им теперь уже отсутствующие пуговки, я вновь «застегнул» рубашку. Сделано это было для того, чтобы быстро её снять в нужный момент.

На каст «эфирной пули» Клоду нужно около полутора — двух секунд, если не меньше. Одна из базовых дальнобойных техник, которую Шеннон освоил на твёрдую «4-ку». Внешний вид этого колдунства не противоречит названию. Хрень, пару сантиметров в диаметре, и длиной около пятнадцати, быстро вылетает из двух вытянутых, указательных и средних пальцев. Убойность была бы как у крупнокалиберной пули, если бы не общее развитие Клода, который не так давно стал осваивать проснувшуюся в нём силу. Не смотря на это, эфирная пуля попортит мне шкуру, к инфомагу не ходи. Наличие бронекителя немного повысило бы мою уверенность в себе, но он «уплыл» в участок имперской полиции вместе с Настей. Расстроился я не сильно. Меня ещё в магазине предупредили, что без установки металлокерамических пластин в подкладку, защита от пуль и колющих ударов будет слабая. Не смотря на это я всё равно отказался. Вес моей лицейской одёжки сильно бы увеличился, а мне этого не нужно. Моя физическая сила пока оставляет желать лучшего, чтобы таскать на себе лишнюю пятёрку килограмм.

Держа чехол с тонфой в руке, усмехнувшись пришедшему сообщению на смартфон, я открыл дверь аудитории, выходя в заполненный лицеистами коридор. Оценив, что большее скопление народа сейчас в холе, направился именно туда. И так опаздывал на несколько минут. Ещё подумают, что Стас Мышкин ссыкло, и отдадут мои 15-ть голосов этому пижону с пробором Клоду.

Мои соображения оказались недалеки от истины. Когда нашёл Довмана с Лили, они были слегка нервными. Вернее Медведева была нервной, по руководителю группы «А» вообще не понять, какое у него настроение. Одно выражение лица на все случаи жизни. Группу ожидания пополнила ещё тройка инструкторов, которых я не знал, и Бляхер, который сейчас громко спорил о чём-то с окружившей его кучкой лицеистов, что-то раздавая и принимая за это деньги. Странная картина, если честно, но от обилия эмоций и беснующегося внутри оргона после игр с Жанной, мне уже было лень вникать в подробности происходящего.

Первыми меня заметили двое бойцов Токарева, стоявших особняком в сторонке, от которых я получил уже вторую смс. Они выбивались из общей картины своими чёрными костюмами, невольно собирая на себе всеобщие взгляды. Не удивительно, ведь каждый из них держал в руках по оружейному кейсу.

— Княжич Станислав, всё что вы просили доставлено. — Отчитался один из бойцов, тряхнув кейсом.

— Отлично. Благодарю за работу. — Кивнув, я направился к инициативной группе, рядом с которой, будто скверх из засады, нарисовался Шеннон.

— Я уже начал думать, что ты не придёшь. — Весь вид парня указывал на то, что он действительно переживал. — Беспокоиться начал, что тебя дисквалифицируют за неявку.

— А смысл? — Пожал я плечами, хмыкнув. — Получил бы пятнадцать голосов даже не состязаясь.

— Так не интересно. — Покачал головой Клод, после чего, в своей неуверенной манере, добавил. — У меня не так много опыта в дуэлях, хотелось бы посостязаться.

— «… Это тебя и погубит» — Мелькнула у меня в голове мысль, но озвучивать я её не стал, лишь добродушно усмехнувшись….

ЗЫ: К 21:00 !!!СЕГОДНЯ!! будет вторая глава (*_*)

Глава 8

Заявление Шеннона, про отсутствие дуэльного опыта, мне понравилось. Вернее мне нравилось то, что этот паренёк трезво оценивал свои силы. То шоу, «Раз на раз» в котором парень принимал участие было похоже на дуэль, но правила совершенно иные. В нём, маги обменивались магическими плюхами, не сходя со своих огневых рубежей. Дуэль так же начиналась, даже одно и тоже начальное расстояние в двенадцать метров, только возможность перемещения не ограничена. Также, допускалось использование оружия ближнего боя, магострелов и вспомогательных средств, по договорённости.

— Начинайте уже договариваться, — Призывно скомандовала Лили, взглянув на нас с Клодом. — И так времени много потеряли.

— А что договариваться? — Пожал я плечами, извлекая тонфу из чехла, наблюдая, как чёрная лента рвётся, сгорая фиолетовым пламенем без остатка. — Общие правила, с допуском использования холодного оружия, и вспомогательных средств низкой летальности, если мой противник не возражает? — Уловив на себе ничего не выражающий взгляд Довмана, я невольно усмехнулся, обращаясь к Шеннону. — Как тебе Клод?

— Годится. Я не против. — Добродушно кивнул Клод, поглядывая в сторону коридора. — Там уже отчерчены рубежи… Идём?

— Сейчас, мне подготовиться нужно.

Вспомнив инструкцию конструкторов, не раскладывая боковой рукояти тонфы, чтобы не сработали защитные фиксаторы, я взялся за длинную часть и прикладывая усилие, повернул её против часовой стрелки на два оборота. Раздался щелчок, после чего рабочая часть тонфы была отсоединена.

— Сменные сегменты… — Тихо произнёс Довман, искоса поглядывая на меня. — Неожиданно…

— Ну, да. — Невинно пожав плечами, подходя к одному из бойцов Токарева, у которого был кейс с нужной мне отметкой, шепнув «Прикройте», я склонился над стоящим на полу кейсом, слегка его приоткрыв, чтобы не демонстрировать содержимого.

Старая рабочая часть, с жалом внутри, направилась на свободное место, а в моих руках оказался новый сменный сегмент.

— Всё, можете уносить и ждите меня в машине.

Кивнув, бойцы Токарева, двумя чёрными ледоколами удалились. Взглянув на новую рабочую часть тонфы, которая имела тот же диметр крепёжного замка, но была шире почти в два раза и длиннее на десять сантиметров, я тут же её смонтировал, откинув по окончанию боковую ручку, чтобы сработали фиксаторы, предотвращающие непроизвольное откручивание.

— Надеюсь, у тебя в руках теперь не гранатомёт? — Безучастно поинтересовался Довман, а я расценил его вопрос, как шутку.

— Нет, но идея неплохая. Нужно будет дать задание конструкторам. — Крутанув свою «игрушку» с изменившейся комплектацией в руке, оценив на сколько оно потяжелела, я обвёл взглядом собравшихся, дёрнув плечами. — Я готов, можно начинать….

— Ещё нет. — Констатировала магесса Медведева, кивая двум инструкторам, что всё время стояли неподвижно, будто статуи. — Установить отражатель каждому из вас нужно, мало ли…

— Отражатель? — Переспросил я, приподнимая бровь когда на моей шее застегнулся блестящий металлический обруч, толщиной с палец.

Сразу после этого, по глазам ударила сдвоенная магическая вспышка, которая тут же исчезла, оставив после себя скачущие разноцветные пятна.

— Отлично… Вам идёт. — Усмехнулась каким-то своим мыслям Лили, глядя на эти блестящие ошейники на нас с Клодом, остановив взгляд на Шенноне. — Ты ведь будешь использовать «эфирную пулю», а мы не хотим, чтобы княжич Мышкин остался без головы. Уясни….

— Спасибо за заботу, милая дама. — Невидимая шляпа вновь была снята перед Лили, которая слегка усмехнулась моему дурачеству.

— Эта приблуда однократно защитит от попадания магии в голову, после чего издаст звуковой сигнал, — продолжила дальше объяснять Медведева. — Он будет означать окончание вашей дуэли. У кого сработает отражатель, тот и проиграл. Это больше тебя касается, Казанова. На сколько мне известно, ты не владеешь ни чем дальнобойным из магических техник… или я не права?

— Не владею. — Честно признался я, не видя причин создавать ореол таинственности вокруг своей скромной персоны, тем более, что ответ не изменился бы, будь таковые техники в моём арсенале.

— Что ж… Вот теперь можно начинать….

Клод

— «И на что этот глупец надеялся, выбрав коридор? Он здесь, как мишень в тире для меня. Шансов на то, что он успеет преодолеть двенадцать метров до того, как я применю «пулю» — нулевые» — Думал Шеннон, стоя на рубеже, рассматривая своего противника, который даже не потрудился встать в пол оборота. — «Отражатель… За его опрометчивость, стоит наказать Мышкина. Пущу ему «пулю» в живот, пусть помучается, а следующую в колено, чтобы дольше помнил»

— Приготовились! — Скомандовал инструктор Довман, после чего стараниями инструкторов, стоящих по обе стороны коридора, перед зрителями возникли магические барьеры, отсекая границы дуэльной зоны.

— 3..2..1.. Начали!

Выбросив правую руку вперёд, вытянув сложенные вместе указательный и средний палец, на которых уже концентрировался эфир, левой рукой, Клод обхватил предплечье, для лучшего наведения, метя в живот. Шеннон невольно усмехнулся, за мгновение до атаки, но эта улыбка так и застыла на его лице, когда Мышкин вскинул свою «дубинку», держа её будто пистолет, направленный в сторону Клода.

В следующий момент, раздался глухой хлопок, а из длинной части тонфы вырвался столб белого плотного дыма, устремившегося сплошной стеной вперёд по коридору в сторону Шеннона.

От неожиданности, Клод замешкался, делая шаг назад, чувствуя угрозу от несущейся на него белой стены дыма, которая целиком скрыла ту часть коридора, где стоял Мышкин, а потом и самого Шеннона.

Нахмурившись, Клод выпустил эфирную пулю в то место, где ранее находился его противник. Судя по магической вспышке, пробившейся сквозь дым, снаряд эфира не нашёл своей цели, встретившись с магическим щитом, который держал один из инструкторов на том конце коридора.

— Чёрт… — Сквозь стиснутые зубы произнёс Клод, зная, что один из трёх кастов, что ему позволял сосредоточенный в теле эфир, пропал впустую.

— Не попал… — Раздался откуда-то спереди и слева смешливый голос Мышкина, как раз в тот момент, когда следующая пуля была готова.

— «Попался» — Торжественная мысль возникла в голове Клода, когда ему удалось разглядеть нечёткий силуэт в рассеивающемся дыму.

Следующая пуля легла точно в цель, а через секунду последовала ещё одна.

— Хана тебе….

— Теперь, моя очередь… — Прозвучал спокойный вкрадчивый голос за спиной, после чего раздался треск, а белая пелена перед глазами сменилась темнотой.

Стас

— «Дыма будет много, но рассеется быстро» — Прокрутил я в голове слова Бориса из оружейного магазина. — «Эххх… Четыре тысячи рублей придётся профукать. Как расточительно, ска….»

После прозвучавшей команды Довмана, вскинув перед собой тонфу, будто собирался с неё стрелять, что было не далеко от истины, мой палец вдавил кнопку на боковой рукояти.

— «Класс! Круче чем рассчитывал! Эта дымовая пушка просто атас!».

Борис не солгал. Столб дыма, вырвавшийся с направленного в Шеннона конца тонфы, был на столько густым и огромным, что затянул за мгновение весь коридор! Честно сказать, рассчитывал на что-то менее внушительное, но жаловаться не собираюсь.

Сейчас был не тот случай, чтобы растягивать удовольствие, поэтому я решил сместится к правой стене. Вовремя! Только я сошёл со своего места, как подсвечивая дым, там где была секунду назад моя голова, пролетела эфирная пуля, врезавшись в щит, выставленный одним из инструкторов.

— «Один каст в молоко, осталось два. Если конечно комментаторы «Раз на раз» не соврали».

Прислонившись локтем к стене, чтобы не потеряться в дыму, активировав контур вуали, я рванул вперёд, ожидая, когда локоть упрётся в пожарный шкаф, висящий на высоте человеческого роста.

Когда локоть ударился о преграду пожарного шкафа, скинув крючок, дверка была приоткрыта, а на неё была заботливо повешена моя рубашка, сброшенная второпях.

— Не попал… — Присев на корточки, подначивая Клода для следующей атаки, вновь активировав контур, стараясь не создавать шума, я гуськом направился вдоль стены, заходя за спину Шеннону.

Ещё две пули ушли в молоко, а я перехватив тонфу обратным хватом, приставил конец к пояснице Клода, активируя встроенный в дубинку шокер. Шеннон упал как подкошенный, а я следуя прихоти своего злорадства подержал кнопку подольше. Скверха лысого этот тип проявил бы ко мне милосердие, когда расстреливал бы своим колдунством издалека.

Видя, как под лежащем на полу Шенноном, начинает появляться лужа, я отпустил кнопку и направился к пожарному шкафу, в дверке которого добавилось пару дыр, чуть меньше кулака. В рубашке кстати тоже, но пришлось одеть, за неимением альтернативы, чтобы не светить своими княжескими телесами.

— Победил княжич Мышкин. — Констатировал Довман, подошедший к Клоду, которого уже приводили в чувства медики.

— Впечатляет, Казанова. Не только глазки строить умеешь, признаю. — Своеобразно поздравила меня подошедшая Лили, потянувшая руки к моей шее, чтобы снять отражатель, украдкой мазнув по моему обнажённому торсу взглядом, думая, что я не замечу.

— А поцелуй будет? — Игриво поинтересовавшись, мои глаза картинно закатились, а губы вытянулись в клюв.

— Обойдёшься, красавчик. — Заявила Медведева, сняв с моей шеи блестящий обруч, после чего добавила. — Мне пока ещё хочется здесь работать. — Почувствовав приближение, магичка повернула голову, после чего хмыкнула. — А ты популярен… Пойду я, пожалуй….

Посмотрев Лили вслед, я перевёл взгляд на неожиданную визитёршу.

— Как ты, Валькирия? — Заданный мной вопрос, по сути не требовал ответа, вид Насти говорил сам за себя. — Я в курсе случившегося. Сильно досталось?

— Нормально всё, только голова болит и сушняк постоянный… — Махнула свободной рукой боевая девчушка, едва заметно вымучено улыбнувшись, опуская глаза и протягивая мне китель. — Вот, держи…и это… спасибо. Не все вы благородные, высокомерные пижоны.

— Почти все, — Усмехнулся я, энергично кивая головой в подтверждение своих слов. — Это просто я такой особенный.

— Давай, заливай дальше. Ладно, пойду я, устала что псина.

— Ещё увидимся, Насть. — Сдержанно попрощался я, одевая китель, решая, что сейчас не тот момент напоминать о нашем с ней уговоре в случае моей победы.

— Увидимся, Стас.

Кивнув на прощание, Настя направилась к стоящим в сторонке двум мужчинам бандитского вида, которые её сопровождали. Довольный собой, я запустил руки в карманы кителя. Видимо последовав моему совету, девушка воспользовалась запасами вкусняшек, что были у меня в карманах, судя по их количеству. Нащупав помимо батончиков ещё кое-что, я извлёк из кармана свёрнутый пополам тетрадный листок. Открыв его, и пробежавшись по короткой записке, в конце которой был телефонный номер и подпись «Звони…», на моём лице невольно проступила улыбка.

Довольный собой, и уставший от использования контура, я медленно шёл по опустевшей лестнице размышляя о сегодняшнем дне. В целом, всё прошло хорошо. На столько, что пришлось отключить звук уведомлений от приложения рейтинга. Рассматривать, кто со мной делится голосами мне сейчас не хотелось. Вечером подсчитаю, и комментарии почитаю. Даже без этого понятно, что я сейчас нахожусь с огромным отрывом на первом месте среди однокурсников.

Застегнув китель на все пуговицы, чтобы не было видно дырявой рубахи, я кивнул охранникам у входа, выходя на площадку перед лестницей, где забив большой болт на знак красного круга с перечёркнутой сигаретой, курил рослый парень в лицейской форме.

Докурив, бросив окурок на ступени, он направился к входу в лицей. Видя, что мы прекрасной разойдёмся, я опустил взгляд, продолжая идти заданным маршрутом. Чуйка начала бить тревогу, когда мне пришлось остановиться, потому, что этот тип преградил мне путь. Не выказывая каких либо эмоций, я сделал шаг в сторону, чтобы обойти коротко стриженного широкоплечего лицеиста, но он снова преградил мне дорогу.

— Поздороваться с тобой зашёл, Мышкин. — Холодно заявил маг третьего курса, судя по трём полоскам сбоку эполета на правом плече.

— А мы знакомы, чтобы со мной здороваться? — Поинтересовался я угрюмо, глядя исподлобья на смутно знакомое лицо старшекурсника.

Лично я и Стас — точно не были знакомы с этим типом, но почему-то он выглядел очень знакомым. Узнавание, которое возникло благодаря маленьким чёрным глазкам, похожим на угольки, пришло ко мне слишком поздно. По телу, после короткой магической вспышки стегнуло будто десятком плетей одновременно, разрывая одежду. Я даже не успел закричать, следом получив мощный удар, будто сваей. Прокатившись по бетону, отшлифованному до блеска множеством ног, мне не удалось сгруппироваться. Отлетев в правую часть площадки перед входом, я встретил затылком стену. Вспышка, но спасительной темноты не наступило. Разрядившись, ворот вновь вернул меня в подобие бодрствования. Для того, чтобы увидеть, как с вытянутой руки сына Владимира Соровского, ему под ноги медленно опускается крутящаяся сфера эфира, размером с футбольный мяч, которую он ударом ноги послал прямиком в меня….

Не знаю, сколько я прибывал в бессознательном состоянии, пока острая боль в районе груди не привела меня в чувства. Глаза получилось открыть лишь на половину, из-за ставших свинцовыми век.

— «Кажется, я попал в то место, что зовётся раем» — Постановив это, моя рука поднялась, чтобы прикоснуться к возникшему перед глазами видению Милы, которая сейчас стоя на коленях, нависала надо мной.

— Не шевелись, Стас… — Полным боли голосом, сквозь зубы, тяжело дыша, пискнула девушка, закусывая нижнюю губу, окровавленной рукой держась за голову, а другую возложив на мой лоб, в то место, которое сейчас просто разрывалось от боли.

Поднимающийся изнутри гнев, запустивший веретено будто реактивный двигатель, моментально отрезвил меня, заставив широко открыть глаза.

— «Как он посмел её тронуть? Убью, суку…» — Чувствуя, как глаза начинают наливаться кровью, я активировал контур, ломая пределы своего тела, начиная подниматься из тёплой лужи крови, в которой сидел.

В этот момент Мила отпрянула от меня, после чего положив мне руки, испачканные кровью, на плечи, налегла всем телом, сажая обратно к стенке.

— Стас, потерпи пожалуйста… Знаю, что больно….

— Ты не ранена? — Неожиданно хриплым голосом поинтересовался я у девушки, которая до этого держалась за голову, постанывая от боли.

— Нет…не ранена. — Замотала головой девушка, лицо которой был измазано в крови. — Это твоя кровь… Подожди немного, будет больно.

Рука Милы легла на мою ногу, прямо на глубокий порез, проходящий поперёк, выше колена на пятнадцать сантиметров. От пальцев девушки пошёл мягкий фиолетовый свет, а я почувствовал, как мне в рану заливают расплавленный свинец. Возникло желание отдёрнуть руку голубоглазой мучительницы, но стоило мне взглянуть на неё, как сразу стало понятно, что сейчас больно не только мне. По бледному лиц Милы текли слёзы, а свободная рука с побелевшими от напряжения пальцами, смяв ткань юбки, вцепилась ей в ногу, в то же место, что сейчас болело у меня.

Через двадцать секунд, девушка убрала руку от моей ноги, тяжело дыша, вытирая рукавом слёзы, часто дыша от напряжения. У меня по телу поползли мурашки, когда вместо широкого пореза, на ноге осталась лишь полоска, как от аккуратного хирургического шва. Отдышавшись, Мила взглянув на меня, потянулась к другой моей ноге, где был похожий шрам, зияющий сквозь разрезанные штаны, но я положил на него руку первый, качая головой.

— Не нужно. Тебе ведь больно так же как и мне? Верно?

— Да, но это ничего… — Тихо сказала девушка, пытаясь отодвинуть мою руку, но я продолжил прикрывать разрез.

— Не могу этого допустить, — Подавшись вперёд, следую внутренним порывам, я нежно поцеловал Милу в губы. — Спасибо, натерпелась из-за меня.

— Балбес. — тихо прошептала девушка, опуская глаза. — На тебе места живого нет, а ты ко мне лезешь….

— Не удержался, Мил. — Хрипло сказав это, я посмотрел в сторону ворот лицея, за которыми была стоянка. — Можешь сообщить моим людям, что….

— Я поняла. — Кивнула девушка, не поднимая глаз, и встав с колен, всё же посмотрев на меня. — Ты будешь в порядке?

— Обещаю, ведь я тебе снова задолжал….

Не ответив, девушка быстрым шагом направилась вниз по ступеням, скрываясь из виду.

— Зря ты меня не убил, когда была возможность, ска….

Тут всё по тексту, только дают 10 мухобоек из 10)))

PS: Мой кот потолстел на 120 грамм… Нравится….

Глава 9

— Ты княжича угробить до конца хочешь?! — Раздался из темноты голос одного из бойцов Токарева, машину качнуло, звякнул канализационный люк, после чего мои глаза открылись.

Последнее что осталось в моей памяти, это как Мила скрылась за воротами лицея, после чего окружение погасло.

— Мила… — С трудом вымолвил я, чувствуя, как кожа от верхней губы, остаётся на нижней.

— Княжич Станислав, не шевелитесь, мы почти приехали….

— Куда приехали? — Прищурившись, я постарался приподняться на руках, но один из бойцов, придержал меня, ограничивая движения.

— Не двигайтесь, раны ещё сильней разойдутся… Мы их БФ-ом залили.

— Что с девушкой, которая вам сообщила обо мне?

— Она была на стоянке, когда мы вас донесли до машины, — Начал рассказывать боец. — Мы предложили ей помощь, но она отказалась, а потом мы уехали.

— Понятно… Едем куда? — Более настойчиво повторил я, соглашаясь со своим лежачим положением.

— На Уральскую, в клинику. — Сообщил боец, взглянув в окно. — Уже скоро, княжич. Держитесь….

— Разворачивайтесь. Едем в нашу ветеринарку на Чкаловской. — Видя, удивление на лице своего охранника, пришлось немного повысить голос. — Чего непонятного? Заштопать меня и там смогут… Это не обсуждается, со мной всё будет в порядке. Едем в «Зверят», говорю. Живее, а то возьму и специально тут подохну у вас на руках. Что на это Токарев скажет? Уверен, что ничего хорошего….

После упоминания дяди Фёдора, я почувствовал, как машина начала ехать рывками, от чего невольно усмехнулся, разрывая до конца слипшийся от крови рот. Вовремя я в себя пришёл. Сейчас бы мне в частной клике, как провели бы полное обследование и весь спектр анализов, включая соскоб перхоти для отъёма княжеских денег, а потом занесли бы всё в электронную карту, попутно охреневая с показателей. Скверха лысого… Тем более, в родовой ветеринарке Зося нахаляву шкуру подлатает.

— Про Токарева, я пошутил, но всё равно, следуем указанным мной маршрутом. — Чувствуя, что автомобиль начинает поворачивать, голова расслаблено откинулась в сторону.

Зря. Отбитый затылок дал о себе знать. Видя, как я стиснул зубы, в руках бойца появилась аптечка, где он начал торопливо рыться.

— Не нужно, — На моём лице появилась вымученная улыбка, а в голове глумливая мысль о том, что «кто-то» сам себе злобный скверх с меридианами.

Устойчивость к химии распространяется на всю химозу, что попадает в организм. Не глотать же мне целый пузырёк анальгетиков при посторонних, чтобы меня немного попустило? Эффекта почти никакого, а вопросы, почему у княжича вместо печение с почками кулёк с активированным углём возникнет, к инфомагу не ходи.

— Не пострадала. — Довольно констатировав это, подрагивающей рукой из внутреннего кармана кителя была извлечена погнутая, но не треснувшая пластиковая карта, которую я протянул бойцу. — Возьми, перед «Зверятами» в аптеке остановимся. Нужно купить по два, а лучше по три баллона всех видов препаратов для парентерального питания….

— Простите, княжич… Это как, «парентерального» и про «баллоны» не совсем понятно?

— Это которые по вене пускают при помощи капельницы. Не уверен, что весь этот набор будет в ветеринарке. Баллон — это тара в которой растворы выпускаются, но подойдут и пакеты. — Пояснив это, на всякий случай решил дать более подробные объяснения. — Пиши в телефоне… Гидролизат белка и аминокислоты, жировая эмульсия, глюкоза, спирт, катетер для ввода. Всего по три, спирта один небольшой флакон, только не протирочного. Вроде всё…и это…Достань, пожалуйста, у меня из карманов кителя несколько батончиков и разверни, а то я точно грызану кого-нибудь из вас….

Ветеринарная клиника «Наши зверята».

— Курва мачь… — «Обрадовалась» стоящая на пороге клиники красивая эффектная женщина лет тридцати, в ярко-красной блузе, белом халатике, чёрной обтягивающей юбке до колена и чёрных туфлях на огромной шпильке. — О йа пьйэрдоле!

— Я тоже рад тебя видеть, Зося. — Поприветствовав полячку, поддерживаемый по обе стороны охранниками, мои ноги потихоньку зашагали к крыльцу. — Тут одного жеребца нужно подлатать. Справишься?

— Може лучше викастрировать, шобе смирнее был? — Усмехнулась женщина с алой помадой на губах, под цвет своей блузки, обнажив белые зубы, выкидывая сигарету в урну у входа, и пряча пинцет в нагрудный карман халата.

— Не в коем случае, Зося. — С напускной серьёзностью завил я, поднимая руки, но потом посмотрев, что они испачканы опустил обратно. — Обниматься не будем. Как у тебя дела?

— Дивне, а тцчего ты меня «тётя» не называешь?

— Не хочу тебя злить, а то ты меня сейчас крестиком зашьёшь.

— Не стои` в джверях. Заходи. — Хмыкнула полячка Зося Шевчик, оглядываясь по сторонам, и тихо выругавшись открывая двери, придерживая их, чтобы не сработал доводчик. — Добре клиент там нема по хармонограму.

Мне невольно стало смешно, ведь слово «расписание» я тоже знал. Вообще, Зося могла говорить на чистом русском, но считала, что такая манера речи, показывающая её исторические корни, была более сексуальной. Она была ещё одним хорошим человеком в жизни княжича, который практически вырос на её глазах. Всё дело в том, что хоть наш бывший ветеринар с конезавода, и выглядела на тридцать, но это было далеко не так. Ещё семь лет, куда-то затерялись. Став подростком, Стас её в шутку подначивал, добавляя «тётя», на что Зося, которая поступила на работу к отцу сразу после института, говорила, что тогда «Мы не пойдём к «лофадкам»», на что обижался уже княжич, потому как, в детстве он немного картавил. Если говорить коротко, княжич и эта женщина были, что называется «свои в доску», и это сильно не нравилось Токареву, который Зосю терпеть ненавидел. Именно Шевчик, научила Станислава материться, как szewc, что означало «сапожник», и являлось корнем фамилии Софии.

Не смотря на теплоту воспоминаний Стаса, мне — Айзеку, было грустно от того, что мне ничего не светило, будучи в теле княжича. Всё потому, что эта молодящаяся женщина полностью удовлетворяла моим вкусам. Она была, как зрелая копия Жанны. От таких если уходят, разве только на кухню покурить, навести кофе, а потом обратно в пастель. Начинаю скучать по своему старому телу, в котором у меня были бы шансы подкатить к Зосе, и вообще, до далёкой звезды на разницу в возрасте. Она даст фору многим молодым благородным княжнам. Даже сейчас, когда она просто придерживает дверь, от неё веет сексуальностью иного рода, нежели от моих биологических сверстниц.

— Э-э-эх

— Чего тьежко дышишь?

— Грустинка какая-то напала.

— Туда. — Указала Зося на дверь кабинета, вешая табличку «закрыто». — Не грусти Стани`слав.

— Постараюсь, — Честно пообещал я, задержав взгляд на выпирающих ключицах Зоси, после чего кивнул на пакет, что помимо меня, держал боец по правую руку. — Нам это тоже понадобится.

— Хочме сюда… — Приветливо улыбнулась Зося, протягивая руки, после чего её выражение лица стало на мгновение разочарованным.

Усмехнувшись, зная причину такой реакции, я закусил губу, чувствуя, как клей начинает расходиться на левой ноге, по этому шустрее засеменил, чтобы не испачкать пол в приёмной.

— Спасибо, дальше сама. — Сказала Зося, подхватывая меня под руку, не обращая внимание на засохшую кровь. — Усаживайтесь на софу.

Сказав это, женщина закрыла дверь кабинета перед самым носом моих охранников, после чего доведя меня до стула, помогла присесть.

— Эх… Красавчик справа женат, плохо. — Без акцента сказала Софа, разочарованно подкатив глаза, после чего её лицо сделалось резко серьёзным. — Какого хера, Стас? Что за мудило тебя так разделал, и почему ты не в частной клинике?

— Жаль, Токарев тебя не слышит, он бы тебе рот с мылом вымыл, как и обещал.

— Не верти хвостом, Мышкин. — Строго заявила женщина, складывая руки на груди, ожидая ответа.

— Зось, не будь врединой.

— А где «тётя»? — Прищурившись, Шевчик упёрла руки в бока, притопывая каблучком.

— Вот скажу отцу, чтобы уволил тебя… — Изобразил я недовольство, надувая щёки, за что поплатился болью во всей левой половине лица. — Материшься через слово, и не испытываешь никакого пиетета перед исполняющим обязанности главы рода.

— Шутишь?! — От удивления очки Зоси, которые она носила как аксессуар, сползли на нос. — Где ты так проштрафился, Стасик?

— Самоуправство, кража родовой печати, и так… по мелочи…

После сказанного София присвистнула, и грязно выругавшись, припомнив чью-то мать, скинула мешающие ей очки, отложив их на медицинский столик.

— Лихо тебя батька к ногтю прижал. — Покачала головой Зося, после чего достала пачку сигарет, но вспомнив где она находится, помянув оральный секс всуе, спрятала сигареты обратно в карман.

— Точно нажалуюсь… Уволит… — Буркнул я себе под нос, испытывая неприязнь от того, что надо мной потешается красивая женщина.

— Не уволит, Стасик. — Улыбнулась Шевчик, поправляя причёску и делая важный вид.

— Это ещё почему?

— Потому, что скоро, мы со Ставром Матвеичем станем совладельцами «Зверят». — Видя моё лицо, Зося начала исполнять победный танец, так и называющийся «Победный танец Зоси», который Стас знал наизусть.

— Поясни? — Тут, уже брови взлетели у меня, после чего в подреберье возникло покалывание, а в голове начали появляться плохие мысли о том, что мой «папаня» сдурел.

— Ну, тут громко сказано, «о совладельцах». — Немного стушевалась полячка, делая виноватый взгляд, хлопая нарощенными ресницами. — Скопила денежек и вложу в «Зверят». Я так же продолжу здесь работать, но у меня будет помимо зарплаты ещё и процент, а потом стану управляющей второй ветклиники, которую твой отец планирует открыть.

— Поздравляю, Зося. — Не нашлось у меня что сказать, ведь этот рассказ стал для меня сюрпризом.

— Спасибо, Стасик. — Довольно улыбнулась Шевчик, после чего сделав шаг ко мне, нагнулась, подставляя щёку, призывно потыкав в неё ноготком указательного пальца. — Целуй, тётю Зосю, паршивец.

— Раз дама просит…

Игриво проговорил я, чувствуя, как запах этой женщины ударил мне в голову, и опасаясь, что сейчас, и так взбесившееся веретено, пробив грудь, улетит в неизвестном направление.

— Что… — Только и успела сказать София, когда взяв двумя пальцами за подбородок, я повернул её лицо, нежно целуя в губы.

— Рад за тебя, Зося. Уверен, что отец сделал правильный выбор. В конце концов, ты этого достойна. — Сказанное мной, было первым, что пришло мне в голову.

— Сп-а-а-сибо… Постой…. — Моментально прийдя в себя, Шевчик усмехнувшись склонилось к моей шее, касаясь кончиком носа кожи, от чего у меня пошли мурашки по всему телу, а женщина начала хихикать. — Всё понятно, Стасик. А я то подумала… Мальчик стал мужчиной… твой запах. Знатные девицы небось трусишки мочат рядом с тобой, мужчинка.

— Зося, давай ещё поговорим с тобой о андростеноне, вырабатываемом корой надпочечников, и рассмотрим концепцию андрогенеза? У тебя тут, целый княжич сейчас может быть умирает….

— Точно! — Мотнув головой, Зося снова приподняла брови. — Откуда такие глубокие познания?

— «Княжич — умирает, забыла»? Я в магическом лицее учусь, если что… — Устало произнеся это, немного расстроенный тем, что моя шалость не возымела никакого эффекта, мой взгляд мазнул по пакету из аптеки. — Капельницы ставить умеешь?

— … И клизму, если продолжишь о таких глупостях спрашивать.

— Понял, зауважал. — Сразу согласился я, наблюдая, как Зося вскрыла пакет с перчатками, натягивая их на свой маникюр.

Со стороны могло показаться, что Софа легкомысленна и небрежна, но это было далеко не так. Эта женщина знала что делает, ведь за плечами у неё было пять лет мединститута и год хирургической практики на дальнем востоке.

Матерясь на пару, я от боли, а Зося просто так, с меня удалось стянуть китель и рубашку.

— О курвица… Тебя будто шашкой рубили, только делал это какой-то доходяга, судя по тому, что в некоторых местах просто гематомы от удара. — Взяв мой китель, Софа подняла его, поднося к лампе. — А! Вот оно что… Если бы не эта штука, Стасик, уже бы свечки по тебе ставили.

— Да, понял. Под какое-то заклинание попал.

— Опасно… — Покивала головой Зося, откидывая китель в угол кабинета, оценивающе разглядывая меня ниже пояса. — Тут всё хуже.

— На кителе лишний слой арамида, он и спас.

— Трусы тоже из него закажи, — Тут же на полном серьёзе посоветовала Зося, указывая на косой разрез от правой ноги, проходящий через левую. — Чуть выше, и прощай княжеское достоинство, Ставр внуков не понянчит… Стоп! А это как? Здесь уже зажило всё, а тут нет….

— Меня магией лечили. — Без задней мысли брякнул я, замечая, как вытягивается от удивления лицо Зоси. — Что?

— Это многое объясняет… — Многозначительно протянула Шевчик. — Повезло тебе, Стас, что по улице, а не по Императорскому дворцу разгуливал хилер, который мордашку тебе залечил. Две полоски не толще швейной нитки остались, и то, они сойдут за неделю, если кремом для обновления мазать.

— Хилер… Что-то знакомое. — Постарался напрячь я память Стаса, но там ничего не оказалось, кроме этого слова.

— Не морщи репу. — Усмехнулась Зося, решив дать пояснения. — Хилер — более высокая квалификация мага-пластика. Последние встречаются редко, а целители ещё реже. К этому нужна предрасположенность. Целенаправленно развить эти способности не получится, как не старайся. Там что-то с преобразованием эфира в эфирном теле связанно.

— Хорошо, Зось, а при чём здесь Императорский дворец?

— При том, что если о таких магах узнают, то всех их доставляют туда… Не хотела бы я родиться с такими способностями.

— Их что, убивают? — Приподнял я брови, охреневая от услышанного.

— Нет, Стас, как раз наоборот. — Покачала головой Зося, вновь выругавшись, потому, что полезла снова в карман за сигаретами. — Тонкостей не знаю, но способность лечить у них не бесконечна. Их холят, лелеют и контролируют, чтобы они зря не пользовались своим даром, который может понадобиться лично императору. У таких магов есть всё, кроме свободы, ведь им запрещено покидать стены Императорского дворца.

— «Золотая клетка».

— Именно, Стас. — Кивнула Зося, разведя руками. — Вот так…. По этому и удивилась, что тебя вылечил маг. Не уверенна, но судя по характерам шрама в левой части лба, твоя черепушка тоже пострадала. Маг-пластик с этим бы не справился.

— «Интересно скверхи пляшут» — Мелькнула в голове мысль, и сработала закладка разобраться в этом вопросе. — Хорошо Зося, давай уже перейдём к швейным процедурам, а то мне не терпеться снять перед тобой штаны.

— Паршивец мелкий….

— Какой есть. — Пожал я плечами, прикидывая, успею ли закончить меридиан к кишечнику, пока Зося будет приводить меня в порядок….

Вечер того же дня…

Загородное поместье Соровских.

— Нужно было ещё руки сломать этому малолетнему крысёнку. — Сжав кулаки выдал свою рекомендацию князь Владимир, смакуя и прокручивая в голове короткий рассказ Анатолия, своего старшего сына, после чего спохватился. — Хотя… Нет… Тут уже война родов может быть.

— Ты боишься, отец? — Удивился рослый парень, сидящий поодаль в кресле, ставя кружку с кофе на гостиничный столик перед собой, складывая пальцы рук в замок.

— Не говори ерунды, Толик. Сейчас просто не время. — Решая показать свою дальновидность, Соровский старший решил пояснить. — Даже самая маленькая война требует вложений средств, а у меня в следующем месяце запуск литейного завода. Сильно ты его побил?

— Я не бил его. — Заявил Анатолий, усмехнувшись. — Не благородное дело кулаками махать. Пару магических техник применил.

— Что?! — Вскочил со своего места Саровский гневно засопев, пытаясь проковырять взглядом маленьких чёрных глазок-угольков дыру в своём отпрыске. — Он хоть жив вообще?

— А мне по чём знать? — Безразлично заявил Анатолий, не обращая внимания на отцовский гнев. — Я не намерен терпеть публичные оскорбления в адрес своего отца, своего рода.

— Ууу! Мальчишка! — Процедил сквозь зубы Соровский тряся руками. — Если ты его покалечил или убил, то войны не избежать! Ненужной войны! Воевать нужно, когда ты уже готов к этому, а не так, наобум! Понимаешь?!

— Что вообще сможет противопоставить нам — Соровским, опальный ничтожный род, у которого даже права голоса в совете нет?

— Юнец… Глупый юнец! — Не унимался Соровский, стреляя глазами по гостиной, а его голос начал превращаться в визг. — Ты даже не удосужился узнать с кем тебе придётся иметь дело!!!

— Да, что ты так завёлся, отец? — Привычное для Анатолия состояния спокойствия и непоколебимости начало давать трещину.

— Дело в Ставре, и его цепном псе Токареве, со своими головорезами. Если ты покалечил или убил единственного….

Договорить Соровский не успел. Из внутреннего двора раздался грохот, будто от разрыва снаряда. Послышались автоматный очереди. Через несколько секунд всё стихло, но это оказалось не на долго. Стены тряхнуло от удара, а из арки прихожей полетели щепки, некогда бывшие входной дверью. Владимир с Анатолием повскакивали со своих мест, нервно прислушиваясь, ожидая услышать топот множества ног бойцов рода Мышкиных, о которых ранее говорилось, но звук уверенных шагов, чётко давал понять — по прихожей сейчас шагает всего один человек. С приближением шагов, в гостиной начала крепнуть гнетущая аура, а воздух стал густым будто кисель.

— Ректор? — Удивился Анатолий, когда в гостиную зашёл Морозов, в своём излюбленном чёрном лёгком плаще, держа в руках сложенный зонт трость. — Что….

Ответа не прозвучало, да и слушать было некому. От незримого удара, ноги Анатолия оторвались от пола, а парень протаранив собой диван, завалив его, остался лежать возле камина постанывая от боли, не в силах подняться.

Обведя холодным взглядом комнату, серо-голубые глаза Морозова остановились на князе Викторе. Едва уловимый писк, похожий на комариный, резко усилился, становясь нестерпимым. Соровский схватился за уши, но это не особо помогло. Когда звук достиг наивысшей своей точки, со всех сторон раздались множественный хлопки, и серия более сильных последовательных глухих взрывов стеклопакетов, волной прошедших по всему особняку. После этого наступила вязкая тишина, нарушаемая постаныванием Анатолия, лежащего на полу.

Осмотревшись ещё раз по сторонам, Морозов едва заметно поморщился. В тот же самый момент раздался срежет и треск, срываемого с пола паркета, а по стенам разошлись широкие борозды царапин, будто от лап огромного невидимого хищника. Когда тишина наступила вновь, ректор Романовского лицея окинув царящий вокруг хаос, едва слышно удовлетворенно хмыкнул.

— Да, что вы себе позволяете! — Заверещал пришедший в себя Соровский. — Ворвались ко мне в дом! Учинили разгром! Я… Я этого так не оставлю! На следующем заседание….

— Помолчите, князь Владимир, и слушаете внимательно… Ты тоже княжич Анатолий слушай и запоминай. Два раза повторять не буду. — С каждым словом, голос Морозова становился более жёстким, а его зрачки, стали двумя ледяными кристаллами. — Твой сын, первым вломился в мой дом и учинил там разгром, князь Владимир из рода Соровских.

— Не понимаю… — Перебил ректора Владимир, но наткнувшись на колючий жестокий взгляд замолчал.

— Твой сын, на половину состоявшийся полноценный маг, чуть не убил первокурсника в моём лицее. Чем это лучше того, что происходит сейчас здесь? Вы думаете, я спущу это вам с рук?

— Но…он оскорбил моего отца… — Выдал Анатолий, с трудом поднимаясь на ноги.

— Не перебивай, — Холодно сказал ректор, после чего Соровский младший вновь отправившись в краткосрочный полёт, ударился о стену, по которой тут же пошли трещины. — Я в курсе, что произошло на заседании совета, но это не значит, что нужно убивать моих учеников, в моём лицее!

Впервые за время разговора Морозов повысил немного голос. После этого его взгляд вновь лёг на Анатолия, тело которого оторвалось от земли, а разгромленную гостиную огласил громкий шлепок, напоминающий пощёчину, после которого молодой маг пришёл в сознание.

— Слушай внимательно, княжич Анатолий и мотай на ус, — Менторским тоном, не терпящим возражений, начал ректор. — Если я узнаю, что ты, хотя бы рядом, проходил с первым корпусом или хотя бы пальцем тронул любого учащегося младших курсов, в том числе и Станислава Мышкина… тем же днём ты будешь исключён из Романовского лицея. Я всё сказал….

Давая понять, что разговор окончен, Морозов сделал несколько шагов, но остановился, обведя взглядом ещё раз побледневших присутствующих.

— Да… По поводу Мышкина, — Решил внести дополнения ректор к ранее сказанному. — В отношении него, это правило действует и за стенами моего лицея.

— Я буду жаловаться на вас императору! — Взвизгнул Виктор, тыча пальцем в сторону ректора.

— Жалуйтесь, ваше право. — Даже не поведя бровью сообщил ректор. — Мне на днях предстоит посетить императорский дворец, где я расскажу императору о случившемся, а потом, вместе со мной для выяснений обстоятельств и лицейской проверки, приедет «независимая сторона». Уверен, что император пошлёт сюда Распутина, чтобы тот нашёл нарушения в учебном процессе. Представляю, что будет, когда я ему, за чашечкой чая, сообщу что учащийся третьего курса пытался убить первого в рейтинговом списке первокурсника, который с огромной долей вероятности является нераскрывшимся дарованием. Могу обещать, что такого мирного разговора, как у нас сегодня состоялся, с Распутиным не получится. Он сторонник того, что нужно устранять любое препятствие, мешающее росту магического потенциала Российской империи… Теперь, я всё сказал. Думайте….

Поставили лайк? Добавили книгу в библиотеку? Наелись вкусняшек? Подписались на автора? => 10 ректоров из 10

Глава 10

— Здесь петелька, там стежки, Айзек ткёт себе носки….

Тихо мурлыкая себе под нос всякую фигню, лёжа в одних спортивных штанах на своей кровати, завершая центральный мост, я муссировал в голове то, как оконфузился перед Зосей.

Дело было не в том, что мне не удалось завершить разветвлённый меридиан к кишечнику. Его я соткал как раз вовремя, перед тем, как пошёл второй круг моей внутривенной «кормёжки».

Причиной моего конфуза стал «Дружок». Это случилось, когда полька зашивала мне ногу, пока я лежал на смотровом столе. Штопая меня, Зося объясняя, что добавление спирта в глюкозу опасно отмиранием мозговых клеток, а её голова в этот момент, находилась близко к моей паховой области, которая была прикрыта полотенцем.

Голым я был потому, что ниже пояса у меня тоже был разрез от магии, и полячка настояла, чтобы я избавился от нижнего белья, которое пропиталось кровью. В общем, когда Зося шевелила своими ярко красными губами, ведя рассказ в непосредственной близости от моего «компаньона», он тоже захотел внимания, натянув полотенце. Это не вызвало ничего, кроме веселья у давней подруги Мышкина.

Далее, мне пришлось слушать рассказ о вреде воздержания, прерываемый плоскими шутками Зоси, на тему мужской комплектации. Было смешно, но лишь отчасти. Ещё и споры по поводу дозировок смесей возникли. В общем, я поймал себя на мысли, что считаю капли, до побега отсюда. Хорошо, что мне хватило мозгов заранее отправить своих сопровождающих за новыми шмотками, а то пришлось бы задержаться. Выслушав на прощание напутствие о том, чтобы я нашёл себе молоденькую княжну-нимфоманку, а не таскался за «старыми клячами» вроде неё, Зося всё же подняла мне самооценку. Сказав «Дай старушке пошалить», полячка неожиданно жадно впилась в мои губы, притянув к себе. Всего несколько секунд, но мне еле удалось устоять на ногах, а голова закружилась от ударившего в неё оргона и квинтэссенции похоти.

К каким либо активным действиям, моё физическое состояние не располагало, так что, получив небольшой список того, что стоит купить в аптеке, мы распрощались с «тётей» Зосей, пообещав встретиться при «оказии».

Далее по плану случилась аптека, потом сдача костюма в оружейную для исполнения гарантийных обязательств, и лишь потом я оказался в поместье, где меня ждала целая «делегация». Такой пышной встречи удалось бы избежать, если бы я сам отзвонился перед визитом в «Зверят», хотя бы Токареву. У меня нашлись бы слова, чтобы предотвратить панику. Сам я этого сделать не мог, потому как мой смартфон приказал долго жить после магической техники сынка Соровского. То, что этот ополоумевший скверх был его выродком у меня не было ни единого сомнения. Теперь придётся ломать голову, как нейтрализовать этого ублюдка, и надеяться на то, что он не прибьёт меня раньше. Начинаю невольно жалеть о том, что здесь не Фагрис. Там разговор короткий: «Не прав? Получи из болтера в живот!». Шары раскатились по углам, вот и все нежности. Здесь такое не сработает, но не в моих правилах опускать руки. Наоборот! Я их всегда поднимаю, а потом крепко сжимаю в кулаки, чтобы хорошенько врезать, либо сжать на горле врага. Пусть этот здоровяк вполне состоявшийся маг, но я найду способ подвесить его за шары.

Прервав ткачество, включив ночник, я достал из пакета мазь и хотел уже начать обрабатывать раны, когда в дверь тихо постучали. После разрешения войти, тюбик был отложен, а мне пришлось морщась, принять сидячее положение.

— Княжич, Станислав. — Из приоткрытой двери высунулась голова Анны, после чего ойкнув, исчезла за дверью. — Простите, не знала что вы не одеты.

— Всё нормально, я одет… Раны хотел обработать. Заходи, Анна. — Дождавшись, когда девушка войдёт, прикрыв за собой дверь, мне захотелось поскорее удовлетворить своё любопытство. — Что-то случилось?

Девушка хотела открыть рот, но так и застыла в дверях, широко распахнутыми глазами глядя на меня. Вернее, на мою многострадальную тушку, покрытую длинными полосами синяков вперемешку со шрамами, которые казались ещё более жуткими в приглушённом свете ночной лампы.

— Кто тебя так, Стас… на тебе живого места нет.

— Повздорил с одним могущественным злым колдуном, — Слегка усмехнулся я. — Вот он и превратил меня в зебру.

— Очень больно? — Тихо спросила Анна, подойдя поближе.

— Не, пустяки. — Отмахнулся я, стараясь выглядеть более достойно перед девушкой. — Так, что случилось? Не ожидал тебя увидеть в столь поздний час….

— Ой…Аж всё из головы вылетело, как тебя увидела. — Спохватилась Анна, немного смущаясь. — У нас гость. Они с твоим отцом сейчас в гостиной. Меня за тобой послали, чтобы ты вниз спустился.

— Вот как… — Моему удивлению не было предела, ведь я не слышал, чтобы во двор заезжала машина, хотя не удивительно, ведь на улице льёт дождь. — Спасибо, Анна. Я сейчас спущусь. А не знаешь, кто пришёл?

— Нет, Стас, — Покачала головой девушка, но на секунду задумавшись, продолжила. — Это высокий, ухоженный, статный мужчина, лет 45 на вид, но седой и с бородой, в чёрном плаще и с зонтом. И это… глупости, наверное…Просто надумала себе.

— Не стесняйся, Анна, говори. — Подбодрил я девушку, погладив по плечу. — Ты же знаешь, что я выслушаю всё, что ты мне скажешь и не буду смеяться.

— У него голос очень властный, хоть и говорит спокойно… и он страшный. Не внешне страшный, нет. Он ничего такого не делает, приятный на вид, просто, рядом с ним не по себе становится. Наверняка он маг. Стас, что-то не так?

— Нет…всё хорошо. — Поднял я взгляд, прекращая активацию окулуса.

— Может тебе помощь нужна? Одеться например? — Обеспокоенно спросила, девушка, вновь взглянув на моё израненное тело.

— Спасибо, Анна, что беспокоишься за меня. Я сам справлюсь, сообщи, что сейчас подойду….

Собственное сюрпризом личность гостя для меня не стала. Сначала, правда, возникло подозрение, что это Соровский, пришёл с дипломатической миссией, с целью предотвращения родовых разборок, от которых я отговорил отца по возвращению в поместье. Моему предку не очень понравился тот факт, что меня чуть не угробили, от слова совсем. Токарева, так вообще минут пятнадцать отговаривать пришлось от развёртывания карательной операции под названием «Стасика обидели».

— Добрый вечер, ректор. — Едва войдя в гостиную, я остановился, слегка поклонившись в знак уважения к повелителю всея лицея. — Извините за ожидание, уже ко сну готовился.

— Ничего страшного, Станислав. — Махнул рукой Морозов, разглядывая меня, пока я думал, что здесь всё-таки произошло, мои предки тоже разглядывали меня так, будто видели в первый раз. — Зашёл поинтересоваться твоим самочувствием. Я в курсе случившегося с Анатолием Соровским инцидента. Только что был в их родовом поместье. Провёл беседу с ним и с его отцом. Они пообещали, что подобного больше не повториться.

— Спасибо… — Удивлённо протянул я, но всё же собрав шары в кулак, чтобы не звенели, решил спросить. — Ректор, я думал вы придерживаетесь политики невмешательства в возникающие конфронтации и столкновения интересов.

— Всё верно, Станислав, — кивнул Морозов, подождав пока я сяду в кресло стоящее рядом с диваном. — Я действительно не вмешиваюсь, когда это происходит внутри курса. Даже когда между учащимися первого и второго курсов возникает конфликт, иногда смотрю сквозь пальцы. Случай с тобой иного рода, Станислав. Тебя чуть не убил полноценный маг, нарушив внутреннее положение лицея. Подобного я не потерплю. Чтобы таких случаев не было, вы и занимаетесь в разных корпусах. Политика Романовского лицея, строится на создании жёсткой конкуренции, но при этом, конкуренция должна быть справедливой. То, что сделал Соровский, это классифицируется, как попытка убийства, выходящая за рамки учебного процесса, поэтому мне нужно было вмешаться.

— Спасибо за объяснения, ректор. — Кивнул я, немного поменяв мнение о Морозове, который всё же не такой плохой мужик, как я о нём начал думать.

— Не за что. — Едва заметно кивнул Морозов, а я вспомнив его дотошность понял, что сейчас последуют вопросы, и не ошибся. — Скажи, Станислав, какие техники были использованы на тебе?

— Сложно сказать, — Честно ответил я, почесав висок. — Мы ведь пока теорию осваиваем.

— Да-да, я знаю. — Закивал Морозов. — Описать сможешь?

— Приблизительно. — Кивнул я, не видя смысла скрывать, ведь ректор наверняка опросил этого скверха. — Техник было три. Первая была очень быстрая, лишь вспышку увидел, а потом я получил около двенадцати одновременных размашистых ударов невидимой саблей.

После сказанного мной, ректор и отец как-то странно переглянулись, а мама Эва прикрыла рукой лицо, хлопая ресницами. Видя, что кажется все в полной мере представляют о чём ведётся речь, я решил пояснить.

— Если бы не школьная форма, что была на мне, то вряд ли бы так легко отделался.

— Школьная форма? — Переспросил ректор.

— Да, только сделанная на заказ конструкторами из оружейного магазина, с добавлением арамидной ткани.

— Теперь всё понятно. Продолжай… — Удовлетворённый моим ответом, Морозов кивнул.

— Потом меня чем-то садануло, будто тараном, так что я врезался в стену, и в довершение получил футбольным мячом из эфира, в прямом смысле. Не знаю, как точнее объяснить….

— Не нужно, я всё понял. — Коротко проговорил Морозов, вновь начиная меня рассматривать. — Ты очень легко отделался, Станислав. Поражаюсь, что ты можешь самостоятельно ходить. Хорошо, что на тебе был костюм, ведь ты пока не сформировал эфирного тела. Последствия могли бы быть более печальными. Что ж… Спасибо за рассказ. Мне пора домой, работать. Благодарю за гостеприимство Ставр. Хорошая смена тебе растёт.

— … Да, ректор… — Опомнился глава рода, утвердительно кивнув, продолжая странно смотреть на меня.

— Всего хорошего, не провожайте. — Сказав это, Моров встал, и уже набрался было в прихожую, но я его окликнул.

— Ректор, извините. Я не отниму у вас много времени.

— Да, Станислав. Что такое?

— У меня к вам маленькая просьба. — Чуть понизив голос начал я, когда подошёл к ректору, стоящему в арке прихожей. — Не за себя прошу….

— Не понял. — Едва заметно удивился ректор.

— Там была девушка, которая мне помогла и позвала моих людей, чтобы они отвезли меня к врачу… Мила её зовут.

— Да, я в курсе. — Медленно проговорил делая паузы ректор, прищурив взгляд, а черты его лица стали выражать беспокойство. — Ты что-то ещё хочешь мне рассказать?

— Нет, хочу попросить. Если бы не она, то не знаю как бы всё сложилось для меня. Простите за наглость, но по-моему, её поступок заслуживает того, чтобы это отметить голосами.

— Вот как… — Удивился ректор, его лицо тут же разгладилось, а я впервые увидел, как Морозов улыбается. — Ты прав, Станислав. Я обязательно подумаю, что можно для неё сделать, обещаю. А теперь, мне правда пора.

Бодрой походкой, поправляя на ходу плащ, ректор прошагал по прихожей и исчез за дверью, а я поспешил вернуться в гостиную, чтобы утрясти пару вопросов.

— Ну, а теперь, когда здесь все свои, — не упуская момента начал я, решая выяснить причину игры в странные «гляделки». — Что случилось, что вы на меня так смотрите весь вечер, будто видите впервые или я где-то нашкодил?

— Ты не так понял, сын. — Покачал головой отец, взглянув на маму Эву. — Нас удивил разговор с ректором. Почему ты нам не рассказал про рейтинг? Мог бы обмолвится хоть парой слов….

— А, рейтинг… А что с ним не так? — Пожал я плечами, не понимая, что от меня хотят.

— Сама скромность, хоть бы похвалился… — Взяла слово мама Эва. — Ты так женишься тайком, а мы и знать не будем.

— Ой… — непроизвольно вырвалось у меня, когда я понял к чему клонят оба родителя.

Только сейчас до меня дошло, что я ни разу не обмолвился перед своими предками по поводу своей лицейской «успеваемости». Всё потому, что не придавал этому особого значения, хожу и хожу, отхватываю, раздаю.

— Да, вы как-то не спрашивали, а я не говорил. Вообще не придавал этому серьёзного значения. — Моя позиция была озвучена, так что было решено перейти к другой теме, которая варилась в моей голове уже несколько дней.

Вообще, этот вопрос я хотел поднять немного позже, но пока «семейный совет» в полном составе, решил сделать это сейчас. Чего тянуть….

— Отец, мам, мне с вами нужно серьёзно поговорить… — Следуя сказанному моё лицо стало серьёзнее пятки огна, на столько, что мама Эва глядя на меня, начала беспокоиться.

— Ты женишься? — Понизив голос почти до шёпота спросила моя родительница.

— Обязательно, мам, — усмехнулся я реакции мамы Эвы. — Но не раньше, чем закончу лицей. — Разговор будет совсем о другом. Я хорошо подумал… В общем, я хочу съехать из поместья.

— Сын, не пойму, к чему это? Мы вроде прекрасно уживаемся вместе. Может мы где-то притесняем твои интересы? Скажи в чём дело, и мы попробуем это как-то решить?

— Вы меня не так поняли. — Решил скорее пояснить я, понимая, что сейчас от моего заявления предки впадут в депрессию. — Мне нравится жить с вами, и в поместье мне нравится. Меня всё абсолютно устраивает. Я не собираюсь покидать семью.

Тяжело вздохнув, я хмыкнул своим мыслям. Подобная реакция не стала для меня неожиданностью. У благородных, в отличии от простых людей, своеобразный семейный уклад. Здесь считается в порядке вещей, что благородный отпрыск живёт со своими родителями до «первой седины». Это не считается чем-то зазорным, а наоборот, служит показателем крепких уз рода. Порой, даже после свадьбы, новоиспечённые жених с невестой, живут в родовом поместье жениха, лет до сорока. Пока их родичи, посовещавшись и убедившись в крепости их отношений, не скидываются им на отдельное поместье, и не выпускают из под своего крыла. Про такую обыденную вещь, как брак по договорённости родителей, я даже и упоминать не хочу. Не по мне это всё, и как не странно, Стас был бы тоже со мной солидарен, ведь из него, по сути, был такой же «благородный», как из меня.

— Сын, — Обратился ко мне Ставр, со всей присущей ему серьёзностью. — Обещаю, что сразу, как только ты женишься, у тебя будет своё поместье.

— Отец, спасибо конечно, — меня уже откровенно начинало забавлять происходящее. — Но ты меня опять неправильно понял. Я не хочу отделяться от рода, и своего поместья мне не надо. Это вопрос рациональности и удобства для меня.

— Тебе неудобно жить с нами? — Потупила взгляд мама Эва. — У тебя практически целое крыло в твоём распоряжении….

— Да нет же! — Мне хотелось рассмеяться и разрыдаться одновременно, от чего я как капризный ребёнок замотал головой, за что поплатился болью в затылке. — Сейчас объясню свою позицию. Каждый день я езжу до лицея, это сорок минут туда и сорок минут обратно. Потом, когда появится магазин, развитием которого я бы хотел заняться лично, мне придётся ездить в Петроград. Ещё я хочу записаться в тренажерный зал, чтобы восстановить свою физическую форму после комы, и подумываю о получении водительских прав, чтобы повысить свою мобильность. Если смотреть в будущее то, на втором и третьем курсе обучения, лекций значительно больше. Я буду поздно освобождаться. По приезду сюда, мне ничего не остаётся, как идти спать, чтобы потом проснуться утром и ехать опять в Петроград. Особняк мне не нужен, хватит съёмной двухкомнатной квартиры. Главное, чтобы она была недалеко от лицея и….

Я замолчал. Говорить дальше не имело смысла. Мои предки зависли, как старый интерфейс ИИ, который поставили на новую модель боевого дроида последней серии. Через несколько секунд, у меня начал появляться страх, живы ли они вообще, потому, что по всем признакам они бросили дышать. Выждав ещё пол минуты, было решено привести их в чувства, иначе всё грозило закончиться плохо.

— Кхм! Кхм! — Прокашлялся я, привлекая к себе внимание. — Скажите, что-нибудь, поддержите мою затею или отругайте, не знаю. Пап? Мам?

— Эмм…Сын, я не знаю, что тебе ответить. — Ставр гораздо раньше пришёл в себя, нежели мама Эва, которая продолжала сидеть не моргая, и смотрела на меня. — Давай мы с Эвой всё хорошенько обдумаем, а потом вернёмся к этой теме.

— Хорошо. — Согласился я, понимая, что не стоит сейчас давить, тем более, что если Ставр сказал, что поговорим, значит так и будет. — Устал я немного. Пойду к себе в комнату….

Предчувствуя, что эта ночка, накануне аукциона в Петроградском дворце культуры, после моего заявления, может стать бессонной, я неторопливо удалился к себе в комнату, завершать центральный мост.

Глава 11

Утро началось не с кофе, а с Токарева, который ворвался в столовую, поспешно вручил мне новый телефон, копию старого, и бормоча «выставка-шмыставка» умчался, прихватив с собой пирожок со стола.

Завтракал я в гордом одиночестве, благодаря тому, что в своё время скинул большую часть обязанностей по организации на маму Эву, чему она была непротив. Отца я лишь мельком видел в дверях, когда он ранним утром тоже скрылся по своим делам. Все были заняты активной деятельностью, кроме меня. Единственное, что мне нужно было сегодня сделать, посетить лицей, не покалечиться там, и приехать на выставку, с последующим аукционом и банкетом. Всё вроде бы легко, кроме лицея, и не покалечиться, ведь бурса это такое место, где неизвестно откуда в следующее мгновение будет скверх кастовать. Лучше бы всё прошло тихо, ведь сегодня на мне обычная форма. Мою специальную одёжку, починят не раньше завтрашнего дня. Придётся быть тише воды, ниже травы, и не отсвечивать. Можно было бы вообще не пойти, сославшись на травмы, но всему виной Глюк. Вчера наш врач осматривал меня, и вспомнил об обследование, которое мне нужно пройти после комы. Может быть и получилось соскочить, но очень сложно объяснять, что с тобой всё в полном порядке, когда выглядишь так, будто по тебе толпа огнов потопталась. На меня конкретно насели Ставр с мамой Эвой, и Токарев в придачу, а Глюк вызвался отвести меня лично в больничку. Поэтому, чтобы никто не подумал, что я прячусь, просто скроюсь в лицее, под благовидным предлогом учёбы, пока Юрген не приехал, а потом оттуда заскочу быстренько домой переодеться и на выставку.

Коварный план избежать прихода Глюка, прошёл как по маслу. Его машина мелькнула на встречке, когда мы выехали на мост. Он кажется не обратил внимания, и поехал в сторону поместья. Понятное дело, что он за меня беспокоиться, как и все остальные, только мне это беспокойство и анализы сослужат дурную службу. Много вопросов, мало ответов, и ничего хорошего. Это ещё одна из причин моего вчерашнего предложения своим предкам. С глаз далой — вопросов меньше.

Вообще, в том чтобы съехать из поместья для меня одни сплошные плюсы, и только два минуса. Я не лгал, когда приводил доводы в пользу своей задумки. Моё переселение сэкономит много времени, мне действительно нужно привести в порядок свою физическую форму, для лучшей работы контура. Про права, лишь немного соврал. Мне правда хочется самому водить, только не машину, а мотоцикл. Эта идея из мечтаний Стаса, ведь ему нравилась эта техника. У него было в планах выклянчить у Ставра мотоцикл, если бы не авиакатастрофа, когда при посадке шасси самолёта не раскрылось. Княжич был уверен, что мотоцикл это круто, да и девчёнкам нравится. У меня аналогичная мотивация, подкреплённая надобностью средства быстрого передвижения, но самое главное — руль, который очень похож на штурвал ручного управления «Катастрофы». Мне нравится этот мир, и я хочу жить здесь припеваючи, и о-очень долго. Так и будет, но некоторые приятные вещи с Фагриса, не хочу и не желаю забывать. Тем более, мотоцикл — это мой каприз, а я не привык себе отказывать.

— Ну что ещё, Мышкин? — Встретила меня в холе перед аудиторией Жанна, отреагировав на моё сообщение, которое я послал ей, как въехали в Петроград.

— Туда… — Я указал пальцем в сторону коридора где были расположены уборные.

— Не поняла… Это уже было. — Захлопала Лисицына ресницами, а её раздражённость сменилась недоумением.

— Теперь это будет нашим ежедневным мероприятием. — Пожал я буднично плечами.

— Мразь… — Протянула Жанна, но не став спорить, гневно стуча каблучками направилась по указанному маршруту.

Так же как и в прошлы раз, прошло меньше минуты, когда из прохода в коридора послышался мерный цокот, возвращающейся девушки.

— Вот, держи, извращенец. — Посмотрев по сторонам, девушка протянула мне клочок ткани, скомканный в кулаке.

— Ммм… Красненькие, — Довольно усмехнувшись, мой новый трофей перекочевал в карман. — Эти мне больше нравятся. Специально такие красивые для меня одела?

— Размечтался… — Прыснула сквозь зубы Жаннет, но всё же решила пояснить. — Красивое бельё для девушки, это как бронежилет скрытого ношения для родового бойца. Как в играх… + 30 к обаянию, и + 100 к уверенности в себе.

— Вот, как… Это интересно. — Мои губы растянулись в неестественной широкой улыбке, чтобы было удобнее говорить не шевеля ими. — А теперь, не оборачивайся, влепи мне пощёчину и шуруй в аудиторию. Немедленно….

— Что?

— Делай как говорю, быстро. — Когда я буквально прошипел сквозь улыбку последнее слово, до Жанны наконец дошло.

— Ублюдок! — Последовало сразу после пощёчины, а Жанна резко развернувшись, сделала несколько шагов, после чего застыла, будто вкопанная, чуть не врезавшись в подходящих к нам Орлова и Драгунова.

— Всё в порядке, Жанна? — тут же спросил Орлов у девушки, бросив на меня свой высокомерный взгляд.

— Жан, ну чего ты? Я же только расписание спросил… — Моё вступление в игру услышали наверное все, кто был в холе. — Больно же! Овца психованная….

— Ой! Погляди, кто вспомнил о моём существовании! — Проигнорировав меня, картинно закатила Жанна глаза на вопрос Орлова, после чего, фыркнув в своей излюбленной манере, продефилировала мимо Александра, виляя бёдрами.

Смутившись, компания друзей проводила Жанну взглядом, после чего все прожекторы сошлись на мне.

— Да, пошли вы все на хер! — Выдав железный аргумент, покрутив пальцем у виска, и потирая, якобы отбитую щёку, скользнул мимо этой парочки, оставляя Орлова и Драгунова чесать свои репы.

Причина затеянного мной спектакля была предельно проста. Этой парочки не обязательно знать, что мы с Жанной «тепло» общаемся. Не сейчас, но в перспективе, есть шанс получить помимо красивого женского тела, ещё глаза и ужи в стане враждующей со мной группировки. На мой взгляд хорошее дополнение, ради которого не грех отхватить пощёчину.

— «Даже так… Жаннет себе не изменяет». — Усмехнулся я, когда прочёл небольшое сообщение, пришедшее на телефон, стоило мне войти в аудиторию.

В нём было лишь несколько слов «Спасибо, но ты всё равно скотина, Мышкин». Отправив «Я тебя тоже обожаю, маленькая извращенка без трусиков», проходя между рядами, подмигнул сверкающей глазами Лисицыной, занял своё излюбленное место на последнем ряду и приготовился слушать.

Общеобразовательный стек из четырёх лекций по алгебре, геометрии, высшей математике и праву, прошёл без серьёзных происшествий, но от этого было не менее велело. После первой лекции объявился Скобинов младший. Как назло, этому скверху приспичило со мной поговорить. Видимо, голову я ему задел сильно, судя по тому, что бывший товарищ Стаса извинился, сославшись на «недопонимание» и предложил вернуться в старую компашку. Получив от меня мягкий отказ, и пожелание, чтобы он сам валил из прошлой «шайки» княжича, сошлись на нейтралитете.

Друзья мне бы не помешали, но именно друзья, а не сборище этих сверхов. Заносчивые, глупые, слабые, трусливые, когда по одному и «герои», когда вместе. К тому же, в этой компашке присутствует бывшая Стаса, Людмила, с которой отношения княжича не зашли за черту хождения за ручку, и пары поцелуев на последней парте в средней школе. На прощание, эта особа подарила Стасику пару красивых ветвистых рогов, как здесь выражаются. Пока княжич ходил с этой особой за ручку, она во всю «по взрослому» встречалась со старшеклассниками. На месте Стаса, я бы устроил этой мадам такое, что ей туманность свинцовым куполом над головой стала. Только я — не Мышкин, и мне нет никакого интереса в ответочке Людочке. В этой девчонке нет ничего такого, на что стоило бы тратить время. У меня и так жизнь здесь, и без этого весёлая. То похищают, то дядя вместе с братцем чуть наш род не уничтожил, то вызовы кидают, то фехтовальщики хотели на шпагу посадить, то Соровский чуть на тот свет не отправил… Сплошная романтика! Так что, пусть эта легкомысленная особа топает в лес, и пусть её там *бут скверхи-партизаны, а не такое «Солнышко», как Айзек.

Следующая лекция преподнесла ещё один сюрприз, одновременно хороший, и не очень. Не пойти на перемену решил не только я, но и Жанна с Орловым, которые остались сидеть в аудитории. Эта парочка что-то спокойно обсуждала, но под конец перерыва Лисицына поднявшись, толкнула свой стул, посмотрев на Орлова, как на «крендель» огна, неделю мучащегося запором. Сказав «Чао, папкин сынок» на всю аудиторию, девушка прошла между рядами, ко мне на «галёрку», и уселась рядом.

— Жанна, я конечно рад, но не могла бы ты уйти туда, откуда пришла? — Вопрос был вполне закономерным, ведь замес у аудитории мог повториться, а мне сегодня этого никак не надо.

— Ещё чего? — Не поворачиваясь ко мне прыснула Жанна.

— Ну, мля… — Устало протянул я, наблюдая за тем, как Орлов поднимается со своего стула, ковыряя дыры взглядом в нашей парочке. — Жаннет, ты сейчас в такие долги передо мной влезешь, что не расплатишься.

— Мне… плевать… — Девушка повернулась, стервозно, и в то же время обольстительно улыбаясь, а моё желание указать рыжей бестии на её место, куда-то пропало.

— Забудь о жалости к себе, Жан. — Тихо сказал я, наблюдая, как Орлов продвигается между рядами столов, к центральной дорожке аудитории. — У тебя уже глаза на мокром месте, сейчас разревёшься.

— За-тк-нись. — Лисицына тихо всхлипнула, но выражение её лица не изменилось, а у меня начало закрадываться подозрение, что никаких глаз и ушей в Орловской кодле у меня не будет.

Мои ожидания скорой драки не оправдались. Александр выйдя к центральному проходу лишь сплюнул на пол, глядя в нашу с Жанной сторону, и направился на выход из аудитории.

— Не хочешь рассказать, что произошло? — Не стал скрывать я своего интереса.

— Отстань хоть ты. — Тихо сказала Жанна, отвернувшись от меня, вставая и поправляя китель, накинутый на плечи. — Знаешь, ты оказался прав, и от этого больнее ещё… А, забей, Мышкин.

Всё так же не поворачиваясь, Лисицына зашагала вниз по центральному проходу, и пройдя через лекторскую зону, вышла из аудитории.

— Ну, охренеть теперь….

Выразив всю гамму эмоций, решив подумать над случившимся позже, я порадовался законченному «долгострою» — левой перчатке, которую ткал от случая к случаю. Заниматься вручную пряжей мне сейчас не хотелось, поэтому нужно было выбрать, связки какого-нибудь из элементов облачения или каон нужно забросить в обруч.

Будучи на Фагрисе, я бы не задумываясь выбрал каон «Арчер» для первой фаланги правой перчатки. Только, с той скоростью веретена, что у меня сейчас — это пустая трата времени. Каон «Лучник» или «Арчер», это именно то, что следует из названия. По сути, это техника «эфирной пули» местных магов, только на основе оргона. Не смотря на возросшее качество оргона, лучшее что меня ожидает при такой скорости веретена, как сейчас, это возможность просто свалить сигаретную пачку со стола на расстоянии пяти метров. С таким «талантом» даже в Петроградский цирк не примут. Модифицированный мной каон «Таран», отпадает сразу. Сам я не покалечусь, используя его даже с незаконченными элементами облачения руки, дело в летальности. В моём плетении, за счёт уменьшения площади воздействия, пробивная сила становится огромной. Ещё убью какого-нибудь благородного пацанёнка ненароком… Оно мне надо?

— «Каон «Манипулятор» классный, но с текущей скоростью веретена я его не потяну. Каон «Гаррота», без «манипулятора» не работает — опять смысла нет. «Клешнёй» только орехи смогу руками колоть. «Жало» и «Фрезу» отметаем сразу. Про «Когти» можно забыть, пока второго крыла веретена не будет, а в местных реалиях лучше третье крыло, до которого пахать нужно, как умалишённому. Со вторым крылом «Когти» смогут, разве что спинку Жанне почесать…».

Перебирая все известные мне атакующие каоны в голове, сопоставляя их действия с местными реалиями, сошёлся лишь на двух: Каон «Кастет» для перчаток, и «Визион» для окулуса.

Остановился я на «тактическом» плетении «Визион». Кастет дольше плетётся, и в местных реалиях его «выхлоп» непонятен. Вязанку для окулуса «тактической» можно назвать лишь условно. Обучил ему меня Тонг ещё до первой трансформации веретена, видя, как меня гнобит дедуля Нейтан из-за моей бесполезности.

Каон «Визион» работает в паре с «Обнаружением жизни», имеет два режима активации, и позволяет передать изображение с окулуса любому разумному на расстояние до 30–50 метров, в зависимости от окружения. С количеством крыльев веретена это расстояние и продолжительность сеанса увеличиваются. Если бить в саму суть — разумный увидит на 2–3 секунды то, что видят мои глаза. Это каон задумывался, как «визуальная рация», но будучи ещё пацаном, я нашёл ему совсем другое применение. Каково будет человеку, который в тебя целится, когда он увидит себя? Или когда жнец мчится на своей косе, а у него перед глазами на 2–3 секунды повисает темнота и он не разбирает дороги, потому что я прикрыл свои глаза ладонью? Понятное дело, радиус применения будет в два раза меньше из-за скорости веретена, время сеанса так же уменьшится, но даже секунду, я смогу использовать себе во благо, не обращая внимания на побочку от активации этого каона. Когда его использую, у меня перед глазами будет то, что видит тот, на кого я активирую эту вязанку, а текущего резерва мне хватит на 3–4 применения. Практичность каона «Кастета» непрогнозируемая и он парный, оставлю его на потом. Решено! Будет каон «Визион», как оружие последнего шанса. Направо и налево, использовать я его разумеется не буду. Не хватало, чтобы меня за мозголомные техники притянули, но тут, тоже пусть попробуют доказать. У меня даже предпосылок к развитию эфирного тела нет. Любой маг, с соответствующей специализацией, это подтвердит.

Общеобразовательный стек лекций остался позади, как и самая приятная вещь, которая есть в бурсе — столовая, с последующим набиванием карманов вкусняшками из буфета. На очереди был специальный стек дисциплин. Когда взглянул на расписание в холе, у меня от удивления чуть изо рта не выпал кусок батончика. Всего две лекции и обе у Лили Медведевой, одна по теории магии, а другая по прикладным магическим средствам. С этими двумя дисциплинами всё было понятно, но следующим, и последним пунктом значилась «Верховая езда», так же у неё. Вот здесь мой мозг, поступил, как турбина, в которую бросили титановый лом — его заклинило. Единственное, что пришло в голову, это прыгнуть на спину Орлову чтобы он меня катал. Чем не верховая езда? Можно его ещё в повозку запрячь, и пусть каретным ходом цокает по коридорам лицея. А может речь идёт о механическом быке, на котором скачут полуголые красотки?

— «Фантазия, прекрати!» — Отогнал я из мыслей начавший получать развитие последний вариант с механическим быком.

Скверху понятно, что речь идёт о верховой езде на лошади, как дани уважения традициям давно минувших лет, когда любой благородный обязан был уметь держаться в седле. Непонятно мне только то, как это будет осуществляться? Хотя, до звезды…. Если речь действительно идёт о верховой езде, то мне там делать нечего.

Решив, что проще будет спросить у Лили, что к чему, нежели давать волю своей фантазии, у меня возникла идея навестить Милу, пользуясь остатками перерыва между стеками.

Моей затее не суждено было сбыться. В холе, перед аудиторией голубоглазой милашки, мне встретилась её подруга княжна Стрелкова. Катя сообщила, что Мила сегодня не появлялась, и видя моё разочарование, решив хоть как-то поправить положение, дала телефон своей подруги, наказав, чтобы я ей не проговорился откуда скверх магичил.

Дав обещание, что даже под пытками не выдам такую хорошую подругу, взял направление на свою аудиторию. До начала лекций было чуть больше пяти минут, может инструктор Медведева появится раньше, и мне удастся удовлетворить своё любопытство по поводу «Верховой езды».

Звонок вот-вот уже должен был прозвенеть, а симпатичной инструкторши ещё не было на месте, поэтому пришлось проследовать на своё место. Пока поднимался ненавязчивый осмотр аудитории показал отсутствие Александра и Жанны. Драгунов тоже куда-то испарился. Либо у них сейчас процедура примирения, а «Телескоп» держит им свечку, либо они разругались на столько, что решили не появляться на оставшихся занятиях, чтобы не видеть друг друга. Надеюсь Жаннет, пока сердитой фурией летела по коридору, ничего себе не отморозила из-за отсутствия оставшейся у меня «запчасти».

Инструктор Медведева появилась через секунду после звонка. Только сейчас, когда мне ничего не мешало наблюдать за происходящим в аудитории, слыша тихое шушуканье мужской половины группы «А», мне стало понятно, что Лили является не только моим объектом вожделения. В прошлы раз у меня не было возможности этого заметить, ведь я был увлечён Жаннет, но сейчас этого сделать не составило труда. Ох, чувствую весело ей тут будет в окружение перекаченных эфиром князьков с гипертрофированным либидо, переживающих постпубертатный период, когда шары звенят, а голова не работает.

Сделанное мной предположение подтвердилось, когда Лили даже не успела дойти до своего стола, а откуда-то из аудитории раздался игривый свист, которым мужчина обычно выражают своё восхищение, когда оценивающе смотрят вслед красивой девушке прошедшей мимо. Далее, с другой половины аудитории, раздалось тихое «Кис-кис-кис».

— Тихорецкий, к декану. — Было первым, что выдала Лили, после того, как уселась и открыла журнал группы. — По истечению лекции надеюсь найти у него твой письменный рассказ на тему: «Почему я срывал лекцию».

— Ну, инструктор… — Начал было парень, но Лили не дала ему договорить, включив микрофон.

— Вон из аудитории. — По буквам проговорила девушка, указывая на дверь. — Не заставляй меня помогать тебе. — убедившись, что её «рекомендация» принята к исполнению, взгляд Медведевой перешёл в правую часть аудитории. — Княжич Эрлих, за любовь к братьям меньшим, отправляешься за ним. Ищешь ближайший приют для животных, в который сдашь пудовый пакет сухого корма для кошек. К началу следующей лекции ожидаю увидеть фотоотчёт того, как ты это делаешь, в противном случае, зачёта у меня ты не получишь.

— «О-хо-хо! Кажется кошечка сегодня не поела сметанки…» — Мысленно подивился я тому, как быстро красотуля инструктор навела свои порядки.

— Раз всё решили, — вновь начала говорить Медведева, дождавшись, когда Эрлих закроет за собой дверь, поднимаясь из-за стола. — То начнём… Что за….

Вместе с Лили начал подниматься и стул на котором одна сидела, приклеившийся к её кителю, поперёк которого пролегла широкая чёрная полоса, от измазанной чернилами боковой части крышки стола. Поднимаясь, девушка начала терять равновесие и качнувшись вперёд, упёрлась двумя руками в стол, из-за того, что подошвы её сапог были приклеены к полу.

— Оставайтесь все на местах, — Пресекая поднимающийся гул в аудитории холодным голосом произнесла Лили, обведя взглядом всех собравшихся, два раза дёрнув ногами, отрывая подошвы обуви от паркета, скидывая с плеч длинный, как плащ, инструкторский китель.

Одним быстрым движением оторвав его от стула, Лили без лишних слов вышла из аудитории. Только это произошло, поднялся оглушительный гомон.

— «Как интересно…». — Мелькнула в голове мысль, после того, как я пару минут прислушивался, ловя всеобщее настроение и брошенные украдкой взгляды на меня.

Никто не злорадствовал, каждый выяснял у своих соседей, кто мог быть причастен к этой нелепой шутке. На меня же смотрели по понятным причинам, ведь скверх его знает, «что от этого Мышкина ожидать?».

— «Правильно думаете…» — Улыбнулся я своим мыслям, вставая со своего места, направляясь вниз по проходу в лекторскую зону.

Подойдя к столу за которым только что сидела Лили, все мои догадки подтвердились.

Стул и его спинка, на которых остались клочки ткани, были обильно сдобрены клеем, боковая часть стола была вымазана чернилами, а на полу под столом осталось два белёных следа, где отсутствовал лак и часть древесины, оставшаяся на подошве инструкторских сапог.

— «Как не аккуратно…» — Додумав об этом, платок из нагрудного кармана лёг мне в руку, после чего в ней оказался цилиндрический тюбик зелёного цвета, валявшийся под столом. — «Быстросталь»… Полимерный клей сверхпрочного соединения, моментального схватывания.

Судя по маленькому потёку, видневшемуся из под тумбочки, если там пошариться, то можно найти тюбик с чернилами, только мне и этого клея хватит. Я ведь не инфомаг какой-то.

— «Посмотрим, как возросли мои силы с появлением первого крыла…» — сейчас все мои мысли были сконцентрированы на тюбике от клея.

Активация контура вуали, и вот я уже в магазине стройматериалов у кассы, где две девушки в форме Романовского лицея расплачиваются за покупку, принимая небольшой бумажный пакет от продавца. Картинка сменилась… Теперь девушек трое, они переговариваются с каким-то парнем из статистов, судя по белой повязке на рукаве. Следующая сцена, где совершаются все приготовления на перерыве между стеками.

— «Ещё, атминтис… Покажи мне больше» — вопрошал я, желая получить больше деталей.

Атминтис внял моей просьбе, показав вне ещё две коротких сцены, после чего сеанс был разорван.

— Значит, уже могу и так… — Довольно осклабился я, глядя на тюбик у себя в руках. — Жаль, думал освобожусь пораньше, а теперь у меня нет выбора, кроме как идти на верховую езду.

Двадцать минут спустя

Стоянка лицея

— Миш, я понимаю, что Орлов твой друг, но я уже всё сказала. — Устало произнесла Жанна, бросив пустой пакет от сока в урну перед выездом.

— Жан, у него сейчас сложный период. Отец на него насел сильней, чем обычно… — Со знанием дела заявил Драгунов, выбрасывая окурок. — Старший Орлов просто с цепи сорвался, после того заседания княжеского совета.

— И поэтому я должна терпеть наплевательское отношение к себе?

— Жан, просто подожди немного. У Алекса сейчас сложный период….

— Опять «подожди»… — Тяжело вздохнув, девушка постучала ноготком чуть ниже шеи. — Вот здесь уже, Миш, понимаешь?

— Жан, ты сейчас говоришь это на эмоциях. Подумай о том что я сказал позже.

— Пф…Не обещаю. — Возвращаясь к стервозному образу прыснула сквозь зубы Жанна, фыркнув перед этим в своей привычной манере. — Давай закроем эту тему. Большая девочка, как-нибудь сама разберусь.

— Хорошо. Не сомневаюсь в тебе, — Поправив очки Михаил, взглянул в сторону лицея. — На занятия собираешься или на сегодня всё?

— Да надо бы, чтобы посещаемость не портить. — Поправила наброшенный на плечи китель Жанна.

— У меня к тебе есть разговор Жаннет, — Видя как девушка нахмурилась, Драгунов усмехнувшись замотал головой. — Он не касается Александра, не смотри на меня так. Слышал, что род Лисицыных собирается посетить сегодняшнюю Мышкинскую выставку в дворце культуры. Ты ведь тоже идёшь?

— Иду, — Коротко ответила Жанна, и видя, как улыбка Михаила стала ещё шире, добавила. — А почему я должна упускать возможность получить от папеньки в свою драгоценную шкатулочку несколько ювелирных брендовых украшений? Или ты против?

— О нет-нет, Жанна. Просто хочу предложить тебе кое-что…

— Что именно? — Девушка пытливо прищурилась, скрестив руки на груди, притопывая каблучком.

Михаил уже хотел открыть рот, чтобы начать говорить, но рядом с молодыми людьми остановился автомобиль, что заставило оживиться стоящую в стороне скучающую охрану обоих благородных отпрыском. В тот же момент водительская дверь открылась, и оттуда вышел загорелый парень в модной куртке, с длинными волнистыми волосами, связанными на затылке в хвост. Взглянув с сторону лицея, южанин лет тридцати, повернувшись к Михаилу с Жанной облокотился на крышу автомобиля, приветливо улыбнувшись.

— Добрый день, не подскажите, что вон то за место? — После прозвучавшего вопроса, рука незнакомца указала в сторону лицея.

— Романовский магический лицей. — Дал очевидный ответ Михал, махнув рукой всполошившейся охране, чтобы не лезли.

— Понятно… — Слегка растягивая слово, сказал южанин, вновь взглянув в сторону забора. — А там много людей учится?

— Чуть больше двух тысяч. — Буднично сообщил Михаил, слегка смутившись странному вопросу.

— Плохо… — Едва слышно сказал незнакомец, вновь открывая дверь автомобиля. — Спасибо за информацию. Удачного дня.

После этих слов, прыгнув в машину, южанин скрылся так же быстро, как и появился. Глядя ему вслед, Михаил поправил очки, тихо хмыкнув, вновь переведя взгляд на Жанну.

— Та, что именно ты хочешь предложить? — Вернулась девушка к тому месту, где их с Драгуновым беседа прервалась.

— Есть способ сделать так, чтобы аукцион Мышкиных о-о-чень надолго запомнили. — Многозначительно изрёк Михаил, поглядывая на Жанну. — Интересует?……

PS: могли быть тараканы, прочёл один раз… Поправлю, как с работы приду.

Глава 12

— «Интересно всё же скверхи пляшут… Задорно и с огоньком» — думал я, глядя в зону лекторской, где сейчас успокоившаяся после случившегося Лили уже в новом инструкторском плаще проводила вторую свою лекцию.

Нужно отдать должное крепости нервов этой девушки. После того, как она вернулась, не став устраивать разбирательство, будто ничего не произошло, Медведева начала вести лекцию. Оно и понятно, ведь камер в нашей аудитории нет, а допрос с пристрастием ничего бы не дал, кроме потерянного времени. Что касается меня, то вопреки обещаниям слушать лекцию, сейчас я снова и снова прокручивал в голове увиденные мной образы.

Возросшее качество оргона расширило способности моего сеанса с атминтисом, как это было на Фагрисе, когда у веретена появилось первое крыло. Правда, в моём мире за один такой сеанс у меня не улетало шестьдесят процентов резерва, ска! Впрочем, это небольшая цена за получение знаний о прошлом и настоящем, того объекта на котором сконцентрировался. С появлением крыла, к этому списку добавилось ещё и будущее. Нет, пророком я от этого не стал, да и «будущее» тут слишком громкое слово, просто теперь атминтис даёт взглянуть на некоторые звенья наиболее вероятной цепочки будущих событий. Последними такими «звеньями» стали два образа, как наша группа едет в автобусе, а потом, как я держу на руках какую-то девушку. Образы были не чёткие, поэтому разобрать кто это был не представляется возможным. Даже не могу сказать точно, во что была одета та, кого я держу на руках. В любом случае, у меня теперь появился интерес попасть на «верховую езду», чтобы узнать, кому так повезёт, оказаться у меня на руках?

Другой темой для размышлений была травля Лили. Даже без помощи аминтиса я бы подумал на то, что именно девушка была инициатором этой шутки с Медведевой. Слабо верится, что кто-то из парней, большинство из которых пускают по милашке инструктору слюни станут делать такое.

За пару минут до конца второй лекции, в двери аудитории постучали, после чего в лекторскую зону вошёл инструктор Довман. Кивнув Лили, Шрам проследовал к трибуне с микрофоном.

— После этой лекции собираемся все на стоянке лицея. — Объявил руководитель группы. — Кто с охраной и водителем, предупредите их, чтобы оставались на стоянке. Выстраиваться за автобусом в колонну не обязательно. Это вызовет осложнение ситуации на дороге, к тому же, с вами будет двое инструкторов, включая меня, которые обеспечат вам безопасность. Вопросы?

— А куда мы поедем? — Опередил меня княжич Крылов, мой бывший однокашник из средней школы, сидящий недалеко от Скобинской компашки.

— Колпинский ипподром. — Коротко безучастным голосом ответил Довман, всем своим видом нагоняя тоску. — Ещё вопросы? Вопросов нет. Попрошу не задерживаться.

— «А вот и образ с автобусом…» — Тут же смекнул я, провожая взглядом Довмана, который вышел из аудитории.

Только за ним закрылась дверь, прозвенел звонок. По обыкновению, продолжая сидеть на месте, я проводил взглядом большую часть группы, после чего и сам отправился на выход. Видя, что Лили задержалась, провожая вкрадчивым взглядом лицеистов из аудитории, решил подойти к ней.

Подойдя к столу Медведевой, я молча сложил методички в стопку, и положил перед девушкой, сегодняшний день которой — явно не задался, судя по её выражению лица. И дело тут не в случившемся. Лили уже пришла на лекции не в духе, судя по тому, как она поступила с парнями, выказавшими ей знаки внимания.

— Не расстраивайтесь, прекрасная дама. Всё это лишь детская зависть. — Добродушно сказав это, чтобы подбодрить милашку инструктора, я улыбнулся и хотел уже направиться на выход.

— Спасибо, Казанова. — Тихо сказала Лили, задумчиво посмотрев на меня, начинающим разъясниваться взглядом. — При чём тут зависть?

— Потому, что вы красивы, и это не всем нравится. — Не став подбирать слов, сказал я как есть, но видя, что Лили нахмурилась, решил пояснить. — Инициатором этой глупой шутки над вами был кто-то из девчонок, которым не нравится, что парни обращают внимание на вас.

— А ты не только заигрывать умеешь… — Покивала головой Лили, как то по другому взглянув на меня, нежели она смотрела обычно. — Умён… Прекрасные боевые качества, хорошо стреляешь, расчётлив…

— Ещё красив. Об этом не стоит забывать. — С напускной важностью заявил я, усмехаясь. — Я же говорил, прекрасная дама, что у меня очень много талантов.

— Ой, всё… Иди уже, Казанова. — Устало махнула рукой Лили улыбнувшись на моё дурачество, указала на дверь.

— Вынужден вас покинуть. Вы улыбаетесь, а значит, мой долг, как вашего рыцаря выполнен. — Высокопарно заявил я, приняв величавый вид, чем вызвал смешок у милашки инструктора.

— Иди уже, Мышкин.

Лили снова указала мне на дверь. Сеяв невидимую шляпу на прощание, чтобы не испытывать её терпения, я проследовал указанным ранее маршрутом.

Прикинув, что дел у меня никаких, решил направиться сразу на стоянку, к которой должен был подойти автобус. По поводу Колпинского ипподрома, в памяти Стаса было немного. Сам княжич там не бывал, но слышал об этом месте от своего отца. Данный ипподром был муниципальным объектом, и по словам Мышкина старшего, там было всё печально. Всё упиралось в распределение выделяемых на него денег из бюджета Колпинской губернии, часть которых оседала в карманах местных чиновников, по словам Ставра. На этом осведомлённость княжича об этом месте кончалась.

Поданный автобус Романовского лицея ехал быстро, так что не прошло и часа, как наша группа оказалась в месте назначения.

— «Что-то не сходится» — Сразу мелькнула мысль в голове, как только я вышел из автобуса, оглядываясь по сторонам.

Неужели Ставр драматизировал, когда говорил об этом месте. Судя по подстриженным газончикам, состоянию скаковых дорожек, разметке трасс, которые были в идеальном состояние, свежей краске на заграждениях и постройках, что-то мой предок напутал.

— «Точно напутал…» — Через несколько минут убедился я, слушая, как Лили рассказывает историю происхождения самой дисциплины верховой езды.

Достаточно было взглянуть на один из денников, который был убран и сух, чтобы оценить качество ухода за животными, которые, к слову, были далеки от «доходящей скотины», как выразился отец, когда рассказывал об этом месте.

— Не понял… — Вырвалось у меня, когда я прочитал одну из «визиток» денника, где была указана информация о лошади, которая там должна была находиться.

Удивило не то, что жеребца который там сейчас стоял и косился на толпу лицеистов звали «Чоппер», а герб в углу.

— Что не так? — Угрюмо поинтересовался идущий рядом инструктор Довман, видя, как мои глаза приняли круглую форму от удивления.

— Да, всё так… — Задумчиво сказал я, видя герб своего рода в углу «визитки» и охренев ещё больше, когда впереди промелькнул конюший работник, одетый в светло-серый жилет, очень знакомого кроя, с жёлтой оторочкой по плечам.

Челюсть отвисла вниз, когда с противоположной стороны, открыв воротины, появился мой предок одетый в дерби или «по жокейски», как ещё говорят, и бодрой походкой зашагал навстречу нашей процессии.

Не выдержав, я оторвался от общей группы, направившись своему предку навстречу, перехватив его на полпути. Судя по его на несколько миллиметров приподнявшейся правой брови, моё нахождение здесь для него стало не меньшим сюрпризом.

— Сын, не ожидал тебя здесь увидеть.

— Как и я, отец. Это место, оно ведь принадлежит нашему роду?

— Да. — Утвердительно кивнул Ставр. — Я его выкупил, как раз перед тем, как ты должен был вернуться из Франции.

— Отец, ты же говорил, что это убыточное предприятие. — Вспомнил я слова своего предка, сказанные за одним из семейных ужинов, до того, как я оказался в этом теле.

— Так и было, — Согласился Ставр, подтверждая мои слова. — Но теперь оно работает немного больше, чем в ноль. В дальнейшем возможна даже прибыль.

— Вот как… Странно, что ты на это пошёл. — Озвученное мной противоречило принципам Ставра, который привык просчитывать всё наперёд.

— Животину жалко стало. — Немного смутился мой предок. — Решил заняться этим местом, тем более, что его мне отдали почти даром. А теперь, мне нужно сказать пару слов твоим одногруппникам, как ректор просил, а потом с репродуктором разобраться.

Кивнув, я поспешил вернуться к процессии своих «товарищей» по учёбе. Как и обещал отец, его речь надолго не затянулась. Завершив её тем, что умение верховой езды сегодня это дань традиции прошлого, а лошадь перестала быть повседневным средством передвижения, мой предок попрощавшись, передал нашу группу конюшему, а сам поспешил ретироваться, получив щедрые аплодисменты. В основном от девичьего коллектива группы, который с придыханием, постреливая глазками, слушал его рассказ. Даже немного завидно стало, что мой предок пользуется такой популярностью у женского пола.

— Вот же малолетки похотливые… — тихо буркнул я, слыша, как за моей спиной шушукается пара одногруппниц.

— Так, прекращаем галдеть и идём к вольеру. — Скомандовала Лили, указывая в конец конюшни, откуда пришёл мой предок.

Пройдя чуть больше пятидесяти метров, наша группа оказалась на месте. Я же немного задержался, чтобы прихватить из ящика в углу конюшни пару морковок и яблоко. Когда зашёл в вольер, у меня немного разбежались глаза от обилия лошадей. Здесь была представлена сборная солянка всех пород и мастей. Знаний Стаса мне с лихвой хватало, чтобы смело утверждать, что здесь собрана одна «не кондиция» возникшая в результате выведения. Низкая высота в холке, пятна в окрасе, маленький пястный или грудной обхват, длина ног — всё это считается браком.

Пока Лили объясняла азы, я уже водил жалом, выискивая для себя лошадку. Мой выбор тут же пал на кобылку Чумаковской породы с грациозным и утончённым восточным экстерьером.

— Люблю рыженьких… — Довольно изрёк я погромче, чтобы это услышала Жанна, которая сейчас находилась в обществе близнецов банды «Одуванчик», Савелия и Тори Елисеевых.

Подойдя к своей «избраннице» которая завидев моё приближение с интересом начала на меня коситься, дал ей себя обнюхать, после чего вручил презент в виде морковки.

— Спасибо, дальше я сам. — Уведомив работника конюшни, который явно меня узнал, судя по полупоклону, принимая от него поводья. — Как звать эту красотку?

— Герда, княжич. — Тут же сообщил мне парень на пяток лет постарше меня.

— Думаю мы с ней поладим.

— Она смирная и очень послушная. — Закивал парень, добавляя. — Моя любимица.

— Я украду у тебя её на время. Не возражаешь? Обижать не буду.

— Конечно, княжич.

Скормив Герде остальные свои вкусняшки, я повёл лошадку в сторону и хотел уже было сесть в седло, когда меня окликнула Медведева, которая читала лекцию на тему укороченных юбок женской половине нашей группы.

— Да, инструктор Лилия, чем могу помочь? — не стал я в этот раз начинать игру в «рыцаря», на глазах у всей группы.

— Тебя с какой стороны подходить к лошади учить не нужно, так что будешь мне помогать. — Уведомила меня милашка инструктор, похлопав в ладоши. — Группа, внимание на Станислава. Сейчас он покажет…

— «За что мне всё это? " — Мысленно спросил я себя, ставя левую ногу в стремя и подтянувшись, держась за переднюю луку, перекинув ногу через седло, усаживаясь на Герду.

По просьбе Лили, пришлось проделать это несколько раз, чтобы все рассмотрели. Мне конечно не трудно, только недавно наложенным швам на ногах, этого не объяснишь. Ещё через пару раз, мои злоключения закончились, по крайней мере, я так думал. Рано радовался…

— Теперь Стас продемонстрирует посадку в дамское седло. — Сообщила инструктор Медведева, подводя ко мне кобылу с вышеупомянутой амуницией. — И Стас, объясни ещё нюансы посадки. Ты ведь в курсе?

— Хорошо. — Обречённо кивнув, мне вновь пришлось спрыгнуть с Герды на свои многострадальные ноги.

Ещё десять минут ушло на объяснение «10 золотых правил» посадки, куда распределять вес, как держать подбородок, плечи и спину. Лучше бы гироконтур попросили разобрать, а не вот это вот всё.

Наконец-то от меня оставили в покое, но чисто условно. Медведева тыкнув в меня пальцем уведомила всех, чтобы по всем вопросам обращались ко мне или к ней. После чего, начала делить всех на группы по двое, так как лошадок на всех не хватало.

Видя, что желающих консультироваться со мной нет, имея полное право забить на поручение милашки инструктора большой болт, я просил конюших открыть вольер и ускакал на трек. Герда отказалась довольно резвой, даже пришлось несколько раз натягивать поводья, чтобы сбавить скорость. От быстрой езды шрамы начали болеть ещё больше. Того и гляди сочится сукровица начнёт.

Не смотря на это, в вольер вернулся я довольный, на что отреагировало даже веретено, ускорив свой бег после покатушек. Встретившись с умоляющим взглядом Лили, которая кивнула в сторону Елисеева, который застрял ногой в стремени и упал, стало понятно, что помощь моя всё же нужна. Девушка физически не справлялась с контролем каждой пары. Кивнув в знак согласия, сняв невидимую шляпу перед милашкой инструктором, пройдя мимо барахтающегося в пыли Савелия, я хлопнул ладонью гнедого жеребца по крупу, чтобы он протащил этого скверха по пыли, а сам двинулся к Жанне и Тори, которые не могли дать ладу Орловцу.

— Всё понятно… — Тут же констатировал я, начиная рассёдлывать Орловца, под удивлёнными взглядами девушек. — Вы не сядете на не него, как бы не старались.

— Это ещё почему? — Уперев руки в бока спросила Жанна, приподняв бровь. — Что ему надо?

— Ему от вас ничего не надо. Минутку… — Подойдя к девушкам, я сначала склонялся к Жанне, а потом к Тори, шмыгнув носом. — Вот и причина. — видя недоуменный взгляд Виктории, которая отстранилась от меня из-за моего бесцеремонного вторжения в её личное пространство, решил пояснить. — Духи ему твои не нравится, Вика. Запах резкий, с налётом алкоголя. Подойди к Герде, а то может зря стараюсь.

— К кому? — Потупила взгляд Тори, хлопая длинными ресницами.

— К вот этой рыженькой красотке. — Я погладил свою кобылку по холке, на что та довольно фыркнула. — Не путай с Жанной, она тоже красотка.

— Ой, Мышкин, — Рыжая бестия картинно подкатила глаза. — Язык у тебя, что помело.

— Отлично… — Пропустил я мимо ушей замечание Жанны, когда Вика подошла к Герде, которая понюхав девушку, лишь посмотрела на неё с интересом, но не испугалась. — Ты ей нравишься.

— Она тебе об этом сказала? — Недоверчиво поинтересовалась Тори, потупив взгляд.

— Иногда, слова бывают лишними. — Не стал я вдаваться в подробности, приступая к замене амуниции, но видя ожидающий взгляд Тори, решил пояснить. — Положение ушей… Они расслаблены и повёрнуты в твою сторону. Ей комфортно когда ты рядом, и ты ей интересна. Лошади по своей природе очень любознательны, но иногда бывают пугливы. Их может испугать даже шуршание целлофанового пакета, но при этом, они могут спокойно реагировать на рёв автомобильного двигателя. С ними, как с людьми, к каждому свой подход нужен.

— Ты много знаешь о лошадях, Станислав. — Сдержано улыбнулась Тори, а я отметил, как стоящая сбоку неё Жанна недовольно наморщив свой носик, отвернулась, проявляя «повышенный» интерес к тому, как идут дела у всех остальных.

— Готово… — Сообщил я, справившись с перебросом сёдел. — Кто первый?

— Давай ты, Жанна. — Сразу же предложила Виктория, немного стесняясь. — Я не уверенна, что справлюсь. Посмотрю на тебя, а потом сама попробую.

— Хорошо… — Кивнула Жанна, стараясь скрыть, что она тоже нервничает, вопрошающе взглянув на меня. — Стас, подскажешь…

— Конечно, смотри… Возьмись рукой здесь, при этом держи поводья. Вот так…

Не прошло и десяти секунд, как Жанна смогла усесться, под моим чутким руководством.

— А тут высоковато… — Подметила девушка, стараясь скрыть своё беспокойство. — Как тебе, Мышкин?

— Шикарно… — Протянул я, закусив нижнюю губу, не стараясь отвести своего похотливого взгляда, и чуть тише добавил, чтобы не слышала Тори, стоящая по другую сторону от лошади. — Такая идеальная… Если есть врата в рай, то они должны выглядеть именно так.

— Не поняла… — Довольство собой с мордашки Жанны улетучилось за мгновение, а лицо девушки стало пунцовым, с налётом стыда. — Не смотри…

— И не подумаю. — Тихо произнеся это, я добавил уже громче. — Начнём с шага…

— Прекрати, я слезу…

— Не бойся, Жанна! Ты отлично смотришься! — Тори несколько раз восторженно хлопнула в ладоши, после чего, извлекла из кармана кителя смартфон. — Подожди! Я сейчас тебя сфоткаю…

— Тори, только вспышку выключи. Лошадь может испугаться.

— Поняла! — Бросила девушка, тапая по экрану смартфона.

— Мышкин отвернись, скотина. — Тихо пискнула Жанна, в глазах которой плескалась смесь злобы и стыда.

— Не-а… Считай это моей платой за твоё обучение. — Игриво заявил я, медленно ведя Герду под уздцы. — Жанна, держи плечи ровнее, подбородок вперёд.

— Мышкин, я без трусиков… Не смотри, мне стыдно.

— Я знаю. Они у меня в кармане. — Сообщив очевидный факт, мой взгляд был направлен в просвет дугообразной боковой луки.

Часть II

Жаннет пыталась сдвинуть ноги, но конструкция дамского седла этого не позволяла.

— Мышкин, я тебя ненавижу. — Сквозь улыбку, позируя для Тори, прошипела Жанна.

— Может и так, — У меня и в мыслях не было начинать препираться. — Но тебе нравится моя наглость и то, что я на тебя смотрю с желанием. Тебя это возбуждает, Жаннет. Бесполезно отрицать….

— Замолчи, Мышкин. Тебя могут услышать…

— И это тебя тоже возбуждает, маленькая извращенка. — Я игриво подмигнул Жанне. — Бесполезно отрицать. У меня даже появилась идея для следующей нашей игры. Уверен, ты будешь довольна.

— Прекрати… — Жанна попыталась непринуждённо поправить юбку, чтобы прикрыть луку, но длины явно не хватало.

— Ты даже от слов возбуждаешься, милая Жаннет. Давай на этом остановимся, а то пятна останутся.

— Не мели ерунды. — Демонстрируя недовольство фыркнула Жанна, сверкая глазами. — С чего ты взял…

— Картина маслом… «Лепестки розы в утренней росе». Мне отсюда видней, знаешь ли… — Глядя на то, как от возмущения и возбуждения вздумается грудь девушки, я натянул поводья. — Покатались и хватит. Теперь очередь Виктории.

— Ты гад, Мышкин. Ненавижу…

— Энтузиазма маловато, Жаннет. — Сказав это, я протянул девушке руку. — Давай помогу… Держись, а потом ставь ногу вот сюда.

Вместо того, чтобы взяться, Жанна оттолкнула мою руку, громко сопя.

— Не нужно, я сама…

— Без привычки, ноги тебя не послушаются, ты можешь упасть. — Серьёзно заявил я, вновь протягивая руку раскрасневшейся княжне.

— Не делай вид, что тебе не всё равно…

— Мне не всё равно, Жаннет. — Тоном не терпящим возражения заявил, я краем глаза замечая, что Тори идёт к нам.

— Жан, с тобой всё хорошо? — Забеспокоилась Елисеева, сразу обратившая внимание на всклокоченный вид подруги, которой я уже помог отказаться на земле.

— Д-Да, Тори, нормально всё, просто страшновато немного было. — Постаралась сделать непринуждённый вид Жанна, но Тори уже начала с подозрением смотреть на меня.

— … Я старался медленно вести Герду. Медленней уже некуда было. — Моё лицо тут же приняло виноватый вид, от чего ложные оправдания звучали более чем убедительно.

Для большей правдоподобности, я отвёл глаза в сторону, чтобы показать всю глубину своих сожалений. В поле моего зрения попала Лили, которая всё время, пока длились покатушки Жанны вокруг Виктории, водила за собой серого Орловца, переходя от пары к паре, указывая на ошибки. Дальше, всё было будто в замедленной съёмке. Кто-то из девушек у противоположного конца вольера, позвал милашку инструктора. Вольер был большой, по этому Лили, чтобы сократить время, вставив ногу в стремя, лихо вскочила в седло, цокнув, и махнув поводьями. Вместо того, чтобы тронуться вперёд, Орловец громко заржал, начав взбрыкивать, гарцуя на месте, а его зрачки сузились. Лили взвизгнула от неожиданности, натягивая удила, но конь резко взбрыкнул, вставая на дыбы, желая скинуть наездницу.

— СКА! — Вырвалось у меня непроизвольно, глядя на то, как Лили чудом удержавшись, обхватила двумя руками шею орловского жеребца.

Дальше всё произошло на рефлексах. Когда конь понёс девушку, я скрывая горло крикнул «Все за заграждение!!!». Животное явно было не в себе, и практически не разбирало, куда скачет. Активация контура, дыхание перехватило, а я уже мчался в предположительную точку, где окажусь перед конём. На периферии зрения мелькнул Довман, в руках которого, будто по волшебству, оказался хищного вида нож, лезвие которого вспыхнуло огнём эфира. Не прекращая бежать, встретившись с инструктором взглядом, я лишь покачал головой, ощущая, как оргон, покидая резервуар, стремится в перчатки.

— Посмотрим, кто выше в иерархии. — Сами собой зашевелились мои губы, а глаза наблюдали, как орловец с испуганной Лили на спине рысил прямо на меня.

От чувства опасности, веретено рвалось из груди, усиливая ток оргона во всём теле. Сомкнув кулаки, вокруг которых уже бушевала видимая только мне сила, заводя их вправо к поясу для сдвоенного заряженного удара, я припав на колено, активировал одновременно оба заряда перчаток. Выброс прошёл вдоль земли, прямо под ноги жеребцу. Раскат был такой силы, что мне показалось, как земля дрогнула под ногами, уши заложило. От испуга, животное в ужасе упёрлось всеми четырьмя копытами, прижимаясь к земле, а оцепеневшая от страха Лили, перелетев через шею жеребца, совершив кульбит, осела в моих руках.

Инерция была настолько велика, что сделав несколько шагов назад, я не удержал равновесия, и упал на спину, прижимая к себе милашку инструктора, издав стон боли.

— Килограмм пятьдесят шесть… — Часто дыша выдал я, прекращая активацию контура.

— П-пятьдесят с-семь… — Подрагивая, заявила Медведева, прибывая в шоковом состоянии.

— Вот по этому и не удержал… — Со знанием дела заявил я, вымучено улыбнувшись, после чего, погладил по спине уткнувшуюся мне в грудь, начинающую всхлипывать, девушку. — Только не реви при студентах, потерпи немного. Мне безусловно нравится так с тобой лежать, но про нас могут сплетни пойти. Тебе оно надо? Можешь в меня высморкаться по тихому, рубашке и форме всё равно гайки пришли.

Я ещё много говорил разных глупостей, пока к нам не подошёл Довман.

— Живы? — Безучастно поинтересовался руководить группы, нависнув надо мной, заслонив, и без того, тусклое осеннее солнце.

Нужно отдать Лили должное. Девушка встала будто ничего не бывало и протянула мне руку.

— Жить буду, — Ответила Медведева, одним движением подняв меня с земли, после чего, смахнув остаток влаги в уголке глаза, с лёгкой иронией добавила. — Ну и видок у тебя, Казанова.

— Жарко, проветриться решил. — Пожав плечами, я поправил на себе китель, который превратился в жилет, за отсутствием рукавов.

Рубашку постигла та же участь. Осмотревшись по сторонам я невольно присвистнул, глядят на расходящуюся борозду глубинной около двадцати пяти сантиметров, и длиной чуть больше трëх метров, в которой сейчас на животе лежал жеребец, подрагивающий ушами.

— Не подходи, он может быть… — Начала было Лили, но я лишь махнул рукой.

— Он не бешеный. — Заверил я, и склонившись, шипя от боли в ногах, погладил животину, принявшись осматривать потник под седлом на ощупь, пристально глядя на облепивших заграждение одногруппниц. — Нашёл… Инструктор Довман, можете пройти со мной? Кое с кем нужно беседу провести. — После сказанного, глядя в угрюмое лицо руководителя с рыбьими глазами, моя ладонь на секунду разжалась, показывая находку.

Всё же выражение лица Довмана иногда меняется. Сейчас оно было такое же как всегда, но вот глаза — они изменились, превратившись в те, которые я видел при первой нашей встрече, когда сказал про нож в рукаве.

— Идём, побеседуем. — Угрюмо выдал руководитель, глядя в сторону одногруппников.

— Что там? — Немного оживилась Лили, подходя ко мне, которой я тоже показал содержимое ладони.

— Причина случившегося… — Понизив голос, и немного приблизившись к инструкторам, мои губы тихо зашептали. — Сейчас когда направимся к группе, смотрите за лицами девушек. Я не знаю, кто из них, но у кого-то точно сдадут нервы. У меня есть уже подозрения, но этого мало….

Оба инструктора поняв в чём мой план, моргнули, а потом наша троица, во главе с мрачным и угрюмым Довманом медленно двинулась к ограждению вольера. Всё же первый взгляд меня не обманул. Когда я извлёк булавку из потника, наблюдая за реакцией «зрителей», в глаза бросилась одна девчушка, которая побледнела и начала метаться из стороны в сторону. Её имя было мне не известно. Тех, с кем когда-то пересекался Стас я конечно же знаю, а вот с остальными времени познакомиться у меня не было, тем более что в группе «А» почти шестьдесят человек.

— Вот эта подошва… — Мой палец упёрся в девушку, которая стоя за заграждением сделала шаг назад, когда я приблизился.

— Что? Обвиняешь меня? Да, как ты смеешь! — Гневно взвизгнула веснушчатая девчонка взмахнув рукой, чтобы влепить мне пощёчину.

Контур был активирован незамедлительно, её рука оказалась в моей, а хищная улыбка на моих губах стала ещё шире.

— Как там говориться? На вору и шапка горит? — Кивнув головой на рукав кителя, который демонстративно задрал повыше, чтобы все видели пятно от чернил, притянул «шутницу» к себе, одним движением воткнув булавку ей в воротник, рядом со второй такой же, головка которой была сделана в виде маленькой бабочки. — Вот это вообще было неразумно… Если бы ты хоть немного думала своей красивой головкой, то поняла бы, что твоя шутка может классифицироваться, как покушение на инструктора. Да, инструктор Лили маг, но упади она неудачно с лошади, и могла бы запросто сломать себе шею. Зачем ты хотела её убить?

— Мы хотели её проучить… — Завыла девчонка, впадая в истерику, а я отпустил её руку. — Борис отверг меня…ск…сказав…что была бы я хоть немного на неё похожа….он бы этого не сделал….

— А смысл? — Пожал я плечами, а происходящее вызвало лишь усмешку. — Если бы все девушки были одинаковы, то не было бы желания добиваться какую-то конкретную, подошла бы любая. Бестолочь твой Борис, и ты вместе с ним.

— Княжна Светлана, из рода Крюковых, мне нужно с вами серьёзно поговорить. — Вступил в разговор Довман, но прервался, когда Лили подёргала его за рукав кителя.

— Инструктор, не нужно… Можно я с ней поговорю? — Спокойно сказала Медведева, которая сейчас смотрела на княжну не с обидой или злобой, а скорее с жалостью.

— Хорошо. Оставляю это на вас, инструктор Медведева. — Безразлично с присущей ему угрюмостью выдал Довман, после чего обратился к стоящим за заграждением лицеистам. — Заходите внутрь. Практическое занятие верховой езды никто не отменял. Станислав, можно тебя на пару слов.

— Да, конечно. — Кивнул я, подозрительно поглядывая на руководителя группы, следуя рядом с ним, понимая, что объяснений не избежать.

— Мне не интересно, что за технику ты использовал. — Будто прочёл мои мысли Шрам, указав рукой на расходящуюся борозду. — Хотел сказать, что по возвращению в лицей я подам ходатайство ректору о присвоении тебе степени гросс школяра. Мне понадобиться ещё два инструктора, но я об этом позабочусь.

— Инструктор, а можно не надо?

В моём голосе даже слышались умоляющие нотки, потому как в голове быстро сложился пазл из неприятностей, которые меня будут ждать, когда на моём эполете появятся буквы «ГР» рядом с «ШК».

— Нельзя. — Покачал головой Довман, не моргая глядя на меня своими рыбьими глазами.

— Инструктор, кроме проблем это мне ничего не принесёт. Мне и так по три вызова прилетает, старшекурсники убить пытаются, а ещё это! — попытался я надавить на жалость руководителя группы. — Как только эти две злополучных буквы появятся на моём эполете, сколько сорвиголов захочет проверить «топа», а теперь ещё и «гроссшакала» на прочность? Да я бы сам захотел такому выскочке бока намять! Не делайте этого, пожалуйста.

— Я знаю, но я уже решил. — Сказал, как отрезал, Довман.

— Это плохое решение, руководитель. Подумайте, что тогда будет со мной?

— Мне всё равно. Я так развлекаюсь…. — Пожал плечами Дьявол, прикидывающийся инструктором, после чего добавил, как невзначай. — Странно, что ты во всём видишь минусы, княжич Мышкин.

— А есть какие-то плюсы? — Начал заводиться я. — Может лицей выделит под меня целое крыло под персональную травматологию? Будет оплачивать мои больничные счета? Предоставит бесплатную бронь клочка земли на Петроградском кладбище и остальной спектр ритуальных услуг?

— Нет, боюсь, что это придётся делать твоему роду. — С той же серьёзной угрюмостью заявил руководитель группы, не моргнув даже глазом. — Сэкономленных денег за обучение, и твоей стипендии на это с лихвой хватит.

— Стоп-стоп! — Замотал я руками, подавшись вперёд. — С этого места, прошу поподробнее. Вы про деньги и стипендию говорили.

— С момента присвоения тебе степени гросс, — терпеливо начал объяснять инструктор. — Ты освобождаешься от платы за обучения на весь первый курс, это не малые деньги, как ты знаешь. Ежемесячно, тебе будет выплачиваться императорская стипендия в размере ста восьмидесяти тысяч. Это только гарантированные привилегии. Сам знаешь нашего императора. Когда приказ подписанный ректором попадёт к нему на стол, он может от себя что-нибудь добавить. Он любит поощрять молодые таланты. Мышкин, что с тобой? Судороги? У тебя пальцы дёргаются…

— А мне нужно, что-то подписать? — Вкрадчиво поинтересовался я, ласково разминая пальцами кучку денежек, наваждением стоящую перед глазами.

— Нет, ты получишь уведомление о присвоение степени гросс, стипендиальную карту, и новый эполет в деканате. На этом всё.

— Да-да… Хорошо, мне это нравится.

— Раз нравится, иди лошадь в чувства приведи, которую ты до обморока довёл своей магией.

— Уже бегу….

Довольно потирая ладошки, я направился к Орловцу, который и так начал потихоньку отживать без моей помощи. Натерпелась животина, нечего сказать. Если рассказы Тонга были верны, то животные способны видеть и чувствовать оргон. Представляю какое светопреставление довелось пережить жеребцу.

— Ну, вот… — Когда припал на колено перед конём, трепля его за уши, глаза зацепились за влажные тёмные пятна, проступившие сквозь форменные лицейские брюки тёмно-синего, почти чёрного цвета. — Швы, ска….

— Тори, глянь на этого рыцаря. — Раздался сбоку ехидный голосок Жанны. — Прямо герой. Бросился на взбешённую лошадь, чтобы прогнуться перед симпатичной инструкторшей. Уверенна, что ты теперь её герой.

— Дура ты Жаннет, бестолковая. — Устало произнеся это, взяв Орловца под уздцы, потянул вверх, давая понять коняке, что пора подниматься.

— Что, тоже нравится инструктор Лили, как и другим парням? — Не ядовито, а с интересом поинтересовалась Виктория.

— И ты туда же, Вик… — Тяжело выдохнув, чувствуя, как начинают подрагивать ноги, всё же решил объяснить. — Лили или нет, я бы сделал тоже самое, если бы кто-то из вас двоих оказался в подобной ситуации.

Тут я конечно лукавил, сказанное мной было лишь для того, чтобы набить себе очков хорошего парня в глазах этих двух красоток, не более. Лили бросился спасать почти по той же причине, но здесь бонус в том, что помимо того, что она красивая девушка — она инструктор, а с инструкторами лучше дружить, нежели враждовать.

— Учитывая нашу обоюдную неприязнь, в это верится с трудом. — Заключила Тори, пожав плечами, не собираясь вестись на мои сладкие речи.

— А ты помимо того, что красивая, ещё и умная, — Сделал я комплемент беловолосой кисе. — Неприязнь, всё верно… Только для меня это не имеет никакого значения. Ведь это ваша компашка со мной воюет за старые обиды, как бестолковые маленькие дети. Я же не веду войны против вас, а руководствуюсь своей личностной неприязнью конкретно к каждому. К вам двоим у меня её нет, к тому же вы девушки. А вот если бы на лошади оказался Александр, то я бы и пальцем не шевельнул, даже открыл ворота вольера, чтобы его на трек Орловец вынес. Там падать больней. Ещё бы радостно в ладоши хлопал, если бы у него застряла нога в стремени и конь растёр всё его высокомерие тонким слоем по скаковым дорожкам пока наворачивал бы круги. Такой ответ тебя устраивает, Тори?

— Более чем, по крайней мере честно. — Удовлетворенно кивнула снежная королева Тори, даже едва заметно улыбнувшись.

— Как умею, — Пожал я плечами, чувствуя, как по левой ноге от низа живота сочится тонкая струйка крови из открывшейся раны. — Теперь прошу простить. Мне нужно найти местного ветеринара. Наши уроки верховой езды придётся отложить.

— Ты поранился… Инструктор Медведева оказалась на столько костлявой? — Съехидничала Жанна, подкрепляя мои догадки о том, что сама себе не отдавая отчёт, Лисициана ревнует меня к Лили.

— Не сейчас, Жаннет — я устало указал на свои штаны, из-за тёмного цвета которых нужно было присмотреться, чтобы увидеть кровавые пятна. — Меня вчера немного ранили. Швы разошлись….

Судя по округлившимся глазам, обе девушки заметили кровь только сейчас. Махнув рукой, я поспешил к конюшему, в противоположной части вольера, чтобы вручить ему Орловца и справиться, где здесь ветеринар.

— Знаешь, Жанна, а тебе не кажется, что Мышкин как-то изменился после учёбы во Франции и своей комы? — Поинтересовалась Тори у подруги, которая сейчас смотрела в след княжичу. — Более мужественным стал, что ли… или взрослым. Не знаю, как сказать. Открывается с новой стороны….

— … Что?! — Брови Жанны взлетели вверх, а её голова медленно повернулась в сторону Тори. — Подруга, ты это чего? Это же Мышкин! Хам и грубиян, который не давал жизни всему нашему классу! Или ты забыла?

— Всё я помню, Жан, но сейчас он мне таким не показался. — Чуть тише к концу фразы сказала Тори, отведя немного в сторону глаза, под пристальным взглядом своей подруги.

— Это он специально таким хорошим хочет казаться, перед тем, как совершить какую-нибудь коварную подлость. — Со знанием дела утвердила Лисицына, глядя, как Мышкин уходит с конюшим из вольера. — Вот ты глянь на него! Что в нём хорошего, Торь? Он весь несуразный и не пойми какой, одно слово — сын конюха. Ни стати, ни манер. Не бери в голову….

— Ты права…наверно….

Час спустя

— Каееееф! — Протянул я зажмурившись, сидя в углу автобуса с одноразовым контейнером, кромсая пластиковой вилкой один из двух кусков торта.

Отправив в рот небольшой кусочек торта и отложив тарелку на пустующее сидение, я достал из кармана кителя шприц и ополовиненный пузырёк Вентранквила. Пара кубиков конского транквилизатора отправились по назначению. Посмотрев ещё раз на пузырёк, на губах невольно появилась довольная улыбка.

— Вдвойне каееееф… Это я удачно зашёл.

Когда конюший повёл меня в кабинет ветеринара, там мне открылась прилюбопытнейшая картина. У Виктора Андреевича, не помню по фамилии, случился сегодня юбилей. Он, и ещё пяток рабочих и работниц конюшни, решили символически отметить это дело, как раз тогда, когда мой предок уехал на репродуктор. Какого же было их удивление, когда на их праздник жизни заглянул хоть не глава рода, но исполняющий его обязанности.

Вино встало комом у всех присутствующих поперёк горла. Чтобы праздник продолжался «И.О» главы рода в моём лице попросил взятку в виде хирургической помощи, четверти торта и двух бокалов вина за своё молчание. Отступные устроили более чем всех присутствующих. Толкнув тост, получив отступные, более чем в полном объёме, и даже с небольшим бонусом, самовольно взятым из медицинского шкафа, полки «Транквилизаторы», я откланялся, пожелав всем хорошего праздника и сильно не напиваться.

Вовремя я взял торт с сидения рядом с собой, потому, как туда плюхнулась Лили, протянувшая мне банку холодной газировки.

— Ну и сумасшедший сегодня денёк… — Выдала девушка, открывая ту банку, что осталась у неё в руках, прикладываясь к ней пухленькими губками, оставляя на алюминии едва заметный след нежно розового блеска. — Как ты, Мышкин?

— Как конь на масленицу, — Усмехнулся я, доставая ещё одну вилку из спайки и вручая её Лили. — Морда в цветах, а холка в мыле. Что с «шутницей» будет?

— Ничего, Стас. — Лили оглянувшись по сторонам, сползла чуть ниже, чтобы спрятаться за спинками сидений. — Просто поговорила с ней по женски. Она всё поняла. Откуда у тебя торт?

— Добрые люди поделились. — Уклончиво ответил я, подвигая к милашки инструктору тарелку со своей добычей.

— Хотела поблагодарить тебя, Мышкин… — Иронично хмыкнув, Лили отправила в рот маленький кусочек торта. — Инструктор, блин, дарование защитной магии, а визжала, как девчонка от страха позабыв обо всём, когда конь понёс. Даже стыдно за себя….

— Страх, это вполне нормальное чувство, даже для инструктора, тем более для девушки. — Спокойно сказал я, чувствуя как по венам ползёт расслабляющая нега, которая хоть не на долго, но успокоит ноющие мышцы. — Не бери в голову, всё прошло, все живы, всё хорошо.

— Ты когда-нибудь унываешь по жизни, Мышкин? — Склонив голову на бок поинтересовалась Лили, пристально глядя на меня.

— Это один из моих талантов, о которых я упоминал. — Улыбнулся я, и захихикал, глядя на Медведеву, которая испачкала кончик носа кремом из-за того, что автобус прыгнул на неровном стыке дорожных плит.

— Что? — Улыбнулась девушка, не понимая причину моего смеха. — Испачкалась?

— Немного, — Кивнув, я стёр пальцем крем, отправив его себе в рот, продолжая перечисление. — Ещё я никогда не сдаюсь, не расстраиваюсь, красив, но это я уже говорил, целуюсь хорошо….

— Правда? — Хитро прищурилась Лили, и слегка несмело и неуклюже, подалась всем телом ко мне. — Докажи….

Два раза упрашивать меня не пришлось. Держа одной рукой свою добычу в виде торта, я прильнул к манящим губам. Страстное предъявление «доказательств» затянулось бы дольше чем на пол минуты, но у Лили зазвонил смартфон в кармане. Потерпев ещё секунду, девушка отстранилась от меня.

— … Что я творю… — Иронично сказала она, поправив волосы, после чего посмотрев на меня из под сползшей на лицо пряди волос, добавила. — Теперь верю…Бл…Извини….

Игривое настроение милашки инструктора улетучилось, когда она посмотрела на экран смартфона.

— Только тебя и ждали… — Раздражённо прыснула Медведева, нажимая на приём. — Чего тебе, Ром?

— «Вот собственно и причина утреннего раздражения» — Смекнул я, взявшись рукой за вилку, и усмехнувшись увиденной на экране надписи «Козлище».

— Мы уже всё выяснили… Надеюсь сегодня найти твои ключи под ковриком, и не обнаружить твоих чемоданов под дверью. Я их собрала…. То есть я виновата? Ты ведёшь себя, как сопляк Ром… В прочем, ты таковым и являешься… Шлюха? Ты думаешь я не знала, как ты по бабам таскался всё время, праведный ты мой? Всё… разговор окончен….

Подумав о том, какая «весёлая» жизнь у Лили, я зачерпнул себе кусок тортика побольше, представляя, как он будет таять во рту. В чужие разборки мне вникать не хотелось, тем более, что скоро действие Вентранквила должно закончится.

— … А знаешь! Скажу тебе начистоту… Та глупая ошибка в кладовке, о которой я тебе рассказала — я соврала. Мне понравилось! Счастливо оставаться и забери наконец свои вещи из моей квартиры, урод!

Повесив трубку, Лили отрывистым движением отправила смартфон в карман инструкторского кителя.

— Придурок… — Процедила девушка сквозь зубы, поворачиваясь ко мне, смутившись при виде того, как я сижу с широко открытыми глазами, а у меня изо рта торчит вилка с куском торта. — Извини ещё раз, Стас… Я со своим молодым человеком рассталась. Давно хотела это сделать, но как-то не решалась….

— Кладовка… — Проговорил я, целиком проглотив кусок торта, ставший комом в пересохшем горле.

— А это… Не бери в голову, дурацкая история. — Отмахнулась Лили, не желая развивать тему. — К тому же личная….

— «Прекрати, мне на урок скоро надо…» — Всплыло в памяти, глядя на Медведеву. — «Не учиться….а вести, значит. А незнакомка, не такая уж и незнакомая»….

Глава 13

Сингх

— «Проклятый прибор…» — Думал Сингх, глядя, то на экран, то на ваджру Индры, подвязанную за центр локоном мудреца, к кончику его мизинца правой руки.

— Через пятьдесят метров поверните на право. — Сообщил женский машинный голос.

— Я это уже делал полчаса назад. — Устало произнёс избранный богами, сбрасывая скорость, глядя на то, куда указывает божественное оружие.

— Вы пропустили поворот. Построение нового марш…

Нажав на кнопку сбоку, Сингх отключил навигатор, проезжая указанный поворот, и сворачивая на следующем, повинуясь чутью. Через десять минут, он оказался у ипподрома, от которого только что отъехал автобус. Проводив его взглядом, Сингх направился по вымощенной камнем дорожке на территорию, пройдя через ворота. Богоизбранный хотел проследовать к белому двухэтажному зданию, которое явно походило на административное, но ваджра пришла в движение, указывая в сторону длинной хозяйственной постройки. Оглядываясь по сторонам, Сингх сжал оружие в руке, нащупав левой в кармане брюк чётки, намотав их на кулак.

— «Сначала лицей магов, теперь конюшня. Что мятежнику могло здесь понадобиться?»

— Простите-с, я могу вам чем-нибудь помощь? — Раздался мужской голос сзади.

— Добрый день. — Поздоровался южанин улыбнувшись. — Думаю, можете… Понимаете, я бы хотел устроить своей девушке незабываемое свидание, и думаю, что конная прогулка это то, что нужно. Вы ведь предоставляете такие услуги?

— Разумеется предоставляем, только вам не сюда, а в здание рядом. Белое такое.

— Понимаю, просто для меня это немного ново, и я бы хотел сначала осмотреться. — Парень неуверенно пожал плечами. — Мы до этого никогда не имели дела с лошадями, но они нам очень нравятся.

— Тогда-с устраивать прогулки и скачки по треку рановато, как по мне. — Немного подумав сообщил конюший. — Можно по вольеру поскакать, в сопровождении инструктора, который быстро научит вас азам. Не думайте, у нас большой вольер, есть где разгуляться. — Мужчина в сером жилете с жёлтыми вставками указал в конец здания, где были открыты воротины.

— А можно взглянуть? — Попросил южанин, так же приветливо улыбаясь.

— Разумеется, идёмте. — Кивнул конюший, увлекая парня за собой, попутно нахваливая лошадей, денники которых встречались по пути.

Стоило выйти за воротины, как Сингх почувствовал, как ваджра Индры вибрирует в его руке.

— Ну, как? — Поинтересовался конюший, разведя руки в стороны. — Говорил же, что просторно. Есть где разгуляться.

— А зачем они землю копают? — Сингх указал на двух работников с тачанкой и лопатами.

— Ах, это… Закапывают каверну… — Взглянув по сторонам, конюший принял самый невинный вид. — Лицеисты Романовки сегодня занимались, вот один маг решил магией побаловать. Дети, что с них взять?

— Понятно. — Понимающе покивал Сингх, раздосадованный тем, что здесь нет системы видео наблюдения. — Мне здесь нравится, но я должен посовещаться с девушкой, сами понимаете. Мы тогда вместе с ней подъедем.

— Конечно-конечно, понимаю! — Закивал конюший.

— Спасибо за экскурсию, выход сам найду. Всего доброго. — Слегка поклонившись, богоизбранный направился на выход. — «Значит молодой маг… Стоит проверить расписание занятий Романовского лицея…»

Стас

Меня сложно чем-то удивить, особенно если воспользуюсь сеансом с атминтисом, но у Лили это получилось. Да ещё как! Подобного исхода даже самый упоротый инфомаг не смог бы предсказать, а мой мозг оказывался оформлять, что вот эта милашка, что сидит родом со мной была моей первой женщиной в этом мире!

Проскакивала сначала мысль рассказать Медведевой о том, кому она обязана своим «эротическим» приключением, но я решил это благоразумно скрыть. Ставлю десять скверховых ушей на то, что сказанное Лилей про кладовку, было назло этому Роме, который, как мне кажется лицеист с курса второго, но это мои догадки. Выясню потом личность этого «Ромео», нужно же знать, какой мудак обломал своим звонком демонстрацию моих «талантов»?

И не только мне он подгадил. Романтический настрой Лили тоже пошёл на спад, после звонка этого скверха. Ещё девушке было неловко передо мной, после устроенных ей телефонных разборок. Нужно было как-то спасать положение, поэтому остаток пути до лицея мы провели за непринуждённой беседой ни о чем, иногда флиртуя, за поеданием тортика.

Когда до лицея осталось ехать меньше десяти минут, Лиля из милой девушки, превратилась в серьёзного, но тоже милого инструктора.

— Стас, ты ведь понимаешь, что я не студент лицея, а….

Не дав девушке договорить, я притянул Лили к себе, нежно поцеловав, после чего пригладил выбившуюся из причёски прядь.

— Мне уже известно, что ты хочешь мне сказать, инструктор Медведева. — Подмигнув девушке, моя рука легла на её талию. — Отношения между студентами и инструкторами запрещены, я в курсе, и всё понимаю. Не сделаю ничего того, чтобы тебе навредило. Обещаю. Ты ведь сама говорила, что «тебе пока нравится работать в лицее».

— Ты даже это запомнил… Рада, что ты это понимаешь, княжич Мышкин, а теперь я пойду. Спасибо за тортик, — девушка быстро убедившись, что на первые три сидения от нас никого не появилось, обхватив моё лицо ладонями, поцеловала меня. — И за кое-что послаще, тоже спасибо, Казанова.

— Инструктор, а если у меня возникнут вопросы по обучению, то как бы я мог с вами связаться в нерабочее время?

— Даже не знаю… — Кокетливо задумалась милашка, доставая платок из кармана, стирая с моих губ розовый блеск. — Если только не в рабочее…

— Договорились. — Кивнул я, приготовившись записывать телефон Лили….

Родовое поместье Соровских

— Отец, почему ты не собираешься? — Поинтересовался Анатолий, заглянув в кабинет главы рода.

— Куда? — Искренне недоумевая, Виктор посмотрел на своего сына, приспустив очки. — У меня никаких встреч не запланировано на сегодня.

— Я… не о деловых встречах. — Перешагнув порог, Анатолий прикрыл за собой дверь кабинета. — Речь о Петроградском дворце культуры, где сегодня состоится выставка, и аукцион, с последующим банкетом Мышкиных.

— Сын, ты наверное плохо понял Морозова? — Тяжёлый вздох главы рода, а его очки легли на стол.

— Я как раз хорошо понял ректора. — Улыбнувшись ответил княжич. — Только, он ничего не говорил о том, что будет если Мышкин сам набросится на меня или вызовет на дуэль, к примеру… Не говорил?

— Не говорил. — Согласился Виктор, прищурив свои глаза-угольки. — Но с чего ему это делать?

— Отец, он нагл и заносчив, уверяю тебя, что я найду способ его спровоцировать. — Анатолий прищурился, в точности повторив выражение лица отца. — Нам нужно наказать этого гадёныша. Я достану его так или иначе. Эта выставка — лучший способ это сделать. Он по любому будет там….

— Это рискованно, сын. — Покачал головой глава рода Соровских. — Не забывай, что там будут бойцы их рода, умалишённый Токарев, и сам Ставр. Не понятно, кто хуже всех из этого списка….

— Вот по этому, никто не будет ждать подвоха. Я буду действовать осторожно. На месте определюсь, как всё обставить так, чтобы спровоцировать только этого мелкого, высокомерного ублюдка. Улучу нужный момент, а там разыграю всё в лучших традициях благородных, как ты меня учил.

— Про Морозова не забывай… — Решил напомнить Виктор, поигрывая большими пальцами, сцепленных в замок рук.

— Отец, целый зал высокопоставленных свидетелей подтвердит, что Мышкин первым начал конфликт. — Анатолий довольно осклабился. — Морозову ничего не останется делать, как смириться с глупостью своего фаворита среди перваков.

— Анатолий, ты уверен, что у тебя получится? — Вкрадчиво поинтересовался глава рода Соровских.

— Уверен, — Кивнул княжич, полный решимости. — Мышкин ещё сопляк, а у меня был хороший учитель. Я не подведу тебя, отец…

Родовое поместье Мышкиных

— «Сегодня всё идёт через огнову задницу, если бы не Лиля, «подзарядившая» веретено»

Подобный вывод напрашивался сам собой. Да, «быстрым рысем» у меня получилось въехать во двор, и я надеялся прошмыгнуть незаметно к себе в «келью», принять душ и переодеться по быстрому, но этому не суждено было сбыться.

Гостиная не пустовала, на что был мой расчёт, который не оправдался. Здесь были оба мои предка, но это полбеды.

— «Мне точно нужен меридиан к сердцу» — Железно решил я, столкнувшись лицом к лицу с Анной.

У меня отвисла челюсть, а потом немая сцена «офигивания» на полминуты, по разным причинам. Мои родители, в том числе непробиваемый Ставр, впали в ступор, увидев меня в «жилете», который недавно был кителем, я — с такой встречи, и с Анны, которая была в вечернем платье.

— З-драсте. — Чувствуя, как во мне сейчас ковыряют дыры взглядом три пары глаз, самым верным решением было прикинуться ветошью. — А у вас сборы идут полным ходом? Я сейчас тоже, в душ прыгну и начну….

— Сын… — Коротко сказал Ставр замолчав, а память княжича мне подсказала, что пора начинать оправдываться, и лучше это делать правдоподобно.

— Орловец взбесился во время обучения, я спасал своего инструктора. Теперь мне присвоят степень гроссшакала. — Постарался говорить я быстро и по существу, но быстро поняв, что отмочил, поправился. — Школяра, отец… Шко-ля-ра.

Снова повисла неловкая тишина, первопричины которой я не мог разобрать. То ли за меня рады, то ли наступило опять «офигивание». В другой раз, мне бы без труда удалось расценить обстановку происходящего, но тут была Анна.

Она блистала, как промоченная в сиропе вишенка на торте и была не менее аппетитной. Длинные завитые каштановые волосы ложились на утончённые плечи, струясь завитыми локонами по тёмно-зелёному платью, которое подчёркивало все достоинства её потрясающей фигуры. Макияжа было по минимуму, но от этого образ Анны был более лёгким и естественным.

— Неожиданно… — выдал Ставр, первым пришедшим в себя. — Но я рад твоим успехам, Стас.

— Ага. — Кивнул я, не в силах оторвать взгляда от Анны. — Неожиданно… А это… По какому случаю?

— Я решила креативно подойти к аукциону. — Подала голос мама Эва, подойдя к Анне. — Правда, она замечательно смотрится?

— Ещё бы! — Не было смысла отрицать очевидного, после чего прейдя в себя, решил в шутку спросить. — Кульминацией вечера будет выдача Анны замуж за кого-то из императорской линии?

— Нет, но идея хорошая. — Усмехнулась мама Эва, в не менее элегантном тёмно-синем платье, поглаживая Анну по плечу.

— Вы меня смущаете, княгиня Эва. — Пискнула девушка, опустив подбородок, украдкой поглядывая на меня.

— Всё, больше не буду. — Улыбнулась маман, которая уже заметила мой восхищенный взгляд, и решила вернуть меня на землю. — Анна будет нашим аукционистом.

— Аукционистом? — Переспросил я, не веря собственным ушам.

— А что тут такого? — Пожала плечами мама Эва, ещё раз осмотрев Анну со всех сторон, после чего потупила взгляд. — Анна мила, выразительный голос, хорошая дикция, она умна и подчерк красивый. Она безусловно справится.

— Вы меня не так поняли, — Замотал я руками, сообразив, что мой вопрос был воспринят так, будто у меня есть возражения. — Я со всем этим согласен, и категорически «За», только в моём понимании аукционист — это большой серьёзный усатый эмоциональный дядька который орёт на весь зал и бьёт всех молотком. Понимаете?

— Сын, у тебя очень устарелые понятия об аукционах. — Смутился отец, с обожанием посмотрев на маму Эву, видимо что-то вспомнив.

— Отец прав, — Поддержала мужа моя маман, стрельнув ему глазками. — Про «важного дядьку», это исторически сложившийся стереотип.

— Вам видней. — Пожал я плечами, радуясь тому, что увёл в сторону тему по поводу моей персоны и ещё одному маленькому моменту.

Старший конюший видимо исполнил мою просьбу, не сообщать отцу по поводу сегодняшнего инцидента. Мне бы не хотелось, обсуждать с отцом, что за «магию» я использовал. Тут уже не прокатит заявить главе рода о «родовом колдунстве». И вообще, нужно будет как-нибудь разузнать, что за фишка у нашего рода. Вон, у Лисицыных контроль разума, который они скрывают ото всех. Я же, будучи исполняющим обязанности главы рода, даже не представляю, что за родовая магия у Мышкиных. Нет, Стас несколько раз интересовался у Ставра, будучи пацанёнком, но получал один и тот же ответ «Подрастёшь, сам всё поймёшь». Потом, когда Стас подрос, его интерес к магии поугас, из-за скудных способностей к оной.

Справившись о времени, к которому мне быть готовом, закинув в обруч следующие связки каона, заглянув на кухню, чтобы наесться своих добавок я отправился наверх. Заскочив в комнату, благополучно избавился от содержимого карманов, перед водными процедурами. Из-за ран, пришлось ограничиться прохладным душем, вместо горячей ванны, но расстройства от этого у меня не возникло. Не раздумывая, зашвырнув все вещи что были на мне в корзину рядом с бельевой, накинув халат и тапки я вышел в коридор, и хотел уже направиться в свою комнату, но сделав шаг, замер на месте.

— Я… подумала, что тебе помощь нужна. — Стоя перед дверью моей комнаты заявила Анна, немного смутившись моему виду, задержав взгляд на синяках, видневшихся в приоткрытом на груди халате.

— Ты мне сильно поможешь, если принесёшь стакан валерьянки, потому, что выглядишь ты просто сногсшибательно. — Сделал я комплемент девушке, пользуясь тем, что никого нет рядом, и видя её смущение, решил сменить тему. — Нервничаешь?

— Да… Стас, очень. — Кивнула девушка, а её дежурная улыбка исчезла с лица. — Целый день места себе не нахожу. Уже не рада, что согласилась на это, дурёха… Там же будет столько высокопоставленных особ… Мне страшно.

Сейчас Анна была похожа на маленького затравленного зверька, не смотря на весь внешний лоск и красоту. Не нужно упорно фантазировать, чтобы представить, что она сейчас чувствует. Мне самому бывает некомфортно и звенят шары в обществе высокородных скверхов, а ей каково?

— Анна, — Обратился я к девушке, положив ей ладони на плечи. — У тебя всё получится, не сомневайся. Обещаю, что буду рядом и помогу тебе, чтобы не случилось. Мышкины своих в беде не бросают.

Зная, что здесь в коридоре стоит камера, я всё равно, скромно, не распуская рук приобнял девушку.

— Помни, что я, и вся наша семья рядом, — Немного не той реакции я ожидал, увидев повлажневшие глаза расчувствовавшейся от моих слов Анны, поэтому решил слегка разрядить обстановку. — Да один дядя Фёдор чего стоит! Всех несогласных к стенке поставит!

— … Спасибо, Стас. Ты не представляешь, как мне были нужны эти слова. — Девушка тряхнув головой, вновь улыбнулась, а в её изумрудных глазах, вновь появился тот живой и тёплый блеск.

— Вот и хорошо, Анна. Я буду за тобой приглядывать. — Подмигнув девушке, мои руки соскользнули с её плеч. — Мне помощь не нужна, если только стакан валерьянки, который ранее просил. Тем более… — приставив руку ко рту, мои глаз хитро пробежались по пустому коридору. — Голый я….

— Ой… — Пискнула девушка, мило краснея, делая пол шага назад.

— Всё нормально, и помни… Главная драгоценность сегодняшнего вечера это ты. Поняла?

— Да, сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать оказанное мне доверие. — Анна энергично кивнула, сжав кулачки.

— Другого ответа я от тебя не ждал. Теперь иди. Тебе наверное нужно готовиться?

— Да, и… Стас, ещё раз спасибо. Ты… Вы… Я тобой восхищаюсь. — Анна начала заливаться краской.

— «Вот же проклятая камера в коридоре!» — Кричал маленький Айзек в моей голове, который хотел взять эту милашку, и утащить к себе в комнату. — Не нервничай, и той, кем все сегодня будут восхищаться будешь ты. И, хочешь совет? — Анна кивнула, вся во внимании. — Будь более напористой, когда будешь стоять за трибуной. От тебя зависит повышение цен. Уверенность и напор — эта одна из частей умелого управления и контроля повышения цены лота.

— … Я изучила конъюнктуру рынка ювелирных изделий и составила заготовки. — Одной этой фразой вогнала меня в ступор Анна, сама того не подозревая, и видя это, поспешила добавить. — На экономиста заочно учусь, просто.

— Вот мама Эва, хитрюшка. — Выдав это, рука легла на дверную ручку комнаты. — Ни о чём не беспокойся, Анна. У тебя всё получится. Иди готовься.

Решительно кивнув, Анна начала удаляться. Я проводил девушку взглядом, любуясь её формами и грациозной лёгкой походкой, после чего скользнул к себе в комнату, претворив за собой дверь.

Сенная площадь. Бар «Ветер Севера»

— Чёрный, ну сколько тебя ждать можно? — Возмутился одутловатый мужчина с красным лицом, постучав пачкой сигарет по столу. — Мы думали, тебя уже черти с квасом схарчили. Проверил?

— Не пыли Звонок. — Отмахнулся мужчина в клетчатом коричневом пиджаке, садясь за стол, после чего заговорил более тише. — Наводка оказалась верняк. Информатор не подвёл….

— Меня всё же стремает такой расклад. — Вынес свой вердикт пожилой мужчина, с морщинистым лицом, пожевав губами. — За хорошие наводки ещё и приплачивать приходится, а здесь княжеское поместье нам в руки положили. Подставой пахнет?

— Никакой подставы, Хмурый. — Заверил своего патрона Чернышев, закуривая. — Загородное поместье князей, из охраны от силы человек десять наберётся. Все в выставке задействованы. Дело легче лёгкого, ну?

— Когда имеешь дело с князьями, легче лёгкого не бывает, по своему опыту знаю.

— Ну, а что ты предлагаешь? Забить? — Развёл руками Чёрный, обращаясь к Хмурому. — Шанс поиметь такую добычу выпадает не часто. Там ещё какие-то золотые цацки в арсенале должны быть, что на выставку не попали. Хоромы, небось тоже от золотишка ломятся.

— Звонок, ты что думаешь? — Спросил Хмурый, второго своего подельника.

— Думаю, что риск дело благородное. — Ответил мужчина с красным лицом, допив залпом вино из бокала. — Нужно обтяпать это дельце. Быстрый налёт и врассыпную, полагаю?

— Да, всё верно. — Кивнул Чернышев.

— Тогда собираем ребят. Пощиплем князьков….

Глава 14

— Драгунов! Ты идиот? — Понимая, что её восклицания слышала половина улицы, Жанна тут же успокоилась, крепче зажав небольшой цилиндрический пузырёк в кулаке. — Ты ничего «умнее» не мог придумать, чем отравить Мышкина?

— Тише, Жаннет. — Поправил ворот драпового плаща Михаил. — Это не для Мышкина, а для гостей.

— Ещё лучше… Драгунов, я на это не подписываюсь. Забери… — Жанна, протянула обратно пузырёк своему другу. — Чего ты этим вообще хотел добиться?

— Жанна, послушай, — Михаил настойчиво отвёл руку. — Всё, что от тебя требуется, это добавить яд в пару тройку бокалов. Он не летален, последствия тяжёлые, но никто не умрёт. Основная задача это скомпрометировать род Мышкиных. Они организаторы, а значит всё ответственность падёт на них. Это сильно пошатнёт их позиции в глазах всех благородных, советом князей и перед общественностью.

— То есть, ты решил ударить по всему роду, а не конкретно по Мышкину. — Подвела итог задумке Драгунова Жанна.

— Всё верно. Я всегда мыслил более глобально. — Кивнул Михаил, своей подруге, учтиво открыв зонт, делая шаг ближе. — Тем более мне, и не только мне, не нравится, что опальный род начал усиливать своё влияние, наращивая экономическую мощь. Если я правильно спрогнозировал, то при грамотном управление не пройдёт и пары лет, как род Мышкиных подомнёт под себя, и займёт ни кем не занятую нишу ювелирного бизнеса.

— Прямо никем не занятую? — Недоверчиво посмотрела девушка на Драгунова хитро щурясь. — Ты ведь сейчас не только свои интересы преследуешь?

— Ты, как всегда проницательна, Жаннет. По поводу не занятой ниши я не шутил. Крупного монополиста в Петрограде действительно нет, но есть…скажем так, «определённая группа бизнесменов», которая не заинтересованна в том, чтобы у них появился конкурент.

— Что ты несёшь, Драгунов? Я пересматривала несколько раз запись заседания. Мышкиным нужно было помещение под магазин, чтобы распродать остатки. — Немного грубовато возразила Жанна. — Какой конкурент?

— Ты плохо осведомлена, Жаннет. Не далее, как сегодня утром через министерство торговли, прошла очень интересная лицензия по «EVE Cristal». Интересно в ней то, что эта лицензия подразумевает под собой не только продажу, но и скупку золотых изделий. — Видя, заинтересованность Жанна, Драгунов продолжил. — Это ещё не всё, «EVE Cristal», заключила четыре эксклюзивных контракта с Французскими ювелирными домами, которые пролоббировал пэр Эктор де Виллар, член Европейского торгового союза и дед Станислава Мышкина по линии матери. Помимо контрактов, есть ещё и частные мастера, которым «EVE Cristal» предоставила торговую площадку для реализации своих изделий. Думаю ты уже поняла, кому конкретно принадлежит «EVE Cristal»?

— Матери Мышкина? — Скорее утвердительно, чем вопросительно предположила Жанна.

— Не угадала. Основателем торговой марки является сам Стас Мышкин.

— Даже так. — Искренне удивилась Жанна, задумчиво добавив. — Из конюхов в ювелиры, значит….

— Да, но если ты сделаешь то, о чём я прошу, то это сильно подмочит репутацию рода Мышкиных. Следующий сбор княжеского совета их род не переживёт. Договор на магазин будет скорее всего расторгнут. Ты ничего не теряешь, Жаннет, а только выигрываешь.

— В каком месте я выиграю если попадусь? — Пожала плечами девушка, протягивая пузырёк Драгунову. — На выставке полно камер и охраны.

— Только охраны. — Поспешил поправить Жаннет, парень. — Камеры волшебным образом перестали сохранять видео, только об этом пока никто не знает, кроме меня и тебя.

— Пф…От этого не легче. — Фыркнула в своей манере Жанна. — Всё ещё не вижу выгоды для себя.

— Семизначная сумма вознаграждения, и я тебе буду обязан. Так нормально? — Поинтересовался Михаил, но не видя эффекта от своего предложения, поспешил добавить. — Ещё Александр будет сильно доволен тем, когда узнает, кто вбил гвоздь в гроб Мышкиных, а я поспособствую вашему примирению.

— Да ты прямо, Купидон, а не Михаил. — Усмехнулась Жанна, похлопав Драгунова по плечу. — У меня нет никакого желания с ним сходиться.

— Ты врёшь, Жанна. Вы со средней школы вместе, а такие чувства быстро не проходят. — Видя, как девушка задумалась, Драгунов дружелюбно улыбнулся. — Хорошо, понимаю что моя просьба не из лёгких и, что тебе сложно принять такое решение. Пусть пузырёк останется у тебя, если надумаешь, то исполнишь мою просьбу, всё обещанное остаётся в силе. Если нет, то нет… Заставлять не буду. Тебе решать.

Видя, как Жанна отправила пузырёк в сумку, Драгунов удовлетворенно кивнул на прощание девушке, и захлопнув зонт, без лишних слов, сел в автомобиль, который через секунду тронулся…

Петроградский дворец культуры

Пришлось признать, что аналитик из меня, как пловец из скверха. Эти ребята вообще никогда не моются, а я видимо зря вбухал столько галакредитов на свои курсы на Фагрисе. Возможно мне не хватило фантазии, потому как в моём представлении должно было получится такое тихое мероприятие для петроградских князьков, где они будут мирно прохаживаться по дворцу, выражать своё «Фи», просто потому, что мы Мышкины, а потом начнут одурело скупать золотые побрякушки своим жёнам и дочуркам, соревнуясь у кого толще мошна. Не угадал… про тихое мероприятие.

— Мам, а они вообще во дворце все поместятся? — Полюбопытствовал я, когда наш арендованный лимузин пробирался по забитой машинами представительского класса стоянке. — Тут наверное весь высший свет Петрограда… — слова застряли у меня в горле, когда на номерах нескольких машин я увидел код и геральдику «Золотого кольца» столицы. — Очуметь, и столичные князья здесь!

— Присутствуют. — Довольно улыбнулась Эва, держа за руку отца. — Здесь не только благородные, но и просто состоятельные люди Петрограда, банкиры, бизнесмены.

— «Просто» банкиры, и «просто» бизнесмены. — Усмехнулся я, показав большой палец маман в знак одобрения.

— Князь, куда причалить эту крошку? — Спросил Рика, который всю дорогу наглаживал панель лимузина полирующей губкой, иногда тихо и матерно восхищаясь себе под нос.

— Прямо к началу дорожки. Репортёры наверное уже собрались. — Будничным тоном заявила Эва, усмехнувшись тому, как Ставр потянул себя за ворот рубашки указательным пальцем, чтобы ослабить галстук. — Не нервничай ты так, дорогой. Это конечно не конезавод, но нечто похожее. Так же нужно уделять всему внимание.

— Лучше конезавод. — Обречённо заявил Ставр, сохраняя невозмутимость только потому, что с нами в автомобиле были ещё Анна и Рика. — Это у тебя, дорогая, есть опыт в подобных мероприятиях. Твой отец и сейчас является первым любителем званых вечеров во Франции.

— Не без этого. Он тоже хотел приехать, но из-за плотного графика не смог. — С сожалением вздохнула мама Эва, и поправив волосы, мазнув взглядом по Анне, которая из последних сил сохраняла невозмутимость, дёрнулась. — Самое главное забыла! Один момент….

Эва торопливо расстегнула сумочку, извлекая оттуда два плоских футляра.

— Вот, Аннушка, это для тебя. Скорее примерь. — Княгиня протянула руки вперёд, а я привстав, передал Анне боксы, уже догадываясь, что находится внутри.

— Это же… — Анна не смогла закончить, и так и осталась сидеть приоткрыв рот, прислонив руку к груди.

— Именно… Это два главных лота торгов, ты не ошиблась. Колье «Императорский сапфир» и браслет «Песня океана».

— Но как, тогда… Это ведь предмет торгов. — Буквально пропищала девушка, боясь коснуться содержимого первого открытого ей футляра.

— Всё верно, Анна. Мы устроим «презентацию на модели». Ты как ни кто другая подходишь для этого.

— Я не узнаю эту женщину. — Выдав это, мой взгляд был устремлён на Ставра. — Это точно моя мама?

— Теперь уже не уверен… — Проявил мужскую солидарность отец, обречённо поглядывая на свою жену.

— Ничего, вы, мужчины, не понимаете. Одно дело, когда ты смотришь на витрине, и совсем другое, когда ты можешь прикинуть, пойдёт тебе эта вещь или нет, глядя как она выглядит на ком-то. — Прочла короткую лекцию мама Эва нам с отцом, обращаясь к Анне. — Давай, милая, скорее примерь. Хочу увидеть, как они будут на тебе. Должно быть просто идеально… Так, отлично! Теперь последняя, но не менее важная деталь. Стас, ты….

— Уже боюсь, можно не надо? — честно признался я, глядя понимающим взглядом на Анну.

— Не бойся. — Серьёзным голосом просекла все мои поползновения пятками назад мама Эва. — Нашему аукционисту и модели нужен сопровождающий. Этикет помнишь, а то ломанёшься, как сивый мерин по утренней росе, заставишь мать краснеть….

— Если, Анна разрешит её сопровождать. — Не скрывая своего довольства заявив об этом, я повернулся к девушке. — Анна, ты не против?

— Конечно нет. — Замотала головой девушка, а её лицо стало более расслабленным.

— Вот и договорились. — Довольно кивнула мама Эва, которая сегодня пребывала в режиме стимера-берсерка. — И эту штуку у себя за спиной оставь….

— Нет. — Категорически отказался я, ещё не успела мама Эва договорить. — Вам ли с отцом не знать, что подобные мероприятия у благородных не проходят без парочки дуэлей и поножовщины с применением колдунства. Уверен, что кто-нибудь попытается испортить вечер.

— Да, но на это есть Токарев. — Попыталась возразить маман, но я лишь помотал головой.

— Дядя Фёдор не всевидящий и не вездесущий. Мне так спокойней.

— Ладно, я ведь, как лучше хотела. — Махнула рукой маман, но моё боковое зрение уловило едва заметный кивок отца.

Нужно будет у мамы Эвы поинтересоваться, как она смогла подписать Анну на роль аукциониста. Судя по лицу девушки она уже совсем не рада, что дала согласие на эту авантюру, а ведь аукцион ещё не начался.

— Да, и сразу предупреждаю. Придётся идти на ощупь. Вроде всё сказала.

— На месте. — Выдал Рика, заботливо поглаживая руль.

— Почему на ощупь? — Задал я глупый вопрос, сразу после которого начали бить вспышки даже через тонированное стекло. — Понял… принял.

— Да, и Стас… Давай без этих своих «вечерочек» и «денёчек» если с тобой кто-то заговорит. — Предупредила мама Эва, после чего улыбаясь, взяла Ставра за руку. — А ты, дорогой, не делай такого угрюмого лица, будто тебя на расстрел ведут. Все гости так разбегутся. Вот и наши люди вместе с Токаревым. Удачи нам….

Хорошо, что мама Эва предупредила про вспышки. Я думал, что основную порцию получили они с отцом, когда Ставр вышел, и подал руку моей маман. Признаться, мне досталось не меньше.

— Идём, ничего не бойся. — Уверенно сказал я, подавая руку Анне, помогая выйти. — Возьми меня под руку и улыбайся. Ты неотразима.

На мгновение замешкавшись, поднимая память Стаса, который не являлся военным, я подал правую руку Анне, помогая выйти. Я переживал, за Анну, но видимо режим стимера-берсерка мамы Эвы, передался девушке. Уверенно воспользовавшись опорой, девушка грациозно выпорхнула из машины, после чего взяла меня под руку и мы пошли на небольшом одоление от Ставра с Эвой. Судя по ставшим плошками глазам Токарева, он был не в курсе грандиозных задумок маман, потому как его лицо стало напоминать гипсовую маску, когда он увидел Анну.

— Аська… — Только и вымолвил старый вояка не сразу признав нашу горничную. — Ты как графиня, да что там…Княжна целая!

— Дядя Фёдор, хоть вы не смущайте, я и так из последних сил держусь. — Сквозь сдержанную аристократическую улыбку произнесла Анна, сильнее сжав мою руку. — Только бы в обморок не упасть… Такой позор будет.

— Стас подхватит. — С уверенностью заявил Токарев, подмигнув мне, когда мы уже поднимались по ступеням.

— Обязательно. — Пообещал я, чувствуя, как внутри начинают скрести скверхи, по этому и решил полюбопытствовать у Токарева. — Всё спокойно? Мордобоя не предвидится?

— Кхм… — Закашлялся дядя Фёдор. — Мордобоя нет, но пару дырок в ком-нибудь может появиться, только у меня малейший повод появится.

Мне сначала показалось это шуткой, но рука старого вояки легла на пояс, к пистолетной кобуре, а согнувшиеся от злобы пальцы поскребли теснённую геометрическим орнаментом кожу.

— Что-то не так? — Настороженно спросил я, предчувствуя самое худшее.

— Оба Соровских здесь. — От голоса Токарева, сначала, даже мне стало холодно, а нос почувствовал запах земли, но это только от его погребального голоса.

— Пф! И только? Нашёл о чём беспокоиться, дядь Фёдор. — Махнул я рукой, понижая голос. — Вот если кто-нибудь княжну молоденькую за портьерой, да без обоюдного согласия, это проблема. А если ещё и понесёт, то вообще вилы.

— Стас, пощади мои седины. Ну, такую похабщину несёшь, тьфу!

— Что-то случилось? — Поинтересовалась Анна, краем уха услышав наш бухтение с дядей Фёдором.

— Ничего, Ася… Княжичу нашему рот с мылом надо вымыть…

— С хозяйственным или детским? — Полюбопытствовал я, улыбнувшись ничего не понимающей Анне, пожимая плечами, что мне вообще неизвестна суть такого важного решения.

— Да, ну тебя… — Отмахнулся дядя Фёдор, теряя всякую надежду наставить меня на путь истинный, а не «гусарский».

Всё же, нужно будет узнать кто это такие, а то уже неудобно становится. Наверное группа жнецов какая-то местного разлива, которые ругаются через слово, и постоянно под химозой, к инфомагу не ходи.

— «Лягни меня огн копытом!»

Копыт у огнов нет, но кремниевые наросты издают тот же звук. Не заметив, как наша тройка поравнялась с моими предками, будучи уже в выставочном зале, пришлось остановиться.

— «Какой же он, ска, неприятный тип. Как его рожу вообще терпят по ТВ?».

Улыбнувшись пошире, я слегка приклонил голову. Тоже самое сделала Анна, которая впала в лёгкий ступор при виде мэра Петрограда в живую.

— Александр….

— Ставр…. — Обменявшись крепким рукопожатием, глядя друг другу в глаза, Орлов старший картинно провёл своим «жалом» по залу. — Хочу поздравить, организация на высшем уровне. Не ожидал, право слово. Дизайнера из «Золотого кольца» наняли?

— Дизайнер, рядом со мной. — Спокойно сказал Ставр, с теплотой посмотрев на Эву. — Всей организацией занималась моя жена. Это полностью её заслуга. Я даже не касался сюда.

— Неожиданно, у вас княжна Эвелина врождённое чувство вкуса.

— Благодарю, мэр. — Скромно ответила мама Эва, а мне стало предельно понятно почему Ставр выбрал эту женщину не только за красоту, не смотря на скудный талант в магии.

Количество магии в этой женщине было выше, чем в любом присутствующем в этом выставочном зале. Эва могла говорить одними глазами. Не смотря на внешнюю учтивость, в её глазах сталкивались друг с другом айсберги Северно Ледовитого океана, а их треск был слышен даже через учтивый и спокойный голос. Это ли не магия?

— Не нужно, просто, Александр. — Подобострастно улыбнулся Орлов, мазнув по мне взглядом, а потом задержав его на Анне.

— Мэр, — Минуя обращение по имени отчеству к этому скверху, я ещё раз слегка поклонился, побаиваясь за то, что к концу вечера мой позвоночник лопнет от нагрузки. — Позвольте представить нашего аукциониста, прекрасного специалиста, и просто красавицу, Анну.

— Аукциониста? — Даже кашлянул Орлов, видимо подавившись жёлчью, которое из него так и прёт.

— Анна прекрасный специалист в этой области, можете не сомневаться. — Взяла на себя инициативу мама Эва.

Чувствуя, что сейчас этот матёрый скверх придумает, как подкопаться поглубже, чтобы всё разузнать, я подмигнул маме Эве. — Александр, а почему вы сегодня в гордом одиночестве? Почему Мария вас не сопровождает? — Сменила тему маман, безошибочно разобрав, чего у меня случился нервный тик глаза.

— Ах, это! Мария сейчас на Чеджу, нежится в горячих источниках, подальше от сырости и холода Петрограда. — Развёл руками Орлов, изображая грусть-тоску. — Я же в свою очередь не мог пропустить такого крупного мероприятия. На моей памяти за последние несколько месяцев ничего более масштабного не проводилось.

— Наверное вы правы. — Пожала плечами мама Эва, взглянув на нашего аукциониста. — Теперь прошу нас простить, нам с Анной нужно в аукционный зал, решить некоторые вопросы по организации. Идём, милая. Пусть мужчины побеседуют без нас….

Жанна

— Дочь, ну где тебя носит? Ты и так красивая, незачем было столько прихорашиваться. — Александра Лисицына пригладила кончиком указательного пальца выбившийся волосок из причёски дочери. — Так лучше.

— А отец где? — Ничего не ответила на вопрос матери Жанна, покрутив головой по сторонам.

— К Орлову с Мышкиными пошёл. Сейчас учёбу начнут вспоминать. Мужчины до старости мальчишками остаются. Что с них взять? — Александра поднесла бокал с шампанским к губам, едва отпив. — А паренёк Ставра видным мужчиной вырастет, как и его отец.

Проследив направление взгляда матери, Жанна тут же отвернулась, нахмурив брови.

— Пф… Да кому нужен этот болван? — Сделав несколько шагов к коктейльному столику, девушка взяла бокал шампанского, вернувшись к матери. — В нём нет ничего аристократичного. Сочувствую той, которая на него клюнет. Может чучело какое….

— Вон она, рядом с Эвой стоит. — Усмехнулась Лисицына старшая, вновь одним взглядом указав направление. — Иди, посочувствуй.

— Кто «она»? — Не поняла сначала Жанна, разглядывая красивую девушку в элегантном вечернем платье.

— Та которой сочувствовать надо. Правда на чучело она не очень похожа. Не знаю какого рода она, но дети красивые будут.

— Ты хочешь сказать, что… — Начала было Жанна, но мать её перебила.

— Ты же всё пропустила… Эта девушка была с Мышкиными, когда они сюда приехали. Княжич её сопровождал.

— Может родственница какая. — Пожала плечами Жанна, проводив долгим взглядом уходящих вглубь зала Эву и неизвестную девушку.

— Добрый вечер, княгиня Александра. — Подошедшая Виктория Елисеева сделала книксен, окидывая взглядом платье подруги, задержавшись на длинном вырезе, проходящем по правому бедру, во всей красе демонстрируя стройную ножку Жанны.

— Викусечка! — Оживилась Лисицына старшая, приобняв девушку по матерински. — Как дела у тебя крестница? Парня нашла?

— Нет. — Коротко ответила Тори на дежурный вопрос княжны, покачав головой. — У меня нет времени на такие глупости.

— Всегда ты такая бука… — Расстроилась княгиня, легонько ущипнув крестницу за щеку. — Не переживай, сейчас мы тебе какого-нибудь княжича….

— Не нужно, тётя Александра. — Девушка скрестила перед собой руки, мотая головой.

— Вечно ты так… — тяжело вздохнула княгиня, пригубив шампанского. — Ладно, посплетничайте тут без меня. Пойду мужа своего забирать, а то до ночи не разойдутся… Мальчишки….

— А ты какими судьбами здесь оказалась, подруга? — Захлопала ресницами Жаннет. — Ты же вроде никуда не собиралась….

— Передумала. — Лаконично ответила Виктория, взяв бокал со столика, оглядываясь по сторонам. — Чего-нибудь новенького из украшений прикупить себе не помешает.

— А где твои родители? Что-то не вижу их.

— Я здесь одна. — Пожала плечами Тори, поправив фонарик рукава строгого вечернего платья темно-бежевого цвета с закрытым декольте.

— Не похоже на тебя. — Резонно подметила Жанна, проследив за взглядом подруги, которая неморгая смотрела в сторону Мышкина, который со скучающим видом стоял рядом со своим отцом. — И куда это мы смотрим?

— На Стаса. — Без какой либо заминки ответила Виктория. — Удивительный он.

— Пф! Ты в него, что… Влюбилась? — Усмехнулась Жанна, отпив шампанского, но из-за задержки в ответе от Тори, улыбка исчезла с её лица.

— Не об этом речь. — Не поворачиваясь, произнесла в своей ледяной спокойной манере княжна Елисеева. — Сегодня он был ранен, а теперь он здесь стоит, как ничего и не было. Ни забот, ни тревог на его лице, будто он каждый день бросается под копыта взбешённой лошади, кого-то спасает и получает раны. Слух ходит, что его чуть не убил маг с третьего курса, после вызовов. Вот и говорю, что удивительно это. — договорив, Виктория повернулась к Жанне, загадочно улыбаясь с присущей ей скромностью. — Пойдём, присмотрим себе что-нибудь….

Выслушивать светские речи, которые являются частью ритуала в таких вот сходках благородных мне, откровенно говоря, наскучило. Воспользовавшись самой гениальной отмазкой «Прошу меня простить» не объясняя причины я покинул глав родов, к которым присоединилась княжна Лисицына, довольно таки эффектная женщина. Теперь понятно в кого Жанна такая. Если бы не знал, принял бы их за двух сестрёнок.

До начала торгов было около часа, пялиться на золотые побрякушки мне не хотелось, так что взяв бокал шампанского, как это здесь принято, отправился путешествовать по неприлично длинному залу, который чем-то напомнил мне причальную платформу порта Фагриса, которой конца и края невидно.

Прогулка на долго не затянулась. В поле моего зрения попала мама Эва с Анной, который почему-то слишком быстро вернулись со стороны второго зала дворца, где должен будет проходить аукцион. Сразу бросился в глаза их озадаченный вид. Что-то явно пошло не так. Видя это, я поспешил им навстречу.

— Что случилось прекрасные дамы? — Возникнув на их пути, мне пришлось проявить чудеса гибкости, чтобы мама Эва меня не сбила.

— Паспорта ювелирных изделий… — Коротко сказала маман, тяжело вздыхая, но видимо услышав скрип моих извилин, пояснила. — Так и знала, что что-то забыла. Паспорта всех лотов остались в сейфе моего кабинета.

— Не паникуйте, Рика метнётся пулей и всё привезёт. — Постарался я успокоить Эву, но на моё предложение она лишь покачала головой.

— Если переживаешь, то код потом сменим.

— Не в этом дело. — Вновь покачала головой Эва, беззвучно выругавшись одними губами. — Отпечаток и биометрия.

— Засада… — Почесал я затылок, понимая, что придётся ехать именно маман. — Какие будут указания?

— Будь с Анной, я постараюсь вернуться до начала торгов. Должна успеть…. — Сделав шаг, княжна спохватилась. — Отца ещё предупреди, а то будет думать, что потерял.

— Хорошо. — Мне ничего не оставалось, как кивнуть и надеяться, что Эва успеет к началу аукциона…..

Глава 15

— Эй! Холоп! — Донеслось до меня сквозь мысли, пока я смотрел, как Анна стоит, слегка наклонившись над демонстрационной витриной с подсветкой.

Так бы и подумал, что это слуховая галлюцинация, но этот глюк, не путать с Глюком, пнул меня по коленке.

— Я к тебе обращаюсь, чернь! — Прозвучало откуда-то снизу.

Колено немного начало зудеть по настоящему, а слуховая галлюцинация перешла в тактильную группу, поменяв классификацию.

— Стас, иди посмотри… Очень интересная работа. — Коснувшись ногтем стекла, чтобы не оставлять отпечатков, Анна улыбнулась, как она умела это делать.

— «Я точно её сейчас куда-нибудь утащу. Может, прогнать всех этих людей и….»

Шагнуть вперёд у меня не получилось, только я занёс ногу, как она во что-то упёрлась.

— Я тебе сейчас втащу, смерд! — Пропищало что-то снизу, а колено начало зудеть чуть сильнее, чем до этого.

— Ой! Какая милашка! — Анна забыла о том, что хотела мне показать и за пару шагов оказавшись возле меня присела на корточки.

Хотелось бы, но этот жест был по другой причине. Опустив голову вниз, я увидел «ушанку» дышащую мне в пупок, перед тем, как она меня пнула ещё раз в колено, а потом ударила кулаком в живот.

— Милашка… Х*яшка! — Ответила мелкая девчушка пробив ещё одну «двойку» мне в живот, а потом последовало колено, и… У меня перед глазами всё вспыхнуло, и свело живот. Чувствуя пробуждения способностей петь фальцетом, я не стал этого делать, закусив губу. В нормальном состоянии, моим шарам до стали далеко, что и подтвердилось.

— Сказала, что втащу… Вина даме неси, холоп.

Судя по тому, что мне свело живот, галлюцинация оказалось вполне реальной. Когда эта мелочь в ушанке занесла руку для очередного удара, я перехватив её, приподнял от земли мелкую девчушку, чтобы посмотреть в её наглую моську, а моська действительно оказалась наглой.

— Ты кто?! — Задал я резонный вопрос мелкой девчонке, которой максимум, лет четырнадцать отроду.

— Когда узнаешь, лимита, вороны весь крест твой засрут. Вино подай, я не дотягиваюсь. — Заявило чудо в ушанке, пытаясь схватить бокал шампанского с коктейльного столика. — Заржёшь, и зубами поужинаешь.

— Токарева на тебя нет. — Мрачно произнеся это, я приподнял девчушку, вытянув руки, чтобы не получить в нос. — С кем ты тут?

— Поставь где росла, холоп! — Зарычала малявка, пытаясь кинуться на меня, чтобы укусить.

Поставив на пол мелкую грубиянку, я взялся за шапку и резко натянув вниз завязал её концы узлом.

— Ну, Стас… — Заканючила умиляющаяся Анна. — Не издевайся над ребёнком.

— Чего сразу, «холоп»? — Смешливо спросил я чудо, одетое в розовое платье и ушанку из белой овчины с имперским гербом, которая сейчас сидела на малявке, как гермошлем, полностью лишив обзора.

— Герба нет, шпаги нет… Значит холоп! — Ультимативно заявила девчушка, во всю метеля воздух кулаками, пытаясь меня достать.

— Это не показатель. — Пожав плечами, я немного отошёл в сторону, пропуская мимо себя девчушку, которая пошла на звук моего голоса, продолжая сотрясать воздух. — Так с кем ты здесь?

— Как ты смеешь, чернь, задавать такие вопросы, леди? Теперь молись, через строй шагать будешь… Что ты творишь? Поставь….

— Анна, давай родителям её сдадим. — Предложил я, взвалив мелочь как куль на плечо, видя, что на нас уже все вокруг обратили внимание, начав шептаться. — Чей ребёнок потерялся? Ни чей… ну ладно.

— Поставь меня, бельё же видно. — Заверещала девчушка, барабаня кулаками мне в правую почку.

— Это ты свой подгузник бельём называешь?

— Ай! Больно же! Ай! — Пискнула девчонка, после пары шлепков по причинному месту для успокоения. — Холоп, ну ты попал! Землю будешь рыть своим….

— Зефирка, вот ты где! — Раздался мужицкий бас справа, из-за чего мне пришлось повернуться, ведь мелочь загораживала мне обзор.

— «Пи*здец» — промелькнуло в голове, наверное последняя мысль, а по шарам прошуршал холодок.

Огнов в этом мире нет, по крайней мере Стас их тут никогда не встречал, а значит их тут нет. Это логично… было. Как этот слон ко мне подкрался, ума не могу приложить. Надомной горой возвышался вихрастый мужчина лет пятидесяти в лейб-гвардейской форме, внешне напоминающий льва. Погоны рассмотреть мне не хватало роста, но золотые края эполет говорили о том, что этот великан имеет высший офицерский чин.

— Ребёнок, ваш? — Вымолвив это, сморщившись от того, что от страха начало сводить живот, я перевернул малявку ушанкой вперёд.

— Ребёнок? — Переспросил военный, после чего басовито засмеялся. — А я то ещё думаю, что ты эту козу девятнадцатилетнюю себе на плечи посадил. Она тебе хлопот не доставила?

Видя мою растерянность, вояка одной рукой снял с моего плеча девчонку и развязал завязки ушанки.

— Де-ду-шка! Этот холоп мне по попе дал! Два раза! — Тут же нажаловалась Ушанка, после чего показала язык.

— Давно пора, а то пользуешься моей добротой. Совсем от рук отбилась…. — Буркнул сквозь усы вояка, ставя внучку рядом с собой. — Спасибо, что приглядел, за Зефиркой. Чьих будешь?

Я хотел было представиться, но внутри всё начало холодеть, а атмосфера вокруг стала становится напряжённой, как перед грозой.

— Что здесь происходит? — Раздался спокойный вкрадчивый, хорошо знакомый голос из-за спины вояки.

— Здравствуйте, ректор. — Я коротко поклонился, после чего поспешил представиться. — Княжич Станислав… из рода Мышкиных.

— Ректор…. Никак твой студент, Максим? — Удивился военный, посмотрев на Морозова.

— Да, учится на первом курсе. — Кивнул утвердительно ректор, обратившись ко мне. — Благодарю тебя, Станислав за проявленную храбрость. Я подписал документы о присвоении тебе степени. Уже завтра утром они окажутся на столе у императора. В понедельник зайдёшь в деканат, получишь новый эполет и стипендиальную карту.

— Ничего себе! — Удивился вояка, хлопнув по спине ректора, как старого приятеля, коими они скорее всего и являлись, после чего с интересом уставился на меня, пригладив усы. — Княжич, это за какие заслуги этот скупердяй так расщедрился?

— Виктор, ну не позорь меня перед студентами, то…

— Рассказывать особо нечего, князь Виктор. — Решил проявить я скромность. — Конь девушку понёс на дисциплине верховой езды, решил вмешаться.

— Она тебя хоть отблагодарила потом? — С лёгкой хитринкой в голове спросил вояка, подмигнув и задорно поправив усы.

— Она инструктор… Девушка о которой говорит Станислав… — Решил внести ясность Морозов.

— Да, отблагодарила. — кивнув, чувствуя тяжёлый взгляд ректора, поспешил добавить. — … Банкой холодной газировки. То, что нужно после того, как под коня бросаешься.

— Так неинтересно…. - расстроился вояка, ещё раз хлопнув Морозова по спине, который вымучено улыбнулся. — Но поступок достойный… Слушай, княжич, а давай ко мне в инфантерию? Вижу жилка в тебе бойцовская….

— Не отдам. — Лаконично произнёс Морозов, а окружающая его аура стала более гнетущей. — Пусть учится.

— Да, что ты так сразу, Максим? Я его своим адъютантом сделаю! — Сообщил вояка, которому явно не требовалось знать моего мнения по поводу военной службы.

— Первого первокурсника получившего степень на первом месяце обучения? Первого учащегося в рейтинге моего лицея? Виктор, больше не шути так….

— Он «топ» перваков бурсы? — Приподнял близко посаженные брови вояка, после чего положил огромную руку на «Ушанку». — Вот, видишь, Зефирка, как нужно учиться? Смотри на княжича Мышкина, и делай так же.

— Не рекомендую… — Честно признался я, словив на себе косой взгляд ректора.

— У него ни герба, ни шпаги! Какой он княжич? Лакеем здесь подрабатывает! И вообще! — Ушанка указала на коктейльный столик. — Шампуса леди давай!

— Кто-то из потомков в восстании против короны поучаствовал? — Серьёзно спросил Виктор, подав мелкой не по годам внучке бокал шампанского.

— Да, мой прадед в 1917. — Не стал скрывать я биографию рода Мышкиных. — Теперь, мы лишены императорской милости, голоса в совете князей, и отличительных знаков благородства. Как видите, князь Виктор, перстня, сабли и золотой вышивки с гербом на рукаве у меня нет.

— Октябрьская революция, м-да… Понимаю, от части… Дед рассказывал, сложное время тогда было. — Взяв бокал шампанской со столика, вояка влил его в себя, после чего в эту бездонную топку отправился и второй.

— Давайте не будем о прошлом, а будем жить настоящим. — Разрядил обстановку Морозов, посмотрев на Ушанку, а потом на меня. — Познакомься, княжич Станислав. — Ректор пальцем потыкал в шапку на голове малявки. — Это твоя новая одногруппница, княжна Зинаида, из рода Ермоловых. Переведена….

— Переведена… Да попросили её из Распутинки, за поведение. — Махнул рукой Виктор, которую тут же сложил в огромный, как дубовая кадушка, кулак, оказавшийся перед носом малявки, хотевшей что-то возразить. — Удалось переводом отделаться, а не вылететь из реестра магической мощи Российской империи. Княжич, что с тобой, ты бледный. Малокровный, что ли?

— Н-нет, генерал от инфантерии. — С трудом вымолвил я, приклонив голову, в этот раз даже не через силу. — Прошу простить меня за то, что назвал вас князем.

Вот же, Стас! Лучше бы политикой интересовался, чем в котиков и сиськи в сети пырил! Хорошо, что хоть не в лицо, но род третьего человека в Российской империи запомнил.

— Ползай в ногах, душара! Сыпь голову пеплом, и ешь серу! — Торжественно заявила малявка, издав зловещий смех, что-то вроде «Бу-га-га-шень-ки!», как это делают второсортные злые гении в азиатских мультиках, с которыми безуспешно борется «РоссНетНадзор».

— Ой, такая милашка… — Раздалось от меня справа, чем Анна напомнила всем, кроме меня, о своём присутствии.

— Ху… — Только успела вымолвить Ушанка рифму, как огромная ладонь Ермолова легла на её лицо.

— Зефирка, ты не со срочниками в банчишкУ играешь и жулишь их на оклад, а на выставке. Веди себя культурно. — Назидательно пробасил Виктор, погрозив пальцем малявке, протягивая ей ещё один бокал шампанского.

— Эта дойная корова меня «милой» назвала! Пасиб, дедуль… Ща допью, и патлы то ей…

Рука генерала от инфантерии вновь легла на лицо Ушанки, которая безуспешно потыкала в неё бокалом, пытаясь сделать глоток.

— Не обращай внимание, княжич, и вы барышня не обижайтесь на неё. — Тяжело вздохнув, пробасил Ермолов, пригладив усы и улыбнувшись, пройдя по Анне взглядом, как рентгеном, от ног до головы, и довольно кивнув добавив. — Представишь, уже, свою даму, Станислав?

— Хотелось бы, чтобы была моя, генерал… Анна не моя дама, но я её упросил, чтобы она разрешила мне её сопровождать. — Уклончиво ответил я, глядя, как девушка заливается краской. — Анна наш аукционист. Она будет вести торги.

— С козырей зашли. — Протянул Ермолов, удовлетворенно кивнув, после чего, даже сурово сдвинутые брови распрямились в стороны, а густые усы были вновь приглажены. — Эххх, был бы я на пятьдесят лет помоложе, приударил бы….

— У вас не было бы и шанса против меня, генерал Ермолов. — Со всей серьёзностью заявил я, с вызовом посмотрев на третьего человека в Российской империи.

Выставка стала превращаться в кирпичный завод. «Кирпичи» не только валились, но и обжигались в процессе формовки, выходя из тазовой части невольных слушателей. У меня в свою очередь не прекращали звенеть шары, выбивая частую дробь. Теперь есть два человека, которых я боюсь на подсознательном уровне. Хоть от генерала не было гнетущей ауры, как от Морозова, но он был не менее жутким, а я ещё про каких-то скверхов всуе припоминаю. Узор эфирного тела Ермолова нельзя было рассмотреть, потому, что всё его тело было покрыто сформированными эфирными связями и светилось красным цветом, вместо фиолета эфира. Ауры, как у Морозова не было, но от этого не легче. Не может быть, чтобы у этого монстра не оказалось колоды тузов в рукаве, которые пострашней ауры Морозова будут. Зная всё это благодаря тому, что воспользовался окулусом, я всё же решил, как в этом мире выражаются «быкануть».

Конечно, туманность могла стать свинцовым куполом над головой, но я не в своём теле. Да, я рослый паренёк, только мне всего девятнадцать. Меня не воспримут всерьёз, реакция предсказуема, а Айзек — вновь получает «голоса». Почему нет? Тем более, что меня даже законники на Фагрисе уважали… пару человек.

Такого заразительного смеха я не слышал давно. Всё стекло в радиусе десяти метров дрожало, готовясь дать трещину и лопнуть. Даже Ушанка, передумала вырывать патлы Анне, недоумённо глядя на своего деда, пустившего слёзы от смеха. Всё окружение просто замерло, наблюдая, как легенда Российской империи нависая горой над «князьком» из опального рода, искренне смеётся.

Так бы и продолжалось, если бы не Токарев, вышагнувший буквально из воздуха, став между мной и Ермоловым, который даже не заметил его появления.

Нужно отметить красивое появление дяди Фёдора, только вместо того, чтобы тыкать в кого-то стволом, он им почесал висок, сразу же спрятав в кобуру и выпрямился по стойке.

— Генерал от инфантерии, рад приветствовать вас. — На этом воинское приветствие Токарева закончилось, а у меня на голове появился седой волос, после его следующей реплики. — Чего ржём? Не в казарме….

— Командующий… Рад видеть тебя в добром здравии, старый бес.

Приподняв дядю Фёдора от пола, сжав в гидравлическом прессе объятий, Ермолов поставил Токарева, «где он рос», как говорила Ушанка.

— И я тебя, Виктор… Парня моего обижал, признавайся? — Приподнял бровь Токарев, а я охреневал вместе с остальными зрителями, которые, уже не стесняясь, вместо того чтобы шушукаться в углах, образовали круг.

— Да, я ему уже адъютанта пообещал, только он не хочет.

— За что, Виктор?! — Выпучил глаза Токарев, посмотрев на меня, будто никогда до этого не видел. — За какие такие заслуги?

— Максим, напомни, на сколько была красива эта инструктор которую княжич с лошади снял… — Ермолов хитро посмотрел на ректора, ставшего мрачнее, чем младший сын в семье огнов, когда старший брат женился.

— Не отдам. — Коротко сказал Морозов, сверкнув льдистыми голубыми глазами, ясно давая понять, что лучше мне вообще не открывать рта.

— А меня можно спросить? — Тихо поинтересовался я, нарушив негласный запрет, но меня уже не слышали, прикидывая дальнейшие варианты моего будущего.

— Куда лыжи направил, смерд? — Окликнула нас с Анной глазастая мелочь, когда мы уже собрались по тихому уйти. — Я с ними не останусь….

Пожав плечами, мол «твои проблемы…», подставив руку Анне, мы уже хотели уйти, чтобы оставить двух сумасшедших и Морозова, делить скверх его знает что. Адъютантом самого Ермолова я не прочь пойти, но мягко стелют, а потом спится жёстко.

— Дезертиры в рядах доблестного императорского воинства…. — Прозвучало за спиной замечание заставившее нас с Анной повернуться, и подойти обратно, очень быстро подойти, чтобы никто не понял, что мы убежать хотели.

— Мы витрину рассматривали. Анна сомневалась….

— Княжич, есть дело. — Заявил Ермолов, а я вообще не тот, кто может спорить сейчас, тем более, что он каким-то образом оказался рядом и положил мне руку на плечо, и склонившись, начал шептать на ухо.

— Командующий, покажи фокус. — Повторил я в точности слова, как мне сказал этот вояка, обращаясь к Токареву.

Они о чём-то о своём, а я свалить отсюда хочу! Хоть по лицу Морозова не видно, но он меня поддерживает.

— Как ребёнок, ей богу… — Покачал головой Токарев, косясь на генерала от инфантерии, обречённо выдохнув. — Не отстанешь ведь… Дамы и господа! Мы немного пошумим. Будьте готовы.

Небрежно, скинув большим пальцем ремешок кобуры, револьвер взлетел вверх, сделав два оборота перед тем, как Ермолов его перехватив, выстрелил Токареву в лицо, прямо в упор!

Рефлексы сработали гораздо быстрее мозгов. Активация контура, и лезвие жала тонфы легло на шею Ермолова, остриём упёршись в артерию.

— Тьфу! — Сказал Токарев, держа в зубах пулю, которую он положил на открытую ладонь Ермолова, вообще не отреагировавшего на упирающееся в шею жало тонфы.

— Командующий, как ты это делаешь? Любые деньги… — Ермолов хотел подкинуть вверх магострел барабанного типа, но сделав оборот, он оказался в руке Токарева, и лёг в кобуру. — Ты вывел новый раздел оружейной магии? Максим, знаешь, как он это делает? А? Ты ведь умный у нас.

— Могу только догадываться. — Спокойно сказал Морозов, разглядывая жало тонфы, которое сейчас упиралось в шею Ермолова. — Станислав, это что? Убери….

— Прошу прощение… Рука соскользнула. — Невинно пожав плечами, тронув кнопку клапана, жало ушло внутрь, а тонфа оказалась в чехле за спиной.

— Ты чего сейчас сделал, смерд? В дедУ моего пузорезом тыкал?!? Ща, я тебя… — Вновь огромная ладонь маской легла на лицо девчушки, а у меня второй раз появилось беспокойство по поводу её затруднённого дыхания.

— Станислав, вакансия моего адъютанта открыта. — Вместо того, чтобы свернуть мне шею, как капустную кочерыжку, заявил Виктор, и был он вполне серьёзен, нежели раньше. — Подумай.

— Прошу прощение, что наставил на вас оружие, генерал… — Ещё раз извинился я, слегка поклонившись. — Вынужден отказаться.

— Оружие? Да ладно, — Махнул рукой Виктор. — Меня уже давно таким не убить. Хорошо, раз в адъютанты не хочешь, тогда выполнишь одну мою просьбу?

— Постараюсь, если это будет в моих силах. — Не стал я бить себя копытом в грудь, и давать обещаний.

— Парень ты толковый, в отличие от некоторых, — Ермолов взглядом указал на Ушанку, которая потягивала шампанское из бокала. — Присмотри за моей внучей в лицее, а то она постоянно влипает во всякие истории. Сам понимаешь, у меня служба. И так еле вырвался.

— Будет сложновато. — Честно ответил я, покосившись на малявку, размышляя, как элегантно соскочить с такого «ответственного» задания.

Короткого знакомства с этой мелочью хватило мне, чтобы в голове появилась блажь её «немножечко» придушить. Своих проблем хватает, а тут ещё шкодливого котёнка предлагают.

— Верю, задание непростое, — Серьёзно кивнул генерал. — Но думаю, ты с ним справишься.

— Какие меры дисциплинарных взысканий мне дозволены в отношении неё? — Задал я интересующий меня вопрос, после которого, генерал на секунду опешил, но потом его лицо вновь расправилось и он довольно осклабился.

— Любые. — Немного подумал Ермолов, и посмотрев на Ушанку добавил. — В пределах разумного, разумеется.

— Да, Станислав, хотел о том же попросить. Присмотри за княжной Зинаидой. — Подключился к моей «обработке» Морозов, отрезая мне все пути к отступлению, которых и так не было.

Не скверх же об одолжение просит, а человек занимающий третью ступень в иерархии Российской империи! Не отказывают в таких случаях. Он то может сейчас промолчит получив моё «нет», но потом, что коснись, все отработанные картриджи от биотуалет со дна всплывут. Ещё и вождь Романовки на его стороне. Если не получается избежать неприятностей, то нужно извлечь из них выгоду.

— Могут возникнуть определённые хлопоты, — Начал я издалека, но Морозов сразу понял, к чему будет подводиться разговор.

— Об этом не волнуйся. — Спокойно заявил ректор так, что мы друг друга сразу поняли, за тем обращаясь к Виктору. — Пойдём, нам ещё подарок моей племяннице присмотреть нужно. Побаловать её хочу.

— Это дело нужное. — Одобрительно закивал Виктор, положив мне руку на плечо. — Спасибо, княжич. Не прощаемся….

Кивнув в ответ, я проводил взглядом этого великана, малявку, в которой исчезает шампанское, как в чёрной дыре, и ректора. Вроде бы всё было хорошо, но почему-то у меня возникло чувство, что меня где-то поимели….

Родовое поместье Мышкиных.

— Шикоз! — Произнёс одними губами Чернышев, глядя как погас свет на территории поместья, повернувшись к Хмурому. — Патрон, можем начинать.

— Вижу… — Протянул пожилой худой мужчина, с морщинистым обвисшим лицом. — Предчувствие хреновое, Чёрный… Всё как-то просто.

— А чего сложно должно быть? — Пожал плечами Чернышев, садясь в микроавтобус — У них пять, может шесть бойцов сейчас в поместье, как заверил информатор, а у нас двадцать пять вооружённых… — бригадир Хмурого не договорив быстро достал смартфон, усмехнувшись. — Глушилка заработала…Трубки потухли.

— Придерживаемся первоначального плана. — Заговорил Хмурый командным голосом садясь рядом с водителем. — Тараним ворота, Чёрный на тебе арсенал, я со своими ребятами в доме работать буду. Звонковские, когда обернутся с подстанции — на входе, вдруг гости… Всем понятно?

Непонятливых не нашлось. Сорвавшись с места, вырывая грунт, автобус мчался по дороге к поместью. Перед сами воротами, заложив вираж, автомобиль въехал в кованые створки, распахнувшиеся в стороны.

— Дверка ещё слабее чем я думал оказалась. — Констатировал Чёрный, перед тем как автобус остановился во дворе.

Несмотря на отсутствие света, пробившаяся через тучи луна в достаточной мере освещала внутренний двор, чтобы можно было ориентироваться.

— А вот и Звонок обернулся. — Констатировал Хмурый, глядя, как два внедорожника со стороны лесополосы подъехали к воротам, и въехав во двор, остановились у входа.

Дав команду своей группе, главарь банды направился к террасе особняка, озираясь по сторонам, ожидая, что в любую секунду может начаться пальба.

Вопреки ожиданиям, этого не произошло, что ещё сильней насторожило Хмурого. На территории не было ни единого бойца. Отогнав дурное предчувствие, главарь указал на дверь одному из своих ребят, который приготовившись ломать, всё же решил дёрнуть за ручку.

— Не заперто. Во хохма. — Констатировал боец Хмурого, полностью открывая дверь, как раз в тот момент, когда на поясе главаря зашипела рация.

— У нас гости, от трасы в сторону поместья движется автомобиль. — Сообщил Звонок, дежуривший со своими людьми у ворот.

— Туши фары и жди. Не упусти только. — Скомандовал в рацию Хмурый, зло оскалившись, пробираясь по прихожей в свете фонарей к гостиной.

— Сделаю в лучшем виде. — Сообщил Звонок, когда бандиты вошли в гостиную.

Неожиданно включившийся свет, заставил всех прищуриться.

— «Какого хрена?» — взлетели вверх брови главаря, схватившегося за рацию, чтобы обругать Звонка, который был ответственным за отключение, однако так и замер держа рацию у лица.

В просматривавшемся коридоре левого крыла открылась, тихо скрипнув, дверь. Вышедший оттуда пожилой мужчина преклонных лет в брюках и цветастой жилетке по верх белой рубашки довольно улыбнувшись стянул вязанные рабочие перчатки с рук, заложив их в карман и не испытывая малей растерянности направился в гостиную, полную бандитов.

— Господа, право слово! Не культурно врываться в чужой дом без приглашения. — Начал причитать лысоватый старик, взявшись за голову. — А натоптали, то!

Без лишних слов вскинув пистолет, Хмурый выстрелил два раза в грудь пожилому мужчине, но пули упали на пол под ноги старику, который нахмурившись нагнулся, и поднял их.

— Голубчики, я бы попросил вас не мусорить.

— Чего рты разинули?! Стреляйте! — Заорал Хмурый, после чего гостиную огласила серия выстрелов из десятка стволов.

— Так и знал, что по хорошему, с вами договориться не выйдет. — Произнёс управляющий поместья Мышкиных Валерий Кузьмич, перед которым начал закручиваться вихрь эфирной дымки, подхватывающий опадающие на пол пули. — Прискорбно, что придётся здесь всё испачкать кровью….

Глава 16

Родовое поместье Мышкиных

— Странно, что света на воротах нет. — Немного забеспокоился Рика, бросив наглаживать руль «Ласточки», через секунду нахмурившись. — Выстрелы?

— Может где-то рядом гроза? — Предположила Эва, поглядывая в боковое стекло, перебирая пальцы, лежащих на коленях рук.

— Не очень похоже. — Протянул Рика, поглядывая на небо, решая сбавить скорость, но к нему вновь обратилась княгиня.

— Сергей, нам нужно поторопиться, иначе, до начала аукциона не успеем вернуться.

— Давлю, как могу, княгиня Эва. Дорога после дождя такая, что сильно не разгонишься. — Сказав про дорогу, проехав конюшню, молодой мужчина дёрнулся всем телом, ударив ногой по педали тормоза, от чего княгиня Эва завалилась на сидение. — Следы шин, дурья моя башка! В поместье чужие!

Подтверждая слова Рики, с территории поместья вновь послышался звук стрельбы, только теперь более отчётливый, нежели раньше. В тот же момент, в заднее стекло ударил яркий свет фар внедорожника, выехавшего из-за конюшни. Рикошет хотел нажать на газ, чтобы рвануть вперёд, но со стороны поместья, ему навстречу мчался второй внедорожник, ослепляя дальним светом фар.

— Кажись приехали… — Сквозь зубы произнёс Сергей, выворачивая руль, вдавливая газ в пол, но выскочившие из машины люди, принялись стрелять по колёсам.

Вдобавок, громоздкий автомобиль, съехавший с накатанной дороги забуксовал на месте. Через несколько секунд, к самому носу лимузина, бампером прижался второй внедорожник, полностью отрезая путь к отступлению.

— Телефон… — Расстроено произнесла Эва, боязливо поглядывая на выходящих из машины мужчин бандитской внешности. — Даже экстренные вызовы недоступны.

Один из налётчиков постучав стволом по капоту, изобразил нехитрый жест, имитируя пальцами человеческую походку, указав Сергею и княжне Эве, что им пора на выход.

— Жаль не бронированный… — Расстроился Рика, ударив руками по рулю. — Княжна, простите это моя….

— Выходим, у нас выбора нет, иначе стрелять начнут. — Ровным голосом произнесла Эва, пару секунд покопавшись в своей сумочке. — Может удастся договориться.

С этими словами, княгиня открыла дверь, выходя наружу. Рика сделал тоже самое, стиснув от злости зубы, когда при виде княгини Эвы в вечернем платье, налётчики довольно заулюлюкали, начав присвистывать.

— Какая штучка к нам на огонёк забрела… — Подал голос одутловатый краснощёкий мужик в коричневом пальто, окинув сальным взглядом Эвелину.

— Что вам нужно, мужики? Зачем вы на нас напали? — Начал говорить Рика, в надежде перетянуть на себя внимание.

— Если вам нужны деньги, то… — Заговорила Эва, но её тут же перебили.

— … То мы их и так получим. — Закончил фразу неприятный мужик, в коричневом пальто, который был у налётчиков за главного. — Это твоё поместье, благородная или ты в гости сюда к кому так намарафетилась?

— Это наше родовое поместье. — Сдержано произнесла Эва. — Вы грабители, я правильно понимаю?

— Мы? Нееееет… Что вы? Мы, как это? Почётный эскорт для гостей…хех…

— Вы нас убьёте? — Напрямую задала княгиня, самый актуальный в подобной ситуации, вопрос.

— Зачем же грех на душу брать? — Гаденькой улыбкой усмехнулся Звонок. — Хотя это будет зависеть от вашего поведения, крошка.

— Звонок, бабёнка красивая, может это… — Предложил один из бандитов, кивнув в сторону княжны. — Развлечёмся?

— Олух, мы на деле. Развлекусь я, а вы потом в кабаке себе кого-нибудь снимите.

Сергей уже хотел броситься после этих слов на наглеца, но сполз на землю, от удара автоматным прикладом в затылок, после кивка краснощёкого своим людям.

— Он бы нам всё равно мешал. — С полной уверенностью заявил Звонок, пожирая, полными эфирного фиолета, глазами княгиню в вечернем платье. — Я немного владею распознанием эфира… Почему-то думал, что все благородные сильные маги, но в тебе эфира с гулькин нос. Тем лучше… Меньше брыкаться….

— Спасибо, что не пришлось делать этого самой. — Ледяным голосом произнесла Эвелина, кивнув в сторону валяющегося без сознания Рикошета. — Не хотела бы, чтобы Сергей или кто-нибудь из моих родных это увидел.

— Что ты буровишь, благородная? — Нахмурился Звонок, быстро взглянув в сторону лесополосы, со стороны которой начало доноситься тревожное карканье и шум крыльев. — Что за кипиш?

— Звонок, гля! — Один из бандитов, стоя с поднятой вверх головой, указал пистолетом вверх. — Мышары летучие вьются… Херня какая-то творится, зуб даю! Это эта баба, что-то колдует, сто пудов!

— Сериалы меньше смотри, олух….

Глаза Звонка вновь полыхнули фиолетовыми огоньками, разглядывая Эвелину, платья и волосы которой начали развиваться на поднимающемся ветру.

— Ты же хреновый маг… — Широко открыв глаза, понизив голос произнёс Звонок, увидев что-то странное в женщине. — Слышь баба, что тут происходит? Говори! — бригадир Хмурого направил на Эвелину пистолет. — Чего птицы орут?

— Это они по вам каркают. — Холодно ответила княжна, снимая с правого уха серьгу, по форме напоминающую иглу с широким ушком. — И я действительно не магесса… а кое-кто похуже….

— И кто же? — Осклабился Звонок, прижимая палец к спуску.

— Ведьма. — С холодным спокойствием произнесла Эвелина, перед тем, как раздался выстрел.…

Петроградский дворец культуры

Первым панику начал поднимать дядя Фёдор, который не смог дозвониться Рике. Выставочная часть подходила к концу. До аукциона оставалось меньше пятнадцати минут. Учитывая любовь Сергея к быстрой езде, они с мамой Эвой, уже должны были вернуться обратно. Через несколько минут, нервозность Токарева передалась и мне. Торги можно провести и без паспортов на золотые побрякушки, но тогда у участников могут появиться сомнения в словах аукциониста. В результате, торги пройдут вяло, с низким шагом повышения цены или лот вызовет у кого-нибудь из участников недоверие. Всё это негативно скажется на общей прибыли нашего рода, а мне бы хотелось по максимуму облегчить мошну Петроградских толстосумов.

— «Всё, последняя капля» — Понял я, когда в каменном выражение лица Ставра начало мелькать беспокойство, а его палец каждые десять секунд нажимал дозвон Эве.

Наконец-то это дало результат, но не тот, который ожидался. Мама Эва сама позвонила.

— Рика? — Удивился на секунду Ставр, после чего выражение его лица стало суровее пятки огна. — Где Эва?

По мере того, как Рикошет что-то рассказывал главе рода, рука Ставра начала подрагивать, а беспокойство в глазах сменилось злобой. Всем уже становилось понятно, что «что-то» идёт не так.

— Я тебя понял Рика. Сейчас выхожу. — Коротко сказал Ставр, вешая трубку, сразу же обратившись ко мне.

— Стас, ты за главного. Мне нужно в поместье.

— Что с мамой? — Был мой первый вопрос, который сейчас волновал всех. — Что-то случилось? Ты сам не свой, отец.

— Фёдор, спокойно, руки убери… — Коротко предупредил Ставр, глядя, как рука вояки ложится на револьвер. — На поместье напали, как раз тогда, когда Эва туда поехала. С ней всё в порядке, как сказал Рика, она немного ранена, но от госпитализации отказалась. Имперская полиция уже там. Рика с паспортами на подлёте, через несколько минут будет здесь, чтобы забрать меня. Нужно урегулировать вопрос с полицией….

— Может я полечу, Ставр? Сейчас там всё «зарегулируется». — Предложил Токарев, лицо которого начало краснеть, от приливающей к нему крови.

— Ты нужен здесь, Фёдор. Не обсуждается… Скажи кому-нибудь из бойцов выйти на площадь перед дворцом. Рика будет там сажать вертолёт. — Выдал быстро указания Ставр, повернувшись ко мне и положив мне руки на плечи. — Сын, ты за главного. Аукцион и банкет на тебе. Справишься?

— Мы Мышкины и мы справимся. — Коротко ответил я, прекрасно понимая, что случившееся в поместье выходит за рамки привычных масштабов, раз понадобился глава рода, чтобы урегулировать вопрос с имперской полицией. — Не переживай, и убеди Эв…Маму съездить в больницу. Я беспокоюсь за неё, отец.

— Непременно. — Кивнул Ставр, погладив меня по плечу. — Уверен, что ты справишься.

— Буду стараться. — Поспешил уверить я отца, который уже поглядывал вглубь длинного, будто большой коридор, зала.

— Провожу. — Коротко сказал Токарев, у которого разве что пар из ушей не шёл, направившись вслед за Ставром, прижав гарнитуру к уху.

Тяжело вздохнув, я обернулся на всхлипывание Анны, которая отвернувшись стояла возле инсталляции, двух сомкнутых в знак бесконечности обручальных колец, из одной серии схожих по дизайну.

— Не реви, тушь потечёт. — Тихо сказал я, протянув девушке через плечо платок, приблизившись вплотную, погладив по спине. — С княгиней всё в порядке, сама слышала. Чего мокроту разводишь?

— Не потечёт…она водостойкая. — Всхлипнула Анна, дёрнув плечами. — Меня княгиня Эва красила…И это платье она купила… Почему так происходит? Как у кого-то вообще рука поднялась причинить ей зло… Почему кто-то посмел….

— Не о том думаешь, Анна. Всё обошлось, и это главное. Теперь успокойся, — продолжая гладить девушку, понизил я слегка голос. — Лучшее, что мы сейчас можем сделать, так это блестяще провести аукцион. Уверен, что она обрадуется тому, что её усилия и бессонные ночи не были напрасными.

— Ты прав, Стас… Я буду стараться.

— «Мы» будем стараться, — Поправил я Анну, чувствуя, как оргон ускоряет своё течение.

— Что ты имеешь ввиду, Стас? — Повернулась ко мне девушка, протирая уголком платка под веками, стараясь не попортить почти отсутствующий макияж.

— Я обещал, что буду рядом и не брошу. Думаю, ещё один микрофон найдётся. Вместе торги проведём, если ты конечно не против….

— Стас, ты… — На эмоциях, Анна, не договорив, обняла меня, поцеловав в щёку, после чего, её будто ударило током. — Прости, я не… Не знаю, что творю.

— Всё хорошо, Анна. — Улыбнувшись девушке, я указал на лестницу второго этажа. — Теперь мы в свободном плавание. Иди готовься, а я дождусь паспорта и присоединюсь к тебе.

— Сама хотела предложить… — Немного замялась девушка, видимо держа в голове, произошедшее десяток секунд назад. — Я ушла, княжич.

— «Опять вальс на месте, «княжич»…» — Лелея мечту в голове, всех выгнать прямо сейчас, мой взгляд невольно прилип к уходящей Анне. — «Как же я её хочу…»

Сладострастные мечты зазвенели, битым стеклом в голове. В область зрения, помимо прекрасных форм Анны, попал Соровский, который с гадостной улыбкой смотрел на меня, стоя вместе со своим отцом у лестницы на второй этаж.

— «Сейчас, что-то выкинет… К инфомагу не ходи…» — Промелькнуло в голове перед тем, как официант, нёсший поднос запнулся, будто врезался в невидимую преграду и упал.

Этим не кончилось. Идущий со второго этажа охранник, так же спотыкнувшись о невидимую преграду у начала лестницы, покатился по ступеням.

— «Провоцирует… Ничего ты ей пока не сделаешь» — тут же смекнул я, а рука легла на пояс, ища болтер, чтобы прострелить пузо этому ублюдку.

Видя мою реакцию, которую мне не удалось сдержать, младший Соровский ещё шире улыбнулся, тыкнув в мою сторону указательным пальцем и показав им же «единицу».

— «Прав, ска… Я действительно один… Токарева и Стара рядом нет… Тебя зажимают в угол, Айзек…».

Оргон внутри начал бурлить, будто вот-вот готовое варево, когда глаза-угольки посмотрели в сторону Анны, которая ничего не подозревая, уже подошла к лестнице на второй этаж. «Намёк» был прекрасно понят. Следующей будет именно она. И ведь ничего не докажешь. Проявлений эфира нет, натравить охрану на благородного сложно, без прямой агрессии, которая развяжет руки. Самому вмешаться можно, но не вывезу, а помощи ждать неоткуда. Добивается, чтобы я сам на него напал или инициировал скандал, где он прикинется «ромашкой», выставив меня полным идиотом.

— «Прости, Анна. К концу вечера он труп….».

Дав обещание себе, я наблюдал, как Анна, подойдя к скатившемуся по ступеням охраннику, растерянно переводила взгляд с него, на официанта, собирающего битое стекло.

Не став смотреть, чем это завершиться, взяв бокал вина, слегка приподняв его, я усмехаясь Соровскому в ответ.

— «Ваше здоровье» — Выпив залпом, поставив бокал на круглый высокий столик, моя рука углубилась в стоявший здесь же декоративный горшок-вазу, с каким-то красивым высоким цветком внутри.

Ссыпав наполнитель, за отсутствием земли, в бокал, показав двумя пальцами «римскую пятёрку» и проведя большим пальцем медленно по своей шее, я развернулся, направляясь вглубь выставочного зала, покидая персональное «шоу» устроенное для меня. Конкретной точки назначения у меня не было. Была лишь цель, покинуть место представления Соровского, чтобы обломать ему весь кайф.

— «Я буду не Айзек, если эти два скверха переживут сегодняшний вечер…»

Думая об этом, шагая мимо кучек благородных, разбившихся «по интересам», некоторые из которых даже приветливо кивали мне, мысли невольно возвращались к Анне. Стоило огромных усилий, чтобы не повернуться, и не броситься к лестнице. Была бы у меня половина того прогресса облачения, что на Фагрисе, эти два ублюдка уже кровью харкали бы, моля о пощаде.

— Станислав…

За своими мыслями, я даже не заметил, как чуть не сбил с ног княжну Елисееву. Шампанское, что было в бокале оставили небольшой след на моей рубашке.

— Извини, Тори. — Отстранённо сказал я, прибывая в своих мыслях. — Не видел куда шёл. Не ушиб?

— Н-нет. — Замотала головой Вика, как-то странно на меня глядя. — У меня к тебе небольшая просьба, если ты не возражаешь….

— И у тебя… — Вслух вырвалось у меня, но видя, как «Снежная королева» Орловского бомонда напряглась, лишь махнул свободной рукой. — Что ты хотела, Тори?

— Уже ничего. Ты не в настроении, я пойду….

— Да говори уже, Вик. — Немного с нажимом произнёс я, подумывая о покупке напалма, чтобы залить всё поместье Соровских огнём.

— Отпусти, пожалуйста…смотрят все.

— «На что тут смотреть?» — Пробежало в голове, выводя меня из мыслей в действительность, где я стоял прямо перед Тори, поддерживая её рукой за талию. — Ой… Задумался немного. Извини за неловкость, случилось кое-что.

— Понимаю. — Кивнула Тори, отводя взгляд. — Станислав… Может уже отпустишь? Про тебя подумают не весть что….

— Пусть думают, мне до звезды. — Убрав руки ответил я, вновь погружаясь в свои мысли, чувствуя, как непроизвольно сжимаются кулаки от злобы. — «Вот же сука…и ведь момент как подгадал…Убью…»

— Ты хорошо в лошадях разбираешься. — Голос Виктории был едва слышен. — Можно, на следующей верховой езде, ты вместе с нам… мной… рядом будешь? Вдруг произойдёт то, что с инструктором Медведевой случилось… Я видела, и теперь страшно как-то. Понимаю, что ты не в восторге, что…

— Конечно. Мне не трудно… Вика, почему ты думаешь, что я тебе откажу? — Не выдержал я того, как Тори занимается тем, что подбирает каждое слово.

— А не должен? — Удивилась Тори. — Ты ненавидишь всех… Меня, брата, Жанну, Орлова, Витю и Колю Шаповаловых, Драгунова, Мишина и Миронова, Вальда Варбурга, Мейергофа, Лою и Хлою Лидс….

— Гринёвых забыла, Вик. Там ещё всякого сброда помельче хватает… — Поправил я девушку, размышляя о том, пробьёт ли вилка глаз Соровскому, ведь он маг с формированным эфирным телом.

— Неважно. — Коротко сказала Елисеева, глядя мне прямо в глаза, ожидая ответа. — Почему ты согласился?

— Тебе честно ответить или соврать? — Устало произнёс я, прикидывая натравить Токарева на Соровских, чтобы он им головы посносил.

— Я ценю честность. — В своей ледяной манере ответила Вика, у которой наверное с рождения ампутировали эмоции.

— Тогда, слушай… Тебе мало понравится… — Подумывая о том, чтобы просто взять огнестрел у одного из людей Токарева и устроить «самосуд» над Соровскими, решил сказать как есть. — Тори, мне плевать на старые обиды. Ты красивая и сексуальная девушка. Добр я с тобой потому, что твоя просьба мне ничего не будет стоить, а согласившись, мой личный рейтинг в твоих глазах поднимется. Заработав твоё расположение, будет легче залезть к тебе в трусики, что я и планирую сделать, соглашаясь на твою просьбу, больше похожую на «предлог». Ты понимаешь о чём речь, ведь я тебе нравлюсь и ты не глупа… Только не говори про отсутствие вариантов, иначе врать здесь начнёшь ты, Торь. Тебя устраивает мой ответ?

— Вполне. — Кивнула Вика, а через секунду, в белизне кожи на лице появились красные вкрапления. — Так, ты согласен?

— «Сучка белобрысая….» — Подумала стоящая за выставочным стендом Жанна, а её рука, погружённая в сумочку, сжалась на цилиндрическом пузырьке.

— Конечно, Торь. Как я могу отказаться от своих коварных планов залезть тебе в трусики?

— Не надейся. — С пониженным градусом, своей привычной холодности, буркнула себе под нос Тори и едва заметно усмехнувшись, ушла.

— Кобелина… Ты ещё попляшешь у меня… — Подрагивая от злости тихо, сквозь сжатые зубы процедила Жанна….

Глава 17

Аукцион

— Номер восемьдесят три, 4 миллиона раз… — Начала отсчёт Анна, сознательно его затягивая.

— Кто больше? Может номер шестьдесят один? — Запустил я интригу, видя, как колеблется мужчина во втором ряду, сидящий вместе с женой. — Сапфиры идеально подошли под цвет глаз вашей прекрасной дамы.

Я подобострастно улыбнулся женщине, которая после моих слов, заулыбалась, толкая в бок своего мужа.

— Четыре миллиона… Два! Кто же перебьёт? — Сделала свой ход Анна, перелистнув ролик демонстрационной вставки с колье на ЖК панели во всю стену аукционного зала за нашими спинами.

— Четыре миллиона двести. — Вальяжно произнёс шестьдесят третий, почувствовав, что его рёбра от удара локотка жены скоро превратятся в месиво.

— Четыре миллиона двести. — Зафиксировала повышение Анна, улыбнувшись так, как умеет только она. — Княжна, вам очень повезло с мужем. Четыре миллиона двести раз….

— А что по этому поводу думает номер одиннадцать? — Вступил я слова в игру, уловив реакцию пожилого мужчины с тонкими усиками, концы которых были озорно закручены к верху.

— Думаю, четыре миллиона пятьсот… — Красуясь перед элегантно одетой старушкой рядом, заявил усач, перебивая цену.

— «Не сомневался… Ты весь искрутился, уже неотложку хотел тебе вызывать, думал карачун подходит… " — Заключил я, улыбаясь чеширским котом, продолжая мониторить реакцию зала, параллельно придумывая способ расправы над Соровскими.

Как и предполагал, Анну он не тронул, видимо решив поиграть на моих нервах, постепенно расшатав их или оставил на потом. Правильно работает, не стал действовать с наскока. Хочет заставить понервничать, чтобы я сам себя морально загнал. К активным действиям Соровские перейдут на банкете, к инфомагу не ходи.

Вариантов не особо много. Первый это спускать им все выходки с папашкой. Можно, только такой уход от конфликта подмочит репутацию и авторитет рода Мышкиных. Не лучший на мой взгляд вариант, когда каждый благородный будет считать, что о наш род можно вытирать ноги.

Выпроводить вообще не вариант. Формального повода нет, к тому же они были приглашены до того, как произошёл инцидент со мной. За родом может закрепиться дурная репутация, а мне бы этого не хотелось. Многие князья не в курсе наших контр с Соровскими, так что у этих скверхов могут найтись сторонники и защитники. Пойдут потом слухи, что беспредельщики Мышкины, уважаемого главу рода Соровских сами пригласив, вытолкали взашей. Светские заморочки, жаль, что здесь не Фагрис.

Натравить на них Токарева хороший вариант, но делать этого я не буду. Не хочу, чтобы у дяди Фëдора возникли из-за этих ублюдков проблемы, а они возникнут. Убивать благородных на приёмах можно, только повод для этого всего один — нападение на члена рода или создание угрозы жизни. Это развязало бы руки Токареву, но сами Соровские этого не допустят. Они ждут инициации конфликта с нашей стороны.

Есть Морозов, которому Стасик, то есть я, может наябедничать. Тут непонятный вариант как это будет воспринято, а конкретно свой авторитет в глазах ректора я растеряю. Да и не в стенах бурсы мы… В общем спорный вариант.

Вызвать на дуэль Соровского? У меня пока на это кишка тонка, тем более, что они именно этого добиваются. Был бы здесь Ставр, проблема отпала сама собой, только это никак не приближает меня к исполнению каприза оторвать этим скверхам уши. Предок погрозит им пальцем, они публично извинятся, мол «были неправы» и всё. Слова не убивают. Есть вариант устроить стрелковую дуэль, только Соровский на это не согласится, да и мне пулю ловить не охота. Пока огнестрел для меня штука опасная, не говоря уже о магострелах. Нужно что-то более элегантное, и с минимальной опасностью для моей тушки.

Что мне нужно? В идеале хотелось бы жестоко расправиться с этой парочкой, желательно не своими руками. Провокация и подстава то, что доктор прописал, но вот как это воплотить в жизнь так, чтобы туманность им свинцовым куполом над головой стала, а мне за это ничего не было? Подойти к Ермолову и сказать, что вон те два скверха обозвали вас ссыкуном, и вообще, твоего родового поместья труба шатали — не прокатит. Нужно что-то оригинальное….

Образуя неплохой тандем с Анной, которая быстро втянулась, за мыслями о расправе над Соровскими, незаметно пролетел весь аукцион. Почти все лоты, кроме двух были распроданы по привлекательной цене. Некоторые даже по баснословно завышенной, просто потому, что какая-нибудь парочка князей норовила посоревноваться друг с другом толщиной кошелька. Оставив на Анну и счетоводов от княжеского собрания все финансовые вопросы, я поспешил удалиться из аукционного зала в банкетный, пригласив туда всех гостей. Можно было остаться и помочь девушке, но я рассудил, что для её же блага мне лучше держаться от неё подальше. Соровский обязательно попробует поскрести мне по нервам через неё.

Звонок отцу не дал результатов. Ставр не став вдаваться в подробности сказал, что освободится не раньше, чем через пару часов, где-то столько будут работать криминалисты. Поинтересовавшись самочувствием Эвы, как и положено заботливому сыну, пожелав удачи, я повесил трубку. Не вовремя это случилось, Ставр бы для поддержки штанов мне бы сейчас не помешал.

Хорошо, что не пришлось брать на себя роль тамады и развлекать гостей. В большом и просторном зале, организованном в классических традиции званых вечеров уже были накрыты фуршетные столы, играла ненавязчивая живая музычка. Не трип-клуб конечно, но этого было вполне достаточно. Подобные сходки устраивались благородными отнюдь не ради халявного шампанского, набивания пуза с последующими медлячками и развратом, хотя такое имело место быть. Главным здесь было обсуждение последних сплетен, деловые переговоры с партнёрами, поиск новых партнёров по бизнесу, заключение различного рода союзов и альянсов, налаживание деловых и половых связей, заведение полезных знакомств за бокальчиком другим вина или шампанского. На первый взгляд довольно скучно, но все весёлые интриги, подковëрные и подкроватные игры берут своё начало именно вот на таких вечерах. Так же подобные мероприятия для светских дам — это лишний повод выгулять новое вечернее платье, или же раскрутить на таковое своего суженого.

Загрузив обруч новыми связками каона «Визион», мне нужно было уладить одну маленькую деталь. Существует негласное правило, что устроители вечера непременно должны присутствовать на нём. Ещё нужно было произнести вступительную речь, которая послужит отмашкой к началу банкета. Придётся сказать с чем связано отсутствие главы рода и его жены, иначе Мышкины рискуют стать «Свинкиными». Не хотелось бы этого делать, но соврать тоже не получится, скоро всё равно о налёте на поместье станет известно. Новости среди благородных распространяется быстрее лесного пожара. Не удивлюсь, если некоторые из присутствующих уже в курсе случившегося.

Видя, что большая часть гостей уже собралась в банкетном зале не стал тянуть с речью. Взяв бокал и подойдя к музыкантам, приветливо кивнув, я взял микрофон. Немного подумав, вместо сцены решил воспользоваться центральной зоной зала, которая обычно держится свободной для танцулек.

— Дамы и господа, — Начал я свою импровизированную речь с дежурной фразы. — Вы должно быть заметили отсутствие моих родителей. Княгине Эвелине было нужно вернуться в родовое поместье за документами к аукциону. Когда она уже была там, родовое поместье Мышкиных подверглось вооружённому нападению преступной группировки, численностью, немного меньше тридцати человек… — Подождав, когда поднявшийся гомон немного уляжется, я продолжил. — В результате этого, моя мать была ранена. Её жизни ничего не угрожает. Как глава рода Мышкиных, отец был вынужден вернуться в поместье.

— А что с преступниками? Скрылись? — Поинтересовался кто-то из благородных.

— Нет. Мертвы, все до единого. — Немного помедлив, решил добавить одну подробность, которая не укладывалась даже в моей голове. — Среди бойцов рода Мышкиных потерь нет.

Хотя, кое-какое объяснение этому феномену, что среди бойцов рода, коих в поместье осталось человек пять, может шесть, нет жертв у меня было. Как бы это не работа Валерия Кузьмича Толя. Это сейчас он управляющий, но раньше Толь был личным телохранителем мамы Эвы, которая выросла у него на глазах, и за которой он последовал в Российскую империю. На тот момент ему было уже за сотню. Всегда весёлый старикан оказался хорошим хозяйственником, и мама Эва переквалифицировала его в управляющего в силу преклонного возраста, даже по меркам магов. Нужно будет как-нибудь взглянуть на этого персонажа через окулус, если конечно удастся поймать «Призрака».

— … Хочу поблагодарить всех, кто посетил наше мероприятие и принял участие в торгах. Дамы и господа! Давайте поднимем бокалы за здоровье княгини Эвелины, которая организовала для нас этот вечер.

Под сдержанные аристократические аплодисменты, я приподнял бокал, после чего сделал глоток.

— Аукцион благополучно завершён. Давайте отдыхать.

Получив ещё порцию аплодисментов, вернув микрофон музыкантам, которые вновь заиграли, я расположился рядом с одним из столиков с закусками в правой части зала.

— «Когда я ем, я глух и нем, коварен, зол и дьявольски умён» — Торги вымотали меня, а желудок уже был в шаге от того, чтобы не начать переваривать сам себя.

Не знаю, как у кого, но когда жую, мне легче думается. Нужно прикинуть все мелочи составленного мной плана. Соровский хочет меня спровоцировать, и я дам ему то, что он хочет. Я поведусь, ведь я же «глупый», а он стало быть самый хитрожопый скверх на этой мессе. Нужно только правильно выбрать момент, чтобы все эти благородные, которые сейчас добродушно скалятся в улыбке, а при возможности всадят нож в спину, мне помогли. Мы ведь, Мышкины, и нас недолюбливают. Наверняка будет много желающих увидеть, как княжич по своей глупости лишится жизни….

Час спустя….

Жанна

— Поняла… Полтора часа, значит. Это всё, что я хотела спросить, Михаил. — Сказала Жанна, вешая трубку.

Стоя в одиночестве на лоджии, Жанна ещё немного полюбовалась видом на ночной Петродворцовый район, после чего взяв нетронутый бокал, стоявший на перилле, проходящем вдоль панорамного окна, направилась в банкетный зал, сдерживая дрожь в руках.

Сразу за автоматической раздвижной дверью, оказавшись в зале, девушка натолкнулась на своих родителей. Было видно, что Александра и Глеб Лисицыны, спешат.

— Лися моя, ты с нами? — С ходу спросила Алескандра дочь, потянув руку к бокалу, что был у Жанны в руке. — Дай хлебнуть.

— Сама себе возьмёшь. — Чуть не взвизгнула Жанна, быстро отодвигая руку. — Не маленькая.

— Вот же злюка, какая. Глебушка, ты видишь, что у тебя за дочурка растёт?

— Сашуня, тебе уже хватит. — С лёгким укором сказал моложавый подтянутый высокий мужчина в очках. — Нам завтра с тобой в столицу рано утром ехать.

— Ну и что? — Кокетливо надула губы Александра, поправив полушубок.

— А кто потом будет ныть, что её лицо похоже на переваренный пельмень?

— Уболтал. — Нехотя согласилась княгиня, подойдя ближе к дочке. — Ну, дай посмотреть….

После этих слов Александра потрогала брошь, что была приколота к платью, выше груди Жанны. Украшение было выполнено из красного золота, в виде силуэта лисы с изумрудными глазами, обернувшейся хвостом.

— Будто специально под тебя изготавливали, как и сказал Мышкин.

— Ага. — Согласилась Жанна, вспомнив, слова Стаса о том, что эта брошь создана лишь для одной девушки, что сейчас находится в зале. — Спасибо за подарок, папуль. Вы езжайте домой, а я останусь.

— Хорошо, — Кивнул князь Лисицын, которого Александра взяла под руку. — Ты с водителем, так что всё нормально.

— Дочур, веди себя хорошо, меньше вина, и мужчин толпами не соблазнять, а то подерутся. — Дала напутствие княгиня, чмокнув Жанну на прощание, загадочно подмигнув.

— Хорошо. — Вернула улыбку княжна Лисицына, глядя вслед родителям.

Дождавшись, когда Лисицыны скрылись из виду, Жанна направилась в правую часть зала, держа в руках бокал. Подойдя к одному из столиков, возле которого было поменьше благородных, девушка поставила бокал на поднос к остальным.

Намного постояв со скучающим томным видом, девушка взяла уже другой бокал с подноса, вновь направившись на лоджию.

Проделав там ту же операцию, Жанна вновь вернулась в зал. Выбрав соседствующий с предыдущим столиком, так же поставив бокал с ядом на поднос. Осмотревшись, девушка фыркнула себе под нос, увидев через стол от себя Мышкина, который сверкая глазами, полными ненависти, смотрел в центр зала.

Проследив за направлением взгляда княжича, Жанна ехидно улыбнулась. Взяв другой бокал и поправив причёску, саркастически улыбаясь, девушка величавой походкой направилась к княжичу.

— Хорошо танцуют… Вижу, кому-то предпочли другого? Не удивительно, перспективный маг…. - промурлыкала Жаннет, игриво похлопав по плечу Мышкина ладошкой. — Не расстраивайся, Стасик. Какая-нибудь другая тебе даст…

— Присмотрись, Жаннет. — Не смотря на полный ярости взгляд, голос Станислава был спокойным и ровным.

Несколько секунд Жанна смотрела на кружащихся у края зоны для вальсирования аукционистку Мышкиных и Анатолия Соровского. Захмелевший наследник одного из уважаемых родов, не стесняясь, давал волю своим рукам больше дозволенного, судя по красному лицу девушки.

— Не помешаю? — Раздался родом знакомый голос Тори, которая едва заметно улыбнувшись в светской манере, и не услышав возражений, пристроилась рядом с Жанной. — О чëм беседуете?

— «… И эта вертихвостка, тут как тут, рядом с Мышкиным вьётся. Тихоню из себя строит…». - подумала Жанна, улыбнувшись подруге, с опаской посмотрев на бокал в её руке.

— Должно быть, я не вовремя… — Предположила Вика, расценив выражение лица княжича, как недовольство, но проследив направление его взгляда, также нахмурилась, коротко бросив «Животное».

— Сюда идёт… — настороженно сказала Жанна, то ли забеспокоилась, то ли решила подлить масла в огонь. — Мало приятного, когда твою девушку….

— Анна не моя девушка. Она работает у нас в поместье горничной. — Удивил обеих княгинь Мышкин.

— Пффф… Тогда париться не о чем. — Изрекла Жанна, но Стас посмотрел на девушку так, что ей стало не по себе. — Что? Она прислуга. Путь радуется, что благородный….

— Жанна, у нас в роду не принято обижать или позволять кому бы то ни было обижать наших сотрудников.

— Дамы… — Обратился слегка покачивающийся Анатолий, чуть позади которого стояла покрасневшая Анна опустив голову.

— Уходи, тебе здесь не рады. — Процедил сквозь зубы Станислав, но Соровский лишь усмехнулся не обратив на слова княжича никакого внимания.

— Ты… — Хмельной голодный взгляд Анатолия лёг на Викторию, а рука потянулась к девушке. — Пойд… Ай… Горячо.

Наморщив лицо, Соровский вяло замотал рукой, сбивая с кончиков пальцев небольшие язычки эфирного пламени. Не получив особого вреда, княжич осклабился.

— Кусается ещё… — В следующий момент, не смотря на внешнюю расслабленность, рука Соровского метнулась к Жанне, сильнее чем нужно схватив за кисть, судя по тому, что Лисицына шикнула от боли. — Тогда ты, что покрасивей, со мной идёшь.

— Отпусти, придурок. Знаешь, что с тобой будет?

— Ничего… Что-то я не вижу с тобой сопровождения. — Сказал Соровский, потянув Жанну к себе.

Разделся глухой металлические звук удара тонфы, после которого Соровский всё же отпустил Жанну отдёргивая руку, издевательски поглядывая на Мышкина. Для мага с развитым эфирным телом подобный удар был подобен шлепку.

— Чего ты лезешь, Мышкин? Какое тебе дело? Я вообще не с тобой разговариваю, а с ней. — в небрежном голосе Анатолия был лёгкий вызов.

— Я тебя предупредил. — Спокойно сказал Мышкин, бросив быстрый взгляд на держащуюся за запястье немного испуганную Жанну. — Тронешь её ещё раз, и сильно пожалеешь. Обещаю….

— И что тогда будет? — Ехидно спросил Соровский, в глазах которого на мгновение пробежал едва различимый эфирный блеск, а Станислава шатнуло назад, от невидимого толчка в грудь.

Покачнувшись назад, княжич Мышкин слегка задел столик с напитками, завалив несколько бокалов, что привлекло внимание окружающих.

— Сказал же не лезь. Это не твоё дело. — Гадостно улыбаясь, смакуя каждое слово, произнёс Соровский, уже собирающийся подойти к Жанне, но Мышкин вновь стал перед ним.

— Я тебя предупредил, Анатолий. Уйди… — Так же спокойно, холодно, уже с угрозой в голосе прошуршал Стас, поворачиваясь к Жанне. — Ты как, Жанн. Сильно болит?

— Н-нет… — Не узнав свой голос пискнула Лисицына, сбившись от волнения. — Нормально всё.

— Ну и что тогда? Что ты мне сделаешь? — Продолжил провоцировать Соровский Мышкина.

— Убью тебя. — Тихо, почти шёпотом сказал княжич, глядя в глаза Анатолия.

— Так, вперёд! Чего воздух словами сотрясать? — Как можно громче заговорил Соровский младший, чтобы привлечь внимание. — Хочешь меня на дуэль вызвать? Я к твоим услугам… Или ты боишься?

Одарив Соровского испепеляющим взглядом, и молча развернувшись, Мышкин неспешно отправился не оборачиваясь через зал.

— Что и требовалось доказать… — Нарочито громко сказал вслед княжичу Соровский. — Ни мужской чести, ни достоинства благородных. — Махнув вслед рукой княжичу, Соровский, совершенно трезвый, закончил своё публичное выступление, переключившись вновь на девушек. — Полностью соответствует своей фамилии… Спрятался в норку ваш…

Музыка в зале начала постепенно стихать, а со стороны сцены послышался фон включившегося микрофона, который исчез через секунду.

— Дамы и господа, наш вечер перестаёт быть томным. — Начал свою речь Мышкин, поставленным голосом, шагая по залу с микрофоном в руках. — Вопрос к главам княжеских родов, достоин ли называться «благородным» наглец, посмевший покуситься на честь и достоинство дамы?

Из зала, со всех сторон послышались отрицательные возгласы, выражающее несогласие.

— Солидарен с вами, достопочтенные князья. — Согласился с общим мнением Мышкин, продолжая неторопливо шагать в сторону Соровского. — Сейчас, на моих глазах, княжич Анатолий из рода Соровских, имел наглость неподобающе вести себя с дамой. Как исполняющий обязанности главы рода, я не могу закрыть на это глаза. Я считаю, что подобные поступки порочат его не только, как мужчину, но и как титулованное лицо… Ваши предложения, господа?

— «Поединок», «дуэль», «состязание»… " Наказать наглеца! " — Послышались с разных концов зала предложения, скорых на расправу, благородных.

— У меня есть предложение поинтереснее… Хотите настоящее развлечение? — Загадочно произнеся это, Мышкин встал напротив рослого парня. — Анатолий, как ты смотришь на то, чтобы сыграть со мной в «Титул или Жизнь?». Господа?! Пусть нас с княжичем Соровским рассудит судьба. Правила стандартные… Что скажешь, мусор? Хватит духу поставить на кон свою жизнь и титул? Или ты только девушек умеешь обижать?

— Стандартные правила? Стандартное оружие? Я правильно понимаю? — Деловито переспросил Анатолий, внимательно глядя на Станислава.

— Верно. — Коротко сказал Мышкин, подтвердив слова своего оппонента.

— Тогда, я к твоим услугам. Когда?

— Через полчаса, на площади перед дворцом. — Спокойно, с каким — то разочарованием во взгляде сказал Мышкин, в рукав которого вцепился побелевший Токарев. — Не будем пачкать пол… — В тот же момент, в лице и глазах княжича вспыхнула азартная хитринка. — Господа! Как насчёт ставок? И музыканты… Музыку!

— Правильно, Мышкин, — вернув смешливый взгляд княжичу, напоследок сказал Соровский, перед тем, как вернуться к своему довольному отцу. — Послушай живую музыку… в последний раз… Огнестрел мне на голове, только шишку набьёт. Большинство в зале об этом знали. Я не умру, как бы….

— Попрощайся с отцом, Андрей. — Холодно сказал Стас, после того, как выключил микрофон….

От автора:

Что за «игра» будет, все наверное догадались)))

Глава 18

— Дядь Фёдор, одолжи пистолет? — Елейным голосом промурлыкал я, потянувшись к кобуре на поясе старого вояки, но холодные пальцы сжали мою руку.

— Парень, когда меня казнят, пообещай, что придёшь на мою могилку, старика потешить. Может, эта жизнь загробная, существует…

— За что казнить? — Удивился я, пытаясь достать пистолет, но рука Токарева была словно гидравлический пресс с регулировкой подачи.

— Ты должен жить, Стас, а я своё уже пожил. — Центр зрачка Токарева вспыхнул фиолетом эфира. — Я не допущу чтобы ты вышиб себе мозги, да и Ставр, скорее всего, убьёт меня… Что там, я себя сам убью, если увижу, как ты умрёшь. Не вынесу…

Не смотря на эмоциональный посыл слов, в глаза Токарева не было сожаления или страха, лишь холодная решимость.

— Сейчас, я убью Соровских, чтобы ты и род не пострадали, а потом сдамся имперской полиции.

— Токарев, — Обратился я по фамилии к другу семьи Мышкиных, и лично к своему. — Единственный, кто сегодня умрёт, будет Соровский.

— Стас, о чём ты думал? Оставить свой род без наследника и сделать старика несчастным? Я не допущу этого… — Продолжил причитать старый вояка.

Рука Токарев отпустила мою, большой палец вояки скинул теснённый узорный ремешок, а в его глазах разгоралась холодная решимость, замешенная с эфиром.

— Не спеши, дядя Фёдор. У нас ещё чуть меньше получаса. Сейчас я тебе всё объясню…

— Что ты мне объяснишь, Стас? «Стандартные правила»… Этим всё сказано. Пойми, что Соровский на том уровне, что его не убьёт огнестрел, а «гибрид» с акселератором ты можешь использовать лишь как обычный огнестрел. Ты не сможешь зарядить эфиром концентратор пули. Этот револьвер в твоих руках лишь огнестрельная игрушка. Все здесь это знают… Они и тебя подбадривали, зная, что даже если Соровский ошибётся, то максимум, что ему грозит — это сотрясение и огромная гематома в области виска. Убью этих двоих и….

— Мы не на стрельбище, дядя Фёдор. — Взяв за плечи, готового испортить ради меня себе жизнь вояку, активировав контур, я быстро тряхнул Токарева. — И… Жаль, что у меня нет хотя бы пары таких друзей.

— Спасибо, Стасик. Свидимся… когда-нибудь. Если ты конечно от титула не откажешься, тогда….

— Ещё чего! — Возразил я, похлопав по плечу вояку, по дружески обняв.

— Ну, ты чего, княжич, удумал? — Через пару секунд опомнился вояка, упираясь для вида. — Смотрят же…

— Концентрационный проникающий боеприпас накопительного типа. Вот этот… — Держа Токарева за шею, я поднял заряженный барабан снятый у него с пояса. — И прямой способ зарядки.

— Когда ты…?

— А ещё «командующим» называют… — Похлопал я по спине, не побоюсь сказать, «первого своего друга» в этом мире, правда, с суицидальной идиацией. — Так у тебя куртизанку в публичном доме перехватят, за которую уже уплОчено. Ты платил, а «танцевать» другой будет… Облом.

— Стас, ну что ты, правда… Снова «гусаришь». Пообещай, что ты….

— Не собираюсь я умирать, и тебе не советую, дядь Фёдор….Только представь… Следующая жизнь, а ты, вместо крутого вояки — кабачок! А? Каково?

— Какой «кабачок»? — Удивился вояка прищурившись.

— Обычный такой, с глазами. Валяешься и поблЁскиваешь на солнце.

— Типун тебе на язык! — Перекрестился Токарев, с описанной мной ситуации, «около» которой сейчас нахожусь я, попав в этот мир без готового облачения.

— Теперь, когда ты пришёл в себя, дядя Фёдор, слушай мой план… Сплошная радость, пестрота, мелиорация и карнавал — обеспечены.

Несколько минут спустя

— Стас, ты хочешь, чтобы из 99,9 % твоей выживаемости, я уничтожил 0,01 %? После этого не выживет даже чудотворец… Да что там чудотворец….

— Всё верно, дядя Фёдор. Прошу слепо доверится мне, я с самого начала знал что делаю.

— Это жульничество….

— Это не противоречит правилам. — Усмехнулся я.

— Всё равно, жульничество… — Не унимался вояка.

— Жульничеством было то, когда все эти благородные подначивали меня и улыбались, зная, что я иду на смерть. — Сейчас на Токарева, смотрел Айзек, глазами молодого княжича. — После того, как всё закончится они будут несколько раз думать, прежде чем связаться с Мышкиными.

— Это безумие, Стас. — Заключил старый вояка. — Я звоню Ставру….

— Он предпочтёт чтобы сын лишился титула, нежели жизни. Сам знаешь…. Доверься мне, дядя Фёдор.

— Ты и с родовой печатью так говорил… — Недовольно буркнул себе под нос Токарев, с неподдельным чувством обиды. — Пять дней я сидел дома из-за тебя! Пять дней!

— Я знал, что в тебе ещё жив «дух авантюризма». — Поняв, что Токарев уже смирил свой гнев до милости, ко мне начало приходить внутреннее расслабление.

Не надолго. Франт с тростью и цилиндре, который мялся всё это время в стороне, как ещё несколько личностей, ожидая, когда мы пошушукаемся с Токаревым, быстро проследовал к нам.

— Княжич Станислав… — Поприветствовал меня этот персонаж, приподняв шляпу не по моде, подойдя к Токареву, и что-то ему зашептав.

Хронометражем разговора, стало лицо дяди Фёдора, которое каждую секунду меняло своё выражение, стремясь изменить цветность до негатива.

— Всё же я пальну сегодня в кого-нибудь разок… Холера….

Видя моё лицо, Токарев тяжело вздохнув начал объяснять. Прошёлся вояка по верхушкам, но пробрало меня до самых шаров.

— Отличная работа. — Похвалил я неприметного мужчину, к которому если приглядеться, можно было заметить бывшего военного. — Дядя Фёдор, возьмёшь его в штат, без испытательного срока.

— Благодарю, княжич. Командующий…. — Учтиво поклонился франт, говорящий с лёгким иностранным акцентом, уже начал водить глазами по залу, выбирая в каком направление скрыться. — Почту за честь работать на ваш род.

— Личные качества и особые навыки? — Отчеканил Токарев, прибывающий в состоянии называемом «мрачнее тучи».

— Незаметен, наблюдателен, сообразителен, неболтлив, хороший актёр, приспосабливаюсь к любым боевым условиям, социальная инженерия….

— Это что последнее было? Людей в фундамент замуровываешь или пенсионные фонды грабишь? — Прищурился старый вояка, потянувшись рукой к поясу.

— Вы нам подходите. — Поспешил пожать я руку мужчины, дёрнув головой, чтобы он проваливал поскорее.

Про сообразительность этот соискатель не соврал. Слился быстрей, чем я успел спросить, почему он выбрал именно наш род.

— Голова пухнет… — Тяжело выдохнул Токарев, доставая рацию.

— Ничего не предпринимай, дядя Фёдор. — Выдал я, глядя в широко открывающиеся глаза вояке.

— Как ничего? Ты понимаешь, чем это грозит всему роду? Уверен, что эта девчонка не слабительное в бокалы подсыпала. — Токарев хотел повернуться, в сторону толкущейся через два столика от нас Жанне, но я легонько дёрнул его за рукав.

— Дядя Фёдор… Просто забудь об этом. Я со всем разберусь, обещаю.

— Ты представляешь, какой скандал будет, если кто-то из благородных… — Зашептал эмоционально Токарев притянув меня к себе, чтобы никто нас не слышал, но я его перебил.

— Скандала не будет, предоставь всё мне. — С полной уверенностью и знанием дела убедил я дядю Фёдора. — Просто верь мне. Я большего не прошу. Единственное о чём стоит позаботится, это о том, как уничтожить все записи с камер, и сделать это чисто, чтобы концов не нашли. Справишься, дядя Фёдор.

— Справлюсь… — Нехотя сказал старый вояка, тяжело вздыхая. — Ох, чует моё сердце, поубивает нас с тобой Ставр….

— Всё будет хорошо. Займись делом, дядя Фёдор. Остальное предоставь мне. У нас не так много времени.

— Можно к вам? — Тихо пискнула подкравшаяся из-за спины Токарева Анна. — Я не помешаю… Места себе не могу найти….

На девушку было жалко смотреть. Светлая кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок, красные глаза в уголках которых виднелись кристаллики влаги, не выражали ничего кроме ужаса от всего происходящего.

— Аська…ну, ёлки зелёные… — Расстроился Токарев, качая головой и подойдя к девушке обнял её, глада по спине. — Девочка моя, успокойся, ну? Сердце аж сжимается… Всё будет хорошо, не переживай.

— Дядя Фёдор прав. — Поспешил вступить я в разговор, добродушно улыбнувшись девушке, которая не разделяла моего настроения.

— Стас, ну зачем ты… — Всхлипнула Анна, глаза которой выделили новую порцию слёз, не дав договорить. — Не нужно было….

— Потому, что я — княжич Мышкин, а Мышкины своих людей в обиду не дают.

После сказанного, улыбка на моём лице сама собой исказилась, становясь похожей на оскал жнеца, загнавшего свою добычу в угол, чтобы выпотрошить на импланты. — Этот ублюдок, заплатит за каждую твою слезинку, Анна. Тот страх, что испытываешь сейчас ты — мелочи, по сравнению с тем, что я заставлю испытать его. Обещаю.

— …С-своих людей? — Переспросила Анна, приоткрыв рот от удивления, которое остановило катящиеся по её щекам слёзы. — Но ведь он схватил княжну….

— Сделай он этого или нет, к ответу я бы всё равное его привлёк, ведь он посмел обидеть тебя. — Пришлось немного слукавить, ведь, когда Соровский перехватил Анну, перед входим в банкетный зал, я мог его остановить, но не стал этого делать.

Жанна подвернулась случайно, потому что не вовремя подошла, но даже если и так… Анну и Жанну я считаю своими. Не важно, кого бы из них этот скверх обидел, концовка была бы одна и та же. Не люблю, когда моё трогают… С едой так же….

— Так это всё из-за меня? — Судя по голосу Анны, сейчас на подходе была вторая волна истерики. — Вот же дурёха… Зачем я соглашалась? Этого не было бы если бы я….

— Анна, я тебе говорил, что собираюсь умирать?

— Но ведь… Я слышала, как благородные, вон там… — Анна указала в сторону не маленькой, шумной группы мужчин, занявшей центр зала. — Они там ставки делают… Они говорили, что… — девушка шмыгнула носом. — Мне даже противно это произносить. Простите, княжич Станислав… но все благородные чудовища, кроме Мышкиных… Я не знала, что делать, слушая….

— Какое соотношение? — тут же оживился я, а от моего неожиданного вопроса, истерика Анны взяла паузу, сменяясь истеричной задумчивостью.

— Один к семи было, но ставки ещё принимаются. — Вновь шмыгнула носом девушка. — Даже дамы ставят, но….

— И ты не знала, что делать?! — Деланно удивился я, на столько резко всплеснув руками, что Анна напрочь позабыла о своей истерике.

— Нет… — Недоумённо протянула девушка, начиная подозревать, что у меня видимо наступает сумасшествие от предстоящей игры.

— Дядя Фёдор, можешь быстренько отвернуться? Секунд на десять….

— Я лучше пойду, — Токарев сделал многозначительное лицо, дёрнув бровью. — Ты мне тут дел надавал….

С этими словами, старый вояка быстрым шагом отправился на выхода из банкетного зала, а я немного обойдя Анну, выбирая нужный ракурс, чтобы большее количество народа видело мою спину а не её, склонился над ухом девушки.

— Делать нужно было вот что… Вот эта привлекательная попка…

Для того чтобы указать, моя рука скользнула по левой ягодице Анны, которая дёрнулась от неожиданности, и широко открытыми глазами теперь смотрела на меня, не отрываясь.

— …Поддерживаемая стройными ножками, которым позавидовала бы любая благородная княжна, — продолжил я свой рассказ, поглаживая девушку, говоря с лёгким придыханием у самого её уха. — Должна была быстро переместится к счетоводам, и сказать, что глава рода приказал, сделать на самого себя максимально возможную ставку из денег вырученных с аукциона. Моя просьба понятна?

— Д-да, Стас… Я сейчас всё сделаю. — Не сопротивляясь моей ласке шепнула Анна.

— Тогда выполняй, но перед этим, приведи себя в порядок. — Немного отстранившись произнёс я, невинно улыбаясь девушке. — Негоже, чтобы главная жемчужина этого вечера, даже слегка, помутнела. Ты должна блистать.

— Стас, обещай, что ты не умрёшь… — В глазах Анны, начал появляться привычный, живой и тёплый свет.

— Анна, ты веришь в чудеса?

— Иногда… когда замечтаюсь перед сном. — Немного смутившись, произнесла едва слышно девушка, видимо думая, что это вызовет у меня смех. — Так, о глупостях всяких думаю. Особо не верю что, что-то из этого сбудется.

— Тогда сегодня, я покажу тебе маленькое чудо, чтобы ты охотней в них верила. — Подмигнув девушке, которая перестала трусится от страха, как осиновый лист, и немного робко начала улыбаться, я кивнул в сторону выхода. — Счетоводы… И помни мои рекомендации.

— Поняла, — Решительно кивнула Анна, глаза которой сейчас светились благодарностью. — Спасибо, что ты есть, Стас….

Провожаю Анну взглядом, я невольно усмехнулся, вспомнив сказанное ею о благородных.

— «Ирония… Говорить монстру о монстрах…».

Взяв бокал со столика, я направился совершать дефиле по залу. Не бессмысленное, как это делают благородные. Меня интересовали неутешительные реакции присутствующих. Они оказались действительно неутешительными. Своими взглядами, благородные, будто гробовщики, снимали с меня мерки, для «деревянного ящика».

— Мышкин… — Схватила меня за локоть Жанна, когда половина круга по залу была уже завершена. — Скажи, зачем ты это сделал?

— Что «зачем?»… — Впал я немного в несознанку для вида, ведь причиной моей прогулки была именно Жанна.

— Почему ты вступился за меня? — Без прелюдий, сверкая злым и раздражённым взглядом, Жанна тряхнула меня за рукав.

— Может, по тому, что ты рыжая бестолковая стерва, злее чем сотня климаксичек? — с сарказмом ответил я на вопрос немного подвыпившей Жанны, которая всю нашу беседу с Токаревым «заливалась» будто в последний раз у фуршетного стола. — А может, потому, что ты обворожительна и желанна мной, какой бы сукой ты не была. Не знаю, какой из этих ответов выбрать… Какой тебе нравится?

— Теперь неважно, немного тебе осталось, Мышкин. Твоё здоровье, Стас. — Жанна неаккуратно прокинула в себя бокал вина так, что оно потекло по её щеке. — Жалко те….

Моя рука крепко, но не грубо, схватила Жанну за утончённую шею, подтягивая к себе. Скользнув языком от подбородка до уголка её губ, повторяя след красной дорожки, я отпустил зажмурившуюся девушку, замечая уже несколько пар глаз направленных на нас.

— Чего по сторонам зыркаешь… Вику ищешь? Так она ушла… — Усмехнувшись, Жанна тут же нахмурилась, потянувшись к очередному бокалу, но я аккуратно отодвинул её руку от стола. — Сучка… Тихоню из себя изображает, а сама липнет….

— Можно вас? — Подозвал я официанта моего возраста, уносившего пустую посуду.

Быстро нашептав парню, который тут же кивнул, мой вид вновь стал выражать одно сплошное ухо во весь мой рост.

— Ты меня не слушаешь….

— А нужно, Жанн? — Переместившись ближе, я почувствовал то же восхищение, которое испытывал всегда, рядом с этой необузданной дикой кошкой. — И так понятно, что ты ревнуешь меня ко всему движимому и недвижимому.

— Пфф… Вот ещё! Такого придурка, как ты… — Немного повысив голос начала Жанна, но видя, что на неё начали обмачиваться рядом стоящие гости, взяла себя в руки. — Влез, куда тебя вообще….

— Это не глупость, милая Жанна, — С улыбкой произнёс я, скользя взглядом по линиям платья, которое не скрывало ни единого достоинства фигуры девушки. — Не люблю, когда кто-то тянет руки к тому, что я считаю своим.

— Ты говоришь обо мне, как о вещи…

— Об очень красивой, эксклюзивной вещи, штучной работы, при взгляде на которую, начинает кружится голова, которую я никому не отдам и не расстанусь. — После моих слов, Жанна на секунду задумалась, а её рука была готова в любой момент взлететь, чтобы влепить мне пощёчину.

Возможно так бы и случилось, если бы не вернулся официант, который протянул мне небольшой поднос с тем, что я заказывал.

— Благодарю, а остальное?

— Всё выполнили, княжич Станислав. — Кивнул парень, и посмотрев украдкой на Жанну тихо, ободряюще хмыкнул, после чего удалился.

— Идём. — Кивком я указал на лоджию.

— Вот ещё! — Девушка сложила на груди руки, притопнув каблучком. — Я не….

— Жанна, ты кое-что забываешь… Я не спрашивал у тебя твоего согласия. — Решил внести напоминание в «записную книжку» княжны. — Ещё живой, как видишь… И танцую лучше Соровского…. У тебя будет возможность это проверить. Не задерживайся, не так много времени, а мне с тобой «поиграть» хочется… Может, в последний раз.

Фыркнув в своей манере, Жанна вместо того, чтобы зло выбивать дробь каблуками по кафелю, нарочито медленно проследовала в указанном её направление.

— «Вот же бестия рыжая…»

Зная, что мой взгляд сейчас направлен только на неё, Жанна шла так, будто дефилировала по подиуму, что называется «от бедра», не смотря на хмельное состояние.

Выждав чуть меньше минуты, пройдя по краю зала, чтобы избежать лишних глаз, подойдя к автоматическим дверям лоджии, которые отворились предо мной, я вошёл внутрь.

Помимо Жанны, которая сверкая глазами стоя по центру, справа была пожилая пара аристо, фамилию которых я не знал. На то, что дверь открылась, пара не обратила ни малейшего внимания. Видя ехидный взгляд девушки, демонстративно сбросив с себя галстук, я подошёл к пожилым влюблённым. Перемолвившись со мной несколькими словами, они поспешили удалиться с лоджии.

— Что ты им сказал? — Немного удивилась Жанна, приподняв бровь. — Угрожал?

— Как же плохо ты обо мне думаешь, Жаннет. — Поставив поднос на столик стойку, который я попросил сюда заранее принести, чтобы освободить себе руки, вилка для устриц с подноса оказалась в моей руке. — Ещё бы они не свалили, ведь я им пообещал, что сейчас в зале будет происходить бесплатная лотерея двух оставшихся лотов с аукциона.

— Так, зачем мы здесь? — Оформив сказанное мной в своей голове поинтересовалась Жанна. — Предупреждаю, чтобы ты не надеялся на все задуманные тобой гадости…

— Подержи. — Без лишних объяснений, взяв поднос со столика, я вручил его Жанне, взяв в руки предмет мебели.

Подойдя к углу лоджии, прыгнув на столик, я свернул шарнир камеры, под удивлённым взглядом Жанны. Отгибая один зуб у вилки, чтобы сделать клин, прихватив с собой кусок фольги оторванный от оформления композиции для подачи устриц, плюнув на него приклеил его к дверному датчику. Вилка вошла в наличник правой двери, заклинивая ход створок, связанных между собой передаточным ремённым механизмом.

— Теперь, нам никто не помешает… — Удовлетворенно произнеся это, я сбил с рук несуществующую пыль, направляясь к Жанне, которая сейчас стояла в лёгком шоке от происходящего, продолжая держать поднос. — Благодарю….

Поцеловав Лисицыну на столько жарко, что у меня у самого закружилась голова от похоти и бьющего оргона, не отрываясь от губ княжны, переняв поднос, направился к столику, оставшемуся в углу.

— Устрички…С потенцией…

— Жанна, мне вилка была нужна и фольга. — Не оборачиваясь сказав это, я поставил на столик поднос, вытянув из ведёрка бутылку шампанского. — И эта замечательная ленточка на бутылке, но больше всего, мне был нужен лёд.

Взяв тару, что использовалась для декора и охлаждения бутылки, развязав бант одним движением, я направился к Жаннет, которая с недоумением смотрела на меня всё это время.

— Мышкин, я не знаю, что ты задумал, но я против! Я тебе уже сто раз….

Не интересуясь окончанием речи Жанны, которая и так была мне известна, я ещё раз поцеловал её. То ли алкоголь, то ли тот факт, что Лисицина уже меня похоронила в мечтах, сыграли свою роль, но она не сопротивлялась, как это бывало обычно. Более того, Жанна на столько забылась, что даже не расстроилась, когда её клатч упал на пол, соскользнув с плеча.

— Мышкин, ты с дурью, ей богу… — Раздражённо произнесла Жанна, отталкивая меня. — Смотреть на тебя противно.

— Так не смотри… — Спокойно сказав об этом лента легла на глаза Лисицыной, которая тут же захотела её скинуть. — Руки убрала, и стой смирно….

— Мышкин, ты ведёшь себя не лучше ублюдка Соровского.

— Верно, Жаннет, я хуже. — Завязав девушке глаза, мои руки прошлись по плечам Жанны снимая с них груз лямок платья, верх которого тут же сполз. — Не думал, что ты начнёшь о вопросах марали разговаривать. Расстегни….

— Ты на столько никчёмный, что с застёжкой лифчика не можешь справиться? — Попыталась съязвить Жаннет.

— Могу, просто я получаю удовольствие, глядя на то, как ты делаешь это сама.

— Извращенец… — С более низким градусом злобы, чем обычно, заявила Жанна, заводя руки за спину, начиная расстёгивать крючки.

Быстро справившись с моим поручением, княжна недовольно сопя стянула лиф, небрежно бросив его на плоское перило, что проходило через всю лоджию на уровне пояса.

— Доволен? — Призывно спросила девушка с красной лентой на глазах, притопнув ножкой.

Вместо ответа, подведя вплотную к Жанне своё лицо, чтобы она почувствовала моё дыхание, я поцеловал девушку, наслаждаясь нежностью её губ.

— А как же использовать на мне свою технику? — Игриво поинтересовался я, прервавшись, чтобы освободить руку, в которой держал небольшое ведёрко со льдом.

Не отпуская Жанну я водрузил его на перило рядом с лифом, оперев край на стекло, чтобы она не упало. Лёд мне ещё понадобится.

— Ты мне глаза завязал, гений. — Последнее слово в этой фразе явно носило негативный контекст суды по интонации. — Нужно несколько видов контакта, помимо тактильного, зрительный контакт…

— Кстати, об этом. Один момент….

— Зачем ты… — Мои губы закрыли Жанне рот, не дав договорить, но через несколько секунд, воспользовавшись паузой, девушка всё же высказала. — Мышкин, зачем ты разделся? Ты хочешь меня прямо здесь… Остановись, мы на такое….

— Размечталась… Штаны пока на мне. — Игриво сказал я, чувствуя, как твердеют соски на груди девушки, которая сейчас была прижата ко мне. — Ты ещё не заслужила, Жаннет. Ведёшь себя плохо….

— Подонок. Да мне вообще не сдалось с тобой…мх….

— Будто из мармелада сделаны. — Поделился я своими наблюдениями поигрывая с левым соском, теребя его в своих пальцах, слегка сжав, от чего Жанна издала тихий стон.

— Туда нельзя… — Сквозь сжатые губы выпалила девушка, почувствовав, как моя левая рука, движется к низу живота.

— Я не спрашивал твоего разрешения.

— Мышкин, ты скот. — Сдерживая поднимающийся из груди стон, произнесла Жанна, сквозь сжатые зубы, дёрнувшись всем телом, когда моя рука нырнула в разрез платья, а пальцы уже достигли места назначения, и теперь нежно гладили девушку.

Через несколько секунд, Жанна бросив сопротивляться уже двигалась в такт моим движениям, от чего ещё больше начала возбуждаться. Не меньше возбуждён был и я сам, чувствуя, как упругие соски девушки трутся об моё тело. «Дружок» уже давно просился наружу, пытаясь вырвать молнию штанов, а беснующийся внутри оргон вот-вот должен был повалить из ушей. Как бы не нарушить слова, ранее сказанные мной же… Тяжеловато трезво мыслить, когда держишь в объятиях такую горячую девушку, как Жанна.

— Я сейчас… Больше не могу, терпеть.

Чувствуя, что Жанна не врёт, прекратив ласки, слившись в поцелуе с княжной, я приподнял её, усаживая на перило. От неожиданности, девушка ойкнула, обхватив меня ногами.

— Дурак, что ты делаешь? — C лёгкой раздражением и разочарованием в голосе буркнула Жанна, немного поёжившись от того, что прикоснулась спиной к прохладному стеклу. — А если треснет, и я вниз улечу?

— Жанн, это стекло почти два сантиметра в толщину. Не бойся. — Поспешил я успокоить девушку, взяв из ведра кубик немного подтаявшего льда. — Не будем тратить время на разговоры, лёд уже таять начал. К тому же мой рот будет пока занят….

— Что ты задумал, извр… Ах!..щенец?

Лаская правую грудь Жанны, которая была чувствительнее, чем самое дорогое пианино, я сжал кусочек льда в зубах.

— Пальцы холодные… — Пожаловалась Жанна, после чего выгнулась издав сдавленный стон, когда к обжигаемому жаром моего дыхания соску, прикоснулся лёд.

От этого всё тело девушки покрылось мурашками, а её ноги ещё сильнее сжали меня, крепче прижимая к себе.

— Стас, прекрати… Я…Я больше не могу этого выносить.

— Я делаю тебе больно? — Вкрадчиво спросил я, выпустив из зубов кусочек льда. — Нет, конечно, если ты хочешь, то я прекращу это прямо сейчас.

— Я…Да, то есть нет, не знаю… — Начала заговариваться Жанна. — Мне вообще нужно тебе кое-что сказать. Я сделала нечто ужасное, не хотела этого делать… но когда эта сучка с тобой любезничала, а ты ей улыбался, на меня что-то нашло. Я подсыпала в несколько бокалов яд, чтобы скомпрометировать ваш род… Зачем я вообще его взяла у Драгунова.

— Всё нормально, Жанна. Не беспокойся об этом. — В который раз за сегодня, я нежно поцеловал девушку, усмехнувшись тому, что из под ленты, показалась пара прозрачных капель слёз. — Сделай ты это или нет, исход был бы всё равно один. Ты думаешь Драгунов не подстраховался?

— Что ты имеешь в виду? — Тихо спросила Жанна, шмыгнув носом.

— Я уверен, что ещё несколько человек, что находятся в зале, получили такое же указание от него. — Моя рука пригладила волосы Жанны, а большой палец смахнул выступившую слезинку со щеки девушки. — Сделай ты это или нет, ничего бы не поменялось. Сейчас, мне приятно от того, что в тебе нашлась смелость признаться в своём неверном поступке.

— Вовсе нет…Пфф… — Фыркнула Жанна, приподнимая повязку, с лёгкой злобой глядя мне в глаза. — Считай, что это из благодарности за то, что вступился за меня. Может удастся ещё что-то предпринять….

— Боюсь, что уже поздно что-то предпринимать. — Пожал я, плечами, погладив по щеке девушку. — Но ты сделала верный выбор. Я доволен тобой, Жаннет. Ты не безнадёжна, как я думал.

— Ой, всё… Принц херов, сейчас расплачусь, и на шею к тебе прыгну…

— Жанн, так это… Ты меня уже обнимаешь, в том числе и ногами. — Поспешил я напомнить девушке, потыкав пальцем в одну из рук, что сейчас обнимали меня за шею, и которые тут же меня отпустили.

— Это… чтобы…. когда стекло лопнуло утащить тебя вместе с собой! — Заявила Жанна, сверкая глазами в которых сейчас бушевала гамма чувств. — Не смотри на меня с таким обожанием… Мышкин….

— Ты просто потрясающая женщина, Жанна… — Прошептал я тихо, притягивая Лисицыну к себе, страстно целуя.

— А ты… Извращенец! Бесишь… — Зло буркнула Жанна, толкнув меня в грудь, после поцелуя. — Опять из-за тебя в мокром белье придётся ходить… Скотина.

— О! С «ненавижу», мы перешли на стадию «бесишь». — На моих губах появилась довольная улыбка. — Прогресс… Жанн, хотел спросить, а ты когда сегодня ночью будешь мастурбировать в своей кроватке, будешь меня представлять?

— Фу… Пошляк… — Демонстративно отвернула голову в сторону Жанна, мотнув гривой рыжих волос, от чего её грудь маняще качнулась.

— Жанна, не хотел бы тебе этого говорить, — проглотив слюну, начал я, не сводя взгляда с идеальной груди девушки. — Но нам пора приводить себя в порядок… Игра скоро начнётся.

— Уже поняла, мог бы и не напоминать. — Недовольно прыснула сквозь зубы Жанна, которую я аккуратно снял с перила и поставил на пол.

— Удачи мне не пожелаешь? — Елейно спросил я, чтобы нарушить возникшую тишину, пока мы одевались.

— Зачем? Таким сволочам как ты, смерть не страшна. Она их стороной обходит.

— И то верно, — Не стал отрицать я, ни чуть не обижаясь на слова девушки….

Десять минут спустя

Площадь перед дворцом культуры

Выйдя из высоких двустворчатых дверей центрального входа на ковровую дорожку, я присвистнул. Пятачок перед дворцом уже был расчищен от машин, а толпа благородных равномерно распределилась по его границам, словно коршуны, ожидающие падали.

Чтобы не разочаровывать зрителей, я поспешным шагом преодолел ступени, и войдя внутрь образованной зоны, решил обратиться к собравшимся.

— Прошу прощения дамы и господа, что заставил ждать. — Извинившись, как это подобает человеку в культурном обществе скрытых людоедов, рука махнула Токареву, который сейчас стоял вместе с Анной, рядом со зрителями.

Следуя моей прихоти, дядя Фёдор и Анна направились ко мне. По их лицам было видно, что они сейчас шагают будто по битому стеклу босиком. Переживают, а зря. Исход уже предрешён….

— Я уже думал, ты в бега подался, Мышкин. — Послышался сзади голос Анатолия, который приближался ко мне в обществе своего отца.

Не в силах сдержать своего довольствия, Соровский старший скалился, будто скверх на мессе, упиваясь мыслью о моей скорой смерти, но стоило мне взять протянутый Токаревым пистолет, как его лицо стало настороженным. Видимо смекнул, что лучше не шутить с человеком у которого в руках ствол.

— Господа, — Крикнул я, вновь обращаясь к гомонящей толпе. — Мне нужно пару добровольцев, разбирающихся в оружие, чтобы его проверили на пригодность для состязания.

Через пару секунд, добровольцы нашлись. Одним из них стал Ермолов. Я думал, что вторым будет ректор, но ошибся. С противоположного края, вышла женщина лет тридцати пяти на вид, в пышном платье, с эффектной, сложной, но очень красивой причёской. Благодаря аукциону, я знал, кто это. Слова этой женщины ни у кого не вызовут сомнений.

— Аврора, услада очей моих…. — Расплылся в улыбке Виктор, поправляя усы, задержав свой взгляд на тонкой талии, стянутой корсетом.

— Избавь меня от своих сладких речей, старый бабник. — Улыбаясь белозубой улыбкой пропела женщина, правая половина лица которой была изрыта следами от шрапнели.

Не смотря на увечье, дама была всё равно красива, с какой стороны не посмотри.

— Всё так же остра на язык, Невская. — Усмехнулся себе в усы Ермолов, озорно поглядывая на командира личной гвардии императора. — Когда ты сведёшь со своего прекрасного лица это непотребство? А?

— Боевые шрамы, это своего рода ордена, Виктор. — Голос Авроры был на столько прекрасен и имел какие-то неведомые гипнотические нотки, что мне показалось, как мои уши кто-то ласкает. — … А смерть молодых, как стакан спирта на морозе выпить залпом… Оружие…

Повинуясь этой женщине, я протянул ей оружие Токарева. Покрутив его в руках, осмотрев барабан, женщина довольно хмыкнула, с одобрением посмотрев на старого вояку.

— Гибрид РШ-14, с расширенным барабаном на десять зарядов, двусторонним акселератором и смешанным типом спуска. — Выдала короткую справку Аврора, кивая головой. — Командующий, у вас определённо есть вкус. Уважаю ваш выбор.

— Благодарю за комплемент, княгиня Невская. — Вежливо поклонился Токарев, на морщинистых щеках которого проступил румянец гордости от сказанного Авророй.

— А ну, дай посмотреть. — Ермолов требовательно протянул руку. — Хорошее оружие… На барабане нет ни меток, ни следов, отверстия камор прикрыты. — Вояка крутанул барабан. — Всё отлично! Оружие полностью подходит для игры.

Возвращая мне пистолет, Ермолов легонько шлёпнул ладонью по моему плечу, и сказав короткое «Жаль…», направился на своё место в толпе, следуя примеру княгини Невской.

— Раз все условия соблюдены, начнём пожалуй? — Зычным голосом крикнул я, принимая пулю от Токарева, вкладывая её в пустой барабан револьвера, захлопывая защёлку и производя ручной взвод курка. — Готов, Соровский?

— К твоим услугам. — Предвкушая мою смерть, произнёс Анатолий, наблюдая, как я кручу барабан об рукав.

— Тогда, начинаем. — Закончив подготовку, я упёр пистолетный ствол себе в висок.

— Титул или Жизнь? — Крикнул Соровский игровую фразу. — Что ставишь на кон?

— Жизнь, разумеется. — После сделанного выбора, мой палец нажал на спуск.

Последовал ожидаемый щелчок, а я с усмешкой протянул револьвер Соровскому, который небрежно взведя курок, упёр ствол себе в висок.

— Прежде, чем я задам тебе вопрос, хочу кое-что сказать. — Мои губы растянулись в злой, торжествующей улыбке. — Пуля, что сейчас находится в барабане, концентрационного типа, и была заряжена эфиром Токарева. — Я указал на дядю Фёдора, стоящего от меня в стороне. — У тебя, как и у меня — ни единого шанса выжить, но это лишь начало… «Титул или Жизнь»! Что ставишь на кон!?….

Глава 19

— Княжич Соровский! — Голосом не хуже, чем у портового зазывалы из нода, обратился я к здоровяку. — Не слышу вашего ответа! Господа ждут….

Теперь, жалко было смотреть на княжича, который стал белее мела, а по его руке пошла дрожь. У папеньки Соровского случился лицевой паралич, сопровождаемый дрожью в коленях. Того и гляди, начнёт откладывать кирпичи в штаны, которые тут же будут обжигаться при выходе с формовки. Видя это, я дал знак Токареву, после чего улыбнулся стоящей рядом с ним Анне, которая с замиранием сердца, не дыша, наблюдала за происходящим.

— Господа и дамы, что по правую сторону от княжича Соровского, советую уйти вам с линии огня. — Может случится непоправимое. — Вроде вот этого….

После моих слов, Токарев поднял над головой концентрационный боеприпас, зажав его в пальцах. Вспыхнув фиолетом от отдаваемого Токаревым эфира, критическая масса которого превысила ёмкость концентратора пули, произошла детонация пороха в гильзе. Ярко-синий трассер, шириной в человеческую ладонь, расчертил ночное небо идеально ровной полосой.

— Это возмутительно! Господа! — Заверещал раненым в брюхо скверхом Владимир Соровский, тряся кулаками и тыча в меня пальцем. — Это жульничество! Натуральное жульничество!

Со всех сторон поднялся гул, будто в пчелином улье. Мнения присутствующих явно были не однозначными, а я немного забеспокоился.

— Отставить полемику! Никакого жульничества я здесь не вижу! — Прогремел возмущённый командный рык Ермолова, который явно воспользовался какой-то магией, потому как вибрация от его голоса пошла даже по асфальту у меня под ногами. — Игра «Титул или Жизнь» пошла от «Русской рулетки», благородной игры офицеров. Иногда два офицера заключившие между собой пари, обращались к своему командующему, чтобы он своей магией зарядил концентрационный боеприпас, если игра велась гибридным оружием. Данный припас является для этого оружия стандартным, как и огнестрельный. Любой учебник по стрелковому делу откройте. Аврора, что думаешь?

— Полностью согласна! — Чарующий голос Невской не сотряс асфальта, но был слышен на всю площадь. — Сама хотела предложить произвести прямую зарядку боеприпаса, чтобы сравнять шансы.

— Это немыслимо! Я буду жаловаться….

— Ваше право, Владимир из рода Соровских. — Вновь вступил в разговор Ермолов. — Можете жаловаться хоть самому императору. Хотите, я передам ему вашу письменную жалобу? Слово чести! Вручу её лично в руки нашему самодержцу, но только, после окончания игры. Продолжаем!

— Титул или жизнь? — Жёстким громким голосом спросил я ещё раз, чуть тише добавляя. — Ты можешь прямо сейчас публично отказаться от титула, и тогда всё это….

— Жизнь! — Крикнул Соровский на всю площадь, нажимая на спуск.

Пистолет издал лишь щелчок, не произведя выстрела, а княжич покрываясь испариной, подрагивающей рукой протянул его мне.

Не давая ему расслабиться, стоило пистолету оказаться у меня, я взвёл курок, и без лишних слов приставив к виску нажал на спуск. Услышав ожидаемый щелчок, протянул его обратно, не успевшему перевести дух Анатолию.

— Сын, откажись…. — Соровский старший схватил за рукав пиджака своего отпрыска и начал трясти. — Чёрт с ним, с титулом…я всё равно…

— Как трогательно… Быстро удалось стереть улыбки с ваших надменных лиц. — Меня было уже не остановить. — Возьми оружие, Анатолий. Господа — занятые люди, негоже заставлять их ждать. Ну?! Взял!

Получилось ни как у Ермолова, но парочка Соровских аж вздрогнула, когда я на них прикрикнул. Дрожащей рукой Анатолий потянулся за пистолетом. Соровский старший хотел ему помешать, но Толик его отодвинул локтем, взяв у меня оружие.

— Титул или жизнь? — Громко спросил я, добавляя. — Если выберешь «Жизнь», то советую попрощаться с отцом.

— Говоришь, будто знаешь… Ты блефуешь. — В глазах-угольках Анатолия появился злой азарт безысходности. — Ты специально хочешь, чтобы я отказался от титула. Я тебя просчитал….

— С отцом попрощайся, счетовод х*уев. — Мрачно сказал я, понимая, что выберет Анатолий, ведь именно к такому выбору я его подталкивал своими словами.

— Жизнь! — Крикнул княжич Соровский, нажимая на курок.

Вспышка возле виска, звук взрыва пороховых газов, а эфирный росчерк, с гулом разрезав воздух, ушёл в лестничный марш дворца культуры, пробив дыру в ковровой дорожке. Тело, без верхней части головы, обмякнув, безвольной куклой шлёпнулось на асфальт.

— Смерть… — Тихо сказал я, слушая тишину и улыбаясь, начавшемуся редкому дождю, запрокинув лицо вверх.

Почувствовав первые капли на своём лице, я опустил голову, наблюдая, как над телом сына, встав на колени плачет Соровский, открыв рот в немом крике. Токарев, глядя на всё это, неверующими глазами смотрел на меня, поглаживая по голове уткнувшуюся ему в грудь Анну, которая не выдержала кровавого зрелища.

— Тебе повезло! Почему именно тебе?! — Соровский старший, оказался передо мной, и схватив за ворот пиджака начал трясти. — Он не должен был умереть! Не должен! Ты….

Соровский оторвал меня, как пушинку от земли. Чёрная стрела, раздвинув охнувших благородных, метнулась в нашу с Владимиром сторону, взметая вверх поднявшуюся стеной влагу с асфальта.

— Руки убрал от моего сына. — Холодно произнёс Ставр, а я кажется услышал, как хрустнули кости руки Соровского, за которую взялся глава рода Мышкиных. — Лучше со своим попрощайся, Владимир.

— Тебе повезло! Всего лишь повезло! — Визжал Соровский, поставив меня обратно на асфальт.

Завывая от горя, волоча руку, Соровский постаревший в миг на десяток лет, вновь направился к телу Антолия.

— Сын, нужно поговорить. — Холодно произнёс Ставр, желая увести меня в сторону, но я сбросил его руку.

— Один момент, отец. Это не займёт много времени.

Медленно проследовав к телу Анатолия, над которым опять склонился Соровский, я забрал пистолет разжав пальцы и двинулся обратно к Ставру и Токареву, которые сейчас стояли с хмурыми лицами.

— Дядя Фёдор, нужно стервятников покормить. — Рука требовательно потянулась к вояке, который вложил в неё заряженную пулю.

— Это что? — Поинтересовался Ставр, глядя как я извлёк единственную гильзу из барабана.

— Демонстрация того, что с нашим родом шутки плохи… — Вложив новую, я крутанул несколько раз барабан об рукав, громко крикнул. — Четыре!

Вновь поднимающийся гул тут же стих, а множество недоуменных глаз, устремилось на меня, когда ствол вновь лёг к моему виску.

— Раз! — Крик, и мой палец нажал на курок. — Два! — снова щелчок. — Три! — И опять щелчок.

Всё это время ствол лежал на моём виске, а я с ухмылкой наблюдал за тем, как расширяются зыркала собравшихся. Проорав «Четыре», ствол был направлен вверх, а палец нажал на спуск. Произошёл выстрел.

— Ещё один патрон, дядя Фёдор. — Попросил я, выкидывая пустую гильзу на асфальт.

Получив от мрачного и белого Токарева новый боеприпас, вложил его в барабан, который крутанул несколько раз о рукав пиджака.

— Два! — Вновь раздался мой крик, а ствол снова лёг к моему виску, после чего прозвучал щелчок. — Раз!

Пистолет был снова направлен вверх, а на мой крик «Два», прозвучал ещё один выстрел. Закончив выступление, я вернул пистолет Токареву.

— Теперь, почти всё. — После этих моих слов, повисла немая пауза. — Финальная сцена.

Молчали не только Ставр, Токарев и Анна, но и все благородные. В этом молчании начал отчётливо слышаться приближающийся вой сирен.

— Анна, накладная на заклад тотализатора у тебя? — Спросил я бледноватую девушку, прибывающую в своих мыслях, смотрящую перед собой.

— … Д-да, княжич Станислав. — Не сразу ответила девушка, выходя из задумчивости.

— Поспеши забрать наш выигрыш, потому, что через пару минут это будет сложно сделать. — Посоветовал я, уже предчувствуя, что здесь начнётся.

— Поняла. — Кивнула девушка без лишних вопросов, быстро направляясь к толпе гомонящих князей, где уже во всю трудились счетоводы княжеского совета.

— Отец, что с мамой? Она в порядке? — Спросил я хмурого Ставра, который стоял и тихо офигевал, при этом, сохраняя невозмутимое выражение лица.

— Да, Стас. С ней всё хорошо, пара царапин, но она в норме. — Лаконично описал положение дел глава рода. — А теперь ответь, что здесь происходит?

— Отец, так сразу и не ответить. Рассказ долгий получится. — Честно признался я ничуть не покривив душой. — Началось всё с того, что Анатолий Соровский обидел Анну… Мы немного «поиграли». Последствия ты видишь.

— Ты долго думал, когда решился на это? — Вкрадчиво спросил глава рода понижая голос.

— Осуждаешь?

— Пока не знаю. — Признался Ставр, а его взгляд стал чуть мягче, указывая на Соровского. — Не хочу быть на его месте из-за твоего безрассудства.

— Это не безрассудство, отец, уверяю. Исход был предрешён с самого начала. Сам видел. — Пожав плечами, замечая скепсис в глазах Ставра, решил пояснить. — Я мог крутануть барабан револьвера так, что он выбыл на первом ходу, сам видел.

По логике, следующий вопрос Ставра должен был вывести меня на рассказ, как я это делаю, но его не последовало.

— Генерал от инфантерии, рад приветствовать… — Слово «Вас», договорить глава рода Мышкиных не успел из-за того, что этот огн пару раз похлопал Ставра по спине, своей «лапкой», похожей на ковш экскаватора.

— Давай без этого, я отдыхаю. — Буднично сказал Ермолов, ещё пару раз хлопнув по плечу моего батю. — Достойную замену себе воспитал, Ставр. У меня к тебе разговор есть. Давай отойдём.

— Да, Виктор Алексеевич.

— Просто Виктор, мы без галстуков. — Басовито засмеялся вояка, уводя моего предка в сторону. — Есть деловое предложение….

Дальше я не услышал, но стало не по себе. Идти в адъютанты скверх не улыбался в 43 зуба. Мне и на гражданке хорошо, а поверх гражданки, особенно красивой — ещё лучше! Есть только один плюс в армейской службе императору — снятие всех наложенных на род взысканий, вот только, служить до пенсии я не горю желанием.

— Что им здесь нужно? — Удивился Токарев, глядя на экипаж имперской полиции.

— Не знаю.

Пожав плечами, я стал следить за происходящим. Вышедший из автомобиля офицер, в сопровождении двух сержантов, мужчины и женщины, одетых по форме, глядя в бумаги, двинулись по толпе, без каких-либо объяснений.

— Кого-то ищут… — Понизив голос вынес свой вердикт Токарев. — Вон, даже на труп не взглянули.

— Ты прав, дядя Фëдор. — Согласился я, когда эта тройка остановилась рядом с Жанной. — Подожди, схожу посмотрю.

Видя, что между княжной и законниками завязался разговор, решил поспешить, чтобы ничего не пропустить.

— Княжна Жанна, прошу вас не оказывать нам препятствий… — Услышал я, подходя к этой процессии. — У нас есть все документы. Это не займёт много времени.

— Я не буду говорить с вами без родового юриста. — Надменно заявила девушка, но судя по подергиванью руки, которая вцепилась в клатч, Жанна сильно нервничала.

— Господа полицейские, доброго вечера. Исполняющий обязанности главы рода, княжич Станислав Мышкин, организатор этого мероприятия. — Сразу решил представиться, навешав на себя побольше регалий. — Могу я узнать, что здесь происходит?

— Можете, княжич. Из службы безопасности дворца культуры поступило сообщение о подозрительных действиях княжны Лисицыной. У нас есть постановление дежурного прокурора, разрешающее провести досмотр княжны, и её личных вещей.

— Разрешите взглянуть? — Пробежавшись взглядом по пёстрому бланку, я вернул его офицеру, после чего обратился к Жанне, пожимая плечами. — Княжна Лисицына, все документы в полном порядке. Господа в своём праве и имеют все полномочия. Не создавай им препятствий. Уверен, что это недоразумение.

— Ненавижу… — Прыснула сквозь зубы Жанна, испепеляя меня взглядом, в котором сейчас проносилась вся её жизнь, протягивая побелевшими пальцами клатч сержанту. — Не думала, что ты на столько….

Девушка замолчала, отведя взгляд, глядя как мужчина открыл сумочку, и рассматривает его содержимое.

— Поднимите пожалуйста руки, княжна. — Обратилась женщина в форме, начиная ощупывать руками тело побледневшей девушки, которая молча глядела перед собой.

Процедура заняла не больше двадцати секунд. Ничего не найдя подозрительного, сержант вернул Жанне клатч.

— Приносим свои извинения за доставленные неудобства, княжна Жанна. Всего доброго. — сказал офицер, коротко поклонившись, и махнув рукой сержантам, отправился восвояси.

— Почему… Как? — Пришла в себя через несколько секунд Жанна, огромными глазами глядя на меня.

— Потому, что ты моя, — Подойдя к девушке, я погладил её по руке, слыша приближение новой волны сирен. — А «Как?», тебе лучше у Михаила сбросить, но ты уже сама обо всём догадалась.

— Драгунов, мразь… — Сквозь зубы прошипела Жанна, после чего шумно выдохнула, вновь обращаясь ко мне. — Это ты вытащил из сумочки пузырёк?

— Да, когда мы были на лоджии. — Не стал скрывать я очевидного факта. — Подозревал, что подобное может произойти, вот и решил перестраховаться, чтобы обезопасить тебя. Ещё записи с камер попросил уничтожить.

— … Спасибо, Стас. — Тихо сказала девушка опустив взгляд. — Но ты все равно редкостная скотина.

— Какой есть. Не выпрашиваю благодарности. — Пожав плечами, я наблюдал, как к площади стягиваются машины разных служб.

— Что происходит? — Тихо спросила Жанна, вопросительно глядя на меня, замечая отсутствие у меня удивления. — Скорая, ЦКЗ, Антитеррор… Журналисты! Зачем они все здесь?

— Идём, посмотрим. — Улыбнувшись, я подставил локоть Жанне. — Разрешите вас сопроводить, княжна?

— Только сегодня. — Величаво ответила Жанна, уже полностью восстановившая спокойствие духа, взяв меня под руку.

Стоя на ступенях Петроградского дворца культуры, мы наблюдали за творящимся хаосом. Дюжине благородных стало плохо, инфекционисты из ЦКЗ кричали в громкоговорители, выясняя, есть ли у кого признаки отравления биологическим оружием, и просили подойти к машине. Бойцы Антитеррора которым дозволено принимать беспрецедентные меры, уложили на асфальт Соровского старшего, и теперь шмонали его без особого пиетета перед титулованным лицом.

— Это же… — Жанна широко открыв глаза, лишь хлопала ресницами, потеряв дар речи, когда из кармана пиджака главы рода Соровских извлекли цилиндрический пузырёк. — Мышкин, ты страшный человек.

— А Мышкин что? Мышкин ничего… Мой род пострадал… — Сделав обиженное лицо, я наблюдал, как бойцы Антитеррора пакуют Владимира. — Не биологическое оружие конечно, но когда сравнят с той дрянью, что в крови потерпевших, это будет совсем уже неважно. Нужно будет сформулировать прошение в совет князей, о возмещении морального вреда роду Мышкиных, как пострадавшей стороне от действий рода Соровских.

— Беру свои слова обратно… ты монстр.

— Монстр, — не стал отрицать я, широко улыбаясь, положив руку на ягодицу Жанны. — Но хочу заметить, очень обаятельный монстр.

— Пфф…Не льсти себе. — Фыркнула девушка, хлопнув меня по руке. — Вынуждена откланяться, приём так себе, скука смертная… До понедельника, Мышкин. Можешь посмотреть мне вслед.

Как-то странно на меня взглянув, Жанна зашагала вниз по ступеням, соблазнительно виляя бёдрами, прекрасно понимая, что я за ней наблюдаю.

Знай бы она, что анонимный звоночек на её шалость — это не работа Драгунова, а моя, то так бы не старалась вилять своим сладким задом. Теперь посмотрим, как Телескоп объяснит Жаннет, что он не лысый и подлый скверх, захотевший подставить свою подружку.

— Наблюдатель, за наблюдателем… — Тихо сказал я, косясь краем глаза на странного типа, с правой стороны от ступеней.

Пока мы стояли вместе с Жанной, наблюдая за происходящим у дворца культуры, молодой загорелый мужчина с собранными в хвост кучерявящимися чёрными волосами, внимательно следил за нами всё это время.

Желая выяснилось, что этот тип из себя представляет, я активировал окулус. По спине поползли мурашки. Южанин оказался не магом, как ожидалось. Организация духовного тела была отлична от моей, но он был адептом чистоты, как и я. Сказать, что меня это потрясло, это не сказать ничего. Увиденное тут же уничтожило веру в собственную исключительность. Не думал, что кто-то в этом мире способен оперировать оргоном. Ближайшие несколько минут мы с интересом разглядывали друг друга. Он просто смотрел на меня, а вот я — хотел понять принцип странной организации его облачения. Прогресс был высок. Каждая часть духовного тела была покрыта вязанками со странной структурой петель, но резервуар отсутствовал как таковой. Все элементы облачения незнакомца использовали оргон самого низкого класса, который сосредотачивает обычное веретено.

— Стас… Стас, с тобой всё в порядке?

— А? Что? Д-да….

Мотнув головой, обнаружил, что передо мной стоит Анна, которая незаметно умудрилась подойти ко мне, а я ни сном ни духом.

Я всего лишь на секунду отвлёкся на Анну, но то место, где стоял адепт уже пустовало, будто там никого и не было. Пробежавшись окулусом по толпе, и не обнаружив мужчину, я повернулся к мнущейся передо мной Анне.

— Я выполнила твоё поручение. — Девушка показала сумочку битком набитую закладными, до такой степени, что разошлась клипса молнии.

— Отличная работа, аукционист рода Мышкиных. Уже забрала свои комиссионные?

— Какие комиссионные? — Захлопала ресницами зеленоглазая красотка, которая явно только что подкрасилась, прежде чем подходить ко мне.

— Те, что тебе положены. — Видя, что меня всё ещё не понимают, решил пояснить. — Пять процентов от сбора всегда уходят аукционисту. Нам с тобой по 2,5 процента положено. И со ставок, десять процентов лично от меня, на новую сумочку. Анна… Только в обморок не падай, а то тебя немного качает….

— Стас, это огромные деньги. Я не могу их принять. — Серьёзно заявила девушка, качая головой. — Ваш род и так для меня много сделал.

— Добавил тебе несколько седых волос, и заставил испытать всю годовую гамму эмоций за один день? — Усмехнулся я, погладив по плечу девушку.

— Нет, Стас, я не об этом. Когда бы я ещё побывала на светском приёме, среди такого количества благородных особ, в шикарном платье и дорогих украшениях, не в качестве прислуги, а такого же гостя, как и они сами? Спасибо вам за эту маленькую сказку….

— Милая моя, Золушка, — Начал я, подняв из памяти княжича одну очень популярную сказку. — Когда часы пробьют полночь, золотая карета превратится в тыкву, а денежки, наколдованные не из арбузных семок, а отпечатанные Имперским монетным двором — останутся. Понимаешь меня?

— Понимаю, но….

— Хорошо, как «Крёстный фей Стас», не хочу тебя обманывать. — Сложив ладони, я изобразил фейские крылья, как умел. — Расценивай эти денежки, как мою долгосрочную инвестицию в тебя.

— Это как? — Потупила взгляд Анна, а я поспешил с ответом, чтобы девушка не подумала невесть что про меня.

— Я слышал, что ты учишься, а учёба сегодня не дешёвое удовольствие, особенно в институте, поправь меня, если ошибаюсь?

— Не ошибаешься, Стас. — Кивнула Анна, тяжело вздыхая. — Каждый триместр плату поднимают….

— Вот и я про тоже, — Подтвердил я слова девушки, переходя к самому главному. — А мне для ювелирного магазина нужен толковый управляющий, чтобы дела вёл и анализировал рынок. Я ведь хочу грамотного управляющего, поэтому вкладываюсь в образование своего будущего специалиста. Хорошую прислугу найти сложно, а хорошего управляющего, заслуживающего доверия — ещё сложнее! Анна, не падай в обморок. Ты бледная, какая-то.

— Стас….

— Крестный фей Стас. — Поправил я девушку, вновь изображая взмахи крыльями. — Я поговорю с родителями, не думаю, что они будут против моего выбора. Так что, готовься к переводу. Твоя работа в поместье Мышиных скоро закончится.

— Я не верю в происходящее. — Тихо прошептала Анна, глядя на меня своими большими зелёными глазами. — Это точно не сон?

— Как видишь….

— Ой! — Пискнула Анна, после того как я её легонько ущипнул чуть выше талии.

— Давай уже дадим команду закрывать дворец, найдём отца и поедем в поместье… Есть хочу, что кого-нибудь сейчас загрызу….

Глава 20

Ненавижу двойственные чувства. Когда всё идёт не так, оно понятно, что находишься по уши в дерьме. Сейчас, ситуация была совершенно обратная. Вчера я хорошо поработал, как не крути, но чувство было такое, что где-то меня поимели. Будто накачали стимуляторами, потом трахнули, а я об этом благополучно забыл, но осадок на душе остался и теперь не знаю, кому за это предъявить. Даже завершение каона «Визион» не вызвало особой радости, а плохое предчувствие отказывалось меня покидать. Ещё и этот тип стоял перед глазами, вернее его облачение. Одни и те же петли, но конструкции очень примитивны, а принципы организации, вообще вызывают массу вопросов. Однако, пару идей мне он подкинул, и кое-что для меня прояснил.

Каон «Жажда жизни» будет работать в этом мире. Этот тип постоянно собирал вокруг себя оргон. За отсутствием резервуара его духовное тело постоянно выпускало силу жизни вновь в окружающий мир. Это как лить воду в уже наполненный стакан. Всё же, стоит вплести каон «Жажда жизни» в духовное тело, только чуточку его изменить, заменив пару связок, увеличив область захвата оргона, и уменьшить при этом интенсивность поглощения. Чем плотнее скопление в узловой точке, тем большую силу нужно приложить для поглощения. В этом мире нет узловых точек с концентрированным скоплением токов жизни, а значит, необходимость в большой мощности поглощения, чтобы вырывать из потока оргон отсутствует. Ночью нужно будет набросать схему и изменить в ней две связки, а лучше три, чтобы добавить круговой захват оргона, как у того адепта. Можно и сегодняшним вечером, но он у меня уже занят. Нужно кое-что сделать.

Следующим, что бросилось в глаза из вязанок местного прядильщика, это вязанка на самом веретене. Назначение не удалось определить, рассмотреть связки было сложно, ведь веретено находится в движении. Про такое Тонг мне не рассказывал и сам не использовал. Одно могу сказать точно, что самостоятельно связать что-то на веретене — попросту невозможно, из-за того, что оно движется. Можно остановить при помощи мантры «Огм», только тогда из веретена невозможно извлечь нить. Нужен как минимум ещё один прядильщик с каоном «манипулятор» или чем-то похожим. Вывод напрашивается сам. Не один этот адепт такой, кто использует оргон. Он южанин судя по карим глазам, чёрным, в некоторых местах выгоревшим волосам и загорелой коже. Где-то на юге научились оперировать силой жизни, и это факт. Кто у нас на юге?

Стоило зациклиться на этом моменте, и начать морщить мозг, как в памяти всплыл вопрос заданный Морозовым.

— «Индийский раджанат! Он индус!» — Обрадовался я по началу, а потом вообще не обрадовался. — «Выходит, что Морозов в курсе об этих ребятах, только его об этом расспрашивать, разумеется не стоит».

Стало понятно, откуда скверх кастует, но двойственное чувство никуда не исчезло. Где-то меня конкретно поимели. Чтобы избавиться от этого ощущения, я на свой страх и риск проделал ежедневный комплекс упражнений, но это чувство никуда не исчезло. Моё чутьё вопило, что что-то идёт не так, либо должна была случиться какая-то невообразимая лажа, что-то определённо скрылось из поля моего зрения.

Чтобы отвлечься от дурных мыслей, не обращая внимания на стук раздающийся снизу от рабочих, начал одеваться в спортивный костюм, предварительно взглянув в окно. Дождь вчера был не сильный, на улице было свежо, самое то, чтобы проветрить голову на пробежке. Главное, чтобы швы не разошлись. По внешнему виду не должны, но мало ли?

Когда спустился в гостиную, не поверил своей удаче. Помимо рабочих, которые меняли паркет, моляров с штукатуров, там был ещё кое-кто.

— «Вот ты и попался, Призрак». — Довольно хмыкнул я, глядя на худощавого старикана в цветастом жилете, который сейчас стоял рядом с мамой Эвой.

Когда активировался окулус, мне хватило одного взгляда на нашего управляющего. Пришлось закусить язык, чтобы не выругаться вслух. Этот тщедушный пожилой старикан с добрым лицом, как я и подозревал был магом, и судя по насыщенному цвету эфирного тела немного уступал Ставру по силе. Если брать во внимание возраст и опыт Валерия Кузьмича, то по «фактической силе» он мог быть даже равным главе рода Мышкиных. Никогда бы не подумал, что под внешностью этого пожилого, всегда вежливого и улыбчивого дедугана прячется боевой маг, способный укокошить почти три десятка вооружённых бандитов.

— Утречко! — Поприветствовал я домочадцев, подходя к Толю и маме Эве, на правой части лба которой, и на щеке, красовалось по пластырю телесного цвета. — Смотрю, работа во всю кипит. Не аккуратненько вы как-то, Валерий Кузьмич.

— О! Княжич Станислав, вы уже проснулись. — Обрадовался Толь моему появлению. — Дай хоть на тебя посмотрю. Эва, девочка, тебе не кажется, что твой сын подрос? Что это? Щетина…. Совсем мужчиной стал.

— Есть немного, Валерий Кузьмич. — Согласился я, поморщившись от того факта, что после того, как обзавёлся минимальным набором меридиан, пришлось наладить ежедневную дружбу с бритвой. — Ой… И коридор тоже ремонтировать нужно.

— Да, печально-с. — Всплеснул руками старикан расстроившись, посмотрев в сторону упомянутого мной коридора, где по стенам, полу и потолку виднелись росчерки и отверстия от пуль. — Просил же, выйти на улицу, но кто же послушает старика?

— «Угу… Старика… как же…» — Тихо хмыкнул я, глядя как один из маляров счищает бурое пятно от застывшей крови с потолка. — «Тут был не бой, а кровавая резня».

— Не расстраивайся так, Валерий… — Мама Эва погладила по плечу Толя. — Появился повод сделать ремонт и мебель обновить. Давно пора было. Самое главное, что ты не пострадал.

— Эва, девочка, бывшего подпрапорщика авангарда Французского магического легиона не так просто одолеть.

— Ну, какая же я девочка? Валерий Кузьмич, я уже давно взрослая. — Немного засмущалась мама Эва, натолкнувшись на мой смешливый взгляд.

— Я с четырёх лет с тобой, ты для меня всегда будешь маленькой девочкой. — Морщинистые губы Толя на мгновение растянулись в доброй улыбке, но его взгляд зацепился за пластырь на лбу Эвелины. — Прости, Эвелина, что немного замешкался здесь. Мог бы успеть….

— Ничего, Валерий. — Немного смутилась мама Эва, переведя на меня взгляд. — Ты никак, Стас на пробежку собрался? А тебе уже можно?

— Да… Я осторожно. Если почувствую какие-нибудь отклонения, то сразу домой.

— Может, всё же Юргену показаться? — Забеспокоилась мама Эва, зная особенность княжича приуменьшать степень своих травм, лишь бы не встречаться с родовым врачом.

— Не нужно. Это лишнее, — Поспешил ответить я, понемногу начиная продвигаться к прихожей, чтобы сбежать.

Понятное дело, что мама эва беспокоиться, но если проведу здесь ещё пару минут, то от встречи с Глюком будет уже не отвертеться. Стоило об этом подумать, как послышался звук открывающейся входной двери в прихожей, тихое недовольное бурчание, похожее на мат и звук приближающихся шагов.

Через несколько секунд в гостиную влетел Токарев, а вид у него был такой, что сейчас старый вояка начнёт метать молнии во все стороны.

— Чёртов голобалнет, чёртовы журналюги… — Бурчал дядя Фёдор, глядя себе под ноги, не обращая внимание на окружение.

Увидев, что гостиная не пустует, старый вояка тут же замолчал, выпрямившись, пытаясь принять будничное выражение лица, но бугрящиеся на его висках вены выдавали его.

— Утречко, дядя Фёдор. Чего мрачнее тучи? — Задал я интересующий всех вопрос, судя по вопросительным лицам мамы Эвы и Толя.

— Да второй раз за утро газетчиков от ворот поместья разгоняю. Один чуть под колесо не упал… — Махнул рукой Токарев, пытаясь всех провести вокруг пальца.

— А если серьёзно, дядя Фёдор? — Вкрадчиво елейным голосом поинтересовался я, давая понять, что никто не поверил.

— Мгм… Ладно, всё равно узнаете. — Помялся немного старый вояка, запуская руку во внутренний карман пиджака, где обычно был его смартфон. — Помимо заголовком газет и новостных порталов, которые пестрят фамилией Мышкины, Имптуб так же не отстаёт. Полюбуйтесь… Про Стаса даже клип сделали, под музыку.

— Ну, дядя Фёдор… — Протянул я, качая головой, мазнув взглядом по насторожившейся маме Эве. — Никакой конспирации.

— Княгиня всё равно узнала бы. — Немного смутившись, Токарев виновато посмотрел на Эву, пожимая плечами. — Петроградские СМИ гудят как разворошённый улей диких пчёл.

— То есть, что-то всё же случилось вчера на выставке? — Глядя исподлобья на нас с Токаревым, маман тут же заметила виноватое лицо ещё и Валерия Кузьмича, который пожёвывая губы, начал оглядываться по сторонам, ища предлог ускользнуть. — Так! Токарев, быстро показал, что там! Вот чувствовала же… Слишком настойчиво вы меня вчера уверяли, что всё хорошо.

— Эмм… Мне на пробежку пора! — Выдал я, но стоило мне повернуться, как рука мамы Эвы легла мне на плечо.

— Княжич Мышкин Станислав Ставрович, останьтесь пожалуйста. — Чеканя каждое слово, тоном не терпящим возражения, произнесла мама Эва. — Включай Фёдор….

Создатель клипа, некий или некая ElisFrost творчески подошёл к монтажу нарезки происходившего на площади перед Петроградским дворцом культуры. И музычку такую подобрал эпичную, вроде симфонический металл, судя по воспоминаниям Стаса. К моему визуалу, неизвестный автор тоже подошёл со вкусом, пририсовав демонические глаза. Звук тоже был на уровне, во время видео проскакивали мои реплики, которым была добавлена значительная доля брутальности, что даже я сам, уверовал в собственную крутизну. Видео закончилось тем, как Соровского вяжут, а я улыбаюсь демонической улыбкой, стоя на ступенях входа ДК. Жанну рядом со мной, автор клипа обрезал. Хоть за это спасибо, от маман не последует вопросов по поводу свадьбы.

— А ничего так получилось… — Предпринял я тщетную попытку перевести тему, но судя по побелевшим рукам и лицу мамы Эвы, мне не удастся этого сделать.

— Стас, о чём ты думал? — Прикрывая рот рукой поинтересовалась маман, дрожащей рукой возвращая смартфон Токареву. — Ты мог умереть….

— Мам, спокойно. Мы вчера не стали сообщать тебе все подробности беспокоясь за твоё состояние. — Честно признался я, вспоминая разговор в машине, пока мы ехали до особняка.

— Кажется, я вовремя… — Раздался голос Ставра из арки прихожей, но стоило ему посмотреть на свою жену, как глава рода тяжело вздохнул. — Видимо не вовремя… Эва, мы не хотели тебя волновать.

— Да, мам. — Энергично закивал я головой, включаясь в игру. — Это небольшой инцидент, а в целом всё хорошо прошло. Не переживай… Я вот, вообще, подумываю об актёрской карьере, уж больно хорошо в объективе смотрюсь.

— Станислав, не нужно пытаться мне зубы заговаривать. Когда я в бешенстве, это не работает.

— Понимаю твоё расстройство, мам. — Отбросив всю свою наигранность, решил поступить, как подобает в таких случаях, ведь не ставить в известность маму Эву, была моя инициатива. — Это была полностью моя идея. Я уговорил отца и дядю Фёдора. Валерий Кузьмич тут совершенно не при чём. Ты многое пережила вчера вечером, Эв… мама. Не хотел тебя зря волновать.

— Зря волновать? Мой сын приставляет к своему виску пистолет, жмёт на курок, а я должна не волноваться? Или то, что был убит наследник рода Соровских….

— Туда ему и дорога. — Жёстко заключил я, не до конца не справившись с эмоциями. — Мам, всё началось с того, что этот ублюдок посмел обидеть нашу Анну. На глазах у всех, этот мусор дал волю своим рукам, за что и расплатился головой. Всё это было спланировано Соровскими, чтобы спровоцировать меня на дуэль или прямую агрессию. Их род обиделся на Мышкиных, за моё выступление в совете. Вот они и решили, воспользоваться отсутствием отца, и отыграться на мне. Результат ты видишь.

— Я понимаю, но… Фёдор, — Немного подумав, мама Эва перевела стрелки на Токарева. — Как ты мог дать ему пистолет? Что если бы случилось непоправимое? Ты же не меньше меня любишь Стаса….

— Мам, когда я кручу барабан, в этой игре невозможно против меня выиграть. Риска для моей жизни не было изначально. — Поднять эту тему мне было не страшно, ведь моё нездоровое везение всё равно вызвало бы вопросы.

Рано или поздно пришлось бы вернуться к этому разговору, не сегодня, так завтра. Нужно понемногу начинать работать над своей легендой о нестандартных способностях, пока не найду более менее вразумительного способа прикидываться магом. Пока, будем начинать врать. Всё равно, опытно проверить мои слова не удастся, а убедиться в их правдивости, можно будет прямо сейчас.

— Я эфир вижу. Не всегда, недавно начало получаться. — Понизив голос, моё лицо выражало лишь озабоченность этим фактом. — Пуля заряженная эфиром дяди Федора, я её вижу в барабане, она светится. Крутил по нескольку раз, чтобы выставить в нужное положение. Думаю, что это последствия комы. Могу продемонстрировать, если хотите…. На площади, была ни удача, ни случай, ни фокус. Пользовался своей способностью.

— А управлять можешь? — С опаской спросила мама Эва, но я её не успел ответить.

— Эва, нейтральным эфиром нельзя управлять, он должен иметь заряд владельца. — Поправил жену Ставр, которая мало что понимала в магии. — Маг должен сначала поглотить нейтральный эфир, сделав его своим, чтобы он мог им управлять, а потом высвободить.

— Да, совсем забыла… Я ведь не маг. — Быстро закивала головой мама Эва. — В любом случае, Стас… Это очень хорошо, что ты можешь видеть эфир.

— … Только непонятно, почему он может видеть его в концентраторе пули. — Подытожил Ставр, пожимая плечами. — А эфирное тело других магов ты можешь увидеть?

— Могу, но нечётко. — Немного занизил я свои способности. — Его развитые зоны, не больше. У тебя к примеру отец, самыми развитыми зонами являются центр груди, кисти рук, и ноги. У дядя Фёдора, это правая рука, у Валерия Кузьмича преобладает центр груди и ноги. Сразу говорю, что я даже не знаю, как это делаю.

— Может, стоит пройти обследование в каком-нибудь МИИ? — Поделился своими соображениями Ставр. — Это ведь после комы началось….

— Какая разница, что за причина? — Ошарашила своим заявлением трёх присутствующих здесь магов мама Эва. — Наверное, ты начинаешь входить в силу. Физически ты никаких отклонений не чувствуешь, хорошо спишь?

— Отлично, ещё и кушаю хорошо. — Довольно улыбнулся я, мысленно благодаря маман.

— Это мы заметили. — Сдержано улыбнулась женщина, довольно посмотрев на своего мужа. — Ставр, мне кажется, есть повод сходить в погреб. Наш сын начал становиться магом.

— Да, это действительно приятный сюрприз. — Согласился глава рода, заостряя внимание на озабоченном лице Токарева. — Что-то не так Фёдор?

— Хоть это не боевая, но очень сильная магическая техника, ещё и не стандартная. — Руки старого вояки оказались на моих плечах. — Послушай, Стас… Постарайся избегать разговоров об этой своей магии, особенно при инструкторах, и ректоре Морозове. Лучше вообще не афишируй, что ты видишь эфир.

— Это почему? — Удивился уже я, той «лапше», которую навесил всем на уши.

— Смотри… — Токарев залез в карманы и извлёк оттуда четыре пули для револьвера. — Какая заряжена эфиром?

Вместо ответа я взял две пули с ладони старого вояки, протягивая их ему, видя, как вспыхнули эфиром его глаза и тут же погасли.

— Вот эти. Не ошибся ведь? — На моих губах появилась усмешка, а вот на лице дядя Фёдора возникла озабоченность, вперемешку с завистью.

— Парень, ты просто нечто. Даже я не вижу, какая из этих пуль заряжена моим эфиром, а я маг-стрелок. Вижу свободный эфир, что вокруг нас, вижу организацию эфирного тела, на твоём уровне, как ты описал, даже неявное проявление магии могу увидеть, но внутри концентратора пули… Слышал о подобном, на уровне солдатских баек.

— Я вообще не вижу эфирного тела других магов. — Пожал плечами Валерий Кузьмич. — У меня иная специализация.

— Аналогично. — Коротко сказал Ставр, пожимая плечами, взглянув на меня, как-то по другому, нежели раньше. — Стас, твоя находчивость впечатляет. Большинство магов стараются развивать боевые способности, но то, как ты использовал свою, заслуживает уважения. От этого могла зависеть твоя жизнь.

— Благодарю, отец. — Смиренно кивнул я, как положено «хорошему сыну», переводя взгляд на Токарева, который по моему был самым озадаченным из всех. — Дядя Фёдор, что-то не так?

— Нет, Стас… — Покачал головой старый вояка. — Просто…тебе всего девятнадцать, но ты целенаправленно убил человека, даже не раздумывая.

— Дядя Фёдор, а если кто-то захочет причинить вред нашему роду, маме Эве, отцу или мне, ты будешь раздумывать пред тем, как нажать на курок?

— Ни мгновения…

Не раздумывая на долю упомянутого «мгновения» ответил Токарев, рукой погладив уже другую кобуру с новым магострелом.

— Взрослый ты уже, Стас… Уже приоритеты расставил для себя

— Немного… — Ухмыльнулся я придурковато в манере Стаса, подумав, что именно сейчас нужно валить. — Оставьте мне бокал винца в холодильнике, а я пойду пробегусь. Нужно быть в тонусе перед свиданием.

Развернувшись, уже хотел умчаться, но на моё плечо вновь легла рука мамы Эвы.

— Стоять, княжич Мышкин Станислав Ставрович… — Судя по обращению и голосу мамы Эвы, живым отсюда убежать не получится. — Какое это ещё свидание? С кем? Как величать? Из какого рода? А она хорошенькая? Давно встречаетесь?

— Мам, я ей ещё не звонил, может она сегодня не может и… — Мой взгляд поднялся вверх. — Что это…Трещины по толку?

Контур активировался по первому зову. Как «на повторе» я смотрел на поднимающиеся вверх лица, взяв низкий старт в прихожую. Поговорили и хватит… У меня выходной….

Глава 21

— Отлично. Рад, что ты согласилась. — Оторвав камешек из ветхой кладки кольца обрамления, я бросил его в колодец. — Точно уверенна, что не нужно за тобой заезжать?… Ладно, как тебе будет удобней. Не прощаемся. До вечера.

Повесив трубку, я спрыгнул с облицовки колодца, и начал пританцовывать.

— Есссс! Согласилась! Ту-рум-тум-тум… Да! — Вовремя опомнившись, и осмотревшись по сторонам, решил прекратить свои бешеные зажигательные танцы.

Вдруг грибники по посадке шкерятся, ещё увидят меня, подумают, что карачун схватил или столбняк, а может вообще умалишённый бродит по лесу. Вызовут скорую или карету санитаров из психбольницы. Будет вечером ждать меня не поход в шоколадницу, а беседа с мозгоправом и коктейль из галоперидола и рогипнола, чтобы лучше спалось на новом месте.

Альтернативы для сегодняшнего выходного у меня были, и не одна. Уверен, что та же Лили или моя подруга детства Таня, не отказались бы со мной встретиться. Жанну и Настю Ермакову даже не считаю. Боевая девчушка задолжала мне свидание, а Жанна в том положение, что мне не требуется её согласие.

Не смотря на такой цветник вокруг меня, ещё утром, мой выбор пал на Милу. Благо, что телефон девушки у меня был, благодаря её подруге. После того случая на крыльце лицея, мы ещё ни разу не встречались. Чувствую себя немного виноватым за это, да и отблагодарить не помешает за помощь. Наверняка натерпелась из-за меня девчушка тогда. Если бы не она, то исход встречи с Анатолием, мог бы стать совсем не радужным. Последнее время на одного меня слишком много приключений, а это свидание, станет для меня своеобразным уходом в «дрейф». Тихий вечерок в компании голубоглазой лапули, поедание тортиков и беседа о разных глупостях… Чем не отдых?

Радость была не долгой. Стоило мне спрятать смартфон, как на меня вновь навалилось двойственное чувство не покидающее меня с самого утра. Тихо выругавшись, пробив двойку перед собой, увернувшись от хука воображаемого противника, перейдя на неспешный бег, я припустил в сторону поместья.

Старый колодец находился в ложбине, но стоило мне подняться на возвышение, откуда просматриваются практически все владения Мышкиных, в глаза бросился серый фургон, припаркованный на выгоне перед конюшней.

— Как задорно скверхи пляшут… — Протянул я, прекращая активацию окулуса, прибавив немного скорости.

Кое-что тут же привлекло внимание, даже без использования вязанки. Само место, перед которым находился автомобиль выбивалось из общей композиции выгона. Почти ровный круглый пятачок с поредевшей травой, покрытый следами шин и рытвинами по всему периметру. Даже в обычном зрение он выглядел как-то отчужденно. В окулусе же, это место оказалось ещё более примечательным. Там почти не было оргона, что свидетельствует о творившейся там недавно сильной волшбе с использованием эфира, которая его вытеснила. Такое я уже видел на Фагрисе в местах, где скверхи творили свои мерзкие ритуалы, потроша на жертвенниках «мясо», как они выражались.

Добежав до ворот поместья, я припустил дальше по грунтовке, в сторону конюшни. В середине пути стало ясно, что беседы с непонятными визитёрами не состоится. Пара человек, вроде мужчина и женщина, одетые в демисезонные куртки, грязно-зеленого цвета, не торопясь сели в фургон и уехали. Видя это, перейдя на шаг, я всё же не стал поворачивать обратно. Возле конюшни был Матвеич. Наверняка он поинтересовался у этих незнакомцев, по какой причине они здесь крутятся.

Мои предположения оказались верны. По словам нашего конюха, эти ребята представились орнитологами из какого-то зоологического общества. Отслеживали здесь миграцию подопытной группы птиц, которая бесследно пропала.

У Тани сегодня был выходной, по этому не став задерживаться, я направился к тому месту, где стояла машина. Обследование пятачка не заняло много времени. Уже через несколько минут мною были сделаны первые находки. Кто-то здесь наспех скрывал следы, но всего спрятать не получилось. У меня в руках сейчас был обломок человеческого зуба и несколько частей повреждённого огнестрельного оружия.

Устраивать «мозговой штурм» не было нужды. Два обращения к атминтису, просевший до сорока процентов резерв, и вся картина случившегося здесь была восстановлена. Виновницей того кромешного ада, что вчера здесь творился, была никто иная, как мама Эва. Оружие взрывалось в руках бандитов при попытке выстрелить, будто его стволы были забиты, в поднявшемся здесь урагане эфира, обезумевшие птицы клевали глаза охотникам до чужого добра, пришедшая в движение земля, ожив, открывала хищные чёрные пасти провалов, пережёвывая и выплёвывая изломанные тела. В это время, мама Эва величаво стояла в центре всего этого мракобесия, держа на ладони небольшую фигурку человека, сделанную из соломы, которая при каждом уколе иглой, вспыхивала эфиром магии.

До поместья я шагал в глубокой задумчивости после увиденного. То что устроила мама Эва явно выходило за пределы магии, но даже не это главное. Эвелина Мышкина маг, но очень слабый. Я ведь несколько раз смотрел на неё через окулус. Она не сможет даже эфирную пулю сотворить, а устроить подобное перед конюшней, это из области фантастики, даже для сильного мага. Одно ясно наверняка, неспроста мама Эва скрывает свои способности. На это есть какая-то объективная причина, вроде той, что у рода Лисицыных. Пусть скрывает на здоровье, мне конечно интересно, но выпытывать что-то у неё или Валерия Кузьмича, который в курсе её сил, пожалуй воздержусь. Живее, да и целее буду, ещё объяснять не придётся, откуда у меня такая осведомлённость. Начать врать про открывшейся третий глаз, отвисшую чакру, астральный хобот и прочую оккультную хрень — это уже явный перебор. Хватит и того, что сегодня про эфирное зрение залечил всем. Не нужно пока наглеть.

Перекидывая в голове разные мысли, чувствуя, как что-то нехорошее нависло надо мной, а скверх уже кастует из засады, даже не заметил, как оказался в гостиной. Не знаю сколько платят этим рабочим, но темп их работы свидетельствовал о том, что явно не мало. За то время, что меня не было, потолок уже был полностью закончен.

Я уже хотел подняться по лестнице и принять душ, когда из столовой вылетела мама Эва, спешно поправляя волосы. За ней, с будничным каменным лицом шёл Ставр, теребя галстук, стараясь скрыть волнение.

— «Что-то здесь явно происходит…» — Отметил я, чувствуя как невидимы молот, занесённый над моей головой ещё немного приподнялся, увеличивая амплитуду замаха для удара.

— Стас, марш к себе, прими душ, переоденься во что-нибудь более приличное. — Скомандовала мне мама Эва, тяжело вздохнув, подходя к отцу и поправляя узел галстука, который Ставр жмакал пальцами. — Глава рода ещё… а галстук поправить не можешь.

— Хорошо, а кого мы ждём в гости? — Поинтересовался я, видимо застав врасплох своих предков, что они даже переглянулись.

— Ермолова, он уже мост проехал. Забыл, что ты не в курсе. — Ставр пожал плечами, мол «не предупредил, бывает».

— Марш, марш, марш — Замотала руками мама Эва, указывая мне на лестницу. — К завтраку, чтобы был готов…и причесаться не забудь! Эх, неудобно, что у нас тут такой погром….

— Эва, спокойно, не нервничай. — Ставр погладил жену по плечу. — Он в курсе, я его вчера предупредил.

Не став задерживаться, понимая, что мама Эва уже завелась и её не остановить, поспешил вверх по ступеням, чтобы ещё раз не попасть под раздачу. Уже будучи наверху, взглянул на неё через окулус, чтобы убедиться в её слабом магическом даре. Ничего не изменилось с предыдущего раза, и мама Эва не стала хотя бы практиком на магическом поприще, я быстро зашагал по коридору указанным ранее маршрутом….

— Кадет Зоя Ермолова, в расположение штаба Мышкиных прибыла! — две огромных армейских сумки с грохотом упали на пол, а Ушанка, вытянувшись по стойке смирно, приложила руку к вышеупомянутому аксессуару, в честь которого я её окрестил. — Разрешите стать на довольствие?

— «Сдаётся мне, что она явно не на завтрак у нас останется…» — Возникла в голове мрачная мысль, глядя на два огромных баула и рюкзак за спиной, в раза полтора больше девчушки. — «Вот откуда это гнетущее чувство с самого утра… Чутьё не подвело. Прям до зуда в прямой кишке пробирало, и вот те раз…».

Справившись с зубовным скрежетом, стоя наверху лестницы, я воспользовался окулусом, чтобы рассмотреть малявку. Уж больно здоровенные сумари для такой крохи, она волокла. Один рюкзак у неё за плечами килограмм тридцать не меньше весит.

— «Твою дивизию…» — Чуть вслух не брякнул я, стоило мне только взглянуть на девчушку.

Не плотное, но уже полностью сформированное эфирное тело, развитие которого было смещено к ногам — это полбеды. Центр эфирного тела был нетипичным, и постоянно прибывал в движение, будто бурлящий котёл. Даже его цвет был не синим или фиолетовым, а оранжевым! При этом от него отходили ярко-фиолетовые языки, которые двигались будто щупальца осьминога, внутри эфирного тела этой мелюзги.

— Какая миленькая у вас внучка, Виктор…. — Расплылась от умиления мама Эва, тут же склонившись над Ушанкой. — Я княгиня Эвилина, но ты можешь меня называть тётя Эва. Идём, покажу тебе твою комнату.

— О! Княжич! — Пробасил Ермолов, заметив моё приближение.

— Генерал от инфантерии Ермолов, рад приветствовать вас. — Подойдя, я коротко поклонился в знак почтения.

— Княжич Станислав, принимая бойца под своё командование. — Ермолов потрепал внучку по шапке, обращаясь к ней. — А ты Зефирка, слушайся княжича, как меня. Уяснила?

— Так точно, генерал…. — Начала было недовольно Ушанка, но огромный кулак упёрся в кончик её носа. — Да, дедуль! Я всё поняла! Слушаюсь как тебя, приказы не обсуждаю….

— То-то же. — Удовлетворённый ответом внучки, крякнул Виктор, поправляя усы, обращаясь к Ставру. — Спасибо князь, что согласился. Надеюсь я тебя не сильно стеснил своей просьбой? Она не будет мешать.

— Не беспокойтесь, Виктор. Дом большой, мешать она точно не будет. У нас целое крыло свободно. — После сказанного Ставр немного потупил взгляд, видимо вспомнив причину, почему крыло освободилось.

— Я в курсе, Ставр. На банкете наслушался сплетен. Не будем о плохом. — Махнул Виктор своей огромной лапищей, после чего дёрнулся, стукнув себя по лбу. — Точно, забыл предупредить… Ставр, у вас винный погреб и арсенал есть?

— Разумеется. — Немного смутился отец заданному вопросу.

— Закройте крепко-накрепко… — Понизив голос произнёс генерал, глядя вслед удаляющейся вместе с Эвой внучке. — И карты игральные держите подальше….

— Честно признаться, игральных карт у нас в доме нет, генерал.

— Это замечательно! Понимаете… — Виктор ещё раз взглянул в сторону лестницы левого крыла. — Зоя со мной постоянно, ну а я, сами знаете, не мог уделять ей должного внимания. Других детей по гарнизонам нет, вот Зефирка и общалась с солдатнёй, перенимая все гадкие привычки, вроде пьянства, игры на гитаре, баяне, и в карты на деньги. Один раз на приёме у императора на баяне сыграла «В жизни так бывает, свинья свинью рожает». Это самое безобидное из всего… Позору было….

— Кхм-кхм… — Закашлялся Ставр, видимо начиная осознавать во что он бедолага вляпался. — Думаю, она будет вести себя хорошо.

Я прибывал в тихом ужасе. Чувствую, меня ждёт целый ворох проблем в лицее, когда буду приглядывать за Ушанкой. Остаётся надеяться, что плюшки ректора будут очень щедрыми и компенсируют все мои «маленькие» неудобства. То, что эти самые «неудобства» у меня возникнут, сомнений нет.

— Что ж… — Взял на себя инициативу Ставр. — Пока Эва с княжной, не будем стоять в дверях. Пройдёмте в столовую, а они к нам позже присоединятся.

— С превеликим удовольствием, тем более, что я с собой захватил немного «Императорской». — С хитрым видом, Виктор извлёк из-за полы кителя внушительного вида пузырь, с запаянной сургучом крышкой и императорским гербом. — Для аппетита, так сказать….

Перебазировавшись в столовую, мы успели выпить по две рюмки, когда к нам присоединились мама Эва и Ушанка, которая рассталась со своим головным убором.

— Деда, смотри, что мне тётя Эва сделала! — С разгона, мелочь плюхнулась на колени к Ермолову, тыча пальцами в свои светло-русые волосы. — Здорово, правда?

По обеим сторонам головы Ушанки, проходило две толстые косички в четыре пряди, уходившие ей за спину.

— Правда, Зефирка. — Согласился вояка, легонько подёргав за одну из них. — Будет за что тебя поймать, когда нашкодишь.

— Не буду я шкодить. — Буркнула, Ушанка, поглядывая на маму Эву. — А то княгиня мне больше не сделает красивую причёску.

— «Кажется, кто-то быстро нашёл подход к этой ходячей катастрофе» — Смекнул я, поглядев на Стара, который видимо подумал точно так же….

Посиделки долго не продлились, минут через двадцать, Виктору поступил звонок, и он в срочном порядке покинул «штаб Мышкиных», спихнув на наше попечение Ушанку. Вернее на попечение мамы Эвы, которая обрадовалась неожиданному пополнению. Зря меня Ставр не послушал, когда я советовал ему заняться производством сестрички, вместо патлатого скверха. Через десяток минут, отцу тоже понадобилось срочно отъехать на конезавод. Можно было ещё посидеть, но практического интереса я в этом для себя не видел. С мамой Эвой всегда можно поговорить, а какого-то умиления по отношению к миниатюрным маленьким девочкам, хоть они даже совершеннолетние и старше меня на два месяца, я не испытывал от слова вообще. В лицее буду стараться общаться и контактировать с Ушанкой по минимуму, а то был княжичем Мышкиным, а стану — Педомышкиным. Попробуй докажи потом всем, что ты не скверх….

Окончательно насытившись, я окопался в своей комнате, за начертанием схемы. Много времени это не заняло, набросав за полтора часа раскладку структуры петель, я быстро нашёл какие связки нужно заменить и какую вязь использовать при их соединении. Когда знаешь для чего нужен каждый элемент, это не составляет большого труда.

Полчаса пришлось ещё потратить, чтобы заучить новую схему доработанного каона «Жажда жизни». Всего четырнадцать связок или тысяча девятьсот петель, это не так много, бывают элементы с большим числом связок. Вот там приходиться морщить лоб и то, не в самой последовательности а правильности их сплетения между собой.

Когда все приготовления были завершены, вырвав листы из тетради, чтобы потом их уничтожить, с лёгким сердцем я отправил в обруч первые три связки каона для плетения на своём духовном теле. Если мои расчёты окажутся верны, то создание этого каона должно хоть немного, но повысить скорость восстановления моего резерва за счёт непрерывной его работы. Главное, чтобы затраты оргона на использование этого каона, не превышали количество поглощаемого. Естественный фон силы жизни высок в этом мире, может соотношение будет в мою пользу. Пара лишних меридиан, не в ущерб восстановлению резерва, мне ой как не помешает. Уже сейчас, даже при наличии одного крыла, пара рюмок водки выпитых за столом существенно ударили по моему естественному восстановлению оргона. Меридианы заработали в активном режиме, нейтрализуя отраву, а просто так, без топлива — они не работают. Им нужен оргон, как и мостам, когда я получаю повреждения.

Немного подумав о горестях бытия адепта чистоты, решил приступить к ещё одному не менее важному делу. Хоть я рассчитывал провести тихий вечер в компании Милы, но мне уже хватает полученного в этом мире опыта, чтобы с уверенностью вывести одну аксиому. Звучит она так: «Скверху под хвост все мои расчёты и хотелки!». Обязательно что-нибудь да случиться, чтобы обломать душке Айзеку кайф. Будь то обычный визит в лицей, либо вчерашняя выставка, что-то обязательно случится. Тем более, что двойственное чувство никуда не делось. Кто-то другой подумал бы, что у него развивается паранойя, но только не я. Тонфу с собой по любому возьму, это даже не обсуждается. Помимо этого, хотелось бы как-то ещё подстраховаться, даже не для себя. Если что-то случиться с Милой во время свидания, то ответственность полностью ложиться на меня, ведь это я её пригласил. Нужно предпринять дополнительные меры безопасности, я у меня есть кое-какие соображения по этому поводу….

Глава 22

Кафе «Услада»

— А…э…Ммм… — Произнёс я глубокомысленную речь, информативности которой позавидовал бы любой оратор.

— Что-то не так? — Боязливо спросила Мила, быстро оглядев себя и торопливо поправив волосы, неверно истолковав мою растерянность.

— Нет… Просто, ты сногсшибательно выглядишь, что я растерялся.

Сказанное мной, было чистой правдой. Признаться, вообще не сразу узнал в этой утончённой красотке Милу. Да, и как тут узнать? Блестящие чёрные волосы были распущены и выпрямлены, минимум макияжа подчеркнули и без того выразительные голубые глаза, наполненные безграничной небесной синевой. Манящие пухлые губки, покрытые нежно розовым блеском, будоражили фантазию, вынуждая их попробовать. Приталенное молочного цвета платье сидящее по фигуре, всего на ладонь выше колена, оставляло достаточно простора для воображения, но при этом подчёркивало все достоинства сложения девушки. Высокий каблук туфель и лёгкое пальто довершали утончённый образ Милы, которую хоть сейчас можно было фотографировать на обложку модного журнала. От одного её вида, веретено начало набирать обороты, устремляя скорость своего бега почти в два раза, от чего меня кинуло в лёгкий жар. Пришлось расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки.

— Спасибо, Стас. — Потупила взгляд девушка, кротко улыбаясь, теребя ноготками сумочку. — Извини, я немного волнуюсь, это моё первое свидание и….

— Для начала вот. Это тебе… Они конечно не такие красивые, как ты, но тоже ничего.

Только сейчас вспомнив про букет, что всё это время держал за спиной, я вручил его девушке.

— Ирисы… Они очень красивые. — Мила приняла цветы, тут же поднося букет к лицу. — Значит, Катя тебе и о моих любимых цветах рассказала. Вот болтушка….

— Нет, ничего она мне не рассказывала. — Отрицательно покачал я головой. — Ирисы мне цвет твоих глаз напомнили, вот и остановился на них.

— Понятно… — Вновь начиная смущаться, Мила отвела взгляд. — Ты наверное часто девушкам цветы даришь.

— Признаться честно, не часто. — Поднял я память Стаса, который в сознательном возрасте встречался лишь с одной девушкой, и то не долго. — За последние несколько лет это первый раз, честное княжеское….

— Раз «честное и княжеское», то верю. — Улыбнулась Мила, ещё раз понюхав букет.

— Давай помогу раздеться, и идём внутрь. Здесь, в фойе, конечно хорошо, но внутри нас ждут тортики и пироженки.

Видя, что девушка одобрительно кивнула, взяв её под локоток, как муштровала мама Эва княжича в своё время, мы проследовали к гардеробу.

Благополучно избавившись от верхней одежды, через минуту, мы уже сидели за нашим столиком, куда принесли меню и предусмотрительно поставили вазу под букет.

Столик, где мы сидели, был выбран мной неслучайно. Он находился в правом дальнем углу зала. Слева от него, располагалась декоративная прямоугольная колонна, частично скрывающая нас от любопытных глаз, а вместо стульев, здесь был угловой диванчик. Это позволяло ближе находиться к девушке, нежели мы бы сидели друг напротив друга. Всё это приятные бонусы, но основным плюсом этого места было то, что мне проглядывался весь зал. Это было очередным вывертом моей обострившейся сегодня «паранойи». Даже мой визит в цирюльню и цветочный, не смогли перебить дурного предчувствия, что нависало надо мной с самого утра, а я привык доверять своим ощущениям.

— Я хотел заранее сделать заказ, но не знал, что ты любишь. Наверняка ещё за фигурой следишь….

— Не слежу… — После небольшой паузы, почему-то виновато, сказала голубоглазая милашка, вновь оглядывая себя.

— Мила, это комплемент был. — Решил избежать я недопонимания. — У тебя шикарная фигура, и ты красавица. В тебе всё идеально, единственного, чего тебе недостаёт, это самую малость быть поуверенней в себе.

— Стас, это…моё первое свидание и… — Сделав глубокий вдох, и плавно выдохнув, девушка продолжила. — Я не знаю, как себя вести, и что мне нужно делать, от этого волнуюсь. Ты решительный, смелый… Тебе легко…. Ну, вот. Ты смеёшься надомной.

— Даже не думал. Мил, этот «решительный и смелый», как ты выразилась, уже с самого фойе не может выбрать момент, чтобы тебя поцеловать. — Не стал я скрывать своих намерений, да и не хотел этого делать.

Иногда, бывает такое, что говорю я быстрее, чем думаю. Вот как сейчас… Хотел безобидно пофлиртовать, а в результате добился того, что Мила приняв окрас варёного рака, опустила голову и теперь изучает свои колени.

— «Странная штука, вроде стараюсь не давить на неё, да и не хочу этого делать, а выходить всё через огнову задницу. Почему огнову? Она большая…» — За то мгновение, пока длился мой внутренний диалог, Мила не поднимая головы, сжала пальцы на сумочке, которую прижимала к низу живота, и решительно встала. — «Ну, вот… Тортики я сегодня буду есть в одиночестве…».

— Мил, — Обратился я к девушке, стараясь найти слова, чтобы предотвратить её уход.

Ничего не ответив, так же не поднимая головы, девушка сделала пару маленьких шажочков в сторону, и вновь присела, только на этот раз рядом со мной.

— … Так нормально? — После немного затянувшейся паузы, пока я морщил извилины, тихо спросила Мила, всё так же не поднимая головы.

— Что «нормально»? — Задал я закономерный вопрос, переставая понимать, что здесь вообще происходить.

— … Для момента, который ты выбирал. — Девушка подняла голову, но всё так же боялась посмотреть мне в глаза.

— Мил, ты нереальная….

За отсутствием слов, погладив девушку по щеке, я нежно прислонился к её губам и поцеловал. Не так, как обычно это делаю, в порыве страсти или идя на поводу у своей похоти, которой я никогда не отказываю.

Если проводить аналогию, то сейчас где-то глубоко внутри засело чувство, что я вернулся в детство, стою в аппаратной «Катастрофы» и справляю малую нужду на гироконтур — высокоточный измерительный прибор, определяющий положение корабля в пространстве, с которого нужно сдувать пылинки, бережно относиться, а лучше вообще не трогать, пока не сломал своими кривыми руками.

— У тебя губы горячие… — Неожиданно выдала девушка, открывая ранее прикрытые глаза, в небесной сини которых появилось беспокойство, вытеснившее всю робость. — Можно….

Это был не вопрос. Слегка влажная ладонь легла на мой лоб, после чего, беспокойство появилось не только в глазах Милы, но и на её лице.

— Успокойся, Мил. Со мной всё хорошо, это нормально. — Поспешил я выкрутиться из положения. — Просто в жар бросило, от присутствия рядом такой красивой девушки, как ты. Не нужно за меня беспокоиться.

Не говорить же мне ей, что из-за бушующего внутри духовного тела оргона, его взаимодействие с моим физическим телом усилилось, дав встряску всем биологическим системам, в том числе и иммунной.

— А так бывает? — Осторожно поинтересовалась девушка, не о отводя от меня взгляда.

— Только рядом с тобой. — Добродушно улыбнувшись, замечая новый приступ стеснения у голубоглазой милашки, я озорно подмигнул девушке. — Мил, послушай, мне бы очень хотелось, чтобы ты немного расслабилась, а то уже я начинаю чувствовать себя неловко.

— Почему? — Захлопала глазами девушка, отводя взгляд.

— Не буду скрывать, что ты мне нравишься… очень нравишься. Я хотел увидеться с тобой, и чтобы мы вместе хорошо провели вечер, получше познакомиться, узнали друг друга. Не хочу, чтобы ты испытывала рядом со мной неудобство. Я на седьмом небе от счастья, что ты согласилась пойти со мной, и мне хочется, чтобы наша встреча доставляла удовольствие не только мне, а в первую очередь тебе. Понимаешь?

— Кажется, понимаю… Попробую. — кивнула девушка, а её пальцы ещё сильнее сжались на сумочке. — Но ничего не могу с собой поделать.

Видя это, моя рука легла поверх её, от чего Мила тихо ойкнула, а потом виновато посмотрела на меня.

— Уже лучше. — Отметил я, добродушно улыбаясь. — Сейчас, ты хотя бы на меня смотришь, а не прячешь глаза. Давай уже сделаем заказ. — Поведя головой в сторону, я указал на двух официантов рядом с нами, которые мысленно материли нас по чём зря. — По пироженке?

— Да, — кивнула Мила одобрительно, мельком взглянув на мою руку, которую я до сих пор не убрал. — А лучше по две… Всё равно за фигурой не слежу.

— Я послежу, доверь это дело профессионалу. — Улыбнувшись, приобняв сидящую рядом девушку за талию, поцеловал её в щёку.

Сорок минут спустя

Люблю говорить о себе, но в этот раз пришлось говорить очень много. Не то, что бы Мила не хотела вести со мной диалог, просто её интересовал чуть ли не каждый аспект жизни княжича Мышкина. В частности, основной темой нашей беседы стал аукцион. Не удивительно, ведь меня показали даже по местным новостям, как рассказал Мила. Правда мельком, ведь основной темой стала не наша игра с Соровским в рулетку, а отравление и госпитализация дюжины благородных.

Не смотря на то, что самый лысый скверх был найден, небольшие проблемы у рода Мышкиных всё же возникнут. Как не крути, но это наш род был ответственным за устраиваемый приём. Думаю во вторник на собрание князей, кто-нибудь обязательно припомнит.

Сейчас мне не особо хотелось думать об этом, да и кто бы этим занимался, когда с ним рядом сидит обворожительная девушка, приканчивающая вторую пироженку?

— Мила, если ещё чего-то хочешь, то говори, не стесняйся. — Сказал я девушке, замечая, что она периодически окидывает взглядом зал, останавливая свой взгляд на влюблённых парочках, коих тут было в изобилии.

— Хорошо, Стас… — Кивнула девушка, которая уже перестало так остро реагировать на каждую мелочь, сказанную мной. Немного помедлив, Мила всё же подтвердила мои наблюдения. — … Есть кое-что. Я бы вино хотела попробовать, если можно.

— Конечно можно. — Пожав плечами, мои брови немного приподнялись вверх, когда мозг оформил суть сказанной фразы. — Постой… Ты до этого не пробовала алкоголь?

— Нет. — Подтвердила мои соображения Мила, которая почему-то виновато улыбнулась. — Как-то повода не возникало, да и дядя мой не одобряет подобных вещей. Говорит, что он пагубно влияет на магические способности, разрушает волю и потворствует лености.

— Ох уж этот дядя… — Невольно вырвалось у меня вслух.

Про родителей Мила ни разу не обмолвилась, а вот про этого персонажа….Не знаю этого типа, но мне уже заочно хочется пнуть его. Несколько упоминаний о нём и контекста, в котором было всё сказано хватало, чтобы сформировать об этом человеке представление. Родственничек Милы почти ни в чём не отказывает ей, но держит девчонку в ежовых рукавицах. Девушка обмолвилась, что не смогла посмотреть ролик с моим участием в Имптубе из-за цензового ограничения «Жестокость». Это может говорить только о том, что у неё подключение с «родительским контролем» и это в девятнадцать лет. Странно, что те два охранника-мага, что были с Милой, остались на улице, а не сидят вместе с нами за столиком.

— Он хороший, — сразу уловила мой негатив девушка. — Просто сильно опекает меня.

— Не сомневаюсь… Так! Вино, вино… Думаю Сотерн из региона Бордо подойдёт. Белое десертное вино, делается из перезревшего винограда. Оно сладенькое, будет в самый раз для тебя.

— Ты разбираешься в винах? — Удивилась Мила, захлопав длинными ресницами.

— Есть немного, но я не в восторге от этого. — Усмехнувшись, в голове всплыли воспоминания Стаса. — Понимаешь, у меня маман француженка, так что уже в десять я знал весь светский этикет, умел вальсировать, отличал вилку для рыбы от устричной, и мог отличить «полусухое» от «полусладкого».

— Не очень вяжется с твоим хулиганским характером, о котором все говорят. — Хихикнула Мила, после чего её выражение лица приняло смущённый вид. — Не подумай, я тебя таковым не считаю.

— Это самое главное, Мил. — Улыбнувшись, я быстро пролистал винную карту, поднимая руку, чтобы подозвать официанта. — Сейчас заказ сделаем.

— Хорошо. Я пока в уборную схожу.

Взяв сумочку, девушка выпорхнула из-за стола, а я в очередной раз убедился в идеальности её фигуры, провожая взглядом.

Бутылка вина с парой бокалов и сырная тарелка оказались на столе, а я начал немного беспокоиться. Определённо Мила задерживалась. Стоило мне об этом подумать, как вдоль стойки обслуживания быстро прошёл мужчина в сером пиджаке, скрываясь из виду за декоративной колонной. Пересев на край дивана, я забарабанил костяшкой пальцев по уголку стола.

— Это что ещё… — Протянул я себе под нос, видя, как из закутка, где располагались уборные, вышла Мила в сопровождение двух пиджаков, одного из которых я видел ранее.

Сразу бросился в глаза неуверенный шаг девушки. На эту картину не только я обратил внимание, но и один из официантов, подошедший к этой процессии. Произошёл короткий диалог, после которого быстро кивая, парень отошёл с дороги, а два мужчины поддерживающие по обеим сторонам Милу, двинулись к выходу.

Действовал я быстрее чем соображал. Лавируя между столами мне удалось нагнать этих ребят у выхода в фойе.

— Минуточку… Вы кто? — Пятка моей ноги зажала открывающуюся дверь, не давая ей распахнуться полностью.

— Мы её охрана. Госпоже стало плохо. — Заговорил тот мужик в сером пиджаке, которого я видел ранее. — Такое с ней бывает. Мы должны отвести её в больницу.

— Понимаю, тогда поспешите господа. — Участливо покивав, с обеспокоенным видом, я отошёл с дороги, пропуская мужчин, мазнув взглядом по Миле, с ничего не выражающим пустым взглядом.

Когда дверь в фойе закрылась, через секунду я вышел следом.

— Легче лёгкого… — Сказал второй тип, что был в чёрном пиджаке, после чего ствол девяносто второй «Беретты» упёрся ему в затылок.

— … И не говори. — Мрачным голосом подтвердил я, убирая свободной рукой волосы от шеи Милы в сторону, окончательно убеждаясь в своих догадках. — А теперь быстро усадили девушку на диван. Кто шелохнётся, вышибу мозги.

— Мы… — Открыл было рот мужик в чёрном пиджаке, но не до говорил, потому как мой палец уже нажал на курок.

Прозвучал выстрел, мне на лицо попало пара капель крови, а ствол уже был у затылка второго пиджака.

— Держи лучше… Если она упадёт, ты упадёшь следом. Шагай….

Провожаемые испуганными взглядами людей у гардероба, мы подошли к диванчику у выхода из кафе. В тот же момент на улице раздались звуки выстрелов и крики. Взглянув на маленький передатчик телесного цвета в ухе мужика в сером пиджаке, я тихо ругнулся.

— Теперь аккуратно усадил её и лёг на пол. — Последовала новая команда от меня.

Ещё несколько одиночных выстрелов прозвучало с улицы, пере тем, как раздался лязг тормозов, и застрекотали автоматные очереди. Как только Мила была усажена на диван, а мужик улёгся на пол лицом вниз, не колеблясь даже на мгновение мой палей вновь нажал на курок. На расспросы времени не было, а оставлять их в живых, после содеянного, выходило за рамки моего милосердия.

Только я подошёл к дверям, чтобы взглянуть наружу, как где-то рядом раздался взрыв, выбивший стёкла в дверных створках. Быстро вскинув пистолет, я тут же его опустил, узнав в мужике, окутанном прозрачной дымкой магического щита, одного из охранников Милы.

— Свои, не паникуй, княжич. — Бросил бородатый мужик, быстро скользнув взглядом по трупу на полу и сидящей будто манекен девушке. — Что с ней?

— Какой-то дрянью ширнули. — Ответил я, мысленно выругавшись, глядя на развороченный автомобиль своего рода на другой стороне улицы.

— Врил, — Произнёс сквозь зубы мужик непонятное слово, получив в спину несколько выстрелов. — Их подчерк. Выбираться нужно. Я княжну возьму, а ты за мной держись.

— Может я возьму, княжну? — Предложил я, кивнув на оружие в руках бородача.

— Приемлемо, — согласился мужик, пробежав по мне взглядом, видимо оценивая мою физическую форму. — Поспешим, я нас магией прикрою… Не отходи от меня.

Мне не нужно объяснять два раза, особенно когда земля горит под ногами. Взяв Милу на руки, я пристроился за спиной бородача, а вокруг нас образовалась стена из прозрачного марева, которое немного искажало видимость.

Автомобиль сопровождения Милы стоял всего в десятке метров от входа в кафе, но этот путь мне показался длиннее стометровки. По нам молотили из пятёрки стволов, а мои шары отбивали дробь, под звон падающих на асфальт пуль.

Перед автомобилем нас встретил второй гвард, который с напряжённым лицом стоял, выставив вперёд руки, держа фиолетовый купол, защищающий транспортное средство.

Пробежав через появившуюся брешь в магической защите, я юркнул в открывшуюся дверь Lexus`а, укладывая Милу на заднее сидение и садясь рядом.

— Сева, гони к особняку! — Прикрикнул бородач водителю. — Мы с Михой их задержим….

Автомобиль рванул с места до того, как я успел закрыть дверь. Судя по тому, как машина стремительно набирала скорость, этот Сева вдавил педаль газа в самый пол, не став заморачиваться.

— Далеко нам ехать? — Поинтересовался я у молодого мужчины, который напряжённо смотрел за дорогой, бросая косые взгляды на зеркала.

— Нет, тут близко. Частный сектор, самое начало… Минуты три максимум. — Взглянув в зеркало заднего вида, Сева ругнулся. — Бля, хвост… Главное чтобы по колёсам стрелять не начали.

Не говоря ни слова, я достал пистолет, который из-за своей паранойи прихватил из родового арсенала. Нажав на кнопку открытия люка, кляня всё скверхово племя по чём зря, высунулся наружу. Мне хватило несколько секунд, чтобы высадить всю обойму в преследующий нас внедорожник. Из-за того, что автомобиль вилял, а расстояние было около двадцати метров, особого результата это не принесло, кроме двух отверстий в лобовом стекле.

— Ска… — Прошипел я сквозь зубы, наблюдая, как ещё два автомобиля пристраиваются за внедорожником.

Сев обратно, жалея, что не взял хотя бы ещё одну обойму, я погладил по плечу заворочавшуюся на сидение Милу.

— Потерпи, скоро будем в безопасности….

Водитель не соврал. Через несколько минут показался частный сектор. Проехав половину улицы, мы въехали в открытые ворота коттеджа, рядом с которыми стояла пара магов, не меньше уровня практиков.

— «… А может и не будем в безопасности» — Мелькнула у меня в голове нерадостная мысль.

Под словом «безопасность» в моём понимании должно быть как минимум два десятка вооружённых до зубов бойцов, но небольшой внутренний дворик пустовал. Кроме двух магов у ворот, которые развернули магические щиты, как мы только проехали, здесь никого не было.

Заложив вираж вокруг клумбы, Сева остановился у самого крыльца.

— Бери княжну, и иди внутрь. Я в гараже пересижу, пока… — Водитель замолчал, когда у ворот раздался звук автоматной очереди. — Живо, княжич… Шевелись!

— «Кажется нам хана»… — Подумал я, вытаскивая из машины приходящую в себя Милу, которая постанывая держалась за голову, прикрыв глаза.

Держа девушку на руках, активировав контур я взметнулся вверх по ступеням высокого крыльца. Ударом ноги открыв дверь, пройдя через прихожую в небольшую гостиную, уложил девушку на диванчик, перед журнальным столиком, оглядываясь по сторонам.

— Твою мать… — Только и осталось выругаться тому, что и внутри дома я не увидел охраны. — Есть кто?

— Не нужно так орать, княжич Станислав. — Донёсся голос и звук шагов из небольшого коридорчика, а у меня начало сводить живот.

— Ректор?! — Не поверил я своим глазам, а отвисшая челюсть чуть не ударила мне по пальцам ног. — Что вы здесь делаете?

— Живу я здесь. — Спокойно сказал Морозов, подходя к девушке, переворачивая её на бок. — Мил, ты как?

— Голова… — Тихо сказала девушка. — Дядя я….

— Не разговаривай, отдыхай. — Заботливым голосом сказал Морозов, погладив Милу по голове, а я услышал едва уловимый треск магической статики, после чего девушка засопела, проваливаясь в сон. — Княжич, присмотри за ней, пока я гостей принимать буду. Хорошо?

— Хорошо… — Прибывая в ступоре, я опустился в кресло, провожая взглядом уходящего в сторону выхода Морозова. — Чтоб меня скверхи дрючили….

Глава 23

Заняв место возле окна, я приготовился наблюдать, ожидая ожесточённый замес. Двух магов, что были у ворот, оттеснили во двор, когда ректор вышел и не вынимая рук из карманов брюк направился ледоколом вдоль клумбы, навстречу налётчикам.

Морозов дошёл до середины двора, мгновение, и он попросту исчез из виду, будто растворился в воздухе, чтобы оказаться на крыше внедорожника. По ушам ударил неприятный писк, похожий на тот, что издавал аварийный реактор «Катастрофы», когда основной выходил из строя. Вслед за неприятным звуком, последовала серия из трёх мощных хлопков, как от забивателя свай. Когда прогремел последний, внедорожник, на крыше которого стоял Морозов, превратился в лепёшку. Его будто размазало по асфальту, вместе с двумя сидящими в нём стрелками. За изгородью мне было не видно, но когда от ректора разошлась волна красноватой дымки, крики и звуки выстрелов разом стихли. Всё было кончено.

— Какой же он жуткий. — Невольно вырвалось у меня, когда ректор окутанный хищной красной аурой, которая видна была лишь через окулус, направился обратно в дом, быстро выдав указания паре магов.

Поспешив сесть в кресло, продолжая прибывать под впечатлением, я принялся ждать возвращения хозяина дома, поглядывая на лежащую на диванчике Милу.

— «Значит, появление ректора после драки со Скобиновым, произошло благодаря тебе, лапуль». — В памяти всплыл момент, как прижав к себе альбом, девушка торопливо что-то печатала в телефоне.

— Гостей проводил. — Коротко и без лишних слов сообщил Морозов, лицо которого выражало лёгкую озабоченность. — Вот наглецы, я думал они оставили свои попытки.

— Врил? — На своё предположение, я получил едва заметный кивок. — Кто они такие, и что им нужно от Милы?

— Тебе не нужно этого знать. — Отмахнулся Морозов, взглянув на племянницу.

— Я не согласен, ректор. — Сказанное стоило мне огромных волевых усилий. — Моя машина взорвана, трое моих людей убиты, я вышиб мозги парочке, которая пыталась похитить Милу прямо из кафе. Я заслуживаю знать, хотя бы потому, чтоб в следующий раз вовремя среагировать, и не допустить подобного.

— Резонно… Хорошо. — Едва заметно кивнул ректор, который достал из комода у стены плед, и подойдя к дивану укрыл племянницу. — Идём в столовую, пусть Мила отдыхает….

Закинув следующие связки каона «Жажды жизни», мой невидящий взгляд снова был направлен в окно. Из головы не выходил рассказ ректора. Говорил Морозов коротко, но по существу. В конце его рассказа, у меня не возникло ни единого вопроса. Не думал, что у человека его уровня могут быть на столько серьёзные проблемы, а теперь и у Милы. Врил — внутренний круг тайного оккультного общества Туле. Маги-неонацисты, занимающиеся исследованием эфира и ведущие подрывную деятельность против Российской Империи. Основной их задачей является сдерживание роста магического потенциала империи на мировой арене. Способ они выбрали довольно долгий, но действенный. Имея обширную агентурную сеть, и поддержку таких же злопыхателей Российской империи, они занимаются поиском и устранением дарований — талантливых магов. Мила Морозова, учащаяся под вымышленной фамилией Холодова, каким-то образом попала в поле зрения этих фанатиков. Скорее всего с подачи Велланского, судя по его любви обкалывать лицеистов химозой, о чём я сообщил ректору, который и так подозревал этого хмыря.

Озвучив свои соображения, что Милу хотели похитить, а не убить из-за её нестандартных способностей, всплыла ещё одна проблема. Ректор оказался не в восторге от того, что я в курсе того, кем является его племянница. Как оказалось, Морозов прятал девушку не только от Врил, но и от самого Императора. Он не хотел, чтобы она попала в поле зрения имперских ведомств, иначе её бы забрали у него. Отсюда и эта гипертрофированная забота. Теперь мне его не так сильно хочется пнуть, как хотелось до этого, да и здоровья у меня столько нет.

Когда рассказ ректора подошёл к концу, Морозов взял с меня слово, что весь наш разговор останется между нами. Мила так и не проснулась, но ректор уверил, что с ней будет всё в полном порядке. Ироничное слово на мой взгляд — «в порядке». Жить в вечном страхе, ожидая, что в любой момент тебя похитят и будут проводить опыты, либо пустят пулю. Морозов мог бы решить эту проблему, обратись он к императору, только потом, он не увидит свою единственную представительницу рода. Сам ректор жив по чистой случайности. Род Морозовых был взят на карандаш Врил ещё давно, Максима сочли посредственностью, и не посчитали нужным ликвидировать, а когда спохватились — было уже поздно. Фанатики не раз устраивали на него охоту, только всё тщетно. Исход был такой, как сегодня. В конце концов они «оставили» Морозова. Теперь, по старой «дружбе», раз в несколько лет, они посылают к нему своих головорезов, чисто из вежливости.

Поблагодарив за спасение племянницы, ректор пообещал разобраться с устроенной мной стрельбой, и прозрачно намекнул, что не позволит кому бы то ни было обижать Милу. Убедившись в том, что я о-очень понятливый, Морозов дал указание своим людях доставить меня в родовое поместье.

Автомобиль остановился на светофоре, перед поворотом в сторону моста.

— Ещё минут двадцать езды, подремал бы, княжич. — Посоветовал маг, который сидел на пассажирском сидении, рядом с Севой.

Отведя взгляд от окна, я хотел сказать, что уже не к чему, но раньше открывшегося рта, среагировали глаза, которые приняли круглую форму. Мат Севы, застыл в ушах перед тем, как нам в лоб влетел грузовик «Скания». Маг успел выставить перед автомобилем барьер, но это не помогло.

Основной удар пришёлся на правую сторону, автомобиль резко развернуло, а я получил сдвоенный удар фронтальной и боковой подушками безопасности. Звон стекла и скрежет сминаемого металла прервался спасительной темнотой, но ворот облачения тут же вернул меня в сознание, утратив заряд.

— Ска! Бля… — Вымучено завыл я, чувствуя, как по лицу хлещет кровь из сломанного подушкой носа.

Вновь звук сминаемого металла, только на этот раз со стороны двери. Не прошло и пяти секунд, как давление ослабло, а пара рук схватила меня за пиджак, выдёргивая из машины. На секунду, я увидел изъеденное оспинами лицо бородатого мужика в синей вязанной шапке, а потом ощутил удар в затылок, короткую боль и темноту забытья. Создание окончательно погасло.

— Ох… Епт… Дерьмово поёте. — Вынес я вердикт монотонному завыванию, влившемуся мне в уши.

Разлепив глаза и приподняв голову из моих ссохшихся губ последовала новая порция отборного мата. Я был привязан к стулу, а в метрах четырёх передо мной, сидела банда бородатых сурикатов со скрещёнными ногами и в тюрбанах. Монотонно воя периодически задирая руки, они запрокидывали вверх свои бородатые «лейками».

— Привет, Бараш! — Обратился я к молодому мужчине с кучеряжками, которого видел ранее на аукционе. — А чего ты со своими бандерлогами не завываешь?

— Мои братья воспевают хвалу Богу, а я готовлюсь к ритуалу. — Беззлобно ответил южанин, проводя по бетонному полу непонятной приспособой, похожей на двусторонний венчик от миксера, которая оставила после себя борозду, шириной в сантиметр, и такой же глубины.

Осмотревшись по сторонам, оценив на сколько крепко связаны руки, я на манер этих сектантов заорал простое " Аааааааааа! "

— Почему ты кричишь? Тебе больно? — Участливо поинтересовался, выражая беспокойство, южанин.

— Да, братишка адепт чистоты, не знаю как тебя по батюшке, мне больно.

— Верёвки жмут?

— Не-а! Мне больно от вашей узколобости и отсутствия фантазии. — Честно признался я. — Ну почему нельзя, к примеру, вывести похищенного в особняк или на дачу куда-нибудь? Да хоть на болото! Нет! Нужен обязательно подвал или завод! Других мест что ли нет!?

— Это не завод, а ткацкая фабрика. — Даже не выйдя из себя просветил меня южанин.

— Да те же шары, только в другой руке. — Недовольно буркнул я, оценив, что руки были связаны очень крепко. — Ладно… Зачем я вам? Если вы хотели чтобы я похвалил ваше пение, то разочарую, оно паршивое. Можно домой, а?

— Боюсь, что нет, мятежник. Я должен выполнить своё предназначение, отправить твою душу в поток жизни.

— Зачем, мне и тут неплохо… — Сказано было витиевато, но вполне конкретно, прикончить меня собираются или в жертву принести, что одно и тоже. — Может ты меня отпустишь? Я же вижу, что ты не злой. Мы ведь коллеги! Я адепт Бога, которому вы поклоняетесь.

— Может и так, но ты не принадлежишь этому миру. Твоё присутствие здесь, нарушает естественный ход вещей. Весь мир в опасности пока ты здесь.

— Ты что-то путаешь, приятель. — Замотал я головой, следом выругавшись от боли в затылке. — Я девятнадцатилетний пацан… Какое разрушение мира? О чём ты? Разрушить мир! Да у меня физически силёнок на такое не хватит. Вот ты, умный человек, русским языком скажи мне, каким образом?

— Я не знаю, но причиной, почему реки этого мира наполнятся кровью, будут твои знания, которые ты принёс с собой оттуда, откуда пришёл. — Южанин пожал плечами, вновь садясь на корточки, сделав несколько петель на прочерченной им ранее прямой.

— Неразумно меня убивать… — Решил провести я слабый аргумент. — От меня может быть польза. Пряжа вашего облачения, она примитивна и несовершенна. Вдобавок, вы используете для подпитки вязанок оргон низкого….

— Верховный Гуру предупреждал, что речи твои будут сладки, чтобы сбить меня с истинного пути служения Богу…

— Какому Богу? Иисусу? Дьяволу? Сатане? Одину? Ктулху? Макаронному монстру? Богу анального угнетения? Ты даже имени своего Бога не знаешь!

— Оно ему не нужно, мой Бог един, он сама жизнь. Он во всём сущем…

— Не заводись, блаженный… Я уже жалею, что тебя спросил. — Про себя сделав окончательный вывод, что этот тип наглухо отбит. — Когда вспарывать меня ритуальным кинжалом планируешь?

— Зачем мне это делать? Я использую на тебе Брахмастру, которая проникнув…

— А можно не тыкать в меня этой самой «брахма чего-то там»? Я против подобных извращений. Можно ритуальный кинжал или серп?

— Нет. — Покачал головой южанин, рисуя на бетонном полу своей преспособой новый, знакомый мне символ графического изображения петли " Корд». — Ты не понимаешь, мятежник. Я стану сосудом и призову Бога, чтобы он коснулся тебя своей дланью, стирая из этого мира. Ты станешь частью потока жизни, обретя вечную нирвану и благодать. Это огромная честь….

— А можно без этого «божественного фистинга» с дланью и «Брахмаштукой»?

— Я не знаю значения этого слова.

— Проехали… Когда планируется визит твоего Бога? — Решил подбить я сроки до моей казни.

— Завтра в полночь, когда луна будет в фазе «Мудреца». Это самое благоприятное время для проведения Брахмастры. — Не стал скрывать своих намерении этот блаженный.

— Ну, ладно. А как ты собираешься просить своего Бога, чтобы он меня коснулся? Просто позовёшь?

— Да, с помощью мантры, которая достигнет его ушей.

— Ну, да. Кто бы сомневался. — Заключил я, решая забить на дела божественные, и перейти к делам более насущным. — Кормить будете? И вдруг мне приспичит по большому? Если в штаны наделаю, то твой Бог тебя не похвалит. Да и мне не хотелось бы в срамном виде представать, перед твоим начальником.

— Когда братья закончат молитву, тебя покормят. — Сообщил мне южанин, после чего немного смутился. — Последнюю трапезу ещё нужно будет обсудить… Туалет мы тебе тоже организуем.

— Ты слишком любезный для похитителя. — Заключил я, удивляясь про себя, как этот блаженный вообще дожил до своих лет. — Зовут тебя как, добрый самаритянин?

— Сингх. — Ответил южанин, заканчивая чертить своей погремушкой ещё одно графическое изображение, теперь петли «Сол».

— Просто, Сингх?

— Да, но это не моё настоящее имя. У меня нет имени в привычном понимание. Я богоизбранный, с ранних лет меня готовили, чтобы свершить предназначение.

— Постой, коллега… А эта твой «Брахма чего-то там», он тебя не убьёт? Ну, мантра твоя.

— Нет, но её можно использовать один раз в жизни. Я останусь жив, став проводником Бога, но потеряю его присутствие.

— ДруК, может ты одумаешься? Не работает это так. Даже сейчас, ты царапаешь на полу полную хрень. — Решил предпринять я последнюю попытку. — Признаю, что у вас есть пара интересных решений, но на этом всё. Вы не продвинетесь дальше в своей технике, а так и будете веками топтаться на одном месте.

— Меня, и об этом предупреждал Великий Гуру. Мою волю не сломить. — Опять завёл пластинку религиозного бреда южанин.

— Иногда хребет ломается раньше, чем воля. Что делать будешь, Сингх?

— Использую на тебе Брахмастру, чтобы стереть из этого мира. — Пожал плечами южанин, а мне стало окончательно понятно, что он непробиваем.

— Ты совершаешь большую глупость, Сингх. Ты и твой Великий Гуру….

Я замолчал, наблюдая, как тот бородатый мужик в синей шапке, который выволок меня из машины прекратил завывать и медленно поднявшись направился ко мне с налитыми кровью глазами.

С его намерениями я угадал. Размашистый удар рассёк мне левую скулу, опрокидывая стул вместе со мной на пол. Двухметровая цепь, идущая от забетонированной в пол скобы натянулась, сдавив щиколотку. В глазах помутилось, а пятерня этого типа сомкнулась на моей шее. Дыхание тут же перехватило, а я ощутил резкую нехватку воздуха.

— Абхай, оставь его. — Спокойно сказал Сингх, и подойдя к бородатому мужику с оспинами на щеках положил ему руку на плечо.

Что-то сказав на неизвестном мне языке, мужик в синей шапке почтительно кивнув, одарив злым взглядом, отпустил моё горло, после чего перевёл в сидячее положение.

— Что он сказал? — Спросил я, морщась от неприятного ощущения бегущей по щеке крови.

— Сказал, что не выдержал того, как ты неуважительно общаешься со мной и упоминаешь Великого Гуру. — Будто ничего не произошло сообщил мне Сингх, садясь на корточки, продолжая портить пол своей «погремушкой», которая, пропуская через себя оргон южанина, работала будто резак.

— А твой друг понимает русский? — Решил я уточнить на всякий случай.

— Да, понимает, только говорит плохо. — Не поднимая головы подтвердил мои наблюдения Сингх.

— Очень хорошо. — Моя голова наклонилась набок.

Чувствуя, как свежая кровь побежала по моим губам, я слизал её языком, улыбнувшись и слегка прищурившись, посмотрел на бородатого здоровяка.

— Абхай, обещаю, что ты не переживёшь сегодняшнюю ночь.

Судя по вновь наливающимся кровью глазам, индус меня понял. Возможно он бы бросился на меня, если бы Сингх, так же не поднимая головы, что-то ему не сказал.

— В тебе слишком много зла. Не нужно угрожать моим братьям, мятежник. — Через несколько секунд заговорил южанин, дорисовав изображение ещё одной петли.

— Я злой, потому что голодный. — Сообщил я своему собеседнику. — И пить хочется.

Ничего не ответив, Сингх обратился к Абхаю. Обменявшись несколькими фразами, бородач лишь сверкнул глазами, посмотрев на меня, зашагав в конец длинного цеха и исчез за одним из станков.

Около пяти минут, под заунывные песнопения, я разглядывал вязанки Сингха, пока бородач не вернулся с большим зелёным пищевым термосом и пластиковой бутылкой чего-то белого, похожего на молоко, только гуще.

Без лишних слов, Абхай, выражая всем своим видом неприязнь ко мне, открутил пробку и поднёс бутылку к моим губам.

— Признавайся, спустил туда? — Недоверчиво поинтересовался я, чувствуя кисловатый терпкий запах от белой жижи в бутылке, наблюдая, как глаза здоровяка вновь наливаются кровью. — Ладно, ладно… Не злись ты ты так, а то в следующей жизни станешь маленькой собачкой, типа чихуахуа.

Понимая, что могу договориться до того, что останусь без жратвы, я прильнул к горлышку. Хоть этот мужик был злее сотни скверхов, но оказался не жадным. Видя, как я жадно пью, он влил в меня всё содержимое литровой бутылки. Когда посуда опустела, моя морда лица расплылась в довольной улыбке, после чего я громко рыгнул.

— Вар-вар — Произнёс Абхай, с брезгливым прищуром сверля меня взглядом.

— Сингх, а что это было в бутылке?

— Ласси. — Видя, что мне это мало о чём мне говорит, южанин пояснил. — Это как ваша простокваша, только взбитая с кокосовым молоком, сливками и специями.

— Заказчик доволен. — Одобрительно кивнув, мой взгляд уже прилип к термосу. — Ну, не томи, Абхай. Что там?

Раздражённо на меня зыркнув, мужик поставил термос на пол, открывая крышку, а я даже через разбитый нос ощутил пряный запах от которого потекли слюни.

— А это что за вкуснятина?

— Дхансак… Цыплёнок с пареным рисом, карри и чечевицей. — Пояснил Сингх, усмехнувшись, глядя на меня. — Ты любишь поесть, мятежник.

— Ещё бы! От одного запаха голова кружится. — Не стал скрывать я своего восторга. — Нужно будет более плотно ознакомиться с вашими национальными блюдами и попробовать как можно больше всего, когда выдастся возможность.

— Боюсь, что твоё желание не сбудется. — Беззлобно заявил южанин, опуская меня с небес мечтаний на землю. — Но мне приятно, что тебе нравится наша еда.

— Посмотрим, Сингх. — Моё многозначительное заявление заставило избранного прервать своё «рисование».

Одарив его смешливым взглядом, ничего не объясняя, я переключился на свою злую бородатую няньку.

— Абхай, не стой столбом, бери вон ту большую ложку и набивай меня этой вкуснятиной!

— Вар-вар… — Вновь по частям разделив слово, высказался индус, доставая из термоса огромную ложку.

Через двадцать минут

— Беру свои слова назад! — После этого заявления, страсть как захотелось погладить себя по полному животу. — Живое пение, вкусная еда… — Ребята, вы самые лучшие похитители! Поверь, Сингх, мне есть с чем сравнивать. Жаль, конечно…

Резец кольца справился с последней верёвкой. Длинны цепи мне хватало с лихвой. Контур вуали активировался по первому зову, дыхание перехватило, а уши наполнились звоном.

— … Что придётся сделать это. — Мрачным голосом закончил я, стоя за спиной Абхая, который собирался уносить термос, проводя прижатой к его шее ладонью от уха до уха.

Толчок в спину, и тело с распоротым горлом плюхнулось на пол, а я вновь уселся на стул.

— Говорил же, что он не переживёт эту ночь….

Это была последняя моя фраза перед тем, как разъярённая толпа индусов, забыв о своей молитве, пришла в движение. Даже не успел понять, как оказался на полу, осыпаемый градом ударов множества ног….

Глава 24

Подведём нерадостные итоги. Я побитый, голодный, без телефона, оружия, в цепях, валяюсь в луже собственной мочи, вперемешку с кровью, в какой-то тёмной комнатушке полтора на полтора, и мне холодно. Вывод: Индусы очень обидчивые, особенно, когда убивают их товарища.

Из плюсов, есть каон «ночного зрения», благодаря которому, я могу видеть всю печаль своего положения, но только одним глазом потому, что второй заплыл. Разумеется, подобный исход был ожидаемым. Нарвался я вполне осмысленно. Причин тут две, основная из которых акселерация бега веретена. Второй причиной, являлся мой каприз наказать этого бородатого скверха, перед тем, как сольюсь с атминтисом.

Меня взяли, что называется «тёпленького». Ни заготовок, ни верного плана у меня нет. Как бы мне не хотелось признавать, но на спасение из этой огновой задницы у меня всего два с половиной призрачных шанса, самый весомый из которых, что Токарев с отцом меня ищут, и скоро найдут. На перекрёстке должна быть камера, есть от чего оттолкнуться в поисках.

Второй, менее весомый вариант — пока не ясно, есть он у меня или нет. Через одну связки завершится пряжа каона «жажда жизни». Всё будет зависеть от его работы. Если он будет обеспечивать хорошую скорость восполнения резерва, то я этим монахам такой «Брахма-болт» по самую шляпу загоню, что шеей хрен повернут, ска. Сейчас, вроде утро по ощущениям, время у меня есть, но всё будет зависеть от работы каона. И последняя половинка шанса на спасение — это механизм работы той дряни, которой меня хочет прикончить Сингх. Тут как повезёт…. Все атакующие мантры, это то ещё развлечение. Очень много условностей для их срабатывания, и не только. Дело в самой природе и характере оргона. Не приспособлен он для того, чтобы нести разрушение, чего не скажешь об эфире. Разумеется Тонг настаивал, чтобы я освоил атакующие мантры, но скверх тут плавал. Не по мне вся эта космологическая оккультная чепуха и песнопения атминтису. К тому же чувствуешь себя дауном, когда тянешь, как упоровшийся стимер, несколько слогов, будто идиот. Не смотря на это, всё же две атакующих мантры я освоил. Одна из них сто процентов летальная для адепта, то есть меня, вторая — процентов на семьдесят, при наличии высокого прогресса облачения. Они обе для того, чтобы «красиво» сдохнуть, прихватив с собой в атминтис ещё немного жизней, помимо своей.

— Тьфу! Отрыжка скверха… — Выплюнул я отколовшийся зуб, пожалев, что напряг разбитые губы. — «Не ссы Айзек, и не из такого дерьма выбирались… Сейчас только по щиколотку, бывало и по пояс… Кого я пытаюсь обмануть? Тут по колено, не меньше….»

Родовое поместье Орловых

— Можно тебя поздравить, Александр. — Григорий Драгунов поднял бокал. — По предварительным опросам у тебя лидирующие позиции. Кресло мэра вновь за тобой, друг.

— Спасибо, Гриша. — Глава рода Орловых постучал по плечу Григория. — Не без твоей помощи, и всех здесь присутствующих.

— Нужно будет осветить это в СМИ. — Сказал беловолосый мужчина лет тридцати пяти на вид, доставая небольшой блокнот с приколотой к нему миниатюрной ручкой, быстро открывая на нужной странице, что-то черкнув в нём. — Общественность это любит.

— Непременно, Матвей. От меня что-нибудь нужно? — Поинтересовался Орлов.

— Свои люди — сочтёмся. — Усмехнулся Елисеев, но чуть помедлив решил добавить. — Коммуникационное оборудование старовато, в некоторых места уже «морально старовато». Про печатное оборудование вообще не хочу упоминать. Надеюсь, «новый» мэр поддержит СМИ?

— Поддержит, — Не раздумывая пообещал Орлов, отхлебнув от бокала. — Если наша доблестная имперская прокуратора прикроет глаза, то поддержка будет ощутимей.

— Глаза не прикрою, но очки одеть забуду. — Пообещал Драгунов, тоже сделав глоток.

— Да… Матвей… Вопрос есть к тебе, профессиональный. — Немного смутился Орлов, поигрывая ножкой бокала. — Можно ли удалить видео с Имптуба?

— Раньше это было легко, сейчас сложнее, из-за изменения в законах Российской Империи. — Машинально ответил глава рода Елисеевых, но через мгновение, левое веко мужчины начало непроизвольно подёргиваться. — Княжич Мышкин?

— Да… Претит, когда на слуху фамилия «этих». Не Ставр, так его сын.

— Оу! — Только и успел воскликнуть смешливо Драгунов, когда хрустальный бокал в руке Орлова лопнул. — Ещё не погас огонь войны?

— … Видео. — Коротко произнёс Елисеев, а его веко вновь начало подёргиваться.

— Матвей, а с тобой что? Ты со Ставром не бодался… — Подметил Драгунов, который был предельно расслаблен и в хорошем расположении духа.

— Не, просто размышляю, Гриша. Ничего такого.

— Ну, пока ты размышлял, как удалить видео, княжича второй раз похитили. Поздравляю… — Глава рода Драгуновых немного посмеявшись, глядя на изумлённые лица своих друзей, выпил бокал шампанского залпом.

— Гриш, ну не томи… — Почти в один голос произнесли Орлов с Елисеевым, зная дурную привычку своего друга начать говорить, а потом замолчать, чтобы его упрашивали о продолжение.

— А что тут говорить? С ночи вся полиция Калининской губернии на ушах стоит. Грузовик на котором увезли сына Ставра исчез где-то там, судя по камерам. Бойцы рода и «Цербер» просеивают губернию через мелкое сито.

— Гриш, а можно как-то…. — Хищно прищурившись начал Орлов, но Григорий его тут же перебил.

— Уже всё сделал. Двенадцать Калининских экипажей ушли на усиление в Невскую губернию, а тройка толковых прокуроров с утра отправилась на три дня в оплачиваемый отпуск, в качестве поощрения за хорошую работу. — Григорий довольно прищурился, глядя на реакцию Орлова. — Сейчас в Петроградской прокуратуре два идиота-помощника сидят, которые один ордер по часу выписывают, и кружку с кофе в руках держат чаще, чем ручку… Не благодари, Александр. Как сказал Матвей: «Свои люди — сочтёмся».

Калининская губерния

— Что там? — Быстро спросил Ставр у хмурого Токарева, выходящего с пятёркой бойцов из проходной птицефабрики.

— Ничего, нет у них «Скании» вообще ни одной. Ни на разгрузке, ни по документам нет. — Сообщил безопасник, теребя в руке телефон, на экран которого, каждую секунду бросал быстрый взгляд. — Хорошо, что директор нормальный мужик оказался, не стал выкобениваться и дал всё осмотреть.

Будто подчинившись воле Токарева, стоило ему ещё бросить на телефон взгляд, раздался звонок.

— Да, Рика… Понял… Что? Почему только один?! — Через несколько секунд, коротко бросив «Понятно, работай», дядя Фёдор повесил трубку и грязно выругался в несвойственной ему манере. — Прошу прощения, Ставр. Вместо трёх складов, проверен только один. Полиция ждёт ордера на обыск. Нужно было мне с этими лентяями быть, а Рику тебе….

— Теперь уже поздно. Сделать всё равно ничего не можем. — Сказал Ставр, расходуя последние остатки спокойствия. — Едем, Фёдор. У нас ещё кирпичный завод и два ГСК по графику….

— Когда же эти ублюдки требования выдвинут…

— Не знаю, Эва сейчас на телефоне… — Ставр не договорив, быстро поднял зазвонивший телефон, принимая вызов. — Слушаю… Да, Максим Александрович… Да… Благодарю, и спасибо за помощь. Будет очень кстати. Хорошо. До связи.

— Что там? — Быстро поинтересовался Токарев. — Это был Морозов?

— Да. Он обзвонил своих выпускников с магической специализацией «наблюдатель» разных выпусков. Откликнулось помочь чуть больше пятнадцати магов. Они возьмут на себя весь север губернии. Это очень кстати….

— Отлично! Маги что видят сквозь преграды это то, что нужно! — Воодушевился Токарев, начиная суетится. — Поехали, Ставр! Не будем терять времени. Мы обязательно найдём парнишку!

За 20 минут до полуночи

По глазам неприятно ударил свет из открывшихся дверей в мою темницу. Я сощурился, прикрывая глаза привыкшие к темноте. Про то, чтобы привыкнуть к холодной воде, меня не предупредили. Сначала один раз, а потом второй, меня окатили с ведра холодной водой.

— Спасибо за ванну. — Поблагодарил я двух индусов, получая третью порцию. — А вот это было уже лишним, ну ладно.

Ответа не последовало. Без малейшего намёка на нежность, двое индусов пристроившись по обеим сторонам, взявшись за цепь, которой я был плотно обмотан, поволокли меня по полу, не потрудившись поставить на ноги. Впрочем, идти сам я бы всё равно не смог, не стоит их винить.

Индусы бросили меня, отскакивая в стороны ощущая неладное. Из моей гортани донёсся вибрирующий звук мантры «Огм», которая остановила веретено, а затем заставило крутиться его в обратном направление, растягивая резервуар, и выпуская оргон из моего духовного тела наружу. Вокруг меня начал закручиваться невидимый вихрь, поднимающий пыль и частицы песка с бетонного пола ткацкого цеха.

Палки, исполняющие роль дубин, покрытые вязью символов петель, притороченные к поясам индусов, засветились зеленью, реагируя на бурю оргона вокруг меня. Подавив растерянность, бородатые монахи или кто они там, сняли своё оружие с поясов, которое вспыхнуло в их руках ещё ярче, и хотели задать мне трёпку, но в следующий момент всё прекратилось.

— Спокойно… ребята. — Тихо произнёс я, чувствуя как помимо капель воды, по мне градом катится ещё и пот. — Спрячьте свои коряги. Больше не буду….

То ли они понимали, что я говорю, то ли проявили жалость, но светящиеся зеленью палки в их руках потухли, вновь оказавшись на поясах, а меня снова поволокли через ткацкий цех. Чувствуя тошноту, я прикрыл глаза, доверившись своей беспомощности. Открыл я их, когда лязгнул засов, а потом скрипнули ворота цеха. Поёжившись от обдавшего меня холодного ветра, постукивая зубами, один мой глаз был направлен в звёздное небо, которое было более звёздней, чем обычно. Должно быть Сингх не обманулся с выбором благоприятного момента для моего уничтожения.

Протащив меня по земле вдоль стоящего рядом здания, похожего на склад, мы оказались на разгрузочной площадке, от которой начиналась грунтовка, сразу за которой протекала речка или водохранилище.

— «Зрители уже в сборе…» — Отметил я, когда меня заволокли в круг образованный тремя десятками рыл, в центре которого находился Сингх.

Все желающие посмотреть на моё жертвоприношение не вместились, так что ещё пару десятков стояли на подтянутых сюда евроконтейнерах и пластиковых синих бочках.

— А я думал, меня в цеху будут в жертву приносить. Ай…Ска….

Парочка, что волокла меня швырнули мою тушку под ноги южанину.

— Пришлось заново проводить все приготовления. — В своей спокойной терпеливой манере сообщил Сингх, держа в руках «погремушку». — Ты осквернил ритуальный круг кровью нашего брата.

— Ну извини, не знал. — Пожал я плечами на сколько это было возможно сделать, будучи обмотанным цепями. — Когда казнилово начнётся?

— Мятежник, знаю, что ты нас считаешь убийцами, но это не так. Мы исполняем волю своего Бога. Тебе может показаться, что мы творим «зло», но это не так. Мы….

— Сингх, мне прям легче стало от твоих слов. Утешил… — С лёгким сарказмом произнеся это, решил перейти к единственно интересующей меня теме. — Сингх, лучше скажи, что произойдёт со мной, когда ты используешь на мне то, что собираешься. От меня ничего не останется? В ящик моим родителям будет что класть?

— Физическое тело останется, но после ритуала, мы придадим твой пустой сосуд огню. — Сообщил южанин, а я в очередной раз подивился открытости этого парня, которая могла бы позавидовать доверчивости бесхитростных огнов.

— А если увернуться от этого «касания Бога»?

— От «Брахмастры» невозможно уклониться. Это совершенное оружие Бога, которое уничтожает саму душу. Оно сотрёт сознание в твоём духовном теле, а потом уничтожит и его, оставив пустой сосуд.

— … Замечательно. — Протянул я, едва заметно усмехнувшись. — Я услышал то, что хотел.

— Мне нужно готовиться. — После кивка сказал Сингх, посмотрев на часы. — Прощай, мятежник.

— Ага. — Бросил я, усмехаясь. — Обещанной последней трапезы не будет?

— Нет. За убийство нашего брата ты остаёшься без последних почестей в наказание.

— Эх, жаль….

Фагрис. Второй ярус нодов планеты Эстель. Портовый сектор.

— Был кто-нибудь? — Тут же задал вопрос молодой мужчина в фильтровой маске очистителя, закрывающей нижнюю половину лица.

— Нет, Стас. — Покачал головой лысый мужик за стойкой, натирая блестящий контейнер с регулятором кислотности, добавляющийся в коктейль «Выгребная яма». — У тебя есть что?

— Да… — Кивнул молодой мужчина, кидая на стойку четыре управляющих чипа в пластиковых корпусах.

— Сейчас проверю, секунду. — Откинув контейнер, из ладони импланта правой руки бармена показался джек.

Поочерёдно вставив его в каждый из чипов, Грофт одобрительно кивнул, оскалив металл зубов.

— Все работают… Удивляюсь тебе, Стас. Как ты валишь жнецов без ЭМИ-гранат?

— Секрет мануфактуры. — Улыбнулся под маской молодой мужчина. — Отсыпай гроши за три чипа, коктейль той бурды дай, что ты мешаешь, остальное себе оставь, в качестве чаевых. И продолжай искать того, кто меня на Астрогас доставит.

— Гроши? А! Галакрэды… Вот спасибо, Стас. С тобой приятно иметь дело. — Осклабился Грофт, скрипнув металлической челюстью, высыпая на стоку горсть пластиковых пластинок. — Не знаю откуда ты, но лучше тебя добытчика у меня ещё не было. Жаль, что ты хочешь покинуть Эстель.

— От местного воздуха в горле першит. — Хмыкнул Мышкин, принимая напиток, вставляя светящийся дозатор в приёмник очистителя, запрокидывая голову для глотка.

— А на Астрогасе, думаешь, лучше? Здесь хотя бы с штурмовым плазмомётом ходить постоянно не приходится. Ну, дело твоё, парень.

— Простите, мальчики… — Раздался с другого конца стоки миловидный женский голос. — Вы так громко трепались, что я невольно услышала.

Разгоняя висящую в воздухе дымную пелену от испарителей с лёгким наркотиком «Затмение», который вдыхал здесь каждый второй, к центру бара подошла вызывающе одетая девушка с розовыми волосами.

— Слышала, тебе, красавчик, нужно на Астрогас… — Издалека начала незнакомка, садясь на стул и закидывая ногу на ногу, сверкнув неоном коленного сопряжения косметического импланта, обнажая бедро, и демонстрируя верх треугольника белого нижнего белья, под задравшейся короткой виниловой юбкой.

— Сомневаюсь, что ты можешь меня туда доставить. На извозчика ты не похожа. — Вынес свой вердикт Стас, тактично отведя взгляд от прелестей собеседницы.

— Ты прав, красавчик, я по другим вопросам, — девушка призывно провела язычком по ярко-малиновым губам. — Но я знаю, кто может тебе помочь. Один мой знакомый доставляет на грузовом клипере товары туда. Сейчас он как раз из рейса вернулся. Сразу говорю, что не знаю когда следующий рейс. Это тебе у него лучше спросить.

— Полагаю, что тебе за это что-то нужно?

— Догадливый. — Усмехнулась девушка, и видя недоверчивый взгляд поспешила добавить. — Сущий пустяк, не переживай. Выпивкой угости, и до сектора ЖН-21 проводи к дому. Предупреждаю, там последнее время всякие отморозки околачиваются. Красивой девушке страшно ходить по ночам. Доведёшь до жилого бокса, а я тебе адрес. Ну, и если на ночь останешься, против не буду….

Тридцать минут спустя

— Здесь можно срезать, красавчик. — Нао, так представилась девушка, указала на проулок между жилыми боксами. — Если по основному пути пойдём, можем ещё на стимеров нарваться. Частенько тут скверх знает что устраивают, уёбки.

— Понимаю, сам их не люблю. Слишком непредсказуемые ребята.

— Да ублюдки они все. — Бросила идущая рядом девушка, поглядывая в огни коммуникаций и металлоконструкций первого яруса нодов, что висели сводом над головой, на высоте сотни метров.

— Почти пришли, — сказала Нао, немного приближаясь к молодому мужчине. — Немного осталось.

— Разве? — Поинтересовался княжич, который благодаря воспоминаниям Айзека немного разбирался в географии этого места, даже без навигационного чипа.

— Да…

Гулко ухнув, издавая жужжание лезвие виброрезака вонзилось в правый бок Стасу, а спереди послышалось тарахтение заведённых пилокос жнецов.

— Извини, красавчик, глаза у тебя очень красивые… — Промурлыкала девушка, продолжая шагать вперёд навстречу движущейся на своих косах паре жнецов, виляющих между мусорными кучами и баками. — За них много дадут….

— Рад, что тебе нравятся. — Будто ничего не произошло сказал Стас, уверенно поднимаясь с колена. — Управляющие оружейные чипы с кос жнецов, тоже стоят не мало.

— Живучий… Стимер, что ли? — Поинтересовалась «зазывала», уходя за спины спрыгнувших со своих кос жнецов. — Инъектора вроде нет….

— Нао, сколько раз говорить, чтобы в бочину не тыкала резаком! — Прервал диалог один из жнецов, выстукивая дробь стальными роликами на подошвах ботинок.

Не дожидаясь ответа, жнец рванув вперёд, занося для удара косу, на заострённой пятке которой затрещал парализатор. Стас даже не шелохнулся, продолжая стоять на месте. За мгновение до удара, острый боёк парализатора остановился у груди Мышкина, а коса, которую продолжали сжимать отрубленные руки жнеца, с лязгом рухнула ему под ноги.

— Гаррота… — Тихо шепнул Стас, резко разводя руки в стороны, будто тянул за невидимые нити.

Брезгливо взглянув, на ровный срез шей обезглавленного жнеца и своей недавней спутницы, протектор сапога лёг на шею корчащегося от боли жнеца, раздавливая ему трахею.

Взглянув на рану в боку, которая уже начала стягиваться, Стас хотел оставить её на попечение регенерации, но вдруг из разреза начала течь кровь.

— Чего? Каон «Геморандж» отказал? — Удивился вслух княжич, собираясь активировать каон «Упырь» на тело жнеца, чтобы использовать его, как строительный материал для своего.

Стоило ему выставить руку, как в глазах начало мутнеть, а кровотечение из раны немного усилилось….

— Что за чертовщина? — Удивился Стас, пытаясь повторно использовать каон «Упыря», но ничего не произошло….

Чувствуя, что ноги тяжелеют, княжич отошёл к стене бокса, по которой тут же обессиленно сполз.

— Облачение… Одно крыло?!

Сингх

— «Что-то идёт не так…» — Отметил богоизбранный объятый зелёным светом, наблюдая, как из проявившейся в ночном небе воронки, закрученный осязаемый поток оргона бьёт в тело мятежника, который хихикая, начал подниматься на ноги.

Видя это, пение Сингха стало громче, расходясь вибрацией по асфальтированной площадке, сотрясая воздух.

— Что-то идёт не так, правда? — Раздался ехидный голос мятежника, который кряхтя поднимался с колен, на трясущихся ногах.

Сингх не мог ему ответить, прибывая в медитативном трансе.

— А… Ты же не можешь мне ответить. Атакующие мантры нельзя прерывать, иначе сдохнешь мучительной смертью. — Будто прочитал мысли богоизбранного парень. — Так уж и быть, расскажу тебе одну маленькую подробность обо мне. То духовное тело, что принадлежало мне ранее, оно уже в атминтисе, понимаешь? Духовное тело и сосуд, которым я сейчас пользуюсь — не принадлежат мне! Они не мои, Сингх! Всё это принадлежит княжичу Мышкину, чьё сознание так же «варится» в потоке жизни. Говоря проще, у твоей мантры нет цели. Да, и спасибо за халявную энергию. Я её поглощаю… Потрясающая концентрация. Поток на столько сильный, что резервуар расширяется сам собой без моей….

В полыхающих зелёным светом глазах Сингха появилось торжество. Ноги мятежника подкосились и он рухнул кулём на площадку обнесённую ритуальным кругом. Сикхи видя это, одновременно затянули мантру, восславляя единого Бога.

Поток, спускающийся из воронки в небе, которая ярко полыхнула зеленью, слегка ослаб. Собравшись в точку, из центра произошёл последний залп оргона, после чего ночное небо приобрело свой привычный вид, будто ничего не происходило до этого. Образующая круг толпа зажмурилась, отворачиваясь от центра круга, залитого зелёным огнём мощи стихии жизни… и возликовала. Брахмастра была завершена.

— Всё кончено… Моё предназначение исполнено. — Обливаясь каплями холодного пота произнёс Сингх, падая на колени, ощущая, что веретено жизни заснуло навсегда, а всё его облачение исчезло.

Толпа была готова продолжать ликования, но в бушующем пламени жизни поднялась фигура отдалённо напоминающая человеческую, а следом, раздался лязг рвущихся цепей, со звоном осыпающихся на асфальт.

— Даже, так… — Прозвучал в немой тишине вкрадчивый довольный голос. — О подобном, я даже мечтать не мог….

Айзек

— Это потрясающе! — Мой крик огласил площадку, а «жажда жизни» моментально втянула весь оргон от мантры Сингха, что бушевал вокруг меня.

Взглянув на свои руки, я не поверил глазам, быстро ощупав каждую часть по порядку, испытывая такие приятные, и такие знакомые ощущения от силы, что сейчас меня наполняла.

— Плечи, нагрудник, основа, каркас, набедренники, пояс, юбка, наколенники, локти, сапоги, ореол, саван и нимб! — Тронув себя за пах, я довольно осклабился. — И раковина, моя родимая….

Радость была не долгой, проявившееся в физическом мире, принадлежавшее когда-то мне облачение, предательски мигнуло.

— Бог… — Раздался рядом голос, вернув меня из состояния эйфории. — Ты решил явить себя…

— Боюсь, что нет, Сингх. — Сообщил я южанину, чувствуя, как оргон утекает из моего тела. — Времени нет. Начнём….

Поддев ногой южанина, отправив его в кратковременный полёт, я щёлкнул пальцами, окинув взглядом окулуса собравшихся здесь зрителей.

— Бежать бесполезно… — Никогда не произносил вслух названия каонов, но сейчас мне захотелось в полной мере ощутить то, что я чувствовал раньше. — «Гробница чистоты».

Сингха оторвало от земли, сковывая по рукам и ногам.

— Хочу, чтобы ты видел, как все здесь умрут….

— Ты, просто пиз@дец, какой тяжёлый, Сингх. — Ослабив хватку, я уронил пускающего сопли южанина лицом в ручей, после чего сфотографировал его на тот телефон, что был у него в кармане, отправив снимки единственному контакту в списке.

— Ты убил их всех! — Рявкнул зарёванный южанин, и хотел было подняться, но я легонько шлёпнул ему по голове магическим дрыном, который забрал у одного из мёртвых манахов.

— Не реви, сам виноват. — С укором сказал я, поглядывая на имя единственного контакта в телефоне. — И гуру твой, кусок маразма… Вот ему кровавые реки из пророчества….

Сказав это, я навёл камеру на Муринский ручей. Сделав снимок, тут же нажав на отправку. На моём лице появилась ироничная улыбка, с налётом горести. Когда призванному Брахмастрой облачению оставалось совсем немного, я зашвырнул в сторону речушки несколько кубов с фуксином — красным красителем, расстреляв их в полёте из каона «Арчер». Благодаря моим действиям, вода приобрела алый цвет, напоминающий кровь. Чувствую, казнят меня экологи Петрограда за такое отношение к природе….

— Не реви, и слушай меня, Сингх. Прекращай, пока я тебя не ударил ещё раз. — Чувствуя, что мои слова не доходят до «избранного», я легонько тукнул его ещё раз по голове дрыном. — Больше чем ревущих женщин, я ненавижу ревущих половозрелых мужиков. Если женщин мне жалко, то ревущий мужчина это отвратительно. Слушай меня, и запоминай. Сначала я скажу кое-что для тебя, а потом, ты передашь, слово в слово, моё послание вашему Великому Гуру.

— Всё понял? — Спросил я индуса, который подобно лягушке сидел на берегу, наполовину в воде, и трясся от холода.

— Понял, мятеж… Ай! — Палка в моих руках вновь опустилась на голову Сингха.

— Выкинь эту херню из головы, про «мятежника», «кровавые реки», «вселенский понос» и возвращайся к себе на родину. Поторопись… Ту вакханалию, что ты здесь устроил своей «Брахмаштукой» не видел разве что слепой! Скоро, здесь будет не протолкнуться из-за имперской полиции…

— Прежде чем я уйду, поклянись, что сказанное тобой правда….

— Клянусь, Сингх. И про дворец ваш, я не шутил. Торопись….

— Мы ещё встретимся, Айзек.

— Надеюсь на это, Сингх.

Махнув рукой на прощание, полностью голый после того, как южанин своей мантрой вырвал моё облачение из другого мира, я направился к площадке, где произошла бойня. Собираясь выполнить последнее на сегодня дело.

Предусмотрительно сняв халат с одного из более менее целых тел, я отнёс его почти ко входу в ткацкий цех, после чего вернулся назад.

— Погнали, Айзек. — Подбодрив себя, убедившись в полном расширение резервуара, нить легла на лопасть веретена, давая старт трансформации.

Наблюдая за тем, как плавно уменьшается показатель моего резерва, несмотря на жуткую боль, на моём лице была улыбка.

— «Атминтис ничего не возвращает, а значит, ты жив княжич… Искренне рад за тебя. Надеюсь, ты полюбишь, Фагрис, хоть он не такой дружелюбный, как этот мир…»


Конец второй книги


Поставил лайк? Добавил в библиотеку? Вычислил откуда скверх кастует? Подписался на автора? => 10 крыльев веретена из «не скажу» скольких.

От автора: Вот и второй том завершён. Продолжение похождений космопирата в Российской империи продолжатся в третьей книге. Благодарю за ваши комментарии, лайки, отдельное спасибо тем, кто указывал на очепятки. Всё это помогает продвижению книги, и влияет на мотивацию автора.

Ещё лайки направятся моему коту =)))

Оставить комментарии, задать вопрос, можно здесь:

https://author.today/work/146076

Первая книга здесь: https://author.today/work/139199

Вторая книга здесь: https://author.today/work/146076

До скорых встреч….

* * *

Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24