Львиное логово [Дмитрий Чайка] (fb2) читать постранично

- Львиное логово (а.с. Меня зовут Заратуштра -3) 752 Кб, 207с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Дмитрий Чайка

Настройки текста:




Глава 1, где Пророк вводит в местный обиход не совсем привычные методы ведения войны

Сузы, в настоящее время Шуш, провинция Хузестан, Иран. Год 693 до Р.Х. месяц кислиму.

— Зар, ну не хочу я туда больше ездить. Они же дуры набитые, — ныла любимая жена Макса Ясмин, вернувшись после поездки в царский дворец, где встречалась с невестками, женами родного брата, царя Персии, Аншана, Элама, Кермана и прочая, прочая, прочая.

— Звезда моя, но тебе же нужно с другими женщинами общаться иногда, о своем, о девичьем поболтать, — удивленно ответил Пророк.

— Да не о чем с ними болтать, все разговоры только о тряпках и украшениях. С ними скучно так, что скулы сводит. Давай ты мне что-нибудь интересное расскажешь, про Египет или Индию. Я же слышала, тебе тот толстяк докладывал. А правда, что финикийцы маленьких детей в жертву Баалу приносят? А зачем им такой злой бог? А скоро брат их завоюет, чтобы они такую страсть больше не делали? А правда, что в Египте царь черный, как тот нубиец, что во дворце прислуживает? А правда, что у саков женщины на конях скачут, как мужчины, и из луков стреляют? — трещала она без умолку. А увидев обреченное лицо мужа, включила убойный аргумент.

— Ну, Зар, ты меня любишь?

Ясмин несмотря на то, что уже разменяла двадцать пять и была матерью троих детей, во взрослую тетю так и не превратилась, оставаясь тоненькой симпатичной девчонкой, слегка округлившейся после родов. Все семь царских жен, в полной мере соответствовавшие местным канонам красоты, имели необъятные задницы и арбузные сиськи, а потому с жалостью поглядывали на худосочную родственницу. Но муж Ясмин, вкус которого в корне расходился с местными представлениями о прекрасном, находил ее неотразимой. По этой простой причине они оба плевать хотели с вершины храма Мардука на мнение своих толстомясых родственниц. Ясмин так и осталась милой и непосредственной, из-за чего Макс, тогда еще вчерашний раб, влюбился в нее без памяти. Высочайшее положение супруга никак ее не изменило, и все поползновения местного бабья, пытающегося с ней подружиться, вызывали у нее лишь брезгливое отторжение, потому что дурой она вовсе не была, и фальшь чувствовала очень тонко. Сын и две дочери, которых она подарила мужу, росли крепкими и здоровыми, не в последнюю очередь из-за того, что любимый супруг пару раз тупым концом посоха прогнал целителей, пытавшихся лечить их местной аптечной номенклатурой. Лекари не догадывались, что они рисковали жизнью, потому что Пророк продолжал ежедневные занятия с Ахикаром, и легким копьем владел уже вполне прилично. Он даже сам не осознавал, насколько прилично, потому что сравнивал свои навыки с мастерством высочайшего уровня, которым обладал начальник его охраны.

Им пришлось переехать в Сузы, оставив родителям поместье в Аншане, где они пережили столько треволнений. Старикам тоже было опасно оставаться в горном кишлаке, да и не по чину уже, а потому и они, и семьи старшего брата и сестер жили сейчас в их старом доме под охраной копьеносцев и лучников. Семья Пророка в Сузах придирчиво выбирала себе новое жилище из нескольких конфискованных у опальных вельмож, и остановилась на загородном поместье, где в перспективе можно было организовать оборону, как в их прошлом доме. Работы были начаты незамедлительно, царь не собирался рисковать, и вскоре их жилище должно было превратиться в довольно серьезную крепость так, чтобы это не сильно бросалось в глаза. Все-таки сплетни о том, что одно из высших лиц государства является трусом, могли сильно ударить по авторитету власти.

В общем и целом, Ясмин в семейной жизни была счастлива, потому что муж любил ее и детей, пил умеренно, а в храмы Иштар не заглядывал из-за небольших религиозных разногласий, которые закончились торжественным вывешиванием настоятельниц-энту на бронзовом крюке под левым ребром. Ясмин чисто по-человечески тех теток жалела, но семья все-таки была дороже. Слышала она как-то раз жалобы местного сатрапа, у того одна из жен так сильно радела за урожайность ячменя, что из храма Иштар практически не вылезала.

Жена Пророка, единственная из женщин Суз, научилась читать и писать, вгоняя в оторопь государственных мужей, приходивших в их дом на доклад. А, учитывая острый ум и неуемное любопытство, она очень скоро стала выделяться из числа местных дам, которых тут никто и за людей-то не держал, считая их частью домашней обстановки. Это же был Восток во всей своей красе, об эмансипации никто и слыхом не слыхивал. Она читала запоем все, до чего могла дотянуться, от занудных философских трактатов до сказки о ниппурском бедняке. Она хохотала до слез, когда обманутый крестьянин трижды избил правителя города, а Макс дивился, не ожидая от нее такой прыти в учебе. И каждый день, лично покормив мужа, пришедшего с работы (звучит-то как знакомо!), залезала к нему под бок, и требовала все новых, и новых рассказов.

Их быт обслуживала большая семья потомственных рабов, присланных из Кермана.