Редкий цветок [Мария Сидней] (fb2) читать онлайн

- Редкий цветок 838 Кб, 124с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Мария Вячеславовна Сидней

Настройки текста:



Глава 1


Помни, дружище,

прячется в лесной глуши

сливовый цветок.

Мацуо Басё


Сначала час на электричке, затем полчаса на автобусе, а теперь еще, если верить 2ГИС, идти пешком минут тридцать пять. Кирилл в сотый раз устало вздохнул: дорога уже успела его утомить. Поездки в общественном транспорте и пешие прогулки не для него. Он привык преодолевать расстояния на велике, мог хоть на край света доехать. А тут послушался свою маму, что «можно заблудиться, а опаздывать ни в коем случае нельзя», и поехал со всеми этими пересадками. В следующий раз Кирилл решил наплевать на все предупреждения и добраться на своем спортике. Если придется, он сам проложит маршрут и повесит полезные указатели. Яркие таблички с нарисованными человечками. Пожалуй, это ему под силу. Недаром он занимается рисованием уже миллион лет, как только взял карандаши левой рукой.

Дорога проходила через чащу. Ветви деревьев переплелись вверху и сотворили манящий лесной тоннель. Солнечный свет проникал в него под необычным углом, и, казалось, что перед тобой лежит путь в другой мир. «Отчасти так и есть», – подумал Кирилл, перекинул рюкзак через плечо и ступил поношенными кедами на лесную тропу. В наушниках играли Blink 182 «Bored to Death».

Мама Кирилла Евгения Сергеевна не раз рассказывала, какой красивый лес находится рядом с ее работой. Сын не разделял восхищения, как муж. Они предлагали посмотреть вакансии ближе к дому. Однако женщина не соглашалась и говорила, что именно в такой немного изолированной атмосфере ей легче настроиться на работу. Да и людям, которым она помогала, полезны спокойствие и свежий воздух.

Воздух, здесь и, правда, был другим. Кирилл заметил, что стал делать более глубокие вдохи, чтобы напитать свой юношеский организм лесным духом. Ему очень хотелось упасть на траву и подремать, как это делали герои прочитанных книг, но нужно было спешить. Мама позвонила и сказала, что ждет его у ворот. Он уже перестал обращаться к приложению и шел по интуиции. Может, лесная нимфа указывала ему дорогу.

Тропа сразу упиралась в большие железные ворота. Из-за яркого солнца невозможно было рассмотреть, какова их высота. Они просто устремлялись в бесконечную высь. По другую сторону ворот стояла женщина в белом халате и махала Кириллу рукой. Парень нерешительными шагами приблизился и посмотрел на большую табличку, висевшую в тени. На ней было написано: «Областная психиатрическая клиническая больница №1».

– Нормально добрался? – спросила женщина, впустив Кирилла.

– Очень долго, лучше бы я поехал на велике.

– Ты же знаешь, как я к этому отношусь. Ездить на велосипеде по трассам очень опасно.

– Ходить по лесу рядом с психушкой ты считаешь не опасно?

– Ты же видел, какие здесь надежные ворота. А машины с пациентами приезжают с другой стороны, поэтому тебе нечего бояться.

– Я и так ничего не боюсь, мам. Просто говорю, что твоя логика не убедительна.

На первый взгляд было сложно догадаться, что за воротами находится специализированное учреждение. Если бы не табличка, можно было бы предположить, что это закрытая школа или пансион. На территории находилось несколько малоэтажных зданий из темного кирпича, к которым вели аккуратные чистые дорожки. Вокруг много деревьев и кустов, на определенных местах располагались скамейки, а за ними цветущие клумбы. Вдобавок ко всему это место прекрасно освещалось летним солнцем. Совсем не верилось, что вся эта радужность соседствует с болезнью.

– А где все? – спросил Кирилл, заметив, что на улице они с мамой вдвоем.

– Сотрудники и пациенты в зданиях. Сейчас тихий час.

– Нельзя шуметь?

– Большинство пациентов пьют снотворное, но все равно шуметь не стоит.

– Здесь постоянно тишина?

– В основном. Мы стараемся обеспечивать больным покой. Это позволяет им чувствовать себя в безопасности.

Дома мама не часто рассказывала о своей работе. Она могла описать что-то в общих чертах, но не доходила до деталей или личностей. Кирилл никогда не размышлял о профессии психиатра. Ему нравилось играть в компьютерные игры, где действие происходило в мрачных клиниках или читать комиксы о суперзлодеях, которые в большинстве были безумцами. В реальной же жизни юноша никогда не сталкивался с подобным. Только пару раз он со своим лучшим другом Максом лазали по заброшенным психушкам и называли это занятие индустриальным туризмом.

– Нам туда, – Евгения Сергеевна указала рукой на небольшое здание, похожее на сарайку, – там ты сможешь переодеться, взять необходимые инструменты и приступить к работе.

– Я буду работать один?

– Да, здесь не такая большая территория, чтобы держать несколько садовников.

Здание, на самом деле, оказалось сарайкой. В нем хранилось множество садовых инструментов, газонокосилка и многое другое. Евгения Сергеевна усадила сына на маленький стульчик, а сама ушла куда-то за лопаты. Через пару минут она вернулась и вручила Кириллу зеленый комбинезон, ботинки и кепку.

– А нельзя мне работать в своей одежде? Я взял спортивные штаны и старую футболку, – спросил Кирилл, подозрительно поглядывая на предложенную форму.

– Нет, – категорически заявила женщина, – я же хожу в специальной форме, хотя тоже хочу похвастаться новыми нарядами. Платьем, например, которое купила на годовщину свадьбы.

– Вы же сказали, что не будете отмечать.

– Мы передумали, потому что фарфоровая свадьба – это очень важно. Хоть ты и подпортил нам настроение своими выходками.

– Я уже сто раз извинился и согласился на эту тупую работу.

– Не говори так, будто делаешь одолжение. За свои поступки нужно нести ответственность. Скажи спасибо, что ты получил такое мягкое наказание, – Евгения Сергеевна начала злиться, но сдержалась, – возьми необходимые инструменты и иди к клумбе у ворот, там куча сорняков.

Кирилл согласился, что должен понести наказание за свои поступки. Это было справедливо, но он бы лучше в качестве неофициальных исправительных работ покрасил дома или помыл машины. А вообще идеальным было бы посадить его под домашний арест, как родители поступали раньше. Он всегда делал вид, что сильно расстроен и даже устраивал спектакли, крича что-то вроде «Как можно жить в таком несправедливом мире!». На самом же деле, ему нравилось проводить время дома в одиночестве. Кириллу никогда не было скучно наедине с собой. Он всегда находил, чем себя занять. Например, чтением или рисованием.

Чем же провинился Кирилл? Тут было несколько поводов для злости родителей. Во-первых, парень плохо сдал экзамены. Он преодолел установленные пороги, но этого было недостаточно для поступления в университет. Получается, парень окончил школу, но находился в подвешенном состоянии, а его уже видели будущим банкиром или юристом. Кирилл с самого начала сказал, что такие профессии не для него, но современных родителей, будто где-то гипнотизируют и внушают, что ребенок может идти только этими путями. Даже его мама, несмотря на опыт в психологии, не слышала и не понимала своего сына. Возможно, ей не хватало знаний педагогики. А, может, понимать близких людей сложнее, чем чужих. В итоге Кириллу нашли несколько репетиторов по необходимым для поступления предметам, занятия с которыми он часто пропускал, а деньги тратил на комиксы. К экзаменам он подготовился плохо: все откладывал на последний момент, как это делают студенты. Но сон для парня был одной из любимых вещей. В последнюю ночь он так крепко спал, что даже не проснулся, чтобы позвать халяву. Вообще Кирилл не знал, чем хочет заниматься в жизни. Он мечтал отправиться на год в путешествие, как это делают в других странах для поиска себя.

Во-вторых, Кирилл пошел на выпускной, хотя его родители были против. Они считали, что непутевый сын не заслужил праздника. Он же был другого мнения. «На выпускном отмечают окончание школы, а не поступление в универ», – заявил парень, но такой аргумент его строгие создатели не приняли. Вообще школьное время для Кирилла не стало золотой порой. Он был уверен, что вскоре забудет имена учителей и одноклассников, не придет ни на одну встречу выпускников, а, проходя мимо школы, не испытывает трепетных чувств. Зато его лучший друг Макс весь одиннадцатый класс занимался нытьем, как же он будет жить без своей школьной популярности, без ежедневных подколов учителей и вкуснейших булочек в столовой. Кстати он тоже кое-как сдал экзамены, но его отец преподавал в техникуме и устроил туда сына. Кирилл же просто любил, когда что-то заканчивалось. В лагере ему больше всего нравился прощальный костер, где все становились друзьями, даже, если во время смены недолюбливали друг друга. После дальних поездок он любил дорогу домой. Когда можно ехать и смотреть в окно на проносившиеся пейзажи, прокручивая в голове события последних дней. Также ему были по душе переезды. Он получал огромное удовольствие при упаковке вещей. Когда комната становилась все более пустой и одинокой. Высшей точкой наслаждения для Кирилла был момент, когда ты смотришь в последний раз на место, с которым у тебя связано множество воспоминаний, и понимаешь, что больше никогда сюда не вернешься. Закрывать прочитанную книгу, смотреть титры после фильма, слышать последнюю ноту, наносить окончательные штрихи на рисунок – от этого Кирилл получал настоящий кайф.

Выпускной тоже был завершением определенного периода жизни, и парень должен был его запомнить. Однако миссия была провалена. Кирилл запомнил, что происходило в первой части выпускного: вручение дипломов и всякие глупые конкурсы в ресторане, но что было после этого, ему запомнить не удалось. Немало выпив во время торжества, Кирилл вместе с небольшой компанией одноклассников накупили много алкоголя и пошли продолжать праздник на берег реки. Различные игры, выпивка шотов на скорость, слабо/не слабо привели Кирилла в совершенно невменяемое состояние. Парень вообще не часто так веселился. Его пришлось вести домой. Там он ночевал в коридоре, потому что ни в какую не хотел подниматься с пола. Родители были в бешенстве, а он всю ночь пел матерные песенки.

Первым и вторым список причин для злости родителей Кирилла не заканчивался. В-третьих, он разбил отцовскую машину. Точнее за рулем был Макс, но Кирилл не стал закладывать друга. Парни поехали кататься без спроса и спустя полчаса врезались в кирпичную стену при развороте. Никто не видел происшествия, и нарушителей не задержали, но машина сильно пострадала.

Этих причин хватило, чтобы родители решили наказать сына. Кирилл терпеть не мог работать с землей, если только по ней не надо было ехать на велике. Он постоянно отлынивал от дачи, притворяясь больным, чтобы остаться дома. Поэтому Евгения Сергеевна была не права, когда сказала, что наказание мягкое. Для Кирилла садоводство – настоящая пытка.

«Зачем вообще нужно выдирать эти сорняки? Если они вырастают, значит это кому-нибудь нужно», – ворчал Кирилл, вытаскивая выросшие без спроса растения. Может, и, правда, разноцветные цинии и анемоны влюбились в дерзких ребят-сорняков и пригласили их к себе на вечеринку, а люди их прогоняют. Кирилл потряс головой, отгоняя от себя девчачьи фантазии.

Устав находиться в скрюченном положении, новоиспеченный садовник выпрямился и сделал повороты в стороны до хруста в суставах. В наушниках играли Twenty one pilots «Lane boy». Он подставил лицо солнцу и закрыл глаза, наслаждаясь теплыми лучами. Кириллу было обидно, что в такую погоду он должен заниматься нудной работой. Парень тяжело вздохнул и посмотрел на главный больничный корпус. Там были большие окна без решеток, в отличие от остальных зданий на территории. Кирилл подумал, какие там, наверное, высокие потолки и просторные помещения. Возможно, в каждом из них висит огромная антикварная люстра. Убедиться в своих догадках парень не мог: входить в корпуса ему запрещалось.

Не только Кирилл отвлекся от работы, но и его мама тоже. Евгения Сергеевна стояла у окна и смотрела на сына. Он же не мог ее видеть из-за солнечных бликов. В комнату зашла другая женщина. Судя по форме тоже врач. Она выглядела старше Евгении Сергеевны лет на десять. У нее было тяжелое дыхание и очень худые руки.

– Женечка, ты уже нашла историю болезни Захара Фролова? – спросила женщина, но заметив, что Евгения Сергеевна увлеченно смотрит в окно, подошла к ней, – Ну как твой юнец? Работает?

– Вроде да. Тут хоть он будет под моим присмотром. В последнее время потрепал нам с отцом нервы. Это все из-за его безмозглого дружка. Всегда говорила, что дружба с ним ни к чему хорошему не приведет. Ладно, раньше он его просто на всякую ерунду подстрекал, а сейчас это уже не шутки. Он еще и наркоман, и я боюсь за Кирилла, – пожаловалась Евгения Сергеевна.

– Да сами собой перестанут дружить. После школы все отдаляются, – попыталась утешить коллегу врач.

– Надеюсь, – Евгения Сергеевна отвернулась от окна, – вы про Фролова спрашивали? Да, вот его история болезни. Давно он у нас не появлялся, шесть месяцев, рекорд.

– Я слышала, его бывшая жена с дочкой переехали в другой город, она там вышла замуж. От этого и срыв.

– Жалко его, – вздохнула Евгения Сергеевна, – хороший мужчина, не буйный.

Женщины вернулись к работе, как и Кирилл. Он уже на автомате выдирал сорняки, и в порыве несколько раз прихватил и законно растущие цветы. Горе-садовник решил позже спрятать их в свой рюкзак, а потом выкинуть где-нибудь в лесу по дороге домой. На всякий случай, чтобы подстраховаться. Один наушник от резких движений выпал из его уха.

– Будь внимателен! Цветы пастушьей сумки на тебя глядят, – раздался приятный голос за его спиной.

Парень обернулся. Сзади него у скамейки стояла светловолосая девушка. Она была одета в летнее платье, а на голове повязана розовая лента.

– Кто? – недоуменно спросил Кирилл и стал оглядываться по сторонам, стараясь найти того, кто на него глядит.

– Это Мацуо Басё, – ответила девушка, но, увидев, что легче Кириллу не стало, улыбнулась и добавила, – японский поэт, я прочитала его хокку. Не напрягайся, за тобой никто не следит. Если только служба розыска цветочных варваров, – улыбнулась девушка, кивнув головой в сторону небольшой кучки выдранных цветов.

– Это получилось случайно, – признался Кирилл. Он уже начал подозревать, что девушка, на самом деле, работает в названной службе и сейчас наденет на него наручники. Какое же наказание должен понести уничтожить цветов? Может, он должен покормить всех пчел округи из ложечки сладкой водой? Или же это ссылка в далекий уголок земли для изучения самых одичалых растений? А, может, он должен посвятить всю свою жизнь обучению цветов человеческому языку?

– Ты новый садовник? – спросила девушка, развеяв фантазии Кирилла.

– Да, это мой первый день.

– Можешь посадить больше белых цветов? Клумбы очень красивые, но все такое разноцветное. Им не хватает простоты.

– Хорошо, я постараюсь, – пообещал Кирилл. Белых цветов, действительно, было мало. Странно, что он не заметил этого раньше. Теперь у парня даже заболели глаза от насыщенных красок.

– Спасибо. Мне пора на урок рисования. Увидимся завтра, – девушка улыбнулась и побежала по дорожке, точнее запорхала как бабочка.

Кирилл решил поскорее закончить работу, чтобы посмотреть в интернете, какие белые цветы лучше всего приживаются на клумбах.


Глава 2


Если этой весной,

Грубый плетень задевая,

Кто-то придет сюда

Дышать ароматом сливы,

Он станет другом моим!

Сайгё


После целого дня, проведенного на солнцепеке, Кириллу было особенно приятно сидеть в одной футболке на улице и ощущать прохладный ветер на немного подгоревшей коже. Они с Максом договорились встретиться на обычном месте: на плитах позади многоэтажных домов. Когда-то эти плиты привезли сюда с намерением построить новый жилой комплекс, но безуспешно. Они так и остались лежать на том же месте, всеми позабытые.

– День – полное дерьмо, – пожаловался Кирилл, выпустив изо рта густой клубок дыма. Большую часть года парень не курил, но летом ему нравилось сидеть на плитах, смотреть на заходящее солнце и делать глубокие затяжки.

– Твоя мамка реально сделала это, – засмеялся Макс, – заставила тебя садить цветочки.

– Если бы садить. Меня заставили полоть клумбы. Из-за этого я еще мелким перестал ездить на дачу. А там такое крутое озеро!

– Мой бро садовник, – Макса забавляла ситуация, – если бы я знал, что наказание будет таким жестоким, принял бы удар на себя.

– Что же не принял? Засал да? А мне приходится ходить в комбинезоне как петуху.

– Пусть тебя сфоткают, я хочу на это посмотреть. Там, наверное, у всех телочек нервишки шалят. Молодой жеребец в комбезе, как из бабского сериала. Тебе надо еще намазаться маслом для загара.

– Да пошел ты, – Кирилл столкнул Макса с плит, – больше не буду прикрывать твою задницу.

Макс обхватил Кирилла за шею и стащил вниз. Между парнями завязалась шуточная драка. Запыхавшиеся они снова уселись на места.

– В пятницу у Кристины вписка, – сообщил Макс, – пойдешь?

– Да, можно. Все равно делать нечего.

– Там будет Карина.

– Зачем ты это говоришь?

– Просто предупреждаю, – Макс перевернул кепку козырьком вперед, – прошло уже сколько, три месяца, как ты ее бросил? Интересно, она еще злится?

– Без понятия, – пожал плечами Кирилл, – в последний раз мы виделись на выпускном.

– Там был огонь, – засмеялся Макс, – я думал, вы сожрете друг друга.

– Мы были в хлам. Это ничего не значило.

– Да успокойся, это ваше дело. Только я до сих пор не понял, почему ты ее бросил?

Кирилл знал, почему они расстались, но почему-то никто не считал его причину весомой. Не было измен, обманов, больших ссор, просто он ее не любил. На вопрос Макса: «Ну почему? Она же сексуальная и не тупая» он ответить не мог. Также как и на вопрос, зачем вообще завязал с Кариной отношения. Точно не из-за того, что так делали все.

Макс начал мутить с девчонками еще в 13 лет, и за все время у него их была целая куча. Другие парни в их компании всегда поражались тому, что у Кирилла никого не было. А больше всего их шокировало, что его это совершенно не волновало.

С Кариной Кирилл познакомился на дне рождении Макса, когда тому исполнялось 18 лет. Он не влюбился в нее с первого взгляда. Кирилл вообще не был способен на такие импульсивные чувства. Ему всегда нужно узнать человека поближе, нырнуть в глубину внутреннего мира. Карина привлекла юношу своей футболкой с летучей мышью Бэтмена. Он не был поклонником Брюса, но любил комиксы во всех их проявлениях. Оказалось, что Карина, действительно, читает комиксы, а не просто показушничает. Они разговорились, и Кирилл понял, что девушка ему приятна на столько, чтобы встретиться еще раз. Так у них начались отношения. Они были ни безумными, ни романтичными, ни страстными, а скорее дружескими. Кириллу нравились ее волосы и смех, но он не был влюблен. Они встречались около полугода.

– Я не хотел создавать сложности, – ответил Кирилл. Макс заинтересованно на него посмотрел. Он первый раз добился от друга хоть каких-то объяснений, – Карина уезжает учиться в другой город. У нее начнется новая жизнь.

– Очень благородно, – усмехнулся Макс, – если не считать того, что бросил ты ее еще до поступления. Так бы она осталась здесь.

– В любом случае наши пути разошлись, – закрыл тему Кирилл.

Макс покачал головой. С Кириллом он дружил уже больше пяти лет, но так и не научился понимать приятеля. Но это не было для парня самым важным в дружбе. Главное, они выручали друг друга из любых переделок. Конечно, Кирилл влипал в неприятности в сто раз меньше, чем Макс, но тоже бывало. Однажды он грубо ответил ученику из другой школы, и тот вызвал его на разборки. Тогда Макс подключил все свои связи, чтобы собрать парней и не дать другу стать калекой.

В тот день, когда парни угнали машину, они не предвидели неприятностей. Ребята выпили немного пива и решили покататься по ночному городу. В колонках играли The Cooper Temple Clause «Blind Pilots» или Children Collide «Farewell Rocketship», точно Кирилл не помнил. Под такое музыкальное сопровождение они и врезались в стену. На самом деле отец Кирилла не был так зол за угон машины, как его мать. Мужчина, наоборот, всегда намекал сыну, что тот может брать его иномарку, чтобы катать девчонок.

В его возрасте Роман Сергеевич любил покутить и слыл настоящим мачо, и втайне от жены, надеялся, что Кирилл тоже будет популярным. Отец был бы, наверное, даже рад, если бы ему позвонили из отдела полиции с просьбой забрать сына за хулиганство. Тогда бы он мог назвать Кирилла безбашенным, проблемным, неуправляемым, хоть каким-то. Сейчас же он не мог подобрать для его описания ни одного определения.

Его плохое поведение объяснило бы также, почему сын плохо окончил школу и не стал поступать в университет. А так ничего не сходилось. Вроде бы парень большую часть времени проводил за чтением, на вечеринки ходил редко, не принимал запрещенных препаратов, а все равно умудрился оказаться на грани завала экзаменов. Да Кирилл и сам бы не смог рассказать, какой он. Девушки считали его загадочным симпатягой, бабули у подъезда, конечно, наркоманом. Учителя называли его лентяем со скрытым потенциалом. Учился парень на сплошные тройки, зато показывал хорошие результаты на олимпиадах. На них юноша ходил только для того, чтобы прогулять уроки.

Кирилл не знал, кто он и кем хочет быть. Парень не мог заставить себя готовиться к экзаменам. Они были ему не нужны в данный период жизни, потому что он не знал, куда пойдет дальше. Он надеялся, что будущий год поможет ему хоть как-то определиться в жизни.

– Тебе нужно нырнуть в море с рыбками и выловить новенькую, чтобы пожарить ее и утолить голод, – ухмыльнулся Макс.

– Что за пошлые сравнения, – сморщился Кирилл, – я в порядке, и нет у меня никакого голода.

– Не может такого быть, – заявил Макс, – тебе определенно нужна новая девчонка. Давай я тебя с кем-нибудь познакомлю?

– Нет уж, спасибо. Мне хватило трех последних раз.

Макс три раза устраивал приятелю свидания вслепую. Кирилл уважал девушек и считал, что в каждой есть своя индивидуальность. Но претенденток для друга Макс, кажется, находил на самом странном сайте знакомств. Одна девушка взяла с собой на встречу попугая. Пернатый дружок ползал по волосам хозяйки, словно по джунглям, доставал из ее рта еду и раскачивался на ее больших сережках-кольцах. Кирилл боялся, что у нее вот-вот порвется мочка уха. Терпение парня закончилось, когда наглая птица уселась к нему на плечо и принялась щипать кожу. Вторая девушка постоянно пела. Почти на каждый вопрос она отвечала песней, и Кириллу предлагала делать так же. Третья претендентка была адекватнее предыдущих, и ничего не предвещало беды. Молодой человек проводил ее до дома и хотел поцеловать на прощание, когда на крыльцо вышла мама девушки. Она с умиление наблюдала за Кириллом. Девушка улыбнулась женщине и сказала: «Он тот самый». И теперь уже две пары зеленых глаз восхищенно смотрели на Кирилла. Юноша решил поскорее убраться оттуда, пока ведьмы не заставили его выпить любовное зелье. Кириллу нравились странные девушки, но странность которых очаровывала, а не пугала.

– Ладно, мне пора, – Макс выпрямился и застегнул до верха молнию на бомбере.

– Еще только одиннадцать. Ты куда?

– У меня дела, – Макс достал телефон, чтобы проверить время, – я должен быть на месте через полчаса.

– Макс, заканчивай с этим, – серьезно сказал Кирилл.

– Все под контролем, – улыбнулся Макс и подал другу руку для прощального рукопожатия.


Синоптики сообщили, что жара не спадет еще в течение недели. Кириллу снова пришлось жариться под солнцем, занимаясь клумбами. Также он освоил газонокосилку. Начались их отношения, правда, с нелитературного языка.

После усердной работы парень решил немного передохнуть. Он достал из рюкзака бутылку газировки и присел на скамейку. Не успел Кирилл сделать несколько глотков, как заметил, что к нему приближается вчерашняя девушка. Она была в другой одежде, но оставила ленту в волосах.

– Привет, укротитель цветов, – поприветствовала парня девушка, – я могу присесть?

Кирилл кивнул. Ему хотелось поговорить с этой странной девушкой. От нее исходило тепло, но в тоже время ее саму хотелось согреть. Вспоминая вчерашнюю беседу, молодой человек понял, что даже не знает, как начать разговор.

– Я всегда прогуливаюсь здесь в это время, – рассказала девушка, – меня зовут Лина. Если бы я родилась мальчиком, меня бы назвали Троян. Папа изучал в то время славянский фольклор.

– Я Кирилл, – коротко ответил парень. Он не припомнил никаких историй, связанных с его именем. Его просто назвали Кириллом, без всяких причин и не в чью честь.

– Очень приятно познакомиться, Кирилл, – улыбнулась Лина, – чем ты увлекаешься?

– Увлекаюсь? – нахмурился Кирилл. Слишком короткая пауза между вопросами, и слишком сложный для него вопрос, – Я не знаю.

– Это невозможно. Есть же то, что тебе нравится.

– Да, но не все же можно назвать увлечением. Мне нравится спать, но я же не могу сказать, что увлекаюсь сном, – Кирилл решил быть таким же напористым в разговоре, как и девушка.

– Ты забавный, – Лина продолжала одаривать Кирилла доброй улыбкой, – давай я начну: я увлекаюсь рисованием.

– Что ты рисуешь?

– В основном цветы. Мне нравится рисовать их на всех стадиях жизни: с нераскрывшимися бутонами, с пышными цветками и увядающими. В этом есть какое-то печальное очарование. Знаешь грустную сказку про любовь двух цветков?

Кирилл отрицательно помотал головой. Он вообще редко читал сказки. Ему нравился реализм. Лина грустно улыбнулась, настраиваясь на повествование.

– По велению ветра два красивых цветка выросли далеко от других цветов. Они были вдвоем среди огромного поля. Они вместе росли, преодолевали природные трудности. Мальчик-цветок укрывал своими листьями девочку-цветок во время песочной бури и делился влагой во время засухи. Они полюбили друг друга. Любовь превратила их в два чудесных цветка, которые радовали пробегающих мимо насекомых и устраивала пчелам радушный прием. Но недолго им было суждено жить в раю. Однажды случилось несчастье. На их землю пришел человек и неосторожно наступил на мальчика-цветка. Тот прильнул к земле, не в силах выпрямиться. Как не старалась девочка-цветок помочь любимому, она не смогла его воскресить. Ей пришлось до конца своих дней увядать рядом с когда-то полным жизни мальчиком-цветком.

– Да, невеселая история, – согласился Кирилл. На самом деле он никогда бы не поверил, что цветы могут испытывать человеческие чувства. Но из вежливости решил сделать грустный вид.

– Теперь твоя очередь рассказать о своем увлечении, – Лина снова оживилась.

– Я ничем особо не увлекаюсь. Люблю комиксы.

– Комиксы?

– Да, ну это книжка с картинками чувачков в забавных костюмах.

– Я знаю, что такое комиксы. Просто ты больше похож на парня, который любит петь.

– Петь? – засмеялся Кирилл. Что-то, а это он точно не умел, – Нет, я не люблю петь. Только если напевать.

– Напевать значит, – улыбнулась девушка.

– Ну да. Знаешь, когда привязывается какая-то песня, и напеваешь ее мотив весь день. Особенно приставучие песни из рекламы. Например, моя любимая, где собаки гавкают песенку про корм, – Кирилл исполнил мелодию, используя только «гав».

– Отлично получилось, – засмеялась Лина.

– Короче ты ошиблась, – вдруг смутился парень. Он не ожидал от себя, что будет гавкать перед незнакомой девушкой, – Я далеко не певец.

– Наверное, ты просто напомнил мне моего брата. У него похожая прическа: волосы так же падают на лицо. Он музыкант, ударник и вокалист в своей группе. Мне не очень нравятся их песни: там много пошлостей.

– Я точно не пошляк, – заверил Кирилл.

– Мне кажется, все любители комиксом немного пошляки. Ведь им нравятся девчонки в латексе.

– Ты про это, – засмеялся Кирилл, – это да, не буду отрицать. Костюмчики у них топовые.

– И кто твоя любимица?

– Харли Квин, – признался Кирилл.

– Кто она?

– Чокнутая преступница.

– Ты без ума от чокнутой преступницы. Интересно.

– Она забавная, и это же просто комиксы. Конечно, в реальной жизни, я бы не одобрил ее поступки. Хотя ее улыбка… – парень замечтался, – Я бы точно не смог ее ненавидеть.

Кириллу всегда поднимали настроение разговоры о комиксах. Ему нравилось говорить о них с девушками, потому что в этой области он мог блеснуть знаниями. Только молодой человек настроился на нужный лад, как Лина вскочила со скамейки, посмотрев на свои наручные часики.

– Прости, мне пора на урок рисования. Надо всегда приходить пораньше, иначе разберут лучшие кисти. Так глупо, что сюда не разрешают приносить свои. У меня дома целый набор, – рассказала девушка.

– Ты преподаешь здесь рисование?

– Нет, но в будущем я бы хотела стать учительницей. А пока я просто здесь учусь. Родители настояли на том, чтобы я поступила в эту школу. Вообще она очень странная. Здесь не преподают ни историю, ни математику, только рисование.

Кирилл вдруг посмотрел на Лину другими глазами. Только сейчас он понял, что болтает не просто с милой девушкой, умеющей рисовать и рассказывать сказки, а с пациенткой психиатрической клиники.

– Может, здесь учатся самые одаренные начинающие художники, – решил подыграть девушке Кирилл. Он еле удерживал на лице дружелюбную улыбку. Внутри у него что-то оборвалось.

– Да? Ты об этом где-то читал?

– Нет, но я так думаю, – Кирилл вздохнул, – Просто в этом месте находятся очень эмоциональные люди, а это признак творческого гения.

– Я нарисую что-нибудь для тебя, – пообещала Лина и отправилась в здание, куда Кириллу вход был запрещен.


Глава 3


Сегодня «травой забвенья»

Хочу я приправить мой рис,

Старый год провожая.

Мацуо Басё


Определенно Кирилл имел право подать на свою мать в суд, если она запретит ему работать в шортах. В этом зеленом «скафандре» он умирал от жары. Уверенный в своей правоте юноша позвонил Евгении Сергеевне и потребовал срочной встречи. Женщина попросила подождать ее около сарая, в котором хранился садовый инвентарь.

Кирилл спрятался в тенек позади постройки. Это место стало для него островком прохлады посреди палящего океана лета. Оказалось, не он один нашел здесь убежище. На другом конце сарая, прижавшись спиной к стене, стоял мужчина. Он отчаянно пытался прикурить сигарету, но душа его зажигалки, скорее всего, уже отдыхала на небесах.

– Эй, парень, – наконец сдавшись, мужчина обратился к Кириллу, – есть огонь?

У Кирилла был огонь, а причин не поделиться им нет. Молодой человек протянул зажигалку мужчине, и пока тот подкуривался, успел немного его рассмотреть. На вид около сорока, сильная щетина, лохматые длинные волосы. Он выглядел как бродяга в хорошем смысле этого слова. Как путешественник, передвигающийся из города в город, из страны в страну автостопом. Как искатель приключений, который нередко ночевал в кузове грузовика или в палатке, поставленной прямо на обочине.

– После этого и жить хочется, – сказал мужчина после глубокой затяжки, – две недели не курил. Обменял сигарету у новенькой медсестры. Рыженькая такая, не видел? Я ей вчера загадал загадку, она всю ночь, говорит, над разгадкой думала. «Скажи, – говорит, – умоляю, ответ. Спать не могу». Ну я шанс упускать не стал и предложил обменять разгадку на сигарету. Только она не знала, что я тот еще козел. Не было у загадки никакого ответа, потому что я сам ее выдумал. Даже не помню, что там говорил, что-то про грибы и белок. Она разозлилась, но отбирать сигарету не стала. Только пообещала отомстить и подселить ко мне добряка Купа. Вот уж хуже мести не придумаешь, да?

Мужчина засмеялся, заискивающе глядя на Кирилла. Только спустя некоторое время он догадался, что юноша не понял шутки.

– Ты чего не знаешь добряка Купа? – спросил мужчина, и, получив в ответ кивок, продолжил, – Парень со второго этажа. Когда его заносит, он начинает бегать голым и со всеми обниматься, прижимаясь своими колокольчиками. Мы прозвали его Добряк Куп, как Купидон. Он нормальный парень, с высшим образованием. Только любит умничать. Видимо, кому-то это не понравилось, и отпинали бедолагу сильно. Он не первый раз перестает пить таблетки, и начинается веселуха. Серьезно ему по ходу голову тогда повредили.

Мужчина замолчал и продолжил курить. Кирилл не знал, можно ли улыбаться после его рассказа. Вроде бы история забавная, но главный герой болен. Некрасиво над ним смеяться.

– Ты новенький что ли? – спросил мужчина, – Кем себя считаешь? Не пойму, почему в комбинезоне. Марио что ли?

– Нет, я здесь работаю, – поспешил объяснить Кирилл, – садовником.

– Садовник это хорошо, – мужчина задумался, и продолжил после паузы, – посади цикламены. Это любимые цветы моей жены. У тебя, парень, есть жена?

– Нет, я только закончил школу.

– Когда у тебя будет жена, дари ей цветы почаще. Тогда она не станет бывшей женой. Я вот редко дарил. Конечно, это не главная проблема, но женщинам нужно внимание. Это я за свою 37-летнюю жизнь уяснил. Можно даже собрать букет полевых цветов, ромашек, например. Тебе не сложно, а ей будет приятно.

– Я запомню, – кивнул Кирилл.

– Я Захар, – мужчина протянул юноше руку для рукопожатия.

– Кирилл, – молодой человек пожал руку. Он заметил на указательном пальце маленькую татуировку – букву М.

– Слушай, Киря. У меня к тебе будет одна неприличная просьба. Мы, конечно, только познакомились, но я вижу, что ты нормальный пацан. Если ты здесь работаешь, то, получается, можешь сваливать отсюда, когда хочешь?

– Не совсем, когда хочу. Я работаю до шести.

– Тогда можешь сгонять в одно место? Я в долгу не останусь. Придумаем потом, в чем я смогу тебе помочь.

– За сигаретами?

– Нет, – улыбнулся Захар. Зубы у него были белые и ровные как в рекламе зубной пасты. Это создавало дисгармонию с его бродяжничьим образом, – курить я бросаю. Это вредно. И ты бросай, если куришь. Я хочу попросить тебя сходить по одному адресу. Там мать живет, у нее моя собака. Я боюсь, что ей там плохо, потому что мать – жуткая кошатница. А моя девочка скромница, вдруг ее эти наглые кошки обижают. Она породистая, чау-чау, очень добрая. Я купил ее, чтобы дочке Милане, было с кем играть, когда ко мне в гости приезжает.

– А где живет ваша мать? – спросил Кирилл, – Надеюсь, недалеко от города?

– Да в самом городе она живет. Я напишу тебе адрес, если сходишь. Собаке можешь сам кличку придумать. Мы столько вариантов перепробовали, ни на одно имя не отзывается. Может, у тебя получится. И кстати давай на ты.

Кирилл согласился забрать собаку и создал заметку на телефоне с адресом матери Захара. Ему импонировал этот мужчина. Он не видел в нем никаких отклонений и не собирался искать. Ему хотелось думать, что некоторые пациенты приезжают сюда как в санаторий. Попить кислородные коктейли, порисовать и прогуляться по живописному парку.

– Ладно, спасу твою собаку, – пообещал Кирилл, – мне пора. Вон уже моя мама идет, она тут врач.

– Юпатова твоя мать?

– Да. Она тебя лечит?

– Нет, у меня другой врач. Евгения Сергеевна нормальная еще, с ней хоть пошутить можно. А моя врачиха – сущая стерва.

Кирилл попрощался с новым знакомым и пошел к Евгении Сергеевне навстречу. Так она не заметит, что за сараем помимо юноши прятался еще Захар. Вдруг ему нельзя тут находиться, а тем более курить.

– Что у тебя за срочный разговор? Это по поводу твоего горе-дружка Максима? – сразу начала разговор Евгения Сергеевна.

– В смысле? – не понял Кирилл, – Что с ним?

– Мне звонил его папа. Вчера он ездил за Максимом в участок. Спрашивал, не был ли ты с ним. Я сказала, что ты ночевал дома.

Кирилл поругал себя, что не остановил вчера друга. Хотя чувствовал, что тот пошел по сомнительным делам.

– Если ты хотел поговорить не об этом, то о чем?

– Я больше не буду работать в этом комбинезоне. Я в нем скоро откинусь от жары.

– Нет, ты должен его носить.

– Что за бред? Почему мне нельзя работать в своем?

– Потому что все должны видеть тебя в рабочей одежде и понимать, что ты не пациент.

– Один пациент уже решил, что я считаю себя Марио, – проговорился Кирилл, – так что комбинезон ничего не решает.

– Ты что говорил с пациентом? Тебе не положено с ними разговаривать.

– С кем же мне положено здесь разговаривать? – раздраженно спросил Кирилл.

– Ты работаешь садовником, разговаривай с цветами, – съязвила Евгений Сергеевна и направилась в главное здание.

– Тогда я точно стану твоим пациентом, – крикнул ей вслед юноша.


***


Кирилл позвонил матери Захара. Она сказала, что может встретиться поздним вечером: ее электричка только в 20:30 отходит в город. Молодой человек не стал протестовать. Привести незваного мохнатого гостя домой будет легче, когда родители уже лягут спать.

Обычно, вернувшись с работы, Кирилл некоторое время слушал музыку. Она никогда ему не надоедала. Было только семь часов, и оставалось еще много времени до встречи. Звонить Максу Кириллу не хотелось, потому что он не знал, что нужно говорить. Парни никогда не осуждали друг друга, и в целом Кирилл был за свободу выбора. Если другу нравится расслабляться таким образом, это его право. Только, если раньше наркотики казались временным развлечением, то теперь они уже создавали реальные проблемы. Кирилл решил, что обязательно поговорит с Максом, но позже.

Послушав несколько песен Hollywood Undead, парень включил ноутбук, чтобы посидеть в Интернете. Часто такие домоседы, как Кирилл, становились сериальными задротами, но не он. Молодой человек мог глянуть несколько эпизодов сериала в жанре нуар, но не более. На самом деле Кирилл зашел в Интернет с определенной целью. Он решил посмотреть, какие белые цветы можно выращивать на клумбах. Если уж он решил быть исполнителем желаний сумасшедших, то останавливаться только на просьбе Захара нечестно. Лина тоже дала ему задание.

Астры. Неплохо смотрятся. Они похожи на игрушку-тянучку с водяным шариком внутри. Кирилла прикалывало сжимать этого резинового ежика. Недаром такие игрушки считаются антистрессовыми.

Флоксы. Такие цветочные ребята-опята. Помнится, у них на даче росли такие. Интересно, мама до сих пор их выращивает?

Гортензия. Похожа на сирень. В детстве знакомая девочка рассказала Кириллу, что, если найти цветок сирени с пятью лепестками, можно загадать желание. Обязательным условием было после ритуала съесть растение. Кирилл жевал все цветки, даже если они не были счастливыми. Ему просто нравился вкус сирени.

Гвоздики, парень слышал, похоронные цветы. Хотя белые смотрятся очень даже мило. Анемоны слишком маленькие, нарциссы слишком высокие, да и название какое-то гейское.

О каких там цветах говорил Захар? Цикламены, они тоже бывают белыми. «По-другому цикламен называется альпийской фиалкой. Яркие аккуратные лепестки похожи на крылья бабочек». «Надеюсь, завтра у меня не вырастут сиськи», – подумал Кирилл. Чтение садоводческих статей с красочными картинками слишком его увлекли.

В Интернете выбор цветов велик, но в жизни придется посадить те, рассада которых будет продаваться в магазине. Вырастить растение самостоятельно у него точно не получится.


В положенное время Кирилл пришел по адресу. Он не любил опаздывать, как и приходить раньше. Парень старался рассчитать время по минутам, чтобы все успеть. Мама Захара жила в кирпичном многоквартирном доме. Район не славился хорошей репутацией, поэтому Кирилл был настороже. Вдруг он приглянется местным «хозяевам» района.

При входе в квартиру можно было догадаться, что там живут кошки. Едкий запах бросался в нос. Особенно, если этот нос не привык к животным ароматам. Дверь открыла седоволосая женщина в спортивном костюме. Видимо, она только вернулась домой: пластмассовые ведра с овощами стояли в коридоре.

– Здравствуйте, я за собакой, – с ходу сообщил Кирилл. Он надеялся, что тогда ему не придется заходить в дом и еще больше знакомиться с запахом.

– Какой ты точный. Я сейчас. Заходи, подожди немного.

Первый раз в жизни Кирилл пожалел о своей пунктуальности. Обстановка в квартире была скромной, зато нескромными были кошки. Они сразу начали тереться о ноги гостя.

– Чувствуют мужчину, – засмеялась женщина, – обычно ко мне только подруги заходят.

Кирилл натянуто улыбнулся, и, когда женщина отвернулась, легонько отопнул кошек в сторону. Они оказались негордыми и вернулись снова. Собаки нигде видно не было.

– Будешь чай? – спросила женщина, – Я поставила чайник.

– Нет, спасибо.

– Ты проходи в комнату. Можешь не разуваться.

Кирилл не мог отказать старушке и прошел в гостиную. На книжной полке стояли рамочки с фотографиями. Захар был почти на каждом снимке, в разных местах и возрасте. С нескольких фотографий улыбалась белокурая маленькая девочка. Наверное, это и есть Милана, дочка Захара.

В комнате раздался шорох. Кирилл подозрительно посмотрел по сторонам, определяя его источник. Звук доносился из-за дивана. Парень подошел к мебели и заглянул за нее. Там в скрюченном положении лежала собака. Увидев Кирилла, она завиляла мохнатым хвостом.

– Привет, пушистик, – поздоровался Кирилл и позвал собаку к себе, – понимаю, почему ты прячешься.

Собака вышла из-за дивана, но заметив стоящих около двери кошек, поспешила обратно в укрытие. Кирилл прогнал обидчиков песика и снова позвал питомца к себе. На этот раз мохнатое чудо показалось полностью и лизнуло руку спасителя фиолетовым языком.

– Смотрю, вы уже подружились, – в комнату зашла мама Захара с подносом в руках, – прости, но я должна напоить тебя чаем. Утром я напекла так много пирогов с яблоками. Одной мне с ними не справиться.

Кирилл не стал отказываться от угощения. Живот уже давно просил еды, издавая жалостливые звуки.

– Захар рассказал, что ты работаешь в клинике, – начала разговор женщина, – и еще скажи, пожалуйста, как я могу к тебе обращаться?

– Кирилл. Да, меня устроили туда садовником на лето.

– Меня можешь звать тетей Ниной, – улыбнулась женщина, – как там Захар, не знаешь?

– Выглядит нормально, – пожал плечами Кирилл. Он не знал, как Захар выглядел прежде и считается ли нормальным в их семье носить длинные волосы.

– Это хорошо. Он пока запретил его навещать. Сказал, что я могу прийти только на следующей неделе, – было видно, что женщина уже считает дни до встречи с сыном, – он ведь хороший человек. С ним такое случается только при неожиданных новостях. Тут вот жена его бывшая Лера вышла замуж в другом городе и Милочку увезла с собой. Она и так разрешала видеться с ней только два раза в месяц, а теперь получится еще реже. Вот Захар и не сдержался.

– А что случилось? – не смог скрыть любопытство Кирилл.

– Да как всегда, – вздохнула женщина, – пытался покончить с собой. У него началось расстройство семь лет назад. Сын тогда руководил текстильным предприятием, а оно обанкротилось, и вся ответственность легла на него. Долгов было много. Угрожали и ему, и всей семье, и мне тоже. Мы обращались в полицию, а там говорили, что возьмутся за дело только, если будет совершено нападение. Захар тогда сильно переживал, особенно за Леру и Милочку. Чувствовал огромную вину, и попытался в первый раз покончить с собой. Он прошел курс лечения, но иногда это повторяется. Сначала, когда Лера решила от него уйти, потом были проблемы на новой работе, теперь вот переезд. Я места себе не нахожу, а чем помочь не знаю.

Кирилл на интуитивном уровне положил свою руку на руку тети Нины. Он не стал говорить никаких слов, но женщина почувствовала его поддержку. Спустя некоторое время они уже разговаривали на отвлеченные темы. Кирилл похвалил пироги и предложил передать их завтра Захару. Тетя Нина сразу же засуетилась и побежала упаковывать вкусности для сына.

– Я заметил у вас рассаду на окне, – сказал Кирилл, когда женщина вернулась в комнату.

– Да, я каждый год ее выращиваю, а потом на грядки высаживаю.

– А у вас нет каких-нибудь белых цветов?

– Есть, – тетя Нина подошла к окну, – в этом году я посадила белые георгины. Вон уже какие большие ростки.

Кирилл тоже подошел, чтобы посмотреть на рассаду. Из горшочков выглядывали зеленые стебельки. «Наверное, интересно наблюдать, как побеги превращаются в красивые цветы», – подумал Кирилл и вспомнил разговор с Линой.

– Ты хочешь посадить их в клинике? – догадалась тетя Нина, – Можешь взять. У меня еще много чего посажено.

– Правда? – обрадовался Кирилл, – Но я лучше в следующий раз зайду. Сейчас у меня другая миссия.

Чау-чау без колебаний позволила надеть на себя поводок. Без лишних сентиментальностей она попрощалась с временным пристанищем и отправилась в новый дом.


Глава 4


Спать бы у реки

Среди пьянящих цветов

Дикой гвоздики.

Мацуо Басё


– Я назвал твою собаку Харли, – сообщил Кирилл новому знакомому.

Они встретились на улице, когда Захар вышел, по его словам, подышать. Воздух здесь и, правда, был девственным. Пахло исключительно свежестью и цветами. Прилегающая к клинике территория в целом выглядела как зарисовка из пасторали. И Кирилл не переставал думать, как обманчива может быть видимость.

– Она откликается? – спросил Захар.

– Кажется, да. Она вообще не отлипала от меня всю ночь.

– Это неудивительно, ты же ее спаситель. Значит ты фанат Харли Квин?

– Да, но канона. То, что сделали с ней в последнее время, мне не нравится. Она, конечно, круто выглядит в мини-шортах и с битой, но мне не хватает ее молотка. Она умела с ним обращаться, – усмехнулся Кирилл.

– Она забавная, – согласился Захар, – но мне всегда больше нравились супергероини типа Чудо-женщины и Супергерл. Однажды мне приснился сон, в котором мы втроем…

– Я понял, – остановил рассказ мужчины Кирилл.

– Такие сны тоже были, – засмеялся Захар, – но я о другом. Там мы втроем спасали планету от супермена. Ему подкинули конфеты с криптонитом, и его переклинило, и он решил разрушить Землю. Мы с Дианой и Карой были настоящей командой. У меня был костюмчик со звездочками, но все равно я круто смотрелся.

– Поверь мне, бро, ты не мог смотреться в этом круто.

– Ты ошибаешься, парень. СуперЗахар во всем смотрится круто, – мужчина выпрямился и поставил руки в боки. Ему не хватало только плаща.

– И часто тебе снятся такие сны? – продолжил разговор Кирилл.

– Частенько. Я вообще люблю спать. В своих снах я всегда герой, а не лузер как в реальной жизни, – Захар грустно усмехнулся, – а тебе что снится? Давай расскажи мне. Я умею расшифровывать сны.

– Я никогда не помню, что мне снилось, – пожал плечами Кирилл, – бабушка тоже меня постоянно об этом спрашивала. Она вообще умела ванговать. К ней постоянно приходили люди и просили предсказать будущее.

– Тебе передался ее дар?

– Нет, – мотнул головой Кирилл, – я вообще далек от всех этих сверхъестественных штучек. Если не считать чтение мистических триллеров.

– Принеси мне что-нибудь почитать, – попросил Захар, – делать тут нечего.

– Окей, – пообещал Кирилл.

Бабушка парня, действительно, видела будущее. Она и внуку предлагала предсказать судьбу, но он отказывался. Сейчас бы Кирилл пересмотрел свое решение, потому что находиться в подвешенном состоянии ему не нравилось. Он хотел какой-то определенности, и принял бы любое предсказание, даже плохое. К сожалению, бабушка умерла три года назад.

Поговорив с Захаром и передав ему пирожки (за исключением двух, которые парень съел по дороге в больницу), Кирилл вернулся к работе. В наушниках играли Pixes «Where is my mind». Сегодня ему предстояло удобрить несколько грядок с овощами. Оказывается, здесь выращивали огурцы и помидоры. Хорошо, что теперь землю можно было подкармливать современным составом, а не навозом. Хотя вонял он ничуть не меньше.

Лина вышла на прогулку в обычное время. Кирилл уже закончил с удобрением и успел переодеть футболку. Работать он старался аккуратно, чтобы полезные, но вонючие вещества не попали на одежду.

– Привет, – Кирилл перепрыгнул через спинку скамейки, на которой сидела Лина.

– Привет, – девушка улыбнулась, сохранив при этом печаль в глазах, – работаешь с самого утра. Я видела тебя из окна.

– Ты что маньячка? – пошутил Кирилл и сразу осекся. Все-таки он не знал, почему девушка находится в клинике, – Шучу.

– Смотреть в окно – одно из моих любимых развлечений. Моя соседка по комнате постоянно молчит, а читать при ней я не могу, потому что она странно на меня смотрит.

– Не повезло тебе с соседкой. Я всегда представлял своего соседа по университетской общаге хипстером, который творит всякую смешную хрень после того, как накуриться травы.

– А я бы хотела, чтобы моя соседка играла на гитаре. Мы бы каждый день пели песни Битлз.

– Твой брат ведь музыкант. Он умеет играть на гитаре?

– Да, он и меня пытался научить, но у меня слишком слабые пальцы или что-то в этом роде. Я плохо зажимаю струны, и звук не выходит красивым.

– Я бы хотел послушать группу твоего брата. Они где-нибудь выступают?

– Они постоянно ездят на фестивали. А в городе часто играют в барах. Только я давно с ним не общалась. Он сюда не приходит. Родители говорят, что сейчас он не может. А мне пока тоже нельзя ездить домой. Такие тут строгие правила, ужас просто.

Кирилл нахмурился. Он не мог понять, как родной брат смог отвернуться от сестры. Да она больна, но это лишь значит, что поддержка ей нужна еще больше, чем обычно.

– Придет, как будет время, – попытался ободрить Лину парень.

– А какой у тебя сосед в общаге? Не такой, о каком ты мечтал?

– Я не живу в общаге. Этим летом я закончил школу.

– Значит, еще есть шанс, что у тебя будет сосед хипстер.

– Я не поступал в универ, и не знаю, буду ли потом.

– Почему?

– Как-то не сложилось. Пока мое будущее туманно.

– «Все кружится стрекоза. Никак зацепиться не может за стебли гибкой травы», – процитировала Лина Мацуо Басё, – не обязательно же решать все сейчас. Тебе просто нужно время, чтобы понять, что ты хочешь.

– Именно так, – согласился молодой человек.


***


Вечером Кирилл с Максом встретились во дворе, чтобы вместе пойти на квартиру к Кристине. По пути они зашли в магазин за алкоголем. Каждый должен был прийти со своим.

– Саня не говорил, взял себе? – спросил Макс, когда парни подошли к холодильнику с пивом.

– Я его предупредил, что мы только себе купим, – ответил Кирилл.

– По любому этот глиномес забудет, так что давай еще две бутылки возьмем. Если что, нам больше будет.

На кассе женщина спросила у парней паспорт. Первым стоял Макс, поэтому Кирилл стал ждать, когда друг покажет документ. Однако вместо этого Макс решил вступить с кассиром в перепалку.

– Вы угораете что ли? – кричал Макс, – Какой паспорт? Вы у малолеток лучше его спрашивайте, а не у нас.

– Молодой человек, не нужно со мной ругаться. По закону я должна проверить ваш паспорт. Сейчас и в 14 лет некоторые выглядят на 30, – спокойно ответила кассир.

– Нам явно не 14, или у вас глаза в жопе? – не унимался Макс.

Кирилла удивила реакция друга. Он вообще был противников агрессии и скандалов. Юноша поспешил достать свой паспорт и протянул кассиру.

– Чей паспорт, тот и должен оплачивать покупку, – подлила масла в огонь кассир.

– Тебе, что, больше не к кому прикопаться? – еще больше стал выходить из себя Макс.

– Все, Макс, успокойся, – Кирилл толкнул парня вперед, – иди на улицу. Я расплачусь.

Макс еще некоторое время злобно смотрел на кассира, затем вышел из магазина. Женщина спокойно пробила алкоголь. Казалось, ситуация нисколько ее не задела. Видимо, ей не первый раз попадаются вспыльчивые покупатели.

– Ты чего хоть распылялся на нее? – спросил Кирилл уже на улице, – Показал бы паспорт и все. Такое поведение их просто прикалывает, а ты и ведешься.

– Да у меня бомбит просто с таких куриц! – Макс все еще разговаривал эмоционально, – Реально же всяким малолеткам готовы, что угодно продать, а к пацанам постоянно прикапываются.

– Забей, – Кирилл протянул другу бутылку пива, – на, охладись.

Макс одним глотком опустошил бутылку на половину и издал удовлетворенный звук. Пиво стало для него панацеей.

Парни пришли к Кристине последними. Саня уже был там, он не забыл купить себе алкоголь. Кирилл и Макс довольно переглянулись. Им больше достанется.

– Вы шли сто лет, – проворчала Кристина и поцеловала Макса в губы, – мы уже сыграли несколько кругов капельницы.

– Пивом разве играют в капельницу? Нужно было брать тогда, что-то покрепче, – нахмурился Макс.

– Я нашла у родителей несколько бутылок виски, – девушка хитро прищурилась, – так что быстрее пейте свое пиво и перейдем к ним.


Спустя полтора часа ребята уже приступили к распитию виски. Фоном играло что-то из клауд-рэпа, музыку выбирал Макс. Он сидел на диване, Кристина устроилась рядом, закинув на парня ноги. Напротив них на одном кресле расположились Рита и Димас, еще одна парочка, на втором – Карина и Марина, а на стульях сидели Кирилл, Саня и еще одна девушка с фиолетовыми волосами Леся. Последняя занималась косплеем, поэтому часто меняла прическу и цвет волос. Она была сестрой Димаса, и редко тусила с ребятами. Однако сегодня решила прийти.

– Макс, ты достал уже со своим грузящим рэпчиком, – недовольно вздохнула Кристина, – включи что-нибудь, чтобы мы с девочками потанцевали.

– Вот устроите телочный день, тогда и слушайте свою попсу. Сегодня чилим все вместе, – Макс сделал глоток из шлема автогонщика, который использовал вместо стакана.

– Ты опять взял шлем моего папы? Я же запретила его трогать! – Кристина подошла к своему парню и попыталась отобрать импровизированный сосуд для питья. Максу удалось его отвоевать.

На самом деле Кристина никогда не встречалась со своим биологическим отцом. Ее мама забеременела в девятнадцать лет и родила вне брака. Спустя два года она встретила нового мужчину и вышла за него замуж. Отношения между Кристиной и отчимом были холодными. Он не признавал в ней дочь, а она в нем отца. Мама девушки никогда не говорили с дочерью о своем прошлом. Только сообщила, что отец Кристины был гонщиком, и показала его шлем. Он был черного цвета с оранжевыми языками пламени.

– Меня бесят твои выходки, – фыркнула девушка, но позволила Максу себя поцеловать, – давайте играть в «Кис-кис-мяу». Все знают эту игру?

– Мы в нее играли еще в лагере, – ответила Марина, – давай что-нибудь поновее.

– Какая разница? Это нормальная игра для разогрева. А потом так уж и быть поиграем в твою любимую бутылочку, малышка. Я уже вижу, что вы с Саней только и ждете повода, чтобы полизаться.

Марина недовольно цокнула, но с Саней заговорчески переглянулась.

– Я не знаю правил, – сказала Леся.

– Объясняю, – Кристина залезла с ногами на диван, – один человек, игрок, закрывает глаза. Ведущий указывает на присутствующих в рандомном порядке, пока игрок не скажет стоп. Затем ведущий показывает один, два или три пальца. Они обозначают действия. Один палец – прогулка, два пальца – выпивка, три пальца – поцелуй. Легкий поцелуй, Марина, а не, как ты любишь. Игрок так же говорит стоп, не видя, сколько пальцев показывает ведущий. Затем ведущий показывает пальцами любые числа. Это означает, сколько времени или раз должно продолжаться выпавшее действие. Игрок также говорит стоп. И потом выполняет все, что получилось. Поняли?

Поняли не все, но слушать Кристину еще раз никому не хотелось. Поэтому все кивнули, и игра началась. Ведущей, конечно же, стала хозяйка квартиры. Первым играл Димас. Ему выпало вместе с Максом выпить 4 раза. Тот стал следующим и выпил еще три раза с Саней. Когда Саня вступил в игру, Кристина специально указывала только на Марину, показывала только три пальца и только десять раз. В итоге ребята десять раз коротко поцеловались в губы. Марине выпало пять раз чмокнуться с Кариной. Парни были разочарованы, потому что девушки не добавили в поцелуи ни капли страсти. Когда в центр села Карина, Макс усадил Кристину на диван и встал на место ведущего. Он не хотел, чтобы его девушка поставила Кирилла в неловкое положение. А она могла это сделать. В итоге Карине все равно попался Кирилл. Им предстояла прогулка длиною тридцать минут.

– Обязательно нужно идти за ручку, – дала указание Кристина. Все ребята стояли в коридоре, ожидая, когда Кирилл и Карина обуются.

– Крис, пусть они сами решат, – Макс строго посмотрел на свою девушку, – такого же нет в правилах.

– Какой тогда смысл прогулки? – возмутилась девушка, – Это же как-никак немного провокационная игра.

– Кому нужны эти провокации? – начал Макс.

– Все, бро, не надо, – Кирилл легонько толкнул друга в плечо, – вот Кристина, мы беремся за ручку, видишь? И уходим.

Кристина победно улыбнулась. Хоть она и знала, что Карина уже перестала страдать по Кириллу, и будущего у них быть не могло, играть роль сводницы ей всегда нравилось.

– Можем не держаться за руки, если не хочешь, – сказал Кирилл после того, как они уже некоторое время шли по улице, – они нас не увидят.

Улица освещалась неяркими фонарями. Часы уже перевали за полночь, и навстречу ребятам попадалось не так много людей.

– Нет, я не против держаться за руки, – ответила Карина. Одной из причин, почему она не хотела отпускать руку Кирилла, была ее трусливость. Идти по ночной улице за руку с парнем безопаснее, чем одной.

– Ну хорошо. Мы уже гуляем минут десять, осталось еще двадцать.

Карина кивнула. Несмотря на молчание, ребята не чувствовали неловкости. Во время прогулок, когда они еще были в отношениях, их разговоры не умолкали. Они обсуждали комиксы, музыку, сериалы, книги, учителей, свои страхи. Вместе придумывали сценарий короткометражного фильма про зомби и сочиняли матерные песенки про друзей. Им нравилось проводить время вместе. Если во время прогулки наступала тишина, уже спустя несколько секунд она заполнялась новой темой для разговора. Возможно, именно тишины, той особенной тишины, которая возникает между влюбленными, им и не хватало.

– Я хотела сказать, что не злюсь на тебя, – сказала Карина.

– Да? – Кирилл непроизвольно сжал руку девушки покрепче.

– Злилась первое время, но быстро отошла. На выпускном же мы хорошо помирились, – Кирилл не видел, но знал, что девушка улыбнулась.

– Да, нормально так, – парень тоже улыбнулся, – я потом как-то встретил Семеновну и она спрашивала, планируем ли мы пожениться.

– Лариса Семеновна та еще сплетница, – Карина засмеялась, – мне будет не хватать ее уроков.

На несколько минут снова возникла тишина. На мгновение Кириллу захотелось поцеловать девушку, но она снова заговорила.

– Я злилась на тебя больше не потому, что ты меня бросил, а потому что сделал это неожиданно. Мы вроде всегда обсуждали все на свете, и ты мог бы предупредить меня или хотя бы намекнуть.

– Я это не планировал, – признался Кирилл.

На самом деле, расстаться с Кариной он решил неожиданно. Они смотрели на ноутбуке фильм, в котором была сцена, где герой признается своей девушке в любви. Кириллу даже понравился этот момент, хоть он и был слишком ванильным. Он подумал, что с Кариной они встречаются уже несколько месяцев, и, наверное, ему тоже пора признаться ей в любви. До конца фильма он размышлял об этом и понял, что не любит ее. И, скорее всего, никогда не полюбит.

– В любом случае, мне кажется, это было некрасиво. В первую очередь мы всегда были друзьями, и уважали друг друга. И расставаться так, будто вылил на человека ледяную воду, было неправильно.

– Знаю. Я давно хотел извиниться перед тобой, – Кирилл остановился и повернулся к Карине, – прости меня, пожалуйста.

Карина обняла парня. Он вдохнул знакомый запах туалетной воды с цитрусами.

– Я уже не злюсь на тебя, идиот. Просто хотела рассказать, что меня тогда обидело. Мы же не общались два месяца. Я скучала по тебе.

– Я по тебе тоже, – сказал Кирилл. И это было правдой. Кириллу не хватало такого друга как Карина. Особенно в тот период, когда начались неопределенности в его жизни.

– Мы можем быть друзьями, и ты всегда можешь обратиться ко мне. Ты знаешь?

– Да, – улыбнулся Кирилл, – ты тоже.

По истечении положенного времени Кирилл и Карина вернулись в квартиру. Оставшиеся дома ребята были намного пьянее, чем раньше. Оказалось, они делали шоты бум и пили их на скорость.

– Как погуляли? – Кристина подмигнула подруге.

– Хорошо, – ответила Карина и улыбнулась Кириллу.

– Вы вовремя, мы как раз начали играть в «Слово или дело».

Объяснять правила данной игры Кристина не стала, потому что в нее ребята играли на каждой вписке. Такое развлечение было выбрано вместо бутылочки, но бутылка в нем использовалась.

Первой бутылку крутила Кристина. Горлышко указало на Саню, он выбрал слово.

– Так, приятель, расскажи, кто из присутствующих снился тебе в эротическом сне?

– На самом деле все, – признался парень, – кроме Леси. Просто я вижу тебя второй раз в жизни. Да и я не фанат всяких феечек.

– Тогда, кто снится чаще всех? – уточнила вопрос Кристина.

– Марина, конечно, – Саня уверенно посмотрел на Марину. Та кокетливо улыбнулась.

– Да, это было ожидаемо и скучно, – вздохнула Кристина, – крути бутылочку.

Бутылочка указала на Макса.

– Слово или дело, братан?

– Дело, – Макс выпрямился, готовый ко всему.

– Так, – Саня задумался, – придумал! Давай сфоткаем твою задницу и пошлем кому-нибудь из училок.

– Да это уже неинтересно, Сань, – заявил Димас, – мы закончили школу.

– Да по фиг, – махнул рукой Саня, – зато им останется подарочек на память.

В итоге ребята сфоткали на телефон голую задницу Макса и послали снимок завучу школы. Затем бутылочка указала на Карину. Девушка выбрала дело, и Макс приказал ей поставить фото с членом на аватарку. Далее выполнять действие пришлось Кристине. Она должна была изобразить свою любимую позу в сексе. Девушка быстро уложила Макса на диван и оседлала. Парень утвердительно покивал головой, согласившись, что Кристина, на самом деле, любит быть сверху.

– Ладно, котятки, снова моя очередь, – Кристина усмехнулась, – так, Макс, слово или дело?

– Киса, ты же знаешь, что дела мне больше по вкусу, чем слова.

– Окей. Тогда поцелуй десять частей тела, – девушка осмотрела присутствующих, – вон ее. Прости, я забыла, как тебя зовут, с фиолетовыми волосами.

– Леся, – девушка натянуто улыбнулась, смерив Кристину презрительным взглядом.

– Да, точно. Макс, поцелуй десять частей ее тела.

Макс удивленно посмотрел на свою девушку, не понимая, зачем она дает ему такое задание. На лице Кристины держалась самоуверенная усмешка. Парень понял, что девушка просто хочет над ним посмеяться.

– Вызов принят, детка.

По выражению лица Леси было видно, что задание ей не понравилось. Но уступать выскочке Кристине ей не хотелось. Девушка встала, и сделала шаг навстречу Максу. Он поцеловал ее в руку, живот, колено, икру, макушку, щеку, ухо, плечо, шею и в завершении прямо в татуировку на ключице. Возвращаясь на свое место, Макс успел победно посмотрел на Кристину. Она сделала вид, что ничего не заметила.

Затем бутылочка указала на Риту, и Леся спросила у нее, во сколько лет она лишилась девственности. Девушка ответила, что в 15. С Димасом же она начала встречаться в 17. Парень был шокирован, так как думал, что был у Риты первым. Ребята начали ссориться, и Кристина выгнала их на кухню.

– Что ж, раз Рита ушла, хожу я, – Кристина покрутила бутылочку, она указала на Кирилла, – Киря, поцелуй самую красивую девушку в этой комнате.

Кирилл тихонько вздохнул. Его раздражали провокации Кристины. Однако парень был честным, и на этот раз тоже не стал лукавить. Он поднялся и поцеловал в щечку Карину. Кристина стала возмущаться, что за детский поцелуй, нужно целовать в губы. Кирилл не обратил на нее никакого внимания и крутанул бутылочку. Выпало на Кристину, и он дал девушке задание поменяться одеждой с любым человеком из комнаты. Во время переодевания в комнату вернулись Димас и Рита. Парень одобрительно похлопал, увидев двух девчонок в лифчиках.

Дальше бутылочка указала на Макса. Кристина задумалась над действием для своего парня. Она снова внимательно посмотрела на Лесю.

– Котенок, – Кристина лукаво взглянула на Макса, – ты должен три недели встречаться с Лесей.

– В смысле встречаться встречаться? – нахмурился Макс.

– Да, делать вид, что вы пара. Чтобы все ко мне подходили и спрашивала: «Вы что расстались с Максимом? А почему?». Хочу ходить три недели ненакрашенной и сваливать это на разбитое сердце. А потом ты типа решишь ко мне вернуться, а я как великодушный человек, тебя прощу.

В комнате повисла тишина. Задание казалось глупым и бессмысленным. Всем было ясно, что Кристина хотела позлить Макса. Они часто устраивали подобные игры, чтобы добавить в отношения эмоций.

– Крис, да ты амахасла, – усмехнулся Саня.

– Мне кажется, это уже перебор, – согласилась Карина.

– По хер, я согласен, – принял вызов Макс.

– А я нет, – подала голос Леся, – это тупое задание.

– Да забей, – обратился к девушке Макс, – это всего три недели.

– Нет, я не буду, – не соглашалась Леся.

– У тебя есть парень? – спросила Рита.

– Нет, просто это какая-то дичь. Я не хочу участвовать в ваших играх.

– Она просто занудная тамблер герл, – закатила глаза Кристина, – разукрашенная задротка. Только неуверенные в себе девочки красят волосы в яркие цвета, чтобы привлечь внимание. У нее парня то, наверное, никогда не было. Согласна, что я погорячилась. Я слишком люблю тебя, котенок, чтобы заставлять проводить с ней время.

– Эй, не говори так о моей сестре, – возмутился Саня.

– Я сказала правду. На нее нельзя обижаться.

– Дак что, Лесь, ты точно отказываешься? – в последний раз спросил Макс.

– Нет, я передумала, – Леся с вызовом посмотрела на Кристину.

– Молодец, малышка, – Кристина противно улыбнулась девушке, – и так для протокола: вы должны встречаться три недели, и за это время встретиться минимум десять раз. По улице вы должны ходить за ручку, если увидите знакомых, можете поцеловаться. Хоть целовать ее научишь, Макс. И после окончания игры вы не должны говорить, что встречались по фану. Дайте слово, что будете следовать этим правилам.

– Даю слово, – сказал Макс.

– Даю слово, – нехотя повторила Леся.

– Все остальные свидетели, – что ж, давайте сыграем еще два раунда «Слова или дела», а потом будем танцевать.

Бутылочку крутанула Рита, выпало на Карину. Она выбрала слово, и девушка спросила ее, почему та решила уехать в другой город.

– Мне безумно хочется перемен в жизни, – начала рассказывать Карина, – когда все стоит на одном месте, мне не по себе. Постоянно хочется новой движухи, знакомств. И наш город, он такой маленький, мне хочется попробовать пожить в большом, испытать себя.

– А мне кажется это полный зашквар уезжать из своего города, – перебил девушку Димас, – все эти люди «наш город дерьмо, он не для меня, тут никаких амбиций, я хочу большего» наивные до жути. Все они всегда возвращаются обратно, когда понимают, что в больших городах на хер никому не нужны.

– Это дело каждого, уезжать или нет, – вступил в спор Макс, – если есть возможность пожить в другом городе, почему нет? Никто же не обязывает ее оставаться там навсегда. Надоест – уедет еще куда-то, захочет – вернется.

– Понятно дело, что вернется. Но тогда зачем все эти пафосные речи, что «я чувствую, что создана для большего, я не хочу жить обывательской жизнью в этом днище», – продолжил отстаивать свою точку зрения Димас.

– Она так не говорила, – заметил Макс.

– Но подразумевала именно это.

– Ты не можешь говорить за другого человека. И Карина имела в виду не это. Это твой тупой мозг все переводит на свой язык.

– Эй, ты что-то уже путаешь! – Димас поднялся.

– Все, парни, успокойтесь, – Рита взяла Димаса за руку, он ее выдернул.

– Если ты так с ней согласен, то тоже вали из нашего города! Что торчишь в этом дерьме, если тебе не нравится? – Димас еще больше повысил голос.

– Наверное, я сам решу, что мне делать! А ты засунь язык себе в жопу!

Дальнейшие матные выкрики привели к тому, что парни сцепились на полу. Остальные пытались их разнять, но ребята остановились только, когда оба выпустили пар. Димас из-за ссоры с Ритой, Макс из-за того, что тоже хотел уехать в другой город, но не мог.


Глава

5


Под сенью ветвей

Толпа придворных любуется…

Вишня в цвету!

Другие смотрят издали.

Им жалко ее аромата.

Сайгё


Кирилл всегда завидовал людям, которые помнили свои сны. Ему нравилось слушать чужие истории о том, что они видели. Волшебные миры, неожиданные обстоятельства, абсурдные сюжетные повороты. Сценарии снов порой оказывались увлекательнее самых кассовых фильмов. Также Кириллу нравилось читать о произведениях искусства, идеи которых их авторы увидели во сне. В этом была своя мистика.

Кирилл проснулся по будильнику, но провалялся в кровати еще двадцать минут. Он мог позволить себе еще пять, но в комнату зашла мама, чтобы проверить, не проспал ли сын подъем.

– Ты вчера поздно пришел, – констатировала факт Евгения Сергеевна, – смотри, не опоздай на работу.

– Я уже встаю, – Кирилл сел на кровати.

– Это что книга, которую мы тебе подарили на день рождения? – женщина взяла в руки книгу с письменного стола, – Ты ее до сих пор не прочитал?

– Прочитал, конечно, в тот же день. Я хочу дать ее одному парню из клиники, – спросонку Кирилл не фильтровал информацию, что можно говорить, а что нет.

– Пациенту? – брови Евгении Сергеевны поползли вверх, – Я сказала, что запрещаю тебе разговаривать с пациентами. Непозволителен любой контакт! Тебе что-то не понятно?

– Ты можешь сказать мне почему?

– Потому что люди проходят там лечение, им нужен покой. Ты не знаешь, как с ними разговаривать, и можешь сказать что-то лишнее, и это к негативным последствиям.

– Парню там скучно, и он попросил принести ему что-нибудь почитать.

– А он и не развлекаться приехал в больницу. У тебя совершенно детский взгляд на происходящее. Было плохой идеей устроить тебя туда работать.

– Раньше надо было думать, – огрызнулся Кирилл. Он с самого начала был против работы в больнице, да и против любой работы вообще, – дак могу я передать книгу?

– Я же сказала, нет!

– Это же просто книга. Что в этом такого? – недоумевал юноша.

– Для тебя это просто книга, а для пациента может стать источником волнения, который приведет к срыву. Я не буду продолжать бессмысленный спор. Я поехала на работу, ты со мной?

Кирилл отказался. В отличие от пациентов ему было полезно остаться наедине со своими мыслями. Дорогу до клиники ему скрасила музыка: Blind Pilot – The Story I Heard, Stereophonics – Maybe Tommorow и другие.

Синоптики обещали спад температуры, но в очередной раз ошиблись. Жара стояла такая же невыносимая. Кирилл спасался в тени кустов, которые одновременно подстригал. Парень уже почти закончил, когда заметил Лину. Она сидели под деревом неподалеку.

– Привет, твои занятия сегодня закончились раньше? – спросил Кирилл, приблизившись к девушке.

– Да, – коротко ответила Лина и отвернулась, пряча лицо.

– Эй, ты в порядке? – в голосе Кирилла звучало беспокойство.

– Уху, – всхлипнула Лина.

– Давай рассказывай, что стряслось, – Кирилл присел на корточки рядом и легонько потряс девушку за коленки.

Лина вытерла слезы и улыбнулась юноше благодарной улыбкой. В руках она теребила лавандовую бандану.

– Спасибо за беспокойство, Кирилл, но я не хочу тебя грузить.

– Я совершенно свободен и готов принять груз, если он легальный.

– Правда, это необязательно. Я вообще-то думала, что хорошо спряталась и меня здесь никто не найдет. Но от тебя не спрятаться, мистер Холмс.

– У меня GPS настроен на плачущих девушек, и я просто обязан прийти им на помощь.

– Лучше бы настроил его на что-нибудь повеселее, – Лина вздохнула, – я расстроена из-за моего брата.

Кирилл кивнул, призывая продолжить рассказ.

– Сегодня ко мне приезжали родители, а брата снова не было. Я знаю, что он злится на меня, но прошло уже много времени. Неужели он не соскучился по мне.

– А что говорят родители?

– Что он не может ко мне приехать. Они не знают, что мы поссорились.

– А из-за чего вы поссорились?

– Наши родители хранят деньги дома, и мы знаем, где именно. Некоторое время назад я увидела, как Рома взял оттуда, судя по всему, большую сумму. Я пыталась поговорить с ним об этом, но он не стал ничего объяснять. Одно было ясно, что родителей он не предупредил. Я была в растерянности, потому что неизвестно на что ему потребовались деньги. Однажды у него были проблемы с наркотиками, и я испугалась, что это может повториться. Я все рассказала родителям, они очень расстроились. Думаешь, я была не права?

– Ты все правильно сделала, – ответил юноша, – и твой брат это тоже поймет.

– Я не успела поговорить с ним. Через несколько дней после ссоры меня устроили в эту школу, и больше мы не виделись.

– Видимо, ему нужно время, – только и смог сказать Кирилл. Он категорически не одобрял поведение брата Лины. Как бы сильна не была обида, при сложившихся обстоятельствах можно перебороть свою гордость и навестить сестру.

Конечно же, Кирилл не послушался Евгению Сергеевну и принес Захару книгу. Выбрал, правда, безобидную историю Туве Янссон «Все о Мумми-троллях», а не мистический триллер.

– Что это за шняга? – Захар вертел книгу в руках, подозрительно осматривая.

– Ты же давно не читал, я решил, нужно начать с малого, – попытался оправдаться Кирилл, – мне ее подарила подруга. Сказала, что там много крутых цитат типа «Тот, кто ест блины с вареньем, не может быть так уж жутко опасен». Я начал читать, и реально ламповая вещь.

– Если ты считаешь, что сорокалетнему мужику самое то читать сказки про бегемотиков, то ладно, я согласен. Спасибо, парень.

Захар спрятал книгу под кофту. Несмотря на жару, он был одет тепло.

– У меня к тебе просьба, – Кириллу стало неловко. Он не привык о чем-то просить, – видел девушку, которая каждый день читает на скамейке?

– Лина? Мы вместе ходим на арттерапию. Она научила меня делать бабочек из бумаги, – рассказал Захар.

– Да, это на нее похоже, – улыбнулся Кирилл, – Можешь узнать, что с ней случилось?

– Без проблем. Еще просьбы будут?

Кирилл дал отрицательный ответ. Ему было стыдно за то, что он лезет в личное пространство Лины, еще и за ее спиной. Однако узнать причину нахождения девушки в клинике было необходимо. Вдруг в разговоре он нечаянно затронет болезненную для нее тему. Расстраивать новую знакомую юноша не желал. Увидев сегодня ее слезы, Кириллу захотелось сделать все, чтобы девушка больше не плакала. Раньше парень никогда не испытывал подобных желаний, но Лина выглядела такой беззащитной. Она была словно бабочка, которую хочется укрыть от ветра в ладонях, но при этом не помять хрупкие крылышки.

Полив газон, Кирилл перешел к клумбам у главного здания. Из него вышли мужчина и женщина. Они разговаривали на повышенных тонах.

– Я хочу забрать Лину отсюда, – женщина еле сдерживала слезы.

– Ты же слышала, что сказала Евгения Сергеевна. Она еще не поправилась, и мы можем сделать только хуже, – старался успокоить женщину мужчина.

Услышав знакомое имя, Кирилл оторвался от работы. Молодой человек вскочил на ноги и поспешил за парой.

– Постойте, – окликнул их Кирилл, – вы родители Лины?

– Да, – мужчина и женщина подозрительно нахмурились, ожидая объяснений.

– Я друг вашей дочери. Может, не друг, но мы недавно познакомились, и хорошо общаемся, – Кирилл понимал, что его слова звучат невнятно.

– Ты тоже здесь лечишься?

– Нет, я работаю садовником, – Кирилл решил перейти к сути дела, – Лина очень расстраивается, что ее не навещает брат. Может быть, вы с ним поговорите?

Неожиданно ноги женщины подкосились. Хорошо, что муж успел ее поймать. Она начала громко рыдать, уткнувшись мужчине в грудь. Кирилл не знал, что делать, и просто испуганно наблюдал за женщиной.

– Брат Лины умер, – коротко сообщил мужчина, – простите, но мы лучше пойдем.

***


Кирилл курил за сараем, осмысливая услышанное. Лина рассказывала о своем брате в настоящем времени. Правда ли она считает его живым или говорит так по привычке? Размышления юноши прервал Захар. На предложение Кирилла угоститься сигареткой, он ответил отказом.

– Я спросил у медсестры про твою подругу, – сказал Захар, – она рассказала немного. Несколько месяцев назад у Лины погиб брат. Видимо, его смерть на нее сильно повлияла. Судя по всему, у нее реактивный психоз.

– Она думает, что он жив, – сообщил Кирилл.

– Типичное явление, – пожал плечами Захар, – жалко, конечно, девчонку. Да, не переживай ты так, реактивный психоз лечится. Она просто еще не успела отойти.

Слова Захара не показались Кириллу утешительными. Он не мог представить, каково это потерять брата. Брата, который умел играть на музыкальных инструментах и петь красивым голосом.


Глава 6


Молотильщик вдруг

Остановил работу.

Там луна взошла.

Мацуо Басё


Всю последнюю неделю Кирилл читал статьи в интернете на темы: "что такое реактивный психоз", "лечение реактивного психоза", "как помочь человеку с реактивный психозом". Теперь в его голове было столько информации о заболевании, что он бы мог на "отлично" защитить диплом на данную тему.

Нельзя было точно сказать, правильный ли диагноз поставил Захар, но общая картинка совпадала. Реактивный психоз – это психическое расстройство, спровоцированное каким-то эмоциональным потрясением. Это психическая реакция на неожиданное событие, сопровождающаяся различными отклонениями, искаженное видение реальности – одно из них. Смерть брата стала для Лины сильнейшим потрясением, и ее неустойчивая подростковая психика с ним не справилась. Более того девушка была ранимым и чувствительным человеком. Это сделало ее еще более уязвимой перед болезнью.

Лучший способ вернуть человека к нормальной жизни – устранить психогенную ситуацию, которая спровоцировала расстройство. В случае Лины это сделать невозможно: воскрешать мертвецов еще не научились. В таком состоянии человеку требуется поддержка, которую могут оказать близкие. Кирилл знал, что родители девушки часто ее навещают, но полезны ли их посещения для дочери. Ведь, судя по всему, они не говорят Лине всей правды.

Прочитав статьи, Кирилл составил собственный план, как помочь девушке. Всю неделю он виделся с Линой. Они много разговаривали, парень веселил ее забавными историями, показывал комиксы. Лина подарила Кириллу свой рисунок.

– Сначала я хотела просто написать твой портрет, но потом решила нарисовать тебя в стиле комиксов, – рассказала девушка.

– Суперсадовник, – прочитал Кирилл надпись на рисунке. На нем был изображен парень в комбинезоне и шапке из цветка. В одной руке он держал маленькую лопатку, в другой – секатор. На плече вместо попугая сидела огромная бабочка, – что это за лианы вокруг меня? Я как Бульбазавр из Покемонов.

– Это твои враги – суперсорняки, – ответила девушка, – ты с ними борешься каждый день, но они все не исчезают. Поэтому ты мастеришь супероружие, чтобы истребить их навсегда.

Кирилл грустно улыбнулся. Сейчас ему больше всего на свете хотелось истребить сорняки, выросшие в душе Лины. Пока что ему не удалось отыскать мощное оружие, но он не собирался сдаваться.

– А за спиной у тебя лук, но вместо стрел цветы с острыми стебельками, – воодушевленно рассказывала Лина, – в следующий раз нарисую вид со спины.

– Я стреляю цветочками. Как мужественно, – улыбнулся Кирилл.

Они виделись с Линой каждый день. Молодой человек приходил в клинику даже в свои выходные под предлогом работы. За это время он успел узнать, что Лина умеет играть на флейте, любит завтракать оладьями с малиновым вареньем и засыпать под звуки дождя за окном. У нее аллергия на кошек, ненависть к черному цвету и свитерам с высоким воротом.

В последнее время Кирилл почти не виделся с Максом. Друг не желал мириться с таким положением дел и все-таки вызвал пропавшего товарища прогуляться. Они встретились на плитах вечером, после того, как Кирилл вернулся с работы. С собой парень взял Харли. Собака уже успела привыкнуть к новому дому, а новые хозяева к ней. К удивлению Кирилла, родители тепло приняли нового члена семьи, а Роман Сергеевич даже гулял с Харли, когда сын поздно возвращался домой.

– Неужели ты смог выделить время для своего бро. Привет, псина, – Макс потрепал плюшевую шерсть Харли, – она у тебя такая скромница, еще ни разу не пристала к моей ноге. А я надел новые кроссы, сложно удержаться.

– Она вообще очень умная, – подтвердил Кирилл, – хозяин хорошо ее воспитал.

– Где ты потерялся? Все в психушке чилишь?

– Да, в клинике много всего. Домой поздно прихожу.

– С психушницей своей зависаешь? – поддел друга Макс. По телефону Кирилл коротко рассказал ему о Лине. Очень коротко: что есть там одна девушка, и они общаются.

– Не называй так Лину, – серьезно сказал Кирилл.

– Лучше бы ты сторонился ее, Кэш.

Макс нарек друга Кэшом много лет назад. Первоначально кличка была длиннее: парень называл Кирилла каштан, потому что в детстве тот любил собирать плоды этого дерева. Затем прозвище стало короче.

– Почему я должен ее сторониться?

– Потому что она чокнутая! – не сдержал эмоций Макс. Он не мог понять, как друг не боится проводить время с неуравновешенным человеком.

– Чокнутый ты! – Кирилл тоже повысил голос, – Кто по собственному желанию губит свою жизнь наркотиками.

– Хватит уже. Все бэнч.

– Все так думают, а потом теряют контроль. Я не понимаю, зачем тебе это. У тебя же нормальная жизнь, чего тебе не хватает?

– Всем чего-то не хватает. Истории о счастливых людях – полная дичь, легенды. Я не встречал в жизни ни одного человека, который был бы по-настоящему счастлив.

– А наркотики будто сделают тебя счастливее.

– Нет, но так я хоть внес свои штрихи в жизненный маршрут, который для меня проложил отец. Нужно же немного побунтовать.

– А не легче поменять свой маршрут на тот, который хочешь сам?

– Кэш, ты же знаешь, что я завишу от отца материально. Сам я никогда не смогу стать богачом, а ограничивать себя я не привык.

– Тупая у тебя логика, – покачал головой Кирилл, – легче же жить, когда ты независим.

– Я зависим, ты зависима, – исполнил Макс строчки сингла и продолжил петь.

– Все, заканчивай, – засмеялся Кирилл.

Макс прекратил петь и некоторое время молча смотрел вдаль, неторопливо покуривая сигарету. Кирилл кидал Харли палку и, когда она приносила ее обратно, повторял маневр. Парень понимал, что не смог сказать другу и половины того, что хотел, но дальше ругаться не было ни настроения, ни времени. Завтра утром рано вставать на работу.

– Как там твой роман с анимешницей? – нарушил тишину Кирилл.

– Кстати нормально, – ответил Макс и сразу осекся, – ну в смысле мы нормально проводим время. Она еще и геймерша, поэтому мы целыми днями задрачиваемся в игрухи и хаваем бургеры.

– Звучит круто, – улыбнулся Кирилл.

– В выходные Кристина устраивает нам проверку. Она попросила Карину погулять с нами и проследить, чтобы мы держались за руки и все такое. Ты тоже должен пойти, а то все это будет слишком странно.

– Что я буду с вами делать?

– Развеселишь Карину. Может, она смягчиться и не заставит нас с Лесей целоваться или что-то подобное. Крис могла придумать, что угодно. Вы же с Кариной теперь друзья?

– Да вроде как. Ладно, помогу тебе не проиграть твоей безумной девушке.


***

Несмотря на ненависть Кирилла к летней работе, он не мог не признать, что у нее были и плюсы. Теперь он легко отлынивал от поездок на дачу, ссылаясь на свою занятость.

– Милая, наш сын – настоящий трудоголик, – с театральной гордостью заявил Роман Сергеевич.

Родители Кирилла упаковывали вещи. Как обычно, они уезжали на дачу после трудовых будней.

– Никто не заставляет его работать в выходные, – сообщила Евгения Сергеевна.

– Мне нужно заняться петуньями, – объяснил Кирилл. При слове «петуньи» Роман Сергеевич призадумался, а потом улыбнулся. Он был уверен, что понял все правильно.

– Уж постарайся все успевать на неделе. Не думаю, что твое нахождение на территории клиники в сверхурочное время принесет какую-то пользу, – женщина посмотрела на сына долгим взглядом, явно на что-то намекая.

Спустя некоторое время родители Кирилла стояли у двери, вспоминая, все ли взяли. Роман Сергеевич имел привычку забывать самые важные вещи, наподобие ключей или телефона, в комнате, а потом возвращаться за ними на цыпочках. Он искренне верил, что ему удается совершить операцию без следов, но он глубоко заблуждался. После его ухода оставалась дорожка из песка и грязи.

– Все мы поехали, – Евгения Сергеевна вышла из квартиры, – позвоню тебе вечером.

Роман Сергеевич подождал, пока жена спустится на следующий этаж, и приблизился к Кириллу.

– В моем кабинете в верхнем ящике стола лежит все необходимое, – прошептал мужчина и заговорчески улыбнулся.

– Все необходимое для чего? – не понял молодой человек.

– Ну, ты знаешь, – Роман Сергеевич подмигнул, – для занятий петуньями.

– Пап, ты о чем? – Кирилл приподнял брови.

– Короче там лежат презервативы, – прямо сказал мужчина, – возьми, сколько потребуется, остальное положи обратно.

– А нет, – Кирилл неловко усмехнулся, – я не собирался. В общем, они мне не потребуются сегодня.

– Мы же уезжаем на все выходные. Чем ты займешься?

– Я собирался порисовать, – ответил Кирилл, Роман Сергеевич сморщился, – почитать, – лицо мужчины стало еще более недовольным, – погулять с Максом, – никаких изменений в мимике Романа Сергеевича.

– Вдвоем? – нахмурился мужчина.

– Нет, с нами будут Карина и еще одна девчонка.

– Карину я знаю, – улыбнулся Роман Сергеевич, – красивая петунья.

– Папа! – пресек отца Кирилл.

– Ладно, все, – Роман Сергеевич примирительно поднял руки, – но ты знаешь, что где, если все-таки получится заняться петуньей. Там кстати в шкафу за книгами стоит коньяк. Ведь петуньи нужно поливать?

– Пока, папа, – Кирилл вытолкал отца за дверь, – увидимся в понедельник.

Это лето отличалось от других. Почти каждый день стояла солнечная погода, но, когда терпеть жару уже было невыносимо, шел дождь. Будто люди и стихии заключили договор или просто обрели гармонию.

Ребята решили не умирать от духоты в городе и собрались поехать на велосипедах на речку. Заданием Карины было не давать Максу и Лесе порознь проводить время. В начале девушка подошла к своей миссии со всей страстью. Она категорически не разрешала ребятам ехать на разных велосипедах и предлагала Лесе сесть позади Макса. Тщетны были попытки фальшивой парочки убедить девушку, что это безумно неудобно. Только после того, как Карина сама прокатилась, сидя на багажнике, она согласилась, чтобы ребята ехали раздельно. Тем более Леся хотела взять с собой гитару.

Островок на берегу реки, скрывающийся в зарослях кустов, был излюбленным местом для летних посиделок компании. Чтобы сберечь его сокральность, Кирилл и Макс создали собственный знак, на котором с одной стороны было изображено предупреждение "Купаться запрещено", а с другой – "Опасное место!". Хоть знак и не выглядел как настоящий, он все равно отпугивал многих туристов. Купальщики чувствовали подвох, но идти на риск боялись.

– Что хоть это такое? – засмеялась Леся, увидев самодельный знак. Табличка была приделана к необтесанной ветке дерева, а рисунок уже потек.

– Что ты имеешь против нашего творчества? – Макс стал наступать на девушку, устраивая с ней шуточные разборки.

– Полегче, приятель. Ты даже в игре меня победить не можешь, в жизни тем более не получится.

– В игре просто на мне тяжелая броня, а в жизни я подвижный и ловкий словно лемур, – Макс стал имитировать позиции нинзя и размахивать руками.

Парень разошелся и снова стал наступать на Лесю, легонько ударяя ее руками и ногами. Девушка несколько секунд терпела дурачества фальшивого бойфренда, а потом ловко схватила его за руку и перекинула через плечо. Макс грохнулся на землю и застонал. Карина и Кирилл раскрыли рты от изумления.

– Я к ней никогда не подойду, – Кирилл сделал несколько шагов назад.

– Мне нравится восточная культура, а единоборства – ее неотъемлемая часть, – девушка невинно улыбнулась и подала Максу руку, помогая подняться.

– Ты должна мне десять бургеров за ущерб, – простонал Макс, – и еще огромную картошку.

Ребята плавали и играли в воде в волейбол, пока солнце не скрылось за тучами. На улице похолодало, и парни развели костер. Леся и Карина бродили неподалеку в поисках веток.

– Надо не забыть сделать фото, где вы с Максом держитесь за руки. Целоваться я вас заставлять не буду, – пообещала Карина.

– Спасибо, – улыбнулась Леся, – не могу поверить, что участвую в игре этой стервы. Как ты вообще с ней дружишь?

– Наверное, это привычка, – пожала плечами Карина, – мы дружим с седьмого класса. Я всегда была серой мышью и мечтала о популярности. Крис заметила меня и приняла в компанию. Она советовала, как одеваться, покрасила мне волосы. Это банально, но она, правда, помогла мне стать лучше. Внешне, по крайней мере.

– Но она же такая пустая, – не понимала Леся, – и глупая.

– Ты ее недооцениваешь. Крис очень расчетливая и умная по-своему. Сколько ее помню, она всегда любила придумывать всякие стратегии, как улизнуть из дома или как проучить училку по английскому, которая ставила ей плохие оценки. Иногда ее стратегии были по-настоящему жестокими. Она может дать человеку все, а потом забрать в один момент. И ты не знаешь, как быть дальше.

– Любую сучку можно поставить на место, – заявила Леся. Карина лишь пожала плечами. Она знала Кристину и, если честно, даже боялась ее.

Когда девочки вернулись, парни уже вовсю грелись у костра и жарили черный хлеб, насадив его на ветки. Карина подбежала к Кириллу и отобрала у него кусочек.

– Ну ты хулиганка! – Кириллу пришлось достать из пакета новый кусок.

– А я не сопротивляюсь! Забирай все! – Макс протянул Лесе свой хлеб, изображая пугливую дрожь.

– Правильно делаешь, – кивнула Леся.

– Макс, эта девочка круче тебя во всем. Тебе пора склониться к ее ногам, – пошутила Карина.

– Я вам расскажу секрет, – Леся села на поваленное бревно, напротив ребят, – есть одна вещь, в которой он меня победил.

– Не может быть! – Кирилл театрально закрыл рот рукой, – И что это?

– Он сказал, что у меня слишком пацанские увлечения, и решил включить мой режим «девочки», заставив играть в приложение «Собери принцессу на бал».

– Я знаю эту игру, – воскликнула Карина, – там нужно выбирать принцессе прическу, макияж, маникюр и подбирать платье.

– Да-да, – кивнула Леся, – я собрала принцессу на троечку, и она смогла пойти только на бал к своей кузине. А Максиму поставили высший бал, и его принцессу Изабеллу пригласили на бал к самому королю.

– Моя Изабелла это заслужила, – с гордостью заявил Макс, – я выбрал для нее диадему с фиолетовыми сапфирами.

– Если бы мой отец сейчас тебя слышал, он бы тебе врезал, – засмеялся Кирилл.

– Там так было написано! – воскликнул парень.

Ребята только посмеялись на попытки Макса оправдаться. В конце вечера Леся взяла в руки гитару и спела несколько песен. Ее влажные разноцветные локоны падали ей на лицо и делали похожей на русалку. Кирилл наблюдал за пламенем огня, а, когда поднял взгляд, заметил, как его друг смотрит на девушку. Так Макс смотрел только на практикантку по литературе в шестом классе. Тогда он влюбился без памяти и на каждый урок учил наизусть стихотворения. Карина же поймала момент, чтобы сфотографировать Макса и Лесю вместе для отчета, когда юноша накидывал анимешнице на плечи свой бомбер, чтобы она не замерзла.


Глава 7


Светлый день, но вдруг –

Маленькая тучка, и

Дождь заморосил.

Мацуо Басё


В наушниках Кирилла играли Sum 41 "Look at me", когда к нему подошел Захар. Он держал между пальцев небольшую веточку от дерева и затягивался ей.

– Ты в курсе, что это не сигарета? – спросил Кирилл, вынимая наушники.

– Я что идиот принимать ветку за сигарету? – обиделся Захар, потом усмехнулся, – Да, я сумасшедший, но с восприятием реальности у меня все в порядке. А это просто рефлексы. Ты неважно выглядишь, – заметил мужчина.

– Я плохо спал: снились кошмары.

– Что там было?

– Сильный дождь, – Кирилл задумался, вспоминая детали, – тучи были черные-черные, дул сильный ветер. Мне даже кажется, что я проснулся мокрым.

– Ничего хорошего это не предвещает, парень, – Захар сделал затяжку своей импровизированной сигаретой, – такой сильный дождь предрекает тревогу и большие трудности. Если бы ты сумел спрятаться, опасность бы миновала, а так нет: она будет поджидать тебя и своего не упустит.

– Ты реально в это веришь? – усмехнулся Кирилл, – Какое-то это девчачье занятие – расшифровывать сны.

– Вообще-то Фрейд этим занимался.

– Наверное, таким способом он просто цеплял девушек.

– Зигмунд Фрейд – великий человек, – заявил Захар.

– Не спорю. Ведь подкат со снами, наверное, работает до сих пор.

– Кстати да, – мужчина задумался, – мне много раз удавалось заинтересовать девушку таким разговором.

– Вот видишь, – улыбнулся Кирилл. Однако, не смотря на внешнее спокойствие, его до сих пор била холодная дрожь. Будто он, на самом деле, промок под дождем и до сих пор не мог обсохнуть, – можешь преподавать пикап-мастерство, откроешь свой бизнес.

– Бизнес – это отстой. Я занимался им несколько лет, и это такой геморрой. Особенно, если ты в этом полный профан.

– Зачем ты вообще его начал?

– Мы с моей девушкой решили пожениться, а ее отец – очень требовательный мужик. Он сказал, что не выдаст свою единственную дочь замуж за замухрышку-историка. Пришлось что-то придумывать, но ни к чему хорошему это не привело.

– Ты историк? – искренне удивился Кирилл. Он всегда думал, что Захар журналист или писатель.

– Десять лет преподавал историю в школе, – лицо мужчина прояснилось, – хорошие были времена. Мне очень нравилось быть учителем. Во время рассказа о каких-то событиях я любил придумывать разные детали. Типа Наполеон под мундиром носил розовые подштанники, а императрица Елизавета Петрова любила добавлять в коктейль петрушку. Мне нравилось добавлять безобидные мелочи. Они никак не влияли на историю, а учеников веселили.

– Такие детали я бы точно запомнил, – согласился Кирилл, – жаль, что ты не остался учителем. Мне кажется, человек должен работать там, где чувствует себя на своем месте.

– А лучше вообще не работать, – улыбнулся Захар.

– Нет, работать нужно, или человек деградирует. Просто я не хочу ходить как зомби на работу, ненавидеть ее и каждый день мечтать застрелить своего начальника. Я хочу найти свое призвание. Пусть я даже буду также, как многие, работать с утра до вечера, может даже без выходных. Но, если я буду знать, что моя работа приносит пользу, я с этим справлюсь. Я хочу видеть результат своей работы, что он что-то значит для других. Тогда я буду спокоен.

– И кем же ты хочешь стать, парень? – не понял мужчина.

– Я не знаю, – пожал плечами Кирилл, – может, я вообще не способен приносить пользу.

До обеда Кирилл успел подстричь кусты, обработать клумбы специальным раствором от вредителей и покрасить часть стволов деревьев краской. В положенное время для отдыха он хотел немного полежать в тени и съесть сэндвич. Планы молодого человека сорвались: Евгения Сергеевна пригласила его в свой кабинет. Пациенты обедали, поэтому внутри здания Кирилл никого не встретил. В пустом коридоре сильно пахло хлоркой. На дверях палат висели таблички с именами. Он наткнулся на комнату Лины и ее соседки. Их табличка была разрисована цветами и яркими узорами. Кирилл догадался, что дверь украсила Лина.

– Что-то случилось? – сразу же спросил Кирилл, переступив порог кабинета.

– Присядь, пожалуйста, я хотела с тобой поговорить, – в голове Евгении Сергеевны чувствовался серьезный настрой.

В кабинете стояло большое количество горшков с цветами. Одно растение разрослось на столько, что его стебли захватили одну из стен. На другой стене висело несколько картин с умиротворенными пейзажами, а у самого стола располагался небольшой аквариум.

– Они, правда, успокаивают? – Кирилл постучал пальцем по стеклу. На зов сразу же приплыла рыбка и что-то сообщила парню на немом языке, – Кажется, она говорит мне сматываться отсюда.

– Прекрати, я хочу поговорить с тобой серьезно, – Евгения Сергеевна достала из стола лист бумаги и положила на стол. Это был рисунок Лины, – что ты можешь сказать об этом?

– Вы используете рисунки Лины для психологических тестов? Разве на картинках не должны быть изображены пятна?

– Она рассказала, что нарисовала нашего садовника. Насколько я понимаю, вы с этой девочкой близко общаетесь. Я же предупреждала тебя о контактах с пациентами.

– Что за тупое слово «контакт», – Кирилл начал раздражаться, – мы общаемся, что в этом плохого? Каждому человеку нужен друг, особенно в таком месте.

– Ты думаешь, что все так легко? Она не простой человек, а больной. У нее психологическая травма. Ей назначено лечение, а дополнительные переживания мешают выздоровлению.

– Что включает ваше лечение? Бесконечные препараты? Для вас лучшее решение – вколоть человеку лошадиную дозу психотропных, чтобы не приносил проблем. Лина здесь уже сто лет, а вы до сих пор не рассказали ей правду! Ложь, ты считаешь, быстрее приведет к выздоровлению?

– Не смей говорить такие вещи! – Евгению Сергеевну возмутили слова сына, – Мы образованные люди, которые знают свое дело. Ты не знаешь ничего!

– Я знаю, что кроме лекарств здесь лечат пациентов только арттерапией! Закупились бумагой и красками и думаете, что этого достаточно. Куда убирают рисунки? Почему нельзя устроить выставку и пригласить родственников, это хоть немного отвлечет от боли. Когда вы перестали видеть в них людей? Они не просто пациенты, это люди, которые хотят вернуться к нормальной жизни! А вы смотрите на них только под одним углом. Один мужчина попросил у врача ножницы, чтобы вырезать из бумаги бабочек и украсить свое окно, а она увидела в этом опасность. Вы не даете людям возможности снова радоваться жизни и видите в них только психов.

– Ты не Макмерфи, и нечего устраивать здесь бунт, – сказала Евгения Сергеевна спокойным тоном, – я запрещаю тебе общаться с этой девочкой, а также затрону вопрос о твоем увольнении.

– Я буду делать то, что считаю нужным. В отличие от тебя, я, действительно, хочу ей помочь.

Кирилл вскочил из-за стола. В дверях он столкнулся с коллегой Евгении Сергеевны. Судя по всему, она стояла у кабинета и подслушивала.

– Твой сын чуть не сбил меня с ног, – пожаловалась женщина, – вы поругались?

– Я не знаю, что делать с их дружбой с Линой. Она стала часто говорить о нем. Я боюсь возникновения привязанности.

– Как бы ты на него не ругалась, но должна признать, что девочке стало лучше. И это началось с момента их знакомства. Она стала лучше питаться, спать, больше разговаривает, даже улыбается.

– Да, ей стало лучше физически, но это не значит, что она начала правильно воспринимать реальность.

– Не буду лезть. Это твоя пациентка и тебе делать выводы. У меня Захар устроил сегодня скандал, что я не дала ему ножницы. Видите ли, ему захотелось выстригать бабочек. Какой ребеночек, – засмеялась женщина.

– С ним мой сын тоже общается. Я никак не могла подумать, что с его работой в больнице возникнут трудности. В жизни он мало с кем разговаривает, и друзей у него немного. Я не понимаю, откуда у него взялась эта потребность в больнице.

– Люди здесь отличаются от других. Может, с ними ему легче находить общий язык.

– Парадокс какой-то, – Евгения Сергеевна устало покачала головой, – он мне тут заявил, что мы только даем пациентам таблетки и больше ничем не занимаемся. Начитался статей псевдопрофесионалов в интернете и верит, что выставка рисунков и прочая ерунда – панацея от всех болезней.

– А что тебя удивляет? Ты сама была такой, когда только пришла на работу. Хотела вести здесь уроки глины, танцев, каждую пятницу устраивать поэтические вечера.

– Я была наивной и глупой. Еще толком не понимала, что у нас за профессия, а уже составляла гениальные планы терапии и верила, что смогу всех исцелить.

– Чего тогда и возмущаешься поведением своего сына? Он хочет помочь девочке, и пусть. Пока что их дружба ничем не вредит.

Кирилл был зол на мать, зол и разочарован. Они никогда не были друзьями, но молодой человек всегда испытывал к Евгении Сергеевне уважение. Прежде всего, из-за ее профессии. Всегда, когда кто-то спрашивал у него, где работает его мама, он нейтрально отвечал: "В психиатрической клинике". Реакция на такой ответ всегда была сильной. Все сразу начинали хвалить маму Кирилла и восхищаться ее непростой профессией. Со временем и сам юноша осознал, что работать психиатром нелегко. Осознание пришло после просмотра фильмов и сериалов, в которых присутствовали психи. Кирилл представил, что Евгении Сергеевне приходится каждый день иметь дело с невменяемыми людьми, а это даже опасно. Однако после работы в клинике парень увидел, что, помимо безумных психов, встречаются и безобидные пациенты, которым просто нужна поддержка. А их приравнивают ко всем и используют те же методы лечения. Разве это справедливо? Лина или Захар совсем непохожи на психов. Они хорошие люди, которые столкнулись с болью и не смогли справиться с ней самостоятельно. Разве правильно оставлять таких людей одних и давать им такие же сильнодействующие таблетки как другим. Кирилл не раз заставал Захара в непривычном состоянии: мужчина невнятно разговаривал и передвигался словно черепаха. Оказалось, что так его организм отходил от принятия препаратов.

Всю свою злость Кирилл направил в процесс избавления клумб от сорняков. Бедные растения летели во все стороны от агрессивных рывков садовника.

– За что ты их так? – Лина уже некоторое время наблюдала за действиями Кирилла.

– Плохое настроение, – Кирилл не оторвался от своего дела, но стал вкладывать в процесс меньше агрессии.

– Иди сюда, – Лина взяла молодого человека за руку и увела под дерево. Там они присели, и девушка протянула Кириллу один наушник, – меня всегда успокаивает этническая музыка.

Гармоничное звучание народных инструментов, действительно, подействовала на Кирилла успокаивающе. А, возможно, присутствие Лины рядом сыграло свою роль. Она с улыбкой смотрела на парня и качала головой в такт музыке.

– У меня часто появляется неприятное ощущение на душе, и становится страшно. Музыка всегда помогает, – рассказала Лина.

Девушка заметила запутавшуюся травинку в волосах Кирилла и аккуратно ее убрала. Юноша смотрел на Лину с печальной улыбкой. Он никогда не сможет ее оставить. Она нуждается в нем, а, может, он в ней.

– У тебя никогда не возникало чувства, что ты должен был родиться в другое время и в другом месте? – задумчиво спросила Лина.

– Нет, у меня возникает немного другое чувство: что я должен быть именно здесь и сейчас, но не понимаю для чего.

– Это еще паршивее. Может быть, тебе нужно искать подсказки вокруг. Это поможет понять, какая у тебя миссия.

– Наверное, – улыбнулся Кирилл, – а в какое бы время ты хотела бы жить?

– В 17 или 18 веке. Я бы хотела быть японской принцессой, которая в тайне самурай. Я мечтаю быть сильной и способной постоять за себя. И мне нравятся самурайские мечи. Помнишь, как мы искали толстые ветки, обтачивали их и сражались как на мечах?

– Что? Мы такого не делали, – нахмурился Кирилл.

– Да, как, – воскликнула девушка, – во время летних каникул в деревне. Бабушка еще всегда ругалась, что мы утаскивали ее самый острый нож, и ей приходилось готовить ужин тупым.

Кирилл недоуменно смотрел на Лину. Он не знал, что сказать. Просто ждал, когда девушка сама поймет, что перед ней не тот человек, о котором она думает.

– А, прости, – Лина смущенно улыбнулась, – это мы с Ромой играли. Я все перепутала.

До станции Кирилл добирался по привычному лесу. На велосипеде спустило колесо, и ему пришлось идти пешком. Прогнозы синоптиков оказались верными: предвиделся дождь. Тучи заволокли небо, вокруг сразу потемнело и стало холодно. Обычно дружелюбный лес стал казаться юноше пугающим и враждебным. Кирилла охватило тревожное чувство. В наушниках еще, как назло, играла песня Hoizer «In The Woods Somewhere», которая делала атмосферу еще более мрачной.

Молодой человек прибавил шаг, не прекращая озираться по сторонам. Ему казалось, что какая-то неведомая сила, действительно, может утащить его в лес, и больше он никогда не вернется. Его тревожный сон стал явью. Только, когда с неба упали первые капли и остудили разгоряченное лицо, юноша успокоился. Кирилл остановился и отдался власти дождя.


Глава 8


Не помечая тропы

Все глубже и глубже в горы

Буду я уходить.

Но есть ли на свете место,

Где горьких вестей не услышу?

Сайгё


Макс успел выполнить задание спора до дедлайна, но не остановился. Он также проводил время с Лесей: гулял с ней за ручку, устраивал романтические свидания в лесу и даже целовался. Только все это уже происходило по собственному желанию, а не по приказу Кристины.

– Когда ты скажешь Кристине, что встречаешься с Лесей? – спросил Кирилл приятеля.

Макс постоянно прятался у друга дома от своей бывшей девушки. Уже неделю парень игнорировал ее звонки и избегал встреч.

– Я ее боюсь, – признался Макс, – может, просто сказать, что я умер?

– Скажи ей хоть что-нибудь. Она долбит звонками не только тебе, но и мне. И ты мне здесь уже надоел. Я совсем не могу сосредоточиться, – в шутку сказал Кирилл. Конечно же, он был готов предоставлять приятелю убежище, сколько потребуется.

– Твои слова меня ранят. Я обижен. Давай выясним отношения по-мужски, – предложил Макс и бросил Кириллу джостик.

Парни уселись на пол перед экраном, потревожив сон Харли, и начали соревнование. Они могли целый день играть в приставку, не произнося ни слова кроме эмоциональных междометий и не менее эмоциональных нецензурных выражений. После такого времяпровождения становилось легче, как после приема у психолога. Молчание парней совсем не напрягало. Мужчины любят тишину.

– А на чем это ты хочешь сосредоточиться? Написать любовное письмо своей подружке? – поддразнил друга Макс. На днях он нашел у Кирилла записку от Лины, в которой были ее размышления о жизни, приправленные японскими хокку и танка, – Почему она так странно пишет? Слово «сакура» у нее встречается миллион раз. Она что использует его вместе запятых?

– Почему если человек выражается не как все, его сразу считают странным? Кто вообще придумал грани нормальности?

– Ой все, Ромео, – замотал головой Макс, – философские темы обсуждай со своей чокнутой. А я бы что-нибудь пожрал.

Кирилл усмехнулся. Макс никогда не рассуждал с ним на вечные темы, никто не рассуждал. А парню это было нужно, потому что в голове у него всегда вертелась куча мыслей и волнующих вопросов. Он постоянно что-то анализировал, чаще всего самого себя и свои поступки.

– Кирилл! – из коридора донеся голос отца, – К тебе пришла Кристина. Где лежит все для петуний, ты знаешь.

Макс вскочил с пола и побежал к окну. Кирилл крикнул, что одевается и чтобы Кристина немного подождала.

– Ты куда полез? – спросил Кирилл друга. Тот уже открывал окно. Они находились на третьем этаже.

– Все бэнч, там есть выступ, на который можно встать. Я так уже делал.

– Когда? – в памяти Кирилла не было запечатлено такого момента.

– Прошлым летом, помнишь, я уходил из дома. Вы тогда жили на даче. Я сказал, что перекантовался у Крис, а на самом деле две недели торчал здесь.

– Почему ты просто не попросил ключи?

– Это слишком сложно, – Макс уже почти целиком вылез за окно, – Я реально собирался остаться у Крис, родителей у нее не было, но мы поссорились и вот так. Все давай, Кэш, я погнал.

Кирилл подошел к окну и несколько секунд наблюдал, как Макс ловко преодолел высоту. Затем он вышел в коридор и пригласил Кристину в комнату. Сначала девушка хотела устроиться на кровати, но там были разбросаны вещи. Тогда она присела на край стола: более подходящего места найти не удалось.

– Я так понимаю, вы с Максом меня игнорите, – сразу начала разговор девушка.

– Нет, почему, – Кирилл стыдливо потупил взгляд, – я просто всегда забываю где-нибудь телефон, а когда нахожу, звонить уже поздно.

– Заканчивай этот бред, – Кристина выставила вперед ладонь, приказывая парню остановиться, – скажи мне прямо, что у него с тамблер герл?

– Я не знаю, – соврал Кирилл, – лучше у него спроси.

– Спросила бы, но этот трус гасится от меня уже две недели. Сначала хотя бы отвечал на звонки, а теперь совсем пропал. Я так понимаю, он прячется у тебя.

– Макс заходил ко мне пару раз, – пожал плечами Кирилл.

– Боже, какие вы трусы, – сморщилась Кристина, – Макс возомнил о себе, не знаю что. Чмошник без амбиций и денег, да на фиг мне за него держаться. Я уже давно хотела с ним расстаться, но лето, нужно было с кем-то тусить.

– Если тебе был нужен Макс, чтобы вместе проводить время, зачем затеяла этот спор? Вы же несколько недель не виделись.

– Я хотела ему отомстить. Ты же знаешь о его проблемах с наркотиками. Он постоянно занимал у меня деньги, потом я уже отказывала. А месяц назад увидела, как он рылся в моей сумке и украл несколько тысяч. Я решила его проучить, уж никак не думала, что ему понравится эта отстойница. Рассчитывала, что он ее обирет, и мне, может, отдаст часть денег.

– Почему ты просто с ним не поговорила?

– Вот знаешь, разговаривать с ним – твоя прерогатива, ты же его друг. У меня были другие обязанности, с которыми я блестяще справлялась, – Кристина откинула назад длинные волосы, – короче передай ему, что он послан. Обратно я его принимать не собираюсь.

Гордой походкой Кристина покинула комнату. Парень же задумался, улучшилось ли состояние Макса сейчас. Казалось, он хорошо себя чувствует, на сомнительные встречи больше не ходит. Получается, проблема с наркотиками решилась сама собой, когда рядом с Максом появилась достойная девушка. Он уделял ей все свое время.


***


Бунт Кирилла, на удивление, сработал. Конечно, революция в больнице не состоялась, но произошли некоторые изменения. Например, по предложению парня, в холле на телевизоре больше не включали первый попавшийся канал, а разрешили Кириллу принести свои диски. Он записал несколько гигабайт безобидных комедий, мотивационных видео и милых роликов с животными. Заходить в корпус парню запрещалось, но он мог свободно общаться с пациентами во время прогулки. Также Кириллу удалось попасть на арттерапию в учебное здание. Он принес большой букет цветов и разбавил им скучный натюрморт, которые пациенты были вынуждены рисовать.

Перемены были небольшими, но Кирилл чувствовал, что все идет по правильному пути. Лина больше смеялась, использовала в своих рисунках яркие краски, а ее лицо приобрело здоровый румянец. Лишь одна вещь смущала Кирилла.

– Она думает, что я ее брат, – крикнул юноша из сарая, в котором переодевался. Захар сидел снаружи, прислонившись спиной к деревянной стене, и плел венок из одуванчиков.

– Да, она и нам рассказывает: Рома то, Рома се. Я не сразу и понял, что за Рома. Хотел уже стучать тебе, что Лина тебе изменяет.

– И что ты скажешь? – Кирилл вышел на улицу. Он был одет в брюки и рубашку. Сегодня в больнице планировался поэтический вечер.

– Это замещение. Ее брата нет, а ты заботишься о ней. Вот в ее сознании ты и превратился в него.

– Но как мне реагировать? Сначала я ее поправлял, что ты путаешь, я не Рома. Лина извинялась и называла меня моим именем. Сейчас же она только смеется и уверена, что я Рома. А слова, что я не Рома – моя лучшая шутка.

– Дай ей то, что она хочет. Сейчас ей легче думать, что ее брат рядом и все в порядке. Когда Лина будет готова принять его смерть, она даст знать.

– Надеюсь, я смогу прочитать этот знак, – вздохнул Кирилл.

– Как тебе? – Захар надел на голову венок.

– Тебе идет, – одобрил парень, – и на поэтический вечер так пойдешь?

– Конечно. Венок дополнит мой образ – я буду пастушком.

– Петушком? – улыбнулся юноша.

– Ого, твое чувство юмора великолепно, – с сарказмом произнес Захар, – скорее бы уже вечер, я все ночь повторял стихи.


К сожалению, врачи разрешили не всем пациентам принять участие в поэтическом вечере. Те, кто получил на это право, в течение недели готовили свои выступления. Кто-то учил чужие стихотворения, кто-то сочинял свои, некоторые объединили усилия и поставили литературную миниатюру. На мероприятие пригласили родственников. Пришли не все: напугало место действия и нестабильность участников.

– Лина тебе тоже не рассказала, что будет читать? – задала вопрос Кириллу мама девушки.

Они стояли около учебного корпуса вместе с другими родственниками и ждали, пока участники будут готовы начать мероприятие. Родителям Лины было около шестидесяти. Получается, они с братом были поздними детьми и, наверное, долгожданными.

– Да, она решила все держать в тайне, – улыбнулся Кирилл и после небольшой паузы осторожно продолжил, – можно вас кое о чем спросить?

– Что угодно, даже пароль от банковской карты, только если не собираешься нас грабить, – отец девушки рассмеялся от собственной шутки.

– Почему вы не говорите Лине правду о брате?

– Ее лечащий врач сказала, что сейчас это может ей навредить, – мужчина положил руку Кириллу на плечо, – мы знаем, что вы с Линой очень дружны, и ты волнуешься о ней. Нам невыносимо врать дочери, но врачу виднее, что лучше для ее выздоровления.

– Может быть, – в словах Кирилла слышалось сомнение.

– Кирилл, а приходи к нам на ужин в пятницу. Раньше мы часто устраивали посиделки. Приходили Ромины друзья, девушка, лучшая подружка Лины. Дочку обещали отпустить домой на эти выходные. Думаю, она будет рада, если ты придешь, – ласково сказала мама девушки.

– Спасибо за приглашение. Я постараюсь, – пообещал молодой человек.


Поэтический вечер прошел успешно. Многие пациенты, действительно, были очень талантливы. Творческим людям сложнее договориться с собственными разумом и эмоциями, а это питает заболевания.

Выступления носили самый разный характер. Добряк Куп, например, сначала показывал фокусы, а потом серьезным тоном произнес монолог о жизни и смерти. Лина прочитала участникам и гостям вечера печальную сказку собственного сочинения. В ней рассказывалось о жар-птице, которая могла исполнять желания. Но однажды во время полета она потеряла волшебное перо, и ее магия исчезла. Где только не искала птица потерю, даже спускалась в подводное царство. К несчастью, перо пропало навсегда. Люди утешали бедняжку и говорили, что не осуждают ее и готовы принять и без чудесной силы. Но жар-птица не могла смириться с утратой, взлетела высоко-высоко к солнцу и сгорела дотла.

– Очень красивая история, только грустная, – похвалил Кирилл Лину. Они стояли под деревом недалеко от учебного корпуса. Зрители уже расходились.

– Так и задумано. Жар-птица должна была быть внимательнее и не терять перо.

– Она же сделала это не специально. Неправильно ее винить.

– Нет, она виновата! Это перо было нужно другим людям, а из-за ее поступка они потеряли свои желания.

– Люди же ее простили. Они любили жар-птицу не за волшебное перо, а за доброту.

– Ты совсем не понял истории, – Лина начала злиться, – жар-птица просто выполняла свою миссию – исполняла желания людей. То, что они ее не осудили, говорит об их доброте, а не ее. Она же не заслужила прощения.

– Позволь им самим решать.

– Уже и так все решено! Пера нет, и надежды у людей тоже. Жар-птица во всем виновата! Она не должна была быть такой глупой!

Лина начала плакать. Сначала Кирилл растерялся, но быстро сообразил и прижал девушку к себе. В его объятиях она всхлипывала еще некоторое время. В такой момент он мог бы поразмышлять о том, что, судя по всему, сказка Лины о ней самой. Значит, она знает о трагедии и винит в ней себя. Однако юноша не думал не о чем, а просто прижимал к себе этот хрупкий цветок.

– Давай придумаем более счастливый конец твоей сказке? – предложил Кирилл после того, как девушка успокоилась. Она кивнула, – Может так: когда жар-птица сгорела, вместо пепла на землю посыпались маленькие перышки. Люди их ловили, и каждое из них оказалось волшебным. Все смогли загадать желания.

– Ты слишком добрый, как и герои сказки, – Лина грустно вздохнула, – жар-птица этого не заслуживает.


Только один вопрос не давал Кириллу покоя после поэтического вечера: почему не пришел Захар. Мужчина готовился к мероприятию долгое время, но пропустил его. Молодой человек предположил, что старший товарищ в последнюю минуту сдрейфил. Вернувшись к учебному корпусу, юноша увидел коллегу своей матери.

– Здравствуйте, – Кирилл подошел к женщине, – вы ведь врач Захара Фролова?

– Да, привет, Кирилл. На самом деле я спешу. Заглянула сюда на минутку, искала твою маму.

– Я только хотел спросить, почему Захар не пришел. Он же так хотел выступить. Это вы ему запретили?

– Нет, он сам себе запретил. Прости, я не могу больше разговаривать.

Женщина заторопилась к больничным корпусам. На улицу вышла Евгения Сергеевна, она выглядела взволнованной. Заметив сына, женщина схватила его за рукав и отвела в сторону.

– Что происходит? – не понял Кирилл. Ему не понравилась грубость матери.

– Это ты дал пациенту ножницы? – спросила Евгения Сергеевна.

– Почему ты это спрашиваешь? – Кирилла начала бить мелкая дрожь.

– Сегодня пациент пытался покончить с собой, и у него нашли ножницы. Если кто-нибудь узнает, что их дал ты, уволят не только тебя, но и меня. Так что лучше молчи.

Женщина посмотрела на сына долгим взглядом и отпустила его рукав. Все это время она не ослабляла хватку. Кирилл опустился на бордюр и закрыл лицо руками.



Глава 9


Пируют в праздник,

Но мутно мое вино

И черен мой рис.

Мацуо Басё


– Зачем ты так? – спросил Кирилл своего приятеля.

Прошло несколько дней после происшествия с Захаром. Первый раз за долгое время ему разрешили выйти на улицу. Мужчина сразу же разыскал Кирилла (тот посыпал небольшие грядки опилками), чтобы попросить у него прощения. Ведь своим поступком он подставил не только себя, но и его. Недалеко от ребят стоял медбрат и следил за пациентом, чтобы он не выкинул чего-нибудь еще.

– Прости, парень, – Захар хотел постучать Кирилла по плечу, но в последний момент одернул руку.

– Ты попросил у меня ножницы, заранее зная, что сделаешь? Я думал, мы друзья, а ты меня использовал, – в голосе Кирилла слышались обида и разочарование.

– Нет, приятель, все не так, – воскликнул Захар, – я, действительно, хотел украсить свое окно. Мать рассказала, что Лера собирается приехать в город с Миланой на несколько дней. Я размечтался, что они проведают меня. Хотел показать дочке свое окно с бабочками, чтобы в ее воспоминаниях осталась такая картинка, а не здание с решетками на окнах. Вчера я выпросил у медсестры телефон и снова позвонил матери, чтобы все узнать, и она рассказала, что они не приедут. Они улетают в Канаду на год: нового мужа Леры переводят туда по работе.

– Далековато, – посочувствовал Кирилл.

– А я даже не смогу попрощаться, – воскликнул Захар, – мою дочь увозят в другую страну, а я ничего не смогу поделать. Я лежу в психушке, и никто не спросит разрешения у невменяемого отца!

– И ты думал, что покончить собой – самое лучшее решение? – с осуждением спросил юноша.

– Если честно, я не помню, как все произошло. После разговора с матерью, я вернулся в палату и начал все обдумывать. Потом помню все отрывками: много крови и со всех сторон люди в халатах.

– От твоей смерти никому бы не стало легче. Ты подумал о своей маме? Она считала дни, когда сможет навестить тебя, теперь ей снова придется ждать.

– Я попросил врачей ничего ей не говорить, и ты тоже не говори.

Кирилл пообещал товарищу молчать. Ему и самому не хотелось расстраивать добрую старушку.


После работы Макс позвал Кирилла покидать мяч. Они встретились на площадке во дворе. Трудовой день вымотал парня, и он делал вялые броски, даже не стараясь попасть в кольцо. Макс же, наоборот, был полон энергии и прыгал вокруг приятеля, подзадоривая его.

– Старпер, – осудил друга Макс, – тебе даже нет двадцати, а ты как дедок.

– Говори, что хочешь, я все равно не буду играть, – равнодушно сказал Кирилл.

– В тебе совсем нет азарта.

Кирилл, правда, не любил соревноваться. Он никогда не стремился в чем-то быть первым. Он жил, не напрягаясь, и его это устраивало. Париться о чем-то, переживать о неудачах, стремиться победить – молодой человек не понимал, зачем это нужно. Только лишние хлопоты. Однако иногда Кирилл, сталкивался с вещами, которые его, действительно, заинтересовывали. Тогда он старался дойти до сути, но делал это парень для себя, а не с желанием кому-то что-то доказать.

– О, смотри, пацаны! – воскликнул Макс и побежал к дорожке.

К площадке подъехала машина. Из нее вышли Димас и Саня, последний держал в руках банку пива. Димас не пил, так как был за рулем. Кирилл тоже подошел к ребятам.

– Давно не виделись, – сказал Димас, и парни пожали друг другу руки, – как оно?

– Ну такое, – ответил Макс, – у Кири дак вялотекуще все. Вы как? Куда поехали?

– К Теме на дачу, у него там бухло, колонки, все дела. Давайте с нами! – предложил Саня.

– А давай, сейчас только сгоняю за курткой, – ответил Макс.

Молодой человек заторопился к креслам, куда бросил свою одежду. Кирилл пошел вместе с ним.

– Макс, я не поеду с вами, – сказал Кирилл.

– Что за хрень? Конечно, поедешь!

– Мне завтра рано вставать…

– Вот не надо заливать, – перебил друга Макс, – я знаю, что у тебя завтра выходной.

– Да, но вечером я иду на ужин к родителям Лины.

– Успеешь выспаться до вечера. Не кидай меня, бро. После расставания с Крис, вся компания перестала со мной общаться. И это шаг навстречу, я не хочу его просрать.

– Ладно, – сдался Кирилл, – только я буду не до утра.


Дача находилась в нескольких десятках километров от города. Участок был небольшой. На нем располагались двухэтажный кирпичный коттедж, деревянная беседка, остальное пространство оставалось свободно. Грядок не было – дача предназначалась только для отдыха. Рядом с домом стояли колонки, из которых звучала громкая музыка. Тема сидел рядом за ноутбуком и выбирал, какой трек включить следующим. Народ распластался по всему участку: кто-то танцевал, кто-то сидел в беседке, кто-то плескался в надувном бассейне. Парни поздоровались с хозяином дома и прошли внутрь. На первом этаже располагалась сауна, из которой вышли Кристина с Мариной.

– Ничего себе, какие люди, – Кристина с вызовом посмотрела на Макса, – у тебя хватило смелости прийти сюда? Я думала, ты всю жизнь будешь от меня прятаться.

– Крис, я не хочу ругаться. Мы с пацанами пришли отдохнуть. Давай не будем задевать друг друга.

– Я и не собиралась тратить на тебя свое время, – усмехнулась девушка.


Музыка не стала тише и после полуночи. Никто не собирался расходиться. Наоборот, людей становилось все больше. Вечеринку специально решили устроить в будний день, когда дачники были в городе. Дом Темы находился в новом коттеджном поселке, поэтому старожилов здесь тоже не было. Пугать ребят полицией было некому.

Кирилл не веселился вместе со всеми, а предпочел посидеть в одиночестве. Его раздражали все эти люди. Молодой человек не понимал, зачем вообще сюда поехал. Все его мысли были заняты Линой. Лучше бы он, как обычно, провел вечер дома, читая в интернете статьи о психических расстройствах. Макс нашел Кирилла сидящим на скамейке за беседкой. В наушника юноши играли The Pines «Be There In Bells».

– Че хоть ты все ныкаешься? – спросил Макс, – Пошли на чердак. Там тихо, кальянчик, никаких телок.

– Да я лучше домой. Такси сюда не ездят, и я позвонил отцу. Ты поедешь со мной?

– Слушай, Кирь, – тон Макса стал серьезным, – я понимаю, что ты у нас особенный, и мы тебе не интересны, но иногда то можно потусить со своими друзьями. Не становись социопатом.

– Ты мой друг, на остальных здесь мне по фиг. Я не хочу с ними разговаривать.

– Поговори со своим братаном, – Макс стукнул себя по груди, – я то здесь.

– С тобой мы виделись каждый день всю неделю, – напомнил Кирилл.

– Да ты приходил и сразу ложился спать. Мне с Харли было веселее, чем с тобой, – в шутку сказал Макс, – ты постоянно со своей новой девахой. Ты влюбился в нее что ли?

– Может быть, – тихо ответил Кирилл, – я не знаю.

– Смотри, чтобы она не свела тебя с ума и не затащила в свой чокнутый мир.

– Она ничего не делает, – нахмурился Кирилл, – я сам хочу быть с ней.

– Ты не думаешь, что она тебе нравится из-за того, что чокнутая? Ты любишь все такое необычное, и тут как раз подходящий экземпляр.

– Она мне просто нравится, без каких-то причин. Не придумывай всякую хрень. Тебе же понравилась Леся не из-за своей необычной внешности.

– Нет, ее внешность мне не нравится. Она красивая, но эти ее разноцветные волосы меня бесят, если честно. Будто я встречаюсь с гребаным эльфом.

– Никогда бы не подумал, что тебя заводят эльфы, – засмеялся Кирилл.


Макс не смог уговорить приятеля пойти в дом, и поэтому принес кальян к нему. Они сидели вдвоем и делали глубокие затяги, когда к воротам подъехала машина отца Кирилла. Только за рулем был совершенно другой мужчина. Сам же Роман Сергеевич вышел со стороны пассажирского сидения.

– Привет, парни, – Роман Сергеевич подошел к ребятам.

– Пап, кто это за рулем?

– Это мой водитель. Кстати его надо отпустить, – мужчина махнул рукой, и машина уехала.

– Что происходит? – не понял Кирилл, – Как мы доберемся до дома?

– Водитель приедет через два часа, – сообщил Роман Сергеевич, – а пока отрываемся!

– Вот это я понимаю, – одобрил Макс, – дайте свой кулачок. И почему Киря пошел не в вас.


Оказалось, что получив звонок от сына, Роман Сергеевич сразу же составил план. Евгения Сергеевна не отпускала мужа гулять, и сегодня он не мог упустить шанс.

– Да не злись ты, сынок, – Роман Сергеевич легонько ударил Кирилла по плечу, – твоему бате тоже нужен отдых.

За отведенное время мужчина решил оторваться по полной. Он не выпускал стакан из рук, постоянно подливая туда все, что находилось рядом. Роман Сергеевич успел побыть диджеем, потанцевать, искупаться в бассейне, научить ребят пускать дымовые колечки.

– Твой старик нереально крутой, – восхищенно сказал Саня, – он показал мне пару движений из дзюдо. Они реально мощные.

– Где он сейчас? – Кирилл выглядел недовольным. Его взбесило поведение отца. Юноша не так часто обращался к Роману Сергеевичу за помощью. Сейчас мужчина должен был просто приехать и забрать сына домой, но он не справился даже с таким легким заданием. Кирилл никогда не мог положиться на отца, как и Евгения Сергеевна. По возрасту мужчина уже давно числился взрослым, но в жизни до сих пор вел себя как легкомысленный подросток.

Саня рассказал, что Роман Сергеевич на чердаке с парнями. По пути в дом Кирилл встретил Макса. Тот был сильно пьян и схватил приятеля за рукав толстовки, чтобы вместе выйти на улице.

– Макс, мне нужно найти отца. За нами приехала машина, – попытался уйти Кирилл.

– Кристина сказала, что Леся меня бросит, – сообщил Макс, – она сказала, что я ни одну девушку не смогу сделать счастливой. Это, ведь, правда!

– Кристина просто злится на тебя и скажет, что угодно, чтобы задеть, – попытался успокоить друга Кирилл.

– Леся такая хорошая, она, правда, замечательная. Я никогда не встречал таких девушек. Она рассказывает такие вещи, которые можно прочитать только в энциклопедии. Я реально ее не достоин. Я многое не могу с ней обсудить. Иногда она что-то спрашивает, а я не знаю ответ, и она смеется. Но не злобно смеется, а так по-доброму. У нее очень добрые глаза. Она может исцелить своим взглядом, отвечаю.

– Ты же не заставляешь ее встречаться с собой. Это ее выбор и не придумывай того, чего нет. Спроси у нее напрямую, что она о тебе думает. Мне пора, уже много времени.

Кирилл поднялся на чердак и увидел, что его отец расположился на большом кресле, а сидящие рядом молодые люди внимательно его слушают.

– Я говорю вам, парни: чтобы удовлетворить девушку, надо вдобавок использовать пальцы. Нужно порхать ими как крылышками, – Роман Сергеевич начал показывать фигуры руками, но Кирилл схватил его за предплечье и поднял с кресла.

– Нам пора, папа, – коротко сказал юноша.

Вокруг послышались недовольные возгласы. Ребята не хотели отпускать гуру: он поведал еще не все секреты. Роман Сергеевич попрощался с парнями и пообещал еще раз потусить вместе.

– Только не рассказывай маме, – попросил сына мужчина, когда они уже ехали в машине.

– Хорошо, но она же услышит, как мы пришли и увидит, что ты пьян.

– Нет, не увидит: она уже спит, – Роман Сергеевич хитро улыбнулся, – на ночь Женя всегда пьет снотворное.

– Тогда тебе повезло, – Кирилл отвернулся к окну. Ему было неприятно, что отец вел себя как подросток.

– Твои подруги такие красотки. Там не было девочки, которая тебе нравится?

– Нет, – отрезал Кирилл.

– Точно, ты же влюблен в пациентку, – Роман Сергеевич шлепнул себя по лбу.

– Что? Откуда ты знаешь? – Кирилл резко повернулся к отцу.

– Женя рассказала. Сынок, мне кажется, это плохая затея – любить сумасшедшую.

– Как вы достали меня. Я сам все решу. Мне не интересно ваше мнение.

– Да что ты сразу злишься как Халк. Я просто хочу сказать, что девушки и так непонятные существа. Никогда не известно, что у них в голове. Что уж говорить о «непростых девушках», – на слове «непростых» Роман Сергеевич изобразил кавычки, – ты понял да? Как я завурали… завумарли… короче заменил слово сумасшедшие.

– Значит, я люблю сложности, – коротко ответил Кирилл, и разговор был окончен.


***


Ужин в доме родителей Лины собрал немало гостей. За столом хвалили приготовленные хозяйкой блюда, шутили и делали вид, что все на месте и никто не испытывает щемящее чувство, что кого-то не хватает.

– Мне понравился ужин, – сказал Кирилл, когда они с Линой вышли прогуляться по небольшому саду. Семья девушки жила в небольшом частном доме.

– Да, мамина паста получилась даже вкуснее, чем обычно. Я не думала, что такое возможно, – согласилась Лина.

Вечерние сумерки сделали сад таинственным. Луна уже сменила солнце на небе, но на улице еще не потемнело. Кирилл резко остановился и поднял голову вверх. Лина не удивилась поведению юноши, а повторила его действия.

– Мне показалось, – Кирилл повернулся к Лине, – что твое лицо прекрасно, как луны восход.

– Неужели ты прочитал мой сборник, – засмеялась девушка, – много тебе потребовалось времени. Он же такой малюсенький.

– Я люблю читать вдумчиво, – отвертелся Кирилл.

Вокруг ребят начала кружиться бабочка. Интенсивная работа крылышек утомили красавицу, и она присела отдохнуть на руку Лины.

– Наверное, она думает, что ты цветок, – улыбнулся Кирилл. Бабочка и Лина очень гармонично смотрелись вместе. Но спустя несколько секунд новая знакомая улетела.

– Я учила Захара выстригать бабочек из бумаги, – вспомнила Лина, – не понимаю, как человек может желать уйти из этой жизни по собственному желанию.

Кирилл рассказал девушке о причинах, которые побудили Захара к попытке самоубийства. Лина долго молчала, осмысливая услышанное. Кирилл любовался ее сосредоточенной морщинкой на лбу. Он редко видел девушку серьезной.

– Нужно разыскать его жену, – заявила Лина.

– Что? Зачем?

– Чтобы поговорить с ней. Я уверена, она добрая женщина и просто не знает, как ее поступки сказываются на Захаре.

Кирилл согласился, что, возможно, бывшая жена Захара и не такая жестокая женщина, но в любом случае она уже живет другой жизнью и не вернется к прежней. Только она забыла, что ее старая и новая жизнь всегда будут связаны, и это связующее звено – маленькая девочка Милана.

– Так грустно, когда семья не может быть вместе. Я люблю тебя, – Лина прижалась к шокированному Кириллу, – братик.

– Я тоже тебя люблю, – печально прошептал юноша.

С крыльца донеся голос папы Лины. Мужчина позвал ребят подойти к гаражу. Там располагались музыкальные инструменты. Видимо здесь Ромина группа репетировала.

– Парни, сыграйте что-нибудь, – попросил мужчина друзей Ромы.

– Давайте нашу любимую, – предложил молодой человек с длинными волосами, заплетенными в хвост, – только без ударных она не будет звучать круто.

– Вот же ударник! – воскликнула Лина и толкнула Кирилла вперед.

– Ты умеешь играть на барабанах? – спросил другой молодой человек.

– Немного, – растерялся Кирилл.

Под общим давлением парня усадили за барабанную установку. После краткой справки, что и как играть, началась музыка. Звуки прогнали тишину ночи и скорбящие мысли, которые не покидали близких Ромы ни на секунду. Выступление прервал крик Лины.

– Это не Рома! – кричала девушка, – Это не мой брат! Кто это? Почему он здесь?!

У Лины началась истерика. Родители попытались успокоить девушку, но она вырывалась из рук и продолжала громко кричать. Крик уже начинал превращаться в визг. Девушку с трудом удалось увести в дом.

Музыка прекратилась. Участники группы последовали за родителями Лины, чтобы узнать, как она. Кириллу же посоветовали оставаться на улице. Молодой человек продолжил сидеть за барабанной установкой. Он не знал, что делать и просто рассматривал тарелки, погрузившись в свои мысли. Спустя некоторое время в гараж пришла мамы Лины и вежливо попросила Кирилла уйти.


Глава 10


Увы, в руке моей,

Слабея неприметно,

Погас светлячок.

Кёрай


Кирилла уволили с работы. Евгения Сергеевна узнала про инцидент на ужине и приняла срочные меры. К удивлению женщины, сын не стал устраивать скандал, а молча ее выслушал. Молодой человек уже сам не понимал, полезно для Лины его присутствие или, наоборот. До срыва юноше казалось, что он все делает правильно. Методы лечения, предложенные врачами, его не устраивали. Кирилл был уверен, что улучшение здоровья Лины – его заслуга. Конечно, в первую очередь он проводил с ней время, потому что ему это нравилось, но помочь девушке поправиться – также было целью. Непредсказуемая истерика Лины немного поколебала убеждения Кирилла, но он не собирался исчезать из ее жизни. Пусть ему запретили видеться с девушкой на территории клиники, с ее родителями он бы смог договориться о встречах.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Евгения Сергеевна. Она увидела сына из окна больницы и поспешила выйти на улицу, – Я же сказала: ты больше не можешь сюда приходить. И зачем ты притащил с собой собаку?

– Мне нужно забрать свои вещи, – ответил Кирилл, – я быстро.

– Давай только без фокусов, – предупредила Евгения Сергеевна, – и смотри, чтобы собака здесь не нагадила.

На самом деле Кирилл привел Харли в больницу, чтобы удивить Захара. Мужчина был безумно рад поздороваться с лохматым другом, да и собака узнала хозяина, свалила его с ног и облизала все лицо. Встреча с псом стала для Захара лучшим антистрессом.

После ухода Евгении Сергеевны к Кириллу незаметно подошла Лина. Молодой человек даже подпрыгнул от неожиданности, когда девушка с ним поздоровалась.

– Трусишка, – засмеялась девушка. Харли обнюхала незнакомку и лизнула в руку, – я увидела тебя в окно, подождала, когда ты останешься один и сбежала с занятия. Я хочу перед тобой извиниться.

– За что?

– За свое поведение. После ужина нам так и не удалось поговорить. Когда я пришла в себя, ты уже ушел.

– Все в порядке, – заверил Кирилл, – ты тоже прости меня. Я тебя расстроил.

– Я даже не знаю, что на меня нашло. Я смотрела, как вы играете и вдруг мне показалось, что ты – это не ты. Может, это из-за твоей новой прически, – Лина взлохматила юноше волосы, – и меня охватила паника. Раньше со мной никогда такого не случалось.

– А, возможно, все из-за того, что я лажал в своей партии, и ты подумала: «Нет, мой брат не может так отстойно играть», – улыбнулся Кирилл.

– Ты просто разволновался, – ободрила парня Лина, – вы же давно не играли.

– Да, я будто впервые взял в руки палочки. В следующий раз обещаю сыграть лучше.

– Ты простил меня? И мы не перестанем видеться?

– Да, конечно, мы будем видеться. Только, может, немного реже.

– Тогда я спокойна, а то родители заявили, что ты собираешься уехать, и мы какое-то время не сможем встречаться.

– Они так сказали? – нахмурился Кирилл.

– Аха, – кивнула девушка, – что ты очень расстроился из-за меня и решил, что нам будет лучше порознь.

Беспокойные мысли начали кружиться в голове Кирилла. Лину огородили от него со всех сторон. Только сейчас он всерьез задумался, что эта встреча с подругой может стать последней.

– Хочешь погулять? – предложил Кирилл. Его глаза загорелись азартным огоньком.

– Конечно. Давай после занятий.

– Нет, прямо сейчас, – Кирилл протянул девушке руку, – идем со мной.

Лина без колебаний взяла руку юноши, и торопливым шагом они пошли по дорожке, ведущей к выходу. Кирилл знал код, и ему без проблем удалось открыть ворота. Как только ребята вышли с территории клиники, они побежали. Лина смеялась. Все это казалось ей безобидным дурачеством. Кирилл старался сохранять на лице безмятежную улыбку, но его сердце бешено колотилось от адреналина. Он только что похитил пациентку психиатрической клиники и ведет ее, сам не знает куда.

– Я никогда не сбегала с уроков, – призналась Лина, – но мне понравилось.

– Было бы чудесно, если бы мы отделались только выговором и двойкой.

– Харли похожа на плюшевую игрушку, – Лина потрепала собаку за ушком, – я давно хотела с ней познакомиться.

– А, знаешь, у нее сегодня день рождения, – вспомнил Кирилл. Захар рассказал, что сегодня малышке исполнилось два годика, – мы должны это отметить.

– Нам нужен торт! – воскликнула Лина, – Желательно мясной.

Ребята дошли до придорожного супермаркета. Там они закупились сладостями, газировкой, собачьими вкусняшками и разной праздничной ерундой типа колпаков и свечек для торта. Кирилл решил, что им лучше уехать подальше от клиники, пока там не заметили исчезновение Лины. Ребята сели на электричку и выбрали самые солнечные места. Харли устроилась рядом с ними. Она выглядела забавно в бумажном колпаке. Лина любовалась мелькающими за окном пейзажами и жевала мармеладных червячков. Кирилл любовался ей. В наушниках, которые они делили на двоих, играли Kodaline «Love Like This».

Беглецы вышли на станции с самым непримечательным названием и забрели в лес. Там для них нашлась уютная полянка. Ребята накрыли импровизированный стол и поставили перед Харли торт со свечками. Пока Кирилл их зажигал, Лина гладила новую подружку и ласково шептала на ушко советы, как лучше дунуть, чтобы желание обязательно исполнилось. Именинница не последовала указаниям девушки, но чихнула так удачно, что потушила все свечи.

– Я очень люблю такие моменты, – сказала Лина. В руках девушка держала цветы, из которых плела венок, – когда время останавливается. Возникает такое чувство, что мы живем здесь и сейчас, а остальное не важно. Хочется просто наслаждаться мгновением.

– Я бы хотел, чтобы это мгновение длилось вечно, – признался Кирилл.

Лина надела на голову венок, вскочила на ноги и закружилась как лесная нимфа. Кирилл не мог оторвать от нее глаз. В этот момент юноша понял, что его сердце больше ему не принадлежит.


Лесную идиллию прервал звонок Макса. До этого телефон тоже звонил, но это была Евгения Сергеевна, и молодой человек не рискнул ответить.

– Хэй, во-первых, твоя мама тебя обыскалась, и она безумно зла. Ты должен рассказать мне, где накосячил. Во-вторых, Леся тащит меня на фестиваль комиксов. И я не хочу идти туда как задротище, который может целыми днями торчать дома, читать комиксы и рисовать человечков в странной одежде. А ты как раз такой, так что просто обязан пойти вместе со мной.

– Я сейчас с Линой, поэтому вряд ли смогу.

– Фестиваль начнется в четыре. У тебя еще есть время.

– Ты не понял. Мы с Линой не там, мы гуляем.

– Разве ей можно уходить?

– Нельзя.

– Ты что украл девчонку из психушки? Ну ты пес!

– Эй, полегче, ладно? – попросил Кирилл.

– Да я просто удивлен! Наконец-то ты делаешь что-то неожиданное, и я хочу в этом поучаствовать. Короче приезжайте вместе с Линой к Лесе, она тут будет творить нам костюмы, и вас приоденет.

Макс не стал дожидаться ответа друга и сбросил. Поехать на фестиваль было бы плохой затеей. Скорее всего, их уже начали искать и лучше бы вернуть девушку в клинику пораньше, а не похищать ее на весь день. Когда Кирилл рассказал о предложении друга Лине, она была в восторге и уговорила юношу поехать на мероприятие.


Комната Леси была похожа на гримерку. На стенах висели бесконечные зеркала, туалетный столик был заставлен всевозможной косметикой, включая грим, везде была разбросана одежда, преимущественно с пышными юбками. Все это было нужно для косплея.

– Какая красота! – восхищенно воскликнула Лина, – Где ты заказываешь костюмы?

– Иногда нахожу на сайтах, но чаще всего шью сама, – рассказала девушка, – ты Лина?

– Да, а вы Леся и Максим. Приятно с вами познакомиться, – девушка одарила ребят лучезарной улыбкой.

– Ты выглядишь нормальной, – заметила Леся, – я думала, ты ходишь в пальто на голое тело и при каждой возможности раскрываешь его, шокируя прохожих.

– Почему я должна так делать? – не поняла девушка.

– Так, могу я с вами поговорить? – обратился Кирилл к Максу и Лесе. Ребята вышли в коридор, – Лина не знает о своем диагнозе. Она считает, что учится в закрытом пансионе. И еще, зовите меня Ромой.

– Ладно, Рома. Обожаю ролевые игры, – ухмыльнулся Макс.

Леся встретила гостей в уже законченном образе. Она была Ядовитым плющом. Девушка надела зеленые легинсы, купальник с листочками и высокие сапоги. Волосы снова поменяли свой цвет: сейчас они были выкрашены в ярко рыжий цвет, а в пряди Леся вплела искусственные лианы. Из Лины косплеерша решила сделать Харли Квин.

– Это будет символично, – заявила девушка, но так и не объяснила Лине почему, – тем более они с Памелой подружки.

Девушка сделала подопечной яркий макияж, используя белую пудру, черные тени и красную помаду. Костюм Харли состоял из короткой юбки, рубашки, корсета, чулок в сеточку и высоких разноцветных сапог. На голове девушки Леся заплела два высоких хвостика.

– Это костюм из игры, – рассказала Леся и отошла назад, чтобы полюбоваться своим творением.

– А это не слишком вызывающе? – Лина с сомнением рассматривала свое отражение в зеркале, – Мне кажется, я похожа на плохих девушек.

– Так и задумано! Харли и Плющ злодейки.

– Нет, я имела в виду, что похожа на проститутку.

– Да все нормально, – махнула рукой Леся, – это же фестиваль, там будут костюмы и посмелее. По сравнению с ними мы оделись как на детский утренник.

В комнату вошли парни. Кирилл потерял дар речи, когда увидел Лину в образе своей любимой суперзлодейки. Странно, но к нему в голову не полезли пошлые мысли. Макс бухнулся на кровать с такой силой, что вокруг него запорхали перышки для костюмов.

– Смотрите, я курочка, – Макс подбросил вверх упавшие перышки и изобразил руками птицу, – а кем ты реально меня сделаешь, Лесь?

– Я всегда мечтала пойти на фестиваль полным составом готэмских сирен. И нам не хватает одной подружки – черной кошки, – девушка хитро прищурилась.

– Ты хочешь, чтобы я надел телочный костюм? – спросил Макс, Леся кивнула, – Почему все мои девушки хотят взять меня на слабо?

Произнеся последние слова, Макс пожалел. Он никогда не вспоминал при Лесе свою бывшую.

– Прости, – поспешил извиниться парень, – я не хотел такое говорить. Что мне сделать, чтобы ты не злилась?

– Я не собираюсь злиться по таким пустякам. Но раз уже ты почувствовал вину, то точно должен одеться черной кошкой.


Фестиваль собрал героев всех вселенных комиксов. Наверное, это было единственное место, где супергерои и суперзлодеи могли по-дружески провести время вместе. При появлении ребят многие одобрительно кивали Максу. Не каждый парень осмелился бы надеть женский костюм. Особенно умиляли нарисованные усики и ушки. Кирилла Леся нарядила Бэтменом, хоть парень и был против. Она заявила, что готэмские сирены не могут выйти в свет без темного рыцаря.

– Бэтмен и его сучки прибыли! – закричал Макс.

– Кстати Брюс мутил с черной кошкой, – улыбнулась Леся, – может быть, устроите жаркую сцену?

– Насколько я знаю, Харли с Плющом тоже умели развлекаться. Давайте сначала вы, потом мы, – поставил условия Макс.

– Я пас, – пробубнил Кирилл, и Леся отметила его неоспоримое сходство с Бэтменом.

На фестивале Кирилл, наконец, почувствовал себя спокойно. В костюмах их бы точно никто не узнал. Хотя в клинике вряд ли стали бы заявлять об исчезновении Лины в полицию. Все бы списали на халатность врачей, а такая репутация была ни к чему.

Иногда полезно забыть о проблемах, примерить на себя другой образ и беззаботно провести время. Ребята на несколько часов зависли на фестивале. Они поиграли во все игры, покатались на аттракционах, приняли участие в танцевальном флэшмобе. Леся несколько раз в год посещала такие мероприятия. Вместе с косплей-группой она презентовала свой костюм со сцены. Макс поддерживал свою девушку громкими возгласами, улюлюканьем, а в конце даже мяукнул.

– Может, сбежим отсюда? – спросил Кирилл Лину.

Однако из-за громкой музыки девушка его не услышала. Тогда юноша взял ее за руку, и они вдвоем вышли на улицу.

– Ты еще хочешь здесь остаться? – обратился Кирилл к Лине.

– Нет, мы можем пойти погулять.

– Здесь неподалеку есть парк с фонтаном.


***

По дороге в парк ребятам пришлось несколько раз остановиться, чтобы прохожие смогли с ними сфотографироваться. Кирилл не привык к такому вниманию и чувствовал себя неловко. Лина же не могла отказать ни одному встречному. Более того девушка со всеми успела пообщаться.

– Спасибо большое за день. Он был замечательным, – Лина чмокнула Кирилла в щеку.

Они забрели вглубь парка и расположились на траве. Кирилл, как настоящий джентльмен, подстелил свой плащ, чтобы Лина могла сесть. Молодой человек купил мороженое. Кто сказал, что супергерои не любят сладости?

– Тебе спасибо, – улыбнулся Кирилл, – это ты замечательная.

Молодой человек еще сдерживал эмоции, чтобы не сказать девушке о своих чувствах. Они переполняли его. Одно присутствие Лины рядом заставляло его сердце биться так часто, будто он бежал марафон. Он мог вечно смотреть, как она улыбается. Ее улыбка дарила столько света, что солнце могло бы уйти в отставку.

– Я должен кое-что тебе сказать, – начал Кирилл, но замолчал.

Он не мог решиться, потому что не знал, какой будет реакция девушки. Их разговор сопровождался музыкой, которая играла на телефоне молодого человека. Вдруг зазвучала медленная композиция The Neighbourhood «The beach».

– Потанцуем? – предложил юноша.

Во время медленного танца Кирилл почувствовал с Линой еще большую близость. Она положила голову ему на плечо и выглядела еще беззащитнее, чем обычно. Будто ее судьба была в его руках. Молодой человек вдыхал запах ее волос и прижимал ее хрупкое тело к своему так крепко, как только мог. Если бы он был способен передать девушке свое здоровье, он бы это сделал. Пусть бы даже это стоило ему жизни.

Лина подняла голову и посмотрела на юношу. От ее небесных глаз исходил такой же волшебный свет, как и от улыбки. Кирилл вдруг почувствовал, что это именно тот момент. Мгновение, которое нельзя упустить. Он поцеловал девушку.

– Рома, ты чего? – Лина отпрянула от парня.

С ее позиции ситуация выглядел совершенно по-другому. Лина почувствовала огромное удивление и неловкость, ведь ее поцеловал собственный брат.

– Я не Рома! – закричал Кирилл. Он больше не мог сдерживать эмоции, – Я не твой брат! Он умер. Его больше нет!

– Что? – Лина испуганно смотрела на Кирилла. Ее ноги подкосились, и она упала на землю, – Это неправда. Зачем ты мне врешь?

– Твой брат погиб, – Кирилл присел рядом с девушкой и взял за руку.

– Ромы больше нет, – прошептала Лина, – это правда. Я его убила.

Дальше девушка, не переставая, повторяла свои последние слова как заклинание. Она не видела ничего вокруг, лишь смотрела в одну точку. Что бы ни делал Кирилл, он не мог до нее достучаться. Лина его не слышала. Ему оставалось сделать только одно – позвонить лечащему врачу.


Глава 11


Скажи мне, для чего,

О ворон, в шумный город

Отсюда ты летишь?

Мацуо Басё


Привычку добивать себя музыкой Кирилл вырабатывал годами. Даже самые мрачные размышления он делал еще печальнее подходящими треками. В его наушниках играли Breaking Benjamin «Ashes Of Eden», когда Евгения Сергеевна вернулась домой. Юноша специально оставил дверь в свою комнату открытой, чтобы не упустить этот момент. Обычно он не просто закрывался, но еще и запирал дверь на замок. Юноша не любил, когда кто-то вторгался в его личное пространство. Сейчас он молниеносно выбежал в коридор.

– Как она? – с ходу спросил молодой человек.

Женщина посмотрела на сына взглядом, полным разочарования. Она молча разулась и направилась в спальню.

– Скажи, что с Линой? Она в порядке? – не успокаивался Кирилл, следуя за мамой.

– А как ты сам думаешь?

– Мне очень жаль, – Кирилл опустил глаза, – я сказал ей правду, потому что хотел сделать, как лучше для нее.

– Ты хотел сделать, как лучше, для себя. Тебе не хватило терпения подождать. И теперь Лина находится в критическом состоянии. А похищение… Ты понимаешь, что это правонарушение?

– То, что Лина говорила про брата, это…

– Неправда, – перебила Кирилла женщина, – ее брат погиб в автокатастрофе.

– Что я могу сделать?

– Никогда больше не видеться с ней, – отрезала Евгения Сергеевна.

– Но я должен хотя бы попросить прощения!

– Нет, Кирилл, хватит. Это конец. Ты делаешь только хуже. Я больше не могу рисковать здоровьем пациентки.


На следующий день Кирилл все равно отправился в клинику. Он должен был увидеть Лину и поддержать ее. Теперь девушка точно знала, что ее брат мертв. Ей пришлось второй раз столкнуться с трагическими вестями. Первый раз ее психика не выдержала, что же будет теперь. Кирилл чувствовал вину за случившееся. Из-за своего эгоизма, из-за невыносимого желания быть с Линой он забыл об осторожности. Он знал, что правда ранит девушку сильнее, чем удар ножом, но не смог сдержаться.

Кирилл подошел к воротам и ввел код, однако система показала ошибку. Юноша повторил свои действия – тот же результат. Из будки охраны вышел мужчина. Старомодная форма усов сразу выдавала его возраст.

– Откройте, пожалуйста. Тут по ходу система сломалась, – попросил Кирилл.

– Прости, друг, нам велено никого не пускать без разрешения, – сообщил охранник.

– Я здесь работал! Пустите меня!

– Не могу, – повторил мужчина, – шел бы ты лучше домой.

Охранник вернулся на свой пост. Кирилл еще раз повторил попытку с вводом кода. Безуспешно. Тогда парень подошел ко вторым воротам. Они также были закрыты. Перелезть через забор юноша не мог из-за колючей проволоки. Кирилл закричал от бессилия и в течение нескольких минут бессмысленно пинал ворота, выпуская наружу накопившуюся злость.


– Эй, Кэш, вы куда вчера пропали? – Макс нашел своего друга на плитах.

Кирилл сидел, опустив голову на руки, и тупо смотрел в землю. Максу пришлось постараться, чтобы добиться от приятеля рассказа о вчерашних событиях.

– Хреново, – вздохнул Макс, – зачем ты вообще все это затеял?

– Ей нужно было взбодриться. Ты бы видел, какая она была счастливая вчера. Но потом я все испортил.

– Нет, я говорю про все в целом. С чего ты взял, что можешь помочь психически нездоровому человеку? Ты же не врач, и уж тем более не Бог.

– Все было нормально до вчерашнего вечера.

– Не знаю, бро. Нельзя сказать наверняка, что в голове у таких людей. Она же вообще могла тебя, – Макс задумался, – укусить, например. Взбеситься как дикий кабан и наброситься. Может даже убить.

– Не неси бред, – огрызнулся Кирилл, – Лина нормальная.

– Ладно, с тобой бесполезно спорить. Хочешь, поможем кому-нибудь другому?

– В смысле?

– В последнее время в тебе проснулось желание помогать. Давай просто найдем других нуждающихся? Сходим в интернат или дом престарелых. Я тоже пойду с тобой, закружу какую-нибудь бабулю в вальсе. Может и мне зачтется на небесах за доброе дело.

– А ты прав, – согласился Кирилл к удивлению Макса. На самом деле парню не очень-то хотелось возиться со стариками, – есть человек, которому можно помочь.

– И кто же это?


***


– Пап, ты можешь одолжить свою машину? – спросил Кирилл Романа Сергеевича. Мужчина сидел в холле и смотрел фильм, попивая бренди.

– С радостью, но сначала ты должен получить права.

– У Макса есть права.

– Я помню, как вы удачно покатались с ним в последний раз.

– Тогда мы были пьяными, а сейчас все будет в порядке, – пообещал юноша.

Роман Сергеевич внимательно посмотрел на сына. Ему тяжело давалось играть роль отца. Будь его воля, он бы без вопросов дал сыну машину, а, возможно, даже поехал вместе с ним покататься. Однако мужчина помнил просьбу, а точнее приказ, жены быть с Кириллом построже. Роман Сергеевич не мог перечить Евгении Сергеевне. В их семье она была главной.

– А зачем тебе машина?

– Мы хотим съездить в другой город, – рассказал Кирилл.

– Путешествие? – воодушевился мужчина.

– Тебе с нами нельзя, пап, – молодой человек опустил отца с неба на землю.

– А куда вы поедете?

– В Москву.

– У меня пункты 13 и 21 – московские красавицы. Да, было время, – мужчина мечтательно улыбнулся.

– Что это значит? – не понял Кирилл.

– Пункты в любовном списке, – пояснил Роман Сергеевич, – ты такой ведешь? Я могу показать тебе свой. Соревноваться уж не будем, мне побольше лет, чем тебе.

– Нет, папа, спасибо, – скривился Кирилл. Ему совсем не хотелось смотреть на список девушек, с которым путался его отец.

– Ладно, похвастаешься, когда тебе будет лет тридцать. Тебе нужны деньги в поездку?


Как хорошо, что ребята не были обременены работой. Им не пришлось сверяться с графиками или брать отпуск за свой счет, чтобы отправиться в поездку. Макс взял с собой Лесю, Кирилл не возражал. Главное, что друг поехал вместе с ним, ведь только у него были права.

– Готовы? – спросил Макс, пристегнув ремень.

– Ты не включил навигатор, – сказала Леся. Она сидела рядом со своим парнем на пассажирском сидении.

– Бусинка, нам нужно просто ехать по прямой. Навигатор ни к чему.

– Нет, включи его. С ним мне будет спокойнее.

Макс не стал ругаться с Лесей и ввел в навигатор конечный адрес. Женский голос в устройстве сообщил: «Через четыреста семьдесят километров поверните направо». Молодой человек закатил глаза, а довольная девушка чмокнула его в щеку.

– Нам еще нужно встретиться там с Кариной. Она сейчас обустраивается в общаге и просила взять ее с собой, когда поедем обратно, – сообщил Кирилл.

– Без проблем. Можем и подружку ее захватить, места хватит, – рот Макса расплылся в ухмылке, но через секунду она исчезла, когда Леся треснула парня по затылку.

Ребята выехали из города вечером, чтобы к утру уже быть в Москве. Макс включил свой любимый рэп, но Кириллу он нисколько не мешал: у него играла своя музыка в наушниках. Юноша удобно утроился на заднем сидении, закинув ноги на раму открытого окна. Дорога его успокаивала. Казалось, что все плохое остается позади, а впереди только светлое будущее.


– Замок, – сказал Макс.

– Крот, – пробубнила Леся.

– Трамвай, – быстро ответил парень.

– Йо-хо-хо, – ответила девушка и зевнула.

– Нет такого слова, – сообщил Макс. Ответом ему стало молчание, – Эй! Давай другое слово!

– Я не знаю. Это очень сложно, и я хочу спать.

– Ты не можешь спать. Ты моя девушка и обязана быть со мной и в печали, и в радости, – серьезно сказал юноша, но Леся уже сопела, – какое предательство.

Тогда парень повернулся к другу и сумел привлечь его внимание. Кирилл еще не спал.

– Нам нужно поменяться местами! – заявил Макс.

– Я не могу вести машину. Ты хочешь спать? Тогда давайте остановимся в мотеле.

– Нет, наоборот, я полон энергии. Я хочу развеяться!

– И что ты предлагаешь?

– Дай мне доску, она лежит позади тебя.

– Что ты хочешь сделать?

– Я встану на скейт, возьмусь за машину и немного прокачусь, – декламировал свой план Макс.

– Ты сбрендил? Мы же на трассе.

– Сейчас ночь, машин не так много. Да давай, я и тебе дам прокатиться.

– Нет уж спасибо. Я пока не собираюсь умирать.

– Ну и сыкло! Только навали мне скорости нормально.

Макс все-таки уговорил друга провернуть задуманное. Кирилл попытался найти поддержку в Лесе, но девушка одобрила затею своего парня и даже сама захотела прокатиться. Однако молодой человек ей запретил. Макс мчался на доске по ночной трассе под One republic «Let's hurt tonight». Ему нравилось чувство свободы. Когда не боишься принести кому-то разочарование или причинить боль. Когда в голове пустота: никаких мыслей, а только ощущения.


На рассвете машина въехала в город. Солнце отражалось в стеклах многоэтажных домов и бросало блики на все вокруг. Столица уже проснулась. По дороге ехало множество транспортных средств, их водители выглядели сонно раздраженными. Макс включил музыку погромче, в колонках играли Blind Pilots «We are the tide».

За ночь путники сильно проголодались. Если не считать вредного перекуса чипсами, они ничего не ели. Машина остановилась на набережной у ларька с пирожками и кофе. Парни купили булочки с мясом, Леся не стала рисковать и выбрала с ягодной начинкой. Рядом с ребятами выжидающе бродили голуби и выпрашивали еду.

– Макс, ты специально кидаешь булку в них, а не рядом? – спросила Леся. Она заметила, как парень прицеливается в бедных птиц и пуляет по ним хлебом. Голуби, однако, не сильно огорчались: получали удар и скорее бежали искать отлетевшие кусочки булочки.

– Какая им разница, все равно же похавают, – ответил Макс.

– Прикинь, нам бы так еду подавали, – поддержал Лесю Кирилл, – сначала бы тебя обливали супчиком, а потом заставляли пить его со стола.

– Вы что гринписовцы? – Макс не собирался менять свой способ подачи еды пернатым.

Неподалеку от ларька стоял лохматый мужчина. Он был одет в потрепанные куртку, джинсы и ботинки и окружен многочисленными сумками и пакетами. Несколько раз он подходил к ларьку и просил продавца долить в бумажный стаканчик горячей воды.

– Мне кажется, этот мужчина голоден, – прошептала Леся.

– Мужчина всегда голоден, – заявил Макс.

– Наверное, он бездомный. Нужно купить ему булочек, – Леся, как шпионка, осторожно выглянула из-за ребят, чтобы получше рассмотреть мужчину.

– Да все с ним в порядке, – Кирилл тоже посмотрел на незнакомца, – вон сколько у него сумок. Не пустыми же он их таскает.

– Я куплю ему булочек. Вы же покормили голубей, почему мне нельзя покормить бомжа?

Через некоторое время после разговора с мужчиной Леся вернулась к ребятам. Ее лицо пылало румянцем, а в руках она держала пакет с только что купленными пирожками.

– Что? Он оказался не бомжом? – засмеялся Макс.

– Он путешественник, ездит автостопом, – пробурчала Леся. Ее чувство стыда чувствовалось за километр.

– Ешь теперь сама свои пирожки. Или дай я запущу ими в голубей.

– Ладно, ребят, нам пора. Нужно найти жену Захара, – Кирилл был настроен решительно.


Глава 12


Воздушный змей в вышине…

А только вчера маячил

На том же месте другой.

Бусон


Бывшая супруга Захара работала администратором в фитнес-клубе. Такую информацию Кириллу удалось легко узнать, просмотрев страничку девушки в социальной сети.

– Ты точно не хочешь, чтобы мы пошли с тобой? – спросила Леся.

Ребята сидели в машине, припаркованной у большого торгового центра. Такого стеклянного гиганта путешественники видели впервые. В их провинциальном городке максимально допустимая высота зданий равнялась пятью этажам.

– Да, лучше я буду один. Думаю, она со мной то откажется поговорить, а уж с тремя незнакомыми людьми тем более, – ответил Кирилл.

К счастью, молодой человек застал бывшую жену Захара на рабочем месте. Парень дождался, пока девушка закончит разговаривать с клиентом, мышцы которого вырывались из обтягивающей футболки, и подошел к стойке администратора.

– Здравствуйте, – поздоровался Кирилл.

– Добрый день. Я вас раньше не видела. Вы хотите приобрести абонемент? – девушка дружелюбно улыбнулась. Она выглядела моложе, чем на фотографиях в социальной сети.

– На самом деле нет. Мне нужно с вами поговорить.

Кирилл кратко изложил суть разговора. Сначала девушка категорически отказалась обсуждать озвученный вопрос, но потом смягчилась и предложила встретиться в кофейне напротив торгового центра через час.

Во время ожидания в машине Кирилл успел пообщаться с Кариной по телефону и договориться о встрече. Местом встречи назначили центральную площадь. Девушка сообщила, что освободится только к вечеру.

– Утроим вечеринку! – воскликнул Макс.

– Завтра нам еще ехать домой. Не стоит сильно напиваться, – строго заявила Леся.

– Ты это серьезно? – нахмурился парень.

– Конечно, нет! – засмеялась девушка, – Будем гулять всю ночь!

Настало время встречи. Кирилл не успел вылезти из машины, как Макс его окликнул.

– Кэш, ты забыл самое главное, – молодой человек кивнул на заднее сидение. Там лежал большой букет белых цикламенов, завернутых в стильную бумажную упаковку. Ребята объездили все цветочные магазины города, и только в одном продавались нужные цветы.

Лера уже сидели в кофейне за столиком. При виде Кирилла с охапкой ее любимых цветов девушка не смогла скрыть удивления. Она прикрыла рот рукой, а ее глаза наполнились слезами.

– Захар сказал, что это ваши любимые цветы, – Кирилл протянул букет девушке.

– Как он? – спросила Лера. Несколько слезинок скатилось по ее щеке. Девушка взяла салфетку, чтобы привести себя в порядок.

– Он очень скучает по вам и Милане.

– Мне его очень жаль, но все в прошлом. Мы никогда не сможем быть вместе.

– Захар это знает. Он понимает, что у вас новая жизнь, но Милана – его дочь. Он имеет право общаться с ней.

– Я не знаю, что делать, – вздохнула Лера, – моего мужа переводят в Канаду, и мы должны лететь с ним.

– Позвольте Захару хотя бы увидеться с дочкой перед вашим отъездом.

После не слишком длинного разговора Лера извинилась и сказала, что ей пора идти. Кирилл не знал, произвели его слова нужное впечатление или нет, но в любом случае девушка обещала подумать. Главное, он попытался помочь своему другу.


Вечером ребята встретились с Кариной. В центре они, правда, пробыли недолго, а сразу же поехали в студенческий городок. В супермаркете компания закупилась алкоголем, чипсами и устроилась во дворах.

– Я попросила его купить тампоны и сказала, что на упаковке должен быть обязательно нарисован человечек, который летит на тампоне как на ракете, а сверху надпись: «Вперед к галактике». И Макс поверил, – сквозь смех рассказывала историю Леся. Карина и Кирилл тоже смеялись, – я в это время висела на телефоне и еле сдерживалась, чтобы не заржать. Он достал бедных продавщиц в магазине. Они потом поняли, что его развели, и тоже засмеялись, а Макс до последнего не сдавался и требовал именно такую упаковку.

– Я ради тебя пошел на такой позор, а ты смеешься, – проворчал Макс, – да ни один парень бы не пошел покупать тампоны!

– Прости, прости, – Леся легко поцеловала парня в губы, – ты мой герой.

– Карина, а ты же пустишь нас переночевать? – спросил Кирилл.

– Эй, мы гуляем всю ночь! Никакого сна! – запротестовал Макс.

– Тебе еще вести машину. Ты точно должен поспать, – пресек друга Кэш.

– Да, конечно, можете поспать у меня. Только придется залезать через окно. На вахте сегодня злой вахтер, – ответила Карина.

Ребята не переставали болтать и смеяться. В основном подшучивали над занудством Кирилла. Он пил меньше всех, как будто за руль предстояло сесть ему, а не Максу.

– А знаете что, – вдруг воскликнула Карина, – я знаю одно офигенное место!

– Я за любую движуху, только сначала нужно пописать, – сказала Леся.


***


Карина привела ребят на крышу многоэтажного здания. Оттуда открывался фантастический вид на город. Приближался закат, и небо волшебно алело. Казалось, что это Грей плывет на своем корабле под яркими парусами. Перед сменой места действия компания успела зайти в магазин за алкогольной добавкой, а Карина в это время заскочила в общежитие за пледами.

Обустроившись на земле, ребята решили сыграть в игру «Я никогда не». Макс сидел, прислонившись спиной к кирпичному выступу, и прижимал Лесю к себе. Они делили один плед на двоих, как и Кирилл с Кариной. Их колени соприкасались, но они не обнимались.

– Я никогда не влюблялась в своего учителя, – сказала Карина и сделала глоток из пластикового стаканчика. Макс тоже выпил.

– У нас даже не было мужчин-учителей, ты была влюблена в женщину? – спросил Кирилл.

– Это Борис Николаевич, – стыдливо призналась Карина.

– Кто это? – не понял Макс.

– Который вел биологию? – уточнил Кирилл.

– Да, это было в шестом классе. Потом он ушел.

– Кто это? – повторил свой вопрос Макс, – Не помню такого.

– Потому что в шестом классе ты постоянно прогуливал уроки.

– Но визуально я помню всех учителей. Не было ни одного молодого мужчины, а только старик с огромной залысиной, – заметив стыдливость на лице Карины, Макс воскликнул, – ты тащилась по этому старикану? Фу, Карина, да ты геронтофилка!

– Он так интересно рассказывал про животных, особенно про любовь пингвинчиков. Я не могла устоять, – попыталась оправдаться девушка.

– Я никогда не изменяла, – сделала свой ход Леся. Выпил только Макс.

– Что? Я же говнюк, – заявил парень, – так, я никогда не танцевал стриптиз.

Парни отпили из своих стаканчиков. Девочки заявили, что негоже молодым ребятам не уметь показывать стриптиз, и заставили их танцевать. В конце приятели так разошлись, что начали трогать друг друга и изображать влюбленных. Девчонки не могли удержаться от смеха. Такой страсти они не видели никогда.

– Я никогда не мастурбировал, – сделал ход Кирилл. Выпили все кроме Карины.

– Бро, ты это делаешь? – изумился Макс, – Разве это не запрещено вашим «Кодексом занудных парней»?

– Отстань от Кири, Макс, – Леся ударила парня локтем в бок, – Моя очередь. Я никогда не занималась сексом на улице.

Макс и Леся выпили, остальные нет. Парень изобразил теперь уже неподдельное изумление.

– Никогда? – воскликнул он, – Вы встречались полгода и, что, трахались только дома?

Ребята промолчали. Они не понимали почему, но им будто было стыдно за свое предпочтение традиционных мест для интимной близости.

– Не все же такие извращенцы как ты Макс, – попыталась успокоить своего парня Леся.

Алкоголь уже заканчивался. Ребята прыгали под музыку, держа в руках зажжённые бенгальские огни. Играли Fun «We are young». Затем Макс начал справлять нужду прямо с крыши. Во время игры Кирилл неслабо напился, что даже присоединился к другу в пускании водопадов с высоты.

– Я лучше отведу его в общагу, – прошептала Леся. Макс уже еле стоял на ногах.

– Давай. Это от решетки, окно я оставила открытым, – Карина протянула ключ.


Кирилл и Карина остались на крыше одни. Чувствовалась ностальгия. Всего несколько месяцев назад они постоянно проводили время вдвоем. Девушка сидела в куртке Кирилла. Он накинул ее на плечи подруги, заметив, что та немного дрожит.

– Ты рада, что скоро будешь здесь жить? – спросил Кирилл.

– Да, наверное, – пожала плечами Карина, – это будет новая страница в моей жизни.

– Закончишь универ и станешь крутым архитектором. Построишь мне дом?

– Смотря, сколько ты заплатишь, – улыбнулась девушка, – знаешь, почему я решила стать архитектором?

– Нет, ты никогда не рассказывала.

– Когда мне было лет одиннадцать, мы с семьей отдыхали на море. Там гадалка предсказала мне, что, когда я вырасту, буду строить дома. Я всегда помнила ее слова.

– Получается, твою судьбу решила какая-то гадалка, возможно, даже шарлатанка?

– Отчасти да, но мне нравилось представлять, как я делаю чертежи, а потом по ним возводятся здания. В этом было что-то романтичное. Но больше всего я мечтаю построить собственный дом на берегу моря.

– Мне нравится твоя мечта, – одобрил Кирилл, – я, кажется, тоже стал понимать, чего хочу.

– Правда? Мистер Вечная неопреденность что-то понял? Расскажи мне.

– Я пока не уверен. Когда точно все решу, ты будешь первая, кто узнает, – пообещал молодой человек.

Карина положила голову на плечо парню. Он приобнял девушку, от нее, как всегда, пахло цитрусами. На небе тускло горели звезды, но, казалось, что от них исходило тепло. Ребята молча смотрели вдаль, думая каждый о своем. Кажется, они научились сохранять ненавязчивую тишину.

– Жаль, что у нас нет сигарет. Затяжка сделала бы этот момент идеальным, – мечтательно произнесла девушка.

– У меня для тебя отличные новости. В верхнем кармане куртки лежит пачка.

Карина обнаружила желаемое и подожгла сигарету. Она ловко делала затяжки, хотя курила редко. Дым согревал легкие. Они словно укрылись прозрачным одеялом.

– Как на счет цыганского поцелуя? – спросила Карина.

– Что это?

Девушка не стала объяснять, а продемонстрировала. Она сделала глубокую затяжку, повернула лицо Кирилла к себе и вдохнула дым ему в рот. Молодой человек растерялся, но ощущения ему понравились.

– Можно я попробую? – попросила парень.

Такой ритуал неспроста именовался поцелуем. Пусть даже губы не соприкасались, все равно чувствовалась волнующая близость. Этот момент принадлежал только двоим, а дымка придавала ему своеобразную мистику. На заднем плане играли Cage The Elephant «Come A Little Closer». Кирилл посмотрел в глаза Карины и увидел в них желание. Парень запустил руку в волосы девушки и страстно ее поцеловал.


Карина проснулась, когда на небе уже взошло солнце. Со всех сторон она была укрыта пледом, поэтому не чувствовала утреннего холода. Кирилла рядом не было. Девушка привстала и увидела, что молодой человек стоит у края крыши, оперевшись руками о бордюр.

– Эй, ты в порядке? – Карина подошла к парню.

– Да, прости, – ответил Кирилл и отвернулся.

– Ты же знаешь, что можешь рассказать мне, что угодно? Я всегда поддержу тебя, – Карина коснулась плеча юноши.

Кирилл резко опустился на землю и закрыл лицо руками. Его тело начало неритмично дергаться. Карина догадалась, что парень плачет.

– Есть одна девушка, – всхлипнул Кирилл, – я хотел сделать как лучше, но только все испортил. Я не могу помочь ей, понимаешь? Что бы я ни делал, я не могу помочь!

Кирилл разрыдался. Карина присела рядом и прижала к себе его трясущееся тело. Ей и самой хотелось заплакать. Она только что провела ночь с парнем, к которому испытывала чувства, а он рыдает из-за другой девушки.


Глава 13


Камнем бросьте в меня!

Ветку цветущей вишни

Я сейчас обломил.

Кикаку


Салон машины заполнила убаюкивающая мелодия Ben Howard «Promise». Машина проезжала по мосту, соединяющему два берега широкой реки. Жаль, что ребята не успели искупаться. Макс следил за дорогой, Леся читала Харуки Мураками, Кирилл и Кристина молча смотрели в окна, отвернувшись друг от друга. Они так прижались к дверцам, будто боялись упасть в пропасть, которая образовалась между ними.

– Что молчим? – спросил Макс. Ему не нравилось, когда друзья переставали развлекать его разговорами и предоставляли скучной трассе.

– Похмелье, – нашла оправдание Леся.

– Кстати ребята, вы вчера так и не пришли ночевать в общагу, – обратился Макс к пассажирам на заднем сидении.

– Мы остались на крыше, – тихо ответила Карина.

– Что делали? Переспали? – Максим поймал взгляд Кирилла в зеркале и подмигнул ему. Парень еле заметно кивнул и снова отвернулся к окну, – Да-да, переспали? А чего молчите? Это же был ваш первый раз на улице! Об этом должен знать весь мир.

Леся была более проницательной и догадалась, что ребята не хотят обсуждать случившееся. Девушка строго посмотрела на своего парня и помотала головой. Макс хотел возразить, но вдруг резко съехал на обочину и затормозил. Он успел открыть дверцы машины, чтобы не выпустить наружу вчерашний выпитый алкоголь прямо в салон.

– На, попей, – Леся протянула Максу бутылку воды. Чувствуя второй подход рвоты, он отбежал немного в лес и стоял, оперевшись рукой о дерево.

– Спасибо, бусинка, – парень сделал глоток, – ты же не перестанешь меня любить?

– Нет, мои чувства слишком сильны, – Леся театрально прижала руки к сердцу.

– Тогда…

– Нет, – перебила Макса девушка, – тебе все еще нельзя при мне пукать.

– Черт, – выругался Макс, – слушай, я не понял на счет Кэша и Карины. Переспали они или нет?

– Я думаю, да, но они об этом сожалеют.

– О чем тут сожалеть?

– Может, что разрушили свою дружбу, – пожала плечами Леся.

– Как можно сексом разрушить дружбу? Она станет только крепче.

– Нет, милый, – усмехнулась Леся, – очень даже можно.

– Все это бабские заморочки, – Макс закатил глаза.

– Кирилл тоже выглядел замороченным, – напомнила Леся.

– Потому что у него бабское мышление. Постоянно анализирует любое свое действие, что-то додумывает, а потом парится. Как же сложно жить мозгами. Даже если Кэш совершает что-то по воле эмоций, потом он годами может разбирать по частичкам свой поступок: что сделал правильно, а что нет.

– Может, это полезно. Он делает выводы, которые не позволят ему снова совершить ошибку.

В данный момент Макс был не самым сильным противником в споре. Его посетил очередной приступ рвоты. Юноша слишком резко схватился за дерево и сильно проехался рукой по его коре. Браслет, висевший на запястье, сорвался и упал в блевоту.

– Я принесу салфетки, – сморщилась Леся.

– Зачем? – не понял Макс.

– Чтобы ты поднял свой браслет.

– Я не буду носить блевотный браслет, – заявил парень, – вообще это подарок Кристины. Я давно хотел его выкинуть.

– Значит, так ты ценишь подарки?

– А что мне с ним делать? Не отдавать же обратно. Тем более у нее есть свой, они типа парные.

– А если бы упал браслет, который подарила тебе я? – девушка поставила руки в боки.

– Ты же не серьезно? – спросил Макс. Лицо Леси выглядело как непроницаемая маска, – Я бы поднял его, честно. Слово пацана.

Леся изогнула одну бровь и направилась к машине. Макс побежал за ней.

– Хочешь, я этот подниму? Ради тебя, – не замолкал Макс, – ну бусинка, ты, правда, обиделась?

– Конечно, нет, Макс, – Леся засмеялась, – но было бы романтично, если бы ты покопался в своей рвоте ради меня.

Кирилл и Карина тоже вышли на улицу подышать воздухом. Парень бродил вдоль обочины туда-сюда, чтобы размяться. Девушка стояла, прислонившись к машине.

– Мы не будем говорить о том, что было? – спросила Карина, когда Кирилл в очередной раз вернулся на исходную позицию своего упражнения.

– Я не знаю, что сказать, – признался юноша.

– Сделаем вид, что ничего не было?

– Наверное, – пробубнил Кирилл. Ему было стыдно смотреть девушке в глаза.

– Ты же сам меня поцеловал. Зачем ты сделал это, если не хотел?

– Я хотел, – Кирилл виновато посмотрел на подругу, – но сейчас я не знаю. Мне очень жаль.

– И что дальше? Останемся друзьями?

– Наверное, – пожал плечами молодой человек, – если ты не против.

– Окей, – ответила Карина и села в машину.

Когда в салон забрался Макс, все закричали, что от него воняет. Пришлось открыть все окна. В машину проник ветер и стал трепать длинные волосы Карины. Девушка сделала попытку их поправить и ненароком взглянула на Кирилла. Он на нее не посмотрел.

В последнее время Кирилл плохо понимал, чего хочет. Точнее он всегда находился в состоянии неопределённости, но оно его устраивало. Сейчас же непонимание своих мыслей напрягало. Больше всего юноша переживал, что приносит боль другим людям. Он привык отвечать только за себя. Обычно его действия никого не ранили, но что-то изменилось. Каждый день он подводил все большее количество людей.

Макс припарковал машину у дома Кирилла. Карина вышла раньше, когда они проезжали ее район.

– Ладно, Кэш, мы погнали. Передавай своему старику привет, – Макс махнул рукой приятелю, приобнял свою девушку, и они ушли.

Кирилл собрал в пакет мусор из машины, повесил на плечо сумку и решил проверить еще раз, ничего ли не забыли. Молодой человек достал ключи из зажигания и открыл бардачок. Там не нашлось никаких посторонних вещей, кроме браслета. Кирилл взял аксессуар в руки и осмотрел. Он помнил, что такой же украшал запястье друга.

– Привет, любимый, – ответил на звонок Макс, – уже соскучился?

– Ты забыл в машине свой браслет.

– Мой браслет? – нахмурился Макс. Кирилл слышал, как друг спросил у Леси, не доставала ли она браслет. Девушка ответила: «Я что больная?», – нет, Кэш, это не мой. Свой я сегодня выкинул.

Макс не стал вдаваться в подробности, почему ему пришлось попрощаться с украшением.

– Да? Ну ладно. Видимо, я перепутал.

– Давай, не скучай, бро.

Кирилл еще раз осмотрел браслет. Он был уверен, что Макс носил такой же. И еще один человек.


Дома вкусно пахло жареным мясом с медом. Это был рецепт бабушки, который передавался из поколения в поколение. Дедушка Кирилла занимался пчеловодством, держал большую пасеку в лесу около цветочного поля. Каждый год семья лакомилась душистым натуральным медом. Бабушка добавляла сладкий ингредиент почти во все блюда. После смерти дедушки никто не продолжил его дело, а сладкие запасы заканчивались. Это можно считать совпадением или же мистикой, но бабушка умерла в тот день, когда была опустошена последняя банка меда.

Кирилл сразу же догадался, что на кухне хозяйничал отец. Евгения Сергеевна редко готовила, и ее блюда ограничивались курицей. Она считала, что употреблять в пищу птицу полезнее, чем мясо.

Кирилл зашел в кабинет отца и нашел то, что искал. На столе лежал мобильный Романа Сергеевича. Молодой человек взял его в руки. Ему повезло, что мужчина не был подозрительным человеком и не увлекался паролями. Кириллу без труда удалось разблокировать телефон.

– Ты вернулся, – в комнату зашел Роман Сергеевич, – ты вернулся и первым делом взялся за мой телефон. В чем дело?

– Ты что спишь с Кристиной? – Кирилл не стал соблюдать такт. Ответ ему не требовался. Он и так уже все понял, прочитав сообщения на телефоне отца.

– Так, – мужчина выглядел растерянным, – я еще не подготовился к этому разговору.

– Ты должен сам сказать маме.

– Да, хорошо, – Роман Сергеевич подошел к сыну, – позволь мне объяснить.

– Нет, – ответил юноша и увернулся от руки отца, которую тот попытался положить ему на плечо. Жареное мясо с медом перестало быть любимым блюдом Кирилла.


***


Макс проводил Лесю до дома и ушел. На самом деле парень обиделся на девушку, потому что та отказалась поцеловать его на прощание. От него все еще исходил неприятный аромат. Леся испытывала к юноше трепетные чувства, но не смогла пойти на такие жертвы.

Вечер косплеерша проводила за подготовкой очередного костюма. На этот раз она создавала образ Хоро из аниме «Волчица и пряности». Ее волосы как раз сейчас были подходящего рыжего цвета. Ушки были сделаны, осталось пришить хвостик к платью. Этим девушка и занималась, когда получила сообщение от Кристины. Соперница приглашала ее выйти на улицу для разговора. Леся была не из трусливых и сразу же приняла вызов.

Девушка спускалась по лестнице в подъезде, когда ее схватили. В помещении было темно, и сначала Леся не поняла, что происходит. Затем она услышала голос Кристины.

– Ты же любишь менять прически, сучка, – говорила Кристина, – я придумала для тебя новую.

Раздался пронзительный механический звук. Так работала машинка для стрижки волос. Леся не видела, но чувствовала, как ее локоны падают вниз. Она не могла закричать, потому что ей закрыли рот. Кристина пришла осуществлять свою месть не одна: с ней были две помощницы.

– Какие длинные волосы. Пожалуй, сдам их, хоть будет от тебя какая-то польза, – насмехалась карательница.

Закончив свое дело, Кристина сильно толкнула Лесю. Девушка упала на ступеньки. Мстительницы громко засмеялись и направились к выходу. Леся не побежала за ними, пребывая в состоянии шока. Она знала, что Кристина разозлилась из-за ухода Макса, но не подозревала, что на столько. Всем своим видом девушка старалась показать, что ей все равно на расставание. Видимо, это была только маска, и парень до глубины души задел девушку. А, возможно, Кристина просто не могла смириться, что Макс полюбил другую. Он принадлежал ей, был ее собственностью, а Леся его забрала. Возможно, своей местью девушка хотела показать, что бывает с теми, кто посягает на чужое.

Леся вернулась домой. Ее колени были разбиты от удара о ступеньки. Она не рискнула сразу посмотреться в зеркало и сначала обработала раны. Когда девушка взглянула на свое отражение, то еле сдержала слезы. Ее голова была полностью лысая, не осталось ни волосинки. Из Кристины получился бы отличный парикмахер мужского зала.


В наушника играли The Pines «Be there in bells», из-за чего Кирилл не сразу услышал голос своей матери. Она сообщила, что к нему пришли гости. Молодой человек увидел Карину. Она молча прошла в комнату юноши и закрыла за собой дверь. Кирилл принялся скидывать со стула одежду, освобождая подруге место.

– Я сейчас уйду, – сообщила Карина, призывая тем самым юношу остановить экспресс-уборку, – я пришла сказать, что не хочу быть друзьями. Я не могу.

Голос Карины чуть дрожал. Было заметно, как тяжело ей даются слова.

– Я люблю тебя и не переставала любить, – продолжила девушка, – когда я сказала, что собираюсь уехать в другой город, я ждала, что ты попросишь меня остаться. Каждый день я ждала твоего звонка, что ты скажешь, что я нужна тебе здесь. Пусть даже не как девушка, но как друг. Но ты не попросил. И вчера ты дал мне надежду и сразу же отобрал.

– Карина, прости меня, пожалуйста, – попросил Кирилл.

– Нет, не прощу, – девушка сжала губы, сдерживая слезы, – сейчас я рада, что уезжаю, потому что там мне будет легче забыть тебя.

Карина ушла, Кирилл не последовал за ней. Он любил ее, но она не сводила его с ума. Карина умела рассмешить парня и ободрить. Она всегда поддерживала его и помогала. Именно поэтому она осталась просто другом. Влюбился же он в девушку, которой сам хотел помочь, и которая нуждалась в его заботе. Лина заполнила все мысли Кирилла. Он никогда не сталкивался с таким большим чувством. Но разве связь с Кариной прошлой ночью не была предательством? Он всегда отрицал сходство с отцом, но сейчас видел его так явно, что было тошно. Кирилл уже начал привыкать к тому, что близкие люди разочаровываются в нем. И парень не знал, как это исправить.


Глава 14


Видели все на свете

Мои глаза – и вернулись

К вам, белые хризантемы.

Иссё


Несколько дней Кирилл не находил себе места. Его мозг взрывался от количества пищи для размышлений. Однако юноша быстро ее проглатывал, не давая времени на пережевывание. «Отец изменяет маме» – глоток, «У Лины случился срыв» – глоток, «Разбил сердце лучшей подруге» – глоток, «Родители разводятся» – глоток, «Увидится ли Захар с дочкой», – глоток, «Лучший друг куда-то пропал» – глоток. Чтобы перебить все эти мысли, Кирилл попытался переключиться на еще более глобальный вопрос: «Что делать со своей жизнью?».

Он решил стать психиатром. В самом начале ему казалось, что он способен помочь Лине и Захару поддержкой и своим отношением к ним. В первую очередь он видел в них здоровых людей, а болезнь старался вовсе не замечать. Это был неправильный подход. Люди попадают в психиатрическую клинику не просто так. Они нуждаются в помощи, и не только дружеской, но и медицинской. Кирилл понял, какая сложная профессия у его матери. Евгения Сергеевна переживала за своих пациентов, поэтому она не могла засыпать без снотворного. В ее голове также крутились многочисленные мысли. Молодой человек осознал, что мама запрещала ему общаться с Линой не из принципа, а из желания оградить девушку от непредсказуемых впечатлений. Да, Евгения Сергеевна смотрела на пациентов клиники как на пациентов, но для этого она там и находилась. Она была врачом и старалась корректно выполнять свою работу.

Кирилл просматривал сайты медицинских вузов. Он записывал, какие экзамены нужно сдавать для поступления. Юноша не был силен в химии и биологии. Придется весь год усиленно трудиться, чтобы сдать эти предметы.

– Привет, – поздоровалась Евгения Сергеевна. Со стуком она зашла в комнату сына.

– Привет, – ответил Кирилл, – как ты?

– Уже лучше. А ты?

– Тоже нормально. Папа переедет?

– Да, как только найдет квартиру, – женщина вздохнула и перевела тему, – чем ты занимаешься?

– Читаю про медицинские университеты.

– Ты решил стать врачом?

– Я хочу быть психотерапевтом, как ты.

Евгения Сергеевна не удивилась выбору сына. Она обрадовалась, что у Кирилла появилась цель. В его невозможности сделать выбор она винила отчасти себя. Воспитание играет огромную роль в становлении личности. Кирилл не мог решить, по какому пути пойти, а это, значит, что она вовремя не смогла указать ему правильное направление. На самом же деле юноша, наоборот, был благодарен родителям, что они не стали подыскивать ему какие-то варианты. Когда он плохо сдал экзамены, они разозлились и расстроились, но не стали пытаться куда-то его пристроить. Как, например, отец Максима. Тот не мог позволить сыну находиться в подвешенном состоянии. Он считал, что человек всегда должен чем-то заниматься. Кириллу же родители предоставили возможность принять собственное решение. На поиск себя ему давался год до наступления следующих экзаменов, но ему потребовалось гораздо меньше времени. Иногда достаточно значительного события, чтобы вся жизнь перевернулась с ног на голову, и человек понял, в чем он хочет быть полезен. Для Кирилла таким событием стало знакомство с Линой.

– Можешь попробовать поступить в мой университет. Там очень хороший преподаватель по биологической химии. Ему уже семьдесят, но он до сих пор работает.

– Сначала нужно хорошо сдать экзамены. Я даже не знаю таблицу Менделеева, – усмехнулся Кирилл.

– У тебя есть время. Если ты твердо решил стать психиатром, у тебя получится, – после небольшой паузы женщина продолжила, – я думаю, ты уже можешь прийти в клинику.

– Правда?

– Да. Лина уже не искажает реальность, но она очень слаба. У нее совершенно не бойцовский настрой. Может быть, ты сможешь на нее повлиять.


***


Вернувшись в больницу, Кирилл первым делом осмотрел свои прошлые владения. Все цвело и благоухало, но выглядело неопрятным. Грядки сплошь покрылись сорняками. Временно функции садовника выполнял уборщик, а ему совсем не хотелось заниматься еще и растениями. Он считал, что полива достаточно для того, чтобы его работа зачлась.

– Крылья бабочек! Разбудите поляну для встречи солнца, – раздался знакомый голос.

Лина улыбалась, но выглядела усталой. Она похудела, лицо провалилось и смотрелось бледным. Волосы были забраны в хвост, никаких ярких лент и повязок.

– Ты похожа на призрак, – грустно усмехнулся молодой человек.

– Ты тоже, – слабо улыбнулась девушка, – мне уже стало казаться, что я тебя выдумала.

– Нет, я настоящий, – Кирилл протянул девушке руку, чтобы помочь присесть на скамейку. Сам он на несколько минут исчез и вернулся со свежим букетом.

– Спасибо, что посадил белые цветы. Я любовалась ими каждый день.

– Не за что, – Кирилл с нежностью смотрел на девушку. Она была его редким цветком, который ему удалось найти в лесной чаще, – ты знаешь мое имя?

– Конечно. Тебя зовут Кирилл. Я все помню, просто сейчас вижу иначе, чем тогда.

– То есть сейчас ты понимаешь, что я не твой брат?

– Да. Я знаю, что мой брат умер. Он погиб в автокатастрофе.

– Как это произошло?

– Мы ехали вместе в машине. Он был за рулем. Тогда я начала с ним серьезный разговор. Я видела, как он украл деньги у родителей, и требовала объяснений. Мы начали спорить, и он потерял управление. Потом я очнулась в больнице.

– Ты ни в чем не виновата, Лина, – Кирилл взял девушку за руку.

– Я могла не лезть не в свое дело. Недавно я узнала, что его девушка беременна. Думаю, он взял деньги, чтобы снять для них квартиру.

– Это сказала его девушка?

– Нет, это мои предположения.

– Он узнал, что его девушка беременна и украл деньги. Может быть, он хотел потратить их не на квартиру?

– Я знаю, на что ты намекаешь. Но мой брат был хорошим человеком, он не стал бы отказываться от ребенка.

– Наверное, ты права. Просто я хочу сказать, что мы не можем точно знать его намерений. И, может, все случилось так, как должно было случиться.

Кирилл никогда не верил в судьбу. Он был рациональным мечтателем: любил фантазировать, но никогда не мешал реальную жизнь с выдумкой. Теперь же все миры перемешались, и он уже не был уверен, что всем руководят люди. Над их жизнями точно стоял кто-то или что-то еще.

– Прости, я не хотел омрачить память о твоем брате, – извинился Кирилл.

– Ничего страшного. Это я должна просить прощение, что отняла твое лето, – Лина посмотрела на молодого человека. Ее глаза так же сияли, несмотря на выпавшие трудности и болезнь.

– Это было самое лучшее лето в моей жизни, – улыбнулся парень и поцеловал девушку.

Она ответила взаимностью. В этот раз Кирилл был уверен, что Лина целует именно его, а не кого-то другого. А он был уверен, что хочет целовать именно ее. Молодой человек тактично прервал поцелуй. Он боялся навредить девушке и решил повременить с бурным проявлением чувств. Кирилл прижал Лину к себе, и они молча любовались цветущим садом.


В клинике Кириллу предстояло осуществить еще одно дело. Последнюю неделю молодой человек принимал звонки от бывшей жены Захара. Девушка хотела поговорить с мужем. К сожалению, Кирилл не мог выполнить ее просьбу, так как имел запрет на вход на территорию больницы. После получения разрешения юноша намеревался встретиться с приятелем и, наконец, передать ему трубку.

– Здорово, парень, – Захар широко улыбнулся. Его рука все еще была забинтована, – давно тебя не заносило в наши края.

– Попозже поболтаем. Тут одна очень важная персона хочет с тобой пообщаться.

Кирилл передал свой телефон Захару. Мужчина нахмурился, но поднес аппарат к уху. Из динамика раздался детский голос. Глаза Захара наполнились слезами, а голос внезапно пропал. Из трубки доносилось: папа, папа. Милана не понимала, почему папа молчит. В конце концов, мужчина взял себя в руки и поздоровался с дочкой. Во время разговора он не переставал плакать.


***


– Кэш, ты пойдешь на день рождения к Кристине? – спросил Макс. Он позвонил другу по телефону.

– Ты где пропадал?

– Да, долгая история. Если вкратце: моя бывшая чокнулась и сбрила волосы Лесе. Но моя нынешняя девушка оказалась еще безумнее, и сейчас мы идем к Кристине на день рождения.

– Что за бред?

– И я про тоже. Она хочет показать ей, что не боится. И что я до сих пор с ней.

– Женские разборки суровее, чем мужские. А ты говорил с Кристиной?

– Естественно. Как только я узнал о том, что произошло, сразу же пошел к этой стерве. Она, конечно же, меня послала.

– Не оставляй своих девочек одних, а то поубивают друг друга, – посоветовал приятелю Кирилл.


Макс не одобрял идею своей девушки пойти на вечеринку к Кристине. Никто не мог предугадать ее реакцию. Но Леся была непоколебима: она должна была доказать сопернице, что та ее не сломила. До победы еще далеко. Для вечеринки Леся выбрала парик провокационного кислотно-розового цвета, нанесла яркий макияж, надела короткое платье и облегченную версию берцов. Теперь она выглядела как воительница.

Для своего праздника Кристина сняла коттедж. Он находился недалеко от города. Музыка гремела на всю округу. Ребята приехали вечером, когда на улице уже потемнело. Из-за ворот в разные стороны стреляли лучи цветомузыки. Именинница не сразу заметила непрошенных гостей. Ее подружка увидела ребят и доложила Кристине.

Звезда праздника выглядела подобающе званию. Декольте длинного бардового платья открывало вид на соблазнительную ложбинку, волосы локонами струились по плечам. Алые губы смотрелись вызывающе похотливо, а нарощенные ресницы делали взгляд неестественно выразительным.

– Вас не приглашали, – Кристина встала в уверенную позу, сложив руки на груди.

– Мы думали, вход свободный, – пожал плечами Макс.

– Свободен для друзей, а вы мои враги, – Кристина выглядела еще более воинственно, чем ее соперница.

– Ты боишься, что мы испортим тебе праздник? – Лесин уголок рта приподнялся вверх.

– Мне нечего бояться, а вот за твою шкурку я бы переживала, – Кристина облизнулась, соблазнительно глядя на Макса.

– Моя шкурка в порядке. После твоих манипуляций она стала еще лучше.

– Ужасный парик. Наверное, под ним очень жарко. Принести тебе салфеточку, чтобы ты вытерла пот?

– Спасибо за заботу, но я прекрасно себя чувствую.

Макс молча наблюдал за словесной перепалкой своих подружек. Он не знал, нужно ему влезать в разговор или нет. Молодой человек был готов защитить свою девушку, только Леся, оказывается, сама могла постоять за себя. Для полного обезоруживания соперницы девушка развернула Макса к себе и страстно поцеловала. Кристина сморщилась и закрыла перед ребятами ворота.


Глава 15


В тихой заводи

К берегу когда-то прибилось

Утоплое дерево,

Но стало плавучим мостом…

Долгих дождей пора.

Сайге


Кирилл проснулся от звуков какой-то возни. Он открыл глаза и увидел темную фигуру у окна. У парня совершенно не работал инстинкт самосохранения или же он привык к шпионским проникновениям своего приятеля.

– Сколько времени? – спросил Кирилл, включая свет.

– Пять утра, – прошептал Макс, – почему ты проснулся? Я же был ловким лемуром.

– Если только престарелым лемуром с деревянной лапой, которая задевала все подряд.

– Ладно, раз не спишь, послушай мой рассказ.

– Точно. Как прошел день рождения?

– Кристина, конечно же, не пустила нас на вечеринку, как я и предполагал. Леся не расстроилась, а потащила меня в кусты у забора. Я обрадовался, думал, мы сейчас там пошалим. В кустах у нас еще не было. Леся стала копаться в своей сумке, а я пока снял штаны. Вдруг она поворачивается и начинается ржать. Оказывается, мы притаились в кустах в целях конспирации, а из сумочки она достала вонючие бомбочки. За секунду Леся кинула все за забор. Мы убежали, но я успел почувствовать мощную вонь. Реально даже бомж пахнет лучше.

Кирилл вдруг захохотал. Макс сначала даже опешил, подумав, что приятель поперхнулся. Он редко наблюдал у друга такие сильные приступы смеха. Обычно Кирилл ограничивался улыбкой или парой смешков.

– Ты чего хоть?

– Насмешила твоя история, – сквозь смех ответил Кирилл и загоготал еще сильнее.

– Странный ты, Кэш. Нормальные шутки слушаешь с лицом-топором, а над каким-то детсадовским приколом ржешь как конь.

– Я просто представил, что все там в красивой одежде с хрустальными бокалами. И вдруг такой запашок. И все такие: « Кто же это сделал?». Разве можно вонять в таких платьях.

– Наверное, так все и было. Только я беспокоюсь. Кристина – долбаная базука. От ее выстрела никому не укрыться. Все уничтожит на хрен.

– Может, она не догадается, что это ваших рук дело.

– Маловероятно. Нам было так смешно, и мы потом всю дорогу бежали и громко ржали. Думаю, все нас слышали и видели. Мы добежали до фиолетового поля. И я не был под кайфом, бро, оно реально фиолетовое.

– И чего удивительного? Многие цветы фиолетового цвета растут в полях. Скорее всего, это было поле люпинов или лаванды.

– Тебе виднее, педик, – усмехнулся Макс, – я не разбираюсь в цветочках. Короче на фиолетовом поле мы, наконец, занялись сексом.

– А начиналось все так романтично.

– Секс тоже романтично. Не строй из себя святого, Кэш.

– Все, не спорю, – Кирилл, сдаваясь, поднял руки вверх.

– Но Кристина страшна в своей непредсказуемости. Нужно быть наготове, – Макс, правда, выглядел взволнованным.


Шел последний месяц лета. Солнце стало более милосердным, но Кирилл с Линой продолжали проводить время в тени. Они устроились под ветвями раскидистого дерева. В прошлый раз парочка спряталась под яблоней, но получила спелыми плодами по голове. Повторять свою оплошность ребята не стали.

Лина сидела, прислонившись спиной к стволу дерева, и читала книгу. Кирилл лежал на траве, положив голову девушке не колени. Она нежно гладила волосы молодого человека. От ласковых прикосновений парень впал в дрему.

– Наш новый садовник влюбился в медсестру, – тихо сообщила Лина.

Кирилл открыл глаза: неподалеку от них мужчина в комбинезоне орудовал секатором у цветочной клумбы.

– Он же сейчас сорвет все хризантемы! – воскликнул Кирилл. К цветам, посаженным собственными руками, он испытывал нежные отцовские чувства.

– Не будь жадиной, – Лина потрепала парня по голове, – он собирает букет для любимой.

– Я хочу, чтобы только ты могла на них смотреть, – юноша надулся как ребенок. Он понимал, что ведет себя глупо, но не стал скрывать обиду на нового садовника. Кирилл сам бы никогда не подумал, что может стать таким ярым цветолюбом.

– Дурачок, – Лина поцеловала Кирилла в лоб, – а ты знал, что в Азии готовят десерты из хризантем? Говорят, эти цветы могут подарить бессмертие.

– Ты постоянно веришь во всякие сказки, – Кирилл с любовью посмотрел на девушку, – что читаешь?

– Пьесы Теннесси Уильямса, – Лина подняла книгу повыше, чтобы продемонстрировать молодому человеку обложку, – почитаем по ролям?

– Нееет, – Кирилл отрицательно замотал головой, – в школе я терпеть не мог такое занятие на уроках литературы.

– Давай! Я остановилась на «Трамвае «Желание». Я буду Бланш, а ты Митчем, – Лина раскрыла книгу перед Кириллом, – Славный у вас портсигар. Серебряный?

– Да. Прочтите, что на нем, – нехотя прочитал свою реплику Кирилл.

– И если даст господь, сильней любить я стану после смерти! О, миссис Браунинг! Из моего любимого сонета.

– Вы знаете?

– Ну как же!

– У надписи целая история.

– Совсем как в романе.

– Не очень веселом.

– Вот как.

– Да, теперь эта девушка уже умерла. Когда дарила, она уже знала, что не выживет. Очень странная была девушка, такая милая, очень.

– Любила вас, наверное. Больные так привязчивы, так глубоки и

искренни в своих чувствах.

– Да, верно. Они умеют.

– Кажется, так уж заведено: в страдании люди искренней.

– «Конечно: искренность в людях от горя».

– Да она и осталась-то теперь только у тех, кто страдал, – Лина закрыла книгу, закончив тем самым короткий спектакль.

– Никогда не любил пьесы: там слишком много разговоров, – проворчал Кирилл.

– Люди должны разговаривать. Речь была дана нам не просто так.

– Речь была дана, чтобы люди могли договариваться. А для этого хватит и нескольких минут.

– Ты не прав, – Лина снисходительно улыбнулась, – нужно разговаривать обо всем, иначе можно сойти с ума.


***


Евгения Сергеевна сообщила Кириллу, что Лина идет на поправку. Ей уже назначали минимальное количество таблеток, физические показатели и эмоциональное состояние пришли в норму. Молодой человек ждал полного выздоровления девушки, чтобы вместе прогуляться. Кирилл хотел показать Лине любимые места в городе и его округе: плиты, тайное место для купания, стадион и другие. В одно из них он направлялся прямо сейчас, рядом бежала радостная Харли. За домом хозяин спускал собаку с поводка, чтобы она могла вдоволь нарезвиться. На плитах сидел Макс. Кирилл не ожидал увидеть друга. Обычно они договаривались о встрече на любимом месте.

– Хэй, чего не сказал, что будешь здесь? – Кирилл подошел к приятелю.

Макс сидел, подперев лицо руками, и пробубнил что-то в ответ. Кирилл подошел к другу и тряхнул его за плечо.

– Что случилось? – спросил Кирилл. На лице приятеля алели свежие раны.

– Да херня, – сморщился Макс. Была заметно, что боль от побоев еще не прошла.

– От кого отхватил?

– С отцом подрался.

– Хм, не думал, что он на такое способен.

– Способен, – Макс уставился в землю. Он явно что-то не договаривал.

– Это произошло не в первый раз?

– Это происходит постоянно, – Макс грустно усмехнулся.

Кирилл удивленно смотрел на приятеля. Они дружили очень давно, но Макс никогда не рассказывал о побоях. Его отец выглядел воспитанным человеком, который и мухи не обидит. Кирилл часто видел друга в синяках и ссадинах, но всегда списывал это на потасовки с другими парнями. Все знали вспыльчивый нрав Макса.

– Почему ты ничего не говорил?

– А чего говорить? От этого ничего бы не изменилось.

– Можно было что-то придумать.

Кирилл был потрясен и не знал, что сказать. Макс много лет хранил все в секрете, а приятель даже не догадывался, что в его семье происходит что-то нехорошее. Лишь однажды история друга показалась ему неправдоподобной. Тогда Макс повредил плечо, рана была настолько глубокой, что пришлось зашивать. На вопросы Кирилла парень отвечал сбивчиво, версии постоянно менялись. Окончательным объяснением стало якобы падение.

– Тот раз, когда тебе зашивали плечо. Это тоже твой отец?

– Да. Он тогда ударил меня статуэткой с острым краем. Слушай, Кэш, я рассказал тебе не для того, чтобы пожаловаться. Просто ты рассказал про своего отца, и это вроде как обязало меня рассказать про своего.

Ранее Кирилл упомянул в разговоре с другом об измене Романа Сергеевича. Конечно, упустив момент, кем была любовница.

– А твоя мама знает?

– Да. Я много раз просил ее уйти, но она не может. Слабая женщина, что с нее взять. Обычно доставалось только мне, а сегодня он и на нее поднял руку. Тут я уже не смог сдержаться, и мы подрались.

Теперь некоторые решения друга стали понятны Кириллу. Например, почему он не мог уехать из города. Конечно, дело было не в деньгах, без которых Макс якобы не сможет обойтись. Да и какие деньги у работника образовательного учреждения, коим являлся его отец. Кирилл должен быть догадаться раньше, что причина в чем-то другом. Макс не мог оставить маму. Он боялся за нее.

– Переночуешь у меня?

– Нет, спасибо, бро. Мама ушла сегодня к тете, я тоже пойду к ней. Она плачет, и я должен быть рядом.

– Передумаешь, приходи. Если не через дверь, то через окно. Я оставлю его открытым, – улыбнулся Кирилл.

Парень задумался, был ли он хорошим другом для Макса. Столько лет парень молчал о своих проблемах. Может, он не доверял Кириллу или же тот не давал ему возможности выговориться. Они редко правдиво отвечали на вопрос «как дела». Макс часто пытался разговорить друга, но получал уклончивые ответы. Кирилл же даже не совершал попыток. Он считал, что некоторая дистанция устраивала обоих. Молодой человек был уверен, что всех бесит, когда кто-то лезет в их личное пространство. Оказывается, иногда люди, наоборот, безмолвно просят об этом. Они бы не стали ругаться, что им лезут в душу. Ведь это бы означало, что кому-то на них не все равно.


Глава 16


Звенят осенние цикады…

Но даже сонный храп его

Нам больше никогда не слышать.

Кикаку


Максим вытащил Кирилла на площадку. Там собралась мужская часть компании, чтобы покидать мяч. Ребята увлеклись игрой, а Кирилл развалился на скамейках и читал книгу под звонкий аккомпанемент ударов мяча об асфальт. Юноша считал, что парни должны зачесть ему присутствие: пусть он и не играет с ними, но он же рядом.

– Значит, это вы испортили Крис веселье? – спросил Саня и передал Максу мяч.

– Простите, пацаны, моя девушка неудержима в гневе, – отшутился Макс. Он знал, что парни на него не сердятся. Им не пришлась по вкусу светская вечеринка Кристины. Они хотели просто попить пива.

– Это точно, – согласился Димас. Он чаще всех сталкивался с плохим настроением Леси: они жили в одной квартире, – когда Леся не в духе, к ней лучше не подходить. Особенно во время месячных.

Больше всего на свете парни боялись женских критических дней. Они считали их мощным оружием, с которым им не справится. Подходить к девушке в это время также опасно, как к человеку с заряженной бомбой.

– Она мне, кстати, сегодня целый день не отвечает на звонки. Телефон что ли потеряла, – рассказал друзьям Макс.

– Ты не в курсе? – спросил Димас и, увидев недоумение на лице приятеля, продолжил, – Вчера приходила Крис и разговаривала с нашим батей. Наверное, наговорила про тебя всякого разного, потому что батя очень сильно орал на Лесю, отобрал у нее телефон и отключил интернет. Она под домашним арестом. Мама весь день за ней следит.

– Вот же Кристина стерва, – выругался Макс.

Парень расстроился, но не стал показывать это ребятам. Он с еще большим азартом погрузился в игру. Остальным оставалось только наблюдать, как мяч раз за разом оказывается в кольце.

– Давайте, если я попаду, Саня должен будет жениться на Марине, – предложил Макс и попал мячом в кольцо.

– Все, бро, не отвертишься, – Димас постучал друга по плечу.

– Знаете, я, правда, это сделаю, – неожиданно для всех заявил Саня, – Марина нетребовательная, неревнивая, не выносит мне мозг. Она же идеальная.

– Она такая лапочка, потому что вы не встречаетесь, – заявил Димас, как самый опытный в отношениях, – как только начнете, твой мозг сразу лишиться девственности.

– Я все равно попробую, – остался при своем мнении Саня.

– Давайте, если я попаду, Киря в следующий раз железобетонно должен сыграть с нами, – Макс снова попал в кольцо, – слышишь, Кэш, я решил твою судьбу!

Кирилл отсалютовал ребятам, когда услышал свое имя, и снова погрузился в чтение романа в жанре фэнтези о волшебной стране эльфов. Книгу ему посоветовала Лина.

– Давайте, если я попаду, Макс бросит курить, – в игру вступил Димас.

– А если не попадешь, то неделю ходишь в Ритиной розовой куртке с сердечками, – внес дополнение в условия сделки Макс.

Димас не попал и выругался. Саня сбегал за мячом и подошел к кольцу.

– Если попаду, Макс три месяца будет гулять с моей собакой. Мне задолбалось вставать в шесть утра.

– Да хоть всю жизнь! – воскликнул Макс. Он был уверен в промахе Сани, потому что тот играл хуже всех. Кирилла он в расчет не брал: тот вообще умел лишь держать мяч в руках.

К всеобщему удивлению, Саня попал. Он исполнил танец победы, изобразив худшие версии лунной походки и движений робота. Теперь Максу предстояло каждый день просыпаться в пять тридцать, чтобы к шести уже вывести собаку приятеля на улицу. Саня светился от счастья.


Дома Кирилла ждал серьезный разговор. В его комнату зашел Роман Сергеевич. У него был потерянный вид. После открытия правды мужчина приезжал домой только ночевать. Он спал на диване в гостиной. Чемоданы с вещами уже неделю стояли в коридоре и не давали забыть о том, что произошло.

– Ты занят, сынок? – Роман Сергеевич стоял у двери, – Я хотел с тобой поговорить.

Больше Кирилл не воспринимал эти слова как набор звуков. Они имели значение. Он будет говорить с каждым, кто его об этом попросит.

– Давай, – пожал плечами парень.

– Завтра я переезжаю. Нашел квартиру недалеко от центра.

– Удобно, недалеко ездить на работу.

– Да, пять минут, – Роман Сергеевич провел рукой по волосам. Они у него сильно отрасли, как и щетина на лице. Надо признать, выглядел мужчина неважно, – на счет всей этой ситуации. Я по-скотски поступил с тобой и твоей мамой и прошу прощения. Конечно, мои извинения ничего не исправят, и ты имеешь полное право меня ненавидеть.

– У меня нет к тебе ненависти, пап. Я разочарован и не понимаю, зачем ты это сделал.

– Я совру, если скажу, что сам не понимаю. На самом деле все предельно ясно: мы с твоей мамой несчастливы друг с другом. Уже несколько лет. Рано или поздно мы бы развелись. Я поступил некрасиво по отношению к ней. Можно было расстаться по обоюдному согласию, но уже поздно об этом рассуждать.

– Что между вами произошло?

– Я не тот человек, который нужен твоей маме. И так было с самого начала. Она всегда пыталась меня изменить, но у нее не получилось. Я старался подстроиться, но в ее голове был образ, которому я никогда бы не смог соответствовать. Потому что я другой человек, а она даже спустя столько лет не смогла это принять. Мы часто ссорились, потом стали просто молчать, но напряжение между нами никуда не ушло.

– Хочешь сказать, виновата мама? Ты прикалываешься?

– Виноваты мы оба, что не закончили все раньше. Мы с самого начала понимали, что слишком разные, но решили попробовать жить вместе ради тебя. В итоге все равно ничего не получилось.

– Ты будешь с Кристиной?

– Конечно, нет. Это несерьезно. Она хотела новых впечатлений, а мне были нужны перемены. Я жалею о связи с ней, правда.

– Значит, у тебя теперь будет новая жизнь.

– У всех нас. Ты не переживай, перемены всегда к лучшему.

Наверное, так и было для большинства людей. Однако Кирилл не любил перемены. Ему нравилась стабильность, а неожиданные повороты выбивали его из колеи. Пусть внешне он казался спокойным, внутри него взрывались вулканы. Родители разводятся, жизнь точно не останется прежней. Они не часто проводили время вместе. Не ездили всей семьей в кино или аквапарк. У них не было уютных домашних традиций типа просмотра фильма в пятницу или совместного завтрака хрустящими вафлями в воскресение. Но они все равно они были семьей. Их было трое, а теперь нет. Потребуется немало времени, что осознать данный факт.


***


У Кирилла и Лины только завязались романтичные отношения. Пора ухаживаний и свиданий была в самом разгаре. К сожалению, проводить время вместе ребята могли только на территории больницы. В обычный час встречи, Лина вышла в парк и обнаружила Кирилла не одного. Вместе с Захаром молодой человек расставлял в ряд маленькие пластмассовые ведра. Около них стояло еще двое пациентом и с интересом наблюдали за происходящим.

– Что вы делаете? – Лина тоже не могла скрыть любопытство.

– Раз мы не можем пойти в парк развлечений, он пришел к нам. Точнее малая часть его, – Кирилл обнял девушку за талию и поцеловал в лоб, – хочу выиграть для тебя игрушку.

На скамейке Лина заметила огромного плюшевого единорога. В выборе подарков Кирилл не был оригинален. Утренняя встреча с парнями не прошла для юноши бесследно. Ему тоже захотелось поиграть в мяч, только маленький и с другой целью.

– Поехали, я слежу. Если проиграешь, игрушка достанется мне, – сообщил Захар, – ночи становятся холодными, мне нужен теплый друг.

Кирилл взял в руке пять теннисных мячей и отошел на приличное расстояние от ведер. С меткостью у парня все было в порядке. В лагере его всегда включали в команду по Снайперу с мячом, хоть он и не горел особым желанием. Лина поддерживала своего молодого человека и чмокала в щеку после каждого попадания. Кирилл ни разу не промахнулся, и с гордостью вручил единорога девушке. Другие пациенты дождались своей очереди и тоже сыграли в игру.

– Назову его Зефиром, – Лина не переставала любоваться игрушкой, – он такого же цвета.

– Мистер Зефир, обещаешь ли ты заботиться о Лине и перед сном рассказывать ей сказки? Послушай, что он говорит.

– Он согласен, – улыбнулась Лина.


На улице уже стемнело, когда к Кириллу пришел Макс. От него за километр разило алкоголем. Судя по состоянию, выпил он очень много. Кирилл убавил звук, в колонках играли Billy Talent «Tears into wine».

– Что за праздник? – спросил Кирилл.

– Да что-то я устал быть дерьмом, – Макс тяжело вздохнул.

– Ты вроде уже перестал им быть, – Кирилл, правда, заметил перемены в приятеле. Он стал более ответственным и серьезным.

– Тогда по-другому скажу: я устал приносить дерьмо другим людям.

– Это из-за Леси? Она послушалась своего отца?

– Нет, конечно, Леся никогда никого не слушает, она же бунтарка. Сегодня сбежала из дома, и мы встретились. Кристина сказала ее отцу, какой я говнюк, показала наши переписки, где я всяко ее обзываю и угрожаю. И ведь не объяснить взрослому дяде, что это было сказано в прикол.

– Кристине совсем нечем заняться.

– Короче отец Леси против наших отношений. Он сказал, не думал, что его дочь такая тупая, чтобы встречаться с таким отбросом как я. И он прав, Кэш. Я ничего не могу дать Лесе, даже любовь у меня какая-то ненормальная.

– Ее же все устраивает, зачем ты загоняешься?

– Потому что меня не устраивает. Я себя не устраиваю. Если бы я не родился, мама бы не жила с этим уродом, у Леси не было бы проблем, а ты не слушал бы мое нытье.

Макс никогда не занимался самобичеванием, по крайней мере, вслух. Кто знает, может быть, он каждый день растил ненависть к себе.

– Слушай, Леся сама сделала выбор и твоя мама тоже.

– Значит, они сделали неправильный выбор, – Макс провел рукой по волосам, с них упало на пол несколько капель. Кирилл и не заметил, что на улице шел дождь, – пойду прогуляюсь до плит.


Прождав приятеля два часа, Кирилл тоже отправился на плиты. Улицу оглушали раскаты грома: начинался дождь. В условленном месте Макса не было. Кирилл решил, что друг отправился к тете или Лесе. На звонки он не отвечал.

Юноша вернулся домой. Окно в его комнате было распахнуто настежь, из-за сильного ветра рама ударялась о стену. Лежащие на письменном столе бумаги валялись на полу. Начавшийся ливень уже успел залить подоконник. Чтобы закрыть окно, Кириллу пришлось применить силу. Ветер оказывал сопротивление и никак не хотел уходить из теплой комнаты. В конце концов, юноша справился со стихией и лег спать.

Проснулся Кирилл от звонка Леси. Девушка звонила ему второй раз в жизни. Первый раз случился перед поездкой, чтобы уточнить ее детали. Значит, что-то срочное. Молодой человек успел посмотреть на время на дисплее телефона. Было 05:13. Он принял вызов.

– Кирилл? Ты меня слышишь? – спросила Леся.

– Да, что случилось? – спросонок прохрипел Кирилл.

– Максим умер.


Глава 17


Мир быстротечен.

Дым от свечи уходит

В дыру на крыше

Мацуо Басё


Муравьи ровным строем перемещались по земле. Их точности можно было позавидовать. Кирилл кинул к насекомым бычок от сигареты. Несколько муравьев подбежали к инородному предмету, осмотрели его и вернулись в строй. Видимо, сообщили сородичам, что этот мусор не стоит их внимания. Кирилл сидел на плитах и следил за муравьиным отрядом. Он хотел заставить свой мозг сосредоточиться на наблюдении, чтобы не думать о другом. О том, что его лучший друг погиб. Они больше никогда не смогут сидеть здесь вместе, курить, разговаривать или молчать. Макс больше никогда не разбудит его, проникнув в комнату через окно, и не подшутит над его занудством. Кирилл не мог отогнать от себя нежелательные мысли. Юноша старался в деталях вспомнить первую встречу с лучшим другом. В тот день он сидел на этом же месте и делал наброски в альбоме для рисования. Вроде бы он старался изобразить человека-паука в полете или, нет, кажется, делал расчеты, чтобы заостренная маска Росомахи была симметричной. Фантазия уже начинала вносить новые штрихи в воспоминания. Кирилл занимался любимым делом, когда почувствовал, как что-то ударилось о его спину. Он решил, что ему показалось, но это снова повторилось. Парень обернулся и увидел своего одноклассника Максима. Тот не убежал, а продолжил бросать камни в Кирилла.

– Эй, ботаник, тебе не надоело учиться? – крикнул Максим и попал небольшим камешком однокласснику по голове.

– Зачем ты это делаешь? – Кирилл, действительно, не понимал цели задиры. Он привык во всем искать смысл, а здесь его не было. Даже если Максиму захотелось поиздеваться над одноклассником, то зачем это делать сейчас. Здесь не было зрителей: никто бы не похвалил парня за дерзость. Да и Кирилл не был любимой мишенью для школьных хулиганов. Они его просто не замечали.

– А тебе не нравится? Иди пожалуйся мамочке, – засмеялся Максим.

Он не прекратил каменную атаку, а подыскивал все более крупные снаряды для метания. Кирилл вдруг присел и начал собирать прилетевшие камни. Максим подумал, что одноклассник хочет ему отомстить, и занял оборонительную позицию. Только Кирилл уже потерял интерес к задире и с любопытством рассматривал каждый камешек, как ученый рассматривает редкий экспонат.

– Что ты делаешь? – спросил Максим, приблизившись к Кириллу.

– Выбираю камешки, которые будут лучше прыгать по воде. Умеешь пускать лягушек?

– Да, конечно, все умеют, – усмехнулся Максим.

– Мой рекорд – пять раз. А твой?

Так и началась их дружба. Даже в старших классах они иногда пускали лягушек по небольшой речке недалеко от плит. Сейчас бы Кирилл по собственному желанию подставил свою спину для метаний камнями. Лишь бы это означало, что при повороте он увидит друга.


Тело Максима нашли в реке. Он погиб, задохнувшись в воде. В его крови обнаружили большое количество алкоголя и наркотиков.

Кирилл выкурил еще одну сигарету и решил пройтись. Он был одет в черные брюки и синюю рубашку, в которых ходил на выпускной. Макса, он слышал, будут хоронить тоже в выпускном костюме. Им придется повозиться с пиджаком, чтобы прикрыть прожжённую сигаретой дырку у воротничка на рубашке. А, возможно, они просто ее поменяют.

Проходя мимо дома лучшего друга, Кирилл заметил Лесю. Ее отрастающий ежик не прятался, как обычно, под париком или головным убором. Молодой человек окликнул девушку.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Кирилл, – Похороны через два часа.

– Я хочу поговорить с его родителями. Хочу, чтобы они знали, что это не самоубийство. Максима не должны считать слабаком.

– Когда я видел его в последний раз, он был сильно расстроен.

– Это был несчастный случай! – девушка повысила голос, – Лил дождь, было скользко, и он сорвался с моста.

Очевидцы рассказали, что видели, как человек ходил по перилам. Одна пара остановила свою машину, чтобы спросить, не нужна ли незнакомцу помощь. Не успели они выйти из автомобиля, как парень упал в воду. Спасатели достали из реки уже мертвое тело.

– Ты считаешь, что Макс покончил с собой? – нахмурилась Леся.

– Я не знаю, – прошептал Кирилл.

– Вы знакомы столько лет, а ты его совсем не знаешь! Он бы никогда так не поступил.

Леся ушла, не заканчивая спор. Ее переполняли злость и горе, и никакие слова бы сейчас не могли изменить ее мнение. Кирилл сам не знал, чему верить. Очевидцы заявляли, что это выглядело как самоубийство: не стал бы человек без причины разгуливать по перилам моста. Однако, зная Макса, Кирилл мог предположить, что друг решил взять себя на слабо и проверить свои силы. А опьянение только прибавило ему смелости. Какой бы не была правда, СМИ ухватились за версию о самоубийстве. Наиболее пронырливым журналистам удалось раскопать некоторые факты о жизни Макса, которые и привели, на их взгляд, к трагическому исходу. «Подросток покончил с собой из-за…»: наркотиков, проблем в школе, неблагополучной ситуации в семье, расставания с девушкой. Имя Кристины мелькало во всех газетных заметках. Она не отказывалась давать комментарии по поводу случившегося. На всех фотографиях девушка имела зарёванный вид. Действительно она скорбела или нет, было неизвестно.


***


Кирилл первый раз присутствовал на похоронах. Все женщины плакали, а мужчины стоял, потупив взгляд в землю. С большинством из них Кирилл не был знаком. На Макса все-таки надели другую рубашку, даже по воротничку было заметно, что она ему велика. Наверное, нашли в отцовском гардеробе. Максим бы не одобрил выбор, но это был уже не Максим. Кирилл не мог признать в загримированной копии своего друга. Леся на похороны не пришла.

На поминках присутствующие наговорили кучу добрых слов о Максиме. Особенно заливались учителя. Кириллу хотелось крикнуть: «Что вы врете? Вы же его ненавидели!», но он сдержался. Вообще все происходящее казалось парню ненастоящим, и ему хотелось поскорее убраться отсюда. Сложнее всего было смотреть на отца друга. Тот сидел во главе стола и принимал бесконечные соболезнования. Что он чувствовал, когда целовал сына в шрамы, которые не удалось полностью скрыть гримом? Кирилл был рад только одному (если это можно назвать радостью), что Максу не придется идти по пути, который выбрал для него отец.

– Привет, – к Кириллу подошла Карина, – ужасный повод для встречи.

– Да, – парень печально улыбнулся.

– Как ты?

– Не знаю. Все так глупо.

– Если верить газетам, хуже всего приходится Кристине.

– Да, она не упускает возможности поделиться своим горем, – усмехнулся Кирилл.

Может, зря они не верили Кристине. Каждый переживает горе по-своему. В конце концов, Максим долгое время был для нее близким человеком.

– Макс часто залезал ко мне в комнату через окно, – Кирилл сделал паузу, – в ту ночь я не оставил его открытым.

– Нет, Кирилл, даже не думай об этом, – Карина обняла юношу, – Максим знал, что всегда может к тебе прийти, и ты его пустишь. Ты ни в чем не виноват.

Кириллу было нужно это услышать. Сколько раз он сам говорил эти слова. Только почему чувство вины продолжает пережевывать тебя, даже если ты не виноват? Потому что Кирилл виноват. Он знал о проблемах друга с наркотиками, но даже не попытался ему помочь. Возможно, если бы он повлиял на Макса в самом начале, в ту ночь парень бы не стал принимать запрещенные препараты. Невозможно спасти всех, но стоит хотя бы попытаться.

На экране включили слайд-шоу из фотографий. Подборку составляла Кристина, поэтому в основном попадались их с Максимом совместные снимки. На них ребята казались счастливыми.

– Макс хотел, чтобы на его похоронах я спел. Мы тогда наткнулись на статью о солдатах, которые пришли провожать друга в последний путь в платьях. У них был такой уговор. Макс сказал, что не будет заставлять меня одеваться как девчонка, а то и так ходят слухи о моей ориентации. А вот спеть я буду обязан.

– И какую песню?

– Битлз «Don’t let me down».

– Битлз? Серьезно? Зачем же он всю жизнь мучал нас рэпом.

– Может, хотел убить в себе романтика, – пожал плечами Кирилл.

– Макс умеет удивлять, – сначала Карина хотела исправить настоящее время на прошедшее, но не стала.

Кирилл кивнул. Макс, действительно, умел удивлять, а еще ободрять, смешить, рисковать, нарушать правила. Он редко жаловался, хоть судьба и была к нему порой несправедлива. Максим принимал жизнь такой, какая она есть. Даже в самом дерьмовом дне он находил что-то хорошее и учил этому других. Кирилл был уверен, что отличается от таких людей как Макс. Они большинство, которое довольствуется малым и не занимается поиском своего предназначения. Кирилл считал себя необычным, а необычным был Макс. Он мог заставить окружающих забыть о своих проблемах и начать веселиться даже во время чумы.

– Тебя подвезти? – спросил юноша, – За мной приедет папа.

– Нет, спасибо. Я здесь с другом, он на машине, – Карина кивнула в сторону.

У входной двери стоял высокий молодой человек. Его широкие плечи и уверенная поза делали его похожим на телохранителя. Он кивнул Кириллу в знак приветствия, когда тот посмотрел на него.

– Я его раньше не видел.

– Мы будем учиться в одной группе, – Карина слегка смутилась.

– Он выглядит надежным.

Ребята обнялись на прощание, и Кирилл проводил взглядом Карину и ее нового друга. Возможно, этот парень станет для девушки тем самым, и они вместе построят дом на берегу моря. Кирилл хотел, чтобы Карина была счастлива.

Молодой человек вышел на улицу. На крыльце несколько мужчин дымили сигаретами. У Кирилла тоже появилось нестерпимое желание закурить. Он спустился по ступенькам и отошел в сторону. На углу дома стояла знакомая компания.

– Киря, иди к нам, – позвал Димас.

Кирилл подошел к ребятам. Здесь были все кроме Кристины и еще одного человека. Саня стоял, приобняв Марину, которая держала в руках фляжку.

– Хочешь? – девушка протянула металлический сосуд Кириллу, – Там совсем нет крепкого алкоголя, а здесь водка.

Молодой человек сделал глоток и поморщился от жгучего напитка. Саня спросил, нет ли у него покурить. Кирилл открыл пачку, которая утром была полной, но в ней оказалась только одна сигарета.

– Нельзя отдавать последнюю сигарету, это плохая примета, – заявил Димас.

– Можно, но только лучшему другу, – уточнила Рита.

– Это сделать я уже не смогу, – Кирилл не отрывал взгляда от, как оказалось, бесполезной пачки.

– Ты, конечно, можешь положить ее на могилу Макса, но это будет слишком драматично, – пожал плечами Димас.

– Давайте выкурим ее все вместе в память о Максе, – предложил Саня.

– Это будет памятная сигарета, – улыбнулась Марина.

Каждый сделал затяжку, передавая сигарету по кругу. Клубы дыма, как призрак, летали в воздухе, поднимаясь ввысь. Может быть, Макс смотрел на них оттуда и вдыхал привычный запах своеобразной «трубки мира».

– Кстати это пачка Макса, – вспомнил Кирилл.

– Говнюк всегда знал, что нам нужно, – усмехнулся Димас.


Эпилог


Я прост. Как только

Раскрываются цветы,

Ем на завтрак рис.

Мацуо Басё


Начался новый учебный год. Одноклассники Кирилла отправились слушать скучные лекции в университет. Он же составил учебный план, чтобы успеть подготовиться к экзаменам. Его сердечная недостаточность обеспечила ему законную отсрочку от армии. Кирилл редко вспоминал о своей болезни. Возможно, она не напоминала о себе из-за отсутствия в жизни парня большой физической активности. Его любовь к ленивому времяпровождению, как нельзя лучше, гармонировала с поставленным диагнозом.

Евгения Сергеевна наблюдала за сыном и Линой из окна больничного корпуса. Ее коллега сидела за столом и заполняла бумаги.

– Меня тревожит поведение Кирилла, – поделилась своими переживаниями Евгения Сергеевна.

– Почему? Когда утром мы встретились у ворот, он выглядел, как обычно. Мы поговорили о погоде и георгинах.

– В том то и дело, он ведет себя, будто ничего не случилось. После смерти друга я ни разу не видела, чтобы он плакал.

– Ты же знаешь, все по-разному справляются с потерей.

– Когда умер его пес, Кириллу было 12, и он плакал каждый вечер. А когда из жизни ушла его бабушка, он три дня не выходил из своей комнаты. Сейчас я не могу понять, что он чувствует.

– Просто он уже взрослый и не хочет, чтобы кто-то видел его слабость, – высказала свои предположения врач, – но, конечно, тебе стоит за ним приглядывать.

Кирилл с Линой сидели на скамейке, на коленях лежали альбомы для рисования. Простые карандаши превратились в волшебные палочки в их руках. Ребята лишь на секунду отрывались от листов, чтобы взглянуть на главное здание. Они писали хорошо знакомый пейзаж. Кириллу удавалось проводить более четкие линии, чем Лине. Девушка больше внимания уделяла прорисовке цветков и листочков вьюнка, стебли которого опутали прутья решетки на одном из окон.

– Давай нарисуем твою маму в окне, – предложила Лина, – она любить следить за нами.

– Хорошая идея, – одобрил Кирилл, – можно изобразить ее в костюме шпиона. В шляпе и с лупой.

Он уже привык к повышенному вниманию матери к себе после смерти Максима. Каждый день она старалась неожиданно появиться, чтобы подловить парня во время эмоционального срыва. Пока что ей ни разу это не удалось, потому что Кирилл не позволял себе расшататься и держал все под контролем.

– Я сочувствую тебе из-за потери друга, – Лина отвлеклась от рисования.

– Спасибо, – коротко ответил Кирилл.

– Вы не так давно стали друзьями, но я знаю, что ты нравился Роме.

Кирилл поднял на Лину взгляд, в котором читалось недоумение.

– Ты о чем? Что, по-твоему, произошло?

– Мой брат погиб, сорвавшись с моста, – уверено заявила девушка, – я очень сильно по нему скучаю, как и ты. Хорошо, что мы есть друг у друга. Одна бы я не справилась.

– А помнишь моего друга Макса?

– Да, конечно. Он в порядке?

Юноша молча смотрел на Лину. Что это было? Почему она превратила две трагедии в одну? Наверное, девушка хотела разделить вместе с Кириллом его горе. Взять на себя часть боли.

– Да, он в порядке, – ответил Кирилл.

Потому что Макс должен быть в порядке, а глупая судьба снова все сделала не так. Кирилл каждый день прокручивал в голове последний разговор с лучшим другом. Мог ли он предотвратить несчастный случай? В какой момент все стало предрешено? В своих снах парень превращался в Макса и проживал его последний день. В конце он оказывался на мосту, забирался на перила и смотрел вниз на черную воду. Эта сцена ото сна ко сну менялась: иногда из реки кто-то звал на помощь, иногда его пугал гудок машины, иногда его кто-то сталкивал, а иногда он просто поскальзывался. Но всегда сон заканчивался одинаково: падением с моста вниз. Перед самой поверхностью воды Кирилл просыпался. О чем думал Макс во время полета? Пронеслась ли у него жизнь перед глазами? Или же страх заполнил все его тело с макушки до кончиков пальцев? Как можно жить, осознавая, что никогда не узнаешь ответов на эти вопросы.

Кирилл улыбнулся своей девушке. Может быть, искаженная реальность лучше действительной. Там нет страданий, страха и бесконечной печали. Неожиданно Кирилл взглянул на мир другими глазами. Здесь они с Линой вместе посещают уроки рисования. Мама спешит с работы домой, где ее ждет любящий муж и вкусный ужин. А сам Кирилл каждый вечер приходит на плиты, чтобы обсудить с лучшим другом планы на будущее. Это совершенно другой мир, намного счастливее реального. И только Кирилл может выбрать, в каком из них он предпочитает жить.



Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  •   Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17