Войны мозга. Научные споры вокруг разума и сознания [Марио Борегар] (fb2) читать постранично


Настройки текста:




Марио Борегар Войны мозга. Научные споры вокруг разума и сознания

Mario Beauregard

Brain Wars. The Scientific Battle Over the Existence of the Mind and the Proof That Will Change the Way We Live Our Lives

Copyright © 2012 by Mario Beauregard.

© Сапцина У.В., перевод, 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Вступление «Компьютер, сделанный из мяса?» Материализм и проблема разума и мозга

Будь у Декарта пудель, история философии сложилась бы иначе. Пудель бы объяснил Декарту: вопреки его учению, животные – не машины, а значит, и человеческое тело – не машина, навеки отделенная от разума…

Артур Кёстлер[1]
Очень часто, возможно, гораздо чаще, чем может показаться, самые обычные люди приобретают необъяснимый опыт, выходящий за рамки и объяснения традиционной науки.

Пациенты с больными коленями – остеоартрит, иным без трости и шагу не ступить, всем показана операция, – участвуют в исследовании. Двойной слепой метод. Одним проводят настоящую операцию, а другим «дают плацебо», то есть делают псевдооперацию. И результаты поразительны: все пациенты сообщают о значительном снижении боли, а те, кому провели «операцию-плацебо», не просто ходят, но даже играют в баскетбол.

Однажды вечером после ужина, любуясь закатом за окном гостиной, преуспевающий врач и ученый-психиатр входит в мистическое состояние озарения, в котором кажется, что время исчезает. Через несколько минут он возвращается к привычному состоянию сознания, но его жизнь меняется навсегда.

С Марией, трудовой мигранткой, случился сердечный приступ. Медики в отделении кардиологии экстренно перезапустили сердце и спасли ей жизнь. Позже, в беседе с социальным работником, Мария рассказывает: пока ее сердце не билось, она смотрела на свое тело откуда-то с потолка и видела все, что делают врачи. А потом она выглянула в окно и заметила на карнизе соседнего здания кроссовку. Любопытный социальный работник ищет эту кроссовку и находит ее именно там, – и это место никак не увидеть с больничной койки.

Что за этим стоит?

Неужели пациентов с больными коленями, которым сделали операцию-плацебо, исцелила сила их веры? Или же артроскопическая хирургия попросту зря расхвалена?

Испытал ли психиатр влияние «Всего разума» – как называл это Олдос Хаксли? Слилось ли его сознание с источником Вселенной? Или ему привиделся сон наяву?

Покидала ли Мария свое тело? Парила ли под потолком? А если нет, как же ей удалось разглядеть ту кроссовку – ведь с койки ее не увидеть?

Возможно ли такое?

Вопросам, поднятым в книге, уже много веков. Верно ли то, что мы – всего лишь развитые животные? Откуда берется наше «я»? Есть ли разница между нашим мозгом и нашим разумом, или сознанием? Что происходит с нами после гибели тела? Сознание полностью исчезает? Растворяется в пустоте? И может ли разум существовать без тела?

В последние века почти все ученые Запада работали в строгих материалистических рамках и исходили из фундаментальной предпосылки: есть только лишь материя. Эта точка зрения стала призмой, сквозь которую почти все мы воспринимаем мир, осмысливаем его, взаимодействуем с ним и судим, что верно и что – нет. Специалисты в официальной нейробиологии – такие ученые, как я, изучающие мозг и его функции, – исходят из предположения о том, что все наши паттерны мышления и психический опыт объясняются и обуславливаются электрическими импульсами в мозге. Знаменитый молекулярный биолог Фрэнсис Крик, один из первооткрывателей молекулярной структуры ДНК, высказался сурово и резко: «И сами “вы”, и ваши радости, и горести, и воспоминания, и стремления, и ваше чувство собственной личности, и свобода воли, – в сущности, не более чем поведение обширного скопления нервных клеток и молекул, из которых они состоят»[2].

И все же… на самом ли деле есть только лишь материя? Большинство людей, независимо от их религиозных убеждений, интуитивно чувствует, что наше сознание – наше «я», которое делает нас единственными в своем роде, – отделено от тела. В культурах всего мира, во все века, возникала идея о жизненном начале – о некоем средоточии разума, души и нашего «я», которое после смерти тела живет как отдельный дух или как часть мирового духа. В последние столетия ученым приходилось отодвигать в сторону свои исконные убеждения, чтобы выполнить точную и объективную работу. Да, это позволило совершить немало замечательных открытий, и благодаря этому методу мы многое обрели, но попутно наука, кажется, упустила из виду картину в целом: открытую дверь к возможности «невозможного».

С материалистической точки зрения все сущее – скопления частиц вещества. Все, что мы испытываем, – наши мысли, чувства, убеждения, намерения, ощущение «я», духовные озарения, – это итог электрохимических импульсов в мозге. И в этом мире люди, сообщающие о