Школотрон 3. Игра в кальмара [Владимир Мухин] (fb2) читать онлайн

- Школотрон 3. Игра в кальмара (а.с. Каратель в теле школьника -3) 792 Кб, 219с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Владимир Мухин

Настройки текста:



Влад Эмм Школотрон 3. Игра в кальмара


Примечания автора:

Что может быть лучше, чем спортивный праздник для школьников? Ох уж эти соревнования между подростками. Медали, грамоты, кубки и… кровавый истребитель чудовищ капитан, мать его, РАСТ!


* * *

Глава 1


Перемещение прошло очень быстро. Но для раненного, измученного тела это было то еще испытание. Я почувствовал, что подыхаю: тошнота подкатила к самому горлу, голова предательски закружилась, синяки и ссадины загорелись от адской боли.

Но это не самое главное. Я потерял зрение и стал задыхаться! Вот что по-настоящему гадко.

— Ааах, чертов педик! Ты что со мной сделал?! Скотина! — не своим голосом завопил я.

Крепкие руки схватили меня за голову, насильно открыли рот и сунули туда что-то вроде таблетки. Думать сейчас было некогда. Герман не мог меня уничтожить. Иначе, зачем спасать?

Доверившись странному чернокнижнику, я проглотил эту хрень. В животе стало гореть, мышцы сковало от судорог. Хотелось метаться в ужасе, как зверь в клетке.

Но остатками разума понял, что это восстановление. Герман дал эликсир, который залечивал раны. Он был слишком ядреным, что как раз хорошо.

Перетерпев волну адской боли, я ощутил облегчение. Оказалось, что зрение не пропало. Просто из-за черного дыма видимость резко упала.

Мы находились все в той же пещере, где я учил ломанные слова. Только сейчас это место напоминало адский котел. В смысле, больше чем раньше.

Во-первых, здесь все гудело. Во-вторых, было жарко и дымно. А в-третьих, пещеру трясло, так, что, казалось, меня раздавит, превратив в кровавую лужу.

— Что за хренова дрянь? — выпалил, поднимаясь с пола.

На голову упал потолок… Я заорал в предсмертной агонии…

Стоп, нет. Это просто мелкие камни. Но за ними могло грохнуться что-то покруче.

— Эй ты, черныш! Что тут такое?! Мы сдохнем? — перекрикивая адское гудение, завопил я.

— Да! — послышался грубый выкрик. — И еще пара городов сгорит к черту.

— Что??? Ты серьезно?!

— Иди сюда, живо! — прогремел мой наставник.

Выеживаться сейчас было глупо. Я прыгнул вперед, увернулся от увесистого булыжника, перескочил через что-то большое. Потом увидел Германа, который стоял возле дымящего алтаря.

Из камня шло что-то черное, раз в пять сильней, чем обычно. Оно упиралось в стены и потолок, отчего все тряслось. Теперь я понял проблему. Эта энергия… эрия, она и правда может сворачивать горы.

То чем мы занимались с наставником — точно не детские игры.

Руки Германа ярко светились. На груди горело что-то большое, а сам учитель был напряжен, будто поднимал ящик с зарядами.

— Что делать? — воскликнул я, и чуть не упал от очередного толчка.

— Коснись меня!

— Что?

— Дотронься… до… мен…я! Даввв…ай! — с трудом простонал Герман Граф.

Все ясно. Он хотел, чтоб мы вместе остановили эту хреновину. Но я растратил эрию в битве! Какой от меня вообще толк? Хотел об этом сказать, но лицо Германа было ужасным. Казалось, он скоро умрет.

Пришлось забить пустые мысли поглубже и схватить наставника за руку, не думая о последствиях.

Не успел сделать это, как меня затрясло. Это был удар током! Только долгий и малость странный. Будто каждую клетку тела колбасило, словно под наркотой. Показалось, что я умираю. Хотя боли почти не испытывал.

Страшное чувство усилилось, я заорал и попытался отпустить Германа. Но это сейчас не вышло. Рука к нему приросла! Мы стали одним, мать его, целым. Таких приколов я не видел. Что за чертова дурь?!

— Неэээт! Ты что, гаааад, творишь?! — вопил я, изо всех сил пытаясь отцепиться от черного мудака.

В конце концов, меня дёрнуло, бросив в сторону. В голове, в который раз за сегодня, все зашумело. Стало как-то хреново… Я понял, что сижу на полу, испытывая адскую усталость.

Потом слегка отдышался, потёр глаза, а затем поднялся на ноги. Хата Германа изменилась. Она больше не тряслась, не разваливалась. Алтарь смерти (или как там его) превратился в безобидный камень, который почти не дымил. Кругом царил беспорядок: валялись камни и пыль, были сломаны полки. Но в целом пещера не пострадала.

Я осмотрелся получше и заметил хозяина конуры, который сидел в углу. Его одежда была расстёгнута, вид потрёпанный, жалкий. В руке увесистый бокал с изображением черепа, из которого граф что-то пил.

— Очнулся, да? — сухо сказал мой наставник. — Думал, ты мертв. В первый раз всегда так.

— Не понял. Можно ещё раз и по уставу! — выпалил я, ковыляя к столу.

— Вспышка черного фонтана была слишком сильна. Раньше я мог с таким справиться. А сейчас… — сказал Герман.

— Тебе был нужен напарник, — продолжил я, занимая место напротив учителя.

— Нет. Наполовину. Даже на четверть. Любой, кто имеет контур, способный воспринимать эрию.

— Но я ж потратил все силы…

— Даже пустой контур, это не важно. Просто слегка не хватило, — эти слова Герман произнес особенно мрачно.

Ему было стыдно, что не вышло справиться одному. Пришлось подбодрить старика.

— Послушай, все не так плохо. Иногда такое случается. Выпьешь магической Виагры, и твоя эрия будет до потолка, — сказал я. Но Герман лишь отмахнулся.

— Дальше будет хуже, Лесовский, — процедил он.

— Ты с чего это взял?

Мужик расстегнул балахон; или это была другая одежда. Я не гребанный модельер. Важнее было другое. На белой, мертвой груди темнела странная татуировка в виде синеватой паутины. Я слегка обалдел, открыл рот, чтобы что-то сказать. Но Герман опередил.

— Оно убивает меня. Это не пустая болтовня. Времени остаётся мало.

Так… Значит татуха — признак какого-то рака. Герман жрал эрию пачками, а теперь загибается. Почти как у наркоманов, только наоборот. Он прожил хрен знает сколько, и лишь сейчас начал дохнуть. Что ж, эта магия не такая уж черная.

— Слушай, а если ты резко загнешься? — спросил я, ощутив неладное.

— Все может быть. Тебе надо больше занятий. Иначе не укротишь фонтан, — после этих слов Герман выпил из кружки.

Я замолчал, уставившись в одну точку. Нет, конечно, может быть всякое. Но чтобы боевой капитан дежурил возле чертова алтаря. Да… Занесла меня жизнь.

Подумав об этом, я сказал вслух другое.

— Когда можно свалить? Мы твою кастрюлю заткнули.

— Погоди. Я ещё слишком слаб.

— Вот те раз! Меня мамка ждёт и вообще.

— Позвони, — сердито процедил Герман.

— Стой, здесь, что ловит связь?

— Это всего лишь логово чернокнижника, а не глухая деревня. Почему здесь должно не ловить?

Я пожал плечами и позвонил Анне. Пришлось применить всю изворотливость, которая только была, чтоб угомонить амазонку. Сложно быть малолеткой, за которого волнуется мамка. Ещё сложнее, если ты капитан в теле школьника, плюс черный маг, плюс хрен пойми кто.

Несмотря на это я отболтался. Точнее, сбросил вызов, когда Анна обещала меня убить, если конечно найдет. Потом мы ещё посидели. Герман объяснил тонкости укрощения черной энергии, хоть я, правда, мало что понял.

Дальше было перемещение с возвращением в чертов город. Герману было хреново. Забросив меня домой, он тут же растворился в пространстве, не сказав даже слова. Это, наверно, и к лучшему. На сегодня «общения» хватит.

— Хорошо потанцевали, девчонки, — хрипло произнес я.

Направился в сторону дома. А потом осознал, что дома у меня теперь нет. Можно вернуться в отель. Только где он? Райончик совсем не знакомый. Мама вряд ли пошла в квартиру. Возможно, она мотается с амазонками, пытаясь найти меня. Может, сказать, что я в городе? Бегать сейчас смысла нет.

Думая так, я сел на ближайшую лавку. Взглянул в ночное небо и крепко задумался. Перед глазами были темные коробки домов и синюшное здание вдалеке, которое выделялось на городском фоне. Оно было богатым и странным, немного бесило меня. Хотелось пересесть так, чтоб его не видеть. Но не было ни сил, ни желания.

— Что за горящий гроб, твою мать? — тихо сказал сам себе, глядя на эту контору.

— Бизнес центр Роберта Подгорного, главный офис объединения Братство силы, — произнес в ответ женский голос.

Рывком обернулся назад. За спиной стояла Милена. Она была, как всегда, сексуальна. А ночной свет делал ее какой-то загадочной.

— Ты тут… — выдавил с огромным трудом, не ожидая ее увидеть.

— Да. Тебя вроде ищут. Не думала, что наткнусь просто так.

— И часто так тыкаешься, вообще? — продолжил спрашивать я.

Ведь само появление Милены в ночной тишине было похоже на магию.

— Люблю гулять по ночам. Спокойно. Не нужно врать. Только ты и город, наедине.

— А, это да… Тогда садись, что ли, — растерянно указал на место рядом с собой.

Милена судорожно села. Не знаю, как объяснить, но ее явно колбасило. Возможно, хотела схватить меня за шкуру и потащить в психушку. Плевать, после всего, что случилось, было совсем параллельно.

— Марк! — в какой момент выпалила женщина. — Ты ведь не простой мальчик. Расскажи о себе. Сейчас. Я обещаю, что никто не узнает.

Ха, опять та же басня. И что вот ей говорить? Нет, сейчас точно не до пламенных объяснений.

— Знаешь что, — выдавил из себя и замолк.

— Что, Марк? С тобой что-то случилось? — напряжённо спросила училка.

Я продолжал пялиться на синюшное здание, делая вид, что не слышу ее. В тот момент гора стекла и бетона разлетелась на части с чудовищным грохотом… Точнее, даже не так. Сначала взорвался фундамент с выбросом огненных клубов. Потом рассыпались первые этажи, превратившись в фейерверк осколков, будто были сделаны из тоненьких стекол. А дальше огромная глыба провалилась под землю, одновременно ломаясь на части, как талая льдина.

Когда гром затих, и пыль немного осела, я понял, что ничего не случилось. Город был тихим и сонным, здание просто исчезло, будто сработал отличный фокусник.

— Чё за хня? — вырвалось из моего рта.

Я тупо не знал, как реагировать. Милена превратилась в статую, ее будто парализовало. Женщина открыла рот и уставилась вдаль. Хм, отличный шанс, если так. Можно применить минет в лечебных целях. Ведь я неплохой психиатр. Хотя, опять же, сейчас не до этого.

Не успел так подумать, как раздался молодой голосок:

— Ух ты, ух ты, как шваркнуло! А я думал, не загорится. Провод того, отсырел.

Я дернулся в сторону крика и увидел небольшой огонек. Это был Пистон в своей каске, на которой светился фонарь.

— Ты что? Это как, рядовой? — сказал я, чуть не сдохнув от шока.

— Ты был прав. У меня не вышло найти склад с оружием. Только склад со взрывчаткой. Я, и правда, слишком никчемный, — протараторил пацан.

— Э, постой, не гони! Ты что взорвал нахрен главный дом тех ублюдков? — воскликнул я, ощущая, что медленно схожу с ума.

— Не совсем я. Пришлось нанимать грузчиков, чтоб они перевезли коробки. Ещё Виктор Николаич искал информацию в интернете.

— В канализации есть грузчики? Погоди, но Николаич это же черепаха, — все больше офигевая, выпалил я.

— А почему им там не быть? Тут не глухая деревня, — пожал плечами Пистон. — Верно, Виктор Николаич — это всего черепаха. Потому первый раз он нашел статью про динозавров, а не про детонаторы. Хотя, ладно. Я думал, что не получится. Там провод один короче, — продолжал тараторить пацан.

А я медленно прощался с собственной крышей.

— Марк! Да объясни ты уже, наконец! — гневно и немного плаксиво заорала Милена, выйдя из ступора.

— Знаешь, — туповато протянул я. — Мы встретились в странный период моей гребанной жизни.

* * *
После того, что случилось, наступило полное… ничего. Странно было бы, если б у меня в заднице вырос драконий хвост, а мать стала бы самкой тираннозавра. Только этого пока не случилось, а жизнь хреначила дальше, как ни в чем не бывало.

Как это часто бывает, после смерти Подгорного старшего и уничтожения бизнес центра, все оказались в ступоре. Никто не мог подумать, что мелкий школотрон замутил такую бучу. Сыпались идиотские версии, пустые отговорки и полный бред.

Со мной болтал психолог, говорили люди из местной полиции. На меня странно смотрели. Но больше ничего не случилось. Кстати да, о полиции. «Внезапно» оказалось, что группировка Братство силы замешана в махинациях и преступлениях.

Хотя, она теперь резко уменьшилась. Из нее вышли многие влиятельные люди, дав показания, что их (конечно же) удерживал силой Подгорный. В общем, могучий враг превратился в шкодливого щенка, который стал для всех козлом отпущения. Или опущения, кто там знает.

Бойцы, которые были связаны с Братством, тоже потеряли позиции, став обычными долбоящерами, которыми всегда были. Но если раньше их тупость подкреплялась влиятельной крышей, то теперь остались одни стены и те гнилые.

Да, это точно победа. Я мог смело ходить по улице под эпичную музыку в окружении голых красоток. Но осталась одна важная хрень. Корпорация Энерго. Я был не настолько отшиблен, чтоб забыть про Мирона — главного врага моей матери.

Неизвестно, что мог замутить этот дятел. С одной стороны, мы вернулись в квартиру. И никакие бомжи-шпионы под окнами уже не шатались. Только мог ли богатый упырь сдаться после первого поражения? Ответ ясен, как белый день. Значит, рано обливаться водкой и плясать под хиты заслуженного деятеля искусств Даниила Милохина.

Что именно делать, я пока что не знал. Готовился к войне, как обычно. Иначе капитан Раст не умеет.

Несмотря на полный трындец, все слегка устаканилось. Мы жили на старом месте, Анна по-прежнему мямлила, превратившись в наседку, Ини ныла, всех доставая. Бабка со своим бессмертным котом оставалась в деревне. А я, ясен пень, ходил в школу.

Первый день после каникул, как всегда, самый значимый. И в этот раз он был полностью мой. Не успел приблизиться к школе, как подскочили какие-то парни и поздоровались. Один из них спросил о моем дяде-маньяке. Но пацана четко толкнули в бок, чтоб заткнулся.

Возле школьного крыльца стояли высокие девки. На башку выше Марка и старше года на два, что по школьным меркам целая вечность. Обычно такие оглобли ведут себя не особо… Но тут они поклонились, сказав:

— О, привет.

Скорей всего — это было в знак уважения. Но я сейчас не повелся. Скупо поздоровался в ответ, продолжая оценивать обстановку.

На самом крыльце были бойцы. По крайне мере, они тусовались в компании Пети, пока его башка не превратилась в петарду.

Так вот, парни сделали вид, что им нужно подняться и осмотреть мусорную урну, стоящую в углу. Именно этой урной я нахлобучил гада, когда только здесь появился. Эх, драная ностальгия.

«Стойте там, петушки! Вам тут самое место».

Когда вошёл в помещение, то встретился с Дэном, который громко воскликнул:

— Ооо, Марк, мой лучший друг! Капец, как я рад тебя видеть. Давно хотел пообщаться, я сильно скучал.

— Скучают, когда в толчке сидят долго. А ты должен заниматься боевой подготовкой, сынок, — сухо ответил ему.

Дэн настолько офигел, что замер на месте, это позволило мне свалить, не слушая бред псевдо друга.

— Постой, прошу, умоляю! Ты бросаешь меня после всего, что между нами случилось? — верещал Эдвард.

Ха, быть подкаблучником — это судьба. Что ж, надо дать ему пару уроков, как обещал. Хотя, это вряд ли поможет.

Я усмехнулся, рассматривая блондинку, которую раньше не видел. Что за черт? Я вообще мало кого видел тут, в школе. Так что это все хрень. Хотя блондинка была очень эффектной. Но капитана Раста не взять белыми волосами, спадающими на пышные, чуть приподнятые холмики бюста.

Меня интересуют лишь жопы. Я ни какой-нибудь там извращенец.

Подумав об этом, чуть не столкнулся с Викой, которая пулей вылетела из-за угла. Помню тот случай в парке! Эх, будь ее зад чуть покруче… Ну да ладно, она все равно нормальная шлюха.

— Постой, я, правда, люблю тебя! Помнишь, как мы занимались сексом? — кричал какой-то пацан, гоняясь за девушкой.

Так… Значит это не Эдвард, а ухажёр Вики. Интересно, послушать. Я насторожился, чтоб слышать ответ девахи, который звучал вполне ясно:

— Антон, извини. У нас ничего с тобой не было. Я просто у тебя отсосала.

— Нееээт!

— Да. На прошлой недели. А теперь… Другая неделя. Так что это, прощай.

— Что? Почему?

— Меня сложно найти, легко потерять, и невозможно забыть…

Хах, веселуха! Быть школотроном не так уж и скучно. В приподнятом настроении я устремился к классу, где должен был начаться урок. Внезапно открылась дверь сбоку, и в меня чуть не врезалось что-то большое.


Глава 2


— Лесовский! Опять ты, Лесовский? — прогремел грозный голос.

Я замер, рассматривая Эмму Аркадьевну. Она была в больших нелепых очках, надетых, скорее, для понта, чем для улучшения зрения. В руках у нее были книги. Дамочка сжимала их, как последнюю обойму с патронами во время жестокого боя.

Точно, она ж теперь была директрисой. Где-то про это слышал. Но какая мне разница нахрен? Я спас ее шкуру недавно, хотя мог добить. Это благородный, бескорыстный, поступок. За него она должна благородно и бескорыстно отсасывать.

Так что я поздоровался, решив пройти мимо. Но у Эммы были другие планы.

— Лесовский… — загадочно процедила она. — Ты вечно путаешься у меня под ногами. Это несколько раздражает.

— Кто у кого ещё путается? — подмигнул я, припоминая тот случай в полицейском участке.

— Не понимаю, о чем ты. Хотя, это не важно. Мне недолго осталось терпеть твои выходки, — выпалила Эмма Аркадьевна.

— Что значит недолго? Умирать собрались? — улыбнулся я, не поддаваясь ее давлению.

— Хмм, ты шутник. Такой сильный, бесстрашный. Что ж, Лесовский, я драться с тобой и не буду.

Эмма вдруг улыбнулась, сменив тон разговора. Казалось, она подобрела. Но я же отличный психолог.

Сразу понял, что это блеф. Но зачем, в чем прикол? Стерва снова что-то задумала. И почему я дал эту капсулу, исцелив тупую мегеру?

Остатки психики Марка делают из меня мямлю. Помог училке, которая хотела меня уничтожить. Теперь она снова окрысилась. Вот почему врагов нужно бить, а не целовать в попку.

— Не знаю, что ты задумала, — сказал я. — Но советую это не делать.

— Директору школы сопляки не советчики, — хихикнула Эмма. Потом развернулась и быстро ушла.

Да, твою мать, у нее точно шизофрения. Но в одном эта бабка права — она старше по званию. Это плохо. Хотя на каждого тупого директора найдется своя мясорубка.

С этой мыслью я все ж добрался до класса, вошёл туда и понял, что опоздал. Задержался совсем немного, тем более не по своей воле. Так что, поздоровавшись с училкой, спокойно пошел в комнату.

Но тут меня настиг громкий вопрос:

— Лесовский, какова причина твоего опоздания?

Невзрачная полноватая баба, которая раньше не знала моей фамилии, теперь пялилась на меня, как на новогоднюю ёлку… в июле.

— Госпожа Евгения, я просто… — ответил ей, а потом пояснил, что со мной решила поболтать по душам наша директорка.

Как ни странно, это не помогло.

— Простите, Лесовский, но это явное нарушение дисциплины. Госпожа Эмма не предупреждала, что вас задержит. По причине этого я обязана сделать письменное замечание, — протараторила училка, став бездушной машиной…

— Хм, да хоть в ООН обращайся, — промямлил я, и, в конце концов, прошел на свое место.

— Слышь, отсоси! — отчётливо произнес какой-то пацан, ругаясь с соседом по парте. Ему письменных замечаний не делали.

Мне показалась странной такая хреновина. И эта странность росла с каждым уроком. Падение Братства силы, а с ним и Бойцов никак не изменили школьное общество. Мы все, в общей массе, оставались быдловатыми дураками и дурами, несущими всякий бред.

Мы доводили училок, плевали на домашнюю работу, срывали уроки. В общем, были простыми подростками, которые плюс-минус одинаковы в любом мире. А учителя (которые тоже всегда очень похожи) плевали на наше дерьмо, отрабатывая учебные часы ради галочки.

Правда, все не так просто. Эти самые «пофигисты с указками» почему-то вдруг резко проснулись, обратив внимание на меня. Всего за один день умудрился схватить два письменных замечания и одно специальное предупреждение. Кто бы мог подумать, что здесь такое бывает?!

Интересная тема! Значит, щемить слабаков по сортирам — это не нарушение правил, а невыученная домашка или отсутствие конспекта — капец, катастрофа вселенского масштаба.

Возможно, это лишь совпадение. Подростковый мозг мог специально нарисовать «образ жестокого угнетения». Только логику бывалого вояки тут не обманешь.

Под меня конкретно копали. Не сложно сказать, кто и зачем… После всего, что случилось, Эмма вдруг поняла, что я не обычный задрот, который резко взбесился. Училка ощущала мою тайную суть. Директриса боялась, пытаясь меня уничтожить. Страх сильнее ярости или жажды мести. Значит, Эмма могла пойти на крайние меры.

Хотя… выговоры и замечания — это явно не то. Или я чего-то не понимаю?

После первого учебного дня на меня бросилась мамка, во всех красках рассказывая, как звонили со школы, жалуясь на мое поведение.

Меня это малость насторожило. Но все самое страшное случилось дня через три, когда количество выговоров, замечаний, предупреждений стало таким большим, как число прыщей на лице у подростка.

Тогда меня сняли с урока охранники. Они повели куда-то по длинным коридорам. Нет, не в кабинет директрисы, отделанный в лучшем виде. На сей раз, меня толкнули в простую тесную комнату, где сидел жирный краснощёкий мужик с идиотским портфелем и маленькими усами.

Это был чертов психолог. Точнее, особый психолог. Он работал с трудными подростками. Я видел его пару раз в своей жизни, и этот тип меня жутко бесил.

На последней беседе я был мягче, чем сиськи толстухи. Удалось убедить щекастого, что все норм. А теперь он снова вернулся. Не сложно угадать почему.

— Проходи в кабинет, Марк Лесовский. Садись вот сюда, — туповато пропел жирный дятел. — Ох, монеты-кабинеты, вечно мне предоставляют самые непотребные помещения.

Мужик с горечью ковырнул лак на столе, который всюду отапливался.

— Ага, — сказал я, и сел на скрипучий стул, предвкушая недоброе.

— Что ж, Марк, как твое самочувствие? Душевное, я имею ввиду, — раздался первый вопрос.

— Самочувствие, как у солдата в казарме. Выполняю приказы, хочу домой, — ответил как можно безобиднее, что вызвало улыбку психолога.

— Значит, получается, что нормально?

— Еще лучше, командир. Готов душить врага хоть до ночи.

— Весело, весело… Ты такой живчик, Марк, — с этими словами странный тип достал из портфеля бумаги.

— Могу идти выполнять учебную задачу? — отчеканил я, хотя чувствовал что-то неладное. И это чувство не подвело.

— Эээ, задачу? Решишь задачу успеешь, — смущенно выдавил дядька, а потом сказал чуть погроме. — Ты осознаешь то, что вокруг происходит?

— Да, — сухо бросил в ответ, понимая, что шутки тут не уместны.

— Значит, ты… — мужик порылся в бумагах, уставился в один из листов и начал зачитывать: — Ты совершил попытку сорвать урок, выразился нецензурно в присутствии учителя, опоздал на занятия три раза за два дня, угрожал расправой… расправой… В общем, вот так.

— Что? Это бред! — крикнул я, с трудом удержавшись от крепких словечек.

Мужик стал на меня пялиться… Сначала хотелось плюнуть в этот жирный хлебальник. Но тут стало ясно, что дядька не полный упырь.

— Возможно, Лесовский, возможно, — скорбно покачал головой. — Я решительно ничего не понимаю.

— Чего вы… не понимаете? — прищурился я.

— На учеников многих школ (особенно экономного сегмента) частенько поступают жалобы, — психолог смущенно кашлянул, и неловко продолжил. — Учителя, руководство тех заведений… Они, так сказать, пытаются все решить. А тут…

— Меня топят, — продолжил я.

— Да. Все твои проступки как будто специально выставляются напоказ, чтоб собрать негативное досье. Знаешь ли, плохую характеристику. Причем, нет лишних слов о репутации школы и о страхе перед проверками. Возможно, я слишком глуп. Но не может один ученик вести себя слишком плохо. Должна быть, как минимум, группа. Среда, понимаешь ли, разлагающая личность ученика.

Психолог посмотрел в бумаги, будто бы разучился читать. Казалось, он был в полном шоке.

Ясное дело, что это подстава. Эмма решила меня взять без боя, просто закидав разным мусором. Но что толку с ее доносов? Почему усатый так офигел?

— Э… слушайте, погодите. Я сам своего рода, психолог. Так что хочу понять, — сказал я, стараясь во всем разобраться. — На меня пишут хрень, это ясно. Но что дальше? Какие проблемы вообще?

— Проблемы! — воскликнул дядька, будто его разбудили. — Да… они могут возникнуть. Если твое поведение не улучшится, то будет принято решение, что ты, к сожалению, не имеешь возможности обучаться в общественном учебном заведении. Тогда может быть решено перевести тебя в школу иного характера.

— То есть в психушку?

— Нет, просто в… другую.

— А если и там не заладится? — прикусил губу я.

— Не знаю. До этого редко доходит, — пожал плечами мужик.

— Но если вдруг как-то дойдет, — не унимался я.

— Если так, то имеется вероятность помещения неконтролируемого подростка в охраняемое учреждение на неопределенное время.

Вот оно как! Так и знал. Пока дрался с крутым врагом, мелкая крыса пробралась в штанину и укусила за член.

Это будет страшнее Мирона с гребанным Братством силы. Почему? Да потому что я понятия не имею, что с этим делать. Это не силовая атака, которую можно отбить; скорее интриги, законы и всякие правила.

Я, конечно, отличный юрист. Но это уже перебор. Эмма подговорила училок. Любое мое действие (особенно агрессивное) будет тут же записано. И будь я хоть командиром полка, не смогу изменить ситуацию.

— Марк Лесовский? Уважаемый ученииик! — послышался голос будто издалека.

Похоже, я выпал из разговора, думая о своем. Сейчас, это очень хреново.

— Да, слушаю вас, господин, — улыбнулся, старясь показать всю нормальность, которая у меня только была.

— Марк, я вижу, что ты не плохой. Мы можем вести диалог и находить взаимопонимание. Это отлично, — улыбнувшись, сказал усач, но тут же стал грустным.

— Иии? Что с того? Значит, мне ничего не грозит?

— Ох, не совсем. Вот это (мужик указал на бумаги) важнее глаз и ушей. Материал, увы, медленно копится. Я постараюсь сделать все, чтоб остановить это дело. Но… ты сам понимаешь. Спасибо за беседу, Лесовский. Ты… специфический мальчик.

— Но мне не место в психушке!

— Разумеется, да. Мы этого не допустим. Можешь идти на учебу.

Последние слова дядька сказал как-то торжественно. Он хотел показать, что все в норме. Только я понимал обстановку. И она была против меня.

Опять надо что-то решать. Да уж… к такой войне я пока не готов!

Когда вышел из кабинета, ко мне снова прилипли два бугая. Они проводили в класс, где заканчивался скучный урок.

— Разрешите присутствовать, госпожа. Прошу позволения пройти на свое место походным шагом без предварительного письменного уведомления, — сказал, когда пересек порог класса.

— Чтооо? — удивилась училка. — Садись, конечно, в чем дело?

— В том, что кто-то стоит раком и строчит говненые доносы за каждый неправильный пук, — сказал я.

Но сделал это так, чтобы было не слышно. На первых рядах кто-то прыснул от смеха, не получив, кстати сказать, замечания. Училка поморщилась, не разобрав слов, и продолжила рыться в учебнике.

Я отправился на место. Воевать с ней сейчас было бы глупо. Правда, новая угроза опять долбанула по яйцам в самый не подходящий момент.

— Ха, на всю голову стукнутый. Лесовский — маньячина, педофил мелкий, — послышался шепот, который я с трудом разобрал.

Резко повернул голову и заметил рослого пацана, которого вроде звали Виталик. Он широко улыбался и шептал обо мне гадости конопатой соседке по парте.

— Перестань, отвали, — зло прошипела девчонка.

Паренек увидел, что я смотрю и прошамкал губами «иди на…».

— Хех, иду, — тихо выдохнул я.

При этом долбанул эрией, отчего пацан ахнул, схватившись за голову.

— Тимченко, ты чего? — воскликнула наша училка.

— На луну воет, он типа оборотень!

— Ты вообще заглохни, Сосанин!

— Эээ, на кого бочку катишь…

Я, наконец, занял чертово место. Но в душе поселилось что-то странное, неприятное. Эмма не только пишет доносы, настроив учителей против меня.

Она еще подрывает авторитет, который удалось заработать в боях. Если так пойдет дальше, то все решат, что я черт. Когда человека прессуют, его репутация падает. Пусть даже это сто раз несправедливо.

С физическим прессингом я разобрался. Так еще пол школы от ублюдков избавил. Но как быть с другим видом шняги? С этим… даже не могу сказать, с чем конкретно.

Короче, Эмма знала, как бить. Она нашла болевую точку, которую мне не закрыть. Остается только смириться, признав поражение.

Но этот для кретинов. А я — гребанный, мать его за ногу в рот… Капитан! РАСТ!

После встречи с жирдяем я решил затаиться. Пусть крысы и дальше пишут сортирные манускрипты. Надо вести себя адекватно, чтоб такого дерьма копилось как можно меньше.

Это еще не все. Я пытался навести справки об Эмме Аркадьевне. Лучшая оборона сейчас — контратака. Так что надо бить ее же оружием.

К тому же, хотел применить деньги, которых осталось не мало. Вдруг можно нанять адвоката или помощника, подкупить кого надо, где надо. Бабки решают все, пусть мир хоть сто раз магический.

Кроме того, попытался связаться с японкой. Могучий клан азиатов вполне мог все исправить. Правда, Мияко куда-то свалила. У нее были курсы в другом городе, неизвестно зачем.

И чтоб привлечь на свою сторону хоть кого-то, я ненавязчиво подкатил к Эдварду. А что, он тоже не бедный чувак. Несмотря на все имеет хорошее раскрытие магии, плюс крутой статус.

Как и следовало ожидать, «цветочник» начал выпендриваться. Он попросил помощи в отношениях с азиаткой, после чего обещал точно подумать. Блин, прям как баба.

Но я и сам хотел дать пару уроков. Так что это не самое страшное.

Потому, после учебного дня мы встретились в саду за школой, где я предстал в роли гуру пикапа. Хотя, почему предстал? Я ведь таким и был.

Лекция о покорении баб путем массированного штурма по флангам продвигалась очень успешно. Эдвард сидел на лавке и впитывал информацию, словно губка. То и дело он задавал вопросы, на которые получал профессиональные ответы великого мастера, а то есть меня.

— Погоди, Марк, постой! Ты уверен, что в женщине главное… пятая точка…? — мямлил парень, краснея.

— Точка может быть только одна — огневая. А при штурме бабской вагины необходимо обращать внимание только на жопу. Запомни, что сиськи для геев! Только сосунок сосет сиськи.

— А ноги?

— Хммм, они связаны с жопой, но будут всегда ниже рангом.

— Постой! — нервно воскликнул воспитанник. — А как же душа, любовь? Разве девушек не надо покорять стихами и прогулками под луной?

— Стихи — это хорошо, колокольчик.

— Лотос.

— Да какая разница, нафиг! Так вот — стихи, это всегда хорошо, но они не стимулируют клитор.

— Стой, ты о чем?

— Ооо, все серьезно запущено. Хорошо, что я отличный специалист как раз по запущенным случаям.

Короче, пришлось потрудиться. Эдвард не имел сексуальной подготовки, настолько, что даже легкая стычка с врагом, точней с бабой, могла обернуться провалом. Пришлось объяснить очень многое, начиная от техники поцелуя с языком, кончая тройным кремовым бутербродом под наркотическим приходом. Хотя последнее, пока рановато…

Главное то, что Эдвард хотел учиться. Он готов был постигать науку всеми клетками мозга. После лекции паренек даже выругался, как заправский каратель и хотел потренировать ягодичный ущип второй степени. Но, по понятным причинам, в спаринге было отказано.

Спустя какое-то время, я закончил передавать свою мудрость. Тут влюбленный Ромео стал грустным и, взглянув на меня, тихо промямлил:

— Не знаю, где ты это все прочитал, но ты действительно много знаешь. Жаль, что я все еще не готов. Понятия не имею, что ей сказать, когда встретимся.

— Ты не знаешь, что сказать своей китаянке, чтоб ее великая стена пала? — крутя во рту вялую травинку, процедил я. — Ничего, солдат, сейчас ты получишь лучшее объяснение с женщиной за всю историю войн, точней отношений.

— Неужели это, правда поможет?! — воскликнул несчастный зануда.

— Верь мне и слушай сюда…


Глава 3


— Посмотри на меня, как следует, краля! Раздвинь руками хлебало, чтобы видеть получше. Перед тобой, мать твою, гребанный идеал мужика. Мой член круче отбойного молотка. Его можно выставлять в музее, как экспонат будущего. За мной охотятся мохнатки со всего города. Но я выбрал тебя, сечешь тему? Ты самая счастливая манда во всем мире. Так что показывай жопу. Это не просьба, это приказ, рядовая. Теперь ты будешь трахаться только со мной. Становись буквой «Г» и не крякай, — сказал я, стараясь придать как можно больше чувств этой речи.

Эдвард оценил старания, настолько, что чуть не грохнулся с лавки, широко открыв рот.

— Ты уверен, Марк… то, что это сработает? — выдавил паренек, после длительной паузы.

— Да, салага, верь своему командиру…

Я не успел закончить, потому что в кустах кто-то грустно вздохнул. Да так, будто похоронил всех своих родственников в одной могиле.

Стало не по себе. Интуиция дала четкий сигнал. И забыв о преподавательском долге, я бросился в сторону звука.

— Марк, ты куда? Может, не зря про него говорят… — простонал за спиной мой воспитанник.

Я кинул его, это плохо. Но что поделать, если ведётся война? И вражеский шпион меня круто засек. Я проскочил несколько метров, рванулся через кусты, где подвернул ногу. Выбежал из них, чуть не упал, а дальше столкнулся с Ариной.

Молодая жирная училка, которая на меня раньше бросалась. Конечно, кто б мог подумать! Правая рука Эммы Аркадьевны. И сколько ещё таких сраных «конечностей»? Походу, каждый мой шаг под контролем.

— Лесовский, а почему ты домой не идешь? — строго спросила шпионка. Она явно играла на публику. Я сразу почуял растерянность…

— Ничего, просто так. У меня дети дома не плачут. Хожу, свежим воздухом дышу, загораю, — протараторил, наступая на женщину. Она, в свою очередь, отошла.

— Загораешь? Эээ сейчас осень, — хихикнула дамочка, указав на желтеющий куст.

— И чего? Нельзя что ли? Календарь загару не помеха, — ответил я, при этом заметил, что женщина прячет в руке нечто белое.

— Что ж… Лесовский. Тогда загорай, я не знаю, — пожала плечами толстуха.

— Ты тоже, подруга. Но сначала скажи, что тут делаешь?

— Ничего. Просто так. Как ты можешь так разговаривать?! Я вообще-то учитель!

Арина попыталась орать, но у нее это явно не вышло. Она чувствовала, что я все понял. А на воре трусы горят, как известно.

— Учитель или дятел-стукач? Мне что, со своим другом нельзя пообщаться? Или я должен по струнке ходить, как в казарме?

— Это не общение, Марк! — выпалила училка, но тут же зажала рот свободной рукой.

— То есть, ты все подслушала? — прищурился я.

— Лесовский! Прекращай этот цирк! Требую соблюдать школьную субординацию, — деловито подняла палец вверх «барабанщица».

«Ладно, я тебя сейчас от суббординирую. Будешь знать, как стучать».

— Уважаемая госпожа Арина, — торжественно произнес я, пустив в ход эрию. — Прошу вас сказать мне, если хотите, зачем вы подслушали наш разговор?

— А… Кха-кхе, это что? Лесовский, магия твоя эта что ли? — промычала училка.

Было заметно, что головка у нее явно бо-бо.

— У меня нет магии, госпожа, — по слогам процедил я. — Раскрытие — ноль, магический поток тоже ноль.

— Нет… Все не так. Ты убийца, ты болен.

— Болен? Не знаю. Вроде чувствую себя огурцом. В отличие от всяких шалав!

— Марк… Не надо… Ты не… Того, — выпалила Арина, продолжая медленно отступать.

Из носа у нее потекла струйка крови. Хотелось взорвать ей башку. Немного напрячься и… Бах! Как тем бандюгам Подгорного, как тому чёртову Пете.

Но я знал, что это не выход. Потому немного остыл, взяв себя в руки. В тот момент Арина обо что-то споткнулась и села на жопу, а ее платье раздулось, как парашют.

— Лесовский… Ахх, ты заплатишь. Таких как ты надо, — воскликнула женщина, вытирая кровь на лице.

— Чччшшш, молчи. Тихо-тихо, подруга, — вежливо пропел я, заметив, как лист бумаги выпал из пухлой ладони.

Я его тут же поднял (благо, наклоняться было легко) и стал бегло читать.

«Так, так, так… Ругался нецензурной бранью. Призывал к насилию на территории школы. Пытался создать хулиганскую банду. Зашибись, типичный петушиный донос. Она явно быдло, не смыслящая в психологии. А про банду просто капец! Значит, здоровенные бугаи, прессующие мелких детей — это не банда. А мы с Эдвардом все — террористы мирового масштаба, плетущие заговор. Самое страшное, что в это поверят. Как сказал тот жирдяй — бумага важнее всего».

— Значит я монстр, которого надо поджарить, — сказал, закончив читать.

— Ты хуже. Ты неисправимый вообще, — воскликнула Арина, медленно поднимаясь на ноги.

— Что ж, хрен бы с ним, — сухо отозвался я, мелко порвал бумажку и кинул клочки в сторону, на вялую траву.

Болтать дальше не было смысла. Я направился прочь, чувствуя, что грядет новая битва.

Победа над жиробаской придала мне уверенности. Хотелось запугать училок, переманив на свою сторону. А с другой стороны, это тоже не выход.

Аркадьевна теперь ждет насилия, подкупа или другой грязи. Вообще, случай с Ариной был провокацией. К счастью, я не повелся, и не прикончил училку.

Да уж, попал в окружение. Каждый шаг по школе давался с трудом. Казалось, повсюду шпионы. Что говорить, я стал реже ругаться матом! А это признак проблем с башкой.

Нужно было решать задачу, но здравых вариантов не наблюдалось. Новые учебные дни несли новые замечания, проблемы и заморочки.

Пока все кончалось доносами, которые не на что не влияли. Только я помнил ту встречу с психологом, и знал, что так продолжаться не может. Если ничего не придумать, то к концу осени можно оказаться в тюряге или в бегах, воюя со всей местной властью.

Ломая голову, я шел по школьному коридору. Хотелось бросить учебу, забыв о развитии, и стать… да хоть тем же солдатом. Здесь должна же быть армия. Вряд ли рядовому бойцу нужно образование. Хотя нет, без диплома можно остаться рядовым до седого лобка.

Тогда завалить эту Эмму? Почему бы и нет! Я стольких уже покосил. А вдруг она подготовилась; и если я ее замочу, жахнет что-то серьезное.

Я прошел нужный мне кабинет, глядя в пол, как придурок. Вдруг что-то толкнуло в плечо, причем очень грубо. Это был сутулый пацан, который пронесся мимо меня, как ракета.

«Так, вообще уже в хрен не ставят! Может, вы меня опять в толчке прессанете?!»

— Э, козел! — крикнул я. — Щас по сраке получишь! Башку оторву!

Я выпалил это, не думая. Вырвалось как-то само. В последнее время, все очень бесило, потому сдерживать себя было сложно, что стало большой ошибкой.

— Так, Лесовский, нецензурная брать и угрозы. В который раз за последнее время, — проскрипел кто-то.

Этот дебильный голос я узнал бы из тысячи. Опять эта сраная Эмма! Она будто из воздуха появилась. Было ясно, чего хочет грымза. Что б ее обломать, я весело усмехнулся и спокойно (насколько возможно) сказал:

— Не понимаю, в чем дело. Я ничего такого не говорил.

— Может быть, но я сама это слышала, — деловито ответила женщина.

— Ну… Госпожа Эмма, мало ли кто что услышал. Я, может, слышу, что вы помойная крыса. И что? Не поддаваться же этому глюку.

— Ооо, Лесовский, ты прав. Голословные обвинения плохо работают. Прямые доказательства куда лучше.

С этими словами Эмма потрясла телефоном у меня возле носа.

— Эй, это что?

— Запись твоего непристойного вопля. Там (она показала наверх) дадут свою оценку, не сомневайся.

Блин, не знал, что местные окнеты могут записывать звук. Может, у меня просто плохая модель? Ну да, телефон-то так и не поменял. Ладно, это, конечно фигня. Куда важнее другое.

— Отличный удар, — процедил, глядя на Эмму. — Ты все подстроила, тварь.

— Что? Как ты меня назвал? — хихикнула женщина. — Марк, ты ведешь себя как-то странно. Уж не хочешь ли ты… применить физическое насилие к директору школы?

«Хочу, еще, как блин хочу! Конечно же, это ловушка! Плевать, пусть меня упекут на пожизненное. Но я завалю скотину здесь и сейчас. Лучше б меня пытали паяльником, чем эти интриги-хериги, которые длятся неделями».

Я ничего не сказал, лишь начал идти вперед, ощущая, как каждая клетка тела взрывается от жуткого гнева.

— ВРИО директору школу, госпожа. Очень «врио», — звякнуло позади.

Стальной суховатый голос, как у злодея из старого фильма. Фух, ну хоть раз мне помог. Зашибись, как раз вовремя!

Сомнений не оставалось. Сюда подошел чертов Герман. Он как всегда был в костюме дьявола и пялился на нас, как на говно. На Эмму немного говнее или мне показалось…

— Господин Герман! — ахнула женщина. — Вы уволены и не имеете права появляться на территории учебного заведения.

— С удовольствием… госпожа, без проблем. Но Совет по делам образования счел ваш приказ недостаточно обоснованным. Пока идет разбирательство, мне предписано оставаться на прежнем месте работы, — холодно отчеканил Граф.

— Бумаги? — взвизгнула Эмма.

— Пакет документов в наличии.

— Хм, что ж… вы работайте. Но знайте, что чернокнижникам здесь не место! — подняла палец женщина, будто делала важное заявление.

— Тогда змеям и червям тоже, — эхом откликнулся Герман.

— Что?! Это вы о ком говорите??? — краснея, воскликнула училка.

— О змеях и… червяках. Или вы не расслышали? — спокойно произнес Герман, сверля женщину взглядом.

В тот момент, Эмма охнула и выронила из рук телефон. Это вышло случайно… или… Короче не важно. Главное, что пол в этом месте оказался слишком уж твердым. А навороченный аппарат директрисы слишком хрупким.

Дамочка успела лишь ахнуть, кинувшись вниз. Секунду спустя, в ее руках оказался треснувший аппарат, который уже не включался.

— Ах, как же так? Он что? Он совсем… — твердила Эмма, крутя телефон в руках. — Это вы во всем виноваты! Это ваших рук дело!

— Позвольте, госпожа, мои руки вот здесь, — холодно улыбнулся «черныш».

— Как? Да вы это! Я вас знаете что…

— Уходите.

— Почему? Для чего?

— У вас много дел. Вам пора. До свидания, рад был поговорить.

Стальные слова наставника проникли Эмме в мозги. Она прошипела что-то ругательное и бросилась прочь, словно убегала от монстра.

Это было отлично! Ненасильственная резня или даже не знаю. Я пялился, как завороженный. Таких спектаклей раньше точно не видел.

— Что стоишь? Ты глупец! — плюнул в меня резкими словами наставник. — Умей думать мозгами. Сколько можно учить.

— Спасибо… — с трудом выдавил я. — Это надо, попробую.

— Надо делать, а не пробовать, ясно? — я одобрительно кивнул, потому что маг реально был прав. Тогда он вздохнул и продолжил: — Сегодня после уроков, на заднем дворе. Покажу тебе кое-что важное.

Как понять, важное? Он о наших пещерных делах или есть еще что-то? Короче, я затупил и чуть не задал кучу вопросов.

Граф понял, что болтать тут бессмысленно. Окинул меня взглядом и быстро направился прочь, не давая сморозить фигню.

— Точно, блин, вопросы есть только у педиков. Сам же солдат учил, — процедил я, осмотревшись по сторонам.

Ничего не оставалось делать, как отправиться на урок, куда, кстати, я в очередной раз опоздал.

«Плевать! Пусть пишут хоть генералу! Не собираюсь скакать, как сайгак» — подумал, идя размеренным шагом.

Черт, Герман мне очень помог. Если б не он, Эмма б отправилась в гроб. В отличие от прошлого директора она отлично все подготовила. Значит, я мог серьезно попасть.

— Погоди, это приглашение на школьную олимпиаду по случаю сбора урожая.

— Ага, так и есть! А ты чуть не выбросила!

— Эй, сама сказала, чтоб не было лишнего.

— Вот именно, лишнего, но не пригласительной грамоты!

Услышав это, я замер. В кабинете с приоткрытой дверью болтали две бабы. Казалось бы, что тут такого? Только я почуял кое-что странное.

Тело как будто свело. Хотелось узнать подробности. Все равно меня отымеют, какой смысл бежать и трястись?

Я прижался к стене, подойдя чуть поближе. Наступила полная тишина, которую прервал женский вопль:

— Ха, шутишь тоже! Эта грамота — просто формальность. Мы не участвуем в спортивных мероприятиях, сама знаешь.

— Тогда почему сразу не выбросить?

— Ты сегодня чего, пила что ли? Рассмотрение школьного совета, резолюция там, все такое.

— Один бред сивой кобылы.

— Не бред! А работа…

— Ага, для идиотов.

Женщины весело рассмеялись, а у меня в башке появилась куча вопросов. Что за олимпиада такая? Если спорт, то неплохо. Учеба с хитрой войной меня доконали.

Хотелось слегка оторваться. Тело Марка могло неплохо себя показать в легкой атлетике. Я много тренировался, так что могу что-то выиграть. На этот раз без взрыва башки или с ним, как получится.

Короче, тема тут стоящая. Но почему тогда мы не участвуем? Может, за проигрыш школу закроют? Не, это бред. Или Эмма не хочет поднимать свою жопу? Только это было еще до нее. Они сказали, что мы вечно отказывались.

— Хмм, — невольно процедил я, отходя от двери.

«Как бы это разведать? Спросить напрямую у секретарш слишком глупо. Может, Эдвард что знает или Дэн, в крайнем случае?»

Я потер лицо в знак полного недоумения. Хотел идти на урок, но сзади кто-то подкрался. Не успел обернуться, как меня назвали по имени.

— Марк! Марк Весовский! Тот самый лох! Это круто.

Я вздрогнул от неожиданности. За мной стоял пацан ростом еще ниже Марка. Форма на нем нелепо висела. На голове красовались длинные волосы, заплетенные в тонкие косички, как у странного репера.

— За лоха можно ответить, ты… спаниель, — тихо процедил я, готовясь к бою.

Тогда парень расплылся в улыбке и протянул ручку для письма.

— Блин, чувак, ты чего?! Я, короче, прям твой фанат. Во, держи это…

Так, он сделал подарок. Дорогой, судя по меркам здешнего мира.

— Кто ты такой? — произнес по слогам, принимая презент.

— А, блин, я этот… Жора с Б2. Большой Жо, если так.

— Позывной по рации что ли?

— Не, кликуха моя в разговорном клубе.

— Где, твою мать? — стало ясно, что пацан мне вреда не желает. Но он слишком странный, хотя кто бы тут говорил.

— Ну, мы под музыку разговариваем. Это такое искусство.

Так и знал, чертов репер. Среди реперов тоже есть хорошие воины. Так что нет смысла злиться. Он давно учится в школе, так еще на богатом потоке. Вполне может знать, что за игры здесь вечно проводят.

Я подошел чуть поближе, пытаясь изобразить дружелюбие. Но Жорик опередил, воскликнув скороговоркой:

— Марк, это правда, что ты десятерых положил, когда они твою мамку поймали? Ты был лохом, но поднялся до самых высот, ты прохавал жизнь с самого низа. Теперь не один чмырь тебе не помеха, ты валишь упырей для потехи…

— Эээ, погоди, не ори, — попытался сказать я, только было уже слишком поздно.

— Замолчите, вы, неучи! Шатаются по коридорам вместо уроков! — прогремел истеричный крик из открытого кабинета, затем громко хлопнула дверь.

— Блин, опять угнетение свободы людей! Картонный мир победил! — обиженно закричал Жорик.

— Тихо… Тихо… Заткнись! — зашипел я, хватая под руку звезду магического репа.

Пришлось силой тащить его от кабинета, после чего, пацан пошел сам.

— Слышь, а это правда, что ты дома им пожог! Говорят, у тебя дома склад оружия и горючки! — не унимался чувак.

— Дома? Мелко плаваешь. Я им жопы поотрывал, как гребанным муравьям, — сдержанно ответил ему. — Ты лучше вот что скажи, говорят, Олимпиада тут намечается. Это что за тема такая?

— Ха, блин, обычная хрень. Ты что, что ль не знаешь?

— Не знаю, конечно. Я же был лохом… Ты, это, давай, не томи.

Жорик промычал что-то невнятное. Но потом одумался и начал болтать.

Как оказалось, школы нашего городка соревнуются между собой, как в простом, так и в магическом спорте. За победу платят деньги, повышают статус и все такое.

Можно неплохо развлечься, так еще и приз отхватить. Короче, все в шоколаде. Только школ участвует мало. Причем, бедных среди них вообще нет.

— Погоди, — сказал я, когда дошли до конца коридора. — Если все как по нотам, почему мы всегда в стороне?

— Чувак, блин, ты че?! Если мы туда впишемся, будет много проверок. Там сразу эти прискочат, потом те подвалят и все. Если что не так, могут директора скинуть. А у нас тут вообще беспредел. Кому охота ну это, чтобы было того? Ну, ты понял.

— Понял! — воскликнул я. — Еще как, нахрен, понял.

— Слышь, а ты, правда, одному мудаку кадык вырезал? Прямо это, ложкой столовой?

— Нет… вроде вилкой, — отрешенно промямлил я.

— Ха, ну ты змей!

— Я-то, как раз человек. Но змею одну придушу, — сказал, уходя от поклонника.

Он, было, бросился следом. Пришлось отшить и выйти на улицу, забыв об учебе.

Мы должны участвовать в этих играх! Это лучший шанс разобраться с Эммой Аркадьевной. Как только туда попаду, сделаю все, чтоб привлечь внимание к нашей школе.

Бить врага его же оружием! Гениальная стратегия капитана Раста. Только как бы провернуть эту тему…


Глава 4


На урок я так и не сунулся. Бродил по школе, как призрак, разрабатывая план действий. Какого хрена быть лучше? Меня ж и так закопают…

Так вот, плюнув на все законы, я игнорил уроки. При этом вспомнил про харю — артефакт, меняющий внешность, который Герман ещё не забрал.

Надо понять, как Эмма пошлет отказ. Скорей всего, она поедет куда-то. Если соревнования такие серьезные, то одной отписки окажется мало. Значит, я могу применить маскировку. Стоп, а голос? Артефакт не может его подделать.

С этой мыслью я поднялся по лестнице, и понял, что нахожусь на третьем этаже, где начинается богатый сегмент заведения. Плевать. Буду шататься и дальше, пока не прогонят.

— Ай, черт! Что за… — чуть не врезался в училку, идущую мне навстречу. Ах, это была Милена.

— Марк? — поправляя волосы, спросила она.

Хм, лучше б поправила сиськи. Они вроде как сидели неровно под красной кофтой.

— Он самый, — подмигнул я. — Так, идем со мной, быстро! — Отчеканила женщина.

Не сложно догадаться, что именно ей было надо. Тогда ночью я ничего не ответил. А красотка не любила сдаваться, потому решила меня допросить, чтоб получить все и сразу.

Урок ещё не закончился, в школе царит тишина. Отличное время для откровений.

Именно так я и думал. Устал врать и отнекиваться. Пусть хоть кто-то в этом мирке знает правду. Плевать, что там дальше. Думаю, хуже, чем есть, уже явно не станет. К тому же, у меня созрел четкий план. Он не относился к основной битве, но все равно был значимым делом.

Мы вошли в кабинет, который выглядел чисто, прилично, но не имел при этом особых роскошеств. Я заметил большой стол и кресло. На столе планшет с папкой бумаг. Компьютера не наблюдалось. Зато было окно с отличным видом на лес и городские высотки.

Да… Милка же малость наказана. Или все учительские кабинеты такие? Сама школа не особо крутая, кроме «директорской казармы».

Милена прошла вглубь помещения, но садиться не стала. Вместо этого, она облокотилась о стол своей супер попкой и взглянула на меня как-то жалобно.

— Никогда б не подумала, что буду так бегать за школьником, — тихо процедила она, а потом чуть погромче добавила: — Давай, ну рассказывай. Поверь, так тебе станет лучше.

— Как лучше? — спросил, пожирая училку глазами.

— Облегчишь свое сердце и душу.

— Ааа, хорошо. Я б ещё кое-что облегчил.

— Что?

— Да так, ничего.

С этими словами подошёл к двери. Там была защёлка, которую я повернул.

— Зачем это надо? — краснея, спросила Милена, когда вновь повернулся к ней.

— За конфиденциальностью разведданных.

Женщина просто кивнула, при этом посмотрела вокруг, будто здесь кто-то прятался. Конечно, это бредово. Но бдительность не может быть лишней.

— Выходит, ты хочешь знать, откуда у меня новый характер и речь? — спросил, подходя ближе.

— Да, Марк! Давно хотела, — отозвалась училка.

— Как я научился драться? Откуда у меня взялась эрия?

— Конечно! Стой, что? Разве ты чернокнижник… Но это же так не бывает.

Последние слова Милка промямлила, словно маленький ребенок, дрожа всем телом.

— Поверь, и не такое случается.

Я подошёл вплотную и стал рассматривать груди, рвущиеся из-под тонкой ткани. Пьянящий запах духов тут же врезался в нос, заставляя сильней возбуждаться.

— Что? Говори! Ну, давай. Что случается?!

Уламывать меня не пришлось. Набрав в грудь больше воздуха, выдал как на духу:

— Ты слышала когда-нибудь об атомной энергетике?

Милена мотнула головой.

— Знаешь, что такое магнитные поля, генерация боевой плазмы, мутация после лучевой болезни?

— Не… знаю.

Милена села на стол, свесив ноги. Глаза ее чуть не стали квадратными.

— Так вот, в мире, где я живу, нету магии. Там наука — изучение предметов, веществ. Короче, наука развивалась годами, точнее сотнями лет. И в один сраный день мы построили супер реактор… Дальше я рассказал все, что случилось. Про взрыв, точнее череду взрывов. Про враньё властей и мутации. Про то, как некоторые козлы научились управлять монстрами, став для них вожаками.

Раскол общества, война, запуск ракет. Потом выжженные пустоши, чудом уцелевшие поселения, подземные города. А на вершине всей этой гадости — мы, армия сопротивления и очищения мира. Отряды бойцов, которые не дают превратить Землю в филиал ада.

Милена слушала с замиранием сердца. Я чувствовал, что она скажет про азиме. Подумает, будто шучу. Только я говорил слишком холодно, так как не может говорить мальчик, выросший в мирном (хоть и грязном) измерении.

Короче, Милка медленно верила, с трудом воспринимая слова. Ее лицо постепенно менялось. Казалось, она видела капитана под толщей прыщавой шкуры. Я рассказал про тот взрыв, про свою смерть и переход в этот мир.

Дальше была история про трусы, про первую встречу с Эммой и с местными гопниками. Про эрию я пока умолчал, чтоб башка училки не треснула от потока такой информации.

— Я бы тебе не поверила, — чуть слышно процедила дамочка, когда я заткнулся.

— Но… — продолжил за Милу.

— Но вижу, кое-что вижу. Господи, другие миры! Об этом говорят маги экспериментаторы. Их все считают больными.

— А кто сказал, что дебил не может знать правду.

— Правду? Марк, это не правда! Это чудовищно, странно! Это открытие. Такого еще никогда нигде не было, — воскликнула женщина, размахивая руками.

— Офигеть, и что с этого?

— То, что мы… Мы с тобой… Нам надо, — попыталась сказать она, но потом успокоилась и замолкла.

— Вот именно, Мил. Нихрена мы не сделаем. Нам с тобой не поверят, а если поверят, то будет какой-то трындец. Все не так просто, я думал, больше чем тебе кажется.

Милена положила палец в рот и замерла. Смотрелось вполне возбуждающе. Черт, она это будто специально. Решить проблему с моим попаданием сейчас невозможно. А вот с воздержанием…

Короче, я решился на штурм. А то можно стать цветочным лохом, как Эдвард.

— Да уж, я в шоке. Что нам теперь с тобой делать? — нахмурившись, снова сказала училка, продолжая иметь пальцем свой рот.

Конечно, это было случайно. Возможно тупая привычка, реакция не нервную шнягу. Но когда между краснеющих, влажных губ ходит наманикюренный пальчик, это круто заводит.

Потому, забыв обо всем, я резко выдал:

— Потрахаться.

— Что, ты о чем?!

— О том, что секс между нами может открыть портал.

— Но… как… погоди.

— Обычно! Вагинальная рекогносцировка, может, слышала о такой? Я своего рода, ученый. Верь мне и раздевайся.

С этими словами взял Милку за грудь. Я сделал это нежно, но жестко, будто прощупывал вещевой мешок.

В глазах женщины вспыхнула магия. Не хотелось бы получить омлет вместо секса, причем из собственных яиц.

Поэтому я пошёл в наступление, не дав противнику развернуть ударную группировку.

Милена ахнула, пытаясь меня оттолкнуть. Тогда мои губы впились ей в шею, а руки охватили талию, крепко сжав ягодицы. Училка отошла назад и снова села на стол.

— Ты же школьник, нельзя! — простонала она.

Да уж, есть еще лазер в обойме. Я неплохо ее возбудил. Возможно, она тоже хотела. Сложно быть неприступной кралей и всех отшивать. Сердцу не прикажешь, а вагине тем более.

— Успокойся, постой, — произнес, массируя объемные ягодицы и изгиб женской спины. — Моему телу есть восемнадцать. В душе я взрослый мужик. А мой школьник тебе… короче сейчас сама все узнаешь.

Милена отлично сопротивлялась. Обожаю таких строптивых! Но мой напор оказался сильнее. Вскоре она ахнула и впилась в меня губами, а минуту спустя, пустила в ход язычок.

Через некоторое время, Милена отстранила красное от возбуждения лицо и тихо произнесла:

— Сейчас нету времени. Давай в другой раз?

— О времени думают, когда действуют по тревоге. А другой раз у нас тоже будет. Как раз после этого раза, — жестко ответил я.

Потом стянул женщину со стола. Это было не просто, для тела Марка она оказалась тяжеловата. Несмотря на это, я развернул ее к себе задом.

И училка легла на стол, выставив аппетитную попу. Таких больших, но в то же время упругих и круглых булок, я раньше не видел. Вот что значит любовь. Этом вам не дешёвые обнимашки под луной.

Я чуть не залип, рассматривая шикарную жопу. Но темп наступления замедлять было глупо. Вскоре длинная кофта Милены поднялась выше талии, а трусики упали к ногам.

— Мааарк, остановись, — простонала красотка, вильнув голой задницей. Было ясно, что на самом деле, Милка так не считает, просто включает… себя.

Тогда я шлёпнул красотку по ягодице и четко подметил:

— Все уже началось. Время вводить в бой крупную артиллерию.

Насчет крупной, я малость ошибся. Среднюю артиллерию! Для развития Марка вполне себе мощную, и… нормальную. Это не книга, мать твою, где у всех по полметра. К тому же, Милке хватило.

Она наконец-то забыла, что перед ней (точней сзади нее) простой школьник. Стонала от страсти, развалившись на столе, и двигала задницей так, будто хотела сломать мне кости.

Со стола упали бумаги, пенал с порошком для письма, но было как-то плевать. Я полностью отдался процессу, забыв, где вообще нахожусь.

Как потом оказалось, началась перемена. А мы все ещё «продолжали урок». Вдруг в кабинет постучали, да так, что у меня сердце чуть не упало… и не только оно.

— Боже, нас увидят. Мы не должны, — простонала Милена.

Она хотела разогнуться, но я не позволил.

— Не парься… красота. Не у всех такие глаза, как у тебя, — выпалил, успокаивая подругу шлепками.

— Госпожа Милена! Госпожа Милена, я принесла задание по магическому ориентированию, как вы просили! — прозвенел за дверью девичий голос.

— Нет! Это Смирнова. Что мне сказать? — чуть не плача завопила Милена.

— Не парься, я все улажу, — отозвался, не прерывая процесс.

— Эй, крошка! Милена сейчас занята! — заорал на весь кабинет.

— Марк! Стой! Ты… о нееет, — завопила женщина, но было уже слишком поздно.

— Что? — закричала Смирнова. — Кто там ещё? Где госпожа Милена?

— Здесь, она раком стоит. Я ее на столе трахаю, — проорал в ответ.

— Марк! Я тебя убью нахер! — тихо прохрипела училка.

— Не гони. В школе учат говорить правду, не так ли.

Милена разогнулась и освободилась от моих рук. В тот момент, показалось, что «бой» предстоит завершать врукопашную.

Но тут за дверью послышался голосок той же девки.

— Фу, извращенец тупой! Я все госпоже Милене скажу! Что ты в ее кабинете закрылся! Блин, парни такие позорные… — заверещала Смирнова и вскоре ушла.

— Что? Это как вообще так? — процедила Милена, не понимая в чем дело.

— Никак, рядовая, все круто. Просто надо чаще говорить правду, — сказал я и подтолкнул Милену к столу.

Конечно, дамочка испытала стресс, ее даже малость трясло. Но, несмотря на это, все закончилось хорошо. Без унизительной рукопашной.

А дальше… Дальше были уроки, выговоры и замечания. Впрочем, я уже как-то привык.

* * *
У меня на шее висел увесистый орден в виде круга с иероглифами. В руках была рельефная старая книга, сделанная черте из чего. Я стал с трудом читать заклинание. Орден загорелся синим, и из меня направился луч энергии, который был не виден, но ощутим.

Этот луч врезался в черную массу, выходящую из алтаря. И… Меня бросило на пол, как грязную тряпку. Книга при этом упала под стол, а орден опалил грудь.

— Ах, ты гребанный садист! Может, хватит уже страдать хренью?! — выдохнул, оставаясь беспомощно лежать на полу.

— Ещё раз, — отчеканил Герман.

— Уже пятый по счету! Дай хотя бы восстановиться.

— Нет. Ты должен чувствовать природную эрию, понимать ее суть, находиться с ней в единении, — произнес чертов наставник.

При этом он стал ходить взад-вперед. Один раз чуть не наступил мне на руку. С трудом удалось увернуться.

Этот черный ублюдок обращался со мной, как с собакой. Но сегодня я готов был терпеть издевательства. Потому что цель оказалась слишком важна.

— Ладно, гей престарелый, попробую еще раз. Но если у меня не получится, порву тебе жопу, — прошипел, медленно поднимаясь.

— Что? — повел бровью наставник.

— Ничего. Говорю, пещера твоя красивая. Можно морг хоть сейчас открывать.

— Хватит слов! Вспомни, чему я учил.

Болтать и правда, сейчас было глупо. Я медленно подошёл к алтарю. Потом вспомнил, что потерял книгу. Забрался за ней под стол. А после повторил все сначала, не надеясь на что-то особое.

Как всегда получилось не очень. Приготовился, в который раз, поцеловать каменный пол. Только сейчас к руке прилип сгусток дыма (точнее энергии). Стало слегка горячо и как-то не по себе. В пальцы будто вцепился мутант.

— Ай, отвали! — крикнул я.

Книга опять улетела. Замахал рукой, чуть не потеряв равновесие. Тогда клубок дыма отстал, с бешеной скоростью устремившись в сторону Германа.

— Эй! — успел крикнуть он, отлетая к стене.

Не прошло и секунды, как наставник лежал на полу, а над ним расплывалась в улыбке моя измученная, но довольная рожа.

— Ты! Как ты… — процедил учитель, скрипя зубами.

— Ох, кое-что получилось, — хихикнул я. — Сэнсэй, это… вам руку подать?

— Смотри, как бы твоя рука не оказалась в пасти помойной собаки! Ты не умеешь концентрировать эрию. Слабый щенок, — прокряхтел Граф, медленно поднимаясь с пола.

— Книгу сюда! — рявкнул он. Пришлось снова отправиться под стол… Но это меня не смутило.

Несмотря на мнимую злость, Герман оценил мою силу. Было видно по голосу, и по тому, что Граф меня не прикончил. Да и сам я понимал, что все круто. Из школьного задрота со странным даром медленно превращался в мага, который умеет использовать магию.

Пусть она считается черной, не признанной, но зато бошки классно взрывает. А это самое главное. Автомат — не фаллоиметатор, розовым и нежным не будет. Примерно так же и здесь.

— Значит, ты хочешь втянуть школу в соревнования? — спросил Граф, когда я подал ему древний молитвенник.

— Так точно, майор.

— Ха, это детские игры! Не лучше ли заняться делом? — Герман говорил грубо. Только я чувствовал, что он сыпется.

Несмотря на все, мне удалось захватить природную эрию. Это отличное достижение, за которое можно получить поощрение. Конечно, медаль или новые погоны тут не даются. Но помочь в хитром плане сам бог велел.

Я посмотрел на Германа, ничего не ответив. Было б глупо рассказывать о ситуации с Эммой, слёзно взывая о помощи. Граф и так понимал.

Выдержав небольшую паузу, он сел за стол, а потом нехотя произнес:

— Ладно, смотри, Лесовский. Отказ от участия в играх должен быть обоснованным. Его лично передает представитель школы… Схема простая, и ее легко можно сломать, если надо.

— Мне надо, — процедил я.

— Тогда посмотрим, что можно сделать.

И Граф пораскинув мозгами. После чего, я получил весь расклад о передаче отказа в местный комитет образования. Это ещё не всё. Герману с помощью эрии пришлось подделать бланк приглашения и ярлык представителя школы.

Остальное должна была сделать Харя, если она ещё хоть немного работает. Плюс мой актерский талант, которого было в избытке.

Следующие пару дней были скучными. Школьная жизнь замерла, как это часто бывает. Меня давили по плану Эммы, делая новые замечания. Анна грозилась забрать телефон, Ини вопила о том, что она слишком несчастная.

Главный враг пока затаился, что было особо опасно. Но я особо не парился, желая втянуть школу в игру, которая для кое-кого должна кончиться поражением.

И вот, в нужный день началась шпионская операция. Я вышел из дома, взяв фальшивый документ и артефакт для смены лица. В кармане была накладная борода, которая должна помочь менять облик. На улице светило солнце. Комитет принимал документацию в выходные дни, так что мне не пришлось даже косить от уроков.

Оставалось лишь принести бумагу куда надо, и слезно попросить взять нашу школу на соревнования, прислав к Эмме побольше проверок.

Уверен, администрации школы было чего скрывать. Хотелось, чтоб скелеты в шкафу, накопленные годами, долбанулись на башку этой грымзе.


Глава 5


Возможно, это детская тема. Лучше разобраться с Мироном, оставив школьные заморочки на потом. Но я точно знал, чем опасна лёгкая угроза. Нельзя держать змею за спиной, пусть это даже безобидный уж.

С этой мыслью смотрел на желтеющие деревья, которые напоминали горы с золотыми верхушками. Потом заметил бомжей. В смысле реальных бездомных, которые что-то орали, разговаривая на своем, на бомжатском.

«Хм, все не так плохо! Слежки нет, меня боится Энерго. Вот что значит быть крутым школотроном», — с этой мыслью улыбнулся прохладному ветру. Как вдруг за спиной послышался голос Ини.

— Марк! Мааарк, куда ты свалил? Я же просила тебя подождать! — гневно вопила она.

Эта мелкая заноза вечно визжит. Черт знает, когда по делу, а когда просто так.

— Просила? — недоуменно поднял бровь я.

— Да, ты должен встретиться с моими подругами!

— Должен? — офигел, рассматривая сестру.

— Нууу, ты же вчера обещал!

Блин, слишком много я обещаю. Теперь, опять кивал башкой за ужином, как баран, лишь бы от меня отвязались, а сам продумывал дело. Ладно, это не самое страшное. Уж отшить истеричную сиседку как-нибудь я сумею.

— Значит, я хотел встретиться с твоими воображаемыми подругами? Вот и славно, — развел руками с улыбкой. — Зови их сюда, поболтаем.

— Марк, ты дебил! У меня нет подруг. Очень смешно, — вскрикнула Ини. — Но я обещала показать девочкам парня, который победил Братство силы.

— Так и показывай, нахрен, — махнул рукой, и уже пошел дальше, как вдруг Ини опять закричала.

— Это — ты, идиот! У нас в корпусе о тебе говорят! Пойдем, скорее, в кафе. Расскажи им, как все случилось. Давай, быстро. Скорее! Ты же сам обещал.

Так, отличная тема. Козырнуть боевыми заслугами перед сослуживцами Ини. Настоящий солдат должен учить других боевой доблести. К тому же, вдруг у ее девах тоже нормальные задницы…

Только я не мог все забросить. Когда угодно, но не сейчас. Основная задача превыше всего.

— Ини. Ини, послушай, — сказал, как можно спокойнее, обернувшись к сестре. — Знаешь, я может полный мудак. Но сегодня говорю все, как есть. У меня дела, очень срочные. Давай потом, вечером. Или в следующий раз.

Сам от себя не ожидал! Вместо послания на три буквы, ответил как реальный подросток. Никогда в жизни еще не болтал так культурно.

Но Ини этого не хватило.

— Вечером? Издеваешься, вечером! Иди сюда, живо, придурок! Я готовилась, обещала. А ну, я сказала, давай, — запищала девка.

Хотел применить эрию, но боялся, что ошибусь. И Ини замолчит, при этом лишившись башки. Хреновый побочный эффект, лучше просто свалить.

С этой мыслью я резко пошел прочь, в нужную сторону. Ини бежала следом, орала как ненормальная, иногда пытаясь схватить за одежду. Приходилось от нее уворачиваться.

Что за детсадовские испытания? Где банды кровожадных бандитов? Воюю с девками и бабами. Это ад для карателя!

— Мааарк! Хватит убегать! Если ты не остановишься прямо сейчас… — слышалось за спиной.

Что ж, так продолжаться не может. Мне нужно собраться перед боевой операцией, а не разводить вопли.

— Тааак, вижу, ты не отвалишь! — крикнул в ответ, замедляя шаг.

Взрыв головы — это не так уж и плохо, в обмен на тишину и спокойствие. Конечно, я не хотел убивать сиседку. Но у нее был редкий магический дар под названием «затрахаю до смерти даже мертвого».

Готовясь пустить как можно меньше энергии, чтоб не прикончить сестренку, я решил развернуться. Но сделать это не вышло.

На тротуаре была мелкая ямка, куда угодила нога. Я ахнул, немного пригнулся; в тот момент, по газону сбоку прошуршала какая-то штука.

Возможно, это был майский жук, что перебрал забродившего нектара и вылез из норы в сентябре. Но я капитан Раст, а не сраный ботаник.

— Черт, ложись! — крикнул в тот же момент, а сам растянулся на тротуаре.

— Марк, ты больной совсем что ли?! — закричала Сиседка, и тут же получила порцию эрии, отчего, долбанулась рядом.

Хм, голова не взорвалась, отлично. Я неплохо контролирую магию. Правда, сейчас лучше не радоваться. Мы попали под чертов обстрел.

Я осмотрелся, насколько было возможно. Ага, угроза в густых кустах возле мелкого магазина, который закрыт.

Только вспомнил про главного упыря, как его наемники нас чуть не прикончили. Выходит, война на два фронта. Что ж, хорошо хоть не очередная училка. С бандитами как-нибудь справлюсь.

Стараясь действовать быстро, направил поток эрии в те кусты. Из них раздались еле слышные хлопки, потом сдавленный крик.

«Интересно, сейчас хоть башка взорвалась? Черт, за ветками не заметно!»

Я попытался встать, но уже не успел. Рядом ударил магический луч. Поднялась пыль и частицы мусора. С трудом разглядел силуэт, по которому тоже врезал.

Мужик взлетел в воздух и с размаху долбанулся башкой об асфальт, которая как раз не взорвалась. А жаль.

Бой длился очень не долго. Не успел я встать на ноги, как понял, что все уже кончилось.

— Что-то вы плохо стараетесь, скорострелы, — хихикнул, вытирая лицо.

В тот момент понял, что умираю. Ноги полностью отказали, а по телу разливается холод. Черт, получил рану в живот. Как тупо! Надо было носить магическую защиту и пистолет. Расслабился, твою мать.

Но ругать себя было бессмысленно. Нельзя предусмотреть всего сразу. Просто война еще не окончена. Не добил врагов, за что поплатился, иначе и быть не могло.

Я ахнул, желая, что-то сказать. Но рот почти что не открывался. Казалось, разучился болтать, превратившись в немую рыбу.

Это ерунда, потому что дальше пропали мысли, тело куда-то исчезло, боль отступила. И вообще, я погиб. Без эпичной речи и красивого боя, как дворовая собака или даже хуже.

К счастью, смерть оказалась не вечной. Тело взорвала жуткая судорога. В грудь будто вбили осиновый кол. Я ахнул, открыв глаза.

Надо мной нависла мордочка Ини, которая была влажная от слез и выражала явное беспокойство. Видя, что я живой, Ини тут же отпрыгнула, фыркнув что-то ругательное.

— О, доброе утро, — сказал, потирая глаза. — Хреновая кровать досталась.

— Придурок! Я думала, что тебя убили, блин, — простонала сиседка.

— Убили, это фигня. Скажи лучше, как я воскрес.

— Просто, блин, как еще? У этого, что лежал, капсула оказалась.

Я медленно повернул голову, заметив нескольких зевак. Поверженного врага рядом не наблюдалось.

— Свалил он, — сказала Ини, хоть я ничего и не спрашивал. — Но я успела стащить.

— Молодец! Объявляю благодарность, — произнес, с трудом поднимаясь.

Ини была грязная и потрепанная. Ее волосы покрывала пыль, макияж немного размазался. В таком виде в кафе не попрешься.

«Спасибо бандюганам, что выручили. Правда, чуть не прибили, но это побочный эффект. Такое часто бывает».

Какое-то время мы пялились друг на друга, не зная, что толком сказать. При этом зеваки таращились на нас с Ини. И вообще, творилась странная дичь, хотя вроде все было спокойно.

Надо было что-то решать. Точнее, все уже решено, нужно действовать. И первым тишину нарушил… голос мента.

— Расступись! Здесь не на что смотреть! Что случилось? — деловито протараторил он.

Да, в кои-то веки полиция идиотского мира вдруг среагировала. К нам подошел дядька среднего роста в простой полицейской форме. Не знаю, как описать, темная одежда с погонами и ремнем, на котором был пистолет, кинжал и наручники.

На голове красовалась кепка необычной формы, а не фуражка, как в нашем мире. Но это уже и не важно.

Мужик озабоченно нас осмотрел. Вопреки его словам, народа становилось все больше.

— Так, мальчик, что было? — кивнув в мою сторону, спросил он.

— Помогите! — не дав мне сказать, крикнула Ини. — На нас напали снайперы! Они много стреляли!

— Что? На двух подростков… Но как? — опешил мужик.

— Очень просто! Нас хочет убить корпорация Энерго! Они нас везде поджидают, — протараторила Ини.

— Что? Эти производители батареек? — спросил кто-то.

— Говорят, у них в руководстве все геи.

— Тихо! — воскликнул полицейский. — У девочки бурная фантазия… и стресс. Я всегда говорил, что азиме до добра не доводит.

— Что?! Марк, скажи им, давай! — откликнулась Ини. Тогда я сказал все, как есть.

— Простите, офицер, если честно… то у моей сестры отклонения. Она с детства такая.

— Эй ты, урод! — сиседка бросилась на меня, но мент ее тут же остановил.

— Спокойно, спокойно! Давайте выясним обстоятельства, — прорычал он, окидывая взглядом толпу, которая становилась все больше. — Что с вами произошло? Только честно!

Ини махала руками и визжала, что точно не врет. Только это сейчас не сработало. Тогда я прогнал бред о том, будто мы просто упали, когда на нас летела машина. Какой-то мажор решил прошвырнуться по тротуару, потому и пришлось уворачиваться.

— Вооот, — одобрительно кивнул мент, выслушав меня до конца. — Хорошая версия, парень. Но… я знаю всю правду.

— Какую? — хором спросили мы с Ини и еще одна левая баба.

— Вас побили хулиганы! Здесь неспокойный район. Такое часто бывает. Я лично подавал рапорт начальству об усилении, — заявил полицейский, подняв палец вверх.

«Сфинктер себе усиль, чтоб спокойнее было», — подумал я, но вслух произнес другое:

— Слушайте, да. На нас кинулись хулиганы. Их было десять, и все такое. Теперь можно идти?

— Ага, разумеется, — довольно кивнул мент, гордясь своей дедукцией. — Идите, конечно… в участок. Будем составлять протокол.

— Нет, я выгляжу плохо! Отпустите переодеться, — в ужасе ахнула Ини.

Черт, этого еще не хватало. Ладно, так уж и быть…

— Хорошо, — вежливо сказал я. — Спасибо вам большое за помощь.

Посмотрел в гордое лицо полицейского и пустил остатки эрии в его голову… Получилось не очень-то сильно, но мужик изменился в лице. Он ахнул, отошел чуть назад и зачем-то потянулся к оружию.

Из левого глаза стражника выступила капелька крови. Странно, обычно из носа течет, но не важно. Главное, что я надавил, и дядька свалился на тротуар, словно мешок с дерьмом.

— Ах! — сказала толпа, расступаясь.

— Марк, ты зачем! — крикнула Ини, тут же заткнувшись. Похоже, она поняла, что лучше меня не палить.

— Эй, что это с ним такое? — спросил высокий парень чуть старше меня.

— Ничего, солнечный удар просто, — усмехнувшись, пожал плечами.

— Солнечный? Странно, — протянула женщина, поправляя осеннюю куртку.

— Что делать теперь? — спросила сиседка. Ее глаза при этом стали квадратными.

— Иди домой, вон, умойся. А то стыдно так шляться по городу, — подмигнул я.

Дважды просить не пришлось. Ини закрыла лицо руками, понимая, что выглядит не особо. Девушка бросилась прочь, растолкав двух жирных баб.

Отлично, можно продолжать операцию!

Правда, я забыл об одной мелочи. Точнее, даже о двух. Первое — это время. Пока возился с бандитами и ментом, был на том свете и воскрешался, сокращенный рабочий день приемной комиссии кончился.

Кроме того, я выглядел очень потрепанным. После такого, меня примут разве что за бомжа, но не за представителя школы.

Что ж… деваться сейчас было некуда. Я надел бороду, активировал артефакт. И проверил на случайном прохожем эффект, который был неплохим, как ни странно.

Потом пришлось добраться до нужного здания, которое напоминало дворец. Даже ограда вокруг имела золотистый оттенок.

При этом охраны не наблюдалось. Отель для извращенцев в этом плане был лучше. Хотя, кто знает, может, система безопасности скрыта.

Короче, я выпрямил спину, отряхнул одежду, насколько это было возможно. Потом преодолел мини сад и поднялся на высокое крыльцо из блестящего белого камня.

Наверно, уже закрыто. По времени опоздал, ну да ладно. Не зря же сюда тащился. Стало немного не по себе. Организм Марка давал о себе знать, вызывая небольшое волнение.

По сравнению с тем, что случилось недавно, это полная хрень. Я забил на детский мандраж, и потянулся к ручке двери. Тогда чуть не отхватил в лоб, потому что изнутри ее резко открыли.

— А, мля, твою медь! — выругался, отскочив назад. Чуть не оступился, свалившись с крыльца, но все же с трудом устоял.

На меня уставился человек в плаще, с закрытым зонтиком, который висел на поясе словно меч. Мужчина был среднего возраста. Он деловито поправлял очки, сканируя каждый сантиметр моего тела.

— Здравствуйте, господин, что угодно? — спустя томительное секунды, процедил он.

— Мне? Да так, одно дело.

Черт, забыл, как правильно говорить. Номер школы забыл. Короче, чёртовы упыри не только прострелили мне брюхо. Они сорвали весь план. Твою мать, их будто Эмма послала.

— Нам надо принять участие в школьных играх, — собравшись с духом, ответил чиновнику.

— Хм, хорошо. Я как раз по данным вопросам, — сдержанно улыбнулся мужик.

Он пошел на меня. Пришлось сойти с лестницы.

— Круто, что вас застал. Я тут бумагу принес. В ней мы написали, что все согласны. Будем играть, как положено по уставу, короче, — как можно спокойнее пояснил я.

Чиновник лишь поднял бровь, лицо его слегка вытянулось.

— Господин эээ…

— Спиридон. Спиридон Савельевич, — сказал первое, что пришло мне в башку.

— Хорошо, господин Спиридон, какую школу вы представляете?

— Я? Я, ту, где Эмма тварь… творит свое дело, — кашлянув, выпалил в ответ.

— Эмма? Ааа, госпожа Эмма Аркадьевна, ясно. Значит, сто сорок седьмая школа. Дааа, странное заведение. То жалобы поступают, то бюджетные затраты не сходятся. То директор, понимаете, заболеет.

Чиновник мямлил себе под нос, находясь как бы в трансе. Лишь потом громко обратился ко мне.

— Ясно все, уважаемый. А какую должность вы занимаете?

Это был удар ниже пояса. Я почесал накладную бороду, чуть не подавился слюной, а лишь потом выдал:

— Каптера. То есть в канцелярии это. Канцеляр-каптер, если так.

— Канцеляр-каптер? Это точно?

— Точнее не бывает. Ещё, ответственный за пожарную безопасность.

— Хм, ну что ж… — протянул чиновник, почесав щеку, и в десятый раз за минуту поправил очки. — Мой рабочий день завершён. Но вы… давайте бумаги. Могу ознакомиться здесь. Тут не долго.

Я вытащил из кармана куртки смятый листок бумаги. Ярлык показывать не стал. Чиновник и так понял, что перед ним представитель школы, либо просто не стал заморачиваться. Увидев мой документ, он чуть не долбанулся от шока.

— Вы данным бланком что, полы подметали? — ахнул очкарик. Потом взял согласие на участие в играх за уголок, поднял и взглянул поверх очков.

— А это что ещё там? Вы малиновый сироп что ли пили? — издевательски спросил дядька.

— Эй, хорош, гнать! — не выдержал я.

И так сегодня день не самый простой, ещё этот черт возникает.

— Что вы сказали? — ахнул мужик.

— Ничего. Говорю, записывайте нас на участие. Мы кайфуем от спорта, и от игр этих ваших.

— Аг-га, даже так…

После этих слов чиновник стал напирать, оттесняя меня к газону.

— Простите, господин Спиридон. Но представитель Вашей школы уже был у нас. Причем с самого утра, понимаете? — холодно произнес очкарик.

Я отошёл назад, остановившись на мягкой, коротко стриженой травке. А офисная шишка продолжила:

— Причем документ представителя (не вас, а другого) был оформлен по всем правилам комитета. Не помят, не испачкан, не облит соком томата. Или что это там.

— То, чего тебе не понять! — прошипел я. — Так мы участвуем в играх вообще, или как?

— Аха-ха, в играх, да? То есть вы хотите, чтоб мы по вашему прошению приняли учебное заведение в игры? — рассмеялся чиновник.

— Ясен пень! Что не так?

— А вы сами, как думаете? Считаете, что можно вот так врываться и требовать все решить? Вы неизвестный мне человек. Я б сказал даже тип. Ваша одежда в пыли, вид как у заядлого алкоголика. А вместо приличного документа — подстилка для собачьей будки, уж извините.

Чиновник потряс в воздухе моей бумажкой. Зачем выдержал паузу и спросил поспокойнее:

— Неужели вы думаете, что я приму это все к рассмотрению?


Глава 6


— Да, куда денешься, — огрызнулся, чувствуя, что скоро сорвусь.

— Вот значит как? — улыбнулся мужик. — Ваша наглость не знает предела (он ткнул в меня пальцем, будто хотел заколоть). Если вы действительно так считаете, то вы… полностью правы.

Мужик изменился в лице, затем посмотрел вокруг. Потом он разгладил листок с печатью, подписью и золотым орнаментом, раскрыл портфель, который все это время находился при нем, и сунул туда подделку.

— Что? — сказал я, ощущая, будто глаза сейчас выпадут из глазниц.

— А ничего! — всплеснул руками чиновник. — Если дело касается спорта, то мы должны идти навстречу всем, кто желает. Что может быть лучше развития своего тела!

— Хм, то есть так, — повел бровью я. В этом до боли красивом ответе ощущался чертовский подвох.

— Да! Именно так. О, спорт — ты жизнь, как говорили древние предки! — выпалил чиновник, похлопав себя по жирному животу. — К тому же надо проверить, что творится в этом местечке. Темный угол какой-то. Давно говорил, нет, не верят.

Последние слова он пробормотал едва слышно, ссутулился и ушел прочь не прощаясь.

Немного пошевелив извилинами, я понял, что это победа. Жаль, мой задолбанный мозг сейчас не мог радоваться.

* * *
С момента уличной засады и разговора с очкариком прошло уже несколько дней. За это время многое изменилось. Например… у меня окончательно сорвало крышу.

Училка чуть постарше матери Марка, длинная сухая и злобная, стояла возле доски на коленях. По ее лицу текли слезы и сопли. Еще была кровь, но немного.

Нет, это не реактивный горловой минет ершиком для сортира. А всего лишь легкая доза эрии.

В последнее время, контролировал магию лучше, чем когда бы то ни было. Мог выставлять руку, как бы напрягать мозг и посылать определённые дозы в нужном мне направлении. Что сейчас тупо сделал с Натальей, или как вообще ее звали.

Урок был сорван к хренам. На меня уставились все, кто был в классе. Озираясь загнанным зверем, я думал, кого первым прикончить.

С этим надо было кончать, прямо здесь и сейчас. К черту, сука, «нормальную» жизнь! Я никогда не стану подростком, моя профессия — убивать, вот и займусь этим делом.

Доносы, заговоры, интриги, упреки. Я капитан Раст, а не педик.

Стоп, может лучше убить себя? Тогда все точно закончится. Да, но сначала разнесу эту школу, потом уже как-то плевать.

Когда я врезал училку, воцарилась полная тишина. Лишь секунд через двадцать, отличница Лана воскликнула:

— Марк, прошу тебя, хватит! Ты погубишь свою жизнь!

— Блин, он больной, — простонал один парень.

Я развернулся, махнул рукой и сбросил его со стула с помощью той же эрии. Чувак кувыркнулся через голову и стал копошиться внизу, словно червь.

— Больной зато сильный! И не позволю делать из меня пидораса, — прошипел я, чувствуя, как сердце рвется от злости.

— Лесовский, тебя никто не обидел… Ты должен слушаться учителей, вот и все, — всхлипнула училка, вытирая свой нос.

Она, было, хотела встать, только я не позволил.

— Сидеть, сука! — крикнул, угрожая новым ударом. — Каких это учителей? Тех, что трахают меня день и ночь? И вообще, почему когда лупят парней, ты молчишь? Или там доносы не пишутся?

Я намекал на то, что в школе творится (по крайней мере творился) лютый трындец. Так что вся болтовня о дисциплине и плохом поведении — это лишь пустой треп.

— Марк, погоди! Все не так, как ты думаешь. У тебя будут проблемы, — снова заговорила училка.

Как же она бесила! Вроде ничего такого, но меня уже все достало.

— Проблемы? Фигня, вот отсутствие башки — это крутая проблема. Сейчас сама убедишься, — выпалил я.

Класс замер в оцепенении. Мне самому стало стремно. Как ни крути, училка была гражданской, к тому же не проявляла агрессию.

Да, она отчитывала меня как придурка, сделав замечаний пять за урок. Еще что-то гнала на семью. Неприятно, особенно с учетом того, что такая хрень творится последние дни.

Но устраивать кровавую баню не стоит. Может, я слишком расслабился. Только здравый смысл давал красный сигнал, сдерживая накопленную ярость.

— Ааа, не убивааай! Стооой! — слезно взмолилась тетка, которая еще недавно называла мою родню «семейкой умственно отсталых».

Я попробовал создать легкий поток энергии, чтоб вырубить бабу, но не прикончить. Неизвестно что б из этого вышло, если бы не вторжение охраны.

В какой-то момент, дверь резко открылась. На пороге показались двое солдат, которые стали орать, тыкая в меня пушками.

Чуть не врезал этих скотов… Только из-за их спин выскочила Эмма Аркадьевна. Он подняла костлявую руку, обличающее крикнув:

— Смотрите! Все как я говорила! Лесовский вышел из-под контроля. Ему не место в моей школе, понятно?

— В нашей школе, — со страхом сказала Лана.

— Замолкни? — фыркнула на нее Эмма.

Охранники при этом пялились на училку, что все еще была на коленях. Походу, им было страшно. Еще бы, со свежими силами я могут их порвать; и пушки тут не помогут.

Правда, тогда проиграю. Эмма специально заставила бабу меня травить, чтобы вывести из себя. А теперь явилась с конвоем вершить «правосудие». Как я сразу не догадался? Хотя, это все равно б не спасло.

Эмма понимала, что действовать надо быстро. Она была отличным стратегом. Черт, хоть в отряд карателей записывай эту стерву.

Ни секунды не медля, грымза сказала:

— Вперед!

Охранники переглянулись и пошли на меня. Было видно, что им не хочется этого. Черт, вот засада. Но вязать себя в который раз не позволю. Раз пошла такая пьянка, надо рубить по полной.

— Суки, твою мать, вы подохните! — взревел, готовясь выпустить всю силу, которая только была.

— Здравствуйте, а это что за урок? — пропел не особо громкий, но настойчивый голос.

Говорил какой-то мужик, причем, для меня не знакомый. Все в классе ахнули, чуть не проглотив языки. Эмма открыла рот, обернувшись. Мы с охранниками вообще впали в ступор.

В комнату медленно вошёл лысый дядька невысокого роста, с лёгкой щетиной, в дорогом деловом пиджаке. Я сразу понял, в чем дело. А Эмма тем более.

Никогда в жизни не видел, чтоб человек менялся так быстро, даже когда ему выпускают кишки. Случилась реальная магия. Эмма из сухой ведьмы превратилась в обольстительную фею… с лицом той же ведьмы.

Рот женщины растянулся в широкой улыбке, глаза вспыхнули ярким огнем, будто ей подарили мешок полный золота.

— Альберт Сигизмундович, госсспади! — слащаво завопила она. — Какими краями в наших судьбах! То есть, наоборот, ну вы меня поняли.

— Не понял, — сдержанно улыбнулся дядька, разглядывая нас, как редкие артефакты.

— Аха-ха, поговорка такая. Какими судьбами в наших краях. Только я слегка перепутала. Так бывает. Охо-хо, я такая сегодня глупая, знаете ли.

Эмма засмеялась, как энергетический наркоман в моём мире после ядреной дозы. Раненая мною училка резко вытерла лицо и тоже начала ржать. Точнее даже слегка «подрживать», дополняя тупой смех Эммы.

— Я не об этом! Позвольте! — воскликнул Альберт. И тут же все замолчали, включая охранников, которые тоже хихикали.

— Уважаемая госпожа Эмма. Ваш ммм урок… весьма необычен. Потрудитесь объяснить, что сейчас вы проходите?

— Да, что мы проходим? А то я как-то не понял, — поддакнул лысой шишке.

В том, что это была важная шишка сомнений не оставалось. Значит, я побеждаю в войне. Капитан Раст может не только действовать силой. Он ещё неплохой интриган!

— Лесовский, заткнись, — процедила Эмма Аркадьевна, не сдержавшись.

— Что?! Вы сказали это на обучаемого? — театрально ахнул Альберт.

— Капец, это гребанный стресс. У меня теперь неделю не будет эрекции, — обиженно процедил я. Но никто не обратил большого внимания.

— Ой, господин Альберт. Тут нет ничего такого. Просто мы проводим занятия по моральной устойчивости. Молодой гражданин империи должен быть не только магически одаренным, но и крепким духовно.

— Не совсем понимаю, — мужичок почесал свою лысину.

— А что тут вот непонятного, аха-ха, — рассмеялась Аркадьевна. — Охранники с пистолетами… Они объясняют, что в жизни иногда бывает насилие. А вот госпожа Натали… Она играет роль жертвы грабителей.

— А ты роль жертвы аборта, — фыркнул я, чувствуя, что, наконец, остываю. К счастью, не наломал дров. Хорошо, что в последний момент успокоился.

— Знаю, знаю, что подход нестандартный! Но ученикам это все очень нравится. Не так ли, ребята? — воскликнула Эмма.

И большая часть одноклассников, как бананы проблеяли «дааа».

— Вот! — деловито фыркнула директриса.

Она показала охранникам на дверь, и те резко свалили. А училка заняла свое место, недовольно почесывая нос. Мне тоже пришлось сесть, чтоб не выглядеть полным кретином.

Видя, что все устаканилось, чиновник довольно фыркнул. А Аркадьевна тут же обратилась к нему.

— Господин Альберт, я конечно, рада вас видеть. Но в чем заключается причина столь высокого визита?

Училка мямлила, как младенец. Я даже слегка усмехнулся. Но Альберт понял, в чем дело и спокойно, но четко ответил:

— Уважаемая госпожа Эмма, вы же сами прекрасно помните, что учебные заведения, принимающие участие в «Играх по случаю сбора урожая», попадают под пристальное внимание. Принятие приглашения на участие в играх — это важный шаг для любой школы. Особенно для… учреждений эконом сегмента.

— Нет! Все не так! — крикнула Эмма, но тут же зажала рот рукой, будто ей стало плохо.

Директриса бросила едкий взгляд на меня. В ответ я лишь ухмыльнулся. Что ж, не только она может выкручивать яйца. У меня у самого хитрожопость на уровне.

— Простите? — Альберт недоуменно осмотрел класс.

— Ничего, в смысле мы. То есть я, — пробубнила Эмма, не зная, куда деваться. — В общем, так сказать, наша школьная администрация передавала вам отказ от участия…

— Хм, ваш отказ слишком странный. Очень уж похож на согласие. Говорят, в последний момент принесли, — пожимая плечами, сказал чиновник.

— В последний? Но вроде ж было с утра, — произнесла Эмма таким голосом, будто хотела заплакать.

— Ооо, не стоит волноваться, уважаемая! — торжественно прогремел Альберт. — Сегодня мало какая школа вашего уровня отважится выставить себя напоказ. Но вы не из робкого десятка. Стремление идти вперёд для вас дороже любых предрассудков.

— Стойте, все не так… То есть, я объясню.

— Конечно, достопочтенная коллега. Объясните, когда мы пробежимся по документации за последний месяц! — воскликнул Альберт.

После чего, быстрым шагом отправился прочь из класса. Эмма пулей побежала за ним, Наталья за Эммой, но быстро поняла, что надо вести урок и вернулась.

С этого дня про меня наконец-то забыли. Школа гудела от постоянных проверок, визитов крутых чинов и попыток наладить то, что годами разваливалось.

Эмма бегала в поте лица, улаживая кучу вопросов. Ее директорский трон явно шатался. На это было приятно смотреть. А главное, что Аркадьевна теперь не могла помешать, и я без труда пролез в команду спортсменов для участия в играх.

Сделать это было проще простого. Здоровяки, которые раньше были Бойцами, отказались от участия, считая игры фигней.

Они привыкли отрабатывать спортивные навыки только на слабаках. А заморачиваться с регистрацией, ходить на соревнования и бороться за какие-то грамоты — было не в их правилах.

Хотя, будь там хоть сотня бойцов… Вся школа уже поняла, кто такой Марк Лесовский. Вряд ли кто решился бы мне помешать. Тем более, я реально спортивный, и могу принести заведению пару плюшек.

Короче, если опустить кучу формальностей, то спустя уже несколько дней, сборная нашей школы должна была пройти первый этап состязаний. Его название оказалось очень заманчивым — бег с препятствиями в условиях стадиона.

Для меня это самое то. Все время своего попаданства только и делаю, что скачу, где попало. То спортивная бойня за домом, то академическое погружение в канализацию.

Так что первый день игр я встречал в приподнятом настроении. Вместе с Эдвардом, Мияко, Дэном и несколькими другими школьниками мы бодро шли в сторону городского стадиона.

Кстати, в команде была блондинка, которую видел в школе после каникул. Она выглядела ярко, почти ни с кем не общалась, зато бросала едкие взгляды, будто все в этом мире ей что-то должны.

Не знаю, как подбиралась команда. Она была слишком уж странной, какой-то малость неправильной. Прям как отряд карателей! Эх, вот она приятная ностальгия.

— Послушай, Мияко, ты выглядишь в этом спортивном костюме, как девушка, которая пляшет на сцене, — говорил Эдвард, рассматривая свою узкоглазую нимфу, когда мы приближались к воротам спортивной арены.

— Что? — вздрогнула Японка, а потом обратилась ко мне. — Марк, хватит на меня так смотреть! Ты снова ко мне пристаешь, делая грязные намеки!

— Чего на? — воскликнул я.

— Эээ, нет, все не так. Делаю намеки, как раз таки я, — сказал Эдвард.

— Не понимаю, о чем ты.

— О том, что ты… ты…

«Грязная чертовка, которой место в моей постели» — подумал я, чуть не сказав это вслух.

Как же больно смотреть на провал родного ученика! Это мой просчет, как учителя. Надо было тогда за школой проводить более подробную лекцию на тему особенностей построения отношений с женским полом.

— Эдвард, ну хватит. Лучше скажи, ты подготовил кормушки для птиц, которые мы хотели развесить? — сказала Мияко.

— Кормушки! — воскликнул Дэн. — Я бы сам сейчас покормился ха-ха.

— Ты что, чувак, на диете? — спросил одноклассника.

— Не, просто специально не хавал, чтоб легче быть, понимаешь? Ну, типа, там же препятствия, прыгать надо.

— Твои тактические познания надо записать в учебник по военному делу, — с сарказмом процедил я.

— Госсспади, мои боги! — сквозь зубы процедила пафосная блондинка.

На ней был спортивный костюм и кроссовки. При этом на куртке красовался… воротник из белого меха, что смотрелось очень нелепо.

Оценив ее задницу, я понял, что барышня стремная. Потому большого внимания не обращал. Но после такого возгласа, невольно сказал:

— Ты чего? Хватит ныть. Это не поле боя.

— Я не ною, я вас стремаю. Божеее мой, какие ж вы все жалкие, так-то, — простонала блондинка, будто бы сейчас сдохнет.

— Если мы такие плохие, то почему ты записалась в команду? — спросил один рослый парень.

— О, мой бооог! Потому что в школе все еще стремнее… Один стрем, не могу.

— С каких это пор дочка простого менеджера из Трансо так себя ставит? — ядовито спросила японка.

Ха, Трансо, смешное слово. Транспортная корпорация, блин. Такое чувство, что там одни гомосеки.

Хотя стоп, если эта блондинка крутая, то, что она забыла в нашей дыре? Как всегда творится нечто тупое. Но ладно, я уже как-то привык.

— Мигрантам слово не давали, — отрезала пафосная девчонка.

Мияко сказала что-то в ответ, но большого скандала не разгорелось. Да уж, команда вышла не очень. Сплочением и духом общей борьбы здесь не пахнет.

Правда, я не собираюсь брать кубки. Главную высоту уже взял. Пусть Эмма немного попляшет, а я постараюсь развлечься, насколько это возможно.

Не успел так подумать, как мы вошли в ворота, оказавшись под большими трибунами, где все громко гудело. Собралось много народа, школьников тоже достаточно. Настоящие олимпийские игры в рамках одного мелкого городка.

Что ж, посмотрим, на что я способен в спортивной войне.

Черт, опять эти формальности! К нам подбежали парни с белыми повязками и потащили на какую-то регистрацию. Потом была речь кого-то там очень властного.

Дальше дали время для разминки и подготовки. И лишь спустя целую вечность, нас подвели к рубежу, перед этим надев ошейники для подавления магии.

Сегодня можно было пускать в ход только ноги. Задача — проскочить через весь стадион как можно скорее, желательно ничего не сломав.

Пф, это проще простого. Давно пора применить тело Марка по назначению. Что-что, а ноги у меня в самый раз.


Глава 7


Перед стартом я успел разглядеть соперников. Они все были слишком мажорными. Подробнее сказать не могу. Манера говорить и… смотреть, дорогие спортивные костюмы, необычные кроссовки.

Несмотря на приличный внешний вид, в сравнении с ними мы были лишь оборванцами. Но это не самое главное. Ребята из моей школы отводили глаза, стесняясь собственной тени.

Только я, Мияко и Блондинка спокойно пялились на остальных. И это бесило соперников. Хоть мне было как-то плевать.

В отличие от Эммы, пафосные ублюдки казались просто щенками. Они не могли меня вывести. Потому настроился на спортивный лад, собрал все силы этого тела и вышел на стартовый рубеж.

Вскоре трибуны затихли. Судьи выдержали паузу, прям как в театре. Потом жахнул какой-то гром, возможно, это был выстрел специального пистолета.

Я пулей рванулся с места и тут же смешался с толпой пацанов и девчонок. Сначала казалось, что Марк хорошо подготовлен. Но вскоре я стал уставать, видя, как меня обгоняют.

Ничего, это не самое страшное. Главное не лохонуться по полной. Бежал в середине, и ладно. Это не битва насмерть, можно не побеждать.

Сначала мы неслись под рев стадиона по ровной траве, как стадо молодых оленей. Многие забыли, что в беге с препятствиями… есть эти самые препятствия.

Потому первые планки (в виде высоких лавок) преодолел далеко не каждый. Некоторые прыгнули слишком поздно. Кто-то вообще не подпрыгнул, засмотревшись на толпу зрителей, и свалил планки, треснувшись о землю.

Я спокойно перемахнул через доску, находящуюся примерно на уровне пояса, и продолжил забег. Казалось бы, все хорошо. Что может быть круче, чем честные соревнования среди подростков!

Только мир магического дерьма как всегда подкачал. В какой-то момент, я заметил блондина, высокого парня с короткими светлыми волосами, и в таком же белом костюме.

Он летел, обгоняя всех, был явным фаворитом забега. И да, это совсем не метафора! Чувак реально парил, почти не касаясь земли.

Конечно, он мог так бежать. У всех разный стиль и способности. Правда, я учил физику в школе, пока она не стала грязной ямой с водой, после мощного взрыва.

Так вот, бегают слегка по-другому. По крайней мере, те, кто весит больше двадцати килограмм. Урод принял допинг для легкости ног. Очередную магическую дрянь, которой тут дохрена.

— Давай, Марк! Мы неплохо идем! — послышался голос Эдварда где-то сбоку.

— Козел, сука сраная! — отозвался я.

— Боже, ты совсем спятил, — донеслось до моих ушей.

Жаль, цветочник не видел того, что засек я. С этой секунды у меня открылось второе дыхание. Хотелось догнать нарушителя и оттаскать за белые волосы, как шалаву.

Глядя на эту «летучую фею», я заметно ускорился. Одышка немного прошла, ноги вдруг стали легче. Сам от гнева чуть не взлетел.

Легко перемахнул через препятствие, которое было выше, чем предыдущее. Потом совсем высокая штука в форме большой буквы П. Тут, используя низкий рост, я слегка поднырнул.

Дальше была хрень, которая становилась, то выше, то ниже. Многих это сбивало, но я тоже справился и даже вырвался в лидеры гонки, сам такого не ожидая.

«Все, урод, сейчас ты попляшешь! Конечно, у тебя теперь крыша. Но капитана Раста это хрен остановит» — с этой мыслью я превратился в реактивный снаряд, работающий на собственной ярости.

И вскоре этот снаряд взорвался, заставив меня резко замедлиться. Ведь сбоку бежала девчонка ростом чуть выше меня, худая, рыжая бестия. Я бы подумал, что это пацан, если б случайно не увидел лицо.

Она неплохо бегала, это факт. Но при этом совсем не прыгала… Причем, не билась о препятствия и не падала. Она проходила сквозь них, как палка проходит сквозь дым.

— Да вы охренели тут, что ли?! — завопил я что есть сил, несмотря на большую усталость.

Два нарушения на первом этапе соревнований. И это как минимум! Элитные игры, иметь их в рот. Кто б вообще мог подумать?

Понимаю, у нас: надо выживать всеми силами. А тут… мирное небо. Никто не укусит тебя за жопу, если ты сам не захочешь. Тогда нахрена нужно врать? Не то что бы я Дартаньтян. Но даже для меня это слишком.

Пока думал об этом, пропустил препятствие в виде небольшого трамплина, споткнулся на нем и чуть не упал.

Тем временем, меня обогнал жирный парень, ноги которого двигались слишком странно. Он перебирал ими как в мультике, неестественно быстро. Судя по довольному лицу, гад почти что не уставал.

— Ты еще куда, сарделька анальная?! — крикнул я с бешеной злобой.

По понятным причинам догнать толстяка было сложно. Тогда заметил земляной ком, лежащий чуть впереди. Стараясь не останавливаться, резко его подхватил и бросил в спину ублюдку.

Получилось лучше, чем думал. Попал жиробасу по шее. Удар вышел сильным, как надо. Чувак наклонился вперед, запутался в накачанных допингом ногах и свалился на траву, мордой пропахав землю.

— Кукан справедливости настигнет каждого, пирожок! — через силу прокричал я.

Не заметил, что поле закончилось. И преодолев последний барьер, пересёк финишную черту где-то в середине всей массы. Неплохой результат, если так. С учётом того, что раньше в соревнованиях не участвовал.

Не успел порадоваться этому делу, как меня резко схватили под руки. Мужики в полосатых одеждах стали вопить, будто я применил насилие, что является большим нарушением.

Меня отвели в сторону и стали отчитывать.

— Эй, послушайте, замолчите! Там допинг был, допинг! То есть этот, как его… Магия! Они на магии бегали, я хотел помешать. Да что ты мне в морду тыкаешь? Это что за гребанная прокладка? — вопил, отбиваясь от судий, которые меня трепали.

— Участник от школы сто сорок семь! Вы не имеете права применять физическое либо иное насилие во время соревновательного процесса. В случае обнаружения нарушений вам необходимо сообщить комиссии судей, предоставив веские доказательства, — протараторил длинный мужик, когда остальные заткнулись.

— Доказательства? Может, ещё экспертизу на бегу провести?! — крикнул я.

В морду снова полезла прокладка. Чей-то голос воскликнул:

— Красный ярлык, красный ярлык. Вы получаете веское замечание! А ваша школа выговор за плохое воспитание учащегося.

— Знаете что? Школу мою можете хоть спалить! — проворчал я, понимая, что это вряд ли поможет.

Пока судья считали очки, команды, сбившись в стайки, валялись на краю стадиона, как тюлени на лежбище. Солнце светило по-летнему ярко, газон стал теплым. Но в то же время от земли шла прохлада. Отличная «подстилка» для тела, измученного спортивной пыткой.

— Тот пацан, которого ты приглушил. Он шишка большая, короче, — сказал Дэн, глядя в синее небо.

— Что большая, это точно заметно, — отозвался я, щурясь на солнце.

— Он прав. Миша Мерилов, сын главы регионального комитета по делам межкланового сотрудничества, — раздался голос Эдварда.

— Эти все комитеты… Умеют только брать взносы. А клановая политика при этом находится ниже плинтуса, — недовольно отозвалась Мияко.

— Политику у себя в Китае качать будешь, — прозвенел голос блондинки.

— Причем, вообще тут Китай? — напряженно спросила Мияко, но ей никто не ответил.

Все были уставшие после забега. Под лучами солнца и под мерный гул стадиона хотелось скорее поспать. Я б точно вырубился, если бы не почувствовал на себе чей-то взгляд. Возможно, лишь показалось. Только боевой офицер не имеет права расслабляться, забивая болт на угрозу.

Резко поднялся на руках, готовясь применить силу. С нас уже сняли ошейники. Так что можно и врезать.

Ага… к нашему отряду подкрался блондин, который порхал «как бабочка» только что. Он стоял, скрестив руки на груди, в позе местного блатаря. Пялился на нас, как на скот, и надменно ухмылялся.

Наверное, он не знал, что я недавно с такими творил. Что ж, могу доходчиво объяснить.

— С каких пор нищенские школы участвуют в наших играх? — спросил пацан, будто говорил сам с собой.

Ему никто не ответил; странно, если было бы по-другому. Тогда я поднялся на ноги, потом шагнул к чуваку.

— С таких пор, как петухи научились летать, — четко отчеканил в ответ.

— Чтааа? — процедил блондин сквозь губу. — У тебя проблемы, задохлик?

— Может быть, я не спорю. Зато нет воздушного шарика в жопе, который помогает летать.

— Хм, выкидыш гориллы хочет меня обвинить?

— Нет, сразу наказать.

Я ткнул двумя пальцами парня в болевую точку под мышкой. Тот ахнул, явно не ожидая, и отскочил.

— Вас взяли сюда для смеха! Просто постебаться над неудачниками. У нас своя тема. Мы каждый год показываем силу и добиваемся успеха, — воскликнул блондин, тыкая в нас пальцем.

— Силу? Да ты, козел, мухлевал! — крикнул я.

— Ооо, мелочь хочет справедливости. Что ж, посмотрим. Зови свидетелей, тащи доказательства! А нет, значит заглохни, или нарвешься, уродец!

С этими словами парень показал руку ладонью вверх. И на ладони возник маленький кусок льда.

— Ха, живой холодильник! Посмотрим, как тебе это, — я приготовился взорвать башку мудаку.

Но тут вмешалась Мияко.

— Федор, ты сам к нам пришел. Начал говорить грубо, а теперь ещё злишься, — строго сказала она.

— О, Майко? Как ты оказалась среди этих ничтожеств? — удивленно процедил белый.

— Прежде чем оскорблять кого-то, имей силы посмотреть на себя. И да, меня Мияко зовут!

— Ооо, как всегда вредная и вся правильная. Прям как моя бабуля, — криво улыбнулся пацан.

— Не смей ее трогать, выскочка! Соревнования должны быть честными, — прогремел голос Эдварда.

— Ой, восстание неудачников. А я думал, вы можете только молчать и ныть в тряпочку. Что ж, посмотрим, чего вы добьетесь. Лузеры…

Последнее слово Федор выдохнул тихо. При этом он развернулся и пошел прочь. А через несколько секунд раздался громкий смех его команды, которая располагалась неподалёку.

— Хорошо, что он ушел. А то мог потерять голову от успеха, — выдохнул я, снова садясь на землю.

— И почему он такой понтовитый? — спросил какой-то пацан, спустя некоторое время.

— Его родители занимаются добычей магических кристаллов. Думают, что им все можно, — пояснила Мияко.

— Ничего, посмотрим, как этого беляка выгонят с поля, — торжественно заявил Эдвард.

Остальные только вздохнули, понимая, что это вряд ли случится.

Оставшийся день прошел без особых проблем. Выяснилось, что мы заняли какое-то там, далеко не призовое, место. Победила команда Федора, за ней следовала команда, где был «шустрый» толстяк.

Короче, стало понятно, что дерьмо этого мира полностью пропитало весь спорт. И если хочешь побед, то надо быть в крутом клане, а уже потом приступать к тренировкам.

Вроде бы, это фигня. Но я все равно чуть бесился. Хотя, по сравнению с кознями Эммы — это просто цветочки. Потому, стараясь особо не злиться, я продолжил участие в играх.

Следующее испытание было магическим. С этим у меня явно проблемы. Но не участвовать я не мог, за это снимались очки. К тому же, лучше свалить из школы, чем париться на уроках.

Да, насчет школы. Там царил полный дурдом. Из-за проверок вводились идиотские правила и запреты. Ученики ходили по струнке, как солдаты при приезде в часть генерала.

Это не особо спасало. Проблема была в руководстве. Но Эмма в такое не верила, отыгрываясь на школотронах по полной, будто в ее темных схемах виновны только они.

Хорошо, что меня этот бред не касался. Я шел в сторону стадиона от своего дома, чтоб встретиться с остальными на площади, как вчера.

В последнее время, на моей заднице появились глаза и уши. Несмотря на погожий день, я был собран и насторожен.

Когда захрустели кусты неподалеку от тротуара, реакция была очень резкой. Я обернулся на звук, выставил руку и пустил сгусток (или волну, не знаю, как объяснить) темной эрии.

Кто-то громко заохал. Меня подняло в воздух и откинуло в сторону. Упал спиной на люк канализации, который был в паре метров. Увидел, что тут стоит пивная бутылка, и, не смотря на боль, обрадовался своему везению.

— Ай, мать твою, с добрым утром, — простонал я. — Когда вы там уже передохните, гниды?!

Но вместо гнид, не меня уставилась женщина. Явно не молодая, в нелепых очках и платье как у старухи.

Она выглядела очень странно. Всего однажды видел такую бабу. Только где? Надо вспомнить.

— Ой, прости, я случайно. У меня иногда вырывается, — виновато процедила женщина, идя в мою сторону.

— Ах, краля, да чтоб тебя! Ты меня чуть на бутылку не кинула, — простонал, ощущая боль во всем теле.

Тут в мозгах что-то вспыхнуло. И мне стало ясно, что это заместитель директора. Сестра того самого Ромки, что чуть не стал куском фарша. Какого черта она сидела в кустах? И чего ей от меня надо?

— Извини, Лесовский, я, правда, нечаянно. Ты должен меня выслушать, понимаешь? — подойдя ближе, протараторила дамочка.

— Выслушать? Нахрена? Могли бы вызвать в кабинет, как тогда, — прокряхтел, с трудом поднимаясь на ноги.

Восстановительной капсулы у нее теперь не было. Придётся ходить с больной спиной, пока медикамент не достану. Хорошо хоть сегодня не надо бежать или прыгать.

— У меня теперь нет кабинета, — поправив очки, произнесла дамочка. — Эмма многих уволила, ты и сам это знаешь.

— Ничего, ее скоро натянут, — ответил, почесывая ушибленную спину. — Что вы теперь-то хоть делаете?

— Занимаюсь тем же, Лесовский. Эксперименты с магией. Только уже без бумажной волокиты и у себя дома.

— И как? Нобелевская премия скоро?

— Чего? — прищурилась дамочка, потом с грустью сказала: — Мой брат заболел странной болезнью. Я называю ее «эффект мясорубки», когда человек случайно заглядывает за грань бытия и сходит с ума.

— Кхе-кхе, да, опасная шутка, — ответил, с трудом стараясь не ржать. — А я-то тут причем, госпожа?

— При том, Лесовский! Я знаю о вас с Миленой!

Вот же дотошная бабка! У нее что, жучки везде, что ль расставлены? Или Милка треплется всем о своих сексуальных подвигах?

— Ладно, ладно, спокойно! Она сама показала мне жопу. «Хочешь провести глубокое изучение магии?» — говорит? И булки прям раздвигает! Честно, я даже совсем не хотел. Она меня тупо за член… — попытался объяснить ситуацию.

Но Вельда (кажется, так ее звали) лишь усмехнулась.

— О, Лесовский, хватит выдумывать глупости! Я о другом мире, который ты видел. Милена пришла ко мне и просила совета.

— Чего???

— Не бойся, я никому не скажу. Мне самой не поверят. Но мы должны попытаться… Провести исследования и добиться истины, понимаешь?

Вот те раз, охренеть! Язык Милки длиннее, чем мне казалось. Может, еще по местным «новостям» передать?

Очкастая бабка не внушала доверия. Стать для нее подопытным кроликом — это смертный приговор. Кто знает, что она хочет сделать?

И вообще, нужно ли мне возвращаться? Даже если Вельда откроет портал… Я не знаю, хочу ли вообще туда, где ничего не осталось, кроме разрушений и страшной войны.

Как ни крути, а здесь у меня еще юность. Есть семья, есть учеба, магия эта их чертова. За последнее время я вжился в тело Лесовского. Может, стоит в нем и остаться? Или нет, кто же знает?

— Марк! Давай же, скорее! Нам надо идти, — воскликнула Вельда, вырвав меня из потока мыслей.

— Да… надо, так точно, — холодно отчеканил я. — Там соревнования начинаются.

После этих слов, решительно направился прочь. Вельда устремилась за мной, крикнув:

— А как же тот другой мир? Это же мировое открытие!

— Зачем тебе другой мир? Своего что ли мало? Открытие, это не стать ублюдком по жизни. Остальное — научный бред, — отмахнулся я, резко ускорившись.

— Нет, так нельзя! Погоди! — слышалось за спиной.

Какое-то время бывший завуч меня преследовала. Но она оказалась умнее, чем ожидал, и вскоре отстала. Тогда пришлось пробежаться до нужного места, ведь я серьезно опаздывал.

С трудом догнав группу горе-спортсменов, получил разнос от Мияко. А дальше мы шли привычным маршрутом, чтоб попытать счастье в магическом состязании.


Глава 8


Сначала мне казалось, что это соревнование должно проводиться эпично. Само слово «магическое» говорит о чем-то крутом. Яркие вспышки и взрывы, сверхспособности, битва на ринге. Да вообще что угодно.

Но на деле получилось иначе. Нас расставили на стадионе, словно шахматные фигуры. Перед нами были столы, где лежали специальные аппараты.

Под стеклом находилась красная стрелка со шкалой. Шкала двигалась вверх, показывая различные деления. А рядом подсоединялся кристалл, который горел разными оттенками, определяя магическую силу.

Также прибор оснащался панелью, на которую надо накладывать руки. Именно эта панель пропускала магию и высчитывала результат.

Соревнование оказалось очень простым. Группы участников подходили к столам. А по команде все начинали… Тереть? Дрочить или массажировать?

Короче трогать панель, выпуская магические потоки. Аппарат засчитывал степень раскрытия дара и силу этих потоков. Данные показывались на большом экране, который был виден с любой точки стадиона. Комментатор бесячим голосом орал свою дичь. Толпа, как всегда, бесновалась.

Когда настала очередь выходить, я думал, что нас сведут с тем блондином. Если так, все могло кончиться плохо. Для него, разумеется. И для всего этого сраного чемпионата.

Но закон подлости в этот раз не сработал. Блондин оказался в следующей партии. Мы вышли с другими участниками и стали, короче, соревноваться.

Я стоял рядом с Дэном, Эдвардом и Мияко. Возле нас был мужик в полосатой форме, который строго следил за соблюдением правил. Ведь участники должны использовать свою силу, а не энергию сторонних предметов.

После команды, мои напарники напряглись, применяя разные техники. Мияко стала что-то бормотать по-японски. Она закрыла глаза и гладила блестящую панель, будто делала ей массаж.

Эдвард сделал жесты руками, словно боец кунг-фу. Дальше он положил пальцы в нужное место, касаясь панели их кончиками. Такое чувство, что парень играл на пианино. Над его руками появились белые облачка дыма, которые приняли форму лотоса.

А Дэн просто давил рукой, будто делал искусственное дыхание. Он странно охал и напрягался. Казалось, парнишка занимается точно не магией.

— Итак, дамы и господа! Что мы видим??? Совокупное раскрытие магических способностей у школы Золотого заката вышло на сиреневый уровень! А сила магического потока застыла на оранжевой отметке, что является лучшим результатам на играх за сегодняшний день! — гремел голос диктора.

— Даааа! Уваааа!!! Ооо! — вопили трибуны.

— Еще немного! Давай! — твердила Мияко.

— Мой предел исчерпан! Лучший школьный показатель побит, — торжественно заявил Эдвард.

— А мой предел… пять с половиной процентов и сила потока… Эххх, семь единиц! — прохрипел Дэн, выжимая из себя последние соки.

— Не спеши, попробуй расслабиться! Успокой душевную оболочку! — воскликнула азиатка.

— Ага, можешь еще яйца расслабить. Говорят, помогает, — недовольно проворчал я.

Судья сделал замечание насчет нецензурной лексики. А Эдвард с досадой воскликнул:

— Марк, ты вообще не стараешься?

— Да, а на кой оно надо?

— Ты забыл вообще, где мы находимся?!

— Спокойней, тюльпан. У меня магии ноль.

— Но как ты тогда… это все?

— Хрен его знает. Наверное, волшебство!

Да уж, было досадно. На этом турнире я был хуже мелких лохов. Как ни старался дрочить панель, получались десятые доли. Даже одного процента раскрытия нету.

Эд хотел дать какой-то совет, но Мияко толкнула в бок, намекая, что лучше от меня отвалить.

Мне и правда, было паршиво. С досадой осматривал остальных, видя, как они добиваются результатов. Как и в случае с бегом, не обошлось без дерьма.

Толстяк, стоящий чуть дальше, засунул себе палец в нос. Вытащил его и на ногте были… синие сопли. Он быстро вытер их о ладони, а потом приложил руки к панели.

«Зашибись, колобка насморк затрахал», — подумал, чувствуя приступ ярости.

Но это еще не все. Здесь была целая эпидемия гриппа. Рыжая бестия со вчерашнего забега вдруг громко чихнула. Из ее рта посыпалась чуть заметная пыль…

«Ага, земли нажралась», — пронеслось у меня в голове.

— Игрок номер двадцать три! Игрок номер двадцать три! — прогремел голос судьи, который за нами следил. — У вас есть возможность побить свой рекорд. Время еще осталось. Вы не должны стоять и бездействовать.

— Что? То есть можно еще попытаться? — спросил с фальшивой улыбкой.

— Да, это не возбраняется правилами, — холодно сказал судья.

— Пробуй, Марк! Не сдавайся! — послышался голос Мияко.

— Правда? Вы думаете, что у меня все получится? — улыбнувшись шире, чем в прошлый раз, прокричал я.

— Конечно! Да! Давай, Марк! — в разнобой закричали звонкие голоса.

— Хорошо! Я верю в себя! Вперед, к новым победам!

Судья улыбнулся этим словам. В меня верили все. Ну, раз так, почему бы и не попробовать?

Я глубоко вздохнул и стал ковыряться в носу. Потом ахнул, громко кашлянул, а дальше изобразил чихание.

После этого обернул кулак в рукав куртки. Размахнувшись, саданул стекло магического прибора, отчего оно тут же треснуло.

— Стой! Ты что делаешь? — истерично крикнул судья, контролирующий наш сектор.

— Нет, Марк, не надо!

— Прошу, успокойся!

— Как не надо, вы что? Здесь же каждый делает, что захочет! Чем я хуже того толстяка или драной рыжухи? Я тоже хочу как они! Слышите, как они! — заревел я, продолжая избивать аппарат.

К счастью стекло было слабым. Оно разлетелось на части, и я смахнул град осколков. В тот момент, подлетел полосатый. Он засвистел в свисток и попытался меня схватить.

— Командир, что не так? Они ваши правила в хрен не ставят! А мне нельзя что ли?! — выкрикнул я, не давая себя поймать.

— Ты спятил, пацан! Иди сюда, живо! — верещал чертов судья.

Пришлось долбануть его в нос кулаком, а потом ногой между ног. Кода придурок согнулся, я добавил по шее, и пнул лежачего пару раз.

В нашем секторе воцарилась напряженная тишина. Трибуны тоже заткнулись, видя, что происходит.

— Вот так! Крутые правила, сука! — сказал я, убирая остаток осколков.

Дальше отломал красную хрень, что показывала деления на шкале. Взяв эту штуковину, положил ее на самый верх и воскликнул:

— Ого, кажется, получилось! Я смог! Я поверил в себя.

— Марк, ты дурак, тебя сейчас схватят! — пропищала Мияко.

— Служба безопасности уже тут, — ахнул Эдвард.

— Отлично, друзья! Они хотят порадоваться вместе со мной. Как круто я превозмогаю! Вот она судьба настоящего героя.

— Стоять на месте!

— Не двигаться! — орали мужики в синем, которые бросились меня скручивать.

— Эге-гей, ребятки, все супер. Давайте веселиться и праздновать! — проорал, помахав окровавленным рукавом. Несмотря на все, сука, порезался.

Но это же ерунда. Потому что я добился высот, благодаря стойкости духа и поддержке друзей.

Жаль, что за мои старания меня повалили на землю, а потом взяли на руки и понесли как мешок. Да уж, здесь строго. Могли б еще в гроб железный закрыть. Ну да ладно….

Зато, я смог. Я добился. Как круто. Или может, хватит кривляний? Тогда точно завязываю.

Что было дальше? А ничего хорошего. Сначала хотели отстранить всю команду. Потом отстранили только меня. Нового члена в команду брать запретили. И вышло так, что мы автоматически проиграли, но могли при этом тупо участвовать. Для поддержки штанов, так сказать.

Меня хотели прикончить свои же. Только долгие объяснения и пару ударов эрией доказали, что все не так просто. После новых состязаний, Эдвард понял, что все мухлюют.

Мияко смогла сфоткать при помощи местного фотоаппарата парочку нарушений. Была подана коллективная жалоба в спортивный совет. После чего, все медленно пришло в норму.

Точнее, даже не в норму. Меня перестали считать полным психом, не допуская до состязаний. Спустя несколько дней, уже к концу игр, нас с Анной вызвали в кабинет к одной шишке, которая лично хотела во всем разобраться.

Мы сидели в комнате с красивым ремонтом перед толстяком, похожим на говорящую свинью, который нес всякий бред. Классика жанра. Нельзя обвинять кого-то без доказательств, нельзя применять силу в спортивных соревнованиях. Надо быть ангелом с крылышками, и прочее, прочее, прочее…

Возможно, мамка бы сюда не пошла. Только я притворился, что спор снимает зависимость от азиме. Без состязаний я вообще охренею и стану полным дебилом.

Поэтому Анна пришла сюда, а теперь слушала полный бред, краснея, как помидор.

— Так вот, госпожа, ваш сын должен себя контролировать. Именно самоконтроль дает возможность каждому человеку, а тем более молодому мужчине, оставаться полноценным членом имперского общества.

— Да хоть вагиной в натуре, — сквозь зубы процедил я.

— Что? — насторожился поросенок в дорогом пиджаке.

— Ничего, господин! Марк у меня очень… справедливый мальчик. Он уважает честь, совесть. Сами понимаете, в общем, — с трудом выдавила из себя Анна.

— Понимаю, еще как понимаю, — чиновник посмотрел на сиськи моей мамки и облизнулся. — Но знайте, что грудь… в смысле грубость. Она никогда не позволит найти компро…сись, компромисс. Кхе-кхе, как бы так.

— Знаю, я всегда ему говорю. Но без спорта Марк будет страдать, — чуть не плача, произнесла Анна.

— Да, вы полностью правы. А что скажет сам юный спортсмен? — спросил у меня чиновник.

«Что кто-то хочет отыметь мою мать», — подумал я. Но косяков и так было много. Решил не гнать шнягу, притворившись паинькой.

— Я больше не буду мешать нарушению правил. Пусть ваши мажоры хоть клизмы с магией себе ставят, — произнес как можно спокойнее.

— Так… это можно считать признанием вины и обещанием вести себя хорошо?

— Да! — выпалила Анна.

Свин снова осмотрел ее грудь, потом вздохнул и сказал:

— Тогда мы допустим Марка до оставшихся соревнований. А насчет нарушений, проводится тщательная работа, которая будет вскоре завершена.

Мамка тут же обрадовалась, обещав чиновнику, что я стану ангелом. Правда, все было не так уж и круто. Я пропустил большую часть состязаний. Эмму еще не прогнали. Значит, моя борьба как бы проиграна, придется выдумать новый план действий.

— Марк, я сказал, что ты можешь участвовать в празднике спорта! — торжественно заявил толстяк, видя, что я не обрадовался.

— Ага, который скоро закончится, — отозвался без особых эмоций.

— Ты не прав, молодой человек! — воскликнул чиновник, всплеснув толстыми руками. — Главным этапом спортивного праздника является вылазка в лес, которая будет завтра.

— Куда вылазка? — повел бровью я.

— В дикую природу! — деловито отчеканил мужик. — Не волнуйся, тебе все расскажут. Соберись с силами, у вашей команды еще есть шанс.

Конечно, кабан врал по-черному. У нас не было шансов. Да и лесное испытание вряд ли важнее, чем все остальные. Но отказываться от возвращения я не стал. Раз уж на то пошло, надо играть до конца.

Потому встретился с командой сегодня под вечер. Там в очередной раз выслушал нотации Мияко и остальных, а так же получил информацию об этапе соревнований.

Оказалось, мы должны жить в лесу, в палатках, будто туристы. Там надо показать свои навыки в дикой природе, чтобы приобщиться к духу великих предков. Так написано в официальной бумаге. Хотя на деле, все куда проще.

Мы должны были пострелять из луков, залезть на деревья, перейти реку и еще что-то типа такого. В целом, ничего сложного, а тем более дикого. Так что я особо не парился.

Скорее наоборот, было круто. На лоне природы не будет болеть башка от рева трибун. А если что, можно незаметно расправиться с козлами, которые используют допинг.

* * *
Максим Стариков стоял напротив железного стула. Там сидел связанный человек с заклеенным ртом. Он со страхом осматривал темный подвал, то и дело, останавливая взгляд на пистолете охранника, что поблескивал при тусклом свете желтушной лампы.

Пухлый розовощёкий господин задолжал крупную сумму корпорации Энерго. Он хотел кинуть всех и свалить за границу. Но щупальца Мирона были слишком уж цепкими.

И вот, неудачливый махинатор оказался перед лицом бандитского правосудия, которое, как известно, отличалось особой суровостью.

— Так, господин Александр, куда вы дели оставшуюся часть наших денег? — холодно спросил Стариков. Но пленник ничего не ответил.

— Хорошо… Повторю еще раз. Где, мать твою, наши бабки?!

Ответом было глухое молчание.

— Странно, какого черта ты решил сыграть в рыбу? Умрешь, но ничего не скажешь?

— Уууу! У! Уу! — раздалось с темного стула.

— Черт! У тебя же рот, сука, заклеен! Говорил вам дебилам, чтоб вы скотч отлепили, — проворчал Стариков, на что охранник лишь виновато пожал плечами.

— Да что б вас всех, идиоты!

Максу пришлось самому сорвать клейкую ленту, после чего раздался оглушительный крик.

— Господин, пощадите! Я вложил все деньги в проект! Помните, мы обсуждали еще? Все там, я клянусь, — тараторил несчастный пленник.

— Там… хорошо… Но наш финансовый отдел отследил историю переводов. Ты вывел половину, не меньше, пока играл с нами в игры. И эта половина пропала.

— Украли! Значит, ее украли! Знаете, в мире много нечестных людей.

— Да… так и есть. Бывает, нечестные люди пудрят мозги честным людям. Берут в долг миллионы импров под залог своей головы. А потом пытаются дернуть. Не так ли, господин Александр?

— Что? На кого вы вообще намекаете? — наигранно сказал пленник, да так, что любой актер театра ему позавидует.

— На одного жирного тупого барыгу, — сказал охранник.

— Ага, Коля, все так и есть, — хмыкнул Макс, после чего, немного задумался.

— Эй? Что вы будете делать? — простонал связанный, после длительной паузы. — Может, меня отпустить? А потом деньги сами… найдутся.

— Хорошо, уважаемый, мы отпустим, — улыбнулся Максим, затем стал серьёзным и произнес: — Но сначала слегка поиграем!

Помня предыдущие конфузы, Стариков решил особо не изощряться. Он протянул руку назад, и охранник подал деревяшку, которой всегда чешут спину. Она была длинная и довольно упругая.

Макс взвесил эту штуку в руках, подходя ближе к стулу.

— Говори, тварь! Сейчас же! Иначе, я приготовлю омлет…

Заложник промычал что-то невнятное. Тогда Стариков размахнулся и врезал спинной чесалкой махинатору между ног, которые были связаны так, чтоб их нельзя было сдвинуть.

— Ой, — сказал дядька.

Максу показалось это слишком уж странным. И он долбанул еще раз.

— Ох, аха-ха…

— Получай, гнида! — снова удар, но на этот раз эффект оказался более странным.

— Аха-ха-ха, как щекотно! Ой, что вы со мной творите! — заверещал пленный.

Макс осмотрел чесалку на свет, не веря в происходящее. Охранник перекинул пистолет в руке и громко хмыкнул.

Старикова стало трясти. Он почувствовал, что грохнется в обморок. Пришлось применить все усилия, чтоб не показывать это.

— Здесь что-то не так, господин, — после небольшой паузы подметил охранник.

— Сам знаю! — отмахнулся начальник, а потом обратился к заложнику. — Слушай ты, весельчак. Скажи мне по-братски, если не хочешь лишиться башки. Что за хрень только что здесь была?

— Понимаете, господин, — осторожно произнес пленник. — Тут такое дело, короче. У меня редкое заболевание было… В результате этого… это.

— Что это?! — Макс грозно потряс чесалкой.

— Мои половые органы. Они не развились. Точнее, развились, но, в общем, не все.

Макс ахнул и отошел в темноту. Сглотнув слюну, он с трудом собрался с мыслями и воскликнул:

— Послушай, ты, фуфел комнатный! Ты мне скажи как родному. У тебя, что яиц нету что ли?

— Эээ да. Но член в норме. Он даже больше среднего, в общем. А вот мошонка… она… просто не выросла и в нее вставили теннисные шары.

— Не гони шнягу, козел, — по слогам процедил Стариков.

— Господин, он не гонит. Есть такая болезнь — врожденный шароболиус называется. Она магией это, не лечится, — отчеканил охранник.

— Что? Ты-то откуда знаешь?!

— Во «Все сети» читал, когда мы Шкорского в лес вывозили. Он яму долго копал… делать нечего было. Человек городской, белоручка. Лопату никогда не держал…

— Да заткнись ты со своей блин лопатой! — чуть не плача воскликнул Макс Стариков. — Что за жизнь-то такая! Когда хоть один нормальный пленник появится?!


Глава 9


— Господин, он нормален. Нарушена лишь детородная функция.

— Закрой свою пасть, даун чертов! Ты должен валить всех подряд, а не статейки по медицине читать! — теряя контроль, завопил Стариков.

— Так я это… валю. И читаю.

— Отпустите меня, господа! Видите, я всего лишь больной инвалид! У меня отсутствует важная часть организма! — всхлипнув, завизжал пленный.

— Умолкни, мудак, иначе у тебя мозги сейчас будут отсутствовать! Такой болезни не существует. Я тебя тупо урою, — крикнул Макс.

Тогда на груди пленника вспыхнуло что-то синее. Он упал со стула и перевернулся через голову, а после затих.

Охранник оглянулся назад, но тоже получил мощный заряд, отчего потерял сознание и отлетел к стене. Подвал озарился синим свечением. В него, обвитый горящими молниями, влетел сам Мирон.

— Господин… Вы же в своем кабинете, — промямлил Макс, нелепо дирижируя чесалкой.

— Я работаю там, но не живу, если ты еще не заметил, — громыхнул грозный возглас.

Тонкая молния врезалась в плечо Старикову. Он вскрикнул и уронил чесалку, понимая, что хорошим это все не закончится.

Правда, Мирон не спешил расправляться со Стариковым. Глава опустился на пол и погасил свою магию.

— Такая болезнь существует, только называется по-другому, — как ни в чем, ни бывало, произнес он.

— То есть, у человека с рождения может не быть яиц? — спросил Макс, старясь уболтать разъяренного босса.

— Еще как! Иногда из-за генетического сбоя или болезни. А иногда… из-за чертовой тупости!

— Погодите, не понимаю, — промямлил Максим.

Мирон стал на него напирать, оттесняя в кромешную тьму подвала.

— Здесь нечего понимать, кретин чертов. Почему пацан еще жив? — строго спросил Павлов.

— Потому что… Потому что вы сами сказали: следить, — промямлил Максим.

— Да, но потом я сказал — уничтожить щенка при удобном случае. Интересно, что мешает тебе меня понимать? Может наличие мошонки, как раз таки?

— Нет! Все не так! Мы выполнили приказ. Точнее, пытались, — протараторил Стариков, и уперся спиной в холодную стену.

Глаза Мирона вспыхнули синим огнем. Потом они погасли, и глава корпорации хмыкнул.

— Давай, говори. Ты от меня что-то скрываешь, — произнес он, давая понять, что это последняя попытка решить все без жертв.

— Эээ, вообще нет. То есть да, — замялся Максим. Глава охраны знал, что шутить с этим лучше не стоит. Потому собрался с силами и сказал напрямую: — Мало кто желает участвовать в операции.

— Что??? — Павлов поднял руку и врезал молнией в потолок, отчего подвал чуть не схлопнулся карточным домиком.

— К сожалению, объект слишком опасен, — с трудом процедил Стариков.

— То есть, вы ублюдки, испугались одного пацана? — на этих словах Павлов слегка усмехнулся, забыв о былой ярости.

— Пацана-чернокнижника, одержимого неизвестной нам дрянью, у которого мамка из клана древних воительниц. Все видели, что стало с солдатами Братства. Никто не хочет повторять их судьбу.

Мирон мог испепелить Старикова, а потом сравнять с землёй здание корпорации. Но его мозги начинали работать в самый критический момент, что сейчас и случилось.

Глава крепко задумался, рассматривая мрачные очертания лица Старикова. Конечно, все это полный бред. Еще пару месяцев назад он бы ни за что не поверил.

Теперь же все изменилось. Несмотря на мнимое превосходство, враги жалкого сопляка терпят потери. А сам он остается невредимым, так еще набирает очки.

Можно пойти войной на чертова школотрона. Задавить его крупными силами. Но как же имперская власть? Корпорация Магпром, кланы Одаренных и Просветленных?

Пока они все закрывают глаза. Только перед общей мощью Энерго — это ничто. Нельзя слишком сильно высовываться. Это не в его стиле. Мирон Павлов известен своей изворотливостью. Именно потому он до сих пор тут, а не в могиле, как его давние приспешники.

— Простите, я правду сказал! Клянусь, другой информации нет! Я прошу, — мямлил Стариков, думая, что Мирон хочет его уничтожить.

Отчасти, Макс угадал. К счастью, разум начальника был сильнее эмоций. И, немного подумав, Павлов медленно произнес:

— Где сейчас этот мелкий? Как всегда, ходит в школу? Живет по тому же адресу?

— Да! Все так, господин, — с облегчением выдохнул Макс.

— Ага… тогда мы сейчас…

— Погодите. Есть еще информация!

— Говори.

— Этот школьник. Тот, который Лесовский. Он участвует в играх Урожая. Завтра они отправляются в лес.

— Лесной этап состязания? Главная часть. А по мне так никчемная трата времени и городского бюджета, — отрешенно сказал Мирон.

— Да, я согласен. Это все полная хрень.

— Нет, хорошо. Игры — всегда хорошо.

— Простите, о чем вы сейчас? — пожал плечами главный охранник.

— Узнаешь, Макс, скоро узнаешь.

Стариков только хмыкнул, не решаясь задавать лишних вопросов.

— Так, где этот финансовый пидор? — сменив тон, сказал глава корпорации.

Он имел в виду Александра, который, кстати, сбежал. Мужик смог очухаться после удара, непонятно как развязаться и броситься в сторону лестницы. Конечно, бежать было некуда. Но изворотливости проныры надо отдать должное.

— Эй, ты куда? — крикнул Макс, услышав шаги.

— Отвалите! Я не брал ваши бабки! — послышалось издалека.

— Стоять, упырь, яйца щас отор… Аааа, чтоб тебя, сука! — заорал Стариков и бросился за заложником, как охотничий пес за дичью.

* * *
Соревнования в лесу проходили по старой схеме. Ничего особо экстремального не было. Мы носились по каким-то кустам, отыскивая красные повязки на ветках, а потом приносили их судьям.

Уверен, что мажоры опять мухлевали. Но я окончательно перестал вершить справедливость. Думал, скорей, как разделаться с Эммой, а потом и с Мироном. Хотя, бегал вроде неплохо, отчего под конец задолбался.

После подсчета очков, мы оказались как всегда в полной жопе. Но это меня не смутило.

День выдался жарким, очень хотелось пить. Я испытал настоящее счастье, когда под присмотром судей нас повели к ручью, где журчала чистейшая влага, падая с каменистого пьедестала.

Кружек нам, правда, не дали. Это был единственный экстрим за все время. Мне было как-то плевать, а девушки и некоторые парни заныли, с трудом пытаясь делать подобие чашек из листьев какой-то травы.

Я же спокойно попил, припав к тоненькой струйке, спадающей с камня. Сразу стало получше. Взглянул на небо, рассматривая белые облака, плывущие на фоне обрывков желтоватой листвы.

Красивый, конечно, здесь мир. Но ему не хватает поджопников.

Напиться с первого раза непросто. Вскоре захотелось еще. Я наклонился вперед, но заметил, что выбранная мною струя стала твердой, превратившись в большую сосульку. Поверх нее все же текла вода, но пить ее я не стал.

— Аха-ха-ха! — раздалось за спиной.

Обернулся и заметил нескольких человек, которые ржали как бешеные. Среди них был чертов блондин, с которым я как-то поспорил. Ещё рыжая бестия, любительница чихать магической пылью.

Мне ничего не сказали. Но было видно, что пытаются опустить, причем сразу по крупному.

— Э, мамкин Дед Мороз, твоих рук дело? — грубо спросил я, приближаясь к компании.

Блондин тут же вышел вперёд. У него в руке был бокал изо льда, из которого парень пил воду. Сама рука выскочки светилась магической синевой.

— Хех, извини. Я думал, ты любишь сосать… сосули… — процедил блондин, меряя меня взглядом.

— А ты любишь прыгать на членах, петух! Я тебе твой лёд в прямую кишку затрамбую, — ответил, не думая ни секунды.

Компашка крутых сразу ахнула. Блондин выбросил бокал в кусты и злобно посмотрел на меня.

— Аха-ха, он больной! — глуповато произнес кто-то.

— В нищебродской школе все дауны, — сказал девичий голос.

— Ничего, ребят, сейчас я ему мозги вправлю.

— Мошонку свою в трусы вправь! — проворчал я. — Даю три секунды, салаги! Не свалите, сдохните нахер!

— Ооо, как мы умеем болтать, — натянуто улыбнулся блондин.

Потом резко махнул рукой в мою сторону. На этот раз тело Марка спасло. Я увернулся от облачка синего дыма. Оно пролетело возле ноги, обдав меня холодом.

Растущая рядом ветка тут же покрылась льдом. А долбоящеры снова начали ржать.

— Молодец, салабон, — ухмыльнулся в ответ.

Не давая ублюдку опомниться, выставил руку и напряг мозг, как это было обычно.

— А! — коротко крикнул блондин, хватаясь за голову. Он тут же упал на колени и болезненно застонал.

— Ого, что это было? — прокричал кто-то.

— Фед, хорош так шутить! — сказал ещё один парень. — У мелкого магии нету. Он не мог это сделать.

— Как вам загадка науки, дебилы? Быстро по норам, утырки! — торжествующе крикнул я.

Банда Федора начала отступать. Они поняли, что со мной шутки плохи. Все бы ничего, но вперёд выскочила рыжая девка. Она злобно ухмыльнулась, демонстрируя уродские брекеты. Черт, даже Ини не настолько бесячая!

— Слышь, дебил недоношенный! — крикнула она грубым голосом. — Смотрю, совсем оборзел. Ничего, мы те перья по отрываем.

— Смотри, как бы тебя кто не отодрал! — выдохнул я.

Плевать, что у нее есть вагина. Будет нарываться, урою!

— Драл? А что ты об этом знаешь, лох комнатный? — выпалила рыжуха. Затем она щёлкнула пальцами. Я упал на задницу, сам того не заметив.

— Земля из-под ног уходит? Стоять научись нормально, баран! — протараторила чертова бестия.

— Пошутила, да? Сейчас твои сиськи, которых и так нет, уйдут в вечность! — произнес я, готовясь дать рыжухе по щам.

Но вместо этого пришлось получать самому.

— Что здесь такое? А ну разошлись! — прогремел строгий голос.

К нам направлялся судья в полосатой форме, с ним Эдвард, Мияко и ещё несколько школьников.

— Марк, что случилось? — сказала японка.

В ее голосе читалось примерно следующее: опять, ты придурок, косячишь? Кричать «они первые начали» было бессмысленно. Я лишь сказал, что решил посидеть, любуясь на петушиную ферму.

Мажоры вместе с рыжухой и белым попытались меня обвинить. Но судья приказал всем идти по палаткам, готовиться к новым соревнованиям. Как ни странно, он не бросился на меня. Хоть один честный дядька в этой помойке.

Так вот, я поднялся на ноги, проводив взглядом мажоров. Дальше мы с сослуживцами направились в наше расположение.

— Марк, не надо им отвечать. Как ты не понимаешь, они специально к нам лезут? — долдонил Эдвард.

— Да, — сказала Мияко. — Они привыкли распределять места между своими школами. Здесь все договорное. А мы мешаем налаженной схеме. Так что будь аккуратнее, лучше уж приставай ко мне, как раньше.

— Ооо, капец! Вы прям отрыли Америку, — с досадой проворчал я. — А к тебе я не приставал. Хватит, нахрен!

— Ой, Марк, ты так мило мне врешь.

— Он, правда, к тебе не приставал, — сказал Эдвард, но на него не обратили внимания.

После этого случая, все шло по плану. Нам раздали сухие пайки, напоили чаем. Потом все разошлись по палаткам, которые были очень комфортными. Внутри находились раскладные кровати и тумбочки. Не хватало только горячей ванны и дискотеки.

Хах, тоже мне, дикие испытания. Да… этот мир слишком мирный. Чувствуя себя полным олухом, я в одиночестве лежал на постели, глядя как солнце с трудом пробивает прочную ткань палатки.

После небольшого отдыха все разбрелись кто куда. Мне захотелось вздремнуть, только Эдвард не дал это сделать. Он подкрался к кровати, словно вражеский диверсант, и стал просить совета по покорению узкоглазой.

Молодец. Лес — это отличное место, чтобы кого-то трахнуть. Мне не очень хотелось преподавать. Но учительский долг — дело святое. Пришлось через силу сказать коронные фразы, которые Эд записал.

— Послушай, это точно сработает? — в миллионный раз спросил он.

— Скорее член подростка откажет при просмотре порнухи, чем это, — с раздражением ответил я.

— Прости, Марк, очень похоже на оскорбления.

— Ты ни хрена не понимаешь в романтике, колокольчик.

— Я — лотос.

— Да какая теперь вообще разница? — отмахнулся от назойливого Ромео.

В тот момент в палатку вошла девчонка, одна из наших, и сказала, что пора идти на новое испытание.

«Дикое» испытание было настолько диким, что нас выстроили на широкой поляне и раздали луки со стрелами. Нет, мы не должны были стрелять друг по другу, по врагам или по животным.

Деревья! Мать твою, поражать простые деревья, на которых нарисованы круги красной краской. То есть новая детская хрень. А всю дикость ей придавала природа. Что ж, хорошо хоть без чертова стадиона.

— Марк, ты знаешь, как это делать? — вдруг спросил Дэн, оказавшийся рядом со мной.

— Я мастер по стрельбе, пионер, — отозвался, перекидывая в руках оружие древности.

Вообще, да, стрелять приходилось. Имел дело с луком ещё до войны. Но назвать меня крутым Робин Гудом нельзя. Так что блистательных результатов ждать не приходится. Хотя, какая разница? Мы и так в полной лаже.

— Что ж, надеюсь, у тебя все получится, — туповато подмигнул Дэн.

Этот трусливый щенок, что? Понтоваться решил? Совсем сбрендил!

— За собой смотри… одноклассник. Гляди, чтоб пику в пупок не вогнал, — процедил я.

— Эй, ты чего?! — весело воскликнул пацан. — Я ж на секцию лучников хожу. Помнишь, а, в том году?

— Да, но… забыл. Что там было?

— Ооох, да не важно, — махнул рукой Дэн, но видя мое выражение лица, все же сказал: — Когда тебя побить хотели, к дереву ещё прижали.

— И что? — гневно выпалил я.

— Ну… Я помог тебе, помнишь?

— Отстрелил яйца козлам?

— Не, в ногу тебе долбанул. Кровь полилась, бойцы пачкаться испугались и отвалили.

— Да, мля… ты прям мессия-спаситель, — отозвался, едва сдерживая волну бешенства.

— Придурок, захлопни пасть. Дай подготовиться к шоу, — сказала рыжая бестия, которая стояла от меня через одного человека.

— Опять ты? В цирк, что ль пришла? — фыркнул в ответ.

— Ага, посмотреть, как нищий клоун обделается.

— Перестаньте разговаривать! Игрок номер двадцать три, игрок сорок два! — прогремел судья.

— Да, давайте разминаться уж лучше, — промямлил какой-то пацан.

Ага, блин, разминка. Я б их всех тут размял гусеницами танка. Но делать было нечего. В любом случае, это все хрень.

Я посмотрел, что делают другие и тоже стал крутить шеей, руками, ногами. Потом попробовал натянуть тетиву и прицелиться в нужное дерево. Несмотря на все, было немного волнительно…

В этот раз нас особо не мучили. Подготовка прошла очень быстро. Вскоре прозвучала команда: Готовьсь. Напряжение тут же спало. Как обычно бывает в бою, мозг остыл, сердце билось спокойно. Включилась особая логика, превратившая тело в железного робота.

Я прицелился в дерево, замедлил дыхание. Как следует собрался и… выстрелил, когда дали «старт». Так, неплохо. Но и не особо-то круто.

Попал в жёлтую зону, не дотянув до «самого яблока». Судья нашего сектора засчитал первую попытку. Затем выстрелили другие, в том числе Дэн. Этот школьный дрыщ вогнал стрелу в уголок красной зоны. Хм, он и правда, крутой. Кто б вообще мог подумать!

Но меня интересовало другое. Забив на свой результат, повернулся к рыжей девчонке. Она что-то мямлила одними губами. Вид у нее, как всегда, был хищным и злобным. Деваха почти не старалась, кривлялась, делая вид, что целится.

Спустила тетиву почти что случайно. И ее стрела полетела вообще мимо дерева.

«Хах, трындеть не мешки ворочать», — удовлетворено подумал я.

Тогда стрела рыжей изменила свою траекторию, попав в центр красного круга. Это был лучший результат из всей нашей группы. Сука, я так и знал. Снова их грязные штучки. Хотя, о чем говорить? Если на стадионе все мухлевали, то в лесу им сам бог велел.

— Ахх, что б тебя, — прошипел я, стараясь не броситься на чертовку.

Она этого только ждала. Посмотрела на меня, через парня, сказав, что я должен у нее поучиться.

— Ооо, а как ты так сделала? — спросил школьник, стоящий рядом с рыжухой.

— Обладаю отличными навыками стрельбы, в отличие от всяких баранов, — грубо ответила девка.

«Ладно, я ее все равно не увижу. Пусть хоть голая бегает. Капитан Раст на провокации не ведётся».

Следующая попытка была через пару минут. Я снова собрался, прицелился, как только мог. Но в этот раз результат был похуже. Для солдата постапокалипсиса даже простой пистолет — нечто древнее. А лук… это полная жопа. Под такое средневековое оружие руки были попросту не заточены.


Глава 10


Стараясь не показывать злости, опустил руки, и с досадой разглядывал носки обуви. Тем временем, Дэн попал точно в десятку.

— Ха, не зря мне мамка лук тогда подарила! — радостно воскликнул пацан.

Я вдруг понял, что рад за одноклассника. Конечно, тут все бесило, в том числе и сам Дэн. Но если так посудить, он всю жизнь боялся собственной тени. Никого не нагибал во всех смыслах слова… не разбирался с бандитами, не громил базу сектантов в черных катакомбах под Белгородом.

Короче, моя жизнь сложилась куда интереснее. А у него это первая удача за долгие годы.

— Молодец, — сдержанно сказал я, прокрутив это все в голове.

— Ха, смотрите, сосунки, как делает мамочка! — воскликнула рыжая тварь.

Хотелось взорвать ей башку. Она была хуже, чем Патрик и тот блондин вместе взятые. Но я видел строгий взгляд полосатого мужика, потому решил не выпендриваться.

Как и в прошлый раз, девка пальнула криво. Как и раньше, стрела развернулась в полете и попала точно в десятку.

— Йоооу, вот так! Поцелуйте мне пятки, лузеры! — крикнула рыжая и торжественно подкинула лук.

— Ооо, ты это странно все сделала, — промямлил ее сосед.

— Да сам ты странный, вообще! Додик прыщавый, — ядовито хихикнула девушка.

И тут… Капитана Раста понесло. Толкнув «прыщавого додика», я сделал пару шагов и оказался напротив рыжухи.

— Я видел, как ты всех кинула! Признайся и вали с полигона! — железным тоном отчеканил ей, держа себя в руках из последних сил.

— Марк, ты чего?

— Игрок номер двадцать три! — послышались тревожные голоса, но мне было как-то плевать.

— Пха-ха-ха, не могу! Что ты мне сделаешь, дебил конченный? Иди к своим лохам помойным, — сверкая железными брекетами, сказала рыжая девка.

«Только не эрия… Только не эрия! Если начну долбить магией, будет кровавая баня».

С этой мыслью я тоже слегка улыбнулся (хоть это было и сложно). И глядя в лицо рыжей выскочке, тихо сказал:

— Нарушают правила в спорте только шлюхи и педики. Выбирай, к кому ты относишься?

— Аха-ха, даже так? Вот к кому отношусь, — непринужденно воскликнула девушка, а потом плюнула прямо в меня.

Сзади «танцевал» судья, пытаясь меня успокоить. Прыщавый что-то там тявкал. Дэн тоже лез с разной шнягой. Но все их усилия пошли к чертовой бабке.

Я видел, как капли слюны попали на спортивный костюм. Это последнее о чем я подумал. Дальше мозг запомнился яростью, не давая мыслить нормально.

Эрию я, и правда, не применил. А вот навыки рукопашного боя… Рыжая не успела ахнуть, как получила ногой по ляжке. Девчонка взвыла, будто раненный зверь, и склонилась в сторону удара.

Тогда мой кулак врезался в ее подбородок, заставив улечься на землю в позу дохлого мертвеца. Знаю, что она баба. Наслышан о правилах этикета и прочем дерьме.

Но капитан Раст — это машина убийства. Я не смотрю противнику между ног, а его ликвидирую. В моём мире принято так. Пусть кому-то это хоть сто раз не нравится. Но нельзя погасить инстинкт сводом правил, если ты вырабатывал его годами, теряя нервы и кровь.

* * *
Ночь была красивая, звездная. Точнее не ночь, а пока поздний вечер. Небо не полностью потемнело, было синим, напоминающим странное море. Вдали, за верхушками деревьев, догорал красный глаз заката.

Эх, красота! Еще бы от дерева отвязали, вообще было б круто.

Да, меня привязали к стволу молодого клена. Я мог садиться и вставать при желании, но руки при этом были стянуты за спиной. Их начинало ломить… К счастью, в эту пору не было комаров, иначе б они сделали из меня шаурму.

Все случилось так, как я думал. «Девочек бить нельзя», «он спятил», «девчонку избил ни за что». Стоны, всхлипы, надгробные причитания.

Короче, меня скрутили, не дав объясниться. Судьи сильно перепугались, и, не зная, как поступить, привязали к чертову дереву, запретив кому-либо приближаться на десять метров.

По идее, могли бы все разобрать. Узнать, что девка меня доводила, свалила на землю там, у ручья, с помощью магии, плюнула на одежду. И вообще… она была конченной стервой.

Могли бы привязать ее где-то рядом. Но, в сраном магическом мире все не так. Мальчик бьет девочку, что еще? Какие могут быть разбирательства?

Хотя, так даже лучше. Можно побыть одному, не копаться в интригах, разборках и прочем дерьме. Ах, свежий воздух, прохлада. Романтика! Еще пожрать бы кто дал. И можно кантоваться хоть до утра.

С этой мыслью я пялился вокруг, осматривая вечернюю природу, слушал галдёж нашего лагеря, что был неподалеку, думал о своем и вообще.

Казалось, так можно уснуть. После всего, что случилось, надо было малость подрыхнуть. Даже боль в руках и спине не бодрила.

Стоп, здесь не очень-то безопасно. Вдруг в лесу шастает какая-то дрянь?

Так и есть! Не успел об этом подумать, как послышался шорох кустов. Сюда точно кто-то ломился. Ничего, все херня. Для применения эрии руки мне не нужны. Пусть подходят по одному, устрою им чистку мозгов.

Шаги были все ближе. Ветки громко хрустели. Походу, тварь не спешила скрываться.

— Эдвард, куда ты меня потащил? — послышался недовольный голос Мияко.

«А, это вы, голубки. Что ж, послушаю порно спектакль», — криво улыбнулся я.

— Мияко, я должен что-то сказать, — взволнованно выпалил лотос. Шаги слегка отдалились, но я все равно слышал голоса школьников.

— Погоди, мы хотели отнести Марку воду. Ему теперь очень плохо, — деловито сказала японка.

— Мия, мне тоже! Давай, две минуты, не больше. Я тебя умоляю.

«Ой, ну и лох. Даже мои педагогические способности тут не помогут», — подумал, испытав стыд, будто сам превратился в придурка.

Какое-то время была полная тишина, только насекомые стрекотали вдали и кричали ночные птицы. Но в какой-то момент, я расслышал голос своего подопечного.

— Мияко, я хотел бы тебе признаться от всего сердца, что испытываю к тебе поток нежных чувств, которые больше чем просто дружба, — сбивчиво и тупо произнес Эдвард.

— Ооо, Эд… ты очень хороший парень, — снисходительно протянула Мияко.

«Боже, я сейчас блевану! Отрежьте мне уши, чтоб не слышать этого бреда!» — подумал, чуть не плача с досады.

— Но знаешь, я не могу вот так просто ответить тебе взаимностью, — продолжила девушка. — У нас сейчас много дел, учебный период идет. Плюс еще эти соревнования.

— Подожди, но может, мы все же попробуем? — простонал несчастный цветочник.

«Прошу тебя, рядовой! Бросай же уже гранату!» — пронеслось у меня в голове. Я сам чуть не зарыдал от тупости Эда.

— Да, конечно же, Эд. Будем и дальше гулять, как друзья… — тупо сказал японка.

— Суккааа! — взвыл я, ощущая физическую боль от всего этого.

— Но мы ведь и раньше гуляли, — чуть не плача выдохнул Эдвард.

— Да, так и есть. Значит, ничего не изменится. А теперь идем к Марку, он ждет, — весело протараторила дамочка.

— Ага, идти надо, — удрученно произнес Эдвард.

«Сука, я тебя придушу! Только подойди, чертов олух, и получишь заряд эрии в башню», — подумал я, сгорая от гнева.

Судя по шагам, японка отправилась в мою сторону. Как вдруг ее окликнул цветочник.

— Стой, погоди. Послушай, пожалуйста. Это последнее, — промямлил неудачливый Казанова.

— Что у тебя еще там? — устало сказала Японка. — Бумажкой шуршишь? Стихи читать, что ли будешь?

На последних словах она вроде зевнула. Но я-то знал, какая у Эда бумажка. Молодец! Давай, салабон, первая атака самая трудная.

— Мияко, я хотел сказать, что ты… Что у тебя, — начал Эд. Японка недоуменно хмыкнула, и лотос тут же продолжил: — Кхе-кхе, твоя срака взрывает мой кукан, как пехотная мина.

— Чего?! — взвизгнула японка, но уходить не стала.

— Я буду драть тебя, как сраную шлюшку, пока не выверну мохнатку мехом во внутрь.

— Эдвард? С тобой все в порядке? Если это стихи, то мне такое не нравится, — испуганно произнесла девушка.

Казалось, что все потеряно. Но я слышал, что Мия идет к своему альфа-самцу, значит это круто работает. Главное долбануть еще, не сдаваться!

— Нагибайся раком, Зоя, я тебя щас успокою! — продолжил пацан.

Да… это выражение вышло в стихах. Я — отличный поэт, а не только чертов головорез. К тому же, женщины любят романтику.

— Слушай сюда, ты, придурок! Не знаю, кто тебя научил… — проворчала азиатка.

И тут, Эдвард врезал крупнокалиберным.

— Заткнись, и показывай сиськи, пилотка! Либо заглотишь мой член, либо останешься без зубов! — трясущимся голосом прочитал он.

И как только различал буквы в такой темноте? Хотя, когда хочешь трахаться, глаза превращаются в полевые прожектора.

— Ах! — громко крикнула девушка. — Знаешь что я тебе? Ты сейчас, понял блин?! Ну, все, напросился.

Раздался шорох шагов и… громкий звук поцелуя. Блин, да это чертов засос! Она его чуть в себя не втянула, как кончик длинной лапши.

— Ааа, как же так? — закричал Эдвард. Судя по звуку, он свалился в кусты.

— Ой, что случилось? Эд? А, ты где? — растерянно сказала японка.

— Ох, блин, о ветку споткнулся. Я сейчас, погоди, — послышалось кряхтение лотоса. — О, Мияко, ты меня поцеловала! Сама! Значит, это точно работает!

— Что работает, Эдвард? Я просто слушала твои стихи, вот и все. Они получились не очень, я честно об этом сказала.

— Как? А наш поцелуй только что?! О, Мияко, я хочу быть с тобой!

— Отвали, иначе познаешь гнев рубящей руки! — взвизгнула девушка.

— Хорошо, как бы ладно. Надо еще пару фразочек записать, — довольно промямлил пацан.

— Эдвард, ты свихнулся. Нам нужно помогать Марку. Скорее! — четко отрезала девка.

Кусты громко зашуршали. Я понял, что парочка теперь точно идет ко мне. Эх, чуть не прослезился от счастья. Первые успехи учеников, это всегда так волнительно.

Не успел об этом подумать, как рядом показались две темные тени, а к ним присоединилась и третья.

— Эй, игроки… Вы еще не поили пленного? — спросил взрослый голос.

Так, это приперся судья. Посмотрим, что ему надо.

— Нет, мы хотели, но просто, — протянул Эд.

— Заблудились! — отрезала девушка. — Этот лес слишком запутанный.

— А ну да. Я был занят. Простите, что не проводил, — виновато сказал судья.

Спустя несколько секунд, троица была возле меня. Мияко приставила мне ко рту бутылку с водой. А Эдвард с судьей стояли рядом, как два истукана.

— Ну как ты, Марк? — спросила девушка, когда я попил.

— Как на курорте. У этого вот спроси лучше, — кивнул в сторону мужика.

— Игрок двадцать три, ты проявил агрессию. Мы поступили согласно правилам, — холодно произнес судья.

— Правила? То есть по правилам можно связать ребенка? Отлично.

— Ты избил игрока… девочку, — отозвался судья, но уже без особой твердости.

— Ха, твоя девочка, уже давно блин не девочка, — фыркнул я.

— Марк, прекрати!

— Ты должен взять себя в руки, — набросились Эдвард с Мияко.

— Хорошо-хорошо, буду паинькой.

Дальше судья посветил артефактом и осмотрел мои путы. Спросил, все ли в порядке, на что я честно сказал о боли в костях и о том, что спать в таком положении очень не круто.

Судья мямлил очередной бред, японка с лотосом сочувственно охали.

И спустя минут пять, троица решила уйти, оставив меня у дерева на ночь. Не очень хорошая тема. Придётся вырубить полосатого и свалить с помощью этих двоих. Вертел я такие игры на члене.

— Ребята, завтра самое важное испытание, — деловито заявил судья. — Идемте, вам надо как следует выспаться.

«Так, сейчас ты у меня выспишься!» — подумал, готовясь пустить в ход черную магию.

— Стойте, а как же Марк? — тревожно спросила Мияко.

— Что? Игрок-нарушитель? Он навечно дисквалифицирован.

— Да, но ночевать так очень опасно! — подключился Эдвард.

— Капец, меня могут изнасиловать черти, — тут же подхватил я.

— Эээ, да, может быть. Тут не слишком комфортно, — произнес судья, глядя вокруг.

— Так отпустите его, в чем проблема? — пискнула девушка.

— Да, он не должен быть здесь привязан.

— Молодые люди, постойте. Данный игрок очень опасен. Вы сами видели все.

— А еще мы видели поведение той девицы! — грозно сказала Мияко.

— Она скандалистка и нарушительница, — подтвердил Эдвард.

— К тому же, малолетняя шлюха, — заявил я.

— Ох, — судья поднял руки к голове и потер лицо. — Да, Мария Любимова не пошла по стопам отца. У нее… бывают проблемы.

— Мария? То есть, вы ее знаете? — спросил Эдвард.

— Немного. На каждых играх она встревает в… дела. Между нами говоря, вздорная барышня.

— Так почему ее не исключат навсегда? — спросила японка.

— Потому что, это не так просто, как кажется, — смущенно произнес дядька.

— Организаторы лижут очко мажорам, — пояснил я.

— Нет! Не совсем… Но ты прав, — с досадой воскликнул судья.

— Тогда, может, отпустим Марка?

— Да, под нашу ответственность! — взмолилась сладкая парочка.

— Честно говоря, мы не имеем права его так держать. Наверно, лучше уж так. Только знайте, что вы — полностью за него отвечаете.

Парочка дружно согласилась. Эх, я второй раз чуть не расклеился. Выходит, у меня есть друзья. Малость пришибленные, но все же.

Судья немного замялся, затем взглянул в темное небо, будто там крылась инструкция к действию. Понимая, что делать нечего, он ловко достал из-под одежды маленький нож. И вскоре тугие веревки упали на землю.

— Фух, — сказал я, ощущая, что руки сейчас просто отвалятся. Начал ими трясти, чтоб хоть как-то вернуться к жизни.

— Парень, Марк, тебя так ведь зовут? — спросил судья, обойдя меня спереди. — Успокоился хоть немного? Буянить больше не будешь?

— Нет, — улыбнулся в ответ и отвесил дядьке пощечину.

— Ах!!! — вскрикнули хором все трое.

— Простите, рефлекс. Руки затекли, теперь дёргаются, — пояснил с фальшивой наивностью.

— Ааа, ну понятно. Так как насчёт поведения? — спросил судья, почесав ушибленную щеку.

— Отлично. Буду нежной писечкой, не волнуйтесь.

Несмотря на это, Эд с Мияко все же занервничали. Когда мы шли к лагерю, меня зажали «в коробку», не давая свободно передвигаться.

Наша команда знала, что рыжая сама виновата. Несмотря на то, в лагере все косились. Школьники глядели на меня как на маньяка. Но после такого «садо-мазо» хотелось только поспать, что я тут же и сделал.

Проснулся по ощущениям среди ночи. Было темно, тепло и… немного шумно. Обитатели нашей палатки собрались в кучу и что-то там обсуждали. Я нехотя встал с кровати, подошёл к остальным и понял, что они разрабатывают стратегию наступления.

Школота говорила, что завтра главное испытание. Там почти нельзя мухлевать, даётся много очков. Конечно, выиграть уже не удастся, но можно улучшить позицию, чтоб потом повысить статус всей школы.

Для этого надо собраться, подготовиться ко всему и т. д.

— Мы должны стать единым целым и поддерживать друг друга, что б не случилось в дальнейшем, — торжественно говорил Эдвард.

В тусклом свете луны он был похож на капитана неземной, темной расы. Правда, пафос лотоса мало кого вдохновил.

— Ха, ну ты лузер. По конкретнее сказать что, не можешь? — недовольно протянула блондинка.

Черт, ей бы в команду к мажорам. Она точно тут лишняя. Хотя, кто б вообще говорил.

— Да, — послышался голос Дэна. — Мы должны понимать, что точно нам делать.

— Но как мы это поймём, если не знаем главного испытания, — отозвался какой-то пацан.

— Погодите, я, кажется, знаю, что будет.

— Стой, откуда такие догадки?

Палатка загудела большим ульем пчел. Все стали резко высказываться. В итоге, совещание перед боем превратилось в базар.

— Отставить болтовню. Придем к ним в расположение ночью и всех завалим, — произнес я.

На самом деле, так не считал. Просто хотел ляпнуть первое, что пришло в голову, как и все остальные. Но в тот момент галдеж чуть уменьшился. И мои слова услышали школьники.

— Марк, ты опять за свое?!

— Лесовский, да ты какой-то маньяк!

— Я боюсь с ним спать, если так.

— Аха, ха, спи лучше с бабами, чел.

Град голосов снова наполнил палатку. Ко мне подлетели Мияко и Эдвард. Они стали напирать, оттесняя к кровати. При этом шипели, что мне надо спать. Я все равно отстранён. Следующее испытание меня не касается.

Понимая, что лучше не быковать, решил снова свалиться в койку. Только вдруг стало очень туманно. Полумрак палатки утонул в киселе водного пара. Странно, откуда этот чертов туман?


Глава 11


Думал я об этом уже во сне. Снилось… вообще черте что. Будто перепил пива в дешёвой забегаловке мирного поселения, куда мы ушли для перегруппировки.

Ох, может быть, вернусь в свое тело? Хотя, на кой оно надо? Или все-таки надо… Черт, неприятно-то как. Все шумит и все крутится.

В какой-то момент стало ясно, что пора просыпаться. Я вздрогнул и открыл глаза. Так, отлично, палатка. Хорошо, что свет хоть включили. Только должно же быть утро. Где чертово солнце?

А ещё… почему крыша палатки поднялась метров на пять и сделалась металлической?

— Ах, ты ж, чтоб тебя нахрен!!! — выдохнул я.

Хрена лысого мне под китель! Это ни черта не палатка. Скорее, самолётный ангар, переделанный под общагу для гастарбайтеров. Большое просторное помещение с высоким потолком в виде арки.

Кровати… армейские, прочные, сделанные из металлических уголков. Койки стоят в несколько ярусов, образуя странную пирамиду с лестницами. Рядом со мной те же школьники. Наша команда, мажоры, ещё кто-то… Кажется, что не все, было больше.

Вот дурак! Это главное испытание. Нас разделили на группы и закрыли в разных местах. Отлично, уже что-то новое. Не то, что эти детские игры.

Я немного обрадовался. Поднялся на кровати, оценивая свое состояние. Так, вроде все хорошо. Небольшое подобие похмелья, а так норма. Надо приготовиться к действиям.

Но с этим возникли проблемы. Не успел толком собраться, как рядом проснулся пацан. Он стал охать и ахать, вертеться, как уж на сковородке. Потом вскочила девчонка, слезла со второго яруса и принялась метаться по комнате, словно бестия.

— Помогите, нас вроде похитили!

— Ага, где это мы, что за место?

— Ааа, мой батя не даст им выкуп. Он жадный мудак, меня теперь точно завалят.

Голоса отражались от стен, и били мощной волной по башке. Ангар наполнился гулом. Хотелось начать месить всех, кто открывает свой рот. К счастью, послышались здравые крики, если можно так выразиться.

Народу было предложено слезть с кроватей и построиться в центре комнаты. Спустя томительные минуты, это дошло до всех. И школьники стали в круг, со страхом разглядывая друг друга.

Как ни странно, но все замолчали. Красные, бледные, прыщавые и вообще разные лица пялились друг на друга, как бараны на новые ворота.

— Так, отец их точно задавит, — сказал блондин. — За мое похищение они заплатят башкой.

— Ой, похитители сраные. Кишка блин в натуре тонка, — процедила сквозь губу блондинка.

Они переглянулись с «дедом морозом». Хм, и почему эти двое ни в одной команде?

Я пораскинул мозгами. Показалось, что все не так плохо. Это новый этап соревнований, где все будет честно. Нас вырвали из комфорта, чтоб показать, что к чему.

Пользуясь общим молчанием, я громко выдал:

— Спокойно, бойцы. Это последний забег. Нас сюда специально отправили, чтоб закончить эту всю шнягу.

— Последний этап соревнований? — недоуменно спросила Мияко. — Но почему тут не все игроки? Я помню, нас было больше.

— Это не может быть играми урожая. Мне должны были заранее все сказа… — крикнула какая-то девчонка и тут же замолкла.

— Тихо, дебилы! Кого вы слушаете? Этот даунский нищеброд жопой думает! — послышался истеричный голос блондина. — Они похитили нас ради выкупа. Вот и вся тема.

— Погоди, друг, но у моей семьи нету денег, — осторожно произнес Дэн.

— Значит, ты сдохнешь, нищук, — усмехнулся блондин.

Тут я понял, что не могу терпеть петуха. Раз уж за нами никто не присматривает, можно дать ему жару. Потом пусть хоть к дубу привязывают, хоть в котле варят.

— Слышь, чмо, сюда подошел! — крикнул я, оттолкнул худощавого парня, чтоб не закрывал обзор.

— Ооо, вижу, кого-то давно не драли. Ничего, на этот раз тебя не спасут, — широко улыбнулся блондин.

Он резко пошел на меня, расталкивая местный народ. Надо было, чтоб нас не разняли… Понимая это, я специально отошел в сторону.

Федор устремился следом. Вскоре он выставил руку, чтоб сформировать ледяную фигню. Я напряг мозг, готовясь долбануть эрией. Все вокруг замерли в ожидании.

Тут я… ничего не смог сделать. Блондин тоже застопорился.

— Эй, — сказал он. — Что за хня, твою мать?

— Да ну нахрен, — процедил я.

Мы одновременно поняли, что лишились магических способностей. Точнее, сила была. Она находилась внутри, как всегда. Но в ангаре был странный воздух или не знаю, как даже сказать. Он блокировал энергетику, не давая полностью ей раскрыться.

— Ээээх, так давай! Черт, что они сделали?! — чуть не плача заверещала «блондинка».

— Аха-ха-ха, — вырвалось у меня изо рта. — Хоть последнее испытание будет честным.

Наконец-то, слава яйцам! Чиновники все-таки постарались. Нас полностью лишили магии, без всяких ошейников и кристаллов. Пропитали воздух какой-то дрянью, и вот. Больше никакого мухлежа с подставами.

Будь ты хоть сын президента, а нихрена не получится. Теперь можно из лука стрелять, по лесу скакать, да вообще что угодно. Что ж, пора показать все способности шустрого тела, не боясь подвохов.

— Не может быть.

— Кто вообще это сделал? — послышался сдержанный шепот.

На нас пялились десятки глаз школьников. Блондин понял, что не может так отступить. Он был выше и с виду сильнее. Потому, тряхнув волосами, парень громко сказал:

— Что ж, потоки нам отключили, фигня. Я и так тебя размотаю, придурок.

Последнее относилось ко мне. Ничего приятнее в жизни не слышал! Жертва сама идет получать трындюлей. Отлично, сейчас развлечемся.

Федор криво улыбнулся и пошел на меня. Он был меньше Патрика, но все равно вполне сильный. Мог меня завалить…

Чтобы этого не случилось, я собрал всю ловкость, пытаясь угадать намерения блондина.

Это не совсем получилось. Гад врезал меня по ноге, чуть не свалив на пол. Еще хотел попасть в челюсть, но тут я уже отклонился.

Удар, и красавчик отхватит по губе. Пацан ахнул, не понимая, что происходит. Затем, я врезал в солнечное сплетение. Точное попадание, и ублюдок уже хрипит, стоя раком.

— Без магии, говоришь, размотаешь? — ухмыльнулся, видя эту картину. — Ну и как тебе такая игра?

— Ты покойник, сопляк, — кашляя, простонал парень.

Надо было его добить, чтоб не представлял мне угрозу. Я б точно бы это сделал, только яркая вспышка под ногами испортила всю малину.

Что-то жахнуло рядом со мной. Пришлось отскочить в сторону. А блондин так вообще, брякнулся на пол.

— Стоять, недоумки, спокойно! — зазвенел мерзкий голос.

Рыжуха отделилась от толпы школьников и пошла к нам. У нее в руке был маленький шарик, похожий на цветную конфету.

Я сразу понял, в чем дело. Это магическая фигня, которая лихо взрывается. Но как такое возможно? Здесь не действует наша энергия. Даже эрия, не говоря о простом белом поле.

— Не думала, что это скажу, но тут нездоровая хрень. Я должна во всем разобраться. А пока… пока все будут паиньками. Понятно? Особенно ты… У, козел!

На последних словах Машка ткнула пальцем в меня. Хотел ее снова врезать, только здравый смысл подсказывал нечто другое.

— Эй, откуда у тебя эти бомбы? Как они хоть работают? — спросил, стараясь особо не злиться.

— Все тебе расскажи, дрочер мелкий, — ухмыльнулась девчонка. — Мой папа делает эксперименты. У меня особая сила, понятно?

— Допустим, — процедил я.

— И вот, вы все здесь лохи, короче. А я главная, ясно?

— Мы главные, так-то. Забыла с кем ты в одной команде? — произнес блондин, поднимаясь с пола.

— Чтааа? Не спеши, я подумаю. У кого магия, тот и мамочка, — огрызнулась рыжуха. Федор не решился перечить. Он лишь уставился на меня и тихо пообещал «еще встретиться».

Я понял, что все не так плохо. Машкины леденцы — это скорее пустышки. Местный воздух блокировал их, делая почти бесполезными.

Но я понятия не имел, что творится. Лучше сделать вид, будто поддался, а там уже будет видно. Иногда хитрость круче, чем грубый напор.

— Язык в жопу вставил? — спросила рыжуха, рассматривая меня.

— Ага, только твой.

— Хм, весельчак. Будешь выеживаться, прикончу, — прошипела девчонка, после чего вернулась к основной банде.

Я отправился вслед за ней. Делать сейчас было нечего. Какое-то время, мы тупо орали. Здание разрывалось от эха, а наши глотки медленно забивались.

Вскоре стало понятно, что так ничего не решить. Тогда несколько добровольцев осмотрели чертов ангар. Выбраться отсюда было нельзя, что и требовалось доказать. Главная дверь заперта, и судя по гробовой тишине, за ней никто не стоит.

После бессмысленных шатаний мы решили лечь на кровати. Если это продолжение игр, а не чертово похищение, то надо набраться сил для рывка. Как-никак последний этап на носу.

Отдых длился недолго. Не успели полежать минут пять, как с потолка послышался голос. Там стояло нечто похожее не динамики. Выходит, местное радио.

— Здравствуйте, дорогие участники. Мы рады приветствует вас на Честных Урожайных Соревнованиях.

— Вот, я же вам говорил! — крикнул, подрываясь с кровати.

— Эй, почему вы моих родителей не предупредили! Я папе блин расскажу, — плаксиво пропищала блондинка из нашей команды.

— Я много читал об играх, но такого еще не встречал, — задумчиво произнес Эдвард.

Ангар снова задрожал от общего рева. Казалось, моя башка просто взорвется. Но, к счастью, динамик продолжил свой треп, что заставило всех успокоиться.

— ЧУС — это возможность восстановить справедливость путем проведения соревнований, лишенных вероятности искусственного изменения результата, — говорил дружелюбный женский голос.

Стоп, он был слишком уж правильным. Так болтают… разве что только компьютеры. Что ж, уже интересно! Пусть за всем следит искусственный интеллект. Его нельзя подкупить. Можно только перенастроить. Хотя, ладно. Сейчас не о том.

— Эй, что нам делать? — послышался хриплый голос какого-то пацана.

Динамик его будто услышал, дав четкий ответ.

— Уважаемые игроки, вашей задачей является четкое следование инструкциям и прохождение спортивных испытаний.

— Но с чего начинать? — спросила Мияко.

— Здесь кормят ваааще или как? — спросил жирный.

Сраная котлета! Он тоже тут. Вот те раз!

— Простите, а тут есть туалет? — проорал еще кто-то.

— Ожидайте. Подготовка к Честным Урожайным Соревнованиям начнется не более чем через две минуты и десять секунд, — опять прогремел голос.

Я не привык обсуждать приказы. Потому просто откинулся на кровати, чтоб приготовиться к испытаниям. Вдруг и правда, все пойдет круто? Посмотрим, на что способны мажоры без своих штучек.

Остальные не смогли соблюдать дисциплину. Ангар погрузился в хаос. Я слышал стоны и всхлипы, угрозы и шутки. Кто-то ломал кровать, гремя ее железным скелетом.

Так длилось, казалось, целую вечность. Пока главная дверь не открылась с шипящим звуком, и к нам не вошли солдаты.

Точнее, даже не так. Это были какие-то клоуны. Солдаты-клоуны, вот, судя по их прикиду.

На мужиках (если это были не бабы) красовались зеленые костюмы, похожие на тонкие необычные скафандры. На руках были перчатки из плотной ткани. А головы закрывали маски с сетками, какие бывают у фехтовальщиков.

Причем, на каждой маске изображался овощ или какой-нибудь фрукт. Я четко разглядел яблоко, свеклу, картошку и… член. Да уж, хоть что-то веселое.

Но сейчас было совсем не до смеха. Школьники встали с мест, инстинктивно бросившись к отряду «лунатиков».

— Здравствуйте. Успокойтесь, — сказал мужик, у которого на маске красовалась капуста.

Он вышел из строя своих и выставил руку в перчатке. Этот жест заставил всех замереть. Так… Видно, местный главарь. Еще бы, капуста важнее всего. Это верно подмечено.

Несколько секунд прошли в гробовой тишине. Если сказать, что мы охренели, то это не сказать ничего.

Тогда Капустник удовлетворительно хмыкнул и произнес:

— Мы — урожайные братья. Наша задача — помогать участникам соревнований проходить спортивные испытания.

Так, уже хорошо… Правда, братья были с оружием. Я заметил большие пистолеты, которые находились на боку у каждого воина. Что ж, давно пора стать пожёстче. Может, это успокоит мажоров?

После слов капусты, мы стали громко галдеть. Главарю пришлось вновь поднять руку и крикнуть:

— Рекомендуем вам быть серьезнее. За успешное прохождение испытаний каждый получит приз — два миллиона имперских рублей.

Эти слова еще больше раздраконили школьников. Кто-то верещал, что этого мало. Дэн чуть не задохнулся от радости. Я пытался сравнить эти импры с нашими довоенными рублями.

В любом случае, выходило неплохо. За такие бабки можно немного попрыгать. Главное, выслушать все до конца. А с этим возникли проблемы.

— Ааа, я чего буду корчиться за эти копейки? — верещала мажорная девка.

— Извините, а как же кубок? Я вообще хотел выиграть кубок.

— Да они нас кинут, вообще, посмотрите на этих уродов!

Неизвестно, что бы случилось. Овощи стали нервничать. Они переминались на ногах и пялились друг на друга.

В тот момент прогремел мощный выстрел. Из-за эха казалось, что грохнула бомба. Пальнул чертов капуста. И это отлично сработало.

Все стали по стойке смирно, уставившись на солдат. Кто-то даже заплакал.

— Если призовой фонд кажется вам слишком скромным, то можете отдать выигрыш товарищам. Да, за ваши деньги можете купить себе кубки, грамоты или другие награды. Нет, обман полностью исключен. Это особо честные игры, разработанные по специальной технологии, — холодно отчеканил мужик, потом помолчал и добавил: — Надеюсь, вам все понятно.

Ответом была полная тишина. Тогда капуста одобрительно кивнул и опять подал голос:

— Сейчас вам необходимо подготовиться к первому испытанию. Наденьте игровые костюмы.

Я лишь сейчас заметил, что воины держат чертовы свертки. Здесь настолько все честно, что даже свою одежду сохранить не получится. Что ж, это радует. Люблю, когда все одеваются по уставу.

Школьники переглянулись. Мы и так были в спортивной форме. Но теперь предлагалось облачиться в синее одеяние с белыми полосами, для всех одинаковое. Оно должно было сравнять чернь и мажоров, фаворитов игр и аутсайдеров.

Что ж, неплохая идея. Я подошёл к мужику с изображением яблока. Взял из его рук сверток и резко скинул штаны.

— Новая экипировка, залог победы, — процедил сквозь зубы.

Истукан ничего не ответил. Рядом с ним стоял дядька с изображением члена. Тут я конкретно не выдержал.

— Ох, черт, твою мать! Аха-ха, извини, но у твоего сослуживца того, член на башке нарисован, — произнес вслух.

— Заткнись, я баклажан! — выпалил парень, сняв с кобуры пистолет.

— Полегче, у тебя уже три замечания, — тихо процедил яблоко. И напарник его успокоился.

— Эй, это что за дешёвая хрень?! Я такое ни за что не одену! Эта ткань раздражает кожу. Она для бомжей! — завопила блондинка из нашей команды.

В тот самый момент солдат сделал шаг и отвесил блондинке пощечину. Все ахнули, а девчонка захныкала. Казалось, сейчас произойдет нечто страшное. Я ощутил, как обстановка медленно накаляется.

И пользуясь этим, девушка с длинными волосами и большой задницей, резко бросилась к выходу. Ей удалось обогнуть строй солдат, почти добравшись до цели.

— Стоять! — прогремел голос капусты.

— Пошли вы! Я не собираюсь снимать штаны перед толпой пацанов! Мои родители вас засудят! — гневно завизжала девчонка, бросаясь в открытую дверь.

Прогремел ещё один страшный выстрел. Брюнетка ахнула, потеряла равновесие и врезалась лицом в пол, где вскоре растеклась лужа крови.

Овощи выхватили свои пистолеты. Школьники в ужасе замерли. Мне тоже стало неловко. Хотя, дисциплина важна. Я сам раз пристрелил рядового, который хотел выкрасть секретные бумаги и продать их ублюдкам.

— Что за шняга, качан? — в полной тишине спросил я, обращаясь к главарю, который стрелял.

— Уважаемые участники соревнований, — непринужденно заявил тот. — Вы обязаны вести себя правильно, следуя нашим инструкциям.

— Да, но вы убили девчонку! — чуть не плача вскричала Мияко.

— Я? Нет, просто применил меры по стабилизации обстановки.


Глава 12


— Не надо врать. Она же мертва.

— Кто вам такое сказал? — удивился капуста. Он спокойно достал из кармана синюю капсулу, дав ее воину с изображением свеклы на шлеме. Тот быстро бросился лечить дамочку.

Так и знал, детский сад. Здесь даже завалить нормально не могут. Что ж, посмотрим, как пойдет дальше.

Мияко слегка успокоилась, когда девушка поднялась на ноги, удивленно трогая грудь и лицо. После чего, все последовали инструкции.

Каждый, забыв о стеснении и социальном статусе, разделся до трусов, а потом натянул уставные костюмы. Эх, душа радуется. Настоящее равное общество. Прям как при светлом коммунизме. Да что там говорить, в армии.

Огородные чудики взяли нашу одежду, развернулись и ушли прочь. Перед этим капуста сказал, что желающих пойти в туалет скоро проводят.

Дальше мы остались одни в полном недоумении. Ничего не оставалось делать, как вернуться назад на кровати.

Казалось, что это больница. Всех разложили по койкам, и каждый думал о скором выздоровлении. В какой-то момент понял, что можно поспать. Мы и так час назад уже дрыхли. Только сон был не слишком приятным.

Нас сюда как-то перетащили, точнее, переместили, это же магический мир. Эта тема всегда имеет побочки. Потому состояние было мутным. И сон после сна был сейчас как раз кстати.

Решив так, я зажмурил глаза. Вдали кто-то скулил, причитал. Что ж, фигня. Это пока что учебка, даже не первая вылазка.

Ох, как хорошо вздремнуть утром. Я стал медленно проваливаться в зыбучий песок, которым стала кровать. Но тут за плечо кто-то цапнул. Беззубый мутант из подвала!

— А, что те нах?! — воскликнул, просыпаясь от сна.

У кровати стояла Мияко, Эдвард и ещё пара людей.

— Вы что? Знаю, знаю… Но спать никто блин не запрещал, — промямлил, осматривая компанию.

— Марк, причем здесь твой сон? — скривилась в «анти улыбке» Мияко.

— А что…

— То, что нас заперли в этой дыре, — строго произнес Эдвард.

— Ага, очень круто! Теперь точно никто не будет филонить, — улыбнулся, сладко потягиваясь.

— Причем тут это вообще? Они бандиты. Нас похитили террористы, — протараторил паренёк с большой головой.

В нашей команде я его раньше не видел. Здесь все по смешалось. Возможно, это и к лучшему.

— Эй, мега мозг, откуда такие догадки? Мы просто соревнуемся между школами, — улыбнулся, стараясь развеять всеобщий страх.

— Оттуда, Марк, что это все ненормально! — всплеснула руками Мияко. — На спортивные соревнования не перемещают насильно.

— И не заставляют при всех раздеваться, — поддакнула ещё одна девушка.

— Не расстреливают в спину и не бьют по лицу, — вставил Эдвард.

Я поднялся в кровати, осматривая ребят. Вот же нежные попки. Заплакали от капельки крови.

— Послушайте, чуваки. Что вам от меня надо? Допустим, я соглашусь и чего? Вам вряд ли испекут нежный тортик.

— Не в этом дело. Пойми, ты единственный кто может помочь, — отозвалась Мияко.

— Ты умеешь разбираться со всякими. Может, придумаешь план, — продолжил ее слова Эдвард.

— План? А ничего, что я нищеброд? У меня раскрытие матки ноль целых хрен сотых.

— Магии, — поправила девушка.

— Да хоть шнягии. Меня закрыли так же, как всех. Я не супер мутант, чтоб сломать эту дверь. Вы богатые и крутые. Сами решайте.

С этими словами отвернулся на бок, снова пытаясь заснуть. Краем глаза заметил, как в углу собираются люди: блондин, какой-то качок, рыжуха и наша блондинка.

Так и знал, что она будет с ними. Это и к лучшему. Если что, покажу кто тут папочка.

— Аха-ха ха!!! — раздался громкий смех мамкиных крутышей.

— Мы всех раскатаем, как тварей! — воскликнул блондин.

Конечно, не очень-то вежливо, но лучше, чем нытье Мияко и Эдварда. Неизвестно, сколько я продремал. Хорошо, что смог отрубиться и не слушать общего бреда. Подъем, правда, оказался стремительным. Вспомнились армейский будни в учебке.

— Уважаемые участники соревнований, пройдите на первое испытание! — прогремел женский голос.

Это не просто красивые слова. Динамики грохотали, как суки! Казалось, глухая бабка выкрутила громкость на полную. У меня из ушей кровь чуть не полилась.

Спрыгнул с постели так, будто там оказался гей с торчащим членом. Не успел протереть глаза и как следует выругаться, как заметил, что все уже прутся на выход…

Ладно, это даже неплохо. Пора приступить к делу, иначе можно свихнуться.

Выскочив на середину комнаты, я пристроился к остальным. Вскоре толпа увлекла в сияющий коридор, где по стенкам стояли солдаты… садовники? В общем, овощи.

Здесь опять находился капуста, яблоко, лимон, еще кто-то. Я невольно уставился на баклажана. Не, ну кто так рисует вообще? У чувака будто член на башке…

Все вокруг было очень уж няшным: отличный ремонт, чистый пол, спокойная музыка из динамиков. Нас будто вели на экскурсию, и никакой борьбы за бабки тут не было.

Не успел опомниться, как мы вышли на улицу. Со стороны самолётный ангар был совсем неказистым. Белое здание высотой в три этажа, напоминающее какую-то больницу. Но главным оказалось другое.

Нас провели метров сто по ухоженному просторному саду. За стеной живой изгороди ожидала… детская площадка.

Да, простая игровая площадка. Хотя стоп, не совсем.

Она была очень большая, высотой несколько метров. Ее будто создали для детей, которые ростом с жирафа. Причем, сама конструкция представляла непрерывную полосу.

Сначала находилась высокая лестница, за ней бревно, висящее над землей, котом какие-то веревки. Дальше была деревянная стенка с небольшими выпуклостями. А кончалось это все горкой высотой с двухэтажное здание.

Конструкция сводила с ума. Казалось, что мы свихнулись и видим «мультяшные глюки». Это заставило всех заткнуться, успокоиться и замереть на какое-то время.

— Это что, типа мы должны лазить? — первым произнес Дэн.

— Проходить полосу препятствий, — процедил я.

— Абсурд, такого вида спорта не существует, — заявил Эдвард.

— Ха, все понятно! Они хотят отсеять немощных лохов. Кто не сможет пройти, пусть катится к мамочке, — бодро отчеканил блондин.

— У ти, какие мы пафосные, — простонала блондинка. И они с Фёдором поцеловались в губы.

Дерьмо притягивается к дерьму. Что ж, пускай будет с ними. Она все равно меня жутко бесила.

— Погодите, все не так просто. Здесь точно есть какой-то подвох, — произнесла японка.

— Откуда ты это знаешь? — спросил незнакомый пацан.

— В серии книг «Приключения чеграбучо», во втором печатном сезоне такое было.

— Охо-хо, посмотрите, девочка подсела на азиме! — закричала рыжая тварь.

— Эй, замолчи! — оборвал ее Эдвард.

— Ага, разбежалась! Не забывай, у кого сила, щенок.

Эд хотел что-то ответить. Но тут раздался компьютерный голос.

— Уважаемые участники соревнований, вы готовы приступить к первому честному испытанию?

— Нет, иди в жопу! — заорал кто-то, но голос спокойно продолжил:

— Вам необходимо вспомнить детство. Оно, как известно, является символом непорочности и чистоты. Пройдите игровую площадку таким образом: поднимитесь по начальной лестнице и спуститесь с конечной горки.

— Как именно? Можно подробнее? — крикнула девушка, которую недавно чуть не убили.

— Докажите, что вы можете быть ловкими и смелыми. Это приблизит вас к победе в Соревнованиях. За ненадлежащее поведение последуют санкции. Время пошло.

Дальше не было ничего. Никаких инструкций, предостережений и поучений. Какие-то странные состязания.

Мы переглянулись, не понимая, что происходит. Вдруг, как по команде, все стали громко орать, высказывая свои точки зрения.

Кто-то вопил, что надо обойти эту полосу, ведь здесь нет контролеров и судей. Другие хотели пойти на площадку все вместе, чтобы помочь друг другу. Некоторые топили за то, чтоб разработать план покорения детской площадки, а лишь потом идти в бой.

— Смотрите! Смотрите скорее! — крикнула девушка с короткой стрижкой, да так, что все остальные заткнулись.

Девчонка раскинула руки, призывая всех оглянуться.

— Видите, они нас не охраняют! — радостно завопила она.

И правда, овощи куда-то пропали. Мы стояли на просторной поляне без присмотра, иди куда хочешь. Но нет. Вряд ли организаторы игр настолько тупые.

— Эй, красотка, постой, — сказал я, подняв вверх палец.

Но не успел закончить, как девушка бросилась прочь. Ее примеру последовал еще один школьник, а остальные начали спорить.

— Стоять, придурки! Да чтоб вас… — успел крикнуть я.

Как вдруг девушка врезалась в стену, которая была незаметна. Прозрачный экран встретил дамочку синей вспышкой. Девчонка не только сломала нос, но и получила удар местной магией.

Школьницу откинуло назад, шмякнув о землю, отчего она вырубилась.

То же произошло с пацаном. Он не успел затормозить вовремя, врезался в невидимую преграду, отлетел от магической вспышки и упал рядом с нами. При этом он остался в сознании, лежал и тихо стонал.

— Вот значит как, — процедила Мияко. — Эй, им нужна помощь! Несите лечебные капсулы! — Громко завопила она. Но организаторы ничего не ответили.

— Что нам делать теперь? — отчаянно сказал кто-то.

— Нас всех убьют, получается, — с ужасом простонал Дэн.

Не знаю, что бы из этого вышло, но за дело взялся капитан Раст.

— Эй! Ээээй! Заткнитесь, и слушайте сюда, салабоны! — заорал что есть сил, чуть не сорвав голос. — Значит так, здесь все просто. Нам нужно пройти испытание. Остальное полная хрень. Чем больше будем тянуть, тем хреновее. Приказ получен, надо его выполнять. Не пытайтесь быть умней командиров.

Как ни странно, меня все послушали. Даже рыжая прикусила губу, пытаясь что-то обмозговать. Правда, были и те, кто пока сомневался. Но к ним обратился Эдвард.

— Марк сейчас прав. Нам надо соревноваться. Если будем тупить, станет хуже. Испытание не очень-то сложное. Давайте его пройдем, и все кончится, — прокричал он, выйдя немного вперед.

— Окей, и кто попрет первым? — спросил хитрожопый блондин.

— Ну… я не знаю. Кто хочет.

— А может, тот, кто это все предложил? — съязвила блондинка.

— Или тот, кто больше всех тут выеживается! — отозвалась Мияко.

— Давайте вообще кинем жребий, — предложил Дэн.

— Я могу на ротан тебе кинуть, — усмехнулся рослый пацан.

Назревала чертова драка. Несмотря на общую тупость, все понимали, что площадка скрывает подвох. Да и высоковато здесь все же. Первым идти не резон, надо, чтоб кто-то проверил.

Только добровольцев не наблюдалось. Кроме одного храбреца…

Пока все спорили до хрипоты, перед нами возник толстяк, тот которого я присобачил на кроссе. Пацан деловито подтянул штаны и похлопал себя по пузу. Сначала все замолчали, а потом раздался сдержанный смех.

Тогда парень спокойно сказал:

— Не боитесь, я пройду эту штуку.

— Ты??? — вытаращился блондин.

— А что такого? У меня разряд по бегу, гимнастике, акробатике. Я часто на соревнованиях побеждаю.

— Миш, здесь все не так! — крикнула какая-то девушка.

— Да, пухляш, детский садик закончен. Без мухлежа ты подохнешь, — сдерживая смех, сказал я.

— Не понял? Но я, правда, спортсмен! — обиженно сказал жирный.

— Да, никто и не спорит, — наигранно произнес блондин.

— Ага, ты вполне… очень спортивный, — сказала его подружка.

— Слышала о твоих достижениях, короче. Молодец, если так, — поддакнула рыжая бестия.

Мияко с Эдвардом пытались не пустить толстяка, но тот слышал лишь похвалы, чувствуя себя знаменитостью.

— Ну вот, — сказал парень, спустя какое-то время. — Покажу вам, ребят, а потом и вы следом.

— Стой, не ходи! — крикнул Дэн.

— Чертова тупая сарделька, — хлопнув себя по лицу, сказал я.

А пухлый, тем временем, подошел к полосе испытаний и стал на первую ступень лестницы.

Мне стало как-то не по себе. Вроде, соревнование детское. Даже толстяк точно справится. Но интуиция говорила другое, что именно, разобрать я не мог.

Осталось только смотреть, как жирдяй покоряет высоты.

Сначала все было неплохо. Парень поднялся на несколько ступеней, причем довольно легко. Вдруг он замер и сказала сам себе, но так, чтобы слышали все:

— Она какая-то скользкая, меня вниз что-то тянет.

— Дурак, у тебя сейчас магии нет! — послышался встревоженный голос.

— Значит, на играх он врал?

— Да все мы, блин врали!

— Тихо! — отрезал я. — Советую всем посмотреть.

Школьники заткнулись и напряглись. Тем временем, пацан забрался наверх и пошел по дощатой платформе. Делал он это медленно, при этом держался за поручень, который здесь был.

— Эй, давай быстрей! — крикнули ему снизу.

— Не могу… Здесь дыры какие-то, высоко… Не удобно всё очень!

— Меньше жрать надо, сосиска! — воскликнул я.

Хотя, суть оказалась понятна. Детский аттракцион сделан плохо. Так, чтоб с него можно было сорваться. То есть, легкой прогулки не выйдет. Но тело Марка вполне себе шустрое, значит, все должно получиться.

Напряжение медленно нарастало. Толстяк почти преодолел мостик с перилами, дальше было бревно. Да уж, из него канатоходец как гаубица из дерьма. Даже с моим весом там было б не очень.

Толстый это все понимал. Он медленно шел по краю, налегая на деревянные перила. Когда бревно было близко, жирный замер и тяжело задышал.

— Ох, мама, это капец! Дальше я не пойду! — простонал парень.

— Почему, ты ж спортсмен? — язвительно спросил белый.

— Тут притяжение Земли слишком сильное! Меня вниз тянет… это, — сбивчиво простонал Мишка.

— А как ты награды выигрывал? — ляпнул я.

— Не знаю, все легко было. Вообще не так, парни. Здесь страшно, серьезно. Я не могу.

Вот что бывает, когда привык к допингу. Чувак реально считал себя ловким. Но вышло немного не так. Только время отмотать не получится. Это знали все, кто здесь был.

Потому вскоре раздались недовольные голоса. Посыпались проклятья и маты. Никто не хотел ждать часами. Блондин с каким-то качком хотели забраться на лестницу, чтоб ускорить сардельку. Но пончик все же решился.

— Погодите, я все. Я попробую, правда, — сказал он, с ужасом глядя вниз.

Затем, пацан двинулся дальше. Надо было отпустить перила и стать на бревно. Мишка точно бы это сделал, если б не дьявольский хруст.

Перила, за которые он держался, оказались не слишком-то крепкими. Одна из секций треснула в самый неподходящий момент.

Пацан заорал, будто резанный, не понимая, что происходит. Можно было отстраниться от поручня и стать в сторону. Но страх оказался сильнее, плюс еще чертов вес. Поэтому парень наклонился в бок, как в замедленной съемке, а после полетел головой вниз с высоты двухэтажного дома.

Казалось, что это не страшно. Под ногами была земля с мягкой травкой. Только я заметил кое-что странное. Под полосой препятствий находилось нечто другое: зеленая каменная плитка, похожая на простой кафель. Между квадратами пробивалась трава, но сами они были тверже металла.

Толстяк не успел даже крикнуть. Поляну огласил громкий выдох, будто кто-то наносило резкий удар. Затем мощный шлепок. И под чертовой игровой горкой появилась куча дохлого мяса с пробитой башкой.

— Аааа, мамочкииии! — раздался оглушительный визг!

— Мрази чертовы, мой папа вас всех закопает!

— Пустите домой! Домооой! — отчаянно заорали школьники, видя, как толстый отправился на тот свет.

Сразу два человека попытались свалить, но были остановлены силовым полем. Рослая девка бросилась в обход горки. Ей в голову попал синий луч с зеленоватым оттенком, взявшись из неоткуда. Девушку бросило в сторону, волосы на ее голове задымились.

— Эй, вы, лохи тупые! Закройте пасть! Заглохните нахер! — послышался грозный визг.

Школьники поняли, что вопить сейчас глупо. Вытирая слезы и сопли, все кое-как успокоились. А рыжая бестия деловито подошла к горке и со злостью пнула ее.

— Дебилы, нах! Что такого?! Хватит загонять хрень. Давайте пройдем эту шнягу, а потом уже все решим. Или тут одни дятлы зашкварные, а??? — взревела чертова выскочка.

Как ни странно, я был на ее стороне. Бой — не место для споров. Болтать надо до того, как на тебя пошли танки.

Похоже, это все понимали. Школота одобрительно закивала. Послышались голоса в пользу рыжей.

— Эй, Маша, все ясно, — громче всех крикнул Дэн. — Но кто пойдет первым? В смысле… (пацан с грустью посмотрел на мертвого Мишку) Вторым, в этот раз?

— Че, зассал, нищеброд? — улыбнулась девчонка. Потом нахмурилась и громко добавила: — Я! Покажу сосункам, что почем!


Глава 13


— Э, отойди, я хочу!

— Давай лучше я! — послышались пацанские крики.

Похоже, местные блатари осознали, что испытание не слишком опасное. Просто жирдяй, лишенный допинга, не смог поднять свой живот.

Машка лишь ухмыльнулась и плюнула в нашу сторону, а потом полезла наверх. Черт, я ее даже зауважал. Может быть, у этой дамочки в штанах член? Она прям как настоящий мужик, хоть и бесит.

Никто не говорил о том, что препятствие нужно проходить в одиночку. Мы могли вместе броситься в бой и покончить с этим скорее. Только смерть Мишки стала для всех мощной встряской.

И даже самые матёрые из нас тут же заткнулись, наблюдая за тем, как Мария покоряет высоты. Кстати да, насчёт покорения…

Рыжуха лезла вверх очень странно. Она ахала и кряхтела, то и дело посматривая вниз. Значит, лестница не особо простая. Здесь все вообще… не особо простое.

Что ж, девчонка оказалась не слабой. Вскоре она красовалась на мостике.

— Смотрите внимательно, дятлы, — послышалось сверху.

Машка направилась вперёд, глядя под ноги. Девчонка держалась за перила, но не висла на них. Она немного шаталась и мешкала. В итоге все же прошла, очутившись напротив бревна.

— Маш, не страшно? — спросил блондин с явным уважением в голосе.

— Я чё, на алкашку похожа? Пройти по ровной линии — это хрень! — раздалось сверху.

Девушка стала на бревно. Было видно, что ей малость боязно. Но рыжая справилась с эмоциями и аккуратно пошла вперёд. Это длилось недолго. Вскоре ее движение прекратилось.

— Идти невозможно тут, сука! — выдохнула рыжая бестия.

— Оно смазано чем-то скользким? — вдруг спросил Дэн.

— Смотри, чтоб тебя не смазали, — хихикнул кто-то.

— Заткнись! Тихо все! — выпалил Эдвард.

Машка ахнула, чуть не свалившись. Она с трудом сохранила равновесие, и сделала ещё пару шагов.

— Все фигня, все фигня, — произнесла девушка, чтоб себя успокоить.

В гробовой тишине она решительно рванулась вперёд. Несколько четких шагов, и полная потеря контроля. Машка сильно нагнулась, ноги ее подкосились… Но в последний момент, девушка побежала, тупо пролетев остаток бревна и оказавшись на твердой поверхности.

— Да! Молодец! Ты красава!!! — послышались крики в толпе.

Мы дружно начали аплодировать. Казалось, будто все братья. Нет никаких проблем и конфликтов. Есть только праздник, который всех нас собрал.

Но Машка снова стала серьезной. Она посмотрела вперёд, вздохнула и пошла дальше. Там была верёвочная лестница. Точнее, несколько лестниц, что образовывали веревочную дорогу, по которой надо было пройти.

После бревна это выглядело не так уж и страшно. Рыжуха хмыкнула и твердо пошла по веревкам. Первый шаг дался с огромным трудом, второй уже проще. Вскоре девушка поняла, что к чему.

Машка немного расслабилась, решив с этим быстро покончить. В тот момент, процесс прохождения замер.

— Черт, твою мать! — громко прошипела Мария.

— Эй, что такое? — выкрикнул я.

— Ничего… Нога в верёвках застряла. Они как болото, короче, — ответила девушка.

Вроде не очень-то страшно. Только ощущал, что все не так просто.

— Давай, пусти меня, блин! — хрипела девушка, пытаясь освободить ногу.

Рыжая села на эти веревки, оказавшись как будто в гнезде.

— Разрежь их! — крикнул качок из команды блондина.

Обстановка медленно накалялась. Все чувствовали, что что-то случится, но никто не мог понять, что конкретно.

— Я тебе член блин разрежу? У меня что, в трусах нож, что ли спрятан? — чуть не плача вскрикнула Машка.

Тревога передалась и ей тоже. Солнце светило, деревья шумели. Мы стояли на красивой поляне, где играли в детские игры. Но труп толстяка и школьники без сознания доказывали, что все не так просто.

— Ай, я себе сейчас ногу выверну! — завопила рыжуха.

— Стой, иду на помощь! — воскликнул Эдвард. Правда, сделать ничего не успел.

— Игрок сорок два, вы пассивно проходите испытание, отнимая время у вашей команды, — прогремел компьютерный голос.

— Пошла ты, скотина! — крикнула Машка.

— Эй, кто вы там? Тут проблема. Она не по своей воле… застряла, — проорала Мияко.

И голос ей тут же ответил.

— За пассивное поведение следуют санкции.

— Это какие ещё? — нахмурившись, спросил я.

— Иди ты в задницу, тварь!!! — завопила рыжая девка.

В тот момент из воздуха появился шар синего цвета с лёгким зелёным оттенком. Машка дернулась, освободившись из пут, но было уже слишком поздно. Шаровая молния, точнее магический заряд, врезалась девушке в грудь. Удар был такой силы, что Машку сбросило вниз.

— Ааа! — повис короткий крик в воздухе.

И рядом с толстяком замерло ещё одно тело. На этот раз паники было мало. Одна из девчонок громко заплакала, остальные широко открыли глаза, осматривая площадку, напоминающую теперь поле боя.

— Надо понять, в чем подвох! — выдохнул чертов блондин.

— Мы должны идти вместе, как я сразу сказал! — воскликнул качок.

Мияко стала что-то там объяснять. А я вдруг увидел солнце. Точнее даже не так.

Все это время вдали маячило большое кольцо жёлтого цвета. Я думал, что это солнечный зайчик, который создаёт защитное поле, что нас удерживает. Но теперь эта хрень потемнела. Она была ярко-оранжевой и очень заметной.

— Эээ, воины хреновы. Там одна штука короче, — протянул, указывая пальцем на круг.

Блондин закусился с Эдвардом, они чуть не сцепились. Какая-то девушка приседала, видно пытаясь размяться. Кто ходил взад-вперед, а кто пялился в небо. Но голос компьютерной бабы заставил всех снова заткнуться.

— Уважаемые участники соревнования, напоминаю, что времени мало. После окончания отсчета, к вам будут применены санкции.

— Стоп, это что? — тихо сказал качок.

— Часы, — догадалась Мияко. — Там вроде часы! Мы не можем так просто стоять. Надо действовать быстро!

— Как это сделать, если каждый, кто туда прет, подыхает? — оборвал ее белый.

Я понял, что тупить дальше бессмысленно. Если будем стоять, нас сожгут местной магией или скормят собакам. Детские игры закончились. Началась реальная тема! Вот он — звездный час капитана карателей!

Я не стал говорить пафосных речей, а просто вышел вперед. Нельзя было видеть то, что творилось за спиной. Но я чувствовал, как меня провожали восторженными и безумными взглядами.

— Ты что, туда хочешь? — испуганно спросил девичий голос.

— Нет, в твои мокрые трусики, — бросил в ответ.

— Ха, он сейчас сдохнет! — крикнул блондин.

— Заткнись! — хором прошипели несколько голосов.

Возможно, это преувеличение, но сейчас все зависло от меня. Надо показать соплякам, что пройти площадку реально, иначе они будут тупить до утра.

Чтоб выполнить боевую задачу, я сосредоточился, насколько это возможно, готовясь к самому худшему.

Вскоре ступил на лестницу и понял, что жирный не врал. Она реально «тянула вниз», точнее была неудобной. Ноги как-то соскальзывали, было тяжело подниматься. Но с моим весом — это просто фигня.

Заскочил наверх, как на лифте, и резво двинулся дальше. Ага, дощатый мостик с перилами. Так, не облокачиваться сильно… Здесь все очень хлипкое.

Я заметил, что в досках есть дыры, можно легко провалиться. Да и сам помост прогибается, при этом немного шатаясь. Да уж, не слишком приятно.

Несмотря на то, я ловко прыгнул вперед, потом немного замешкался, чувствуя страх высоты. Но справившись с этой хренью, спокойно дошел до бревна.

— Молодец, Марк, так держать! — закричали с земли.

— Марк, давай! Марк, давай! — скандировали мне школотроны.

Что ж, это было приятно. Я мог стать местным героем, главное, чтоб не посмертно.

Бревно проскочил как-то быстро, хоть один раз чуть не свалился. Но все же равновесие держать удавалось. Правда, было не очень-то радостно. Ведь впереди ждала чертова сеть.

Помня провал рыжухи, постарался идти аккуратно. Ставил ноги так, чтоб они не проваливались. При этом двигался плавно, иначе сетка качалась.

Все оказалось не просто. Высота не давала покоя, от сплетений веревок рябило в глазах. В какой-то момент, нога все же запуталась. Я провалился в пугающую бездну почти по бедро. Толпа напряженно ахнула…

— Капитан Раст вам не чертов карась, — с трудом прохрипел я.

При этом стал подниматься на одной ноге, а вторую пытался освободить. Делал это все очень медленно, напрягая все мышцы. Спасибо тренировкам, что были в первое время. Старое тело Марка здесь бы точно не справилось.

А так… все прошло на ура. Я смог подняться, достав ногу из западни. А дальше шел уже с двойной осторожностью.

Поддержка толпы ощущалась почти что физически. Только это тоже не очень… Казалось, что я всем обязан. Чувствовал себя обезьяной в цирке. Из-за этого в последний момент споткнулся, но успел прыгнуть вперед, оказавшись на твердом помосте.

— Дааа! Мааарк, молодеец! — раздались крики толпы.

— Эй, это хрень! Я сам за ним щас попру! — недовольно воскликнул блондин, но при этом остался на месте.

Выходит, я всех порвал, показав свою силу. Только впереди было кое-что интересное. Гребанный скалодром, иначе тут даже и не скажешь. Стена, высотой метра три с небольшими выпуклостями, куда надо ставить руки и ноги.

Забраться на такую стену легко, будь она на реальной детской площадке. Но здесь все иначе. С нами хотят не играть, а прикончить.

Понимая это, я слегка отдышался и осмотрел новое препятствие. Не успел подготовиться к прохождению, как вновь прогремел женский голос, который предупредил о пассивности игрока.

Ага, значит, чем дальше заходишь, тем меньше времени дается на передышку. Хорошо, так и должно быть… наверное.

— Марк, иди дальше! — прозвенел голос Мияко.

— Так точно, узкоглазка, — прошипел я, бросившись на стену, как на вражеские окопы.

Ясен пень, было трудно. Штуки, торчащие там, были странными. За них было сложно хвататься, становиться на них тоже трудно.

Не успел толком зацепиться, как тут же сорвался… К счастью, стал на площадку, а не грохнулся вниз. Кстати, тут перил не было, что добавляло остроты ощущениям.

— Ладно, посмотрим, у кого тверже член, — сказал сам себе, плюнув вниз.

Я отошел назад, к самому краю, немного присел и рванулся вперед, как ракета.

Прыжок, и вот я уже на стене. Черт, ноги соскальзывают. Фигня, перехватываюсь и лезу. Блин, одна рука соскочила, но к счастью удержался ногами.

Еще рывок вверх — отлично! Схватился за край стены, который оказался нормальным. Дальше лишь дело техники. Подтягиваться, к счастью, умел.

Еще немного усилий… и вот худощавая тушка перевалилась через борт этой стенки. Внизу могла оказаться ловушка. Но мне сейчас повезло, стал на твердые доски, где почти не было места.

Дальше начиналась детская горка, с которой надо просто спуститься.

— Марк, ты там? У тебя получилось? — прокричал голос Эдварда.

— Да… Фух, было весело! — отозвался из-за стены.

— Ха, это значит, любой дебил сможет, — крикнул блондин.

— Так пробуй, кретин, в чем проблема? — весело крикнул в ответ.

Черт, дыхание все равно захватило. Меня немного трясло, было не по себе.

— Марк, скажи нам, как проходить? — вдруг спросила японка.

— Ага, тут не сложно. Главное помни, что…

Я не успел закончить. Дрожащие ноги сделали шаг вперед; я не удержался и стал на горку, которая была очень скользкой. Возможно, это какая-то магия. Но меня понесло вниз с бешеной силой.

Что ж, это не самое страшное. Я всегда любил скорость. Оставалось только расслабиться и получать удовольствие. Что я тут же и сделал.

«Йу-хууу, красота! Вот тебе и смертельные испытания!» — пронеслось в моих мыслях.

И все бы хорошо, если б не чертов кинжал. Я даже толком не расслабился, как вдруг сбоку выросло острое лезвие. Казалось, горку проткнули насквозь неким мечом.

Попытался затормозить, но это не особо-то получалось. Поверхность была слишком странной. Меня тянуло вниз с большой силой, несмотря на то, что упирался ногами.

— Ах ты, шлюха тупая! — заорал, не желая садиться на пику.

С трудом отклонился в сторону и проскочил мимо опасности. Тогда кинжал вырос с другого бока. Мне опять пришлось маневрировать.

Правда, это не самое страшное. Перед концом испытания нож оказался по центру. Это грозило мне сменой пола и последующей смертью.

— Аааа, чтоб вы все там подохли! — завопил, пытаясь избежать жуткой участи.

Времени на раздумья не оставалось. Чудом оттолкнулся от горки, подпрыгнул и перескочил эту штуку, чуть не задев ее задницей.

Дальше был синий экран. Меня перенесло в пространстве и бросило в белую комнату, где были длинные лавки, похожие на больничные топчаны.

— Вот скоты, и что дальше? — хрипло спросил, поднимаясь с пола, так как меня бросили на колени.

— Поздравляем с прохождением испытания. Отдохните и дождитесь товарищей, — сказал компьютерный голос.

Вроде ничего не случилось. Я бывал в переделках похуже. Только сил все равно не осталось, хотелось малость очухаться.

Стараясь немного расслабиться, я сел на один из топчанов и впал в тупой транс. Когда дыхание пришло в норму, а мозги стали на место, я увидел экран на стене, где показывали все, что творилось на «детской» площадке.

«Так, посмотрим, что у нас тут», — подумал, немного прищурившись.

В тот момент по стене прошли волны. Комната завибрировала, и в ней оказался блондин, который как и я упал на колени.

— Ооо, ты не такой уж и олух, — улыбнулся, рассматривая выскочку.

— Пошел ты! Пошел! — истерично воскликнул тот.

— Что, опять месячные? Пожуй прокладку и успокойся, — подмигнул парню. Насчет месячных я не ошибся. У чувака штаны были в крови.

— Нахер вас всех. Хочу, чтобы вам бошки по отрубали, — простонал парень; было видно, что он рыдал.

— Тихо, малыш, сейчас сосочку подогреют, — усмехнулся я.

Но Федор ничего не ответил. Дрожа всем телом, он пополз вперед и забрался под лавку, как мелкая шавка.

Смертельная опасность разрушала мозги школоты. Подростки привыкли, что им все дается легко. Максимум, можно получить выговор от училки или по морде от сверстника.

Перемещение в непонятное место и смертельное испытание было для них чем-то жутким. Если даже я слегка охренел…

Можно было оказать блондину помощь психолога. Но я решил не тратить свой дар на этого идиота. Не обращая внимания на него, уставился в экран, где творилось нечто ужасное.

Звука в телевизоре не было. Зато мне отчетливо показали кольцо, которое засекало время. Оно сделалось синим, что было хреновым знаком. Скорей всего, участников подгоняли, обещая поджарить магией.

Когда кольцо посинело, на «горках» находилось два человека: качок из команды мажоров, а с ним какая-то девка. Они не спеша пытались пройти испытание, делая то же, что я недавно.

Казалось, все очень просто. Но как только круг посинел, толпа школоты резко рванулась вперед. Не желая умирать на месте, каждый решил попытать удачу.

В считанные секунды на лестницу забралось несколько человек. Один упал с самого верха, и стал корчиться внизу, словно гусеница.

Кто-то провалился на первом мосту, оставшись зажатым меж досками. С бревна грохнулось три участника, причем, один вроде насмерть.

— Вот это я понимаю, настоящая веселуха, — прикусил губу, глядя на чертов экран. Тем временем, внизу скулил Федор, добавляя остроты впечатлениям.

Детское, с виду, испытание превратилось в настоящую кашу. Школьники застревали в сетке, падали с отвесной стены. А те, кто добирался до горки, получали жуткие травмы, не успевая уворачиваться от ножей.

Вскоре, вся полоса испытаний превратилась в гроздь винограда, где вместо ягод были израненные, человеческие тела. По которым, дрожа, как осенний лист, осторожно карабкался Дэн.

— Вот же хитрая жопа, — со смехом процедил я.

Тогда экран показал кольцо, которое стало красным. Это ничего хорошего не сулило. Ведь спустя пару секунд, горка начала медленно разрушаться.

— Вот те раз! Да тут жестокий сценарий, — процедил я.

Стена возле экрана стала вибрировать, и в комнате оказался качок, который осматривал все безумным взглядом.

— Я жив, охренеть! Круто, что я живой! — сбивчиво выпалил он.

— Погоди, анаболик, а где японка? — спросил я, ощущая, что дело плохо.

Конечно, Мияко меня задолбала. Но все равно не хотелось быть одному среди этих дятлов.


Глава 14


— Не знаю, я ничего не знаю! Пустите меня отсюда, прошу! Хватит, не надо!

Качок с криками бросился к двери и начал ломиться. Невидимая баба попросила его подождать, только это сейчас не сработало.

В итоге, пацана долбануло какой-то энергией. Он завыл, как мокрый щенок и сел в угол, обняв колени руками.

Мне было на это плевать. Все внимание приковал экран. Не хотелось признавать, но в последнее время стал считать Эда с японкой своим отрядом. А потери в отряде — это всегда хреново.

Да… веселые старты окончательно превратились в дерьмо. От горки отваливались куски, люди летели вниз, бились, ломали кости.

В комнате ожидания появились раненные и напуганные подростки, которые жутко вопили. Я будто оказался в аду, где началась чертова дискотека.

К счастью, это длилось недолго. Игровая конструкция сложилась, как карточный домик, придавив всех, кто не успел выбраться. Место, где мы недавно стояли, вдруг взорвалось. Под травой были спрятаны мины или магические хреновины. Неважно… Главное, что в воздух поднялись комья земли, а зеленая поляна превратилась в перепаханный огород.

— Ух, ты ж, мать твою, карнавал шлюхи-смерти, — медленно протянул я, заткнув уши, чтоб не слышать дьявольских воплей.

Стало жалко отряд. Все кто был со мной, остались там, под обломками. На войне без потерь не бывает, получается в спорте тоже.

Я отвернулся от экрана, желая кого-то врезать. Достали чертовы вытики! Но тут раздался бесячий голос.

— Марк, теперь-то ты веришь??? Еще скажи, что я дура!

Это кричала Мияко. Она была вроде не ранена, зато очень напугана. Сидела на полу с глупым видом, как будто сошла с ума.

— А, это ты… Я рад, что ты не подохла, — криво улыбнулся, рассматривая ее. — Где твой ухажёр-кактус?

— Я — лотос! — послышался сдавленный голос. — На меня… девушка села.

На этом наше испытание кончилось. Двери в комнату ожидания распахнулись, и толпа поперла по длинному коридору, где стояли «овощные солдаты». Они раздавали целительные капсулы, что было очень неплохо. Жаль, психическое здоровье нельзя поправить с помощью магии.

Поэтому в казарму ввалилась толпа хмурых людей, боящихся собственной тени. Понтовитые, веселые, яркие и просто тупые подростки превратились в безликую массу.

Кстати, да, масса была не такой уж большой. Нас осталось не много. Казалось, на чертовой горке потеряна половина всего личного состава.

А те, кто остался в живых, молча разлеглись по кроватям, как трупы. Тишина звенела в ушах. Никто не мог выдавить из себя даже слово.

Эта тяжкая, гнетущая атмосфера давила на мозги, заставляя… поспать. Да, а то прям задолбался. Хорошо, что эти ублюдки заглохли. Капитану нужен покой.

Который, сука, быстро закончился. Меня, как и в прошлый раз, разбудила Мияко, став у кровати, как чертово привидение.

— Марк, Марк, проснись, — испуганно тараторила она.

— Отвали, рядовой. Могу дрыхнуть, пока не придет дежурный, — сонным голосом ответил я.

— Марк, ты дурак? Как ты можешь сейчас вообще спать?

— Не знаю. Глазами… башкой.

— Марк! — девушка меня резко толкнула. Пришлось все же очнуться.

— Ладно, давай, расскажи, как ущемляют права твоей мелкой задницы.

— Не будь дураком, посмотри. Нас хотят уничтожить, — начала тараторить японка, как только стал ее слушать. — Они убили половину всех, кто тут был. Глянь, сколько пустых кроватей.

— Открыла Америку. И чего? Значит такие правила.

— Правила?! Нет, это бойня!

— Ооо, даже так, — я поднялся в постели, глядя японке в глаза. — Зато честная бойня. Всем плевать, кто твой папочка, в какой школе ты учишься, во что одет. Даже это… раскрытие матки никого не волнует. Честные соревнования, мать твою. А люди дохнут везде, даже в сортире.

Японка взялась за голову и демонстративно взъерошила волосы.

— О, боже, черт побери! Все ясно, у тебя съехала крыша.

— Точно, причем давно. А теперь, отвали, дай поспать.

— Какой спать? Надо бороться. Надо выбраться блин…

Дальше я тупо не слушал. Мияко поняла, что от меня ничего не добиться. Продолжая причитать, она куда-то свалила. Что ж, посмотрим, сможет ли азиатка собрать банду и дернуть из этой казармы. Хотя, я почему-то заранее знал исход дела.

Какое-то время нас тупо не трогали. Я наконец-то смог выспаться, а подростки пришли в себя и стали тихо галдеть.

Потом женский голос сказал, что пора принять пищу. Несмотря на стресс, мы были очень голодными. В считанные секунды у двери стала очередь.

Но вместо официантов с подносами к нам вошли школьники в синих костюмах. Их было человек десять.

Сначала казалось, что это новые люди, которых прислали для пополнения. Но я заметил пару знакомых лиц, главным из которых была харя рыжухи.

— Твою медь, вас, что воскресили там что ли? — пробубнил я, когда мимо шли угрюмые девки и пацаны.

— Раненных вылечили, баран долбанный. Мертвых сожгли, — бросила рыжая бестия. Судя по выражению лица, ей было не очень-то круто, потому отвечать я не стал.

К тому же, за возвращенными шли солдаты, которые несли коробки с едой. Это было куда важнее выяснения отношений.

Что же, все не так и хреново. Если ты не сдох полностью, есть шанс… получить второй шанс. Значит, можно особо не париться. Лучше готовиться к новым играм. Интересно, что будет дальше?

* * *
Дача Мирона Павлова охранялась вполне хорошо. Здесь были десятки вооруженных людей, одаренные боевой магией.

Они располагались так, чтобы было не видно, скрываясь на специальных постах. На виду оставались несколько человек, которые вели патрулирование.

И вот, один из них, проходя вдоль забора, наткнулся на своего напарника, который куда-то шел. В этом нет ничего необычного. Но гулять по объекту нельзя. Потому солдат слегка удивился, окинув сослуживца взглядом.

— Эй, друг, ты куда?

— Никуда, на пост просто, — пожав плечами, ответил товарищ.

— А что, уже пересменка? На какой пост вообще? — улыбнулся мужчина, поправив черный пиджак.

— На тот… как его, который дальний, короче.

— Ааа, двадцать пятый? Ну, ясно.

На этом разговор мог закончиться. Охранник проследовал дальше, но напарник вдруг резко крикнул:

— Посты надо наизусть выучить. Хозяин любит порядок.

Мужик обернулся, пристально рассматривая бойца.

— Какой хозяин? Мирон? — недоуменно спросил он.

— Ну, а кто же. Господин Мирон так-то. Тебя что, только взяли? Тасуют пацанов блин, как карты.

— Ага, раньше в офисе был, — просиял новенький, подходя ближе. — Слушай, друг, а где сейчас господин? Он тут что ли, в доме?

— Хех, да кто ж его знает, где он! Обычно по вечерам тут бывает. Сегодня, правда, можно не париться.

— Чего так? — вытаращил глаза собеседник.

— Вам, офисным волкам, видней будет! — присвистнул боец, потирая кобуру пистолета.

— Я обычно сплетни не очень. Задач дохрена. Так что понятия не имею, — пожал плечами новый охранник.

— Ха, да ну на. Или что, правда, что ли? — прищурился безопасник. — Еще скажи, что не слышал, будто хозяин пропал.

— Слышал, про детей вроде что-то там говорили.

— Дети в лесу? Тоже да… Но до этого господин наш, короче. Вроде в офисе был, потом по делам отвалил. И тю-тю.

— Ого, такая глыба пропасть не могла, — удивленно промычал новенький.

— В том-то и дело, короче. Ладно, особо языком не чеши. Иди, здесь тупить не хрена.

И он бодро пошел через двор, правда, до поста не добрался. Мужчина скрылся в саду, где нырнул в кусты. Там располагалась слепая зона и небольшая прореха в заборе.

Операция закончилась слишком быстро. Ее плоды были хорошими, но очень уж странными.

— Фух, как же душно! — выдохнула женщина, стягивая с лица резиновую маску, когда наконец-то была в безопасности. Потом она сбросила пиджак, набитый ватой.

Дальше поправила полосы, сняла с шеи свой артефакт и окончательно превратилась в мать Марка Лесовского.

Когда ее сын пропал в том лесу, женщина решила во всем разобраться. Всего за один день провела большую работу, выгрызая информацию чуть ли не зубами.

Все указывало на то, что Мирон не причастен. Команду подростков похитил какой-то влиятельный психопат, обладающий мощными магическими ресурсами.

Она не знала никого, кроме Павлова, кто мог бы на такое пойти. Но как оказалось, Павлов тупо пропал, не предупредив своих подчиненных.

Это, вместе с другими доказательствами, говорило о том, что нашелся новый козел, и замутил что-то страшное. Или Мирон отлично все обыграл?

Да, но зачем тогда похищать столько народа? К тому же, богатых детей, родители которых способны его раскатать.

— Полный бред получается, я ничего не понимаю, — грубо процедила женщина, уходя от особняка Павлова.

— Стоп, откуда у Марка в вещах эта мощная штука? Я раньше таких не видела, — с этими словами Анна взвесила медальон на руке.

В ее голове царил хаос. Женщина понимала, что творится нечто ужасное, но что именно, додуматься не могла. И это очень бесило. Ведь боевая амазонка должна понимать обстановку, а не мучиться догадками, как обычная баба.

Незадолго до этого…

Мирон Павлов сидел в просторном зале с большим столом и множеством стульев. Нет, он не был у себя в офисе. Встреча на нейтральной территории, чтобы всем было комфортно.

Прошло пятнадцать минут в тупом ожидании. Мирон привык, что к нему все бегут раньше времени. А тут приходится чахнуть, как школьник.

Хотя, игра стоит свеч. Можно слегка потерпеть, чтоб решить наконец-то проблему. Или это совсем не проблема. Подумаешь, один школотрон.

То есть, нет, кто же знает. Надо тупо разделаться. Раз и навсегда разрубить этот узел, причем не своими руками, чтобы вышло красиво. Все так, как он любит.

Но даже большая выгода не помогала сдерживать гнев. Спустя еще минут десять, Мирон начал нервничать.

— Скотина тупая. Не может купить часы, идиот. Пусть только явится, получит разряд по яйцам, — тихо процедил Павлов, истерично крутя в руках ручку.

Его будто сразу услышали. На белой стене появилось желтое сияющее пятно. Оно вспыхнуло так, что Павлову пришлось жмуриться.

В свете показалось очертание человека. И вскоре, перед Мироном был пиджак, штаны, шляпа… То есть, человек-невидимка, висящий в световом облаке.

Это облако стало тускнее, что позволило Мирону открыть глаза.

— Как всегда твои штучки. Эффектно, — процедил Павлов, умело скрывая приступ липкого страха. — Почему опоздал?

— Прошу меня извинить. Ты же знаешь, что я занимаюсь делами. Ни секунды спокойного времени, — прогремел невидимка.

— Знаю, помню, как мы были командой, — наиграно улыбнулся Мирон.

— Нет. Ты просто занимал у меня деньги.

— И вернул с хорошим процентом, — торжественно ответил Мирон.

— Но пытался упечь меня за решетку.

— Эй, это был чертов юрист. Он хотел нас поссорить! Помнишь, как я сжег его заживо?

— И как? — немного помедлив, спросил невидимка.

— Что? Он в могиле! В лесу, точней, — сказал Павлов, чувствуя лёгкое напряжение.

— Я о другом. Как насчёт справедливости? Стал ли мир справедливее, когда ты с ним разобрался? Ты же сам сказал, что проблема только в юристе.

— Нет! — крикнул Павлов, но потом сбавил гонор. — Я не хотел никакой справедливости. Просто наказал человека, который…

— Понятно. А я вот хочу сделать мир лучше.

Павлов почесал голову, отвернувшись к окну. Затем процедил, будто говорил сам с собой.

— Стой, но ты же крутишь дела. Какая может быть справедливость?

— Я делаю то, на что толкает наш лживый мир. А теперь пора его изменить.

Павлов хмыкнул, но ничего не ответил. Он ценил свое время, потому не позволил партнеру втягивать себя в философские споры.

— Ладно, как знаешь, — помолчав, сказал он. — Что насчёт сопляка? Он сейчас на играх, в лесу. Надо без шума и пыли, все как я говорил. За ценой вопрос точно не станет.

— Сопляк? Этот мальчик. Я долго думал, Мирон. У меня появилась идея.

— Какая? — спросил Павлов, не ожидая ничего путного.

— Провести честные игры. Сделать так, чтоб твой мальчик смог сам выбрать путь. И другие. Все, кто там участвует. Справедливость общества начинается с молодежи. Не так ли?

Мирон не стал задавать вопросов, хотя их было целое море. Главное, что он понял — его давний партнер съехал крышей. Такое часто бывает, особенно когда ты силен и богат. Начинаешь беситься с жиру, думаешь не о том.

Плевать. Пусть хоть пингвинов спасает. Но сначала важное дело!

— Так. Убери этого школьника. А потом твори что захочешь, — подумав, произнес Павлов.

— Школьник сам себя уберет или выживет. Все решит Вселенская справедливость.

— Что? Ты кретин? Мы договорились, что ты грохнешь Марка! — выдал Павлов, теряя контроль над собой.

— Хм, тогда покажи договор, — отозвался невидимый.

— Что за чёртовы игры? — взревел Мирон, вскочив с места.

— Самые честные игры на свете, где нет места для людской грязи.

— Послушай, я все понимаю. Ты сдвинулся, и это нормально. Но не надо втягивать сопляка в свою дурь. Хочешь разорвать договор? Черт с тобой! Сам его уничтожу. Скажи конкретно и все, — выпалил Павлов, тыкая в невидимку пальцем.

— Я уже все сказал, — сухо ответил тот.

— Ааа, мне понятно. Ты решил малость поиздеваться. Знай, со мной такая тема не катит.

— Почему, что ты сделаешь?

Павлов хищно улыбнулся, щёлкнув пальцами, чтобы вызвать электрическую вспышку. С этим возникла проблема. Мирону пришлось щёлкать несколько раз, хлопать в ладоши и стучать кулаком по столу.

— Ты нервничаешь, господин Мирон? — непринужденно спросил невидимка.

— Нет! Опасаюсь за твое физическое здоровье, — прошипел глава корпорации, чувствуя, как пол под ногами немного качается.

— Ты прав. Мое здоровье ни к черту. Ничто не вечно под луной.

— Луна? Ты у меня сейчас звёзды получишь, астроном недоданный. Прекращай свои фокусы к черту! — закричал Мирон. Он хотел рвануться вперёд, только стол помешал это сделать.

— Никаких фокусов нет. Есть простая магическая наука.

Павлов попробовал применить силу, и обалдел от того, что это не удавалось. Его давний партнёр сотворил нечто страшное. Но как? Разве это возможно?

— Не стоит переживать, — усмехнулся говорящий костюм. — Я просто хотел, чтобы все прошло безопасно. Зачем тебе это, мой друг? Ты же не воевать сюда пришел, так?

— Я пришел сюда сделать дело! А ты поступил по козлиному! Поэтому сейчас сдохнешь. И тупые фокусы не помогут, — протараторил Мирон.

Он понимал, что творится нечто ужасное. Глава Энерго без промедления нажал кнопку, что была у него в кармане, чтобы вызвать охрану. Прошла томительная секунда молчания, потом вторая и третья.

— Ты хотел что-то сделать? — спросил невидимый человек.

— Я хочу выпустить тебе кишки, сука! — выпалил Павлов.

— Аха-ха-ха, очень весело. Ты такой забавный в гневе, Мирон, — сказал невидимка.

— Забавный?! Сейчас ты у меня позабавишься!

Мирон заревел, словно грозный медведь. Он схватил увесистый стул и бросил в сияющий круг. Это не дало результата. Тогда Павлов полез на стол, чтоб достать до ублюдка.

Но тут мужчина понял, что хочет спать. Его тело стало тяжёлым и липким. Он почувствовал, как воздух густеет. Поверхность была очень приятной. Она тянула к себе словно магнитом.

— Вы беспредел творите, подонки, — промямлил Мирон.

Это последнее, что он делал в здравом уме. Дальше грозный предприниматель и криминальный авторитет свернулся клубком, как домашний котенок. Наступил крепкий, здоровый сон.

* * *
После чертовой горки все пошло как в кумаре. Не успели опомниться, как наступил новый день, а с ним и новое испытание. Нас снова отправили в сад, точнее в аллею из толстых тенистых деревьев.

Там находилась поляна с кочками разной величины. Задача была простой — перейти эту поляну. И все. Проще не придумаешь, ерунда. Не нужно быть акробатом или силачом, достаточно лишь иметь ноги.

Но это только на первый взгляд. Теперь-то мы точно знали, какова цена мнимой лёгкости. Потому никто не ступил на поляну. Мы выстроились в шеренгу и пялились на зелёное полотно в неком трансе.


Глава 15


Я понимал, что пора начать действовать. В отличие от других школотронов, у меня был большой опыт. Я был, в конце концов, мужиком, а не мальчиком.

Время, скорей всего, ограниченно. Нас могли прибить в любую минуту, если не начнем действовать. Некоторые это все понимали. И вскоре высокая девчонка тихо сказала:

— Мне кажется, нужно прыгать по кочкам. Между мини… что-то плохое.

— А за неправильный прыжок нас прижгут магическими зарядами, — произнес Эдвард.

— Все не так просто. Там подлянки теперь, — хрипло процедил блондин.

Скорее всего, он был прав. Кочки располагались слишком близко друг к другу. По ним мог проскакать даже инвалид. Значит, есть еще что-то, о чем не сказали.

— Мы ничего не узнаем, пока не проверим, — пожала плечами Мияко.

— Смотрите, желтый круг, как тогда! — прокричал Дэн.

Ясен пень, все как раньше. Нам дали минут десять или вроде того. Нужно начинать прохождение. Мы не в той ситуации, чтобы рыпаться.

— Спокойно, солдаты. Давайте разработаем план. Я, как ваш командир, попру первым, — сказал, подходя к краю поляны.

Кто-то ехидно усмехнулся, считая меня дураком. Но большая часть школоты уставилась на меня с явной надеждой. От этих взглядов стало приятно.

Тогда меня толкнул рослый качок, заставляя отступить от поляны.

— Пошел нахрен! Я не собираюсь стоять и ждать смерти! Мы должны идти прямо сейчас! Не слушать мелкого выскочку, а валить! Вам понятно??? — истерично заорал он.

— Стой, ну как бы… если загадки, короче… Их же разгадать надо, — промямлила блондинка, которая чудом выжила в прошлый раз.

— Пусть валит, козел! Одним мудаком будет меньше! — высказалась рыжая бестия.

— Я тебе рожу сломаю! — едко ответил качок.

Он взглянул на светящийся круг, который становился темнее.

— Здесь нет ничего сложного! Просто не надо ссать! — сказал пацан сам себе и рванулся проходить испытание.

Мне не очень-то нравился этот хрен, да и разведка боем не помешает. Значит, пусть валит куда захочет. С его помощью раскроем фишки странной поляны.

Не говоря больше ни слова, качок стал прыгать по кочкам. При этом он рычал, будто поднимал тяжести, напрягаясь изо всех сил.

В гробовой тишине пацан преодолел несколько кочек. Потом замер на одной из них и громко расхохотался.

— Аха-ха, вот капец! Надо просто не очковать! Стойте и дальше, дебилы! Хорошо вам подохнуть, — тяжело дыша, выпалил он.

Пара школьников хотела отправиться следом. Они приблизились к краю, но замерли в сомнениях. После вчерашнего было страшно рыпаться. Времени оставалось достаточно.

Качок рассмеялся, глядя на нас. С непринужденным видом он бросился дальше. Тут одна из кочек провалилась, образовав небольшое углубление.

Пацан ахнул и дернулся в сторону. Его нога попала на ровную поверхность, которая оказалась тщательно скрытым болотом.

— Ай, черт! Сукииии! Вы чееее??? — заорал парень, провалившись по колено в мутную жижу.

— Блин, ему надо помочь! — закричала Мияко.

— Молчи! Изучай рельеф местности, — прошипел я.

— Ах, оно держит! Давай! Ну же! — хрипел пацан, с огромным трудом доставая ногу.

Спустя долгие секунды, это удалось сделать. Школьник хотел развернуться, но страх перед окончанием времени гнал его только вперед.

На трясущихся ногах качок пробежал еще пару метров. В какой-то момент он оступился, провалившись в болото по пояс.

Все присутствующие на краю поляны громко ахнули.

— Ааа, мне хана! Я не вылезу! — взвыл несчастный первопроходец.

— Помогите ему, кто-нибудь! — заорал девичий голос.

Два парня ступили на кочки, за ними пошла Мияко, а следом я. Приходилось тщательно осматривать поляну на предмет ловушек. Казалось, обманные кочки чуть светлее, чем настоящие.

Сказал об этом напарникам, один из которых уже оступился, упав лицом в болотную жижу.

— Дебилы, смотрите под ноги! — послышался голос блондина.

— Попробуй сам, прежде чем обзываться! — отозвалась Мияко.

Эдвард бросился на поляну. Я замер, пытаясь оценить обстановку.

В тот момент, разнесся громкий шорох, а потом крик несчастного парня. Черт, это была стрела! Настоящая стрела, какие мы недавно пускали.

Она вылетела из дупла дерева, как мне показалось, и попала в грудь застрявшему в болоте качку.

— Уважаемые участники соревнований, задержка при прохождении испытаний ведет за собой санкции, — сказал компьютерный голос.

— Аххх, вы… нет, — простонал несчастный, схватившись за стрелу, и погиб.

Вот тебе чертовы санкции! Вчера были простые лучи, которые тупо сбивали с ног. Большая часть пострадавших получила только ранения. А сегодня — боевые стрелы, которые пробивали органы, почти что, не оставляя шансов.

Даже для меня это уже перебор, не говоря о мелких школьниках.

— Ааа, мамочки, его убили! — завизжала девчонка, стоящая у края поляны.

— Нет, не хочу! Не играю, не надо! — выпалил какой-то парень и бросился прочь. За ним еще два человека, которые не поняли что к чему.

Пытался крикнуть, чтобы остановились, но они тупо свихнулись. Школотроны рванулись в разные стороны, наивно считая, что свалят. Вместо этого, снова послышался шорох. Дупла деревьев пустили острые стрелы, и троица полегла на краю злополучной поляны.

— Ооо, нет, нет! — заверещал парень, который был с нами. Он прошел уже треть болота, немногим больше, чем я.

А теперь этот хрен побежал со всех ног, забыв о любой осторожности. Его кроссовки мелькали так, будто он принял допинг. При этом парень орал, словно бешеный.

Мияко и другой участник стали кричать ему вслед. Это сейчас не сработало. И спустя секунд десять, несчастный игрок… попал… на другую сторону поля.

Да, он прошел испытание! Сделал это легко и стремительно. Иногда такое бывает. Под действием адреналина можно уворачиваться от сгустков плазмы. Иногда салаги в первом бою творят такое, что даже по телеку не покажут.

Резкое прохождение стало для нас большим шоком. Часы уже порыжели, если можно так выразиться. Несколько школотронов отправились в могилу. На фоне этого успех пацана казался библейским чудом.

— Эй, смотрите, мы сможем! — радостно крикнул блондин.

— Давайте, мужики, что тупить, — поорал еще кто-то.

— Не уходи, побудь там! Скажи нам, как получилось! — Мияко обратилась к счастливчику.

В ответ парень лишь улыбнулся, потом пожал плечами и бросился дальше. Пространство в тот момент расступилось, парень превратился в точку и просто исчез. Наверное, все как вчера. Его ждала белая комната.

Но нам-то с этого что? Бывалый солдат мог дать важную информацию, а при этом бросил всех умирать, радуясь своему триумфу.

— Вот же гнида тупая! Я ему шею свер… — со злостью процедил я.

В ту же секунду ощутил нечто странное. Не могу сказать, что конкретно, но тело само дернулось в сторону. Над ухом пролетела стрела, которая могла попасть точно в глаз.

Я сразу понял, в чем дело. Перепрыгнул на новую кочку, ощущая, как сейчас сдохну. Надо было двигаться постоянно. Иначе нас точно прикончат.

Хотел сказать остальным, но воздух потряс крик Мияко.

— Аааай, мамочки! — взвыла девчонка. Ей в плечо воткнулась стрела.

Пришлось рвануться вперед, чтоб поймать узкоглазую, иначе б она упала в болото. А так… в болото провалился я сам, но при этом удержал азиатку.

— Марк, как же больно! Я не смогу идти дальше, — всхлипывая, сказала Мияко.

— Это еще ерунда, радуйся, что яйца осколком не срезало, — криво улыбнулся в ответ. Но тут понял, что стою по пояс в мутной воде. Прям как тот пацан, которого уничтожили!

— Мааарк! Ааа, черт, нет! — простонала Мияко, видя мое положение.

Кто-то обошел нас, вырываясь вперед. Кого-то зацепили стрелой… Я рванулся, пытаясь вылезти, но меня засосало сильнее.

Чертов круг уже посинел. Время медленно ускорялось. Надо было что-то решать. Но как; без магии, находясь по живот в липкой луже?!

— Ахххх, падлы хреновы! Чтоб вы там подавились! — прокряхтел я, наваливаясь на кочку.

Нет, сил сейчас не хватало. Времени тоже… Из дупла, казалось, выскочил лук, готовый меня продырявить.

Не успел подумать о смерти, как сверху спустилась рука. Она взяла за одежду и с силой меня потащила. Пришлось применить последние силы, борясь с клейкой грязью.

Пара неимоверных рывков, и я свалился на кочку, где уже стоял Эдвард.

— Осторожнее, Марк! Смотри под ноги, — с улыбкой произнес он.

— Спасибо. Ты не лотос, а дубовый качок, — с трудом выдохнул я, чувствуя эйфорию. Спасение от смерти круче, чем секс. Ох, кто б вообще мог подумать.

Тем временем, Эдвард взял девушку под руку. Они вместе двинулись дальше, тщательно выбирая маршрут.

— Не отставай, Марк, скорее… Ох, больно-то как, — напоследок простонала Японка.

А мне пришлось опять уворачиваться от стрелы и, несмотря на усталость, прыгать бешеным кроликом.

Так, эта кочка фальшивая, эта слишком мелкая, скользкая. Прыжок, потом перекур пару секунд. Оценил обстановку и двинулся дальше. Отлично, снова удача! Испытание не такое уж сложное!

Казалось, осталось немного. Я почти что прошел всю поляну. Кстати, это уже сделали несколько человек, которые поспешили свалить, забыв о помощи остальным.

Может и правда, не стоит тут оставаться. Кто знает, как все закончится.

Не успел так подумать, как толкнули в плечо. Отскочил в сторону и снова попал в болото. К счастью удалось стать на крупную палку, которая здесь лежала, а другой ногой на мелкую кочку. В итоге, я чуть не сел на шпагат, при этом нагнувшись раком.

— Эй, ты, сволочь тупая! — успел только крикнуть со злостью.

Впереди мелькала копна рыжих волос, которая ядовито воскликнула:

— Не стой на дороге у мамки!

— Ты нам не мамка! — сказал еще кто-то.

— Завали рот, когда с тобой старшие разговаривают.

Нет, дешевые споры тут ни к чему. Надо скорей выбираться. Судя по цвету круга, времени почти не осталось.

Понимая это, резко бросился дальше. На сей раз удача мне улыбнулась. Проскакал по кочкам как надо, оступившись всего один раз без серьезных последствий.

— Ох, имел я ваши соревнования! — крикнул, спрыгнув на твердую землю.

Рядом проскочила девчонка, которая исчезла в силовом поле. Хотел броситься следом, но краем глаза заметил Мияко и Эдварда, которые были далековато.

Они стояли на небольшой кочке, не зная куда наступить. Парень обнимал девушку, стараясь не задеть стрелу, что торчала в плече. Хреновая ситуация. Эти двое погибнут, не дойдя каких-то нескольких метров.

— Эй, смотрите сюда! — крикнул, подходя к самому краю. — Там кочки все разные. Туда лучше станьте, скорее. Выйдет чуть дальше, но безопаснее. Ясно?

— Марк, уходи! Уже поздно! — ответил мне Эдвард.

Я заметил, как какой-то пацан бросился наугад, подражая ловкому первопроходцу. У него ничего не вышло, и парень свалился в болото, причем по самую шею.

— Что за гребанный трындец?! — протянул я.

«Ладно, сконцентрируюсь на своей команде. Всем уже не поможешь».

— Эй, видите палку… бревно. На него тоже стать можно, — дал совет, стараясь не обращать внимания ни на кого.

В тот момент, случайно заметил блондина. Он трясся от ужаса, не зная, куда наступить, и был достаточно далеко. Вроде враг, а блин жалко.

— Марк, спасибо, иди!

— Да, мы уже справимся! — прокричали напарники.

Тогда блондин сделал резкий прыжок, оттолкнувшись от головы парня, который тонул. Пацан скрылся в болоте, а белая сучка преодолела несколько кочек, затем немного замешкалась.

— Ах ты, чертова гнида! — заорал я, не ожидая такой жёсткой подставы.

— Уважаемые участники соревнований, ваше время истекает. Осталось пятнадцать секунд, — произнес монотонный голос.

Как и в прошлый раз, оставшиеся школьники кинулись со всех ног к своей цели. Несколько человек прошли испытание и рванулись ко мне. Они смотрели безумным взглядом, не замечая преград.

Не успел даже пикнуть, как меня толкнули к силовому барьеру, который поглотил мое тело.

— Стоять! Я еще не закончил. Эдвард, Мияко! — выпалил, ощущая, как прохожу процедуру перемещения.

Спустя пару секунд уже лежал на полу среди напуганных, орущих, стонущих и плачущих школьников.

«Нет, так нельзя, погоди», — подумал и посмотрел на экран.

Там было видно, что поле превратилось в мерзкую жижу, которая поглотила каждого, кто не дошел до конца.

— Иметь в рот ваши позорные игры, — с досадой произнес я, понимая, что на сей раз потерял сослуживцев.

— Я бы так не сказала, но да, — зазвенел чей-то голос.

— Мияко, это ты? Узкоглазая задница!

Это была азиатка. Сидела на топчане, облокотившись о стену, в плече торчала стрела, крови при том почти не было. А рядом улыбался Эдвард, рассматривая грязные ноги.

— Все-таки выжили, черти, — просиял я.

— Да, благодаря тебе, Марк! — усмехнулся цветочник.

— Эй, не стоит благодарности, друг. Я всего лишь скромный спаситель мира и местный красавчик, — весело отозвался, подходя к ним.

— Аха-ха, во дебилы! Да нехрен было тупить! Что? Я просто в теме спорта давно, с прыжками всегда было норм. Не то, что эти деревянные лохи, — слышался из угла громкий голос.

Я сразу же туда посмотрел, и увидел чертова беляка. Он весело рассказывал девкам, как ловко прошел испытание. Конечно, мне далеко до героя, который учит морали. Но наступить на башку боевому товарищу, вогнав его в грязную жижу… Это уже перебор.

Федор хладнокровно убил сослуживца, для того, чтоб спасти свою задницу. У карателей так не положено. И это ещё мягко сказано.

— Эй, ублюдок, вижу тебе стало весело, — крикнул, рассматривая чёртову выскочку.

— Что? А, погодите, девчонки, — сказал блондин, потом медленно пошел на меня. — Опять мелкий черт недоволен. — Прошипел он. — У тебя проблемы, Лесовский?!

Хм, выучил мою фамилию, уже хорошо. Но это его не спасет.

— Проблемы? Нет… У меня все ровно, солдат. А вот у того парня, которого ты утопил… У него теперь небольшой стресс.

Все, кто присутствовал в белой комнате, замерли. Послышались недовольные возгласы. И Федор понял, что ему будет туго.

— Э, ты что гонишь, сопляк? Посмотрите, он двинутый! — смеясь, крикнул парень.

— Ага, сразу в кусты, — ухмыльнулся я. — Ты наступил на парня, который тонул. Это многие видели.

— Например, кто? — процедил блондин.

Мы сблизились, как боксеры на ринге. Воцарилась напряжённая тишина. Спустя несколько секунд робкий, неуверенный голос сказал:

— Я заметил. Думал, так вышло случайно. Там все боялись, короче.

— Заглохни! — выпалил Федор.

— Заглохнуть? Как чувак, которого ты замочил? — спросил я, готовясь врезать ублюдку.

Только он оказался шустрее. Блондин понял, что драки не избежать. Опередив меня, врезал с левой руки, попав в подбородок. Удар оказался не сильный. Отдачей я разбил козлу нос.

Но блондин провел обманный маневр, отвлекая внимание. Пока я пытался заблокировать удар в голову, стукнул меня между ног. Твою мать, это же моя фишка!

Неплохо так подловил. Я глухо застонал, слыша тревожные охи других школотронов. Согнулся от страшной боли и стал медленно отступать.

— Что, гондон, уже не такой крутой? — завопил Федор. — Вы не понимаете, куда нас отправили. Это битва на выживание. Выживает только сильнейший! Надо действовать, а не тупить. Вам понятно?

— Лучше сдохнуть, чем действовать, как петух, — сказал я.

При этом, корчась от боли, отошёл ещё в сторону.

— Что ты там вякнул, ничтожество? — Федор полез на меня, чувствуя свою силу.

Рука сама потянулась вправо, туда, где сидела Мияко. Не знаю, как это вышло, но я вырвал стрелу из плеча. Девушка взревела раненным зверем и грохнулась с лавки.

А кровавая пика вошла в живот Федору, отчего тот заскулил, как скотина.

— Сила, говоришь! Вот блин сила! — хрипел я, вгоняя стрелу поглубже.

— Нет… Марк, я прошу, — истекая кровью, застонал блондин, после чего сел на пол с безумным взглядом. Я не стал доставать стрелу, отпустив ее оперение. Федор схватился за середину оружия, но извлечь его так и не смог.

— Это тебе не пацанов убивать, — продолжал я.

Раненного блондина стали медленно окружать. Походу, его поведение бесило не только меня.

— Эй, погодите, мне плохо, — взмолился блондин. Но я ничего не ответил. — Вы не понимаете. Он все равно бы погиб. Я не мог его вытащить, и вы… тоже. Я просто не хотел умирать. У меня не было выбора.

Последние слова Федор выкрикнул чуть не плача.

— Ничего, зато сейчас точно будет, — улыбнулся я.

— Нет! Не надо его убивать, — воскликнул Эдвард. — Мы не должны превратиться в животных.

— Я и не стану зверем. Просто завалю одну псину, — бросил в ответ.

Правда, сделать ничего не успел. Комната резко открылась. В нее влетели чёртовы овощи, которые стали нас расталкивать, оказывать помощь, а потом выгонять в коридор.

Ещё одно испытание было пройдено. Участников осталось немного. Интересно, что нового подготовили психи, закрывшие нас в этом сарае?…


Глава 16


Командный пункт был погружен в хаос. Солдаты с овощными шлемами бегали взад-вперёд. В этом мире редко использовали видео камеры, но здесь их было достаточно.

Изображение с этих камер передавалось на пульт, где жидкие экраны показывали десятки «картинок». Управлял системой высокий человек в красной форме со шлемом, на котором красовалось раскидистое ветвистое дерево. Рядом стоял парень поменьше, с рисунком гриба, который получал указания от местного босса.

— Хм, их дух намного крепче, чем нам казалось, — заявил глава игр, глядя на мониторы. — Потери минимальны. Если так будет дальше, то придется проводить дополнительные испытания.

— Да, господин. Но разве их сплочённость не доказывает, что они очищаются? — спросил гриб, держа в руках небольшой планшет.

— Очищаются? Нет… Скорее, мухлюют, подстраиваются. Дети несправедливого общества не способны так просто очиститься, — ответил начальник.

Потом он замолк, покачал головой и добавил:

— Мы слишком мягкие к ним.

— Может быть, кто же знает. Я не заметил больших нарушений, — пожал плечами помощник.

— Но и большого просветления нет, — протянул глава испытаний.

В тот момент раздались матерные крики. Двое солдат подошли к командиру, держа под руки здоровенного азиата со злобной мордой, на которой был большой шрам.

— Эй, кто вам позволил? Что это значит? — вспылил командир.

— Господин, он пробрался в наш главный корпус, — произнес один из военных.

— Я случайно здесь оказался. Недоделанный ты писюн, — прорычал азиат.

— Я баклажан, черт возьми! — воскликнул вояка, ударив при этом пленника.

— Замолчите! — приказал дерево. — Чего тебе было надо?

Последнее относилось к шпиону, который обалдел от вопроса. А лишь потом смог с трудом пояснить:

— Секретная база. Здесь оружие и бабки теперь!

— Почему ты решил залезть именно к нам? Кто тебе подсказал? — вставил вопрос помощник главы.

— Я работаю один. У меня свой путь. Могу находить то, что не видят другие, — протараторил пойманный пленник.

— Здесь ты найдёшь свою смерть, ублюдок! — прорычал один из солдат.

— Да пошли вы, — огрызнулся бандит.

— Не слушай их, мы не убийцы, — задумчиво пояснил дерево. — На нашей базе царит справедливость.

— Так отпустите меня. Я беден! Мне просто нужны чертовы деньги, — взмолился заложник.

— Хорошо. Так и сделаем.

От этих слов главаря все громко ахнули. Азиат не был похож на несчастную жертву. Отпустить его, значит проявить слабость, если не сказать что похуже.

— Как же так? — спросили несколько голосов одновременно.

— Он примет участие в играх и получит свободу. Если проявит себя должным образом.

— Спасибо, господин. Я люблю игры. Картишки или рулетку… А какой приз вообще будет? — хитро ухмыльнулся азиат, забыв, в каком положении он находится.

* * *
После приема пищи и отдыха, в казарме сделалось шумно. Мияко с Эдвардом, Дэном и несколькими людьми хотела поднять восстание.

По их плану можно было сбежать, обезоружив охрану. Ведь «плоды» считают нас лохами, и особо не напрягаются. Можно обдурить идиотов, переиграв их тактически.

Блондин со своими друзьями хотели идти до финала. Федор знал, что будет всех подставлять и дойдет до конца состязания. Случай на болоте многому его научил.

Когда вокруг тебя напуганное стадо, этим можно неплохо воспользоваться. Жаль, беляк не догадывался, что организаторы могут сотворить дичь, уничтожив, при желании, всех до единого.

После второго испытания я принял сторону японки. Правда, не хотел недооценивать охрану. Предлагал строить планы и ждать.

В итоге, все вышли в центр помещения, стали орать и размахивать руками, как на старой политической передаче.

— Марк, надо действовать сразу. Я тебе давно говорю. Если б мы не боялись, сегодня бы никто не погиб, — вопила японка, при поддержке своего лотоса.

Хорошо, что стресс вправил ее мозги. Она больше не считала меня своим ухажером. Но при этом все равно бесила.

— Я говорю еще раз, надо дождаться ночи! Мы не отряд черных демонов. Нам нельзя атаковать в лоб, понимаешь? — пытался кое-как отвязаться.

— А что тогда делать? Какой у нас план?

— План — это не гребанный закон физики. Просто так его не придумаешь, — огрызался в ответ.

— Ха, давайте рискните. Нам больше денег достанется. Бежать — это верная смерть. Что ж, я не против. Здесь каждый сам за себя, — вопил блондин, но при этом выбирал выражения.

Еще бы, я неплохой педагог. Умею учить мудаков хорошим манерам.

— Умолкните, черти! Вы привлекаете их внимание! — перекрикивая всех, гаркнула рыжая бестия.

— Ты опять за свое, долбанутая? — улыбнувшись, произнес я.

— Закрой пасть, задрот, — по слогам проговорила Мария. У нее в руке показался цветной магический шарик.

— То есть ты типа тут командирка? — спросил, понимая, что пора поставить деваху на место.

— С такими вопросами отправишься в ад к остальным! — прищурилась Машка.

Возможно, я бы бросился на нее. Рыжуха уже жутко бесила. Тут резко открылась дверь; к нам бросили нового игрока.

Все ахнули, забыв про споры и склоки. Десятки глаз уставились на странного типа, который был одет в нашу форму.

Он был очень уж странным. Узкоглазый дядька лет сорока. Высокий и широкий в плечах. Рожа, как у бульдога; казалось, он нас сожрет.

Сначала мужик был шокирован. Похоже, не ожидал нас увидеть. Но вскоре азиат улыбнулся и грубым голосом произнёс:

— Ооо, малолетняя зона. Меня отправили к мелкотне, так еще обещали бабла.

В казарме были чертовы школьники, которые инстинктивно боялись взрослых. Особенно таких, которые на вид отморожены.

Не успел здоровяк сказать пару слов, как все потупили взгляды и засмущались. Это раззадорило дядьку. Он опять усмехнулся, сказав:

— Не очкуй, малышня. Все будет норм. Если не станете рыпаться, никого не убью.

— Ты кто такой хоть, убийца? Не из психушки случайно сбежал? — спросил я.

Всегда обожал обламывать таких выродков. Жаль, забыл, что нет прежнего тела.

— Чеее? — прищурившись (еще больше чем всегда) спросил азиат. — Не ты, а Вы, школопет. Охотник за сокровищами, любитель приключений и просто веселый парень. Большего тебе знать не стоит. Теперь иди и подготовь мне лучшую койку, вон там, в самом центре.

— А больше ничего ты не хочешь? — медленно спросил я.

— Будешь огрызаться, захочу. Пока только это. Мне надо вздремнуть, мелкотня. Будешь моим личным слугой на сегодня. Там уже дальше посмотрим.

Я хотел ответить, как следует. При этом видел, что остаюсь с мужиком один на один, потому что остальные в ужасе отступают. Что ж, пусть соснет мой школьный конец. Сдаваться все равно я не стану.

Азиат хищно улыбнулся, рассматривая меня. Я открыл рот, чтоб как следует его обложить. Но в этот момент прогремел голос Машки.

— Это моя кровать, дядя, — осторожно сказала девчонка. Ее прежний гонор куда-то пропал.

— Какая? — нахмурился азиат.

— Та, на которую ты показал.

— Не ты, а вы, идиотка! Что за невоспитанная детвора? Ничего, сейчас мы это исправим.

— Она тут вообще-то главная. Ей можно разговаривать как угодно, — сказал я, решив кое-что провернуть.

— Че? У вас главарь — девка что ли? — хихикнул азиат. — Да… современную молодёжь не понять. Эй, иди сюда, рыжая белка. Что боишься, давай!

Девушка вышла вперед под общие вздохи. Было видно, что она испугалась, но старалась не подавать вида.

Разглядывая ее, придурок слегка ухмыльнулся.

— И в чем твоя сила, красотка? — туповато спросил он.

— Она магией обладает, — ответил я. А что, пусть покажет свои «таланты» в боевой обстановке. Это не языком молоть.

— Как? Здесь поля все потоки подавляют, — нахмурился странный дядька.

— У нее особая магия, — снова встрял я.

— Заткнись! — выкрикнул азиат. — Пусть расскажет сама, если настолько крутая.

Сначала рыжуха молчала. Но видя, что это ее «звездный час», медленно начала объяснять.

— Я не… Просто у меня есть специальные штуки. Они мощные очень. На них блокировка не действует, — пролепетала она.

— Вот значит как? Особые артефакты. Отлично, теперь дорого стоят, — процедил чертов китаец.

— Может быть, я не знаю.

— А вот я разбираюсь. Дай-ка их сюда, оценю.

— Не делай этого, — послышался голос Мияко.

Я чувствовал, как напряжение давит на виски, сковывая мне мозг. Азиат медленно пошел на девчонку, выставил руку и настойчиво сказал:

— Артефакты давай. Старших слушаться надо. Или тебя научить?

На сей раз строптивость оказалась сильнее, чем страх. Рыжуха отскочила назад, показала свой чертов камень и закричала:

— Отстань! Не с места, понятно? Я могу тебя взорвать нахрен.

— Хм… Даже так? — улыбнулся азиат.

Он замер, глядя по сторонам. Потом мужик чуть подумал, громко выдохнул и шагнул к рыжухе. Та бросила чертов камень, который тут же взорвался. Азиат глуповато вскрикнул, отскочив в сторону, но не получил при том повреждений.

Толпа в который раз дружно ахнула. Рыжуху стало трясти как под током. Она больше не могла кидаться взрывчаткой, впав в глухой ступор.

Тогда азиат рванулся вперёд и врезал девушку по лицу. Та свалилась на пол, секундой лишившись сознания.

Подростки окончательно охренели. Они не могли даже стонать или охать. Бандюган прекрасно понимал, в чем тут дело. Рассмеялся, будто выиграл в лотерею, и стал орать, словно бешеный.

— Э, мелочь тупая! Кто еще хочет? А? Я вас сейчас спрашиваю! — верещал он. — Меня сюда прислали, чтоб я всех построил. Будете мне служить. Всегда, каждый день! Пока я не выиграю эту херню. Вам понятно? Не слышу! А? Громче!

Кто-то робко сказал «понятно», остальные не могли открыть рот. Даже крутость богатых козлов испарилась. Еще бы, без магии и денег они стали просто малолетними сопляками.

Но меня волновало не это. Надо было, чтоб дятел не обернулся. Жизненно важно сейчас зайти ему за спину.

Да, я пошел в атаку короткими перебежками. Еще бы! Сразу стало ясно, чем это пахнет.

Упоротые организаторы соревнований специально кинули сюда беспредельщика. И чем больше он тут находится, тем больше мы превращаемся в амеб.

Уже завтра козел может сколотить свою банду, убив тех, кто ему не понравится. А потом… понятия не имею. Но ничего хорошего явно не выйдет. Значит, надо ликвидировать гада. Правда, в моем положении это не очень легко.

— Так, ты красотка, будешь делать массаж! Ты — беляк, найдешь мне пожрать. Ты — чернявый, расскажешь какую-то байку, чтоб было интересно, короче. А ты… Ты, смотри… — орал китаец, распределяя обязанности для своих новых слуг.

Несмотря на полный идиотизм, он оказался прошаренным. В последний момент, заткнулся и обернулся назад. Пришлось рвануться к нему со всей дури, чего азиат явно не ожидал.

— Че? — выпалил мужик, обернувшись и увидев меня.

Не дав ему опомниться, долбанул по яйцам. Прям как меня тот блондин… Сразу же ударил в подбородок, попытался попасть в солнечное сплетенье, но промахнулся.

Азиат был слишком уж крепким. Он лишь немного согнулся и ахнул. Стало ясно, что в открытую с ним не справиться. Потому я бросился прочь.

— Ааааа, — завопил бандит, устремляясь в погоню. Он настолько офигел от моей выходки, что забыл остальные буквы русского алфавита.

Я понимал, что скорость — мое преимущество. Сделав мощнейший рывок, подскочил к кроватям и схватил увесистый стул с железным каркасом, который стоял внизу.

Развернулся без малейших раздумий и долбанул наугад. Отлично подловил азиата. Не добежав до меня, он получил встречный удар крепкой штукой.

На лице мужика показалась кровь, глаза округлились. Он завизжал сильнее и отступил.

— Сейчас получишь массаж, педофил недоделанный! — заорал я.

Удалось грохнуть гада по голове. Но… этого было мало. Выкрикивая что-то невнятное, мужик перехватил стул. Мои руки были слишком слабы. И «оружие» перекочевало к китайцу.

Понимая, что борьба здесь бессмысленна, я кинулся к двухъярусной койке. Сзади пролетел чертов стул. Я чувствовал ветер от удара по воздуху.

Быть шустрым школотроном не так уж и плохо. Благодаря преимуществу в скорости удалось добраться до цели, а потом молниеносно взобраться наверх.

— Ах ты, черт, сука нахер! — орал азиат, в прямом смысле умываясь собственной кровью.

— Закрой рот, шлюха страшная, — усмехнулся я, и в полный рост стал на койке.

Азиат не понял в чем дело. Сначала он махнул стулом, но это не помогло. Тогда дядька бросил орудие боя, от которого я легко увернулся.

— Не достаешь до моего члена, сиповка? — улыбаясь, спросил я.

Это взбесило бандюгу еще сильнее. Он попробовал залезть на кровать, отключив свою здоровенную голову.

Недолго думая, пнул его по лицу, причем сразу дважды. Хорошо приложился носком, расплющив уроду нос.

Казалось, он должен вырубиться или отступить. Но адреналин сыграл свою роль. Истекая кровью, азиат бросился снова. Теперь он стал ловким как зверь. И при попытке провести второе «пенальти», моя нога оказалась крепко захвачена.

«Черт, просчитался!» — пронеслось у меня в голове.

Но ругать себя было уже бесполезно. Не успел даже пикнуть, как полетел вниз. Приложился об пол так, что боль пронзила все тело, перехватило дыхание, так еще язык прикусил.

Чудом только не вырубился. Хотя, от этого было лишь хуже. Ведь сверху прыгнула огромная туша, чуть не сломав ребра.

Азиат полил кровью мою одежду, заорал, как злобная обезьяна и замахнулся, чтоб разбить голову здоровенными кулачищами.

Я ничего не подумал, не понял, не осознал. Просто ощутил дыхание смерти, которая была совсем рядом.

Меня было просто добить. В таком положении особо не повоюешь. Только китаец опустил руку и застонал.

— Ты что… своего парня вспомнил? — тяжело дыша, выпалил я.

Все оказалось проще. Пока урод оседлывал нечастного пацана (то есть меня), сзади подкрался Эдвард. Он врезал мужика какой-то маленькой железякой. Хорошо приложился, зараза, судя по стонам, попал точно в затылок.

Но даже от такого ущерба китаец не вырубился. Он оставил меня, медленно встал и пошел на Эдварда, продолжая громко рычать.

— Черт, беги, Эд! — еле выдавил я. Сражаться уже не было сил. Нужно сначала восстановиться.

— Аррр агрхх, — хрипел азиат, выставив вперед руки, как зомби.

Его рот был слегка приоткрыт. Безумные глаза сверлили несчастного лотоса. Тогда Эдвард сделал рукой странный жест, бросив в пасть упыря камушек рыжей стервы.

— Ох, ты… — вырвалось у меня изо рта. Не ожидал от цветочника этого хода.

Азиат кашлянул, взявшись за горло. Он хотел выплюнуть «конфету», но уже не успел. Из пасти вырвался поток пламени, зубы полетели в разные стороны.

Слабая взрывчатка рыжухи оказалась не слишком уж слабой. Может она не могла взрывать танки, но ржать ее точно не стоит. Азиат грохнулся на пол, вздрогнул пару раз и затих.

Подростки продолжали молчать. В полной тишине наблюдали за тем, как пол покрывается кровью. Эдвард тяжело дышал, разглядывая свои руки. Я лежал и пялился в потолок, чувствуя, как тело разваливается от боли.

— Я не хотел, — сказал Эд, спустя какое-то время. Послышалось нытье и тихие голоса других участников испытания.

— Плевать. Откуда железку-то взял? — спросил я. При этом каждое слово отдавалось болью в груди.

— От кровати. Была… И еще артефакт тогда выпал.

— Добывать оружие на поле боя — лучшее качество воина, — процедил, медленно поднимаясь с пола. Делать это было непросто. Я будто постарел лет на сорок.

Вскоре к мертвому азиату полезли зеваки. Среди них была и Мияко, которая обратилась ко всем.

— Они послали его, чтоб нас убить, — осторожно сказала японка. — Теперь-то ты хочешь бежать? — Последнее относилось ко мне.

— Да, наверное свалим отсюда. У меня есть один план, — ответил, напрягая больную голову.

— Как? Еще недавно ведь не было?

— Жизнь переменчива, дорогая. Не тупи, и все сделаем. А теперь я хочу прилечь… Надеюсь, огородники хоть полечат.


Глава 17


Солдаты, и правда, нас вылечили. Либо они были не настолько суровы, либо хотели продлить удовольствие своим командирам. Да, мне казалось, что мы кого-то здесь развлекаем. Иначе, зачем этот чертов спектакль?

Так вот, остаток дня прошел очень спокойно. Труп азиата убрали, кровь тоже отмыли. Никто не сказал нам, что это за тип, и с какого хрена он тут оказался.

Правда, это сейчас было не важно. Меня интересовало другое. Наступление вечера… Именно тогда я хотел провести важную разведоперацию.

В этом деле меня многие поддержали. Причем, в их число вошла и рыжуха. Случай с тупым азиатом многому ее научил. Девчонка стала немного добрее, хоть и виду особо не подавала.

Блондин со своей бандой тоже заглох. Порвать всех и вся им уже не хотелось.

В обстановке полного спокойствия я собрался с силами и отдохнул. Как только за окнами потемнело, зажегся свет в помещении и нам принесли скудный ужин, состоящий из сухого пайка.

Мы, как обычно, поели, чувствуя сильное напряжение. Рядом со мной сидел Дэн, который мелкими глотками пил воду, громко причмокивая.

— Ну что, Марк, когда ты пойдешь? — спросил он, поставив бутылку на свободный стул.

— Когда надо, — ответил я, доедая кусок рыбы.

— Денис прав, уже надо действовать. Вдруг утром нас всех убьют, — встряла Мияко, которая была тут же.

— Будем суетиться, прикончат еще быстрее, — снова произнес я.

— А может, лучше объединиться? Ночью напасть, например. Тут уже все за нас. Даже те, что выезживались на играх, — заявил лотос.

— Послушайте, вы, салабоны. У кого боевой опыт больше вообще? Слушайте бывалого воина и молчите, — сдерживая раздражение, ответил им всем.

— С чего ты взял, что бывалый? — усмехнулся Эдвард.

— Да так… азиме читал много.

— Ооо, это многое объясняет, — сказала Мияко.

Дальше болтать не пришлось. Компьютерный голос дал команду «отбой». И мы разбрелись по койкам.

Я сделал вид, что уже никуда не пойду. Дождался, когда народ начнет дрыхнуть, а лишь потом отправился к выходу.

Легонько постучал в дверь, чтоб никого не будить. Сначала мне не ответили. Через некоторое время, за стальным полотном послышался вопрос «Что?»

Сонным голосом попросился в сортир. Правилами это разрешено. Но выпускать меня все равно не спешили.

— Терпи, пацан, нехрен хождения устраивать, — скупо отозвался военный.

Так, это не очень нормально. Пока в туалете никого нет, а охрана только настраивается на ночное дежурство. Идеальное время для того, чтоб исполнить задуманное. Потому пришлось поработать извилинами, уламывая солдата.

— Согласно правилам Урожайных Игр, каждый участник имеет право выходить в туалет под присмотром охраны. За нарушение регламента следуют санкции, — протараторил я, не придумав ничего лучшего.

— Хммм, чертов ботаник, — сердито произнес воин. — Так уж и быть, вылезай.

Сам еще пацан неокрепший. Ломается, как баба тупая. Я улыбнулся поведению охранника, после чего щелкнул замок.

Дверь слегка приоткрылась. Передо мной оказался парень с членом на голове. Он шутливо смерил меня взглядом, положил руку на пистолет в кобуре, но тут же ее убрал.

Доставать ствол против какого-то школотрона — ниже его достоинства. Интересно, он видел, как я мочил азиата? Здесь везде стоят особые магические камеры. Хотя, пусть даже так. Он все равно считал себя крутым дядей.

Притворившись слабым школьником, я потупил взгляд и медленно поплелся вперед. Но охранник преградил путь.

— Ну-ка скажи, кто я такой? — спросил он. — Мой боевой позывной.

Парень показал на свой шлем. Что ж, понятно, салагу мучают комплексы. Надо нормально ответить, и можно смело валить.

— Что? А, ты, конечно же, простой чле… (вот я тупой дятел) баклажан! — громко выпалил я.

— Кто именно, мальчик? — строго процедил воин.

— Баклажан, баклажан! Главный из всех овощей.

— Насчет главного ты загнул.

— Да, но у меня в семье вечно так. Мы выращиваем баклажаны даже зимой.

— Это как?

— Очень просто, они могут расти где угодно. У соседки моей в спальне даже растут.

— Так, иди уже, мелкий. Давай, только быстро, — откликнулся охранник, понимая, что я несу чушь.

Отлично, я умею договариваться со всякими идиотами. Делая вид, что «мне надо», направился к белой двери. Был соблазн броситься дальше по коридору.

Но судя по поведению члена, здесь еще есть охрана. Он меня особо не контролировал, знал, что сбежать не удастся. А провоцировать безопасников лучше не стоит. Это верный путь в гроб.

Когда я зашел в туалет, то понял, что баклажан остался за дверью. Что ж, он еще тупей, чем казалось.

Тогда я открыл пару кабинок, потом еще и еще. Ага, в одной из них был люк вентиляции, довольно большой по размеру. Его видели раньше, но никто не решался полезть. Что ж, представлю, что я в крутом фильме и применю фишку старых боевиков.

С этой мыслью зашел в кабинку и немного прислушался. Вроде бы тишина. Камер здесь, кстати, нет. Значит можно начать.

Стал на унитаз и поднял руки вверх. Черт, слишком высоковато. Надо стать на бачок, тогда будет лучше, если его не сломаю. Или нет, сначала надо попробовать.

Руками до решетки я дотянулся. А вот залезть туда было бы сложно. Но, для начала, можно сдвинуть решетку. Потом уже что-то придумаю.

Я внимательно осмотрел периметр вентиляционной шахты. Никаких заклепок или шурупов тут не было. Тогда надавил на решетку снизу, рассчитывая, что она поддастся. Но с этим возникли проблемы.

Решетка крепко держалась. Непонятно, как именно, только сдвинуть ее не удавалось. Будь у меня кувалда или перфоратор. А так… Даже с прежним телом я б обломался.

Пришлось опустить руки и немного подумать. Попробовал второй раз и третий. Вокруг шахты находилась металлическая полоса, которая легко поддевалась. Под ней тоже ничего, вот засада.

Пока ковырялся с чертовой вентиляцией, потерял счет времени. Даже слух слегка притупился, что было большой ошибкой.

Гром открывающейся двери стал хреновым сюрпризом. А возглас бакла-члена прозвучал словно гром летней ночью.

— Эй, мелкий, ты что?! Два раза тебя уже звал! — гаркнул вояка.

— А? Извини, я был занят… Все хорошо. Выйди, пожалуйста, мне надо закончить, — сбивчиво выкрикнул я.

При этом понял, что рукав спортивной куртки зацепился за окантовку вентиляции, которую я оторвал. От неожиданности я не смог с этим справиться и почувствовал, что круто попал.

— Закончить? Это еще что за слова, — процедил баклажан. Судя по шагам, он прошел вглубь сортира, но стал у другой кабинки.

Внутри самого толчка мрачновато. Но если подойти ближе, то можно легко заметить, что я не сижу на «троне». И это, как минимум. Ведь задрав башку вверх, вообще легко рассмотреть мою руку. За такой косяк могут нахрен прикончить. В этом детском лагере взрослые правила.

— Ничего. Извините. Я, правда, никуда не сбегу, — простонал испуганным голосом.

— Этого я не боюсь. Ты можешь замутить что похлеще, — настороженно сказал баклажан.

— Что, например?

Я пытался потянуть время. Рукав насадился на край твердой полоски, как рыбина на крючок. Можно было его разорвать. Тогда б солдат точно услышал. И чтобы этого не случилось, я дергал рукой, как мог. А она, кстати, начала затекать.

— Откуда я знаю? Вы малолетки на все горазды, — промычал воин, затем прошел чуть вперед. — Выходи, давай, нахрен! — Добавил он.

— Не могу я блин выйти! — грубо ответил ему.

— Как так, мальчуган?

— Процесс, короче, не завершен.

Стало пугающе тихо. Кажется, гад задумался. Вдруг он усмехнулся и громко воскликнул:

— Ты там что, теребонькаешь, что ли?

«Эй, с чего эти догадки? Хотя, о чем еще может думать мужик с членом на лбу… Или стоп, он слышал шорох одежды. Решил, что я трусь не о вентиляционную шахту, а о собственный „вентилятор“».

Как бы тупо сейчас не звучало, но это было мне на руку. Пришлось подыграть, сделав вид, что спалился.

— Ой, как вы узнали? — воскликнул я. — Простите, не хотел даже. Просто стресс очень сильный. Это так расслабляет.

— Хм, а ты шаришь, пацан. Еще как! Придушивать себя малость не пробовал? Во время процесса…

— Нет, только мамка, когда засекла один раз.

— Ааа, значит так, — протянул охранник. Походу, он был в полном шоке.

Но уставной закон оказался сильнее. Солдат быстро опомнился, направился к двери кабинки, воскликнув:

— Извини, но по правилам, это нельзя. Выходи отсюда, давай! Иначе, открою.

— Что? Как ты можешь? Мы одной крови. Точнее, не совсем крови, но ладно, — воскликнул, ощущая, что одежда скоро порвется.

— Как мужик я тебя понимаю. Но у меня уже куча выговоров. Правила, есть правила, извини. Давай, пока нас не запалили! Еще вдруг решат. Короче, не важно…

Мужик потянул ручку двери. Замки здесь были хлипкие, что даже не удивительно. Я понял, что сейчас получу вентиляцию в башке, и на этом разведоперация кончится.

— Эй, ты что заперся? — зарычал баклажан.

Еще один мощный рывок… Сердце чуть нахрен не стало. Я рванулся из последних сил. Замок туалета сломался, а в то же время треснул костюм. Я резко грохнулся на толчок, скрестил ноги и стал тяжело дышать.

— Чертова дверь! Ты, мелкий выродок… Как ты так… Ты, короче, — промямлил охранник, строго смотря на меня.

— Что с рукой? Она синяя, — спросил он, немного подумав.

— Ничего! — сказал я.

— Ладно, можешь не объяснять. Охренеть, дрочер чертов. Способ мертвой хватки удава выучил, — промямлил под нос баклажан.

Дальше он взял меня за шкирку и потащил к выходу из сортира.

— Погодите, не надо! Обещайте, что никому не скажете! Мне перед девчонками стыдно, — упираясь, простонал я.

Но кроме затрещины для ускорения ничего не последовало. Солдат понял, что и так заболтался. Он тянул меня, будто трактор. Когда пришли, то толкнул в помещение. Закрыл дверь и стал возмущаться тому, насколько сегодняшняя школота извращенная.

«Вот тебе и сходил на разведку», — подумал, стараясь слегка отдышаться.

Делать уже было нечего, направился к своему месту. По пути наткнулся на постель Мияко. Девушка, конечно же, не спала, ожидая от меня информации.

Пришлось признать, что все глухо и рассказать, как чуть не спалился. Без подробностей, ясен пень. Не хватало, чтоб японка узнала, как мы обсуждали «удушающие приемы» с членоголовым.

— Не может быть, Марк. Ты же сам говорил, — шепотом процедила Мияко, когда я закончил.

— Вентиляция — не дырка в заднице. Она решеткой закрыта. Я не мастер решеточник. Короче, правда, все глухо, — отозвался, пожав плечами.

— Погоди, что теперь делать? — взволнованно сказала азиатка.

— Не знаю, можешь побегать змейкой вокруг кроватей.

— Я серьезно, Лесовский! Ты обещал всем ребятам. Сказал, чтоб мы тебе верили, — чуть не плача затараторила девушка.

— Тихо, всех перебудишь. Главное, что я попробовал. Проведем повторную операцию. Только надо поспать.

Я говорил как можно спокойнее, чтобы девка не подняла панику. Если начнем суетиться, нас точно всех порешают. Сегодня я кое-чего добился, завтра попробую снова. Война — не всегда проходит победным маршем.

Ночь прошла без происшествий, хотя я слегка опасался. Наутро нас, как всегда, покормили и дали свободное время, которое было подготовкой к новому смертельному испытанию.

На сей раз, мы собрались, чтоб разработать план действий. Надо было никого не потерять в новой битве. Первые два состязания были немного похожи. Сейчас могли дать нечто другое, чтобы жизнь не казалась нам медом.

Пришлось готовиться неизвестно к чему, играя в тупые «угадки».

— Парни, девчонки, мы должны думать башкой. Здесь не нужны мышцы, а нужна наша хитрость, — пытался учить всех блондин.

— Видел я твою хитрость, — сухо бросил в ответ.

Беляк не сунулся в драку, но пробурчал что-то злобное. Вместо него на меня напал… Эдвард.

— Марк, он прав. Здесь действительно надо соображать, — строго произнес лотос.

— А я что, — спокойно сказал ему.

— То, что вместо придирок мог бы нам рассказать. Ты же ведь что-то знаешь.

— Не понял, — нахмурился я. — Откуда такие догадки?

— Блин, ты че тупой что ли? Ты всем обещал, что узнаешь. Вчера мы еще болтали, — туповато процедила блондинка.

— Э, ты еще тут причем?!

— Марк, прекрати. Говори все, что знаешь. Я не верю, что ты мог так ошибиться, — закричала Мияко.

Черт, у них съехала крыша. Боязнь скорой смерти сдвинула шифер подросткам. Они видели, что я могу кое-что, и нашли во мне Миссию-спасителя.

Конечно, это отлично. Только я сейчас, правда, не знал. Ну не вентиляционную сетку ж описывать! Им нужен некий ответ, просто так они не отстанут.

В такой ситуации лучше соврать, если знаешь о чем. А я понятия не имел, какую пургу нести. Так что просто молчал, изредка отвечая на нападки товарищей.

— Марк, скажи, что ты видел там ночью?

— Марк, правда, что мы будем копать норы сегодня?

— Дай хоть намек, ну пожалуйста!

— Он врет нам, чтоб забрать деньги! — слышались голоса.

Толпа сделалась одним целым. Школьники забыли, что когда-то были в разных командах. Теперь они знали, что есть общий враг. Хитрый пес, который хочет послать их на смерть, не сказав важных данных.

— Отвалите! Я что, шутки шучу?! Приготовьтесь к новой фигне! Э, вы совсем охренели, — кричал, отступая назад.

Школьники шли на меня всей толпой. Луше б с китайцем так воевали. Эти зомби с людскими лицами готовы были меня растерзать. Вот почему не надо быть круче всех. Лучше б молчал и не парился.

— Мы заставим его, он все скажет! — прокричала рыжуха.

— Дааа! — воскликнули остальные.

— Дебилы, вы все подохните, если будете так тупить! — крикнул в ответ.

— Ага, а ты бабки утащишь, — отозвался черный пацан.

Подростки оказались умны. Шли большим полукругом, чтоб припереть меня четко к двери. Спустя какие-то секунды, у них это вышло.

Я понял, что в спину уперлась стальная ручка. Одна из девчонок потянула руки к моей шее. Мне пришлось бы врезать кого-то, постараться прорвать кольцо и вырваться на оперативный простор.

Конечно, своих бить нельзя. Но иначе они меня тупо порвут. Даже моралистка Мияко со своим ухажёром потеряли человеческий облик.

Я уже приготовился драться, сделав последнее предупреждение. Как вдруг дверь резко открылась.

Побежал задом, чуть не потеряв равновесие. Меня поймали сильные руки, послышались громкие выкрики.

— Стоять, всем ни с места!

— Что тут происходит? — орали солдаты.

— Ничего, просто мы разминались, — пожал плечами, кося под полного дурака.

— Знаем твои разминки, — произнес один из солдат. Остальные прыснули смехом.

Да, баклажан еще тот чертов хер. Все-таки рассказал нашу тайну. Хотя, так даже лучше. Пусть думают, что команда состоит из дрочеров и дебилов. Может, охранять будут хуже.

— Простите, мы не хотели.

— Мы больше не будем, — послышались виноватые голоса.

— Молчите! — прогремел капуста, который был тут. — Стройтесь в колонну по одному и идите за нами.

Значит, новое испытание, хорошо. Пора приготовиться к худшему. Но опыт у меня уже есть. Буду искать подвох в каждой мелочи, пытаясь раскрыть этих гадов.

С такой мыслью спокойно пошел за солдатами. Как ни странно, путь кончился быстро. Недалеко от нашей казармы была белая комната, где стояли большие столы, стулья и лавки, выкрашенные в белую краску.

Комната была ярко освещена, но окон не наблюдалось. Охранники разошлись по периметру, а мы стали в центре.

Игрокам приказали подойти к воину с изображением яблока. И он раздал всем коробки. Совсем небольшие, размером со школьный пенал. Они были белого цвета, не прозрачные, плотно закрытые.

Процедура прошла очень быстро. Нас реально уже стало мало. Но думать об этом сейчас было глупо. Я пытался представить, что в этих штуках. Кто-то стал гадать вслух, перешептываясь с сослуживцами.

Секунды пришлось помучиться. А потом капустный офицер приказал:

— Уважаемы игроки, откройте полученные футляры.

Стало как-то не по себе. Несмотря на четкое указание, мы замешкались и начали смотреть друг на друга. После всего, что случилось, осторожность не была лишней.


Глава 18


Несмотря на четкое указание, пауза затянулась. Вскоре меня толкнул в бок тощий пацан и сказал «Ну». Как будто я был ему должен денег!

— Писюны гну, — тихо бросил в ответ.

— Марк, открой первым! — громко сказала японка.

— С хрена ли?! — грубо ответил ей.

— Ты знаешь, что сейчас будет. Ты… Ты всегда находишь решения, — прошипел Дэн.

Сука, и он туда же. Конечно, у меня часто туз в рукаве, в отличие от других школотронов. Но сейчас я реально не врал. Зная фантазию этих ублюдков, в коробке могло быть вообще что угодно.

Там мог находиться, как ядовитый жук, так и взрывчатка. А может, какая-то дрянь, которая взорвется, если не попрыгать по лавкам и стульям. Короче, все бред. Можно фантазировать хоть до ночи!

Как ни странно, на нас не давили. Солдаты стояли, как истуканы, а напротив мы — такие же статуи.

Можно было подумать, что правила изменили, сделав их проще. Только я засек желтый круг на стене. Кроме того, прогремел женский голос:

— Уважаемые участники соревнований, за пассивное прохождение испытаний предусмотрены санкции.

После этих слов солдаты положили руки на рукоятки пистолетов, которые были на поясе. Я понял, что за санкции ждут нашу команду. Значит, мысль о смягчении правил была просто мыслью.

— Да откройте кто-нибудь первым! — завизжала одна из девчонок.

— Ага, блин, пора уже начинать, — процедила блондинка в своем репертуаре.

— Ладно, называйте меня Крутой Мачо, — выдохнул я, вскрывая пенал.

Сделал это на вытянутых руках, чтоб в случае чего, отбросить куда подальше. Желательно к рыжухе или к белому упырю.

Но опасения не подтвердились. С коробкой ничего не случилось. Внутри мирно лежали… кусочки чего-то там. Я даже сразу не понял. Пришлось ждать, пока кто-то додумается.

Сразу несколько человек вскрыли свои футляры. Тогда послышался голос Мияко, которая глуповато сказала:

— Это, похоже, мозаика!

— Да, — подхватил Эдвард. — Пазл, из которого надо что-то собрать.

И правда, плоские коричневатые камушки имели необычную форму. Если присмотреться получше, то они подходили друг к другу, образуя узор.

Это были только догадки. Хорошо, что компьютерная баба дала подсказку.

— Уважаемые участники соревнований, у вас в руках части символа плодородия. Соберите символ плодородия, используя для удобства необходимую мебель. Внимание, будьте аккуратны. Ошибки недопустимы.

Когда эхо от голоса стихло, все посмотрели наверх, потом на мозаику, а потом на носки своей обуви.

— Нам, что, типа играться как дети? — воскликнул блондин.

— Почему сразу так?! Я и сейчас собираю пазлы. Это успокаивает нервы и совсем не сложно, — протараторила высокая девушка.

— А я вообще эту хрень первый раз вижу, — пожал плечами Дэн.

— Какая разница, кто и что делал раньше. Здесь точно что-то не чисто. Помните, о чем мы говорили? Надо думать, а потом уже делать. Только так можно остаться в живых, — прочитал короткую лекцию Эдвард.

Но его мало кто слушал. Горящий круг на стене стал оранжевым. Это был хреновый сигнал. Потому все подростки бросились врассыпную, зажимая коробки с пазлами, как шкатулки с сокровищами.

Кто-то сел за высокий стол, кто-то стал на колени на пол. Некоторые объединялись парами, например, японка и лотос. Не успел опомниться, как комнату наполнил шорох мозаики. Закипела напряженная работа.

Мне тоже надо было пахать, нельзя провалить испытание. В отличие от всех остальных, я не искал себе место, не забирался под стол или с ногами на табурет. Просто сел на корточки там, где стоял, осмотрелся и стал собирать.

Надо было найти, в чем подвох, чтоб не оказаться в засаде. Я делал все очень медленно, будто время не ограничено. И спустя примерно минуту уже кое-что понял.

Мозаика была довольно большой. Собирать ее нужно быстро. Это первая хрень, которая могла стоить жизни. Сами штуковины были хрупкими. Если поломать одну из них, то собрать ничего не получится. А это вторая подстава.

Третье, самое главное: пазлы плохо входили друг в друга. Их сложно сцепить, не сломав, и сложно разорвать при необходимости. Так что надо действовать четко, но, аккуратно, не совершая ошибок.

Так и знал! Новая тема отличалась от всех остальных. Раньше нужна была сила, ловкость, умение держать равновесие. А сейчас… точно наоборот. Получается, вполне справедливо, если бы не угроза для жизни.

Несмотря на все, я легко приловчился к штуковинам. Тонкие пальцы школьника ловко захватывали частички и связывали их воедино. Вскоре получились первые результаты. Я понял, что мы собираем деревья. Такой вот символ общего плодородия.

«Задание для детсадовцев, если так!» — пронеслось у меня в голове.

Тут одна из частей стала боком. Сглазил сам себя, твою мать. От напряжения заболели глаза. Решил немного расслабиться и встал в полный рост, чтоб размять кости.

Так, у других уже собрано больше. Блондинка добирала последние части и весело улыбалась. Эдвард собрал где-то две трети. У меня пока малость меньше. Что ж… придется чуть поднажать.

С этой мыслью я хотел плюхнуться на пол. Но тут заметил, что рядом трется один из солдат. Они больше не охраняли периметр, а шатались возле игроков, как ни в чем не бывало.

— Эй, что надо? — спросил я. Воин ничего не ответил.

Черт, у него в руке пистолет! А ведь раньше оружие было на поясе. Увидев это, я подумал недоброе. Тут комнату огласил девичий возглас:

— Ай, блин, сломалось! — высокая девушка всплеснула руками и встала из-за стола.

— У вас есть запасная мозаика? У меня одна штука вот треснула, — непринуждённо спросила она.

Солдат, стоящий рядом, ничего не ответил.

— Я, говорю, почти собрала. Там в конце просто было… немного, — туповато улыбаясь, сказала девчонка.

— За нарушение правил проведения испытания следуют санкции, — грянул компьютерный голос.

— Что? — подняла брови девушка.

Все замерли в полном оцепенении. Солдат, стоящий с ней рядом, поднял свой пистолет, целясь в лоб.

Теперь ясно, что здесь происходит. Раньше нас били лучами, потом насаживали на стрелы. А сейчас хотят перещелкать, как тупых куропаток. Отличный у вас тамада, и конкурсы интересные.

Я слышал, как девушка сглотнула слюну, готовясь уйти на тот свет. Тогда моя нога двинулась в сторону. Собранное на половину дерево разлетелось на части, многие из пазлов сломались.

Это было так неожиданно, что даже фруктовые воины обалдели. Солдат не убил участницу, а лишь почесал пистолетом свою тупую башку… через шлем.

План сработал отлично. Сделав то, что мало кто ожидал, посеял хаос в рядах противника. Это позволило выхватить пистолет из штанов и выстрелить трижды.

Первым выстрелом снес башку моему охраннику, который тоже стрелял, но от шока промазал почти что в упор.

Второй выстрел ранил солдата, который хотел убить девку. Третий пробил руку еще одному воину. Он стал палить наугад, сея панику и визжа, словно девка.

Откуда у меня пистолет? Все очень просто! Ночью я понял, что в вентиляцию не забраться. Тогда и решил отобрать оружие у чертова члена.

Для этого взял у Эдварда металлический уголок, отвалившийся от кровати. Точнее, я хотел использовать его как оружие, а лишь потом пришла мысль заменить эту штуку на ствол.

Пока баклажан тащил меня из кабинки, удалось отцепить его пушку, вложив в кобуру металлическую фигню. Это было глупо, не спорю. Но другого выхода не нашел.

Конечно, могли хватиться, разбудить нас ночью и всех убить. А может еще что похуже, куча разных сценариев. Но по неясным нам всем причинам, пропажу пистолета не обнаружили.

Я смог спрятать ствол в складках костюма, который висел на мне, как на чучеле. Охранники, и правда, расслабились. Никто не ждал от испуганной школоты такого подвоха.

Они знали, что я дрался с тем азиатом. Интересно, почему не приставили ко мне дополнительного охранника? Ладно, сейчас не об этом. Куда важнее просто остаться в живых.

После первых выстрелов, я полетел в сторону. Свалился под стол и чуть не разбил себе нос. У меня оставалась надежда, которая могла всех спасти. Кроме нее, шансов на выживание не было.

К огромному счастью, это отлично сработало. У рыжухи осталось пару зарядов после битвы с китайцем. И она применила их без раздумий.

Комнату огласил мощный хлопок. В замкнутом пространстве он был похожим на взрыв. За ним жахнул сразу второй. Гремели, выстрелы, крики. Судя по звукам, наши бросились в бой, пытаясь уничтожить вояк.

— Дверь! Дверь закройте!!! — завопил что есть сил, выглядывая из укрытия.

Черт, кого-то тут уложили. На войне без потерь не обходится… Не думая об этом, я убрал охранника, который был у двери, затем гада, убившего парня. Ранил еще двоих… потом все. Патроны в магазине закончились.

Выстрелы еще продолжались. Они могли всех положить. Будь со мной банда карателей, а так, это просто сборище школьников, которые не могут воспользоваться внезапностью, как положено.

Я выбрался из-под стола, ожидая увидеть самое худшее. Выстрелы уже стихли. В комнате никого не было. Точнее даже не так.

Кругом валялись перевернутые стулья, столы и скамейки. Кровь покрывала пол большими пятнами. Лежали трупы подростков с охранниками. Тихо стонали раненные.

В углу стоял Эд со спинкой от стула и колотил одного из солдат, который уже отрубился. У двери копошился Дэн. Он просовывал стальную ножку от мебели между ручками, чтобы заблокировать выход.

Посреди погрома стояла Мария с растрепанными рыжими волосами и кровью на одежде. Она криво улыбалась, держа в руках пистолет. Я хотел что-то сказать, но девушка тут же выстрелила.

Пришлось инстинктивно пригнуться. Казалось, она била по мне. Но я немного ошибся.

— Хах, камера, там в углу. Теперь эти сучки ослепли, — сказала рыжая бестия, меряя меня взглядом.

— Ты что, стрелять, что ль умеешь? — осторожно спросил у нее.

— Со ствола без проблем. А лук — не моя тема. Хреново, что на играх это древнее оружие вечно.

— Это да. Гипербласт бы пятого поколения, — ухмыльнулся в ответ.

Рыжая была не так уж плоха. Характер настоящего карателя. Будь у нее член, взял бы в свою команду. Или нет, так даже лучше, кто знает.

— Аха-ха, опять про свои чертовы книжки? Ты по ним, что ль воевать научился? — спросила девка, услышав название бластера.

— Не, больше по играм, — подмигнул я, ощутив, что не злюсь на нее.

Мы осмотрелись вокруг, стоя молча. К нам подошли Дэн и Эдвард. После чего, наступил полный шок. Конечно, хорошо, что удалось всех прибить. Только мы в чертовом помещении, куда могут пустить газ или еще что похуже.

Вышли из одной ловушки, но попали в другую. Здесь надо пораскинуть мозгами, которые после всего напоминали кисель из дерьма.

— Черт, все подохли. От нашего отряда ни черта не осталось, — первым сказал я, нарушая молчание.

— Нет, этого быть не может, — простонал Эдвард, вытирая кровь на лице.

Машка с Дэном молчали. Но по глазам было видно, что они тоже в шоке.

— Эй, мальчики, вы чего? Зачем судить о людях без доказательств? Я, например, пока что жива. По мне чуть не попали, но это не дает повод делать меня мертвецом, точнее мертвячкой, — послышался громкий голос.

Опрокинутый стол перевернулся, из-под него показалась узкоглазая мордочка.

— Мияко! Мы рады, что ты уцелела! — закричал Эдвард и бросился к ней.

— Говори за себя, вот зануда, — промямлил, не показывая особой радости. Хотя, в душе все же было приятно.

Правда, кроме японки, уцелели и другие подростки. В комнате все зашуршало, раздался грохот и скрип. Спрятавшиеся, затаившиеся, упавшие в обморок люди медленно поднимались и подходили.

Вскоре, собралась неплохая толпа. Оказалось, что мы с рыжухой перебили охрану, которой было не так уж и много. Это получилось случайно. Второй раз такое точно не повторить. Но победа важнее участия. В спорте немного не так. А на войне иначе и не бывает.

Не думая о лишней фигне, я попробовал шевелить мозгами. На ум приходил один вариант: собрать все оружие, дав ублюдкам сражение. Может, притвориться мертвыми так же. Камеры у них не работают. А когда сюда войдут черти, расстрелять, как паршивых собак.

«Эх, все не так просто. Воевать здесь могу только я. Ну, еще Мария немного. Эдвард может кого-то прибить. А как насчет остальных? Они положат их, словно куриц. Эффект внезапности будет не тот».

Пока думал, подростки стали галдеть. Сначала все несли полную чушь, ничего особо не предлагая. Потом пошли более четкие заявления.

— Ребята, давайте все вместе сдадимся! Мы в бетонной коробке! Они все равно нас убьют. Давайте играть и стараться. Я почти что собрал этот пазл, — заявил парень с черными волосами. Он ни капли не пострадал. Видно, удалось отсидеться.

— Играть, в этот ужас? — строго спросил Эдвард.

— А что, лучше так? Вы видели, что натворил этот Макс?! — паренек указала на меня. — Из-за него, сколько наших погибло!

Действительно, несколько человек уложили. Но я не мог провести операцию без потерь. Тем более, в этих условиях. Найти слова, чтобы все объяснить было трудно. Приходилось слушать бред черного поца.

— Зато я… вот спаслась, — процедила бледная девушка. Ее чуть не пристрелили, когда сломалась штуковина пазла.

— Ну и что, так бывает! Лучше все делать по правилам. А не лезть на рожон. Многие из нас могли выжить. Теперь всех убьют. Вот к чему приводят ваши восстания! — не унимался чернявый.

На него посмотрели несколько человек. Было видно, что они малость задумались. Значит, раскола банды точно не избежать.

— Вот, понимаете, да?! — просиял этот гад. — Просто скажем, что это все он. А мы не причем. Нас отправят дальше играть, вот и все!

Я бросил взгляд на козла, который нес полный бред. Тут оратор получил по лицу от блондина, да так, что ахнул и упал на пол, испачкавшись в луже крови.

— Отдохни-ка, дружок. А теперь… У кого есть Здравые варианты? — выкрикнул Федор.

— Ха, да ты в нашем лагере! — не удержался от радости я.

— Я в лагере здравого смысла, Лесовский. Давайте быстрей, пока нас еще не порвали.

Дважды просить не пришлось. Школота вышла из ступора и стала предлагать свои версии. Было решено построить подобие баррикад и укрыться за ними. Сделать так, чтоб это не было видно. Пусть противник думает, будто здесь все перевёрнуто, и живых совсем не осталось.

Я и Машка ударим с флангов, чтоб использовать эффект внезапности максимально. Если повезет, попробуем взять заложников. В случае массированного удара или ядовитого газа… помолимся всем богам. Другого выхода нет. Если у кого будут идеи, то рассмотрим их в оперативном порядке. А пока надо вооружиться.

Мы рассеялись по комнате и стали собирать оружие с восстановительными капсулами, которых кстати, здесь было мало.

Мне пришлось поработать инструктором, объяснив основные принципы обращения с оружием. Некоторые охранники были живыми, пришлось их быстро добить. Потому что сейчас явно не до гуманности.

С командиром отряда (Капустой) вышел веселый случай. Когда я полез к его пистолету, тот захрипел, схватив мое горло. Но я успел выскользнуть. Пришлось вломить по его маске с ноги, сделав капустный салат. Благо получилось легко, ведь противник лежал на полу.

Знал, что времени мало. Но, все же, забрав оружие, скинул шлем с мужика. Там скрывался лысый глуповатый пацан, примерно лет двадцати пяти. Он выглядел так невзрачно, что даже в здоровом виде вызывал липкую жалость. А с разбитой мордой вообще, был похож на чертова слизняка.

— Ты-то куда хоть полез, головорез хренов? — спросил, понимая, что он в сознании.

— Я думал, что мы будем стрелять, а по нам нет, — промычал тот. От громогласного тона не осталось даже следа. Вот тебе и глава «овощебазы».

— Война в одни ворота не бывает, — ухмыльнулся я. Хотел добить врага, но уже не успел, потому что случилось кое-что странное.

Это был не взрыв бомбы, не газ и не радиация. Но все равно подростки ахнули и расступились. Да и я слегка обалдел.


Глава 19


Пространство посреди комнаты исказилось. Завертелась черная пыль. Разбитый белый стул отлетел в сторону, и перед нами показался Герман. Мрачный учитель школы и мой наставник по эрии.

Это было шоком для всех. Мы думали, что территория игр надежно закрыта. Иначе б богатые родственники давно пришли за своими детишками. Или у Германа свои фишки? Это уже не важно!

С его помощью мы порвём овощей. Не придется давать последний бой и складывать головы. Это ж настоящее чудо. Рояль в кустах или аккордеон в огороде. Вообще что угодно. Мы остановим террористов, вот что самое главное.

Подростки раскрыли рты, глядя на Германа. Он сам слегка обалдел. Потому пришлось начинать мне.

— Привет. Ты вовремя. Давай, убери нас отсюда.

— Ого, это как, — простонал недобитый капуста.

Пришлось бросить в него стулом, чтоб замолчал.

— Лесовский! Какого черта ты забрался в эту дыру? Я потратил море энергии, чтоб сюда попасть. Мы договаривались с тобой, ты забыл?! — Заревел Герман, тыкая в меня пальцем.

— О, это что, учитель наш что ли? — растерянно спросил Дэн.

— Господин Герман, нас похитили бандиты. Они хотят нас убить! — завопила Мияко.

Герман быстро осмотрелся вокруг и, кажется, понял, в чем дело.

— Хм, значит вот оно так. Ладно, идем, давай быстро, — бегло протараторил он.

В последние дни я бывал у чёрного дядьки. Игры не мешали мне постигать основы управления черным фонтаном. Но тут получилась промашка. Кто бы знал, что меня так похитят? Ясен пень, я не смог заниматься. Правда, Герману было плевать. Причем на все сразу. Он был черным волшебником, и не думал о спасении каких-то детей. Для него была важна только главная цель.

Герман особо не парился. Потянул руку ко мне, как всегда, чтоб утащить в пещеру для тренировок. Пришлось прыгнуть в сторону, чтоб этого не случилось.

Я, конечно, не добрая фея. Но бросать сослуживцев здесь было глупо. Без меня их точно положат.

— Забери всех! Видишь, что здесь творится?! — строго сказал я, и сразу несколько голосов мне поддакнули.

Граф только поморщился. Он не хотел это делать, но понимал, что иначе никак.

— Ладно… Могу переместить кое-кого. Давай, нам пора, — с трудом процедил он.

Мужик снова потянулся ко мне. Я отскочил, споткнувшись о кусок мебели. Хотел предложить отправить сначала Мияко. Она могла привести помощь к остальным. За ней стоит влиятельный клан.

Правда, высказать это не вышло. Я чуть не свалился на пол. А в это время цепкая рука Германа поймала меня за плечо.

— Ты никуда не денешься, — гаркнул он.

Хотел сказать другим, чтоб его пристрелили. Или просто ранили, охладив пыл. Сделать это уже не успел. Потому что эрия побежала по телу.

Меня слегка затрясло. Пространство должно было схлопнуться. Короче, все как всегда. Только процесс перемещения в этот раз не пошел.

Герман держал меня за плечо. Все стали с пистолетами в руках и с открытыми ртами. Я тоже слегка замялся. Пришлось задать идиотский вопрос:

— Эй, почему мы ещё здесь?

— Черт возьми! Погоди… — зашипел Герман Граф. Он отпустил меня и втянул ноздрями воздух, как собака, взявшая след.

— Здесь что… Блокировка стоит? Она слишком мощная. Таких не бывает, — процедил черный маг. Кажется, он испугался, хотя держался при этом неплохо.

— Если б не она, нас бы давно спасли! Магия тут не работает! — сказал Дэн.

— Бред! Полный бред! — выдохнул Герман.

Тут из-под сломанного стола показалась голова паренька, который был в отключке до этого. Пацан показал нам кусочек пазла и лизнул его языком.

— Ребята, это все карамель. Если ее лизать, можно поменять форму. Тогда проще собирать получается, — занудно протянул он.

— Поздно, мы уже всех убили, — пожал плечами Эдвард.

Мне было не до пустой болтовни. В коридоре слышались шаги с голосами. Герман крутил руками, пытаясь во всем разобраться. Походу, его сила немного работала, только не в полную мощностью.

— Уважаемые участники соревнований, вы грубо нарушаете правила. Разблокируйте игровую комнату, чтобы продолжить игру. Иначе последуют санкции, — пробубнил компьютерный голос.

— Что будем делать, ребят?!

— Ааа, нас убьют! — закричали подростки.

— Лесовский, это ты во всем виноват! Я придушу тебя, как цыпленка! — воскликнул наставник.

Конечно, на кого еще все свалить? Только ругань сейчас не поможет. Потому я решил говорить лишь по делу.

— Ага, сам себя закрыл в этом сарае! — бросил в ответ. — У тебя еще сила осталась?

Герман поморщился, глядя на лица школьников, которые смотрели на него, как на бога. Ему было противно их видеть. Но выбора не оставалось.

— Да. Эрия есть. Но ее может и не хватить, — скрипя зубами, процедил он.

— Помогите нам, пожалуйста, насколько возможно! — выпалила девчонка, которую я спас.

Герман в ответ только хмыкнул, осматриваясь вокруг. В дверь начали сильно ломиться. Стучали, вопили «откройте». Кто-то из наших дернулся в сторону выхода, но тут же остановился.

— Марк, что будем делать? — спросила Мияко, крепче сжав пистолет.

— Долбанем по ним из засады, как договаривались! — ответил я, не имея времени на раздумья.

— Вас раскидают, как пыль! — ухмыльнулся наставник.

— Умный? Предложи, что получше!

В дверь не просто стучали. Долбились, пытались взломать. Раздался мощный хлопок, в комнату проник серый дым. К счастью, дверь была прочной, да и засов в виде ножки от стула не подкачал. Но это все ерунда. С их силами можно разнести комнату; просто они пока были в ступоре.

Мы насторожились, готовясь к битве. Я хотел дать приказ — занять исходные позиции. Тогда послышалось легкое шипение. И сверху пошел газ, напоминающий лёгкий туман.

Такое же вещество было в палатке, когда мы спали в лесу. Они нас хотят усыпить… или сразу прикончить!

— Нет, мамочки! Бежим, быстро! — закричала девчонка и бросилась на пол.

— Пробуйте намотать одежду. Это поможет, — сказала японка, закрыв рукавом рот и нос. Я знал, что это все ерунда. Случилось самое страшное.

Под потолком собралось крупное облако, которое медленно поглощало пространство. Почти все школьники попадали на пол. А Герман выставил руку, откуда ринулся поток черной энергии.

— Ах, черт, мощное поле! — с трудом проскрипел он, при этом дрожа всем телом.

Я следил за его действиями в чудовищном напряжении. Газа было все больше. Потом эрии не мог справиться с этой угрозой. Я хотел помочь, но не мог.

И только в последний момент решетка вентиляции, что была наверху, покрылась слоем чего-то черного. Облако перестало расти, сожрав половину комнаты сверху.

— Отлично! Ты настоящий солдат! — с радостью крикнул я.

— Лесовский, держите дверь. Есть возможность уйти, — сухо выпалил мой наставник.

Спорить сейчас времени не было. Плевать, что на уме у черного дятла. Пусть хоть член достает, главное, чтоб нас не прикончили.

Кивнув головой, я молча схватил небольшой столик и бросился к выходу. Дверь держалась совсем на соплях. Нужно было ее подпереть, чтоб противнику было сложнее. Герман куда-то пошел… Видно, приступил к выполнению своего плана.

Понимая в чем дело, за мной кинулись остальные. Вскоре возле двери была большая гора. Почти что вся мебель перекочевала сюда в считанные минуты.

Мы отошли, назад, тяжело дыша от усталости, и принялись тупо смотреть на завал. Тем временем, за дверью слышались вопли. Солдаты сходили с ума от ярости, не понимая, как такое случилось.

Я обернулся назад, посмотреть, что у Германа. Как ни странно, он трахал стену. Или просто целовал, но не важно. Мужик прижался к стене своим телом и терся об нее, словно кот.

— У него что, крыша съехала? — спросил Дэн, видя это.

— А ты разве не знал? — бросил я.

Хоть что-то веселое в такой ситуации. Правда, от действий Графа зависели наши жизни. Оставалось надеяться, что он знает, что делает.

Какое-то время, солдаты просто ломились. Подростки стали болтать, высказывая опасения. Но ситуация не менялась. Долго так идти не могло.

В какой-то момент, наступила полная тишина. Шум в коридоре затих. Нас будто решили оставить.

— Ура! — сказал Эдвард. — Они отошли.

— Ага, соснули нашего леденца! — хихикнул блондин.

Школьники стали радоваться. Кто-то даже захлопал в ладоши. Но я-то понял, в чем дело, и времени у нас уже нет.

— На пол все, быстро! Готовьтесь стрелять, раздолбаи! — заорал что есть силы и грохнулся.

За мной последовали почти все, кто здесь был, понимая, что спорить бессмысленно. Спасённая девушка и еще пара людей остались стоять, думая, что я просто спятил.

Их мнение оказалось ошибочным. Объяснить такую ошибку я уже не успел. Потому что столы и стулья полетели в разные стороны. Волна светового потока вырвалась из дверного проема. Ее сила была такой, что комната чуть не взорвалась.

Я вжался в пол, стараясь превратиться в плоский листок картона. Надо мной, кажется, пролетел товарняк, который при этом горел. Обстрел длился недолго, но по мне, так прошла целая вечность.

Кода все закончилось, повернул голову в бок и заметил обугленные кроссовки на месте, где недавно стояла девчонка. Вот что значит, не выполнять приказы командира в боевой ситуации.

Можно было охать и ахать, изображая театральную сцену. Только я знал, что пока рановато. Нужно было действовать быстро!

Не давая опомниться своей банде, громко крикнул:

— Огонь!

Не умея нормально целиться, почти наугад, малолетние головорезы принялись палить как попало. Только я с Машкой стреляли прицельно. И этого оказалось достаточно.

Сначала в комнату ворвались два солдата, держащие в руках большие камни с красными иероглифами. Наверное, такими штуками они вынесли дверь. Специальные артефакты, которые работают в условиях блокировки магии.

Следом за ними перлись человек десять, вооруженные все теми же пистолетами. Повезло, что больше никого не было. Иначе б нас взяли числом. А так, отряд нарвался на шквальный огонь. Лично я завалил двоих сразу. Остальные тоже упали, получив ранения разной тяжести.

Возможно, кто-то даже залёг, чтоб продолжить сражение. Следить за этим не было времени. Моей задачей было скорее шокировать воинов, чем всех перебить. И это отлично вышло.

После нашего удара сделалось тихо. До ушей доносились стоны и отдельные голоса. Я знал, что это ещё не конец. Но, что дальше? Мы все равно оставались заперты в бетонной коробке.

— Марк, что теперь? — послышался взволнованный голос Эдварда, который лежал чуть правее.

— Тортик пожрем, твою мать, — фыркнул я.

Самому, сука, сделалось страшно. Машинально обернулся назад… И увидел там дырку в стене. Узкий проем ростом с человека, куда не каждый пролезет. Края такой «двери» рябили от черноты.

Рядом стоял Герман. Он был бледнее обычного и тяжело дышал, показывая знаками мне, что надо валить. Увидев зелёный экран растительности за пределами нашего сарая, я чуть не бросился туда со всех ног.

Но надо было сказать остальным. Потому что многие впали в ступор, и могли здесь остаться.

— Эй, смотрите! Там выход! Давайте! Мияко, Дэн, Машка, скорее!

Я толкнул подростков, находящихся рядом. Те вздрогнули и обернулись. Дважды просить не пришлось.

Измученные заточением школьники резко рванулись к проёму, перепрыгивая трупы, обломки мебели и куски штукатурки. Вскоре возле выхода, созданного черным магом, образовалась целая очередь. Герман со злостью трепал подростков, чтоб они не мешали друг другу.

А я заметил, как в коридоре появился ещё один воин. Пришлось стрелять, чтоб заставить его залечь. Но тут какой-то мужик поднял голову в шлеме. Я пальнул и прикончил его выстрелом в лоб.

«Неплохо, прям в яблочко. Точней, в ананас, но не важно» — ухмыльнулся про себя.

В этот момент стало ясно, что патроны закончились. Стал искать глазами ещё один пистолет или магазин. Раздался громкий выстрел. Пол рядом со мной прочертила пуля.

— Скоты, чтоб вас трахнули, — прошипел и перекатился в сторону.

— Марк! Портал закрывается! Хватит загорать, иди сюда, быстро, — недовольно заорал Герман.

— Как?! — бросил я. — Мне яйца отстрелят.

— Прикрою. Скорей!

Над головой пролетел сгусток черной энергии, похожий на снежок из грязи. Я встал и кинулся к спасительному проёму.

— Давай! Шевелись! — крикнул Граф, шнырнув прочь из комнаты.

Я ощущал, как в спину летят чёртовы пули. Так ещё открытый портал стал сужаться. А, зацепился за какую-то хрень! Чуть не долбанулся башкой.

При этом чудом сохранил равновесие, на бегу развернулся боком. В последний момент проскользнул в узкую щель, куда, казалось, не пройдет и собака.

— Ай, мля, чуть задницу не порвали! — хрипло выпалил, упав на колени.

Вокруг была зелёная травка, ухоженные деревья, чуть желтоватые кусты. Несмотря на лёгкую облачность, день выдался ярким, немного прохладным. Такое чувство, что смертельные испытания остались в другом измерении.

А вместе с ними и парни с овощными масками на башке. На душе слегка полегчало. Показалось, что капитана Раста больше не существует. Отныне я простой школьник и больше никто. Можно собирать портфель, весело валить в школу.

Из сладких мечтаний меня вытащил голос наставника.

— Ты так и будешь стоять на коленках, как грязная потаскуха?! — ядовито воскликнул он.

— Марк, нам надо бежать. Они могут прийти, — заявила Мияко.

— Я хотя бы не похож на старого гея, — фыркнул в ответ. Ещё раз осмотрелся вокруг. Отлично, отряд вышел в полном составе.

Противник не ожидал, что мы прорвёмся сквозь стену. На углу здания сейчас никого не было. Но у организаторов теперь полно камер. Они точно не идиоты. Значит, в считанные секунды здесь будет жарко.

И чтобы не попасть в самое пекло мы бросились через поляну. Потом была ухоженная алея, и место, где прыгали по детской площадке. Здесь все было очень красиво. Будто недавно не рвались мины, и земля не летела вверх черным салютом.

Противник мог наставить ловушек на случай побега. Оставалось рассчитывать на остатки эрии Германа, который бежал впереди, проверяя безопасность местности на себе.

* * *
В командном пункте царил страшный хаос. Люди в странных костюмах с овощными и фруктовыми масками носились взад и вперёд, как сумасшедшие крысы. Кто-то причитал, словно баба. Кто винил братьев по оружию, а кто матерился.

Лишь глава «сада и огорода» сохранял спокойствие. Он стоял возле пульта с мониторами, не поддаваясь всеобщей панике.

— Господин, это же невозможно! С наших игр ещё никто не сбегал! Рабочие, бандиты, чиновники! Они все, вы же знаете. Но эти чёртовы школьники. Их будто ведут злые духи. Разве такое возможно??? — ныл помощник дерева гриб, танцуя вокруг хозяина.

— Хм, ты прав. Это выходит за рамки обычной логики, — задумчиво произнес дерево. — Дети настолько нестандартны, что смогли найти уязвимости в нашей неуязвимой системе.

— Так и есть, господин! Они подорвали отлаженный механизм. Ничего… Спустя несколько минут, их убьют, — взволнованно протараторил «грибок».

— Нет! — громко выпалил главный, повернувшись к подчинённому.

— Господин? Вы изволили пошутить?

— Всего лишь изменил правила. Пусть идут дальше. Так игра выйдет за рамки. На новый уровень.

— Как такое возможно? — простонал гриб, чуть не выронив свой планшет.

— Узнаешь. Ты все узнаешь. Успокой людей. Да продолжатся честные испытания!

* * *
В то время паника охватила не только штаб Урожайных соревнований. В квартире Марка тоже сейчас было жарко. Анна ходила из угла в угол по своей кухне, общаясь с Ини, сидящей на привычном месте.

Девушка уткнулась в телефон, да так, что носа не поднимала. Вопли и причитания мамы проходили мимо нее, что заметно бесило хозяйку.

— Господи, как же так?! Марк провалился сквозь землю! Я подняла на уши всех, кого только можно! Нет даже намека, зацепки. Его будто унесли в другой мир. Неужели проделки Мирона! Который тоже… пропал, — твердила мать, в который раз повторяя одно и то же.

— Ладно, я. Обычная бедная женщина. Точнее, не совсем обычная, ну да ладно. У меня мало связей и сил. Но как насчёт богатых родителей? Почему они ничего не добились? Семья Ардовых, Мериловых, Орден дракона, в конце-то концов. Учащиеся элитных школ! За ними должны были следить как за сокровищами. Странно, это все очень странно. Я не видела такого никогда в жизни.

После этих слов Ини отвлеклась от телефона, чихнула и продолжила свое действо. На сей раз Анна не выдержала, сказав:

— Инга! Почему ты молчишь? Может, Марка уже нет в живых.

— Я молчу потому… что вы сами сказали молчать и не вмешиваться, чтоб не подвергаться опасности. Насчёт живых или мертвых. Уверена, он ещё выкрутится.

На какое-то время, Анна остановилась. Но теперь взялась за голову и снова стала ходить по кухне, как по военному штабу.

— Ты так говоришь, будто знаешь все наперед! — выпалила женщина с горьким сарказмом.

— Наперед, может быть, и не знаю. Но… В общем, ладно, не важно, — пробурчала девушка.

Потом встала со стула и резко ушла в свою комнату.


Глава 20


Казалось, что мы далеко не уйдем. Они не могли оказаться настолько тупыми. Я вырвался в первые ряды и крепко сжал пистолет, хоть он был и не заряжен.

Мое беспокойство мало кто разделял. Подростки замедлили шаг, стали болтать и шутить. Слышались рассуждения о том, что мы всех перебили. Это глупые бредни. У такой серьезной организации должны быть ещё резервы. К тому же, многих мы просто ранили. А с местной магической медициной трехсотых нельзя считать за потери.

Зато меня понимал Герман Граф. Когда прошли приличное расстояние, маг обернулся и крикнул:

— Вы что хотите здесь умереть?! Быстро!

В ответ послышались недовольные голоса. Тогда перед нами показались солдаты в овощных шлемах… Я слегка охренел, хотя вроде готовился к битве. Другие вообще впали в ступор.

У кого-то могли остаться патроны, но выстрелов не последовало. Хорошо, что Граф во время среагировал. Он бросил черный шар в одного из солдат, затем сразу в другого.

Первый с криком отлетел далеко назад, врезался в дерево и вроде подох. Второй заряд оказался слабее. Он просто сбил парня с ног. Враг не успел опомниться, как над ним уже стояли мы с Германом, Эдвард, а за нами и все остальные.

— Что значит начертание фаллоса на его головном уборе? — задумчиво спросил Герман, рассматривая раненного.

— Ах, чтоб тебя, ведьма. Я бакла-жан! — прохрипел в ответ он, держась за грудь, где была черная отметина.

— Нет, ты скорей бала-бол, — сказал я, вспоминаю, как он растрепал напарникам о ночном случае.

— Ты?! Ты похитил мое служебное оружие! Из-за тебя меня разжаловали в садовники! — застонал чертов член и даже попытался подняться. Пришлось двинуть его ногой в лоб, чтоб не смылся.

— Что, красный огурец, неприятно? Ты держал нас в клетке как обезьян, так что мы квиты, — выпалил я.

Тогда Герман толкнул меня в сторону и громко воскликнул:

— Как покинуть территорию базы? Говори, воин, иначе расстанешься с жизнью!

Глаза наставника налились чернотой. Я понял, что он не шутит. А баклажан вообще, чуть не умер от страха.

— Не знаю, я, правда, не знаю. Нас завозят сюда, усыпляют. Все тайно, — протараторил он.

— Времени нет, часовой. Ты — покойник! — процедил Граф, понимая, что нас скоро прикончат, если будем тупить.

— Стойте! Погодите, — воскликнул Эдвард, выходя чуть вперед. — Скажи примерное направление. Может, слышал, где выход? Мы сохраним тебе жизнь, если скажешь.

— Вообще-то не факт, — фыркнул я.

Но Герман отвесил затрещину, чтоб меня успокоить. Затем, гарантировал члену полную безопасность. Последнему ничего не оставалось делать, как выложить информацию.

Конечно, он мог соврать или правда не знал. Но у нас не было других данных. Пришлось согласиться с врагом и пойти в указанном направлении, надеясь, что найдутся еще зацепки.

Несмотря на мое желание, баклажана оставили жить. Герман его просто вырубил и бодро направился дальше, пытаясь во всем разобраться.

Вскоре мы шли по редкому лесу с нежной травой и цветами. Казалось, что все позади. Можно смело доставать телефоны (у кого они уцелели), звонить родным или местным ментам.

Правда, все не так уж и радужно. Во-первых, связи тут пока не было. Во-вторых, признаков цивилизации не наблюдалось.

А главное — это охрана. Те двое были просто обслугой, которая нам случайно попалась. Почему не бросили новый отряд? Ведь мы чертовы беглецы! За такое нас должны были порвать, пустив в ход все резервы, вплоть до поваров и уборщиц.

Пока думал об этом, подростки немного расслабились. Кое-кто стал отставать. Девчонки собирали цветы, парни ржали и тыкали друг в друга пушками. У одного пришлось отобрать пистолет, объяснив на языке пендалей, что раз в год и палка стреляет. Не обязательно нажимать на «спуск», чтоб вынести мозги боевому товарищу.

Кстати, оружие увальня оказалось заряжено. Пара патронов, но мне пригодится. Отдал ему свой пистолет, но играться все равно запретил. Ибо, нехрена.

Мы шли достаточно долго. Но, судя по ощущениям, игровая территория еще не кончалась. Некоторые из нас совсем оборзели, плелись вразвалочку, болтали о школьной жизни.

При этом Герман несся вперед, как бешеный дьявол. Потому толпа превратилась в длинную колбасу.

Я не хотел нянчиться с бандой школьников. Но и бросать их сейчас было глупо. Пришлось догнать черного мага, чтоб попросить немного замедлиться.

— Нам нужно срочно отсюда уйти! — выпалил Герман, в ответ на мою просьбу.

— Ясен хрен, знаю, — поддержал его я. — Но можно пока что не гнать. И так прем как танки.

— Не гнать? — спросил он. — Я никого не гоню! Если хочешь, падай и спи хоть весь день! А мне надо срочно убраться! — злобно прошипел он.

Ничего не оставалось делать, как держать темп, подгоняя остальных школотронов. Остаться без единственного мага было нельзя. Пусть он хоть сто раз козел. К тому же, я сам так считал. В этом гребанном месте лучше шевелить булками. С виду все хорошо, кто же спорит. Но булками шевелить точно надо.

Прошло еще сколько-то времени. Судя по солнцу, начало вечереть. Герман потерял свой запал и замедлился. Подростки просили привал. А чертова территории базы все еще не закончилась!

— Надо искать место для ночлега, — сказал я, понимая, что так просто не выбраться.

— Фу, ночевать в этой грязной дыре, — проворчала блондинка.

— Здесь слишком опасно. Они могут напасть на нас ночью, — поддержала Мияко.

— Да, но другого решения нет, — устало протянул Эдвард.

— Может, на деревья залезем, чтобы нас не достали? — спросил Дэн, и все тихо заржали.

В тот момент в кустах что-то послышалось. Стон или скрип, сдавленный крик или плач. Я не понял. Даже больше, кроме меня, это никто не расслышал.

Пришлось остановиться и толкнуть Федора. Судя по виду, он тоже не догадался, в чем дело.

— Черт! Нам надо покинуть эти места! Кого дьявола?! Так не бывает! — заорал Герман Граф, пнув кочку земли, что была рядом.

Маг замер и посмотрел на небо. Он был встревожен, растерян. Таким его раньше не видел. Это место меняло людей, возможно, ломало психику. Может, новые игры?

Мы должны бродить кругами по лесу, пока не сойдем с ума и друг друга не укокошим. Звучит туповато, хотя с организаторов точно сбудется.

— Господин, успокойтесь. Я уверена, что есть выход, — сказала какая-то девушка, обращаясь к Герману Графу, но тот ничего не ответил.

Отряд остановился на месте. Идти дальше не было сил. Надо было что-то решать. И мы бы разбили лагерь, если б не стоны в кустах.

На сей раз это были действительно стоны, которые спутать нельзя. Скорей всего, просто ловушка. Попытка заманить нас куда-то.

Открыл рот, чтобы это сказать, но Мияко звонко воскликнула:

— Друзья, кому-то там плохо. Пойдемте скорее, поможем!

— Да! Возможно, есть другие узники этих игр! — поддержал ее Эдвард.

— Чертовы тупые дети, — завопил я. Но было уже слишком поздно.

Парочка «правильных долбоящеров» резко ломанулась в кусты, а за ними кто-то еще. Другие стали вопить, поддерживая это решение.

Мне осталось только шлёпнуть себя по лицу и вспомнить пару веселых случаев, когда противник подманивал вояк приказами командиров, криками о помощи (причем детскими), голыми бабами. Да вообще, чем угодно! А потом, «крутые» спасители недосчитывались конечностей, удивляясь, почему за их подвиг дали кубок в виде мины или гранаты.

Я замер, понимая, что сейчас будет страшное. У кого-то были лечебные капсулы. Может, подростков все же не насмерть. Не хотелось нести потери на ровно месте.

Несколько секунд прошли в ожидании. Эдвард успел сломать палку, которой разгребал траву. Он мог найти ловушку. Хотя… палка, серьезно? В упоротом магическом состязании!

Школьники слегка испугались. Похоже, до них дошло, что все не так просто. И в тот момент, послышался голос Эдварда:

— Помогите! Скорее, сюда!

— Что? Там что-то случилось? — спросил Дэн.

— Я не пойду, я боюсь, — замахала руками одна из девчонок.

— Надо думать башкой, а не сракой, — выпалил я.

Ничего не оставалось делать, как поднять пистолет и направиться вслед за парочкой. Они немного примяли траву, отогнули ветки кустов. Идти вперед было просто.

Но я все равно опасался. Ступал как дикий кот во время охоты. Два раза крикнул Эду, чтоб он заткнулся. Несмотря на осень, листья еще не опали. В кустах было мрачно. Меня могли завалить раз пятьсот.

Метр за метром я прошел приличное расстояние. Тогда заметил небольшую поляну под крупным деревом, где стояли Эдвард с Мияко, а рядом… голый мужик.

Вот это поворот! Я на такое не подписывался уж точно! Вскинул оружие и вышел к чертовой троице, готовясь снести башку извращенцу.

— Это что за голожопый грибник? — сходу спросил у друзей.

— Марк, погоди, ему плохо, — тут же воскликнула девушка.

— Это тоже игрок, как и мы. Только он без команды, — пояснил Эд.

— Стесняюсь спросить, и во что он играет, — процедил я.

Только лысых, старых, пузатых игроков не хватало. Судя по виду, дядька был менеджером или сотрудником банка. Телосложение не спортивное, но весьма крепкое. Крупные плечи и руки, есть живот, но не слишком большой.

По возрасту в отцы мне годится. Короче, ничего необычного. Наверно погнался за деньгами, или острых ощущений хотел. А может, насильно сюда затащили, как нас.

В отличие от подростков, дядька был сильно истерзан. На нем не осталось одежды, только один ботинок. Тело в ссадинах и синяках. Но это еще не все…

Левая сторона была приколота к дереву большими стрелами, которые пробили кожу на руке и туловище. Вырваться почти нереально. Надо вытянуть стрелы, на что у измученного бедолаги сил уже не хватило.

Я подошел ближе, чтоб во всем разобраться. Направил на мужика пистолет и спросил:

— Кто ты такой? Почему сюда сунулся?

— Игра. Я играть, — с трудом прохрипел он. — Заставили.

Мужик смотрел на меня очень странно. Хотелось пальнуть ему в лоб, чтоб не пялился.

— Не лезь к нему, Марк! Ему плохо. Он говорить почти что не может, — сочувственно сказала Мияко.

— И мозги свои тоже посеял, — отозвался я. — Только мне наплевать. Мы не знаем, что это за козел.

— Что с того? Ему надо помочь. У кого-то из наших были целебные капсулы, — сказал Эдвард.

— Капсулы? А черной икры не подкинуть? Ты не представляешь, кем может быть этот хмырь, — пояснил неразумному другу.

Тот хотел что-то ответить. Тогда на поляну ввалились другие подростки, не сумевшие совладать с любопытством.

— Эй, какого вы все приперлись? — спросил у безумной толпы.

— О, ребята, вы вовремя. Тут человек совсем плох. Есть у кого-то «целители»? Помните, мы там находили? — бойко сказала Мияко.

— Нет! Даже не думайте, черт! — попытался возразить я.

Но события развивались стремительно. В несколько секунд толпа окружила голого дядьку. Кто-то причитал, кто-то ахал. Слышались идиотские шутки. Я хотел пальнуть в воздух, чтоб всех успокоить. Но кто знает, вдруг это привлечет внимание местной охраны.

К тому же, подростков было не удержать. Не прошло и нескольких секунд, как синяя капсула попала в трясущуюся ладонь мужика. Тот ловко употребил эликсир, а потом зарычал раненым зверем.

— Заткнись! — крикнул я. Остальные в ужасе расступились.

Мужик бросил бесячий взгляд, в очередной раз, вызвав волну отвращения. С неимоверным усилием он вырвал стрелу из тела. Остальные две просто сломал.

Потом дядька отстранился от дерева. Казалось, что он на нас бросится. Я передёрнул затвор, и мужик устремился в сторону, нырнув в кусты, словно дикая кошка.

— Погодите, господин, вы не одеты! — окликнула его японка, но было уже слишком поздно.

— Шустрый для своих лет, вот скотина, — процедил я.

Кто-то высказал мнение, что он сумасшедший. Мы послушали треск кустов, пока все не стихло. Было ясно, что надо продолжать путь. Иначе, заблудимся в чаще и станем, как этот дикарь. Правда, мы и так заблудились, кто знает, что будет дальше.

Рассуждая о личности странного Тарзана, мы бодро пошли назад. Я особо не слушал бойцов. Они несли всякую чушь, а мозги и так закипали.

Но перед самым выходом из кустов привлекла внимание фраза блондина, которая звучала примерно так:

— Капец, на главу Энерго похож.

У меня внутри как-то похолодело. Толкнул низкорослую девушку в сторону и схватил за рукав Федора.

— Что ты сказал, повтори? — спросил, ощущая, что Земля сейчас нахрен сойдет с орбиты.

— Марк? Что с тобой? — удивился пацан. — Нам повезло, что не стали такими. А что в этом плохого?

— Другое! Что ты еще говорил? — выпалил я.

— Что штаны член натерли…

— Не это! Про главу Энерго, давай!

Федор сглотнул слюну и посмотрел на меня, как на местного психа.

— Ну… Этот дядька вообще, на Мирона Павлова смахивает. Его побрить только и костюмчик надеть. Мы с отцом были на вечеринке. Там он как раз зажигал. Старый пердун вроде бы, а телку двадцатилетнюю склеил. Еще бы, нищебродки за бабки такое творят…

— Погоди! — оборвал его, закрыв рот рукой. — Скажи, ты точно уверен?

— У! Угу-ууу, — промычал беляк и тут же сорвал мою руку. — Ты что, спятил что ли? Какого хрена вообще?!

— Большого… И очень толстого, — процедил по слогам.

Судя по виду, Федор был почти что уверен. Я тоже чувствовал что-то неладное. Этот гад пялился на меня, будто хотел отсосать! Кто ещё кроме главного врага будет так делать?

Стоп, но кому удалось поймать крупную рыбу, раздеть, избить и вообще… Кто бы ни был этот чувак, он безумно крутой. Жаль, его крутость работает против нас тоже.

Обдумав это за пару секунд, я бросился в чашу леса. Догнать главу Энерго! Убить! Один чертов выстрел, и враг семьи сдохнет. Все кончится. Можно будет не париться. Если, конечно, выйдем живыми.

Вот же я остолоп. Вояка ещё, называется. Как же сразу не понял?! Ничего, далеко он уйти не мог. Догнать, пристрелить, добить, если надо, и все.

Забыв о возможных ловушках, я летел по кустам, словно бешеный заяц. В мозгах горело одно — отомстить, покончить с этим раз и навсегда. Но лес оказался опасным. Под ногами сработало взрывное устройство.

Меня бросило ударной волной. Или нет… Я всего лишь не заметил бревно. Споткнулся об него так, что взмыл в воздух. Потом свалился на землю, пропахав носом прошлогоднюю листву. Пистолет, кстати, не выпустил. Он остался в руке, как влитой.

Что за бред? Полный бред. Не время скакать по кустам в этом проклятом месте. Надо признать это и искать выход. Мирон может сам здесь загнуться. В его положении это вполне реально.

— Марк, нельзя так бежать, где попало! Тебя могут убить, понимаешь?! — послышался истеричный выкрик японки.

— Ага, кто бы блин говорил, — прохрипел, выплюнув землю, которая даже в рот мне попала.

— Как ты? Все хорошо? Кости целы? — спросили из нашей группы.

— Я — хреново. Но идти смогу. Хотя лучше бы сдох, — сказал, медленно поднимаясь с земли.

Только в этот момент до меня дошло, что рядом не было Германа. Он не шатался по кустам, не глазел на голого черта. Неужели свалил, бросив нас без магической помощи?

Думая об этом, я резко пошел из кустов. Подростки пожали плечами. Небось, решили, что я окончательно свихнулся. Вскоре мы оказались там, где впервые услышали стоны. Как ни странно, здесь стоял Герман Граф, который наблюдал за движением туч и улыбался, словно малый ребенок.

Окружив его, мы не знали, что и сказать. Он сам начал разговор словами:

— Как тут красиво! Не думал, что такое бывает. Как дела, школота? Помогли тому человеку?

— Да, он сбежал, — сказал Дэн.

— Лучше б мы его замочили. А с чего это ты такой радостный? — спросил я, ощущая нечто неладное.

Граф посмотрел как-то странно. Тогда я не догадался в чем дело, да и тупить было глупо.

— Давайте найдем место, где можно укрыться. И чтобы был виден закат, — глуповато промямлил наставник.

Дальше мы прошли ещё малость. Постоянно проверяли наличие блокировки. Но сдерживающее поле все никак не кончалось. Пришлось свернуть в сторону, найти относительно безопасное место и расположиться там на ночь.


Глава 21


Пока шатались по кустам, пролетел остаток светового дня. Солнце налилось красным огнем, предвещая наступление ночи. В тот момент выяснилось кое-что важное. Мы не подумали о еде.

Никто не ожидал, что база ублюдков настолько большая. Я сам считал, что можно вырваться через час. Кто знал, что все окажется по-другому. Ещё недавно хотелось валить врага, желательно, не попав на тот свет.

Теперь, как это часто бывает после сражений, разыгрался тот ещё аппетит. Но из еды у нас было голое ничего. К счастью, местная школота разбиралась в растительности. Вскоре мы насобирали грибов, ягод, плодов и каких-то кореньев. Конечно, не бог весть что, но лучше чем свежий воздух.

Когда стало темно, развели костерок, усевшись возле него как в пионерлагере. Сначала не хотели себя выдавать. Огонь — это отличный маяк. Потом решили, что в магическом мире, те, кому надо, и так нас найдут. Так что нет смысла париться.

После скромной еды стало как-то тоскливо. Голод почти не ушел, а тревога, напротив, охватила подростковый рассудок. Так было не только со мной. Все пялились на угли костра, не зная, что лучше сказать.

— Сейчас бы стейк по-премьерски с молодой порослью окра, — процедил Федор молитвенным тоном.

— Ха, губа не дура! — усмехнулся кто-то.

— Мажор, — фыркнула рыжая бестия.

— Не хочу защищать беляка, но кто бы там говорил, — съязвил я.

— Чего? — насупилась рыжая.

— Ну, ты же из знатной семьи, — пояснила Мияко.

— Семья, да. Но не я, это точно, — проворчала рыжуха. Блондинка хотела ей возразить. Пришлось толкнуть ее в бок, чтоб не мешала. Я видел, что Машке надо поговорить. Ее переполняла дрянь, которую лучше выплеснуть прямо сейчас.

— Меня всегда считали уродкой. Дрянью, которая ничего недостойна. Не оправдала надежды отца, не стала отличницей по магической подготовке. А мачеха… Она хочет меня сожрать. Только на людях мы — успешная семья. Дома все по-другому, — произнесла Мария каким-то могильным голосом.

— У тебя, что матери нету, что ли? Раз мачеха, — спросил Дэн.

— У тебя сейчас башки твоей глупой не будет, — откликнулась Машка.

— Денис, ты дурак? — шикнул на него кто-то.

— Проблемы в семье — не повод для агрессии. Лучше направить негативную энергию в мирное русло, — сочувственно заявила японка, на что Машка лишь отмахнулась.

Дальше все замолчали. Настроение упало ниже некуда, костер почти догорел. И тут рядом с углями свалилось что-то большое и мягкое. Я не сразу понял, в чем дело.

— Че за звери такие? — испуганно спросила блондинка.

— Эй, это кролики! Дичь! Кто-то сходил на охоту!

И правда, нам подбросили свежее мясо. Настоящий подарок богов. После ягодного обеда — благодать божья.

Подростки вдруг оживились. Пару человек похвастались, что ходили на охоту и умеют разделывать дичь. Начались споры о том, как лучше все приготовить. Женский голос пищал, что не станет есть «бедных зверьков».

Я понял, что готовить сейчас будет глупо. Ночь уже наступила, сил почти не осталось. Лучше как следует поспать, а мясом заняться с утра. Плотный завтрак перед дорогой нам точно не помешает.

Хотел сказать эту мысль, но вдали маячила высокая черная фигура. Это был Герман, который добыл чертовых кроликов. Почему-то он держался поодаль. Так еще решил нам помочь, что особенно не похоже на черного мага.

Чувствуя нечто неладное, я поднялся с места и направился к колдуну. Тот, в свою очередь, сел на бревно и уставился в небо, где вовсю мерцали яркие звезды.

— Вы сможете с ними управиться? Или ваша криворукость не знает предела? — спросил он, когда я подошёл.

— В свое время, я запекал тентакли на пучках плазмы, — бросил в ответ, на что Граф только хмыкнул.

— С чего такая щедрость, командир? — продолжил допрашивать Германа.

— Ни с чего, иди, ешь.

— Успею… С пустым брюхом мозги пашут лучше, — сказал, присаживаясь рядом с наставником. — Ты какой-то странный вообще. Тут аномалия что ли? Она на мозги что ль влияет?

— Можно сказать и так, — задумчиво протянул дядька, поправив длинные волосы.

— Знай, что все быстротечно. Хотя, порой кажется, что это не так. Не пройдет и секунды времени, как небо погаснет, а вместо него явится нечто другое. Это сложно понять, пока с тобой сила, — добавил он, глядя в звездную пустоту.

— Эээ, да. Как-то так. И что дальше?

— Ничего или что-то. Кто знает. Возможно, даже никто. Ни боги, ни высшие маги.

От этих слов мне стало не по себе. Герман нес полную чепуху. Хотя, так даже лучше. Он стал спокойным, как никогда. Даже меня не обвинял в глупости и никчемности.

Какое-то время, слушал этого старого хрена. Потом пошел к остальным, чувствуя, что валюсь с ног.

Когда возвращался к нашему лагерю, услышал странные звуки в кустах. Нет, это была не засада. Скорее, наоборот. Там ворковали влюблённые, при этом смачно так целовались.

«Неужели Эдвард покорил свою азиатку? Эх, как приятно видеть успехи учеников!»

— Блин, Федор, ты че, ну не надо, — раздалось из кустов.

— Давай, не ломайся! Может, последний день живем так-то, — шипел разгоряченный мужской голос.

«А, блондин со своей блондинкой. Фигня! У него ничего не получится. Без моего четкого руководства пусть даже не рыпается».

С этой мыслью я направился дальше. И вскоре предался сну прямо на голой земле. К счастью, ночь была в меру прохладной. Насекомые не донимали. Удалось хорошо отоспаться, подготовившись к новым боям.

Утро выдалось ярким, спокойным и сытым. Мы, как следует, подкрепившись, развалились на влажной траве, забыв, что надо идти.

— Не, эти зайцы резиновые. Может ты вместо них колесо от тачки загнал? — шутил белый, ковыряясь травинкой в зубах.

— Эй, мог бы и сам пожарить! — отвечал один из парней.

— Хех, ну ты же взялся, чувак. А я тебе говорил.

— Нет, все не так плохо. Если бы добавить морскую смесь с пряными травами, — прозвучал девичий голос.

— А если еще повара ресторана Магфус позвать, то вообще круть получится.

— Тихо! — воскликнул я, прервав вялый спор своей банды. — Если от еды не тянет блевать, то она приготовлена хорошо.

— Спасибо, Марк, — просиял наш доморощенный повар.

— Не за что. Сейчас не об этом. Надо валить. Мы не на отдыхе у бабули, — строго отрезал я.

— Э, а с чего это ты решаешь, когда идти, когда нет? — возмутился блондин.

— Я не решаю, — улыбнулся ему в ответ, — а просто иду. Кто хочет, идет со мной, вот и все.

Черт, я слишком расклеился. Нас могут прихлопнуть в любой момент, а мы валяемся, как тюлени. Организаторам игр этого только и надо. Они хотят сломить боевой дух, заставив нас превратиться в отрепье.

Я решительно поднялся с места, и хотел направиться прочь. Плевать, если никто не пойдет. Так даже проще. Подростки скорее бесили, чем помогали. Без них удастся быстрей найти выход. Потом приведу помощь, если получится.

— Марк, постой, мы с тобой, — сказал Эдвард.

Хотел ответить ему, но заметил, что Германа нигде нет. Черт, свалил в одиночку! Конечно, не стал таскаться с толпой сопляков. Вчерашние кролики были тупым извинением. Мол, хрен с вами, с дураками, а я погнал.

— Вот козел, урод гребанный! — злобно процедил я. Хотя, что можно ожидать от упоротого чернокнижника?

— Марк?! Ладно, иди один, если хочешь, — смущенно выпалила азиатка.

— Я не про то, погоди, — отмахнулся, глядя по сторонам.

Солнце светило вовсю. Видимость была хоть куда. Потому удалось различить пятно, которое виднелось вдали. На траву будто постелили ковер, небольшую дорожку темного цвета.

Я сразу понял, в чем дело, и бросился к этой штуковине. В душе оставались сомнения. И с каждым шагом их становилось все меньше.

В считанные секунды подскочил к бревну, где вчера сидел Герман Граф. Он по-прежнему находился там, но теперь лежал на траве. Его лицо было синим, по шее ползли черные вены. Мужик чувствовал себя очень хреново. Но, несмотря на все улыбался.

— Эй, вставай! Что с тобой? Почему ты никого не позвал! — выпалил, склоняясь над раненным.

— Марк, сегодня отличный денек. Дай, посмотрю напоследок, — с трудом прошептал мой наставник.

— Я тебе дам, напоследок, солдат! Не смей умирать, пока не сдал наряд, твою мать, — протараторил я.

Обернулся к толпе подростков, которая шла позади, и крикнул:

— Гоните целитель! Ему нужна помощь, он умирает.

— Оставьте для раненных. Вас ждут еще испытания, — промямлил учитель.

— Ага, а ты типа здоровый? Не неси чушь. Давай, живо, — сказал, протянув руку, куда кто-то вложил синюю капсулу.

Хотел отдать ее Герману, но тот резко убрал мою руку.

— Помнишь, чему я тебя учил? — собравшись с силами, твердо спросил он.

— Так… есть немного.

— Ну вот. В этом месте моя подпитка иссякла. Ты знаешь, что со мной было. Внутренняя эрия угасает, внешнюю получить не удастся, — сказал Герман, после чего громко закашлялся.

Команда не понимала, что происходит. Но лица школьников все равно стали грустными. Все понимали — творится нечто плохое.

— Хм, даже так… А если мы потащим тебя? Вдруг выход уже где-то здесь, — произнес я.

— Уносите свои ноги, а не меня. Скоро сюда придут. Я чувствую это. У меня было все, что надо простому магу. Последние годы не принесли счастья. Они были лишними и безрадостными. Нельзя держать то, что должно уйти, — кое-как процедил наш учитель.

Подростки переглянулись. Никто не знал, что сказать. Даже я залип в ступоре на какое-то время.

— Погодите, но вы же просто умрете! Это же ваша жизнь! — звонко крикнула одна из девчонок.

— Для тебя, жизнь — это чистое золото, для меня — горсть золы, — промямлил Граф и слегка улыбнулся.

С одной стороны, все нормально. Мужик и так много прожил. Он стал неплохим магом, хранителем черного фонтана, был учителем и вообще. В такие годы сдохнуть точно пора.

Но я не мог бросить раненного на поле боя, каким бы старым и дряхлым он не был.

— Парни, у него бред! Хватаем и тащим, короче! — воскликнул, рванувшись к умирающему.

В меня попал сгусток темной энергии, от которого свалился на траву.

— Не заставляй… тратить последнее… — гневно прохрипел черный маг. — Идите, они уже здесь!

— Дурак! Ты подохнешь! Хватит ломать комедию! — выпалил я.

Поднялся, держась за обожженную грудь, и понял, что все бесполезно. Лицо Германа Графа старело с каждой секундой. Теперь он напоминал колдуна, который умирал от потери своего черного артефакта. Хотя, приблизительно так и было.

Насчет времени наставник не врал. Нам дали слишком расслабиться. Нужно было срочно валить, пока черти не замутили новую пакость.

— Давайте! Кхе-кхе! Не хочу… чтоб вы смотрели… — чуть не плача, прошипела старая бабка, похожая на вампира, которая еще недавно была бодрым (хоть и не молодым) мужиком.

— Марк, наверное, надо идти, — скорбно промямлил Эдвард.

Видя, что происходит с Германом, школьники слегка испугались и стали медленно отступать. Мне было тошно… Но все же собрался с духом, махнул рукой и отправился прочь.

На войне нет места слезным прощаниям. Конечно, Германа жаль. Он был не таким уж козлом, как я думал. Плохо, что понял это только недавно.

Скупо простившись с Германом, я быстро направился дальше. Подростки перестали шутить, расслабление быстро прошло. Вскоре наш отряд бодро двигался через лес, стараясь отыскать выход.

По ощущениям прошло часа два. Казалось, мы идем по гигантскому кругу, сами того не понимая.

Неприятный осадок прошел. Я собрал мозги в кучу и подумал о кое-чем важном. Если Герман загнулся, кто следит за фонтаном? Вдруг черная материя выплеснется из камня и уничтожит наш город?

У них должен быть какой-то план Б. Или организация черных магов с вековой историей не смогла к этому подготовиться?

Если даже и так, то теперь я — новый хранитель фонтана. Интересно, и как вступить в должность? При таком раскладе мне нужна стажировка, ни разу в одиночку не укрощал эту хрень. Короче, час от часу не легче. Ну ладно, сейчас главное сохранить свою шкуру.

Пока думал об этом, подростки начали спорить. Кто-то говорил, что надо свернуть или даже пойти назад. Это было похоже на бред, если б не кое-что важное.

Мы всегда шли между деревьями, по месту, которое подходило лучше всего. Кто знает, вдруг это просто ловушка. Может, надо шастать в кустах, чтоб сломать планы организаторов.

— Нет, и еще раз нет! Свернуть в дороги — это самоубийство. Рано или поздно мы выйдем к цели! А если кто не верит, может валить подальше, — тараторила японка, споря с одним пацаном.

— Почему ты так решила? — спросил я, и замер на месте. Следом остановились и остальные.

— Потому что… Мы так идем, — всплеснула руками девчонка.

— А почему, мы так идем? — настороженно спросил Эдвард.

Все тут же переглянулись. До каждого дошло, что надвигается нечто хреновое.

— Они могли специально сделать так, чтоб мы решили, будто там выход. Мы премся между деревьями по чертовой просеке, которую кто-то специально проделал, — задумчиво произнес блондин.

— Оу, ты капец, какой умный, — сказала его белая подружка и чмокнула в губы.

— Видишь, — Эдвард толкнул японку, но она ничего не ответила.

— Если они хотят, чтоб мы шли только прямо, надо их обломать. Погнали в другую сторону, — предложил я.

Нескольким участникам команды понравилось это решение. А один чернявый пацан вообще хлопнул в ладоши и пошел назад.

— Да, в рот их всех! Идемте сюда, я видел там одну узкую тропку.

Парень сделал несколько шагов, увлекая нас за собой. Потом ахнул и провалился под землю.

Это произошло так… легко, что никто не успел испугаться. Я просто отошел чуть назад, видя, как позади образовался глубокий обрыв. Земля посыпалась вниз, создавая большую яму. Эта яма вскоре расширилась. Перепрыгнуть через нее было почти нереально.

— Они слышат, что мы говорим. Они не хотят пустить нас назад! Капец, мы в ловушке! — воскликнула широкоплечая девушка.

— Постойте, надо во всем разобраться. Если нас еще не убили, то должно быть решение, — попыталась всех образумить Мияко.

Но школьники начали сильно галдеть. А девка с большими плечами вообще впала в истерику.

— Чертовы тупые скоты! Срать я хотела на вашу всю хрень. Я ухожу, мне плевать. Слышите меня, недоумки??? — злобно взревела она.

— Ээээ, полегче, родная! — воскликнул, схватив барышню за одежду.

Но дамочка резко рванулась, показала средний палец в небо, будто организатор был именно там. Потом девка бросилась прочь, нырнув в чащу кустов.

— Отлично! Побежим по кустам, там они нас не заметят, — просиял Дэн.

В кустах громыхнул мощный взрыв. Столб пыли и рваных листьев поднялся над землей. Стало ясно, что дамочке очень не поздоровилось.

— Как же так… Это бред! Мы вчера шастали как хотели! А сегодня, — произнес блондин, резко меняясь в лице.

— Сегодня надо идти только прямо! — заявил Эдвард.

Парень указал на траву, которая стала красной. Прямо перед нами появилась черта, скорей всего, означавшая «старт».

— Вы хотите сказать, что это новое испытание?! Но зачем, какой смысл?! — завизжала одна из девчонок.

— Мы не знаем! Ясно только одно — надо скорей приступать. Помните, как было раньше? Время всегда ограниченно, — холодно отчеканил Эдвард.

Пока все были в шоке, он шагнул за черту. На этот раз удалось схватить пацана и дернуть обратно.

— Эй, ты чего?! — крикнул он.

— Считаешь, что козлы позволят тебе гулять просто так? — прищурился я.

— Нет, но в чем тогда заключается испытание? Это же линия старта.

— Да, извращенцы могли замутить, что угодно. Надо немного проверить.

С этими словами я наклонился к обочине импровизированной дороги. Там росли корни дерева, где были земляные комки. Взял один из них и бросил вперед.

Ничего не случилось. Тогда кинул еще. Долбанул небольшой взрыв с магической вспышкой. Все дружно ахнули. Стало ясно, что веселой прогулки не выйдет, в общем, как и всегда.


Глава 22


— Что если, идти только по краю? Они хотят, чтобы мы выбирали дорогу, — произнес кто-то после долгого молчания.

— Тупо шагать по узкой линии? Правда? В чем тогда чертов прикол… — процедил я.

Уже примерно минуту осматривал все вокруг. Хотелось понять, что к чему. На этот раз не было компьютерных голосов и охраны. Некому было сказать, что почем.

«Мля… назад идти не получится. Впереди все заминировано. Кусты тоже взрываются. И как перемещаться? По воздуху?! Мы что похожи на гребанных бабочек???»

Пока думал так, двое пошли вперед. Они вооружились длинными палками и стали играть в саперов. С одной стороны, это верно.

Но интуиция говорила другое. Если мины так легко обнаружить, то зачем их вообще устанавливали? Должен быть другой выход.

— Эй, ребята, давайте сюда! Дорогу можно пройти! — крикнул один из «саперов». — Не верите? Сами смотрите.

Пацан ткнул палкой перед собой. Прогремел взрыв, который задел паренька. Тот смог устоять на ногах, но немного свихнулся. Забыв о недавней храбрости, бросился назад, не разбирая дороги. Подорвался второй раз и улетел куда-то в кусты.

Его напарник замер на месте, не зная куда податься. Мы поняли, что такой вариант — точно не вариант.

— Друзья, что если просто стоять? Время тут не считают. Можем подумать с часок! — пробубнил Дэн, и многие его поддержали.

Я знал, что это явно не выход. Ожидание не даст ничего. К тому ж, организаторы не настолько тупые. Правда, аргументов у меня не было. Не стал ничего говорить, вместо этого продолжил ломать мозги.

В какой-то момент, когда подростки особо расслабились, сзади послышался треск. Обрыв за нашими спинами сделался шире. Вот тебе и таймер отсчета времени…

Пришлось сбиться в кучу, чтоб не упасть. Это временная мера. Ведь яма будет расти, значит, все кончено.

— Нет! Господи, как же так?! — испуганно выпалила Мияко. Остальные тоже начали причитать.

— Как нам идти-то хоть! Подскажите! Не по деревьям же лезть??? — заорал Эдвард.

Я в очередной раз осмотрелся. Деревья росли близко к дороге. На них было достаточно веток… И вообще, они отлично подходили для того, чтоб по ним лазить. Возможно, это бред психопата, но если выбирать между ямой и минами, то вполне сносно.

— Эд, молодец! Верно мыслишь! — выпалил я, перекрикивая вопли других.

— Ты что? Ты серьезно? — спросил какой-то рыжий пацан.

— Нет, блин, прикалываюсь! Если все дороги закрыты, остаются только деревья. Смотрите! Смотрите внимательно…

Последние слова выкрикнул изо всех сил, чтоб привлечь внимание остальных. Школьники стали пялиться на деревья. Но такой вариант их точно не вдохновил.

— Они растут вверх, если так. А нам надо перемещаться вперед, — задумчиво протянула японка.

— Ага, это полная лажа! Разве что залезть туда и сдохнуть от голода, — недовольно промычал Фёдор.

Снова послышался треск. Обрыв еще немного расширился. А впереди долбанул сильный взрыв. Идущий по дороге ошибся, чего и требовалось ожидать.

Я понял, что надо спасать свою шкуру. Остальные пусть делают, что хотят. Под общие визги подростков резко рванулся к кустам. Не заходя в них, стал на корень высокого дерева. Потом поднял ногу и взобрался на нижнюю ветку.

— Марк, ты совсем? Это же полная чушь!

— Если он пойдет, то я тоже…

— Капец, высоко! Лучше уж нахрен взорваться, — слышались голоса внизу, но мне было как-то плевать.

Вес Марка был полностью за меня. Удавалось становиться на тонкие ветки, не боясь, что они сломаются. Я живо присматривал опоры для ног и рук. Старался не смотреть вниз, используя потенциал ловкого тела.

Карабкался и снова карабкался. Вскоре земля с галдящими школотронами оказалась совсем далеко. Я смог взобраться на дерево. А дальше было сложнее.

Стволы растут вверх, это правда. По ним нельзя идти как по мосту. Я замер, смотря вперед. До следующего дерева было далековато. Крыльев у меня пока что не наблюдалось. Так еще чертов ветер пытался сбить меня вниз, словно яблоко.

— Эти детские игры, хуже, чем битва с сотнями зараженных! — прохрипел я, крепче хватаясь за ствол.

Гребанное гибкое дерево! Оно может тупо сломаться. Или стоп… Если так посудить… Не, полный бред! Хотя, все эти игры — бредятина. Значит в потоке идиотизма можно победить за счет того же идиотизма.

Черт бы с ним, наплевать!

Чувствуя себя полным олухом, я перенес вперёд центр тяжести, дальше отклонился назад. Дерево резко качнулось, да так, что меня чуть не стошнило.

Полетел с бешеным криком, чувствуя, что скоро умру. Но вместо этого, врезался в соседний ствол, что было просто отлично. Отключив разум, применил ловкость мелкого тела. Пока ствол не отправился обратно, я расцепил руки и схватился за другое растение.

Прошло меньше секунды, и вот… Я преодолел несколько метров, не нарвавшись на мину. Чуть ниже была толстая ветка, по которой можно добраться до нового дерева.

Не хилое, блин испытание! Пройти стометровку по стволам деревьев. Остроумно, драть их всех в рот. Главное, не сорваться отсюда; высота, как-никак, тут приличная.

Не успел отдышаться и отправиться дальше, как снизу послышались вопли. Школьники заметили мой успех, решив попробовать так же. Я пытался их успокоить и дать какие-то указания. Но толпа пошла напролом, как это часто бывало.

Не прошло и нескольких секунд, как лесные деревья превратились в новогодние елки, обвешенные «людскими игрушками». Спешка — хреновый союзник. Я знал, что сейчас попрет нечто ужасное.

Потому собрал силы в кулак и пополз по толстенной ветке. Она стала с треском ломаться. Но я успел прыгнуть вперед, оказавшись на третьем по счету дереве.

— Порву вам сраку, если найду. Испытание, мать твою… для обезьян, — процедил, тяжело дыша, ощущая при этом, как все тело трясется.

До ушей донеслись громкие вопли. Началась настоящая вакханалия. Школьники забирались на деревья легко, почти так же, как я. Ребята были хорошо подготовлены, высоты практически не боялись.

А вот переход на другие стволы вызывал затруднения. Оказавшиеся наверху, не могли решиться перепрыгнуть или перелезть. Снизу их подгоняли товарищи, которые не желали торчать здесь до ночи.

В итоге, на макушку одного из деревьев вскарабкались два человека. Ствол резко согнулся, и двое с бешеным воплем полетели на землю.

На противоположной стороне обломилась ветка. Я видел, как девчонка свалилась в кусты, словно мешок с картошкой.

— Ааа, как тут дальше? Помогите мне, кто-нибудь!

— Черт, сейчас долбанусь! Идите лучше внизу.

— Давай, шевели жирной жопой! Я не хочу подыхать.

Слушая крики, решил дать пару советов. Но это сейчас не сработало. Перекричать общий гвалт было тут нереально. А на соседнем дереве уже сидел краснощекий пацан, разрабатывая план перехода ко мне.

Пришлось карабкаться дальше, чтоб этот хмырь меня случайно не скинул. Задача оказалась нелегкой. Дерево качалось хреново. Я не смог достать до ствола, даже применив все усилия.

В какой-то момент, пришлось провернуть авантюру, прыгнуть, как тупая макака и повиснуть на ветке. К счастью, уперся ногами в ствол дерева, что позволило подняться и сесть.

— Черт, черт, мать твою! — выдохнул, ощущая, что выплюну легкие. Осталась пара деревьев, это уже ерунда.

Невольно осмотрелся вокруг. Заметил, что разлом становится шире и подбирается к нашим деревьям. Они могли тоже свалиться под землю. Значит, нужно действовать пошустрее.

Под крики чертовой школоты думалось как-то не очень. Ослабленное тело могло дать осечку. Несмотря на все тренировки, я не так уж силен. А собраться времени нет.

— Давай! Дав-ай! Еще! Ну! — послышались крики сбоку.

Я заметил, как два пацана раскачивают тугое дерево, чтоб перебраться ко мне.

— Эй, стой! Погодите! Дайте, я отсюда уйду, — заорал им.

Только школьникам было плевать. Они смотрели вперед безумными глазами, будто приняли энергетическую наркоту.

Я стал быстро просчитывать варианты. Спешить не имеет смысла. Надо хорошо подготовиться. Вроде есть одна подходящая ветка. Чтоб вас всех! Нееет!!!

Не успел ничего предпринять, как в дерево врезался другой ствол. Сразу две туши оказались на макушке растения. Отчего, оно затряслось, стало гнуться.

Но это еще не все. Один пацан полетел вниз, ломая задницей ветки. Он орал и махал руками, пытаясь ухватиться за воздух. Парень мог умереть, только этого не случилось.

Моя ветка оказалась довольно прочна. Молодчик приземлился сюда, да так, что меня стряхнуло с нее будто снежную шапку.

Не успел ничего подумать, как сам отправился вниз. Свободное падение обожгло сердце страхом. Я ахнул, но смог собраться. Потому ухватился за ветку, на пару метров ниже, чем прошлое положение.

Несмотря на легкое тело, палка вдруг обломалась. Полетел еще ниже, наткнулся на прочный сук. Не смог усидеть, кувыркнулся и камнем свалился в кусты…

«Капитану хана», — пронеслось в голове, пока падал.

Правда, этим все не закончилось. Кусты внизу были мягкие, как и лесная земля. Конечная высота оказалась не слишком большой. И отделавшись легкими ушибами, я с трудом смог встать на ноги.

— Так… Сука нах… Что теперь будет, — произнес, почесывая отбитые места.

Посмотрел вверх и заметил, как сбросивший меня малый полетел на землю. Он брякнулся немного подальше и тут же взорвался. Да уж, в кустах лучше много не шастать.

Но многого мне и не надо. Расстояние уже почти пройдено. Чувак разминировал часть территории своей задницей. Значит, можно пройти чуть вперёд. А дальше надеяться на везение. Это проще, чем снова лезть вверх, где гроздьями висит молодежь.

Недолго думая, я выломал длинную палку. Затем, аккуратно перешел туда, где был взрыв. Дальше изучил местность, осторожно раскопав лесную подстилку.

Робкий шаг, потом еще и еще. Впереди показалась синяя линия, означающая, что испытание завершается.

— Хах, вот и все. Меня не берут даже мины. Я — отличный сапе…

Не успел сказать это слово, как уши вдруг заложило, а тело отправилось в свободный полет.

«Нет! В самом конце! Мудаки недоделанные! Приду к вам после смерти и всех затрахаю», — мысленно орал я, правда, это не помогало.

Перед глазами установился черный экран. Сознание провалилось в адский туман. Кажется, увидел свой мир, где меня давно считают погибшим.

Но в последний момент, тело загорелось от боли. В уши врезались громкие звуки. Я ахнул и резко очнулся, увидев, что лежу на траве рядом с другими участниками испытаний.

Показалось, что мы не уходили с привала. Просто вырубился после жесткой кролятины и задремал. Не было долгого перехода. Герман не умирал, земля из-под ног тоже не уходила. Не говоря о диких прыжках по деревьям.

— Да уж, нормально так отдохнули, — сонно процедил я.

Рядом лежал пацан, который изменился в лице. А японка так вообще заорала, как бешеная.

— Марк, ты дурак! Радуйся, что тебя выбросило к нам этой бомбой. Никто не хочет искать раненных в кустах, где все взрывается.

— Что… — я потер глаза и нахмурился.

Вот значит как! Охренеть!!! То есть, я подорвался не насмерть. У ребят остались капсулы эликсира, которыми меня вылечили. А все, что было до этого — действительно было.

— Какие потери? — спросил, моментально придя в себя.

— Не поняла, ты о чем? — выдохнула японка.

— Сколько из наших убито?

— Много, Марк, много. Вот все, кто остался.

Да уж, народу заметно убавилось. Жалкую кучку школоты не сравнить с той толпой, которая попала в барак, где недавно мы размещались.

Но это не самое главное. Бегло осмотрел тех, кого знал, и понял, что кого-то тут не хватает.

— Дэн тоже… Твой друг. Он не вышел оттуда, — скорбно произнес Эдвард, который был рядом.

— Мой друг? Да, наверное, — сказал и посмотрел в мутное осеннее небо.

Тупой лоховатый одноклассник вызывал раздражение. Но, с другой стороны, он был добрым и всегда в настроении. Я невольно к нему привязался. Потому теперь было как-то хреново.

Сколько б не длилась война, к потерям привыкнуть нельзя. Надо просто идти дальше, надеясь, что твои товарищи пали ради победы.

На какое-то время я успокоился. Растянулся на траве и даже слегка задремал. Подростки сидели молча. Никто не желал болтать, не говоря уж о матах и шутках.

Когда мы отдохнули, то попали в сложную ситуацию. Надо было выбираться из зоны. Но каждый шаг контролировали эти козлы. Нас вели на убой, как баранов. Идти куда-то бессмысленно.

Оставаться тут тоже глупо. Организаторы за нами следят. Они могут в любой момент всех убить или силой заставить играть в эту хрень.

Понимая ситуацию, школота начала громко спорить. Кто-то предложил и дальше лезть по деревьям. Мол, это самый безопасный способ передвижения.

Блондин орал, что дальше кусты уже чистые. Мины стояли только вокруг игрового поля. Потому, можно спокойно идти, скрываясь от глаз наблюдателей.

Была версия, что лучше переть вперед, участвуя в испытаниях. Вдруг удастся обыграть систему и выжить.

Короче, ничего годного. Кроме взаимных обвинений с истериками. А ведь уже вечерело. Надо было разбивать лагерь. Хотя, какой лагерь, без палаток и без припасов.

— Ладно, хорошо, значит так! — в конце концов, крикнула девчонка с подтянутым телом. — Мы разделимся на несколько групп. Одна пойдет по кустам, другая полезет по верху. Третья — по другим кустам или как там. А четвертая будет дальше играть. Все? Теперь все спокойны?

Школьники переглянулись, не зная, что лучше ответить. Первым заговорил Эдвард.

— С одной стороны, так логично. Но лучше подумать еще. Это головоломка такая, где ответы находятся в глубине, — сказал он.

— Хех, и какая у тебя глубина? — ухмыльнулся блондин. — Конкретное предложить что-то можешь?

— Нет, но подумать могу, — насупился Эдвард. — Ты-то сам что планируешь?

— Ничего… можно засаду устроить. Как тогда в этой комнате. Просто спрячемся здесь, вот и все. Пусть думают, что мы сдохли. Подойдут, всех завалим!

Как ни странно, но план блондина мне нравился. Конечно, надо продумать детали, но в целом очень не плохо. Правда, есть пара проблем. У нас слишком мало оружия. Я свой пистолет потерял, другие, скорей всего, тоже.

Организаторы видят, где мы находимся. Они поймут, что к чему. Значит, эффект внезапности будет потерян.

Подростки снова начали спорить. Кто-то верещал о самоубийстве назло всем врагам. Полный бред! Оставалось погрузиться в поток своих мыслей, пытаясь найти нечто дельное.

Задумался так крепко, как только мог. Даже мозги заболели… и начались слуховые галлюцинации.

В ушах что-то вдруг запищало. Такая знакомая мелодия, будильник или даже не знаю. Черт, это ж мой телефон!

Возможно, я нахрен свихнулся, но все же потянулся к карману. Там лежал чертов мобильник, который в отличие от пистолета остался полностью целым. Немного потрескался, правда, но это уже ерунда.

У нас не отбирали окнеты. Наверняка думали, что они не помогут. Еще бы, при таком силовом поле, которое даже Германа уничтожило. Но как тогда это возможно? Неужели я стал шизофреником?

Нет, все реально. Дисплей горит синевой, зарядки немного осталось. А главное — это звонок. Меня хотела слышать чертова Ини. Вот это поворот, кто бы знал!

— Ал-ло, — тихо произнес я, когда поднес трубу к уху.

— Марк! Это ты? Фух, неужели блин, с десятого раза! Я думала, никогда не получится! Мааарк, придурок, ты меня слышишь? Тебя там еще не убили??? — прозвенел бесячий голос сиседки.

— Да… Все нормально. Просто меня малость трахнули, — произнес как в тумане.

— Ого, он, что звонит кому-то?

— Походу, связь появилась!

— Урааа, мы выбрались, блин! — завопили школьники.

Все, у кого остались мобилы, стали их теребить, пытаясь поймать сигнал. Но сердце подсказывало, что это все бесполезно.

— Марк, ты дурак. Опять своих книг дурацких перечитал, — завизжала сеструха.

— Ини! Не истери, черт возьми. Скажи лучше, ты знаешь, где мы? Можешь как-то помочь? — отчеканил в ответ, с трудом собрав мысли.

— А да… Я не знаю. Но помочь вам смогу. В общем, слушай сюда, только быстро, — проговорила сестра. Я приготовился принять информацию, понимая, что это может спасти наши жизни.


Глава 23


Повезло, что Ини взяла себя в руки и перестала тупить. Телефон мог в любой момент разрядиться. И вообще, вдруг организаторы поймут, что я пользуюсь связью.

Сиседка передала короткую информацию. Предложила пройти чуть вперед, а потом свернуть влево, где кончается лес.

Я прекрасно понимал, что бомбить вопросами глупо. Спросил один раз насчет точности данных. Ини заверила, что все выйдет четко. Не ясно, откуда она это узнала, но голос звучал серьёзно.

Черт… У них же факультет техномагов. Могли вычислить, где мы, и понять, как покинуть игру. Только как? Ини слишком слаба в этом деле. Ладно, хрен с ним, потом разберемся!

Других вариантов тут не было. Мы зашли в полный тупик. Даже смутная информация показалась священной. Лучше идти хоть куда-то, чем спорить, толкаясь на месте.

— Все, позже потом позвоню, — выпалила сеструха и замолчала, не позволив мне молоть чушь.

Убрал телефон в карман, пытаясь прийти в себя. С этим возникли проблемы. На меня уставились все, кто тут был. Второй раз за время игр я выступил красной тряпкой для стада быков. Вот засада.

— Ты что, говорил сейчас с кем-то? — спросил девичий голос.

— Почему связь только у тебя одного? — процедил чертов блондин.

— Неважно! — воскликнул, встав на ноги. — Надо идти вперед. Отставить все разговоры!

Попытался мобилизовать личный состав, чтобы не терять время. Но приказ в такой ситуации не сработал.

— Послушай, Лесовский, расскажи все как есть. Не темни. Видишь, народ как запарился? Давай, сейчас без вранья, — сказала рыжая бестия.

В последнее время, она много молчала. Я думал, что Машки уже нет в живых. Но она все ж прошла испытание, что, как ни странно, меня обрадовало.

Школоту можно было понять. Измученные, голодные и злые… Они были заперты в клетке, где царила чертова смерть и не было шансов спастись.

А тут, какой-то ушлепок спокойно болтает с домом, как так и надо. Потом говорит загадками, не желая толком ничего рассказать.

Я, конечно, не нежная попочка, но школоту все же понял. Пришлось вкратце пояснить дело, и попытаться убедить остальных, что другого выхода нет.

— Она знает, что говорит. У них на техническом факультете есть свои знания. Если смогла пробиться через эту защиту, значит, есть надежда. Вот так… — закончил свое пояснение, спустя пару минут.

— Стой, то есть тебе позвонила сестра и сказала, что надо идти только прямо? Ты думаешь, стоит ей верить? — всплеснула руками Мияко.

— Ему никто не звонил! Он же спятил! — взвизгнул блондин.

— Могу вызов показать, если надо. И сломать нос за балабольство, — процедил я.

— Тихо! Мы не можем это проверить. Техномаги не лучше и не умнее нас. Это могла быть случайность или ошибка, — закричала рыжуха.

— И что тогда будем делать? — настороженно спросил Эдвард.

Все замерли, уставившись друг на друга. Я понял, что так можно тупить до утра. Потому ничего не сказал, а просто пошел вперед, не оглядываясь на измученную толпу.

Рядом пристроилась Машка, которая делала вид, что идет не со мной. Мияко и Эдвард тоже пошли следом.

— Эй, вы считаете, что он прав? — крикнул вдогонку блондин.

— Какая разница, так-то… Другой дороги не видно. Валим прямо, а дальше посмотрим, — отозвалась Мария.

Школьники стали выпендриваться. Многие решили, что мы просто спятили. Несмотря на то, часть команды осталась на прежнем месте. Большинство пошло строго за нами. Потом к ним присоединились и остальные. Вскоре мы снова шли через лес, проклиная чертовы игры.

Путь протекал без проблем. Походу, нас вели к новому испытанию. Не на шутку хотелось есть. Мы искали грибы и ягоды, собирали их, если те попадались, и шли дальше. Ноги мотали расстояние, усталость давала о себе знать.

Вскоре прошлые передряги забылись, и стало на все плевать. Мы выбрались из аллеи деревьев. Впереди простиралось поле с пучками кустарников и бурьяном.

Я вспомнил те ориентиры, о которых твердила Ини. Осознал, что уже пора поворачивать. Но сбоку виднелись колючки. Обширные кусты с шипами, через которые не пройти. Рядом с ними была какая-то лужа, что-то вроде небольшого болота.

Неужели Ини ошиблась? Конечно, она ж обычная истеричка! Дозвонилась до меня каким-то чудом, но местный ландшафт явно не знала.

Я остановился, прикусив язык. Да уж, не очень-то круто. Либо идти вперед на верную смерть, либо наугад карабкаться по колючкам. Причем, не факт, что нас потом не прикончат.

С каждым разом все хуже. Я должен переть в слепую, как грязный щенок. Подростки заметили мое замешательство и тоже заволновались.

— Тебе сказали по телефону, что надо идти вон туда? — осторожно спросила Мияко.

— Либо я совсем долбоящер, либо, да, так и есть, — сбивчиво бросил ей.

— Ой, бред, вы чего! Там же дороги нет! Идемте, уже как мы шли, — гнусаво простонала блондинка. Сразу несколько человек ее поддержали.

— Можно просто сделать привал. Мы устали. Завтра осмотрим кусты и поймем, можно ли туда сунуться, — предложил Эд.

Все стали дружно кивать. Вполне здравая тема. Я тоже почти согласился, но странное чувство тянуло к этим чертовым дебрям.

— Молодец, ты отлично придумал! — воскликнула азиатка и поцеловала ухажёра в щеку. Отчего, он чуть не схватил инфаркт.

— Да… Хорошая идея. Но я пойду на разведку, — произнес, направляясь к тем зарослям.

— Что? Марк, ты чего? — послышалось за спиной.

— Не дури, у нас нету целителей! Порвешь кожу, получишь заразу. Скоро будет темно, стой на месте! — грубо заорала рыжуха, судя по голосу.

Я ничего не ответил. Интуиция тянула туда. Хотя здравый смысл бил тревогу, говоря, что лучше остаться со всеми.

— Марк, ты не должен этого делать!

— Пусть проваливает. Он вечно нас втягивает! — орали подростки.

Я окончательно сошел с маршрута. Приблизился к этим колючкам и понял, что лучше туда не соваться.

Что если организаторы специально их посадили, переместили или еще что-нибудь? Самое важное место лучше огородить, чтоб туда никто не совался. Обычная военная логика.

Так-то оно так, но как туда влезть? Кусты смотрелись пугающе. В них не было ни единого просвета. А ведь солнце уже наклонилось, и мир сделался ярко-оранжевым. Вот он природный таймер, отведенный на выполнение испытаний.

Я пригляделся, как следует, напрягая мозг. На меня уставилась чья-то рожа. Она принадлежала обычному человеку, но вынырнула из кустов так внезапно, что я ахнул и попятился прочь.

Споткнулся о какую-то кочку, плюхнулся на мягкую землю. Лишь потом увидел, как из чащи выходит Дэн. Он был сильно напуган, немного потрепан и поцарапан.

Идти по колючкам было не очень приятно. Но я ожидал худших последствий. Значит, все не так уж и плохо. Кусты куда мягче, чем кажется на первый взгляд.

— Марк? Ого, это Марк! Дружище, привет! Я думал, что там умру, — промямлил одноклассник и бросился прямо ко мне.

Хотел помочь встать, только я не слащавая барышня. Резко вскочил на ноги, потряс Дэна за плечи и строго спросил:

— Как ты прошел через это?

— Я в кусты, это самое, грохнулся. Там меня чуть не взорвали. Потом бежал, испугался. Потом вас всех потерял. И шел долго, короче, пока голоса не услышал. Спасибо, что меня спасли, мужики!

— Дэн, черт бы тебя побрал! — оборвал одноклассника. — Как ты шел по колючкам? Там можно пройти всей толпе?

— Что? Отгибал… Просто брал и вот так… Они, ветки сами, не очень колючие, так-то проскочить можно. Марк, спасибо тебе за все. Ты, короче, меня нашел, иначе б я точно загнулся.

— Доклад принял. Понятно, — закусил губу я, думая, как позвать остальных. Ведь большинство школьников решили остаться на ночлег среди поля.

Дэн нес разную чепуху, я напряженно шевелил мозгами. Как вдруг на нас полетела толпа школоты. Отряд заметил, как из кустов вышел мой одноклассник. Они поняли, что здесь можно пройти. И ночлег на открытом пространстве потерял свою привлекательность.

Играть по правилам глупой системы уже никто не хотел.

Не успел опомниться, как к Дэну прицепились девчонки и стали бойко расспрашивать. Парень сбивчиво пояснял, как именно идти по кустам, рассказывал, что он там видел.

Ладно, этот неудачник заслужил звездный час. Пусть почувствует себя бывалым воякой.

Но я не спешил пока радоваться. Система просто так не отстанет. Организаторы поймут, что мы свернули с дороги. Кто знает, что за этим последует.

— Так, смотрите сюда. Колючки, они только здесь! Если согнуть вот немного, то ветка вам безопасна, — деловито пояснял одноклассник.

Он демонстративно отогнул одну ветвь. Но та выскользнула из рук и врезала неудачливого первопроходца прям по лицу. Отчего Дэн скривился, будто ел плохо приготовленный холодец.

— Аха-хаха! — рассмеялись девчонки, забыв, что недавно проходили жуткое испытание.

Это могло длиться долго. Пришлось взбодрить личный состав своим личным примером.

— Инструктаж закончен, салаги! Пора начинать марш-бросок, — сказал, сделав шаг к кустам.

Остальные перестали смеяться и быстро пошли за мной. Спустя несколько секунд, кусты огласились стонами и девичьим визгом.

Что говорить, я сам поцарапал щеку и шею, неправильно отогнув ветку. Лишь потом удалось приловчиться. Несмотря на тупость, Дэн оказался прав. Если идти не правильно, можно разодрать кожу до мяса.

Но грамотно используя мозги, выходит легко продвигаться. Главное, закрывать лицо, не спешить и не дергаться.

Это не у всех получалось. Некоторые ныли, что хотят назад на ровную местность. Но выбираться из чащи было сложнее, чем продвигаться вперед. И даже самые слабые солдаты перлись, пытаясь приловчиться к кустарнику.

Кстати, насчет кустарника. Он, казалось, был бесконечным. Минуты текли очень медленно, словно тягучая смола. Я то и дело ошибался, колол тело шипами, терял силы и нервы.

Вскоре мир сделался серым, солнце почти что зашло. Если мы не выберемся до ночи, то поспать в этих дебрях не выйдет. Переться по темноте тоже не вариант. Так что мы загнали себя в ловушку, облегчив работу тем, кто все это придумал.

— Я не могу идти больше, капец! У меня уже пальцы исколоты! — захныкала одна из девчонок.

— Говорила же, что не надо. Нет, слушаете всяких ушлепков, — простонала блондинка.

— Заткнись, пока нос не сломала! — цыкнула на нее Машка, и это отлично сработало.

Хотя я сам готов был разныться. Эта липкая война задолбала. Пусть лучше нормальный бой, где можно сложить башку. А не глупые игры с детишками.

Может рвануть напролом? Закрыть голову так, чтоб лицо особо не пострадало, и вперед на вражеские окопы? Неплохая идея. Нервы уже сдают к черту.

— Эй, они кончились! Здесь большая поляна! — раздался впереди голос Эдварда.

Лотос приловчился лучше, чем остальные. Он легко прошел полоску кустов, подарив нам надежду. Не такой уж он и слабак, как мне раньше казалось. Теперь можно слегка успокоиться.

Стараясь не получить нервный срыв, я продолжал раздвигать ветки кустов. Спустя какое-то время, вдали забрезжил просвет. Раздались радостные крики тех, кто вырвался из колючего плена.

Спустя томительные секунды, в их числе оказался и я.

— Да, отсосите, чертовы дерби! — выдохнул с большим облегчением.

— Марк, ты видел, как я ломал эти ветки? Я их рвал как собак! — бросился ко мне Дэн.

— Блин, поцарапала щеку. Есть у кого капсула с эликсиром?

— Ребят, это первое испытание, где никто не погиб! Может дальше так тоже будет?

— Олух, это не испытание, а прогулка. Хорош веселиться, как дятел.

Подростки галдели, рассматривали царапины, показывали кустам средние пальцы, будто те могли их понять. Царило сдержанное веселье, если можно так выразиться.

— Эй, солдатня! Пора разбивать чертов лагерь! Видите, почти ночь, — громко сказал я, чтоб вернуть отряд к нашей реальности.

Все тут же переглянулись и смолкли. А компьютерный голос сказал:

— Уважаемые участники соревнований, вернитесь к игровому маршруту. Вы отклонились от заданного направления. За это последуют санкции.

Несмотря на полумрак, я видел, как лица подростков вдруг побелели. Никто не ожидал услышать такое в чертовых глухих зарослях. Мы не знали, как реагировать. Просто смотрели вокруг, открыв в изумлении рты.

— Как нам вернуться? Опять через эти колючки? — спросил низкорослый пацан.

— Для возвращения предоставлен безопасный маршрут, — отчеканил компьютер.

Тут на земле появилась зеленая полоса, которая шла в сторону, огибая огромное дерево.

— То есть, мы можем спокойно идти, и продолжить все ваши игрища? — сказала одна из девчонок.

— Ответ положительный.

— А там будет еда, если так? — осторожно спросил Дэн. Я толкнул его в бок, чтоб заткнулся. Но компьютер снова ответил:

— Игроки, вернувшиеся на маршрут, получат запас провизии для поддержания сил.

— Ага, может еще голых баб и мешок денег! — злобно прорычал я.

— Замолкни, заткнись! Нас и так всех убьют. Зачем мы вообще убеждали? — плаксиво простонал девичий голос.

— Да, там еда и ночлег. Лучше, чем эти кустарники, — сказал один из парней.

— Организаторы гарантируют удобство и безопасность участникам испытаний при прохождении испытаний и соблюдении установленных правил, — не унимался чертов компьютер.

Я заметил, что рядом стоит девушка, у которой на поясе, прямо поверх одежды, находится пистолет. Потом засек красный свет, идущий из дупла ближайшего дерева.

Не успел голос закончить свой бред, как моя рука резко выхватила оружие. Повезло, патроны в нем еще были. Потому я смог четко выстрелить, попав в красную дырку.

Раздался чудовищный хрип, поднялась струйка черного дыма. Компьютер больше не балаболил. А подростки уставились на меня, как на местного наркомана.

— Марк, что это было? — спросила японка.

— Мой ответ тем уродам, которые закрыли нас в этой жопе и медленно поодиночке уничтожают.

— Что? Но они могли бы нас покормить! — сказал кто-то.

— Хех, так и быть! Иди к мамаше, покушай. Только смотри не обляпайся. Зеленая стрелка исчезла… Ой, прости, могу показать. Щас побежишь или сопли сначала утрешь? — грубо воскликнул в ответ.

— Марк, ты думаешь, так будет лучше? — мрачно спросил Эдвард.

— Подумай мозгами, цветок. Ты же умный.

Я устал объяснять простейшие вещи толпе безумных детей. Не вступая в спор, отдал пистолет хозяйке и бодро направился прочь.

Предложение организаторов звучало, как попытка маньяка вернуть назад свою жертву. Мол, я буду тебя дальше насиловать, но ты получишь мороженку. Нет уж, так не пойдет. Жопа капитана Раста не продается.

Как ни странно, школьники оказались не глупыми. За мной пошли все, кто прошел сквозь колючки. Или почти, точно их не считал. Потому что устал быть тупой наседкой.

Мы прошли небольшую поляну, свернули за деревья, где нашли укромное место. Но это не точно, ведь как показали недавние события, организаторы держали под контролем весь лес.

Дальше, все по вчерашней схеме. Развели небольшой костерок. Спасибо Машке, которая догадалась стащить у солдат зажигалку.

Затем, мы достали припасы и немного перекусили. Еда была совсем скудной. Кроликов Германа здесь как раз не хватало. Да и самого темного мага тоже. Он был не так уж и плох, если подумать. Честный мужик, пусть и немного мрачный.

— От этих грибов можно легко травануться, — в какой-то момент, сказал Дэн.

— Да, была бы картошка, можно было б испечь в этих углях, — мечтательно произнес блондин, что стало для всех большим шоком.

— Разве ты не питаешься в ресторанах? — удивленно спросила блондинка.

— Нет, то есть да, — как-то странно ответил пацан. — Но раньше мы с семьей ходили на пикники, где сидели в траве, не думая о манерах и всей фигне.

— А потом? — не выдержал я.

— Потом, элитная школа, тусовка, честь семьи. Все такое. Надо вести себя так, чтоб каждый шаг говорил о статусе. Короче, ты понимаешь. Точнее, ты лично… нет…

— Зато я понимаю, — с досадой плюнула рыжуха.

— А какой смысл тогда быть таким, если таким быть не нравится? — поинтересовался Дэн.

Кстати, хороший вопрос. Я приготовился услышать ответ Федора, но тут зазвонил телефон.


Глава 24


Школьники тут же притихли, вытянули шеи так, будто хотели из кожи вылезти. Я сам малость занервничал, но смог четко ответить.

— Марк! Маааарк, ты там??? — вопила в своем репертуаре сиседка.

— Говори! Быстро, скорей! — отчеканил ей.

— Там… Это… Дерево мертвое будет. (дальше ничего не слышно) Река еще будет, понятно? (опять провал связи). Идите на ту поляну! Скорее, сейчас!

— Ини, постой! Тебя плохо слышно! — выпалил, крепче сжав телефон.

Разговор тут же сбросился. Попытался перезвонить, но уже бесполезно. После этого телефон вообще отключился. Может, зарядка закончилась, а может организаторы постарались. Ведь их длинные руки могли дотянуться куда угодно.

— Ну, что там такое? — раздался первый вопрос, как только я успокоился.

— Мобиле походу хана. Больше звонить не получится.

— Что сказала сестра? Куда нам дальше идти? — выпалил Эдвард.

— Ох… чувак, спроси, что полегче.

Я крепко задумался, пытаясь вспомнить все слова Ини. Там что-то громко шипело, голос вечно срывался. Логическая цепь была очень хлипкой.

Но если ее собрать, то выходит, что нам надо выйти куда-то, где есть большое мертвое дерево и река. Там будет… Кто знает, что именно? Может, это еще не конец.

Я рассказал все, что понял. Подростки немного задумались. Было ясно одно — мы не знаем, куда податься. Сил уже не осталось. Да и ночью шататься не стоит, лес не особо спокойный.

Потому все решили поспать. Скорей всего, организаторы не хотят нашей смерти, иначе давно бы прикончили. Значит, можно немного расслабиться. Утром все точно решится.

Ночь выдалась слишком прохладной. Еще кто-то вечно шуршал. Но в целом, неплохо выспался. На секунду показалось, что уже все, и выход из игровой зоны находится где-то рядом.

Вопли подростков вернули в жестокую реальность. Не успел продрать глаза, как понял, что мы находимся в полной жопе. К тому же, взвод нахрен переругался.

Вчера так и не добился от Ини точного направления. Теперь у школоты появилась масса версий, каждая из них была по-своему верной.

— Он говорил про мертвое дерево! Посмотри туда! Видишь засохшую макушку ильманского клена? Чем не отличный ориентир??? — вопила японка.

— Отлично, Майка, как круто! Предлагаешь идти назад? В логово к этим отсосам? — возражала Мария.

— Давайте разобьемся на группы и отправимся в разные направления. Это единственный способ спастись! — занудно тараторил кто-то.

Неясно сколько еще они б спорили. Но мое пробуждение всех успокоило. Школьники резко заткнулись, глядя, как я продираю глаза.

— Давайте спросим у Марка? Он обычно все знает, — просиял Дэн.

— Да… Ему же вчера позвонили. Если это, конечно, не фейк, — прищурился Федор.

— Фейк у тебя в штанах, — сонно прохрипел я. — Проведем разведку местности.

— Это как? — спросили сразу несколько голосов.

— Попробуем пойти в одну сторону… Оценим обстановку и направимся в другую. Можно разделиться на группы, согласен. Но только временно, для разведки.

Участники тупо переглянулись и снова начали спорить. Многим моя идея показалась плохой. Самому это дело не нравилось. Но лишенный малейших ориентиров, я не мог понять, как поступить.

Пришлось молчать пару минут, наблюдая за дебатами молодежи. Потом как следует, зевнул, хотел всех прервать, но не вышло. В нос попал запах дыма, хотя костер догорел еще ночью.

— Плевала я на вашу разведку. Беру и валю одна! Вы лохи умеете только орать! — ревела рыжуха.

Она хотела сказать еще что-то, но внезапно замолкла. Девушка втянула носом воздух и громко кашлянула.

Я поднялся на ноги, уставился в ближайшие кусты, видя кое-что странное. Либо это все еще сон, либо на нас наступала стена огня. Отчетливо слышался треск, щеки обдало легким, приятным теплом. Пока что… приятным. Ведь огонь наступал слишком быстро.

— Ой, мамочки! Что это???

— Ааа, что нам делать?! — завопили члены команды.

— Хах, я же сказала, надо идти вон туда, — хихикнула Машка.

— Нельзя так спешить. Надо все обсудить, — сказал Эдвард.

— Вот с ним давай обсуждай, — ответил блондин, указав в сторону кустов, где уже вовсю полыхало.

В считанные секунды сделалось очень жарко. Стихийное бедствие прекратило все споры. Мы подорвались по тревоге и живо бросились прочь.

Стоп, бедствие не особо стихийное. Даже при ураганном ветре огонь не может распространяться так быстро. Если, конечно, не полить лес бензином. Значит, дело было явно не чисто.

Эти твари нас снова переиграли. И бороться мы уже не могли. Справиться с лесным пожаром без магии — не знаю, кем надо быть. А с учетом того, что со мной обычные школьники, все особенно плохо.

Не успел заметить, как отстал от толпы. Замученные прошлыми испытаниями, подростки летели вперед, словно пули. Никто не хотел погибать, на этот раз от огня.

В какой-то момент, я оглянулся назад. Горела трава, земля, редкие кустики, стволы деревьев, примерно на уровне пары метров. Против такого не попрешь — это точно.

Пришлось молча бежать с остальными, надеясь, что удастся завалить этих гадов. Хотя бы в следующей жизни, раз уж на то пошло.

Школота продолжала нестись, старясь не оглядываться назад. Мы перескакивали через поваленные деревья, огибали густые кусты, перепрыгивали через небольшие овраги.

Вскоре школьники начали уставать. Да и я сам немного запыхался.

— Ох, твою мамку! Долго еще нам бежать? — сказал Дэн, вытирая лицо.

— Не очень, пока не поджарят, — хрипло ответил блондин.

— Эй, я не чувствую жара! — оживился Эдвард.

— Я собственной жопы не чувствую, не говоря о чем-то еще, — промямлил какой-то парень.

Ага… все не так плохо. Слова Эда навели на важную мысль. Я замедлил темп, обернулся и понял, что огонь далеко позади. Стена пламени остановилась в каком-то месте. Она больше нас не преследовала.

Хотел сказать остальным, но подростки это тоже заметили. Потому мы резко замедлились, и пошли бодрым шагом. Дальше плелись не спеша, затем полностью стали.

— Все, привал, к чертовой матери! — выпалил худой парень и упал на поляну, куда, в конце концов, выбрались мы.

— Ага, уже не могу, — простонала блондинка.

— Стойте! Нельзя отдыхать! Вдруг они что-то нам сделают? — заявила японка.

— Пусть поцелуют мой зад, — фыркнула Машка, и тоже шмякнулась на землю.

Это был предел наших сил. Голодные солдаты устали. Да и я тоже не был железным. Если черти решили нас уничтожить, то хотя бы отдохнем перед смертью.

Хотелось сказать что-то про караул и про необходимость найти укромное место. Но ноги сами собой подкосились. Развалился на траве рядом со школьниками.

Утро подходило к концу. Дневное солнце начало слегка припекать. Позабыв обо всем на свете, я просто расслабился, провалившись в сонную пропасть. После беспокойной ночи — было очень приятно. Я, кажется, проспал часов пять, если не больше.

А разбудил нас чертов компьютерный голос.

— Уважаемые участники соревнований, вы проявили силу духа, выдержку и героизм. Спасибо за участие в честных урожайных соревнованиях. Пройдите последнее испытание и получите гарантированный ранее выигрыш.

— Что?! Ах ты, мразь! — выдохнул, резко проснувшись.

Отлично, классика жанра. Поляну окружили солдаты, держащие наготове оружие. Ананас, яблоко, член — здесь были все эти черти. Или новые, взамен тех, кого мы все же убили.

— Так и знал, вот же сука, — процедил, наблюдая за тем, как подростки приходят в себя.

— Эй, где моя пушка? — взволнованно произнес один школьник.

— Догадайся с трех раз, — сухо ответил ему.

— Уважаемые участники соревнований, подготовьтесь в течение двух минут, а затем разделитесь на пары.

— Что, на кой черт? — крикнула Машка, протирая глаза.

— Последнее испытание — парное. Покажите, как можете работать с напарником. Обретите дух настоящей командной игры.

— Хех, значит так. Вот уроды, — усмехнулся я, чувствуя, что в этом есть явный подвох.

Думать тут было нечего. Нас загнали в угол, словно тупых куропаток. Сопротивляться возможности не было. Значит, надо играть. Или сделать вид, что играем. Так, хотя бы можно потянуть время.

Спустя отведенные минуты, это понял каждый из нас. Мы молча поднялись на ноги, отряхнули одежду и стали в центре поляны.

— Капец, и что делать? — удрученно спросил Дэн.

— Наверно, все же придется сыграть, — промямлила азиатка.

— Я с Мияко! Она моя пара! — звонко заявил Эдвард.

— Эй, вдруг там надо поднимать тяжести? Мы не знаем, что они скажут! — растерянно произнесла азиатка.

— Пара засчитана, — прогремел чертов голос.

— Вот значит что. Они не дают нам тупить, — процедил я, пытаясь что-то сообразить. Тут на плечо легла чья-то рука.

— Чур, я буду с Марком! — прокричал Федор, обнимая меня, как своего парня.

— Эй, почему сразу ты? — крикнул Дэн.

— Потому что мы дружим, чувак. Правда, Марк?

— Выбор пары засчитан, — протараторила дамочка.

Федор тут же от меня отстранился. Но я схватил его за рукав и тихо спросил:

— Какого черта ты делаешь, блонди?

— Ты легко проходишь испытания, извини. Я не хочу подохнуть в самом конце. С тобой мы точно всех сделаем. Ничего личного, только выживание, — пожал плечами пацан.

— Я буду с этой вот девушкой! Как тебя? Люда? Отлично, я с ней! — послышался голос Дэна.

— Эй, я не очень сильна, если так, — отозвалась высокая брюнетка с выдающимися формами.

— Ну и что, умереть рядом с красоткой — это уже хорошо. А испытания, черт бы с ними!

Подростки стали громко орать, выбирая пары. Все забыли, что нам надо выжить. Казалось, это легкое развлечение. Стоит весело посмеяться, попрыгать, как подойдет пионервожатый, чтоб позвать в столовую на обед.

Я старался не поддаваться этому чувству. Ломал мозги, думая из последних сил. В любой ситуации должен быть выход, даже если тебя нахрен сожрали.

Не прошло и пары минут, как подростки разошлись в разные стороны со своими партнерами. Команды были очень не однородными. Но в основном все пытались найти сильного игрока, с которым можно пройти сложное испытание.

Машка осталась без пары. Она сложила руки на животе и пялилась на охрану, стоящую по периметру. Рядом был какой-то пацан, который обреченно глядел вниз.

— Если вы думаете, что я выберу хоть кого-то, то глубоко ошибаетесь! Мария работает одна, то-то вот! — прошипела рыжуха.

— Пара засчитана, — холодно произнес компьютер.

— Что? Вы там совсем охренели?! Я не буду быть с этим нытиком! — воскликнула девушка.

— Плевать, мы обречены. Вся жизнь — это тлен, — сказал напарник Марии.

— Ну вот, он еще и философ фаталист, мать его.

Какое-то время было достаточно тихо. Мы просто стояли и пялились, охрана смотрела на нас. Испытание тупо не начиналось.

— Эй, что нам делать? — в какой-то момент, не выдержал я.

— Неважно, что именно. Главное, что мы всех порвем. Марк, ты готов нагнуть остальных или как? — бодро произнес Федор.

— Смотри, как бы рвалку не отломали, — фыркнул, понимая, что все не так просто.

Пацан ничего не ответил, ухмыльнувшись сквозь зубы. В тот момент, охранники сделали шаг вперед. Возле каждой пары упали какие-то камни, которые загорелись огнем, образуя на траве широкие красноватые круги света.

— Эй, что за черт?

— Это мишень что ль какая?

— Можно объяснить поподробнее, если можно! — послышались тревожные голоса.

— Станьте в очерченные поля, — сказал гребанный голос.

Некоторые сделали это. Кто-то уже находился внутри кольца. А кто-то стал спорить, не желая выполнять команду организаторов.

Мы с блондином поняли, что орать бесполезно. Стали в круг, пытаясь понять, что к чему.

— Займите указанные места. Иначе последуют санкции, — опять сказал голос.

— Да заняли мы, и что дальше? — с досадой заявил кто-то.

— Внимание, правила последнего испытания. Тот, кто первым выйдет из круга — считается проигравшим, — ударило нам по ушам.

— Эй, это как? Мы должны выгнать из кольца своего напарника что ли? — с ужасом спросил Дэн.

Голос повторил то же правило без особых подробностей. Больше ничего не было. Мы замерли, как восковые фигуры, не зная как поступить. Я поднял глаза, рассматривая макушку огромного сухого дуба, что находился за ближней полоской кустов. Блондин прикусил губу, не зная с чего начать. Тут воздух потряс возглас какого-то пацана.

— Эй, вы, что там совсем оборзели? Я не буду играть в эту шнягу! Валите к черту, ублюдки!

— Да, мы с Кириллом с первого класса дружим! Подавитесь, дауны блин! — крикнул его напарник.

Двое парней подошли к черте круга, резко выдохнули и одновременно шагнули прочь. Один случайно опередил другого, правда, на долю секунды. Но даже этого было достаточно.

Громыхнул мощный выстрел, и школьник свалился на землю. Его напарник с криком отскочил в сторону. А голос организаторов спокойно сказал:

— Поздравляем победителя Честных урожайных соревнований. Вы получаете приз два миллиона импров. Пройдите для получения приза.

— Чего? Отвалите! Вы убили его! Вы его завалили! Тварииии, аааа, гниды сучьи! — взревел несчастный пацан, но его схватили под руки и утащили куда-то в кусты.

— Хех, легкие бабки! А ну давай-ка попробуем. Выгоню тебя из круга и немного прибарахлюсь, — слышалось откуда-то сбоку.

— Попробуй, если кишка не тонка!

Школьники поняли, что к чему. Кто-то впал в ступор, пытаясь тянуть время. Другие начали кидать жребий, играя в идиотские игры. Кто-то просто рыдал, понимая, что хорошим это не кончится.

Я в ужасе наблюдал за всем этим. Как вдруг блондин предложил:

— Эй, Лесовский, что тянуть время? Давай… малость поборемся. Сам видишь, иначе никак.

Ха, урод знал, что физически я слабее и вешу меньше него. Он может выбросить меня за пределы круга, получив деньги и жизнь.

С одной стороны, хорошо. Только я не хотел умирать. Поэтому лишь ухмыльнулся, ответив:

— Ага, без проблем. Но знай, что у меня есть прием, который сделает из тебя инвалида. Может быть, ты и выиграешь, Федя. Только всю оставшуюся жизнь будешь ходить на горшок и кататься в красивой коляске, которая заменит тебе твои длинные ноги.

С этими словами показал указательный палец, будто он превратился в острый кинжал. Конечно, я блефовал. Но актерский талан круто сработал. Блондин ахнул и отошел назад, чуть не заступив за черту.

— Эй, погоди. Это же испытание типа. Кто-то из нас должен погибнуть! Иначе никак! Понимаешь? — истерично заверещал он.

— С чего ты так решил? — бросил в ответ.

— С того, что другого выхода нет!

— Да… Как и отсчета времени.

— Не понял.

— Поймешь. Стой спокойно, не рыпайся.

В тот момент, громыхнули два выстрела. Победителей становилось все больше. Обстановка медленно накалялась. Я мог бы применить пару приемов, разобравшись с этим блондином. Только — это явно не выход. Есть еще кое-что, о чем пока не догадывался.

Невольно отвернулся в сторону, и заметил, как Эдвард с Мияко готовятся выйти из круга. Одновременно, чтобы вместе погибнуть. Они спорят и решают, как лучше. Ведь система фиксирует даже доли секунды.

«До чего нас довели эти ублюдки! Лучше б уж заставили карабкаться по деревьям или сплавляться по той же реке», — подумал с досадой.

Вдали слышался шум воды, на который обратил внимание только сейчас. Где-то спокойно бежала река, а мы тут как дураки… Стоп, река, речка. Нет, этого быть не может!

У меня в мозгах вспыхнула яркая мысль. Интуиция дала тревожный сигнал. Внезапно обернулся и заметил, как на меня прыгает Фёдор. Четкий удар в кадык, уход в сторону.

Федор громко закашлялся, а я чуть не грохнулся в обморок.

— Прости, извини кхе-кха! Понимаешь, что мы должны? Они нас просто завалят, если не сделаем! — простонал Федя, держась за горло.

— Да плевать мне на твою петушиную атаку! Попробуй лед заморозить!

— Что, я не понял тебя?

— Попробуй заморозить свой лед. У тебя есть магия холода. Давай, примени ее, только тихо, — по слогам процедил я, обращаясь к блондину.


Глава 25


Блондин понял, к чему я клоню. Перед лицом сучки-смерти мозги работают лучше. Парень показал руку ладонью вверх, при этом согнулся так, чтоб охрана не видела. Потом Федор немного напрягся… и в ладони вспыхнул маленький синий огонь, превратившийся в кусок льда.

— Ого! Ооо, — процедил парень, с трудом сдерживая эмоции.

— Ладно, так и быть! Давай бороться! Я вышвырну тебя из чертова круга! — воскликнул я, не забыв пару раз подмигнуть.

— Ха, у тебя не получится! — трясущимся голосом ответил блондин. В отличие от меня он не обладал выдающимся актерским талантом.

— Марк, что нам делать? — спросил беляк шепотом, когда мы сблизились.

— Передай другим, понял? — пояснил я.

— Но как???

— Как хочешь.

После этих слов отстранился от Федора и заметил, как Эдвард с японской держатся за руки, готовясь выйти из круга.

— Так… Давай на счёт три, — произнесла девушка.

— Мияко, я тебя люблю! — выпалил ее воздыхатель.

— Не люблю, а три. Мы же вроде договорились.

— Блин, ты не понимаешь. Это последнее признание перед лицом смерти.

— Эй, голубки! — шикнул, я, обращаясь к странной парочке.

— Марк?! Что тебе ещё надо? Мы готовимся эпично умереть! Не мешай!

— Как насчёт эпично пожить? — подмигнул им.

— Ты спятил, все кончено! — скорбно произнес Эд.

— Ага, вы не видите мертвое дерево? — Мияко посмотрела в сторону, где был сухой дуб. — Еще слишком шумно. Река, черт ее подери.

Сладкая парочка переглянулась. Эдвард не удержался, и чуть не вышел из круга. Но японка утянула его обратно в самый последний момент.

— Что даёт нам твоя река и это все, Марк? — взволнованно спросила девушка.

— Жди и готовься! — воскликнул я.

Кажется, они меня поняли. Переговариваться правила конкурса не запрещали… Но большого внимания охраны лучше не привлекать. Дальше я вернулся к блондину. Мы сцепились, будто стали бороться.

— Что у тебя? — спросил его шепотом.

— Вроде поняли вон те двое. А ты?

— Я тоже там… объяснил.

— Слышь, Марк! Эти огородники с пушками. Как будем их это?

— Хмм, — я немного задумался, а затем выдал: — Вот так.

После чего отскочил от блондина, ткнул в него пальцем и громко воскликнул:

— Охрана! Солдаты, смотрите, этот белый за круг заступил!

— Эй, ты чего? — растерянно выпалил Федор.

— Ваша система того, не заметила! Он сдохнуть уже давно должен! Сами говорили, что здесь все справедливо! Опять кидалово, как везде.

Я старался изо всех сил. Махал руками так, что чуть суставы не вывернул. Сразу несколько пар обратили внимание. Охранники тоже замешкались.

Они переглянулись между собой. Наверняка что-то подозревали. Только некий инстинкт толкнул солдат чуть вперёд. Мужики сделали пару шагов.

— Не шуми, ты! — выпалил один из них.

— Хорошо, хорошо. Извините! Ваши правила просто тупые! Никакой справедливости нет, — воскликнул в ответ, и тут же пустил поток эрии.

Это было отлично! Та хрень в воздухе, что мешала применять силу, наконец-то пропала. Наверное, в этом месте силовое поле не действовало. А организаторы в суматохе забыли или тупо об этом не знали. Но как тогда знала Ини???

Разберусь потом, если выживу!

С этой мыслью я заметил, как четверка мужиков грохнулась на колени и взвыла, будто старые волки. Ещё двое выставили свои пушки. Солдатам в грудь врезались две заострённые сосульки. Федор отлично сработал!

— Ааа, магия снова работает!

— Валите их, бейте!

— Нет, бежим скорее! — раздались громкие вопли.

Солдаты стали стрелять, в ответ, получая магические заряды. Эдвард бросил сияющий лотос. Взрывом раскидало сразу нескольких воинов. Мияко взмахнула рукой, создав защитный экран, который спас их от расстрела с близкого расстояния.

Не все поняли, что случилось. Но военный инстинкт появился у многих. Потому игроки резко свалились на землю, чтоб не попасть под огонь.

— Что здесь такое?!

— Твою мать, как они так?! — заорали солдаты.

— Это честные игры, ублюдки!!! — заорал я и бросился в бой.

Ещё несколько человек, включая сладкую парочку, последовали тому же примеру. Я заметил, как Машка пустила какой-то зелёный луч, что пробил охранника насквозь. Хм, молодец! Вот тебе и рыжуха.

Дэн бросил в солдат какую-то палку, а потом шмякнулся на траву… Что ж, вклад в общее дело засчитан. Я же, тем временем, услышал предательский свист над ухом. Вырубил ещё одного солдата. Краем глаза заметил, как на меня бросился амбал со знаком вишни на шлеме.

Рука загорелась черной энергией. Сам того не ожидая, отправил ублюдка в кусты!

— Воу, да у меня в арсенале новая фишка! — ухмыльнулся, ощущая себя местным богом. И как только жил без эрии в прошлом мире!

По идее, воины должны были обладать сверхспособностями. Плюс у них еще огнестрелы. Так что нас могли перещелкать, как куропаток.

Но этого не случилось. Эффект внезапности в очередной раз сыграл в нашу пользу. Вскоре, враг был повержен. Солдаты получили ранения, сбежали или погибли. Подростки быстро поняли, что к чему. Бросились наступать, применяя весь магический потенциал, какой только был.

— Давайте, валите в сраку, скоты! Дохните, черт вас возьми! — победно кричал я, стреляя из пистолета по ближайшим кустам, в которых скрылись оставшиеся охранники.

— Хех, боевой трофей, пригодится! — сказал, подкинув пушку в руках.

Но тут пришлось прыгнуть в сторону. Рядом пролетел красный поток чего-то светящегося и горячего.

Я молниеносно вскинул пистолет и пальнул. Попал в высокого мужика с изображением дерева на башке, который был сбоку.

Он появился на поляне позже, чем остальные. Его форма была более крутая, чистая, прочная что ли. Интуиция подсказала, что это их командир. Возможно, местный полковник.

Что ж, какая разница, кому взрывать бошку?! Урыть главаря будет вдвойне приятно.

— Ты убил сразу нескольких воинов, — холодно сказал дерево.

— Ага, ты следующий! — с этими словами, второй раз пальнул в мужика.

После первого ранения он даже не ахнул. Вторая дырка в груди тоже не нанесла урона. Дерево продолжало идти на меня, говоря, как ни в чем не бывало.

— Прекрати сопротивление. Ты получишь свой приз, — отчеканил козел.

Стало ясно, что это все блеф. Даже если не так, я один стоял на ногах. Остальные школьники были ранены или убиты. Я точно отомщу за такое, другого расклада не будет.

— Отлично, согласен! Только сначала подарочек от меня, — злобно бросил в ответ.

Вытянул руку вперед и пустил поток эрии, чтоб поджарить уроду мозги. Это сейчас не сработало. Пришлось отходить назад, пока выродок продолжал наступление.

Не успел глазом моргнуть, как в меня врезался красный луч света. Отлетел на несколько метров и пропахал спиной землю.

Тогда в плечо древесному генералу попал лотос Эдварда. Прогремел небольшой взрыв. Противник пустил поток магии, и вырубил моего сослуживца.

— Что б ты членом подавился! — прохрипел я.

Несмотря на боль во всем теле, махнул рукой в сторону дерева. Из руки вылетел черный шар, который врезал противника в грудь, заставив, наконец, отступить.

Не знаю, что поразило больше всего. То, что я теперь и шарами кидаюсь или то, что из плеча дерева показались тонкие провода. А вмятина на груди от моего удара стала искриться.

— Охренеть не встать, ты что, чертов робот?! — воскликнул, с трудом поднявшись на ноги.

— Я тот, кто должен восстановить справедливость, — ответило дерево и бросилось на меня.

Чудом удалось уклониться от красного магического удара. Тогда рука в перчатке полетела мне прямо в челюсть. Нырнул под нее и ударил козла пару раз.

Черт, слишком твердый! А мои кулаки не настолько сильны. Пришлось отскочить, чтобы он меня не урыл.

В робота попал чей-то магический луч. Тот отбросил подростка ответным ударом. А я, тем временем, понял, что делать.

— Эй ты, механическая шлюха! — крикнул, подскочив к дереву.

— Прекрати сопротивление или будешь убит, — холодно сказал киборг, пытаясь меня схватить.

— Ага, прямо щас.

Я не успел уйти от руки главного черта. Его клешня крепко сжала мне шею. Но в тот момент, рука нащупала вмятину, куда попал заряд эрии, и потянула на себя провод, торчащий оттуда.

Я исчерпал энергию, сражаясь с бандой утырков. А вот смекалка еще осталась.

— Смерть! За отказ от игры только смерть! — прошипел чертов робот.

Мне не хватало воздуха. Казалось, шейные позвонки вот-вот треснут. В последний момент, напряг руку так, что мышцы чуть не взорвались. Провод отцепился от внутренностей истукана, внутри тела вдруг затрещало. И киборг ослабил хватку.

— Правила игры не соблюдены, — сказал он. Голос был искажен. Видно, дереву стало хреново.

Я согнулся, взявшись за горло. Говорить было сложно, но все же позвал остальных, чтоб они добили урода. Ведь он еще был в строю.

К счастью, подростки вернулись после преследования овощей, встали с земли, отошли от шока и прочее. Поляна снова заполнилась парнями и девушками. Они были потрепаны, но все еще живы.

Не знаю, что было на уме у железного гада. Ему не позволили больше болтать. Сразу несколько лучей разного цвета врезались в башку с изображением дерева.

Раздался оглушающий треск. Маска слетела с неживой головы, посыпались искры, пошел черный дым. И механический черт наконец-то затих на траве, перестав подавать признаки жизни.

Какое-то время я кашлял, массируя шею. Потом подскочила девушка с синей капсулой. Подростки догадались разжиться этим добром у солдат.

В итоге, многие подлечились, суматоха слегка улеглась. И мы собрались в центре поляны, чтоб понять, что к чему.

— Кажется, они не придут. Мы сильно их всех нагнули, — произнесла Мария, поправляя рыжую шевелюру.

— В любом случае, надо идти. Лучше держаться подальше от их территории, — произнес Эдвард, почесывая правую руку, которая, скорей всего, была ранена.

— Стойте, кто вообще это сделал? Он же был куклой, ведь так? Значит, его кто-то запрограммировал, — озабочено сказала Мияко.

— Да какая разница, главное, что нас не убили, — осторожно заявил Дэн.

— Большая. Если главарь еще жив, он может что-то задумать, — тихо процедил я.

— Нет уж, главного искать мы не будем! — вспылила одна из девчонок. — И так уже чуть не сдохли!

Тут затрещали кусты. Из них вывалились три человека, которые держали под руки растрепанную блондинку.

— Вот она! Стерва мелкая!

— Сучка крашеная, чтоб ее суку! — ругались пацаны, толкая гламурную ведьму.

— Э, что за нах? — открыв рот, промычал я.

Тогда троица рассказала, как они якобы победили в борьбе. Их должны были отправить для выдачи денег. Но этого не случилось. Началась стрельба, которую четко услышали охранники. Затем, они разбежались, решив, будто сюда нагрянула армия или полиция.

— Эти лохи были на измене все время. Просто перед нами понты кидали, — подытожил полноватый пацан.

— Ясно, а девушку вы зачем так схватили? — гневно спросил Эдвард.

— Затем, что она была с ними.

— Мы все были с ними и что? — выпалил блондин, который чувствовал нечто неладное.

— Она не просто стояла там. Она в конкурсе не участвовала.

— Да, они ее охраняли! Это подстилка организаторов.

— Точно, тупая шалава!

— Тихо, нельзя обвинять девочку вот так просто! — воскликнула Мияко.

— Ага, где доказательства, так-то? — поддержал ее Дэн.

Тут белая бестия вырвалась из рук пацанов. Она отскочила в сторону и стала истерично смеяться.

— Аха-ха-ха, ахах, вы меня посмешили! Обрадовали старика, как положено! — выпалила дамочка, чуть не задохнувшись от хохота. — Кто бы знал, что все кончится так? Это лучшее за всю мою жизнь! Теперь можно уходить на покой.

— Что??? — спросили сразу несколько голосов.

— Что она нахрен несет?!

— По-любому свихнулась.

Блондинка не обратила внимания на эти слова. Вместо этого, она сняла с пальца кольцо, сказав:

— Это для голоса.

Потом с шеи полетел медальон, и грубый скрипучий возглас продолжил:

— Это для внешности.

По телу красотки прошла волна. Кожа вдруг растворилась. И вместо гладкой ухоженной девки перед нами оказался горбатый старик в парике.

— А это для силы… Чтоб можно было проходить все… вместе с вами, — с трудом простонал дед, сбросив с руки браслет.

— Аааа, нет, так не бывает!

— Господи, что за дичь?!

— Мамааа! — заверещали подростки, видя такую метаморфозу.

Я лишь криво улыбнулся. Ведь недавно делал почти то же самое, когда разбирался с бандитами. Только дед пошел еще дальше. Вот на что способна чертова магия!

Какое-то время старик просто смотрел на нас и смеялся. Подростки вскоре замолкли. Рядом послышался странный звук, как будто кто-то давился членом.

Это блевал блондин… при том он плакал и шипел нечто странное.

— Черт, что это с ним такое? — вдруг спросил Эдвард.

— Бесполезно тужиться, парень. Голубизну так просто не выблевать, — деловито произнес я.

— Кто вы такой? Зачем это сделали? — гневно прокричал кто-то. Но вместо старика отозвалась японка.

— Стойте, это же… Эдвард Красовский. Учредитель Урожайных игр. Пятьдесят лет назад он отдал половину состояния, чтоб помочь бедным детям. Но для этого, надо было победить в играх, доказав, что достоин, — упавшим голосом проговорила Мияко.

Все вокруг стали охать и ахать. Блондин свалился на землю, обнял колени и зарыдал. На него мало кто обратил внимание. Все обступили старика трансвестита. К нему была масса вопросов.

И главный из них: КАКОГО ХЕРА, МЛЯ, ТВОЮ МАТЬ???

Этот вопрос задали раз двадцать за пару секунд. Старик пошамкал губами, осматривая нас, а потом стал рассказывать:

— Ты не совсем угадала, Майка.

— Я Мияко!

— Какая теперь уже разница… Ты сказала пятьдесят лет, на самом деле, пятьдесят шесть. Я был совсем еще юн, когда получил то наследство. Удовольствия этой жизни уже тогда мне наскучили. Родители ни в чем не отказывали. Я со старших классов имел связи с девочками, алкоголь, дорогие артефакты, раритетное оружие и не только.

— Ты взбесился с жиру и решил убивать? — не выдержал я.

— Вовсе не так, мальчик мой. Я решил, что деньги могут изменить мир к лучшему. Как сказала та китаянка…

— Я японка!

— Какая разница, девочка. Так вот, она права. Были честные игры, где побеждали сильнейшие. А мои призы позволяли им выйти из нищеты.

— Но что случилось потом? — вставил Эд.

— Очень просто. Богатые родители тоже хотели пристроить детей. Ведь Урожайные игры стали престижным событием. Пришлось пойти на уступки… А дальше, по мере того, как игры набирали популярность, меня заставляли подделывать результаты. Побеждать должны были те, кто богаче, кому нужно это все для престижа. Игры стали тем, чем они являются. Я не мог ничего изменить.

— И вы решили всех убивать? — спросил Дэн.

— Не совсем. Я просто ушел от дел. Но мой дом отобрали бандиты. В попытках изменить мир, я забыл об элементарной защите. Богатому человеку нельзя без защиты. Мало получить деньги, важно еще отбиться от охотников их присвоить. У меня это не получилось. Лишился всего, что имел. Тогда я дал клятву не показываться никому на глаза.

Но сначала пошел в банду нехороших людей. С их помощью вернул свои деньги, отняв у других. Иного выхода не было. Потом увлекся экспериментальной магией. Создал несколько новых тел, через которые общался с другими.

А сам надежно скрывался от грязи нашего общества. Но годы шли. Я видел, как все становилось лишь хуже. Мысли об очищении мира не давали покоя. И я снова принялся за работу. На этот раз создал игры, где бандиты, воры, нечестные на руку чиновники и другие бесстыдники получали то, что заслуживали.

Подростки опустили головы и слегка загрустили. Мне тоже стало не по себе. Выходит, дед не настолько уж двинутый. Хотя, он завалил кучу людей. Причем, не на поле боя…

— Постойте, причем здесь простые школьники? Мы не бандиты и эти, как вы там рассказали? — вдруг сказал Эд.

— Вот именно! — оживился дедок. — Вы куда хуже. Современная молодежь живет только насилием и попытками показать себя перед другими. В школьной среде, зачастую, царит тюремная атмосфера или даже хуже. Я понял, что это не изменить… без применения моего метода.

— Но почему вы притворились девчонкой?! — прокричал кто-то.

— А? Что, сынок? Хех, я всегда, всю жизнь был мужчиной. Вот уже восемьдесят шесть лет… И знаешь, все это очень наскучило. Кстати, тот беленький отлично целуется.

— Пошел ты, чмо сраное! Я тебе рожу порву! — раздался плаксивый голос.

— Не рви горло, беляк. Оно еще пригодится. Один раз не ефрейтор, не парься, — попытался взбодрить его, но это не особо сработало.

Школьники стали шептаться, не зная, что делать дальше. Старика нельзя было так отпускать. С таким влиянием он мог замутить еще нечто грязное.

— Что теперь будет? Как нам поступить после этого? — спросила Машка, обращаясь к чертову деду.

— Знаете, что… Я многое понял и достаточно пожил. Если вы меня убьете, это будет достойным завершением всей истории, — проскрипел дед.

— Нет! Мы не сделаем этого… Уничтожить врага — это не выход. Суть кроется куда глубже. Настоящая победа позволяет понять, что… — деловито сказала Мияко.

Громыхнул выстрел, и мозги старика покинули черепную коробку. А тело упало на землю, как дырявый мешков. Я убрал пистолет и посмотрел в синее небо, радуясь нашей победе.

— Марк! Дурак, почему ты в него выстрелил? — воскликнула азиатка.

— Потому что магии не осталось. А то бы башку взорвал. Точней эрии, да… Я же гребанный чернокнижник.

— Погоди! Но мы должны были все взвесить, сказать финальные слова, а потом долго решаться на это, — заявил Эдвард.

— Я и так это сделал, но мысленно. У меня вообще башка быстро соображает. Я выдающийся вундеркинд.

С этими словами направился прочь с поляны. А подростки пошли следом, донимая тупыми вопросами.

— Он был не заслуживал такой смерти! — сказал за спиной кто-то.

— Ага, всего лишь завалил кучу народа, играя в дурацкие игры.

— Да, но надо было хотя бы выдержать паузу, как написано в книгах.

— Рядовой, мы не в книге, понятно?! Хотя… кто его знает.

Мы покидали игровую территорию, солнце вышло из-за туч и светило в глаза. Трава зеленела, деревья шумели. Короче, крутой хеппи-энд с горой трупов.

— Эй, стойте! Погодите, ребят! Вы же, правда, никому не расскажете??? Если что, то я целовался с тобой. Или даже с тобой. Не, ты слишком страшная… Хотя ладно, с вами обоими. У меня есть деньги, я заплачу. Погодите, стойте, куда вы! — вопил блондин, опасаясь, что о его «старческих похождениях» все узнают.

— Заглохни, петушок, хэппи-энд не сбивай.

— Что? Это вранье! Вам всем показалось, понятно?! Батя на костре спалит, если узнает… Клянусь, там девчонка была! У нее даже вагина прощупывалась. Старик пришел под конец! Вы ж мне верите??? Аааа, ну пожалуйста, кто-нибудь!!!






Конец


* * *

Спасибо, что прочитали книгу))

Следующая часть приключений школотрона появится вечером 14 февраля в понедельник!


— Эй, погодите, серьезно! Я не гомосек, черт возьми! Автор, скажи им хоть ты! Напиши в следующей части! У меня есть бабло, отвечаю!

— Стоп… Это кто говорит? А ну вали назад в книжку! Еще этого тут не хватало!!!

— Автор, ты охренел??? Тебе легко болтать, давай скажи, что это просто подстава. Я заплачу, обещаю.

— Чем заплатишь, чувак? Деньгами, которые выдумал я??? Нет уж, прости.

— Тогда расскажу всем читателям, что ты делаешь за компом, когда не пишешь про нас. Надо файл закрывать, извращенец! Короче…

— Ладно, ладно, спокойно. Все ровно. Зачем читателям это… вранье? Полный бред! К тому же, дед пришел в последний момент. А ты целовался с блондинкой, которая была вполне себе крутой телкой. Надеюсь, теперь ты доволен?

Что? Аууу, беляяаак!

Вроде свалил. Вы его тоже не видите? Фууух, наконец-то… Капец, персонажи из книги выскакивают! Та пиратская Винда сразу мне не понравилась. Главное, установилась сама, в два часа ночи, когда комп выключен был. Ладно, потом разберусь. Надо проду писать.



Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25